На Земле за год без следа пропадает огромное количество людей. Сотни и сотни тысяч человек. Доходит до того, что ушел человек за хлебом в магазин напротив дома и больше его не видели… Спрашивается, куда они все деваются? Вполне возможно, что становятся самыми обыкновенными попаданцами, «проваливаясь» в сопредельные миры. Ведь даже маститые ученые не отрицают наличие параллельных вселенных…

Стал таким обыкновенным попаданцем и Кириллл Мясищев. Поехал как участник «Космопоиска» исследовать одну аномалию в глухую деревушку — и с концами. Засосала его эта аномалия и выплюнула в другом мире.

Кирилл и рад бы сидеть тише воды и ниже травы, ведь в этом мире балом правит магия и есть боги, но не с его везением. Желая того или нет, он попадает в различные неприятности, словно раз за разом подтверждая свой статус попаданца. А то, что у него, как у почти всех попаданцев, есть сверхспособность, не столько помогает, сколько мешает, делая его объектом охоты за этой сверхспособностью. Так что хочешь не хочешь, а чтобы выжить и остаться свободным, ему самому приходится становиться сильнее.

I. ПОПАДАНЕЦ

ОБЫКНОВЕННЫЙ

Пролог

Кирилл. Охотник на НЛО и прочие неопознанные явления

Меня зовут Кирилл Мясищев. Я — поисковик. Нет, я не из тех, кто занимается благородным делом и ищет останки павших воинов на полях сражений Второй мировой, рискуя подорваться на проржавевшей мине или снаряде. Место жительства подкачало — Сибирь. Я из «Космопоиска». Да-да, из тех самых шизанутых, что ищут зеленых человечков, охотятся за летающими блюдцами и исследуют, если можно так выразиться, всяческие аномалии и прочие необъяснимые явления, и этого добра в Сибири хватает. Хобби у меня такое.

Вот и сейчас я сижу в засаде на разум внеземной. От местных жителей из богом забытой деревушки поступил сигнал о световых явлениях и пропаже коровы.

Мне предложили смотаться посмотреть, что да как, и я недолго думая оседлал свой советский байк и рванул навстречу неведомому. В одиночку — потому как не сезон: начало сентября, все на картошке, а я овощеводством не балуюсь.

Засел я, значится, в кустах, поставил одноместную палатку пятнистой расцветки, мотоцикл свой, синий «восход» восемьдесят третьего года выпуска, всего на два года младше меня, припарковал за палатку, и все это еще дополнительно замаскировал ветвями.

Хотя смысл… Да смысла в этом нет. Если тут на поляне третий день и впрямь шалит разум внеземной на своих летающих чайниках, то все мои маскировочные ухищрения не стоят и ломаного гроша: заметят, как пить дать, я им буду виден как на ладони, словно голый дурак, прикрывающий свое хозяйство куском прозрачного стекла. Если это природная аномалия, то смысла маскироваться тем более нет. Ну да ладно…

Рядом поставил аппаратуру от нашего Электроника (так мы зовем нашего любителя-конструктора) — всякие датчики, позволяющие фиксировать отклонения по десяткам различных параметров, все это завязано на ноут, чтобы я мог отслеживать изменения в режиме реального времени по хитрым графикам. Датчики ведь могут засечь аномалию намного раньше, чем она проявится и можно будет ее увидеть невооруженным взглядом.

Поскольку подобные засады частенько приходится организовывать вдали от населенных пунктов, в диких местах, где чудеса, где леший… в смысле, волки с медведями бродят, то рядом со мной всегда лежит мощная пневматическая винтовка.

Названия не сообщу из принципа. Производители мне не платят за рекламу… А то как откроешь книжку, то прямо какой-то рекламный оружейный буклет читаешь, сплошные названия стрелялок, взрывалок и прочих леталок, ТТХ¹ на полстраницы.

Про свою винтовку скажу, что иностранная, весит четыре с половиной кило, шестизарядная, на двадцать выстрелов с одной заправки, калибра 9 миллиметров.

Купили знакомые за границей мне на двадцатипятилетие. Дорогой подарок.

Против медведя, конечно, пневматика совсем не пляшет, но вот против волков уже самое то, учитывая, что пульки у меня самодельные… запрещенные. Кто бы только знал, сколько трудов мне стоило сделать пули с каленым сердечником, это учитывая калибр! Бр-р… Дум-дум проще. Тоже есть.

К чему такой геморрой и почему нельзя было вооружиться нормальным охотничьим стволом типа «тигра» и прочей «сайги»? А с этим делом геморрой еще больше. Сейф огнестрелу купи, охотничий билет оформи и продлевай, боеприпасы дорогие (пострелять я, скажу прямо, люблю), а если учитывать, что очень часто всякие явления происходят в заповедниках, куда с огнестрелом ни-ни, то вообще труба. А так пневматика и пневматика — поехал, мол, по бутылочкам пострелять, даже если и поймают, то ничего предъявить не смогут (нестандартные пули я в труднодоступном тайнике вожу). Полиционеры опять же в дороге не подкопаются.

Хотя надо отметить, что для пневматики с таким внушительным калибром, как у меня, должны были сопутствовать все юридические проблемы, что и для огнестрела, — разрешения, лицензии, сейфы и так далее. Но этот момент я обошел благодаря тому, что это подарок, купленный за бугром, как-то прошел по недосмотру в таможне без придирок, без обязательной полноценной регистрации, как из магазина. Сделал второй ствол под четыре с половиной миллиметра — детский калибр. Сам ствол взял от простой «переломки», подшаманил — и вуаля! Все чики-пики, никто не придерется!

По дороге едешь со стволом на четыре и пять, а на месте ставишь «девятку».

Так вот, винтовка всегда со мной плюс разные отпугивающие составы — дымшашки и газовые баллончики, — они как раз медведей хорошо отгоняют, а если не отгонят, то придется отстреливаться — бить по глазам. На крайний случай есть ракетница с десятью выстрелами.

Вот так вот сижу, на природу гляжу, музыку слушая, или книжку с компа читаю. Пока все тихо и спокойно. Гадаю про себя: пустышку тяну или действительно стану свидетелем чего-то странного? Хотелось бы последнего, естественно, но, как правило, тяну пустышку в девяноста девяти процентах случаев. Однако такова судьба таких шизиков, как я.

Вот опустился вечер, и я приготовился. По свидетельству аборигенов, и я очень надеюсь, что это были не их пьяные галлюцинации от самопальной браги, явление проявляется в полночь.

Кстати, что они вообще тут забыли в полночь в пяти километрах от деревни, вдали от связующих населенные пункты дорог? Браконьерили? Ну да ладно, я не егерь… сам иногда балуюсь, зайчишку там прихлопну на жаркое, птичку какую, рыбку спиннингом во время нереста…

Полночь. Все показатели — от радиации до гравитации — в норме (если Электроник наш реальные датчики смастачил, а не напаял всякой ерунды, как бог на душу положит, засунув в пластиковую коробку), нет никаких пиков на графиках, визуально тоже ничего не просматривается. Через час я начал думать, что приехал зря.

Два часа ночи — тишина.

— Ну, значит, не судьба, — протянул я разочарованно.

И в этот момент, словно мой голос стал камешком, спустившим лавину, метрах в тридцати в визуальном диапазоне что-то произошло. Прошла какая-то рябь, что-то словно колыхнулось, и появилось легкое свечение.

Я тут же схватил камеру и стал снимать, надеясь, что камера все же зафиксирует то, что я вижу, а то иногда бывает, человек что-то видит, а аппаратура нет, как и наоборот, а еще чаще — аппаратура вырубается к чертям… Было такое из личного опыта, но опять же не докажешь, что аномалия виновата.

Но пока вроде все в порядке, камера исправно пишет, а аномальное явление проявляется.

Меня аж потряхивало от возбуждения, чего уж тут говорить — ведь по сути это было первое явление, что мне удалось реально зафиксировать. Меня уже стало так колбасить, что картинка просто плясала, и я, понимая, что так ничего не зафиксирую, захотел поставить ее на штатив.

И в этот момент аномалия стремительно метнулась ко мне, я еще успел подумать, что она, похоже, среагировала на движение, словно хищник. Я даже не успел испугаться толком, как оказался внутри сияния, потом сверкнула яркая вспышка, ослепившая глаза, и я выпал из реальности.

Глава 1

Кирилл. Попаданец обыкновенный

Когда очнулся, уже рассвело. Более того, солнце висело ровнехонько в зените, над самой головой. Птички всякие щебетали, дятел выдавал частую дробь (и как он себе только мозги не отбивает?), вдалеке кукукала кукушка, отсчитывая чью-то жизнь. Надеюсь, не мою… Стрекотали и жужжали насекомые, ползали по моей морде лица наглые муравьи…

— Ч-черт, вот это меня приложило, — пробормотал я, с трудом вставая.

Хорошо, что не сожрал никто. Впрочем, животные стараются избегать аномальных зон. Это не люди, они их чувствуют незнамо каким местом и органом чувств.

Первым делом проверил аппаратуру — не сожгло ли ее этой вспышкой. Но вроде нет. Камера работала исправно, данные сохранились, что несказанно обрадовало. Комп тоже в полном порядке и даже успел подзарядить свои батареи от еще вчера развернутой солнечной панели.

Сотовый тоже в порядке… нет, не в порядке. Где «палки» приема? Были же, всего две штуки (правда, это с учетом самодельной антенны из алюминиевой проволоки метровой длины), но до сети доставал.

Включил режим радио, и… тишина. Только треск атмосферных помех.

Это было странно, учитывая что сотовый сам по себе как прибор работал без проблем. Ладно, это не критично. Выйду к людям и свяжусь.

Собственно, пора собираться. То, за чем я приехал, — получил, зафиксировал, пора домой, обрабатывать полученные данные и гадать над тем, свидетелем и даже участником чего я, собственно, стал. Меня прямо-таки переполнял восторг. А повторять наблюдение как-то не тянуло: попасть под вспышку второй раз не хотелось. Кто ее знает, как она влияет на организм, как бы импотентом от этого не стать…

Оторвав взгляд от своей аппаратуры, я замер. Только сейчас заметил, что пейзаж вокруг довольно сильно изменился. Я по-прежнему находился в лесу, да вот полянка, на которой происходило необъяснимое явление, отсутствовала. Везде деревья и кусты. Не выросли же на ней за ночь вековые деревья!..

Естественно, первой мыслью стало, что надо мной пошутили. Как-то вывели меня из строя и перенесли на новое место. Но подобное самоуспокоение не выдерживало никакой критики, вдребезги разбиваясь о реальность. Во-первых, как меня отрубили? А во-вторых, на кой это вообще кому-то надо? Аборигенам больше делать нечего?

Подкатила паника. Я заозирался выпученными от страха глазами, усилием остатков воли подавляя в себе желание вскочить и куда-то с диким криком мчаться.

Мозг, дабы избежать перегрузки сознания с последующим переходим в невменяемое состояние, перешел в режим спячки, то есть я погрузился в оцепенение.

Сколько провел в таком состоянии времени, я не знаю, по часам не засек, но когда стал наконец соображать, я сообразил, что попал, и попал по полной, став классическим попаданцем со всеми вытекающими приключениями на то место, которым обычно сидят.

То, что я стал персонажем целого направления фантастической литературы, подтверждалось и окружающим меня миром — не только тем, что изменился пейзаж, исчезла поляна, но и растительностью. Я много где успел побывать, но таких красно-белых цветочков нигде не видел.

Деревья, кустарники, трава — все было другим, другая форма и размеры листьев, ни одного знакомого растения. Оставалось гадать, какие здесь водятся животные…

Последняя мысль поставила меня на боевой взвод, я вскочил и схватил винтовку. Но в качестве обеда меня пока никто не рассматривал.

Вновь возникло желание свалить. Но немного успокоившись, я решил что это всегда успеется. И вообще странно, что, попав в другой мир, попаданцы тут же делают ноги из района появления.

Я этой ошибки делать не стал. Если какая-то хрень перенесла меня сюда, не знаю куда, то, может, она перенесет меня обратно?

Очень хотелось на это надеяться. И я надеялся, потому как больше, собственно, делать было нечего. Только сидеть и ждать.

Солнце медленно катилось по небосводу, припекало знатно — видать, здесь самый разгар лета. Хоть один положительный момент, а то зимней одежды у меня нема. В осенней долго не протянуть.

Вот и вечер. Я неотрывно пялился в экран ноутбука и по сторонам.

Полночь. Ничего.

Час ночи. Тихо.

Два часа. Глухо.

Три, четыре, пять… Уже давно рассвело, но аппаратура ничего не засекла, и сам я ничего не заметил.

Вот тут-то меня и накрыла паника. Тихая. Я сидел, сжавшись в комок, и крупно дрожал. Я ведь никогда ни о чем подобном не мечтал и никогда не мог понять литературных героев, что чуть ли не с радостью, маршем и песнями под барабанный бой шли исследовать новый мир, абсолютно ничего о нем и его опасностях не зная. Может, тут индейцы майя «добровольцев» на жертвенных камнях режут!..

На своем месте я провел еще двое суток, практически не отлучаясь от аппаратуры, почти не ел и не спал. Извелся, тихо сходил с ума… но ничто не изменилось. Аномалия, забросившая меня сюда, больше не возникала.

Тут до самого большого тугодума дойдет, что больше высиживать… кроме своих фаберже, нечего. Конечно, боязно, так и проскакивает мысль, что ты уйдешь, а аномалия сработает — и шанс упущен.

Но с другой стороны, здесь можно сидеть до заговенья. Беда лишь в том, что еда подходит к концу. В любом случае придется отвлекаться на охоту, и надолго.

Конечно, можно обустроиться, и рано или поздно, если явление все же регулярно повторяется, можно его подловить. Но что-то говорило мне, что шансы подобного стремятся к нулю.

Так что надо сваливать и, как любой другой уважающий себя попаданец, идти исследовать мир, становиться бароном, обзаводиться гаремом из эльфиек… темной и светлой. Хотя, может, ну ее, темную, учитывая их славу стерв-истязательниц. Я ведь не мазохист…

Интересно, они тут вообще есть? Если есть, то и остальные расы тоже наверняка должны присутствовать.

А магия? Может, я, как типичный попадун, являюсь скрытым мега-архимагом?! Местные маги при виде меня, когда обучусь, конечно, будут нервно курить в сторонке… а враги, если вдруг таковые обнаружатся в поле зрения, как у любого другого попаданца, — мочиться от страха и убегать на карачках.

На худой конец, заделаюсь великим прогрессором, буду деньги грести лопатой, варя стекло, куя булат и еще что-нибудь творя…

Я от этих мыслей засмеялся и ржал до колик в животе, валяясь на земле, и под конец едва сопел, не в силах разогнуться. Что поделать, нервная реакция…

Отсмеявшись и кое-как разогнувшись, стал собираться в дорогу.

— И будем надеяться, что в этом мире все же есть люди…

Я быстренько собрал всю свою электронику, скатал палатку и загрузил это на своего старичка — «зайчика» или «кролика», не знаю кого нарисовали на эмблеме «восхода».

Загрузить-то, загрузил и уже решил резко дернуть ногой дрыгалку, чтобы завести двухколесного коня, но в последний момент передумал. Далеко по лесу я все равно не уеду. Я к полянке-то едва проехал, а она не так уж глубоко располагалась от дороги, что вела на деревенские сенокосы да грибные места, — а уж тут, по этим буреломам?!

Шум опять же. Зачем шуметь мотором на весь лес? Не стоит привлекать к себе лишнего внимания раньше времени. Сначала надо провести разведку, самому посмотреть, что да как вокруг, и выходить к людям по своей инициативе. А то мало ли что… объявят еще демоном и спалят на пионерском костре.

Так что зайчику-кролику придется остаться здесь с большей частью аппаратуры. Ноутбук тоже хотел оставить — с собой таскать неудобно и тяжело, без книг в нем как-нибудь обойдусь, тем более что справочников там никаких нет, — но жаба задушила. Взял. Прихватил также простейшую лазерную сигналку, из датчиков которой можно образовать квадратный сигнальный контур: никто не подберется незамеченным, обязательно пересечет луч. Правда, от ландшафта тоже многое зависит…

Камеру возьму. Она у меня чудо как навороченная, чего только стоит режим ночного видения. Телефон к чертям. А солнечную панель беру с собой — заряжать батареи ко всему остальному.

Понятное дело, что беру палатку со спальником и рюкзак с остатками провианта, коего хватит еще максимум на два дня, но лучше бы перейти на подножный корм. Также взял аптечку с необходимым минимумом лекарств. Не забыл насос для подкачки воздушных баллонов для пневматики. Также на мне бинокль, нож охотничий на поясе и складной в кармане, туристский топорик за спиной. Спички, зажигалка. Фляжка с водой плюс термос (уже давно пустой) в рюкзаке. Лопатка, называемая саперной, тоже при мне. Спиннинг.

Нагрузился как вол. И объем, и масса груза получилась весьма приличной. Но запас карман не тянет. Все нужно.

Немного подумав, прихватил все консервные банки. Сколько раз замечал, что, едва выбросишь ненужную вещь, она требуется чуть ли не на следующий день. Авось и банки на что пригодятся. Весят немного.

В пластиковую бутылку из-под американской газировки, что растворяет внутренние органы не хуже серной кислоты, из бензобака слил бензина. Можно будет огнемет сделать, если дырочку в крышке проделать. Самому бы при этом не сгореть…

Ну, вроде все… готов двигаться. Подняться бы только…

Прошагав с три километра, уткнулся в водную преграду, сиречь реку. Вроде небольшую, шириной метров десять, и неглубокую, под полтора метра в стремнине, — но смысл ее преодолевать? Лучше уж по ней сплавиться, куда бы она ни текла, тем более что особого маршрута движения у меня нет. А учитывая, что все поселения находятся у источников воды, — это тем более самый верный способ добраться до местной цивилизации.

Хотел было вернуться к мотоциклу — такое-то расстояние я всяко-разно преодолею, — но потом решил: зачем? Вдруг аборигены какие каннибалы, придется резко делать ноги, так зачем им на растерзание моего железного демона оставлять? Ну уж нет.

Ну, а раз так, принялся за изготовление плота. Вот уж намахался я топориком, сколько за всю свою жизнь не махал. Свалил четыре сухих ствола и кое-как связал их капроновой веревкой. Держал плот вроде неплохо. Но палатку пока решил не ставить — мало ли что, может, впереди пороги или, того хуже, водопад, а терять имущество неохота.

Речка на вид была кристально-прозрачной, и я рискнул набрать в уже опустевшую фляжку воды. На всякий случай прокипятил — вкус после кипячения не ахти, но рисковать не хотелось: мало ли какие микроорганизмы водятся в местной воде. Хотя, с другой стороны, если уж на то пошло, я давно инфицирован… Ладно, к черту мысли о болячках, пора отдавать концы… в смысле, у плота. И я отдал, оттолкнувшись шестом от берега и выходя на центр русла, где меня подхватило довольно приличное течение, только успевай поддерживать курс.

Так я и плыл-шел до самого вечера.

Была мыслишка остаться на плоту, предварительно его заякорив, но передумал — слишком уж ненадежно. До меня хищник при желании добраться сможет без особых проблем, а вот я убежать быстро уже не смогу. Так что лучше на сушу, а еще лучше — на дерево, вон как раз подходящее. Я и так сильно рисковал в прошлые ночевки — хорошо, что обошлось.

В разлапистом дереве обустроил себе лежанку, соорудив настил из жердей между ветками. Они росли как-то странно: ярусами.

Поужинал же пойманной в реке рыбиной. Я вообще в рыбе не разбираюсь, так что не знаю, что это было, но размер хороший, с руку длиной, так что рыбешки мне хватило за глаза. Запек ее в углях.

И на боковую.

Несмотря на стресс, отрубился практически сразу. Сказались бдения прошлых суток.

Проснулся от удара по дереву, и, не привяжись я к нему веревкой, свалился бы на землю что твой поспевший плод. Скорее всего, и до земли бы не долетел, а угодил прямо в пасть жуткому чудо-юде, что разочарованно взревело так, что у меня кровь в жилах застыла и я чуть реально не обделался от страха.

Чудовище протаранило дерево вновь, словно решив его повалить, и я принялся спешно копошиться в своих запасах в поиске того, чем бы эту страшилу отпугнуть. Схватил баллончик с перцем и прыснул в гада.

Лучше бы я этого не делал. Чудовище взревело так пронзительно, переходя на ультразвук, что я чуть не оглох и не скончался от разрыва сердца. После чего зверюга неизвестного вида принялась крушить ствол своими чудовищными по длине, крепости и остроте когтями. Бензопила «Дружба» отдыхает — во все стороны летели кора и щепа. Чудовище реально решило свалить дерево и достать обидчика.

Вспомнил о бензинчике и, отвинтив крышку, полил на животину, этак с пол-литра: жалеть драгоценное топливо в таком случае не стоит — жизнь дороже. Животное на жидкость почти не обратило внимания, лишь презрительно фыркнуло — наверное, подумало, что это результат страха, и мало ли у кого как моча воняет… а зря. Ярко вспыхнула туристическая спичка и метеором упала вниз. Мгновение — и внизу запылал живой костер.

Завоняло паленой шерстью. Зверь заорал и, оставив ремесло лесоруба, принялся носиться кругами и прочими зигзагами и периодически валяться по земле, пытаясь сбить обжигающее пламя. Получалось пока не очень, а я подготовил ракетницу. С пневматикой против такой туши не попрешь: страхолюдина просто не заметит пуль.

К счастью, сигнальный боеприпас переводить не пришлось. Зверь умчался прочь в сторону реки, куда, скорее всего, и плюхнулся, гася огонь, а возвращаться, наверное, передумал — слишком уж жестокой оказалась добыча. И правильно сделал.

Так что на следующую ночь, преодолев за день некоторое количество пространства, не встретив ни одной живой души и даже следов разумной деятельности, я выбрал дерево покрепче и забрался повыше. На этот раз приведя все свое оружие в полную боевую готовность, чтобы не терять ни минуты времени на поиски.

— Да чтоб вас… — ругнулся я, вздрогнув, когда услышал вдалеке протяжный волчий вой.

Ему вторил другой волк, потом третий и четвертый. Все немного с разных сторон, но примерно с одного направления — если я не ошибаюсь, к востоку от меня.

Потом стали слышаться тявкающие звуки, и их характер был таков, что сразу стало ясно: волки загоняют добычу, отрезая ей пути к отступлению и возможности маневра, загоняя в ловушку, элементом которой являлась река, — это, наверное, на тот случай, если они раньше не нагонят ее.

И что самое поганое — направление они держали примерно в мою сторону. Не хотелось бы связываться с серыми санитарами, или какого здесь волки окраса и размера.

Прав был старик Мэрфи, сказав, что если есть вероятность того, что гадость может случиться, — будьте уверены, она непременно произойдет.

Правильно: волки шли точно на меня — точнее, к дереву, на котором я засел. Но сначала под ним пронеслась человеческая фигура.

Вид гуманоида, кем бы он ни был, в темноте не разобрать, несколько вышиб меня из колеи, потряс и обрадовал, да так, что я пропустил появление волков, выскочивших из темноты буквально в следующий момент.

Еще пара секунд — и первый волк догнал свою жертву, повалил на землю. Там раздался крик, вой, послышалась возня.

«Моего возможного проводника Пятницу мочат!» — подумал я и вскинул винтовку, сразу же засаживая первые пули в следующих выскочивших за вожаком волков с горящими краснотой глазами.

Раздался вой. Да, для волков пули дум-дум, да еще со столь короткой дистанции, — это уже серьезно, мышцы и кишки, в зависимости от того, куда я попадал, им рвало только так.

Пять волков свалились, еще трое продолжали терзать жертву. Нет, уже двое. Жертва оказалась не так проста и одного волчару серьезно покалечила, так что он отвалил в сторону.

Я быстро зарядил свою воздушку и стал тщательно целиться, чтобы не попасть в возможного «языка». Но потом плюнул на тщательность — каждая секунда на счету, потенциального союзника вот-вот порвут на лоскуты, наверняка ему уже хорошо досталось от волчьих зубок, — так что я начал высаживать пулю за пулей при малейшей возможности.

Один готов. Оставшийся волк, почуяв неладное, разорвал дистанцию от жертвы, чтобы осмотреться, за что и поплатился: пуля вошла ему в бочину, превратив внутренности в кашу. Волк, взвыв от боли, рухнул на землю.

Свалился и спасаемый, секунду назад вскочивший на одном адреналине. Ему следовало немедленно помочь, но прежде требовалось добить волков, для чего пришлось еще раз зарядить винтовку и бить серым в район сердца, чтобы наверняка. Засаживал по две пули.

Все, волки перестали дрыгаться даже в конвульсиях. Можно спускаться и оказывать пострадавшему первую медицинскую помощь.

Глава 2

Кирилл. Пападанец в роли доктора Айболита

Прихватил аптечку с фонариком и резво спустился. Быстро нарубил веток, свалил все это вдоль тела в метре от пострадавшего, не упуская того из виду — вдруг еще кинется, приняв за врага, в таком состоянии действуют на инстинктах, — сбрызнул дрова бензином и поджег. Света нужно много — светодиодного от налобного фонаря недостаточно.

Огонь ярко вспыхнул, осветив спасенного, и я отшатнулся. Нет, не от вида чудовищных нанесенных волчьими зубами ран, хотя эти раны были просто кошмарными. Предо мной лежал… не человек. Гоблин, самый что ни на есть натуральный гоблин, а если быть еще точнее, то гоблинка, или гоблинша… Как определил? Ну дык чего там определять? Волки постарались раздеть свою жертву перед употреблением, да и чего там было раздевать? Содрали лифчик с набедренной повязкой из шкуры — и вся недолга.

Что сказать о внешности, если забыть про раны. Рост едва под полтора метра, про цвет кожи не скажу — огонь и синеватый свет от налобного фонарика не давали точно определить раскраску, но темное, вроде даже зеленоватое. Тело… тело вполне… вполне приятное на глаз. На ощупь от человеческого точно бы не отличил, в том числе что касается груди — размерчик тоже неплох относительно невысокого роста. Второй точно есть…

Касаемо же головы — тут имелись явные отличия. Первое, что выделялось, — это уши. Довольно большие, чуть оттопыренные, «слоновые», площадью с мою ладонь, но гармоничные. Что касается непосредственно лица, то особого отторжения не вызвало, хоть и гоблинша. Я, признаться, думал, что будет уродство, как рисуют гоблинов у нас: мерзких поганцев, — но нет, при ближайшем рассмотрении можно даже назвать милым. Хотя мужики гоблинские могут быть и явными уродцами, женщины же на лик мягче… Ну и волосы — длинные, собранные в хитрую плетеную прическу, сейчас изрядно растрепанную и залитую кровью.

Все это я оценил в одну секунду, и встал, собственно, насущный вопрос: что прикажете с ней делать? Спасать или добить, чтобы не мучилась? Проявить, так сказать, милосердие…

С одной стороны, это «язык» — какой ни есть, но «язык». С другой стороны, а много ли знает этот «язык», прежде носивший в качестве одежды пару шкурок? Ведь такое одеяние, да и каменный ножичек как оружие, выдает в них отпетых дикарей, и информации много явно не вытянешь. Это я уже молчу о том, что «язык» — гоблинша, не человек. Не то чтобы я был ксенофобом, но гоблин есть гоблин, злобные гады, человечинку при случае наверняка жрут за милую душу…

«Так, стоп! — остановил я себя. — Ты ничего не знаешь, а судишь о лежащем… лежащей перед тобой особью, пусть и не человеческой расы, по земным представлениям об ее виде. Это как минимум опрометчиво…»

Опять же за неимением гербовой пишут на туалетной. Это я в том смысле, что от гоблинши получу хоть какие-то данные — ну, например, в какой стороне искать людей. А то, может, я как раз в царство этих самых гоблинов направляюсь, где меня и скушают со всем их удовольствием. Это будет не слишком весело… для меня точно, а гоблинам — наверняка наоборот, праздник, деликатесный дюфцит… может, даже торжества устроят.

Это географическое обстоятельство и нежелание быть главным блюдом решило все мои размышления в пользу человеко… то бишь в данном случае гоблинолюбия… хоть и звучит как-то гадостно — как некро— и зоофилия в одном флаконе.

Женщина опять же…

В общем, отбросив подальше обсидиановый нож, я принялся лекарить. Лекарь из меня — как Папа Римский, но за неимением гербовой… буду лечить я. Первым делом убедившись, что пациент скорее жив, чем мертв, дыхание есть, сердцебиение тоже достаточно сильное, живучий народ эти лопоухие, я достал из аптечки иголку и вдел в нее шелковую нитку. Требовалось как можно скорее закрыть раны и остановить кровотечение.

Использовать медикаменты, обезболивающее я не решился. Вдруг подействует как яд? Не человек же лежит передо мной.

Первым делом промыл водой из фляжки с разбавленной в ней маленькой щепоткой марганцовки и зашил самую большую и кровоточащую рану на правой ноге, потом — рану, лишь немного уступающую по размерам первой, на левой. Хорошо, что до вен не добрались клыки лесных пластических хирургов. Оплошали серые.

Дальше промывал и зашивал раны по всему остальному телу — подрали ее знатно, живого места не осталось, учитывая царапины от когтей, даже грудь левую зашил. Тут я ничего не чувствовал. Во-первых, хоть она и женского пола, но не человек, а во-вторых — пациент. А так…

Зашив, замазал все йодом (весь флакон извел, царапин не счесть) и слегка забинтовал. Точнее, прижал к ранам бинтом, которого у меня всего один пакет, широкие листья с ближайшего куста исключительно для того, чтобы грязь не попала.

Ох, и умаялся я! Шил, наверное, часа полтора не разгибая спины, только оглядывался изредка по сторонам. Костер успел прогореть, лишь угли тлели, спасал только светодиодный фонарик, а уж сколько швов пришлось наложить — и ведь не простые стежки делал, чай, не рваный носок штопал, а полноценные хирургические, каждый стежок отдельно! И все в кровище, иголка выскальзывает… Даже порванное ухо ей заштопал.

Кстати, от гоблинши особо и не пахло, разве что слегка и не остро — все-таки долго и быстро бежала, спасаясь от хищников, вспотела. А то обычно дикарей изображают жуткими вонючками, в волосах которых чуть ли не мыши живут и гадят. И это, на мой взгляд, как минимум странно. Сами посудите, ведь дикари — охотники, и лишний запах им совсем ни к чему, дичь вся разбежится, заходи они хоть трижды с подветренной (или наветренной?) стороны, сами ни черта из-за своего амбре не почуют и останутся голодными, так что волей-неволей личную гигиену начнешь соблюдать: урчащее брюхо заставит.

Скорее излишняя телесная вонь — это сомнительное завоевание цивилизации, когда у людей ум за разум заходит, про всякие там телесные защитные пленки, данные от рождения, что смываются во время омовения. Это я про средневековую Европу намекаю. Особенно воняют двинутые на почве религии — это я уже про Орден тамплиеров, где омовение было чуть ли не запрещено!!! Ох, и вонючие были парни! Комары, наверное, еще на подлете дохли… А уж какой духан стоял в казармах рыцарей! Бухенвальд плачет от зависти.

Закончив работу, убедился, что пациентка все еще жива и никаких дополнительных мер вроде не требуется, тем более что я ничего сделать уже не в силах. Все, что мог, сделал. Разве что массаж сердца и дыхание рот в рот… но не уверен, что я обрадовался бы последнему, — ведь зубки она все же вряд ли чистила регулярно. Хотя опять-таки именно дикари усердно чистили зубы палочками, так что кто его знает, кому будет «приятнее». Я, надо сказать, гигиену несколько забросил.

Перенеся пациентку на плот, завернул ее в спальный мешок для сохранения тепла, так как крови она потеряла ну очень много.

После чего занялся волками. Не смог удержаться от того, чтобы не выбить им клыки. Трофей. Все туши сбросил в реку.

Ворохнулся в душе хомяк, но несильно. Возиться с их шкурами как-то влом. Во-первых, весь мой опыт сдирания шкур заключается в обдирке в детстве полутора десятков сусликов. А здесь громадные волки. Возни много, а толку чуть. Ну не знаю я, как правильно обрабатывать шкуры, да и ингредиентов нет. Завоняют, пропадут — столько труда напрасно канет втуне.

В последний момент одну тушу выловил назад и разделал. Пациентке после пробуждения потребуется жратва, а другой пищи у меня нет. НЗ² тратить не хотелось.

Вырезал печень, немного нарезал мяса и принялся последнее варить в котелке. Сам я волчатину есть не буду, но гоблинке сойдет.

Пока варилось мясо, а вариться волчатине, как и собачатине, надо долго, я, время от времени снимая пену, стоял на часах, осматривая окрестности как невооруженным, так и вооруженным глазом, то есть посредством видеокамеры в режиме ночного видения. Слава местным богам, никого не принесло на запах крови (ее пятна я постарался уничтожить, как мог, огнем с применением бензина, изведя его до капли) и дыма. Хотя вполне возможно, что хищники удовлетворились снесенными тушами волков.

Подступил рассвет, и на душе сразу как-то стало легче. День гонит страхи прочь. Впрочем, как и определенную решимость: сколь ни странно, а ночью все кажется более осуществимым, чем днем… Что поделать, ведь ночь — время фантазии, а день — суровой реальности.

Присев рядом с плотом, на котором все еще без сознания лежала гоблинка, принялся за рыбалку. На этот раз попались мелкие рыбешки вроде подлещиков и такие же костистые.

А гоблинка страдала в горячке, обильно обливаясь потом, горела… Пришлось ее обтирать и поить наваристым бульоном. После кормежки она ненадолго пришла в себя, посмотрела на меня мутным блуждающим взглядом и вновь отключилась.

Понятное дело, в таком состоянии она путешествовать не может, да и я желанием не горел, пока не разберусь с географией хотя бы на самом примитивном уровне, а то и вправду попаду в котел на обед к каннибалам. Пришлось ставить полноценный лагерь и продумывать вариант того, как я буду Зеленоглазку — так я прозвал гоблиншу за темно-зеленые глаза — втаскивать на дерево. Не хочется мне еще раз провести ночь на земле, вздрагивая от каждого шороха и вскрика.

Раны у Зеленоглазки опухли, что неудивительно, и я все же рискнул дать ей антибиотик и вновь промыл раны раствором марганцовки.

Соорудив платформу из жердей, с помощью веревки я затащил ее на второй ярус исполинского дерева, где решил обустроиться, и даже поставил на таком же основании из жердей палатку. Там же сделал очаг из камней, и теперь можно было на землю вообще не спускаться, разве только за водой.

Собачье мясо пришлось выбросить, Зеленоглазка все не приходила в себя — и неудивительно, хотя жар к утру следующего дня заметно спал и лихорадка ее колотила не так сильно. Видать, антибиотик сделал свое благое дело.

Но мяса на следующий день я все же добыл. На противоположном берегу показались кабаниха с кабанятами, и одного поросенка-полосатика я свалил из винтовки. Пришлось сгонять туда на плоту, пока мою добычу не оприходовали. Хищников — тьма.

Когда разделал тушу, пришла в себя Зеленоглазка, все еще слабая, потому, наверное, сильно меня и не пугалась, хоть и вздрогнула.

— Ешь…

Я, насадив на палочку с одноразовой пластиковой тарелки кусочек слегка прожаренной печенки с кровью, протянул ей. Зеленоглазка упрямиться не стала и довольно живо слопала все, что было, запив это мясным бульоном, — вот и банки пригодились как посуда а-ля кружка для гоблинки.

Налопавшись, бледная, в смысле — очень светло-зеленая, — Зеленоглазка вновь погрузилась в целебный сон. Я же принялся за зубы волков, решив сделать из них нечто вроде ожерелья, только не на шею, а на шляпу, как у Крокодила Данди.

Давно мечтал — и вот мечта стала былью, правда, в ином измерении, чтоб его… Муравьи, в чей муравейник я бросил трофеи, хорошо почистили клыки, я еще в кипяточке с марганцовкой ими побулькал. Мучиться особо не пришлось. Нитка есть, иголка есть, есть даже камуфляжная ленточка, на которую я эти зубы и нашил, после чего присобачил все к шляпе. Получилось неплохо — по крайней мере, мне понравилось. Грозно, блин.

Подумал было, что, наверное, еще и хвосты следовало отрезать, подвязал бы к плечам… Но потом понял, что не стоило: их ведь еще обработать надо, а так вонять начнут.

К вечеру третьего дня Зеленоглазка выглядела уже неплохо и, все еще немного шугаясь, приняла от меня вареное мясо кабанчика и бульон. Съела так, что за ушами трещало.

В качестве жеста доброй воли и дабы избежать эксцессов, я протянул Зеленоглазке ее нож, сделав к нему ножны из баночной жести и веревочку, чтобы можно было на шее носить, как это делал Маугли в мультике. И очень надеялся, что она не кинется на меня с оружием.

Долго думал, давать его ей или нет. С одной стороны, дикарка ведь, да еще гоблинка — кто ее знает, как она себя поведет, да еще с человеком: возможно, мы их лютые враги — может и кинуться с кличем камикадзе. А с другой стороны, нужно сразу расставить все точки над «ё» и понять, получится у меня с ней диалог или нет. Нож в этом плане, как лакмусовая бумажка, покажет все без прикрас. Опять же увереннее себя чувствовать станет — поймет, что она не пленница, я ее считаю не опасной, равной, ну и все такое прочее психологическое…

Не напала. Повертела нож в руке, пару раз сунула-вынула из ножен, посмотрела на зашитые раны под частично слезшими бинтами… Раны, кстати, заживали, что называется, будто на собаке! Собственно, такая регенерация не снилась вообще никакой собаке. Похоже, швы можно будет через пару дней снимать. Ну вот, посмотрела на зашитые раны, свой ножичек в руках — и сделала правильные, нужные мне выводы, что убивать ее никто не собирается, и окончательно успокоилась.

Ну что ж, можно приступать к какому-никакому разговору. Начнем, пожалуй, с имен.

— Кирилл, — представился я, показав на себя рукой, а потом переведя руку на гоблиншу с немым вопросом — типа, а тебя как, красавица лопоухая, звать-величать?

— Галлогала, — представилась она.

— Галлогала, — повторил я, показывая на нее.

— Галлогала, Кирриэл…

— Кирилл.

— Кирриэл… — вновь выдала она.

— Ладно, пусть так… — махнул я рукой, понимая, что речевой аппарат гоблинки не сможет выдать мое имя более правильно. — Кирриэл, так Кирриэл, мне по барабану.

Отлично. Айкью у гоблинки на удивление достаточно высок, понятлива и идет на контакт. Это радует, плодотворное общение возможно. А то я боялся, что придется попотеть. Теперь надо выяснить, в какой стороне люди.

Вопрос в том, как обозначить понятие «человек»?! Вот же засада на ровном месте! И что теперь делать?

Тут мне в голову пришла идея обратиться к наскальным рисункам, столь любимым дикарями. В смысле, бумажным. Достал из рюкзака блокнотик, карандаш и стал достаточно схематично рисовать гоблина и человека. Благо одно отличие легко бросается в глаза — уши. Вот уши и выделил.

Медленно, чтобы не пугать, подсел к Зеленоглазке-Галлогале. Дергаться она не стала, хотя на ножичек покосилась. Ну да ладно…

Показал на себя и человечка на рисунке, потом на нее и на лопоухого человечка на листке. После этого еще раз показал на себя и рисунок человечка и махнул рукой по сторонам, в смысле, где эти человечки живут ближе всего.

— Где?

Галлогала нахмурилась — видать, не сразу въехала в то, чего от нее хотят, но потом ее лицо озарилось, и она махнула наименее пострадавшей рукой в сторону западных гор. Точно умная.

— Торэ лалеки… торэ лалеки…

Понятно. Люди где-то там, на западе. Непонятно только, что означает «торэ», а что «лалеки». Но одно из них явно означает «люди», а второе слово — «там, туда, в той стороне». Хотя кто его знает, я не лингвист. Я иностранный язык в школе едва на тройку вывел. Не мое.

— Торэ лалеки? — переспросил я, чтобы удостовериться, что понял все правильно.

— Харэ, — согласно кивнула Зеленоглазка. — Торэ лалеки.

— А там есть торэ лалеки? — указал я на север.

— Мэне торэ лалеки, — отрицательно качнула головой Зеленоглазка. — Торэ голоны…

Голоны — это, наверное, гоблины или еще кто-то, решил я и, указав по очереди на север, восток и юг, спросил:

— Торэ голоны?

— Харэ… — подтвердила Зеленоглазка.

Ну, вот и все, собственно, цель достигнута, лечение окупилось жизненно важным знанием, я получил от Зеленоглазки все, чего хотел. Направление известно, можно собирать манатки и сваливать в край людей, пока меня тут не слопали как главное блюдо на дне рождения вождя.

«А она?» — вдруг вопросило меня мое второе «я», или иначе совесть, будь она неладна, — вечно лезет, куда ее не просят, в самый неподходящий момент.

А чего она?

«Подохнет ведь…»

Ну, дык, а мне какая печаль? Не я, так давно волки бы ее на удобрение пустили.

«Мы в ответе за тех, кого приручили», — назидательно заметило мое второе «я».

Гы, если она вообще приручаема. Я, например, не рискну спать с ней на одном ярусе. Собственно, если по уму, ее вообще в расход нужно пустить, от греха подальше…

На это моя совесть ответить ничего не смогла. Видать, подавилась словами от шока. Мучился, спасал — и в расход? Сильно.

Но в расход я эту лопоухую красотку, к которой, прямо скажем, уже привык, как-то естественно не мог. Действительно, как минимум жаль своего труда, ну и не убийца я. Опять же человек — стадное животное, ему спутники нужны.

Приодеть бы ее не мешало, подумалось мне, когда Зеленоглазка вылезла из мешка по естественным надобностям и справила их с настила под корни. Ей-то, может, сверкать упругой заштопанной попкой и прочими прелестями не привыкать — святая дикарская простота, — а мне как-то неудобно, мыслишки, знаете ли, определенного рода в голову лезут… организм-предатель в одном месте определенным образом реагировать начинает.

Гы-ы… Возникла еще шаловливая мыслишка фотосессию устроить в стиле «ню». Но не стал. Нехрен дурью маяться. Да и фотомодель несколько не в кондиции в плане внешности — свежие шитые раны выглядят не шибко соблазнительно. Может, потом как-нибудь. Хи-хи…

Порылся в рюкзаке и достал зеленые шорты с камуфляжной майкой. От шортов мне тут толку нет, разве что комарам на радость в них щеголять, а ей в самый раз — гоблинов комары, похоже, не жрут. Дискриминация по расовому признаку, блин! Комары-расисты! Майку разве что жалко, ну да ладно… у меня еще одна есть.

Дал Зеленоглазке и помог одеться, чтобы задом-наперед не получилось, показал, как работает молния. Это привело ее в полный восторг. Она, позабыв обо всем на свете, еще долго играла с замком… чисто ребенок. А может, и впрямь ребенок? Хотя вряд ли, но то, что она молода, — это точно.

Вновь подкатила темнота, намекая, что пора делать баюшки-баю… Я залез к себе и заперся в палатке со всем своим снаряжением, а то как бы не ограбила. Дикари — они ведь вороватые, тянут все, что плохо лежит, а все, что лежит хорошо, переводят в состояние «лежит плохо» и далее по тексту…

В палатку опять же незаметно не проникнуть. Чего уж тут скрывать, я опасался. Хоть я ее и спас и она должна быть мне обязана по гроб жизни, но кто знает их образ мышления! Может, тюкнуть камнем по башке — это местное выражение почтения? Шутю, конечно, но все же…

И еще я надеялся, что утром Зеленоглазки не увижу, то бишь она потихоньку свалит от меня куда подальше (и хрен с этой фотосессией), — ведь окрепла достаточно (все же до чего живучие эти гоблины!), ведь бежала же она откуда-то куда-то, где-то есть ее дом — будь то пещера, кочевая юрта, землянка или гнездо на дереве…

Не свалила. Пичалька.

Остается только надеяться, что она не сядет мне на шею и не свесит ножки…

Пришлось задержаться еще на один день. На завтрак, обед и ужин подстрелил какую-то полосатую парнокопытную зверушку с рожками. Зеленоглазка мне достаточно активно помогла разделать тушу. Шкуру она выпросила себе и к вечеру после легкой обработки скребком, сделанным из ближайшего булыжника, и золой, с вымачиванием в каких-то густо пахнущих горечью травах, сшила мокасины и сумку по типу моего рюкзака, то есть с лямками. В дополнение к ножу вооружилась парой коротких дротиков с копьеметалкой, присобачив сыромятной кожей каменные наконечники, что тоже изготовила при мне. Амазонка-на…

К обеду я присел рядом с ней и, показав на раны, легонько поддел один шов, сделал движение пальцем, имитирующее срез. После чего медленно достал нож и срезал первую стяжку, резко дернув ниточку из плоти. Зеленоглазка чуть вздрогнула, а потом принялась сама снимать с себя швы, орудуя своим бритвенно-острым каменным ножом. Правда, до всех ран, тех, что сзади, на спине, она дотянуться не могла или рисковала сделать себе новые, и там опять пришлось работать мне.

Ну, теперь точно все. Завтра поутру выдвигаюсь на запад, к людям.

Глава 3

Галлогала. Гоблинка из стаи Сломанный Клык

Я бежала, запутывая следы в лесу. Схватка за власть проиграна. Я жестоко ошиблась — верховная мать стаи оказалась гораздо сильнее, чем можно было предположить, и слабость, которую она испытывала последние дни и которой я решила воспользоваться, чтобы занять самое почетное место за костром на шкуре бадраха, не помешала старой карге, понесшей двадцать выводков и готовящейся понести двадцать первый, меня одолеть.

Я бросила вызов слишком рано. Следовало подождать еще немного. День, два… Может, слабость подкосила бы здоровье верховной матери еще сильнее, и тогда… Тогда меня мог бы кто-нибудь опередить. Та же Калларина… моя сестра по выводку. Или Парелла, также сестра, но из предыдущего выводка. Парелла — самая старшая из нас. Все дочери из предыдущих выводков давно отправились на перерождение, и тем более не осталось ни одной сестры нынешней великой матери.

Если бы великую мать победила кто-нибудь из них, то мне уже можно было забыть о титуле великой матери. Победительница быстро загнобила бы всех конкуренток на шкуру бадраха, как, впрочем, это сделала бы и я…

Да, мать оказалась сильна… наверное, даже не столько сильна, сколько опытна. Да, это, пожалуй, будет вернее… опытна. Она одолела меня не силой и не скоростью, стремительностью выпадов, а именно опытом, словно предугадывая все мои движения еще задолго до того, как я начинала действовать. Собственно, вся моя сила и скорость только и помогли мне остаться в живых и бежать. Редко кто из бросивших вызов великой матери оставался в живых, но мне повезло…

И о чем я только думала?! Ведь сколько раз ей бросали вызов до меня?! Много, очень много… Сама была свидетельницей не меньше раз, чем пальцев на руках, не говоря уже о том, что она когда-то сама бросила вызов предыдущей великой матери…

Но так желают духи, чтобы племенем правила самая сильная, чтобы потомство было самым здоровым. А кто может принести самое здоровое и сильное потомство? Конечно, самая сильная и здоровая, молодая…

Схватка была не на жизнь, а насмерть. Осознав, что победы не достичь и меня ждет неминуемая смерть, все же я хорошо потрепала великую мать (скорее всего, я оказала большую помощь кому-то из оставшихся претенденток на шкуру бадраха, кто непременно воспользуется еще более сильным ослаблением великой матери от схватки со мной), и она очень обозлилась, — я, собрав остатки сил, бросилась прочь.

Как я и думала, великая мать не пожелала меня отпускать, послав погоню из приблудных самцов, ушедших из своих стай в надежде стать доминантом в других стаях и дать свое потомство от великой матери. Остался только тот, кого я присмотрела для продолжения потомства, — оно и понятно: вдруг он мне поможет бежать. Ведь лучше завести потомство от беглянки, создав собственную стаю, чем оставаться в вечных кандидатах.

Собственно, схватка с великой матерью была неизбежна, потому как глупо надеяться, что великая мать ничего не заметит. А ей конкурентки в великой миссии главы стаи не нужны, и либо я победила бы ее, либо великая мать сгнобила бы меня, так что никто из приблудных даже подумать бы не посмел, чтобы оказать мне знаки внимания, чтобы не быть изгнанным, став одиночкой, кои долго не живут, и навсегда потерять возможность стать одним из продолжателей рода, в чем заключается цель всех самцов. Ради чего они постоянно выясняют, кто из них сильнее, дабы приглянуться великой матери.

Но настигающей меня, несмотря на все мои старания запутать и сокрыть следы, погоне не повезло. Они так увлеклись преследованием, что проморгали стаю волоканов, пошедших по их следу. Да и мне радоваться тоже особо нечему. Возможность прожить на несколько минут дольше, пока волоканы будут расправляться с рукой³ приблудных, не так уж вдохновляет. А уйти от этих зверей невозможно. Можно лишь продлить свою жизнь еще на несколько дней, взобравшись на дерево, но не спастись. Волоканы будут сторожить тебя внизу, пока ты не свалишься, обессилев от голода и жажды.

Но вот приблудные задраны. Оставалось лишь надеяться, что им удалось хорошо побить стаю и серьезно ранить оставшихся в живых. Тогда шансы на спасение многократно возрастали. Мне останется только достичь реки, перебраться на другой берег и уйти в отрыв, потому как волоканы быстро ослабеют от ран, и хорошо что я сама не получила в поединке ни одной серьезной раны от великой матери…

Но нет, приблудные самцы сплоховали, о чем сказал победный вой. Может, они и ополовинили стаю, но оставшейся половины хватит, чтобы меня догнать и растерзать. Можно было еще надеяться, что добычи волоканам хватит и они забудут про меня, но второй вой сказал, что эти надежды напрасны.

Я ускорила бег насколько возможно, каждое мгновение из-за непроглядной тьмы рискуя сломать себе шею, споткнувшись о корневище или запутавшись в траве.

Волоканы близко. Они начинают захлопывать капкан, о чем свидетельствуют их короткие потявкивания — так они разговаривают между собой, координируя свои действия. Река уже близко, но она меня не спасет. Волоканы настигнут меня в воде…

За что, духи!

Наверное, за то, что я все же проиграла схватку с великой матерью, оказалась недостойна, недостаточно хороша, чтобы продолжить род и возглавить свою стаю, а значит, должна умереть. И если великая мать не смогла меня убить, то за нее это сделают духи леса, натравив волоканов.

Захотелось остановиться и дать задрать себя зверям, и уйти на перерождения, в надежде, что в следующем круге жизни мне повезет больше, — ведь духам леса бессмысленно сопротивляться, так или иначе они добьются своего. Но что-то во мне не пожелало умирать так просто, опустив руки, и продолжало гнать вперед. Может, я ошиблась… опять ошиблась, и духи хотят чего-то другого, а не моей смерти, иначе зачем им придавать мне сил?

Волоканы совсем близко, до реки осталось всего ничего, я уже чую запах воды… и чего-то еще… но некогда разбираться, что к чему, нужно встречать врага. Я развернулась навстречу волокану, выставляя свой нож. Смерть пришла, но я заберу с собой как можно больше этих тварей, духи леса будут довольны мной и даруют достойное перерождение…

Отбить слюнявую пасть пустой рукой — и удар ножом под брюхо…

— Где вы, духи?

О духи, как больно!!! Но что это значит? Я жива? Ведь духи не ведают боли… о духи… как же больно… заберите меня к себе!

«Дух?!» — подумала я, увидев перед собой странное — размытый пятнистый контур, сливающийся с листвой.

Телесные страдания, пусть и не такие сильные, как раньше, подсказали, что духи не пожелали забрать меня в свой мир и отправлять на перерождение. Оставили страдать.

Тогда зачем он проявился передо мной? Хочет что-то сказать?

Нет, не сказать, а напоить… Странно…

В очередное пробуждение я поняла, что меня посетил не дух. Меня кормил человек в пятнистой шкуре… и сама я в коконе, как какая-то личинка… пошевелиться невозможно, да и больно.

Сначала я сильно испугалась человека. Ведь эти существа хоть и редкие гости в наших лесах, я сама видела их всего единожды, но они всегда стремятся убить кого-то из нас, как только увидят. Мы отвечаем им тем же, бросая в них копья из кустов и камни с деревьев, ставя у них на пути капканы в земле и самостоятельно срабатывающие ловушки с кольями из гибких веток.

Но этот человек меня не убил, более того — защитил от волоканов (он их убил, иначе бы звери меня задрали), лечит и кормит. Что же это значит? Не иначе лесные духи-покровители послали его ко мне… Но зачем? Хотя кто знает мотивы лесных духов! Даже шаманы не всегда понимают, что хотят до них донести духи во время камланий…

Потом человек отдал мне мой нож… в чехле. Нож выходил с легким шорохом, что не очень хорошо. Лучше, если чехол из шкуры: тогда нож будет выходить без шума, и никто не услышит…

Потом мы поговорили, представились, и человек с помощью картинок на странных белых ровных листах дал понять, что хочет узнать, где живут его соплеменники. Я показала.

А потом он подарил мне свою одежду, такую же пятнистую, как у него!

Что это значит, духи?! Ведь когда приблудные приходят в стаю и дарят великой матери подарки, то это… Он хочет, чтобы… нет, вряд ли… все-таки он человек… и я не великая мать, у меня нет стаи… но если человек ведом лесными духами, а я могу основать свою стаю, то это значит, что…

Нет, с духами никогда не знаешь, что может что-то значить. Все слишком неясно. Надо подождать и получить дополнительные, более точные знаки. Да, так и поступлю, подожду новых знаков от духов!

Хотя…

Нет, не надо спешить. Тем более что он не пришел ночью, даже более того — заперся в своем жилище из ткани, не выражает готовности, и я не могу его призвать. Так чего же хотят духи?

Человек, убедившись, что мои раны окончательно срослись, снял первые швы из волос… или не волос, но точно не сухожилий… а потом помог избавиться от них там, куда я не могла дотянуться и не видела.

А очередным утром он стал собираться. Скатал свое жилище из ткани, развязал плот, забрав веревку, заготовил довольно много еды. Сразу видно, что готовится уходить к своим соплеменникам. Видимо, он исполнил все, что призвали его сделать духи леса по спасению моей жизни. Или не все? Однако новых знаков духи не давали… или я их не заметила. Я ведь не шаманка…

Но что же делать мне? Остаться здесь? Нет, это невозможно. Это охотничьи угодья моей бывшей стаи. Рано или поздно меня выследят и убьют. Вокруг на много-много дней бега тоже нет свободной земли, все занято другими стаями… меня убьют.

Я поняла! Духи хотят, чтобы я пошла с человеком, и он приведет меня в свободные от других стай земли! Одной мне не пройти: либо порвут звери, либо убьют другие голоны. Ни одна стая, точнее, великая мать не возьмет в свою стаю потенциальную конкурентку, могущую бросить ей вызов. Переходить из стаи в стаю могут только самцы…

А с человеком, с его удивительным оружием, плюющимся невидимой смертью (даже звук похож на плевок), я смогу найти свободную землю и стать великой матерью своей стаи!

Благодарю, лесные духи, я принесу вам обильные подношения, как только появится первая же возможность!

Перед походом Кирриэл сделал мне еще подарки! Удивительные и очень дорогие!

Дал три емкости, которые он называл «баанкки». В двух из них можно было готовить на костре целебный взвар. Одна баанкка была высокой и потоньше, а вторая вдвое ниже, но чуть пошире. Но самой удивительной была прозрачная баанкка. Настоящее сокровище!

Человек раньше хранил там темный порошок, что растворял в воде с белым порошком. Противный на вкус, Кирриэл дал мне как-то попробовать, когда я заинтересовалась напитком. И как он только мог потреблять такую дрянь… впрочем, не все целебные взвары приятны на вкус. Но он вроде ничем не болеет, зачем же пить целебные напитки просто так, да еще такие горькие?

Но темный порошок кончился, было его немного, что весьма огорчило человека, и баанкку из-под него он подарил мне. Самое удивительное было даже не то, что она прозрачная, как вода, а то, что в ней можно было хранить не только сухие вещи, но и воду! Пусть немного, всего глотков пять-шесть, но они иногда так нужны, а ручья или реки поблизости нет! И все благодаря пробке, которую надо крутить в одну сторону чтобы закрыть, и в другую, чтобы открыть. Правда, варить в прозрачной баанкке ничего нельзя. Но ничего, для этого есть другие, не закрывающиеся баанкки.

В эту прозрачную баанкку я налила взвара, придающего сил. Все-таки слабость давала о себе знать, крови потеряно много, а в походе сил потребуется намного больше.

Перед выходом Кирриэл что-то мне говорил требовательным тоном, махал рукой. Я вообще-то догадывалась, что он меня прогоняет, но я не пошла. Если его сейчас ведут духи, то, конечно, следовало подчиниться, но с другой стороны, духи могли меня проверять. Духи есть духи…

Подарки… Человек делает подарки уже во второй раз. Знак ли это?

О! Да любая великая мать сразу же приблизила бы к себе самца, сделавшего ей такие необыкновенные подарки! Так знак это или не знак?! Как не хочется разочаровать духов… но и ошибиться нельзя.

Но понять очень сложно — ведь это человек пусть и ведом духами, однако желания сблизиться для продолжения рода не чувствуется… Разве что иногда… иногда он бросает заинтересованные взгляды, когда думает, что я его не вижу, но стоит только посмотреть в ответ — он отступает назад, делая вид, что не смотрел или смотрел в другую сторону.

Очень непонятно. Если бы он посмотрел так на меня, особенно после этих чудесных подарков, когда я смотрю на него, то…

Глава 4

Кирилл, он же Кирриэл, но ни разу не эльф!

Зеленоглазка отказалась покидать меня. Декабристка… Как я ее ни гнал, не уходила. Ну не пинком же ее по попке… а то вдруг швы разойдутся? Наверное, зря я ее одарил банками. Но очень уж она была в затруднительном положении — насобирала травы, варить не в чем, и так поглядывала на котелок, что я уступил ей эти емкости.

И кофе кончился! У-у… аж выть от тоски захотелось. У меня этого чудесного порошка и так едва треть банки было. Надеюсь, аборигены, те, что из людей, знают этот напиток, а то у меня явно кофейная ломка будет как у нарика. Я себя знаю — ни дня, точнее, утра представить себе не могу без кружки этого напитка, пусть и растворимого. Есть еще десять пакетиков чая, но это все не то. Не лезет в меня по утрам чай.

Да, что касается подарков, действительно зря я Зеленоглазку одарил банками из-под тушенки, рыбьих консервов и собственно кофе. Остается только гадать, чего она себе понапридумывала в связи с этими подарками: вон как иногда зыркает… кокетничает, не иначе, паразитка. Может, еще подарков хочет? Да и вообще надо поосторожнее с этим делом, а то как бы чего не вышло…

Так и шли на запад, к горам, за коими предположительно живут люди. Несколько раз Зеленоглазка давала мне понять, что лучше сделать крюк. Я не спорил — ей в своем родном лесу виднее, как лучше идти, — может, там другие гоблины тусуются, или звери, или еще какая напасть? В общем, даже хорошо, что она пошла со мной: очень многих неприятностей избежал.

А вот и горы…

Н-да, «выше гор могут быть только горы». Они оказались высокими. Очень. На парочке вершин даже снежные шапки есть — маленькие, но есть. Впрочем, мне эти пики не штурмовать, мы пойдем легким путем, как умные люди, что в горы не ходят, а их обходят, но все равно перепады высот значительны.

И мы пошли. Зеленоглазка мне, правда, что-то пыталась объяснить, но языковой барьер встал во всей своей монументальности, и я ничего не понял. По ее мимике, прыжкам и маханиям руками понял только, что там враги. Но ведь и в лесу было не небезопасно. Так что не привыкать. Единственное, что Зеленоглазка могла уже не определить опасность заранее, как это делала в лесу, — ведь, как я понял, горы — не ее стихия, вот это стоило учесть и быть начеку, а то, честно сказать, несколько расслабился со своей проводницей.

Сначала перевалы были невысокими — покрытые лесом сопки, — здесь все еще шла первой Зеленоглазка, а через день начались скалистые горы с редким кустарником — тут уже опасность выискивал я с помощью бинокля. В лесу-то я им не пользовался — просто смысла нет, а здесь Зеленоглазка заинтересовалась и так умилительно посмотрела на меня, а потом на бинокль, что я решил ей дать посмотреть, предварительно закинув ремешок на шею, предвидя бурную реакцию.

Зеленоглазка не подвела — только глянув в окуляр, тут же со вскриком выпустила из рук оптический прибор, и, не крепись он у нее на шее, бинокль мог бы и разбиться.

Я со смехом забрал его обратно и еще раз все внимательно оглядел. Но вроде все чисто. Скалы, скалы кругом, одни скалы и камень. Ничего живого, даже баранов, козлов и косуль не видать. Впрочем, обманываться не стоило — несмотря на открытость пространств, среди камней можно спрятаться не хуже, чем в лесу в кустах, пройдешь в метре и не заметишь… как тебе в задницу копье всадят.

Но как ни озирались, как ни вглядывались, а нападение все же прозевали. Просто в один прекрасный момент, когда мы шли по довольно узкой седловине, где-то наверху послышался шум, треск, грохот, и стоило только поднять голову, как я увидел, что на нас несется волна из кучи камней. Нам устроили осыпь.

— Бежим!!!

Но Зеленоглазку подгонять не требовалось. Мы сиганули вперед, едва уходя из-под обвала, но стоило нам уйти из-под одного — как нам устроили второй. По сути, нас загнали в ловушку. Причем работали сразу с двух склонов, так что уйти из-под обвала, поднявшись на противоположный склон, не представлялось возможным.

— Назад!

Мы рванули в обратную сторону, где обвал только-только закончился. Бежать дальше в обратную сторону также не имело смысла. Я уже видел мелькнувшие наверху фигуры, что, наверное, только и ждали нашего бегства, чтобы пустить вниз очередную порцию камней.

Увидев, что обед все еще живой, а не перетерт в мелкую мясную кашицу, нападавшие уродцы, числом от двух десятков до полусотни (точнее подсчитать было просто невозможно), разочарованно-воинственно взревели и принялись кидать камни помельче уже руками.

Вот тут пришлось попрыгать и побегать…

Потом плотность камнеметания несколько снизилась, и не суть, устали они или боезапас подошел к концу, а может, и то и другое, но теперь пришел мой черед шутки шутить.

Стоило только мне почувствовать, что данное место безопасно в ближайшее десять секунд, как я вскинул винтовку и быстро разрядил барабан. Наверху тут же послышались крики боли. А один из нападавших безвольной куклой полетел вниз по склону вместо камня.

Потери нападавших просто взбесили, и камнепад усилился, и мне с Зеленоглазкой опять пришлось изрядно поскакать козликами на пятачке. Я между делом еще успел перезарядить винтовку.

И вновь быстрая стрельба, выбившая еще трех-четырех уродцев.

Я выбивал гадов с одной стороны склона, чтобы, образно выражаясь, не бегать за двумя зайцами сразу. И это дало результат. Плотность камнеметания с северной стороны резко снизилась. В то время как с южного склона в нас летело от десяти до пятнадцати камней, с северного падало не больше пяти.

— Туда! — показал я на северный склон.

Зеленоглазка понятливо кивнула и ринулась со мной в атаку на местные амбразуры. Мы едва уворачивались от этих редких камней. Потом Зеленоглазка запустила свои копья, и камнепад стал еще реже. Добавил и я.

Не выдержав, видя, как их настигает смерть, а они своей добыче ничего сделать не могут, уродцы бросились бежать.

Я перезарядился в четвертый раз, сменив на этот раз еще и баллон со сжатым воздухом.

Вот это я понимаю гоблины, настоящие уроды. Правда, они имели какую-то серую раскраску. Природный это окрас или искусственный маскировочный колер, я даже проверять не стал. Для себя обозвал этих поганцев гремлинами — уж довольно сильно они отличались от привычных мне гоблинов в лице Зеленоглазки.

Тоже невеликого роста, но довольно широкие в кости и с маленькими конечностями, уши тоже остроконечные и широкие, но раза в два меньше гоблинских. Пасти клыкастые, особенно выделялись нижние клыки. Выражение морд злобное… У меня сложилось впечатление, что это помесь кого-то с кем-то. Гоблины в родословной точно есть. А если судить по нижним клыкам, то и орки отметились, хотя орков я еще не видел, но думается мне, что они тут классического вида. Думаю, правильнее назвать этих поганцев оркгоблами. Гремлины (знакомые мне по фильму-ужастику, и неизвестно — есть ли вообще тут такие существа) — это все-таки совсем уж крохотные коротышки с полметра высотой…

Пришлось уходить верхами, пока гремлины-оркгоблы не подтянули подкреплений, если у них таковые имелись.

Нас, как я понял, не преследовали — видно, побоялись, а значит, зауважали, — но мы все равно ушли достаточно далеко, а стоянку на ночь разбили на практически неприступном скальном возвышении.

Хотя эта неприступность обманчива — ведь как я понял, эти гремлины с камнем на «ты» и могут взобраться чуть ли не по отвесной стене, и если уж я умудрился туда вскарабкаться, то аборигенам это вообще как два пальца… Так что этой ночью придется устроить дежурства. Хотя я впервые установил сигнализацию (в лесу это делать было бесполезно из-за высокой травы: любая тварь проберется в растительном ковре под лазерными лучами датчиков), но лучше продублировать своими глазками. Не стоит надеяться только на технику.

Костер разводить не стали. Зачем давать знать всем в округе, где мы засели?

Чтобы распределить время на равные промежутки, пришлось Зеленоглазку в экстренном темпе учить пользоваться часами. В общем, с горем пополам я ей объяснил что как только вот эта маленькая и толстая стрелочка покажет вот на это деление, а большая и длинная вот на это, она должна меня разбудить. Но сначала иди спать первой. Уж очень вялой она выглядела, несмотря на выпитый взвар. Все-таки не стоит забывать, что она едва-едва оклемалась от ран, а кровопотери точно еще до сих пор не восстановила.

Зеленоглазка спорить не стала и тут же отрубилась на моей расстеленной, но не установленной палатке, накрывшись второй половиной как одеялом. Ветерок давал о себе знать…

Стало быстро темнеть, но я к этому времени успел подкачать баллоны воздухом и присобачить к винтовке самодельное устройство для удержания на ней моей видеокамеры. Спросите, зачем? А за тем, что из этого получился неплохой прицел ночного видения! Точность, конечно, оставляет желать лучшего, но на близких дистанциях вполне и вполне достойная. По крайней мере, все лучше, чем ничего. Особенно учитывая, что луны в небе нет.

Собственно, я не в курсе насчет наличия или отсутствия спутника у этой планеты типа луна. Есть она, нет ее или их вообще несколько. Пока ничего не видел. Звездного света недостаточно, а учитывая еще и облачность, темно будет как у негра… в желудке.

Но пока освещения еще хватало, в поле видимости никто не появлялся, и я от нечего делать стал крутить из алюминиевой проволоки какую-то финтифлюшку. Собственно, не от нечего делать, а чтобы успокоиться. Все-таки я изрядно разнервничался сегодня. Нападение в седловине не прошло бесследно, да и ночевка с бдениями и постоянной угрозой повторного нападения тоже не прибавляла спокойствия. А когда я делаю что-то руками, это меня отвлекает.

В жертву успокоению пошла самодельная антенна для сотового. И выбросить жалко, и не нужна вроде как. Решил сделать Зеленоглазке украшение. Фуфло, конечно, не золото и даже не серебро, но ей, непритязательной дикарке, думаю, сойдет. Я выпрямил успевшую скрутиться в невнятную загогулину проволоку.

Но что бы такое сделать? Всего метр. Вроде много, и в то же время — ничто.

Хороший такой браслет или на лоб типа повязки — мало, да и сложно шибко, и испортится быстро при постоянной носке в непростых условиях.

Для изготовления цепочки — нормально, но как-то не фонтан. Если уж что-то делать, то хоть с претензией на красоту. Да и резать придется. На фиг столько геморроя. Просто опять же слишком.

Для сережек — много. Тоже придется делить на части, работы мелкой куча, я все же не ювелир.

Думаю, нужно что-то из цельного куска выгнуть — скажем, бабочку, простенько, но со вкусом. Но для одного изделия многовато проволоки. Тогда пусть будет две бабочки. На руки привязать — на запястья, а можно выше локтей, а можно вообще к ушам присобачить, тем более что они у нее такие широкие.

Решено: делаю бабочек в двух экземплярах.

Сломал проволоку посредине и принялся гнуть первую фигурку, не забывая поглядывать по сторонам, не крадутся ли злобные оркгоблы-гремлины по наше нежное мяско, — хоть и говорят, что на ночь жрать вредно, но им ведь этого не объяснишь…

Бабочек я доделал, когда совсем стемнело, даже пришлось подсветить фонариком — не люблю оставлять работу неоконченной, тем более когда осталось совсем чуть-чуть. Получилось не ахти, я не художник-скульптор (или как правильно в данном случае обзываться?), но опять-таки не стоит забывать, кому я это делал и почему. Так что нормуль.

Спрятал сии «произведения искусства» в нагрудный карман и взял винтовку с присобаченной на место прицела видеокамерой. Ну-с, посмотрим, что там у нас…

Вроде чисто. Никакого шевеления не видно, никакой злобный гремлин не ползет через ручей, зажав в зубах каменный кинжал…

Сигналка тоже не работает, никто не прервал лазерного луча.

Вот и дежурство подошло к концу. Растолкал Зеленоглазку — дескать, бди, — дал ей часы и еще раз напомнил, что как только стрелка покажет на три часа — буди, и завалился в спальный мешок. Уснул практически сразу.

Проснулся с некоторым трудом. Раз тормошат легонько, то и опасности нет, и организм не видел причин вскакивать как подорванный. Зевнул так, что чуть челюсть не вывихнул, продрал глаза, побрызгался водичкой, вроде полегчало, но все рано как-то давило. Чтобы не отключиться как салага, врубил в плейере тяжелый рок.

Зеленоглазка вновь укуталась в палатку, а я стал бдить, мобилизовав все ресурсы. Через час начнет светать, а значит, если гремлины хотят на нас напасть, они должны это сделать в течение данного промежутка времени, так что я зорко вглядывался в темноту через камеру.

И как бы я ни был готов к появлению незваных гостей, увидел их все равно в последний момент. Одна тушка в какой-то хламиде из шкур и веток с пучками травы, распластавшись среди камней, уже перелезала через периметр!

«Они что, видят лазерные лучи?!» — изумился я не по-детски.

Похоже на то. И потом, кто их знает, в каком спектре они могут видеть! Нелюди ведь… Вполне возможно, когерентное излучение они видят так же хорошо, как люди тот же луч, только в дыму.

Вот же гадство! Враг, понимаешь, у ворот, а я пялюсь вдаль! Но ничего, кто к нам с этим пришел — от этого и погибнет.

Осмотрелся более тщательно и пересчитал врагов. Два десятка. Многовато… но делать нечего, надо биться.

Прицелился в ближайшего пластуна, успевшего перебраться через сигнальный периметр, и спустил курок. Как я уже говорил, на близких дистанциях точность попадания при прицеливании через видеокамеру вполне удовлетворительна. Вот и на этот раз не подкачала.

Ночную тишину разорвал визг боли.

Остальные нападавшие, осознав, что обнаружены, поднялись в атаку и ринулись на амбразу, разве что без криков «ура» и «за Родину, за Сталина», хотя что-то такое визжали, подбадривая себя.

Еще четверо падают на камни.

Перезарядиться…

Зеленоглазка тем временем вскочила и, верно оценив обстановку, метнула первые копья. Она в дополнение к своим двум, с каменными наконечниками, сделала еще дюжину простых заточенных дротиков — вот их сейчас и бросала размеренно и сосредоточенно.

Еще минус два.

В нас в свою очередь полетели камни из пращей. Прилетит такой в лобешник — мало не покажется.

Я залег, перезарядился и принялся выбивать этих метателей. Зеленоглазка тем временем задала жару штурмовикам, закидав их дротиками. Не все попали в цель, так что эти злобные гремлины начали вскарабкиваться к нам на верхотуру.

Ну и получи фашист гранату. Когда эти сволочи подобрались вплотную, я прыснул им в морды перчиком из баллончика. У-у, какой поднялся визг! Правда, кричали недолго, ровно до того момента, пока не разбивали свои бошки о камни внизу, на которые они падали.

С другой стороны площадки топорикам орудовала Зеленоглазка, снося тупые тыковки гремлинам: раз они ими все равно пользоваться не умеют, то зачем они им нужны? Правильно, не нужны.

Понеся кошмарные потери убитыми и ранеными, гремлины поспешили отступить.

Я, перезарядившись во второй раз, добавил им в спины, но никого не убил, в лучшем случае ранил. Но раны — сами понимаете какие от дум-дум.

Что-то яростное и наверняка обидное, потрясая окровавленным топориком, кричала вслед убегающим гремлинам Зеленоглазка.

Отбились.

Через полчаса адреналин, ударной дозой впрыснутый в кровь во время нападения, окончательно выдохся, и вновь захотелось спать. Заставил сначала добрать свой сон Зеленоглазку. А когда она проснулась, вспомнил о бабочках из алюминиевой проволоки и вручил ей.

— Держи, заслужила… Благодарю за службу.

И даже помог присобачить одну финтифлюшку на руку выше локтя с помощью веревочки.

Радости было полные штаны…

Оставив Зеленоглазку красоваться, завалился в спальный мешок и отрубился, несмотря на начавшийся рассвет.

Галлогала, она же Зеленоглазка. Гоблинша-беглянка, мучимая сомнениями

Кирриэл шел на запад в горы, где обитали злобные гуррулы. Они частенько спускались со своих скал и нападали на наши становища, убивая и пожирая самцов и уводя сестер в свои холодные сырые пещеры.

Человек, ведомый духами, шел туда, и мне, чтобы выполнить волю духов, не оставалось ничего другого, как следовать за ним.

Вдруг я подумала: а действительно ли человек ведом духами? Ведь духи наши — лесные, а там, в горах, естественно, хозяйничают горные — духи мерзких гуррулов, а значит, не смогут вести человека на враждебной территории, они непременно потеряют на него влияние. И что тогда? Что он сделает, ведь Кирриэл — человек, а я — голона. Вдруг он меня убьет, как это сделает любой другой человек с голоном?

Но тогда в этом нет смысла… Разве духи не знают, что они потеряют свое влияние в горах? Наверняка знают, не могут не знать. Или не потеряют? И вообще — ведом ли Кирриэл духами?!

Я даже споткнулась от такой мысли. Надо быть внимательнее…

Но если это так и человек действует лишь по собственной воле, и он по собственной воле, а не велению духов, вылечил меня и не убивает, то что тогда делать мне? Ведь он идет к своим соплеменникам, а не ведет меня туда, где я смогу стать великой матерью и создать собственную стаю! Там меня ждет смерть!

Как, впрочем, и здесь, в родном лесу, если останусь…

Но здесь я останусь одна, а там буду с человеком, который меня вылечил, выходил, дарил подарки и продолжает защищать. Может, и там, в краю своих соплеменников, он защитит меня… Но зачем это ему? И зачем это мне? В чем смысл?

Хм-м…

Будь что будет.

А вот и горы мерзких гуррулов — территория горных духов. Человек вроде никак не поменял ко мне своего отношения — значит, он действовал по своей воле, а не по воле лесных духов, зачем-то решивших меня уберечь.

«А может, лесные духи как-то договорились с горными?!» — с надеждой подумала я, не желая отказываться от первоначального предположения, что я избранная духами.

Но как в этом можно убедиться? Да очень просто! Если мы пройдем через горы без того, чтобы на нас напали проклятые гуррулы, то, значит…

Шум падающих вниз камней оборвал мои мысли и похоронил последнюю надежду, что все происходящее происходит не просто так, а с какой-то целью. Пришлось изрядно побегать и попрыгать, уворачиваясь от падающих на наши головы камней.

А потом было ночное нападение. И если первое нападение еще можно было как-то объяснить — дескать, не все духи пришли к единому мнению, кто-то был против договора и натравил на нас стаю гуррулов, как не бывает всегда единого мнения по какому-то важному вопросу между членами одной стаи, случаются споры, выливающиеся в жестокие драки… то второе нападение сказало, что лесные духи тут не появлялись, договора нет и мы сами по себе.

Это очень печально…

Что? Это мне?! Какая прелесть!

Человек протянул мне третий подарок в виде двух искусно сделанных из странной твердой нити бабочек!

Третий подарок!!

Бабочек!!!

Ведь именно бабочек ловят претенденты, самых красивых и редких, если великая мать не может сделать выбора сразу между несколькими кандидатами!

Но… его ведь ведут не духи… это не их знак, тут же опечалилась я.

Да какая разница?! Кирриэл сделал это сам!

«Но… он ведь не знает, что бабочки — это символ… — подумала я. — К демонам сомнения! Я загадала, что если будет третий подарок, то…»

Кирилл, он же Кирриэл, еще не подозревающий, но вот-вот готовый узнать, как он ПОПАЛ с этими алюминиевыми бабочками!

Эк меня спермотоксикоз прихватил! Давно я не видел эротических снов. Очень давно! А тут… Надеюсь, я не оконфузился. Вроде бы и стесняться особо некого, но вот перед самим собой как-то будет… не ахти будет.

А собственно, что это у нас тут? Как-то странно все…

И сплю ли я?

А то, знаете ли, сами, наверное, такое видели-испытывали не раз, бывают такие странные сны. Ты спишь и в то же время четко понимаешь, что это сон. Остро осознаешь, что все вокруг неправильно, нереально. Даже можешь осознанно действовать, а не смотреть на себя со стороны.

Нет, точно не сплю.

Я открыл глаза…

Что?! Это что же деется-то, люди?!

Караул! Убивают! Нет, не убивают… совсем не убивают.

Грабят? Ну-у, в каком-то смысле я потери несу… сейчас… вот-вот… ох-х… Все… первая потеря произошла. Потерял миллион с чем-то там… ну вы поняли. Для совсем даунов поясняю, что это я не о деньгах. У меня таких денег и не было никогда. Разве что копейками.

Тогда что? А, вспомнил… Помогите, люди! Спасите! Насилуют!!!

Ну а если серьезно, то я в первый момент спросонья (денек и ночка выдались не из легких, соображал туговато) действительно несколько растерялся. Будь я каким-то крутым спецназером с краповым беретом, привыкшим сначала стрелять, а потом спрашивать, — наверное, чисто рефлекторно свернул бы этой Зеленоглазке, насевшей на меня, челюсть, а то и шею, несмотря на все происходящее.

А потом… потом… я даже не стал задумываться обо всех этих «потом». Ну а чего, собственно? Почему с эльфийками всякими там можно, и даже с гномками, а гоблинками нельзя? Что за расовая дискриминация? В конце концов все, что надо, у них на месте. Лицом тоже ничего, мне, по крайней мере, при виде ее песенку «Ну что ж ты страшная такая…» петь не тянет.

А может (кто меня знает!), мне как раз втайне страшненькие нравятся? Ну мало ли у кого какие патологии… Кому-то нравятся худышки, кому-то, мягко говоря, полненькие, кому, как Киркорову с Галкиным, ну очень постарше, и наоборот… Хотя это уже уголовно наказуемо. Кому вообще… А мне вот страшненькие. Хотя раньше за собой подобного не замечал.

Плюнув на все самокопания и сомнения, повалил Зеленоглазку на спину… Ну все, ты сама напросилась, теперь от меня так просто не отделаешься. Я покажу тебе все, что только сам вспомню из курса речной географии «Кама с утра».

Глава 5

Кирилл, он же Кирриэл — попаданец удовлетворенный и в то же время понимающий, что проблемы только начинаются

Я шел с самым хмурым видом, и мне очень хотелось кого-нибудь убить особо жестоким способом… И причиной тому были совсем не гремлины, что рано или поздно опять повстречаются нам на пути и вновь попытаются засыпать камнями, после чего откопать и сожрать без соуса и перца. Они, наверное, потому и не появлялись, что я был очень даже не прочь их встретить. Телепаты, не иначе.

Причина моего хмурого состояния шла рядом со мной — она самая Зеленоглазка, улыбалась, ластилась и не смотрела по сторонам. Хотя уползала от меня с мольбой в голосе. Подозреваю, что гремлины не нападали на нас в этот момент только потому, что думали, будто кого-то убивают особо изощренным способом, и не хотели себе подобной смерти.

Правда, сначала получив свое, Зеленоглазка хотела от меня избавиться, даже брыкаться начала — я так понял, у них женщины занимают главенствующее положение, матриархат во всем своем махровом проявлении, — вот и со мной хотела поступить подобным образом, как с подчиненным. Но куда там! Я только-только во вкус вошел!

Распалила меня, получила что хотела — и в кусты? Не так быстро, детка! Я только начал! От меня так просто не отделаешься!

Да уж, разошелся я сегодня не на шутку — будто зверь какой в меня вселился… Чего я только с ней не вытворял! Много чего такого, чего с девушками на Земле позволить себе не мог из природной скромности. Группа «Мальчишник», с их «и даже на голове», отдыхает.

Чего тогда такой хмурый и откуда маниакальные наклонности? Да я, собственно, не знаю, что с этой Зеленоглазкой делать… остальные двадцать три часа. Да уж, любим мы находить себе проблемы на ровном месте, а потом героически их преодолеваем, а уж как любим поморализаторствовать — дескать, ответственны за тех, кого приручили, и тэ дэ, и тэ пэ. А уж в свете того, что я с ней переспал… Проблема даже не в том, что она не человек, — все-таки разумное существо, а стало быть, я не зоофил какой, а результат этого действа в ключе отсутствия «зонтика».

А уж если вспомнить старика Мэрфи с его самым знаменитым законом…

Что, не догоняете, о чем я? О том самом, плоде любви!

Час удовольствия, а сколько возможного геморроя! Остается только надеяться, что люди и гоблины биологически несовместимы и детишек не будет. Но если учитывать, в какой мир я попал, и озвученный закон, то уже ни в чем уверенным быть нельзя, и надеждам этим, скорее всего, не суждено сбыться.

Можно, конечно, бросить ее — если уж мужчины-люди бросают женщин, когда те в положении, то чего уж тут миндальничать! Поступить с нею как честный матрос — сами боги велели. Чего уж там, не человечка, и вообще… не я на нее полез, в конце концов, а как раз-таки она на меня.

Тоже, кстати, моральная травма, понимаешь! Не я, а она!

Но постепенно буря в душе как-то улеглась. Чего себя лишний раз накручивать? Будь что будет… а там будем поглядеть.

Галлогала. Гоблинка осчастливленная

О-о-ох!!! Только ради этого стоило стать изгнанницей!

Кирилл, он же Кирриэл. Попавший попаданец

Так мы и шли по горам, но, к счастью, больше эти уродцы на нас не нападали. Думаю, основную массу стаи мы выбили, а оставшимся сейчас не до того. Во-первых, надо залечить раны, а во-вторых, им сейчас не до нас: то, что стая ослабела, наверняка очень быстро станет известно соседям, и они быстренько оприходуют ставшую незащищенной территорию и самок. Надеюсь, к этому времени мы выберемся.

Раз уж так называемое «это» произошло, то я не видел смысла маяться вопросами, хорошо это или плохо, а уже сам после водных процедур в холоднющих горных речках подкатывал к Зеленоглазке. В конце концов, кто тут мужик?! Благодаря чему Зеленоглазка быстро набиралась опыта… Монахи у них, что ли, половое воспитание преподавали? Никакой выдумки. Я вообще так понял, что у них это чуть ли не на скорость все происходило: сделал дело — гуляй смело. Так что мои минимум часовые многоподходные «забеги» воспринимались ею чуть ли не как истязания, но судя по всему, ей нравилось, особенно учитывая, что гоблинки, в отличие от человеческих женщин, достигали пика наслаждения гораздо быстрее. Так что у нас была полная гармония.

В итоге в горах мы провели две недели. К счастью, вторую банду гремлинов я заметил раньше, чем они нас. Точнее, они заметили нас первыми и даже подготовили комитет для встречи, но засаду я все же разглядел в бинокль, а потому первый ход сделал я. Сменил маршрут, и гремлинам не оставалось ничего другого, как нас преследовать по неподготовленному маршруту, а тут уж я настрелялся вдоволь. Отвел душу.

Еще два дня пути — и перед нами раскинулась бескрайняя степь: океан зеленой высокой травы, что под легким ветром колыхался волнами. Тут и там в этом океане встречались острова рощ.

Хм-м, если Зеленоглазка имела в виду людей-кочевников, то… мне как-то не в кайф жить в таком кочевом обществе, перемещаясь с места на место со всем своим скарбом. Мне больше по душе оседлые сообщества, с городами и всеми благами цивилизованного уклада. Правда, города тоже разные бывают, с улицами, где реками текут нечистоты, на голову сбрасывают эти самые фекалии, все это стекает в реку, а потом из этой же реки берут воду для… Бр-р… к черту такие города.

Но делать нечего, надо иди вперед.

Зеленоглазка, правда, замялась. Такие открытые пространства ее, видно, просто пугали. Даже в горах как-то было привычнее — она, по крайней мере, видела их издалека, а этот «стол» — совершенно другой мир. Но отступать некуда.

Я посмотрел в бинокль и никакого движения в степи не засек. Ни стад травоядных, ни прямоходящих. Только орлы в небесах кружат.

И вот мы в степи. День, второй, третий… Останавливаться на ночевку предпочитали в рощах: Зеленоглазке так привычней, да и мне удобнее, безопаснее опять же. Похоже, мы шли по самому краю степи, где лесистых участков еще достаточно много — это и к лучшему, — в достатке ручьев, мелкой живности, дров…

Время от времени встречались курганы с каменными, исписанными рунами обелисками, или как их называют?

На четвертый день, поднявшись на очередную возвышенность, мы наконец увидели движение из пяти всадников. Ехали они на буйволах куда-то на север. Они уже удалялись, так что я просто не разглядел, кого мы, собственно, повстречали. Людей или еще кого. Вопрос не праздный, учитывая, что я столкнулся с гоблинами и гремлинами: значит, есть вероятность повстречать остальных «персонажей».

Что же делать? Идти дальше своей дорогой или все же пуститься в преследование? Рано или поздно общение придется устроить, так почему бы не сейчас? Опять же, на мой взгляд, лучше попробовать установить контакт с небольшой группой, чем наткнуться сразу на все стойбище. Это безопаснее в том плане, что если контакт не заладится, то отделаться от пятерки всадников будет куда проще, чем от всей толпы в несколько десятков голов. Одного барабана хватит.

Решено, идем по следу. И надо бы поторопиться — они ведь конные… то есть… всадники, в общем, а мы на своих двоих и изрядно устали. Но надо поднажать — и мы поднажали.

Шли до сумерек. Пора уже было вставать на ночевку, тем более что вряд ли получится нормальное общение на ночь глядя. Ночь — время подозрительности, день — открытости.

Но особого выбора просто не было. Заночевать в двух шагах от неизвестных — не самое лучшее решение. Могут неправильно понять, а то потом придется петь песенку: «Не хотел я умирать, но меня не поняли»⁴.

Тем более что вряд ли эти всадники будут двигаться ночью: быкам тоже нужен отдых, а значит, они, по всей видимости, довольно близко.

Я даже не предполагал, насколько близко. Взобравшись на очередное возвышение, я упал как подкошенный. Зеленоглазка рухнула рядом.

Как оказалось, мы вышли на край котлована… скорее всего, даже кратера, образовавшегося от падения метеорита. Практически идеально ровная лунка глубиной метров тридцать и диаметром под сотню-полторы. Растительности, кроме чахлой травы, внизу нет.

И похоже, мы пришли несколько не вовремя…

В центре кратера расположились преследуемые нами кочевники. Только там происходило что-то не то. Посудите сами: одного кочевника распяли прямо в самом центре кратера, вокруг развели костры, числом в двенадцать больших во внутреннем круге — и с полсотни маленьких во внешнем круге.

Животных не видно. Понятное дело, остались где-то наверху: вниз их не спустишь, стенки довольно круты, да и ритуалу, наверное, мешать будут своим мычанием. Вероятно, вон в той рощице справа припарковали парнокопытных, что примерно в двухстах метрах.

Четверо расположились вокруг жертвы. Трое рассевшихся по бокам и в ногах мерно покачивались из стороны в сторону — видно, что-то монотонно пели. Четвертый, устроившийся в изголовье распятого, чуть приплясывал на месте, покручиваясь то в одну, то в другую сторону, и бил в бубен, завывая так громко, что даже до меня доносились отзвуки его камланий. Хотя, может, в кратере такая акустика хорошая…

Лиц я разглядеть не мог: мешали сгустившиеся сумерки, и костры ничуть не помогали — скорее даже мешали. Кроме того, эти шаманы обрядились в свои шаманские наряды, и один их элемент костюма закрывал лицо всякими веревочками, косичками с привязанными к ним перышками, камешками и прочей лабудой. Оставалось только гадать, как они сами сквозь эти «камыши» что-то видят.

«Жертву» тоже рассмотреть не удавалось. Ее всю завалили «гербарием», и мешал плотный дым от маленьких курилен.

«Да здесь, похоже, какое-то жертвоприношение устраивается», — подумал я.

Хотя кто знает, может, это какая-то инициация вроде посвящения, или еще что дикарское, сугубо сакральное. Но исходить всегда лучше из худшего, так что рисковать не будем: надо линять. И я стал потихоньку отползать назад, утянув за собой Зеленоглазку. Нам с такими деятелями точно не по пути. Могут ведь решить, что мы тоже хорошая жертва, и сделать приглашение, от которого невозможно отказаться ввиду связанных ног и рук.

Но стоило мне только начать отползать назад, как камлания в кратере стихли, я невольно посмотрел туда — и тут же рванул прочь, уже не скрываясь. А чего, собственно, скрываться, когда тебя обнаружили и трое кочевников, отвлекшись от священнодействия, рванули к нам?

Отбежав метров на двадцать от края кратера, я остановился. Бегать бессмысленно. Даже если удастся оторваться сейчас, что весьма сомнительно при такой-то усталости и нагруженности, а барахло свое мне жаба бросить не позволит… Мы сюда-то доперлись, едва стоя на ногах, и это ненадолго: четыре ноги в любом случае гораздо быстрее двух. Догонят, как пить дать. А в темноте вряд ли удастся спрятаться. До нее еще надо дожить. Выследят, без вариантов.

Так что я остановился, скинул рюкзак и развернулся, изготовившись к стрельбе, встав на одно колено. Зеленоглазка тоже приготовила свои три дротика с каменными наконечниками. Два для постоянной носки ей показалось мало. Будь ее воля — она бы еще штук десять сделала, но пришлось ограничить ее милитаристские наклонности наращивания стратегически важного метательного вооружения. Неудобно и тяжело. Трех хватит выше крыши, учитывая и мое оружие.

Троица не заставила себя долго ждать. Минута — и вот они наверху, с криками размахивают ятаганами. Увидев нас, резко заткнулись. Ку-ку… не ожидали нас увидеть так близко? Думали, мы несемся в степь, не чуя под собой ног? Облом.

Но потом они опять воинственно заорали и бросились вперед.

Я нажал на спуск, и первый урод… да, это оказался совсем не человек — у людей нет таких выпирающих нижних клыков, — откинул голову, схлопотав пулю точно в лоб, и полетел назад.

Интересно, пуля пробила ему черепушку? Кто их знает, какая у них толщина кости? Но вырубила точно, устроив качественное сотрясение мозга, а при падении он, может, еще шею свернет, что в таком случае было бы неплохо… Добивать не придется. Одно дело в бою, спасая свою жизнь, завалить — и совсем другое уже после боя хладнокровно кокнуть, пусть и орка. Хотя моя спутница в этом плане особых моральных терзаний точно испытывать не станет — замочит только так, и сортира никакого не надо.

Метнула дротик Зеленоглазка, и второй чувак с пронзенной грудью полетел вслед за первым, только его и видели. Этот точно готов: когда тебя протыкает насквозь, жить как-то затруднительно.

Средний-третий-последний, увидев, что случилось с коллегами, и остро осознав собственное одиночество, попытался скрыться, но от пули, летящей со скоростью двести метров в секунду, это сделать практически нереально. Последний преследователь, с пробитым вместо лобешника виском, исчез из поля зрения вслед за остальными.

Теперь надо валить четвертого — главаря, оставшегося рядом с жертвой. Он наверняка самый опасный и уйти нам подобру-поздорову не даст. Но прежде надо дозарядить барабан.

Заменив его, осторожно подполз к краю кратера. Противника не стоит недооценивать. Выглянул.

И где этот хрен с бубном? Дать бы ему в бубен, гаду такому…

Сзади чем-то повеяло, аж мурашки по коже диким табуном пробежали от затылка до седалищного места. Я только-только стал оборачиваться, как Зеленоглазка, вскрикнув, видимо предупреждая меня, уже метала свой дротик.

Фигасе! Шаман каким-то макаром оказался у нас за спиной! Как?!

Дротик Зеленоглазки, что должен был пробить ему брюхо, отлетел в сторону, точно срикошетив, но при этом не долетев до цели. Так что дело не в бронике — а-ля доспехе.

Что за фигня?!

Шаман взмахнул рукой — и Зеленоглазку буквально сдуло в кратер.

— Тварь! Сдохни!!

Нацеливаю на этого гадского гада винтовку, и… еще один взмах рукой шамана — и в меня буквально ударяет воздушная стена, сбивая с ног. Правда, вниз я не лечу, остановился на самом краю: видать, шаман что-то не рассчитал с мощностью удара. Зеленоглазка — она ведь совсем легкая, я потяжелее буду, учитывая мой несколько излишний вес. Увы, не атлет… Но, похоже, лишний жирок, что не сошел полностью за время пребывания здесь и долгие путешествия, спас мне жизнь.

Шаман вроде как особо не удивился и стал готовить очередную пакость, но я ему этого позволить не мог и начал стрелять. Тот, понимая, что в руках у меня не костыль, а что-то убойное, вытянул руку вперед как Шварценеггер: остановись-ка, бэби. Чего он этим хотел добиться, я не в курсе, но первая же пуля попала ему в эту ладонь и пробила навылет.

А чего вы хотите? Даже обычная пуля, я говорю про нормальный калибр пневматического оружия, как у меня, способна пробить трехсантиметровый слой доски на расстоянии до тридцати метров, а тут меньше двадцати будет, ну и про каленый сердечник забывать не станем. Как знал, честное слово, сменил дум-дум на эту, с сердечником.

Шаман закричал, а я вогнал в него оставшиеся пять пуль. Но подыхать он не желал. Упал, скрючился, дико завыл, однако стал медленно подниматься…

— Е-мое!

Я стал быстро перезаряжать винтовку. Ну как быстро… ручки, надо признаться, тряслись, зубки стучали, в кишках че-то закрутило, и ножки стали подкашиваться… Раньше как-то такого не было, когда с гремлинами сталкивался, а тут скрутило. Ну так и гремлины вели себя нормально: если раненые — так убегали, если убитые — никуда не бегали. А тут какая-то хрень творится! И это перемещение непонятное, плюс воздушный удар, на ум сразу приходила мысль о магии, а с магией шутки плохи, — вот меня и мандражило всего.

Вообще по уму надо было быстро подскочить к этому шаману, пока он крючился, и рубануть его топором или лопаткой по шее. Но меня че-то заклинило… Не Рэмбо я…

В общем, шаман оправился быстрее, чем я перезарядил винтовку. Ненамного, но он нанес удар первым. Стукнул в бубен, что-то истерично взвизгнул — и в меня из этого самого бубна полетели настоящие привидения. Жуткая жуть, скажу я вам! Голливуд отдыхает! Монстры монстрячные! Зубищи — во! Когтищи — во! Размаха рук не хватает! А хари!!! Мать моя женщина, увидишь во сне — не проснешься!

Да я и сейчас чуть богу душу не отдал! Штаны потом не помешает проверить… Меня буквально парализовало от страха, даже крик в горле застрял.

И вот первая страхолюдина набросилась на меня, и я, не в силах даже пошевелиться, закрыть глаза или отвернуться, ждал смерти в жутких мучениях, но вместо этого сверкнула легкая вспышка — и привидение с каким-то вздохом облегчения рассеялось.

Вот это шамана, похоже, удивило, и даже больше — выбило его на несколько мгновений из колеи. Привидения тем временем продолжали меня атаковать, как камикадзе, и рассеивались в легких вспышках.

Шаман наконец среагировал, прекратив извергать из бубна монстров, загнал последних обратно и хотел сделать что-то еще, но тут уже я немного оклемался и залепил ему еще шесть пуль.

И вновь дикий крик, и вновь в целом понятное, но необъяснимое нежелание умирать.

— Вот гад! Да когда ты сдохнешь наконец?! — возмутился я в праведном гневе.

Ну действительно, куда такое годится? Одиннадцать пуль в теле (не считая той, которой я пробил ему ладонь), а он ни гу-гу.

Но на этот раз я не стал хлопать ушами — не гоблин (у Зеленоглазки это в момент пика удовольствия хорошо получалось, потешно) — и, выхватив лопатку, подскочил к шаману и с криком со всего маху обрушил ему сталь прямо по черепушке. Шаман наконец рухнул и признаков жизни подавать не спешил. Хотел рубануть еще, но лопатка застряла в кости, пришлось достать топорик и отчекрыживать голову от греха подальше. А то кто его знает, вдруг и с такими ранами выживет, — учитывая, что сейчас произошло, я уже ничему не удивлюсь. Магия-с…

— Зеленоглазка!

Все-таки привязался я к этой гоблинке. Ну а как тут не привяжешься после стольких совместных ночей? Одному как-то совсем тоскливо будет, а так — компания, пусть и в лице гоблинки. С ней хоть и не поговоришь особо, но зато у нее есть другое преимущество, перекрывающее все недостатки…

Вдруг подумал: а может, оно и хорошо, что общаться не можем? А то ведь иной женщине дай только выговориться — и ты будешь погребен под валом ничего не значащих слов. А потом она на тебя вдруг ни с того ни с сего, с твоей точки зрения, обидится, пойдут слезы, начнутся упреки: ты такой-рассякой, меня не любишь, не обращаешь внимания и тэ дэ, и тэ пэ. А все дело в том, что в этом ворохе слов, что уже привычно проходит мимо наших ушей шумовым фоном, которому мы на автомате поддакивали и кивали, она сказала что-то ей важное, задала вопрос глобального значения. Ну, типа: нравится тебе эта блузка или лучше вон ту полосатую кофточку взять? — и ты пропустил это, как прочий словесный мусор, мимо сознания. И все, трындец, обида… А чтобы загладить ее, придется заплатить кучу денег какому-то усатому носатому дяде, покупая букет цветов и подарок из драгметалла. А так — молчит и сходит за умную, а посему желанную…

Я бросился к обрыву. Зеленоглазка лежала без движения почти в самом низу, застряв между камнями. Оставалось только понадеяться на феноменальную живучесть, присущую расе моей попутчицы.

Схватив рюкзак, бросился спускаться там, где поднимались орки. Мимоходом обухом топорика по черепушкам законтролил орков.

А вот и моя Зеленоглазка. Лежит сломанной куклой. Проверил пульс. Есть! Ей повезло: стенка оказалась достаточно пологой для спуска, и она скатилась по ней как с горки.

— Зеленоглазка… — осторожно приподнял я гоблинку, надеясь, что она себе ничего не поломала. Позвоночник у нее вряд ли срастется, несмотря на регенерацию.

— Кирриэл… — улыбнулась она, едва очнувшись.

Напоил ее водой.

Подхватив на руки, понес ее к кострам.

Ну, вроде все в порядке. Переломов нет, небольшие царапины и ссадины не в счет — заживет так, что следов не останется.

Убедившись, что с Зеленоглазкой все в порядке, вспомнил про распятую жертву шамана. Следовало посмотреть, что там к чему.

— Полежи немного… — поцеловал Зеленоглазку. — Я скоро.

Угадайте с трех… нет, с двух раз: кого я там нашел привязанным по рукам и ногам ко вбитым в землю железным штырям?

Гы-гы… вы угадали правильно.

Глава 6

Олграна. Орчанка из рода Дикий Тур. Несостоявшаяся жертва шамана

Очнулась я, связанная и распластанная на земле. Что случилось?! Почему?!

Вокруг расселись шаман племени и его помощники-бездари. И они уже начали ритуал поглощения души — моей души!!!

Так вот что ты задумал, отродье бездны!

— Проклятый старый хрыч! — хотела крикнуть я, но губы не слушались меня.

Остальное тело также не желало повиноваться. Не иначе, опоил чем-то на последнем привале, при этом оставив сознание свободным.

Я тоже хороша — поверила этому старикашке, и это после всего, что произошло! Ну не дура ли?! Мне следовало быть втройне осторожной…

О, духи предков! Отец! Помоги мне! Не дай свершиться злодеянию! Заклинаю!!!

Чудо! Благодарю вас, предки! Это я воскликнула, увидев, что Шалшенш отвлекся от ритуала поглощения души, приказав схватить неизвестно откуда появившихся чужаков.

Мне было отлично видно, как помощники шамана ринулись в атаку и, едва взобравшись, за считанные мгновения свалились обратно мертвыми. Старик явно поторопился с приказом. Да и его помощники проявили в высшей степени небрежность, посчитав себя настолько сильными и неуязвимыми, что даже амулетами не воспользовались. Идиоты.

Я еще по заносчивости и бездарности этих идиотов должна была понять, что Шалшеншу не нужны в роду шаманы, способные хоть как-то посоперничать с ним в силе дара!

А вот и он сам, ругнувшись сквозь зубы, решил разделаться с нежелательными свидетелями своего преступления. Мгновение, удар в бубен с кратким речитативом — и он исчез, чтобы появиться за спиной врага. И враги этого никак не ожидали. Вот один из них полетел вниз, беспорядочно кувыркаясь по склону Чаши.

Ну?! Неужели шаман убьет всех моих защитников, направленных духами предков?! Не могут духи семьи Рролх, в которой было так много обладателей Силы, так опростоволоситься.

Атака плененными душами! Одной из которых только что чуть не стала я сама. Страшное оружие: если нет мощных защитных амулетов и жертва не является обладателем Силы, то…

Что это?! Я изумилась, не в силах поверить очевидному. Духи предков отправили мне в защитники простого разумного, без амулетов и не обладателя Силы?!

Ну ладно, он не является обладателем Силы, но при этом еще не имеет защитных амулетов?! Если это не так, то Шалшенш не стал бы выпускать плененных душ. Духи предков, как же он справится с шаманом?! Неужели вы так слабы и беспомощны против этого старикашки?! Чаша — место Силы, именно вы должны быть здесь сильнее всего!

Но похоже, я несколько погорячилась: мой защитник все еще жив.

Меня словно обдало волной горячего воздуха, но это был не воздух, а всплеск силы… жизненной силы. И когда происходит такой всплеск, это значит, кто-то умер, умер кто-то очень сильный. И если защитник был обычным и своей смертью, он не мог выделить столько энергии, как не выделили ее эти три полудурка, — значит, умер шаман!

Простите меня, духи… я была несправедлива к вам. И когда освобожусь, я искуплю свою вину, как полагается.

Но как обычный разумный смог победить Шалшенша?! Да, шаман был стар и не слишком силен, больше тщеславен, но он мог играючи уничтожить десятки воинов, защищенных амулетами, а уж одного «голого»…

Я замерла — хоть и без того лежала неподвижной, — потрясенная, когда увидела посланника духов предков, моего спасителя в истинном зрении. О! Какая аура!

Старый дурак! Ты стал настолько самоуверенным, столько прожил, а ума не нажил, что даже не посмотрел на своего противника истинным взором! А зачем, если тот не пользуется магией, да?! Иначе бы ты точно не атаковал его плененными душами, потому как это — гарантированно подарить им свободу! Ты оказался не умнее своих помощников, коих и подбирал себе под стать…

Аура моего спасителя сияла золотом, как солнце, так же ослепительно, что я поспешила переключиться с истинного взора на обычный!

Кто же он?!

И тут я вспомнила, кому может принадлежать такая сильная аура.

О, духи предков! Как вы, оказывается, сильны!!! Послать мне не кого-нибудь, а рассара! Я преклоняюсь перед вами, простите свою недостойную дочь, посмевшую усомниться в вас!

По-прежнему оставаясь неподвижной, я наблюдала за тем, как человек стал осматривать своего напарника и потом перенес его к костру, осматривая более тщательно…

Человек?! Духи послали для моего спасения человека?

Моему изумлению не было предела. Хм-м, ну да духам виднее, кого посылать для моего спасения. Главное то, что он — рассар!!!

А кто же его напарник? Мелковат он что-то для человека.

Гном? Тоже вряд ли: слишком узок в плечах и вообще хлипковат. Да и нечего одному гному, даже в компании с человеком, делать в степи.

Гоблин?!

Человек и гоблин??? Более того — гоблинка!!! Вот уж действительно очевидное — невероятное! Кто бы сказал — не поверила, что подобная связь возможна! А связь есть — вон как нежно обращается с этой лопоухой дикаркой. С ума сойти! И это человек, кои гоблинов вообще считают за животных!..

Убедившись, что с его попутчицей все в порядке, человек подошел ко мне, держа в руках какую-то странную штуку, чем-то напоминающую арбалет, только без плеч. Магический стреломет? Нет, магии не видно, хотя в сиянии его ауры мало что можно рассмотреть — все забивает!

И как только шаман его не опознал, несмотря на все свое запредельное самомнение?! Не иначе, духи предков сглазили…

Человек, поморщившись от дыма, раскидал курильни и что-то произнес. Я не поняла.

— Развяжи меня… — прошептала я на общем, почувствовав, что чувствительность к губам начинает возвращаться. Ритуал поглощения души уже должен был закончиться, так что действие зелий, коими меня опоили, стало проходить.

Человек нахмурился. Хм-м, он что, тоже меня не понял? Хотя чего удивляться, губы все еще онемелые, так что я могла произнести какое-то нечленораздельное мычание.

Но вот он, постояв еще немного, принял какое-то решение и, достав нож, обрезал путы.

Я продолжала лежать, раскинув в стороны руки и ноги. Человек чему-то ухмыльнулся, я даже испугалась — как бы он чего со мной, беспомощной, не сделал. Хотя именно то, чего боится большинство женщин, особенно человеческих, не самое страшное… Ведь договор выполнен, духи привели его убить шамана с его шайкой, освободил меня, а дальше — он сам себе хозяин, и каковы его помыслы, оставалось только гадать.

Но нет, страхи оказались напрасны. Человек осторожно взял меня за руки и положил их вдоль тела, сдвинул ноги. После чего взял на руки и отнес к большому костру, положив меня с другой стороны относительно своей гоблинши, накрыв одеялом. После чего сел и стал ждать.

Кирилл. Спаситель орчанки

Я подошел к жертве шамана и даже не удивился, увидев, что в центре кратера лежит его соплеменница, усыпанная всякой травой, какими-то шкурками, увязанными сложными узелками, и обнаженная.

Дым щипал глаза, и першило во рту, так что я повыкидывал на фиг эти дымовушки.

— Ну что, спящая красавица, мне тебя поцеловать, чтобы ты проснулась, или сама оживешь?

Впрочем, сказал я полную глупость, поскольку орка, или орчанка, находилась в полном сознании, о чем свидетельствовали двигающиеся глаза, пристально за мной следившие.

Она что-то сказала в ответ, но я не разобрал. Да и не мог разобрать по причине незнания языка.

Решил убрать ее с жертвенного места — мало ли что, вдруг начатый ритуал продолжается, — обрезал путы и раскидал «гербарий»… невольно ненадолго замявшись для обозрения тела, перенес ее к выбранному раньше костру и накрыл спальником.

Что сказать о строении тела спасенной? Все просто супер. Особенно грудь. Четвертый размер, без вариантов. Ростом с меня, может, даже побольше будет. Ширина плеч тоже внушительна — я довольно широк в кости, превосходил в ширине плеч иных «длинных», — так орчанка мне не уступала. И не удивительно, учитывая, что орки, которых мы положили на краю кратера, ростом вымахали в пределах ста девяноста сантиметров, а уж их ширина плеч и вовсе впечатляла. Громилы, одном словом.

Что сказать про лицо? Широкое, скуластое, жестковато в том плане, что явственно угадывается волевое существо, а не инфантильное, высокий лоб, чуть выпирающие надбровные дуги. За бугорками под нижней губой угадывались клыки. Но они не выпирали наружу, как у мужиков. А если в плане эстетики оценить, красива или не красива, — не мисс мира, конечно, но тоже вроде ничего…

Или это во мне опять возможная патология свое слово сказала? Это я про то, что подозреваю в себе симпатию к страшненьким…

К психиатру бы наведаться, чтобы уточнить диагноз, но где его тут возьмешь?!

Ну, выбирать пока не приходится. Да и не собираюсь я…

«А придется», — вдруг хохотнуло мое второе «я».

Изыди!

Хлопнув себя по лбу — чего, собственно, сидеть без дела, — собрал все вещи, что остались от убиенных мною и Зеленоглазкой орков-шаманов. Благо они тут недалеко кучкой валяются.

Сразу нашел одежду орчанки и, перепотрошив, изъял все, что можно было посчитать оружием: бронзовый нож, какие-то иглы, крючки, железный серпик. Саму одежду положил рядом с орчанкой. Пусть оденется, когда придет в себя, тем более что вроде недолго ждать осталось — вон уже шевелится под спальником.

Зеленоглазка, свернувшись калачиком, продолжала спать на развернутой палатке.

В мешках остальных ничего интересного не нашел. Тот же странный набор из ножа, крючочков и серпика. Плюс всякие ремешки, камешки, перышки и прочая шаманская лабуда. Лучше вообще не трогать, от греха подальше.

Были там и емкости разные, но с этим всем лучше разбираться при свете дня. Так что подожду, никуда и ничто от меня не убежит.

С трупами еще надо разобраться. Но это тоже подождет, тем более что орчанка стала шевелиться гораздо активнее, а значит, нужно быть рядом, когда она окончательно войдет в силу. Вдруг еще на Зеленоглазку кинется?

Но вот орчанка приподнялась на локтях — видно, что с трудом, — посмотрела на подготовленную мною одежду и стала одеваться. Я честно старался не смотреть на этот стриптиз наоборот, на ее выдающиеся прелести, но и выпускать ее из виду не мог не только из-за «озабоченности», но просто из соображений безопасности.

Одевшись, несколько раз чуть не упав — координация движений все еще оставляла желать лучшего, — орчанка с облегчением уселась напротив и опять что-то сказала.

— Не понимаю… — развел я руками.

Действительно, что делать?

Ну, а пока давай вновь с представления начнем.

— Кирилл, — показал я на себя.

— Олграна… — представилась орчанка.

— Олграна, — повторил я.

— Кэррэл, — в свою очередь попыталась воспроизвести мое имя орчанка.

— Кирилл, — поправил я.

— Кэррэл…

— Да черт с вами, Кэррэл, так Кэррэл, — сплюнул я мысленно.

Какая разница, как называют!

— Галлогала, — показал я на все еще подремывающую Зеленоглазку — хорошо ее тряхнуло при падении, — и выжидательно уставился на орчанку.

Гоблинку орчанка проигнорировала. Может, потому что та сама ни на что еще не реагировала.

А дальше что, опять на наскальные рисунки переходить?

Орчанка, помолчав немного, показала на один из прихватизированных мною мешков. Видать, ее. Что ж, не жалко. Можно и отдать, но без колюще-режущих инструментов.

Олграна. Шаманка

Как только к телу вернулась чувствительность, оделась под косым взглядом человека. Смутился… Люди так смешны с этим их табу на наготу.

Ха-ха, да я ему нравлюсь! По крайней мере, мои формы его точно заводят! Вон как завошкался, не иначе пытается сбить эффект возбуждения, но не очень-то у него получается!

Даже покрутилась специально, чтобы смутить его еще сильнее. Почему бы и не развлечься?!

Смутился еще сильнее, но все равно не выпускает из виду. И правильно.

Познакомились.

Странное имя у человека, подумала я, впрочем, это самая малая из его странностей. Ну что же делать, общего он не знает, тогда откуда он такой взялся? Ведь общий язык на то и общий, что на нем говорят все разумные, кроме разве что совсем дикарей вроде его гоблинки да этих серокожих горных уродцев.

Остается только одно…

Я показала на свой мешок, и Кэррэл мне его отдал. Порывшись в своих вещах, вытащила свой бубен и еще маленький мешок с ингредиентами для проведения ритуала познания. А также небольшую курильню и травы для нее.

Человек напрягся и свою странную штуку перехватил удобнее. Явно оружие. Не им ли он убил шамана и его прихвостней? Скорее всего… Что ж, его можно понять.

Я, тем не менее, отошла на несколько шагов и принялась порошком чертить круг и прочие необходимые руны. В центр поставила курильню и подожгла. Человек не спускал с меня настороженного взгляда, а палец лег на курок его стреломета. Правда, стрел не видно, но наверное они вылетают из дырочки железной трубки. Только как же ее заряжать? Впрочем, ладно, это сейчас не столь важно…

Сев в круг на свое место, приглашающе указала рукой на место напротив себя.

Согласится или нет? Если нет, то плохо.

Все сомнения так и читались на лице Кэррэла. Опасался он шаманской магии, тем более что не понимал, для чего все это я устроила. Может, я его убить хочу. Хотя это глупо — к чему такие сложности, можно сделать гораздо проще. Но ведь не объяснить ему. Разве что жестами попыталась донести до него, для чего это все нужно. Вроде понял.

Интересно, я на его месте согласилась бы сесть в круг? Совсем не уверена…

Но тут пришла в себя гоблинка… как там ее… не суть важно. Человек подошел к ней и, не выпуская меня из виду, погладил по голове и даже чмокнул в нос. Да уж…

Потом он ей стал что-то объяснять. Показал на меня, покрутил пальцем — а, так это он мой круг имеет в виду. К моему удивлению, гоблинка не хотела, чтобы человек участвовал в шаманском обряде, но человек был настойчив. Разумный!

Гоблинка наконец кивнула и демонстративно взяла наперевес свой дротик. Глупышка, если я захочу, то раздавлю тебя как муху!

Как бы то ни было, подстраховавшись, человек вошел в мой круг и сел на указанное место.

И я начала камлание…

Кирилл, он же Кирриэл, он же Кэррэл. При этом еще какой-то рассар

Надо было быть идиотом, чтобы сесть в нарисованной шаманкой круг и согласиться на предлагаемый ею какой-то обряд. Ведь насколько я успел убедиться, и сильно так убедиться, на собственной шкуре, — магия здесь не фантастика, шаманы не аферисты, а суровая реальность, и я, можно сказать, сам сунул голову в пасть льву. Но я это сделал — пусть и под прикрытием Зеленоглазки, но, видимо, все же не до конца осознавая происшедшее.

Как бы то ни было, камлание началось. Олграна ударила в бубен и стала что-то гортанно завывать, впадая в транс.

Дым этот еще… вдохнув пару раз, я почувствовал легкость, на ум сразу же пришли слова из идиотской песенки нариков: «И нас уносит от земли чудесный запах конопли…»⁵

Не знаю, что за гадость курилась в курильне, но уносила она от земли — будь здоров!

Еще это камлание… гипнотизирующая ритмичность удара в бубен плюс погружающий в транс речитатив.

В какой-то момент я перестал чувствовать тело, стало легко и приятно. Невесомость…

Вряд ли это марихуана, скорее, анаша какая-нибудь. Или это одно и то же? Я в этом вопросе, к счастью, не спец, даже не пробовал ни разу! (Какой я правильный маменькин мальчик!) В какой-то момент я ощутил, что вообще нахожусь вне своего тела! Вон оно, подо мной сидит, покачивается! Окружающий мир потерял свою четкость, словно на плохого качества фотографии. Ну и перепугался же я!

Перед собой, точно над шаманкой, покачивающейся в ритм собственному речитативу, я увидел прозрачную фигуру. Неужто и я сам так выгляжу?!

— Не беспокойся, — услышал или, скорее, почувствовал я исходящий от нее информационный поток. — Иначе обряд прервется… я не желаю тебе зла, а хочу передать знание языка, чтобы мы могли нормально общаться в телах.

— А сейчас как общаемся? — удивился я.

— Тонким телам, или душам, не нужны слова, они общаются напрямую…

Ясно, подумал я, пытаясь все осмыслить с точки зрения логики. Языки ведь, по сути, разная кодировка одной и той же информации. Я не программер, но тоже кое-что секу!

— Что ж, действуй… — кивнул я, сразу же успокоившись.

Я вдруг понял, что в такой форме бытия ложь невозможна. Я бы ее просто осознал. Это чистый поток информации, без полутонов и скрытых смыслов, что иногда превращают белое в черное.

Ко мне потянулся щуп от сгустка души шаманки и коснулся меня. Вспышка боли — и я сразу же осознал себя опять в теле.

Ох-хо-хох…

Шаманка пошатнулась и чуть не упала. Похоже, ей это действо далось не просто так, но оперлась рукой и сохранила равновесие, отложив бубен в сторону.

Мне тоже изрядно досталось — все никак не мог сконцентрироваться, в голове шумело, звенело, в глазах двоилось, так бывает при нокдауне, — еще чуть-чуть, и вырубился бы.

Вот же наркотская трава! Чего только не привидится! Так что с этим больше экспериментировать точно не стоит. Уважили один раз, поучаствовали в представлении — и баста! Пусть сама торчит, если ей так нравится, она девочка уже большая, своя голова на плечах есть, а мне по фигу, но в сокосячники пусть больше не зовет.

Я отполз из круга подальше, чтобы больше не вдыхать туманящего разум дыма. Сразу стало легче.

Но вот странное состояние прошло, голова просветлела, ушла давящая тяжесть, и я смог наконец сфокусировать взгляд на сосредоточенно разглядывающей меня Олгране, махнув обеспокоенной Зеленоглазке рукой — мол, все в норме.

— Ты меня понимаешь? — спросила шаманка, четко произнеся слова, успев затушить курильню специальной крышечкой.

— Да, вполне… — ответил я автоматически и вдруг осознал, что ответил явно не на русском. — Ептыть! Настоящий рояль!

Нет, я не глюк в виде музыкального инструмента увидел, хотя это было бы неудивительно при такой дозе, да с непривычки, а в переносном смысле, — ну вы поняли…

Шаманка удивленно посмотрела на меня, но я отмахнулся, успокоив:

— Не обращай внимания, это я так, о своем…

Чуть не добавил присказку «о девичьем», но вовремя прикусил язык. Могут неправильно понять-с…

Но раз сей инструмент в наличии, почему бы не сыграть на нем? Ну и я, образно говоря, откинув полы фрака, уселся поудобнее на табуретке, хрустнул пальцами и — да-дам! — взяв первый аккорд, сказал:

— Давай расставим точки над «ё»…

— Точки над… чем?

— Не придирайся к словам. Язык-то я выучил и даже говорить могу, а алфавит еще нет…

— Информация о нем пробудится, как только ты увидишь буквы общего языка. Могу показать…

— Неплохо, но с алфавитом позже познакомимся. Давай о насущном… В общем, так, тебя собирались принести в жертву?

— Не совсем… скорее, поглотить мою душу…

— Но ты этого не хотела?

— Конечно же нет! Кто по доброй воле расстанется с душой, да еще в заточение?!

— Хорошо, одной проблемой меньше, а то я думал, что, возможно, прервал какой-то важный для тебя ритуал.

— Ритуал, конечно, важный, и для меня в первую очередь, — усмехнулась шаманка. — Но тому, что ты его прервал, я очень рада.

— Ладно, с этим разобрались. Теперь вопрос: у меня с этим делом будут проблемы?

— Если быстро не покинешь степь, то вполне возможно. Шалшенша начнут искать и найдут тебя, спросят так, что ты не сможешь соврать. В любом случае тебе лучше не попадаться, чтобы банально не стать рабом. Хотя за убийство шамана тебя ждет очень мучительная смерть. Очень.

— Зашибись… Далеко граница степи на западе? — поинтересовался я.

— В четырех днях пути быстрого хода… но это на быках. А если пешком, то в десяти. У тебя есть три свободных дня. К завтрашнему… нет, уже сегодняшнему, вечеру шаман должен прибыть в стойбище. Это первый день. Когда не приедет, будут ждать еще день — мало ли что его задержало? Это второй день. На третий день поисковики приедут сюда. Итого у тебя есть три дня чистой форы. Они будут на лучших скаковых быках, так что настигнут довольно быстро. Два дня максимум. Итого пять дней. Ты не пройдешь и половины пути.

— Плохо…

— Да, ничего хорошего, — с сочувствием согласилась шаманка.

— Что, совсем никаких вариантов? — с надеждой спросил я.

— Есть.

— И?!

— На севере в шести днях пути начинаются Проклятые земли.

— Смешно.

— Я разве что-то сказала смешное? — удивилась Олграна.

— Угу, я сейчас от смеха животик надорву, — кивнул я и действительно хохотнул, правда, совсем невесело. — Как я понимаю, Проклятые земли не зря назвали проклятыми? Не от балды же ведь каким-то весельчаком?

— Конечно. В незапамятные времена там отгремела мощная магическая война…

— Понятно, апокалипсис местного значения с сопутствующим магического плана заражением местности.

Штамп, однако…

— Чем опасны Проклятые земли?

— Различными магическими ловушками-аномалиями, пятнами смерти, войдя в которое любое существо тут же погибает, измененными животными, нежитью… в одну из коих можешь превратиться сам.

— Достаточно. Час от часу не легче… А ты еще спрашиваешь, чего смешного сказала. Да тут упасть не встать!

Шаманка выпучила на меня глаза, все еще не догоняя.

— Ты предложила мне разменять одну смерть на другую — это раз. Но еще более смешно то, что мы до нее даже не успеем добраться. Не хватит одного дня, чтобы сгинуть без следа в Проклятых землях. Ладно, еще варианты есть?

Шаманка кивнула.

— И?

— Я пойду с вами, и я с легкостью смогу вас защитить от всех, кто встанет у нас на пути.

— Э-э… м-м… Зачем тебе? — удивился я, почувствовав подвох: второе «я» в облике интуиции прямо-таки вопило об этом.

— Ну-у… — замялась орчанка.

— Говори.

— Меня ведь тоже не просто так тут распяли…

— Продолжай…

— В общем, мой род Дикий Тур понес большие потери в войне за лучшие пастбища в столкновении с конкурентами. Погиб мой отец-вождь и все мои братья…

«Да ты, оказывается, у нас принцесса!» — мысленно засмеялся я еще одному штампу.

Да, кстати, надо как-нибудь поинтересоваться родословной Зеленоглазки, подумал я, посмотрев на спутницу, а то, может, и она не простая гоблинка!

Галлогала пристроилась рядом со мной, прижавшись к правому боку, насупленно поглядывая на орчанку.

Ревнует, что ли? Как бы проблем не поиметь в связи с этим…

— …Наш род сильно ослаб и вынужден был объединиться с другим союзным родом, чтобы не быть окончательно истребленным, — тем временем продолжала Олграна. — Во мне еще раньше обнаружили Дар, и родовой шаман даже потихоньку развивал его, учил… Вообще женщина-шаманка — это не то чтобы запрещено, но не принято…

Я понимающе кивнул. Женщинам всегда труднее пробиться в сфере, плотно оккупированной мужчинами.

— Но Шалшенш — шаман рода, в который мы влились, — сказал, что мы, несмотря на объединение, ибо их род тоже был не слишком силен, все равно слабы по сравнению с конкурентами, и предложил меня полностью инициировать… Чему я с радостью согласилась. Дура…

— А вместо этого?

— А вместо этого он решил пленить мою душу и заточить ее в свой бубен.

— Зачем?

— Душа одаренного Силой во много раз сильнее простой души. И чем больше душ, и чем они сильнее, тем сильнее сам шаман.

— Это понятно… Но что тебе сейчас мешает вернуться к своим? Зачем идти со мной? Тем более что твой род, похоже, остается вообще без шаманов… ни тебя, ни этого… Шамшуша…

— Шалшенша…

— Без разницы. Так в чем вопрос?

— Во-первых, что касается шаманов, один ученик в роду остался. Его более чем хватит, а если нет — племя поможет, выделив шамана из другого рода, иногда в них возникает избыток. А во-вторых, мне, по большому счету, все равно ждать нечего. Замужество, и все… Будь я обычной орчанкой, это было бы моим пределом мечтаний, но я обладательница Дара, и быть только матерью и хранительницей очага — это все равно что добровольно и пожизненно запереть себя в клетку. Я хочу развиваться как шаманка.

— Понятно…

А ведь она недоговаривает, подумалось мне. Подозрительным я стал, аж зачесался весь. Хотя, может, просто помыться нужно? Если точнее, сказала половину правды. Еще о чем-то умолчав, возможно о более весомой причине. Темнит че-то клыкастая…

И что делать? Послать ее на всем известные буквы святого числа-количества? Или… Вот именно что «или». Лучшего варианта все равно нет. Я с этой винтовкой много не навоюю. Если противников будет хотя бы на одного больше, чем пуль в барабане, — это трындец. А если они в броне, то тем более каюк. Завалят. А с шаманкой шансы значительно возрастают. И зачем она хочет присоединиться ко мне, разберемся позже. Ну не влюбилась же в меня, такого хорошего и красивого!

— Что ж, я не против… Только тебе придется научить языку еще и Зеленоглазку… то есть Галлогалу.

— Зачем? — презрительно фыркнула орчанка.

Понятно, орки гоблинов за людей не считают…

М-да, ну и сказанул. Они вообще все не люди — что орки, что гоблины. Но смысл понятен…

— Я так хочу. А в качестве платы отдам тебе бубен этого Шамшума…

— Шалшенша…

— Да без разницы.

— А разве его бубен уцелел?! — чему-то с запозданием изумилась шаманка.

— А что с ним станется?

— Обычно шамана быстро можно убить, а ты убил его очень быстро, только если повредить бубен, что тоже очень непросто. Сила душ, заключенная в бубне, будет держать шамана в мире живых до тех пор, пока не источится и не будут поглощены все души.

— То-то он все никак подыхать не хотел…

— Чем же ты его убил, не повредив бубна?!

Немного подумав — собственно, что я теряю, может, наоборот, узнаю что-то новое, — я достал пульку с каленым сердечником и дал ее шаманке. Эх, вот беда, этих пулек у меня осталось всего два десятка. Пичалька…

Олграна взяла пулю и чуть ли не попробовала ее на вкус… нет, все же попробовала.

— Хладное железо!!! — воскликнула она. — Тогда понятно, как тебе удалось его победить, человек!

— Чего? Какое еще хладное железо? — не врубился я в тему.

— Вот это… в центре, это хладное железо!

М-да? А по мне — так обычный цилиндрический подшипник…

— И чего? — вопросил я, надеюсь, с умным видом.

— Как чего? Ты не знаешь?! — еще больше поразилась Олграна, хотя, казалось, куда уж больше.

— Так просвети.

— Хладное железо способно пробивать любую магическую защиту благодаря тому, что оно нейтрально к магии! В этом плане хладное железо превосходит даже мифрил! И еще хладное железо наносит очень большие и трудно излечиваемые раны, даже не столько на телесном уровне, сколько на духовном, или аурном, плане! Хладным железом можно рассеять слабый дух или привидение, упокоить нежить, и даже оборотням с вампирами мало не покажется!

— Хм-м… понятно. Надо быть с этими пульками поэкономнее… Ладно, учи языку Зеленоглазку — видишь, как она вся извелась, ничего не понимая из того, что мы говорим, — обидится еще, а мне этого не нужно, — и пойдем за бубном Шушунша, пока его никто не умыкнул…

— Шалшенша…

— Да без разницы.

Глава 7

Олграна. Орчанка, потенциальная феминистка и борец за равноправие женщин на шаманском поприще

Очень странный человек меня спас. Мало того что он рассар, не говорит на общем, так у него еще и куча хладного железа, за один кусочек которого можно купить целое стадо коров или деревню в человечьих королевствах! Тоже стадо, только людское, ха-ха…

Кто же он и откуда! Гоблинка с ним — это уже меньшая странность из возможных. Где вы откопали его, духи?!

А к своим возвращаться у меня действительно желания нет никакого. Причины, названные мной, хоть и реальны, но не основные. Основная причина — это, конечно же, он, точнее, то, что он рассар…

— Ну, пойдем за бубном, — сказал Кэррэл, после того как я провела обряд познания над его гоблинкой и пришла в себя.

Вымотало меня это жутко, учитывая, что второй обряд подряд, и не будь мы в месте Силы — не знаю, как долго приходила бы в себя. А тут — только забрезжил рассвет, а я уже на ногах.

Гоблинка после проведения ритуала выпала из реальности: она ведь не рассар, силы у нее чуть, кроме того, ей и раньше хорошо досталось, так что пусть лежит, отдыхает и не мешается под ногами. Так и объяснила человеку, с обеспокоенностью склонившемуся над лопоухой.

Да, бубен Шалшенша — великая ценность. Ведь по сути это не его личный бубен, он передавался от шамана к шаману несколько поколений, и все эти поколения работали с ним. Он напитан Силой, наполнен душами, к нему привязаны элементали… И не слабые элементали, как у меня, которых к тому же едва дозовешься, стоптав в танце-трансе все ноги до колен, а приходящие, едва стоит позвать! И все это богатство отдать кому-то?! Да ни за что! А ведь придется, если я решу вернуться… Это еще одна причина, по которой я теперь точно не стану возвращаться в род. По крайней мере сейчас. А вот потом, когда я войду в силу, можно и вернуться не какой-то замухрышкой, а великой шаманкой! А еще лучше — создать собственный род! А что?.. Почему бы и нет?..

Мы выбрались из Чаши, и человек, чуть не падая от усталости, показал в сторону обезглавленного Шалшенша. Рядом с ним сиротливо лежал бубен.

Я, не чувствуя ног, мгновенно подскочила к нему и подхватила реликвию, тут же принявшись привязывать ее к себе, прокусив палец и смазав кровью мембрану бубна, начертав необходимую руну, прошептав соответствующие мантры. Кровь впиталась в кожу, и самопроизвольно раздался звук удара, долгий, глубокий и вибрирующий, что пробрал меня до костей и насытил Силой.

Бубен признал нового владетеля! Признал меня! Теперь его у меня точно не отберут!

— Тебе еще что-то нужно от него? — спросил отдышавшийся человек, указав на тело, подождав, пока я закончу ритуал.

— Да, у него куча всяких амулетов, — кивнула я. — Лишними не будут.

— Тогда давай, мародерь, да потом мне придется поколупаться в нем.

— Зачем?

— Хладное железо буду выковыривать, раз это такая ценность.

Я не стала спорить и быстро поснимала с Шалшенша все амулеты — их у него оказалось много. После чего человек сноровисто раздел его, просто разрезав одежду ножом с волнистым рисунком стали, не иначе гномьей работы, и, достав из своего заспинного мешка инструмент, водрузил на лоб дивный фонарь, в котором не чувствовалось ни капли Силы, ни живого огня — но ведь светило же, и ярко! — и стал ковыряться в ранах.

Вот это чудо! И ведь наверняка это не единственная удивительная диковинка.

— Не то… — недовольно буркнул он, откидывая в сторону комочек свинца. — Черт… не хочет цепляться…

Начал расширять рану ножом, и еще через минуту достал-таки первый кусочек хладного железа.

— Проклятье, я так час с ним провозюкаюсь… А у тебя как дела?

— Хорошо!

Амулеты действительно почти все нужные, сильные и запитаны под завязку маной.

— Это хорошо, что хорошо. Деньги-то у него были? Или босяк совсем? Если судить по лохмотьям, что таскал на себе, не удивлюсь…

— Да, вот, — показала я ему кошель с десятком серебряных монет.

Шаману деньги как платежное средство в принципе почти не нужны, он всем обеспечен родом, потому как жизнь и благосостояние рода во многом зависит от силы и опытности шамана, но серебро часто используется в обрядах или изготовлении амулетов, и шаманы зачастую таскают этот металл в виде монет.

— Не густо… но с паршивой овцы и шерсти клок. Это ты оставь мне. Мне деньги в землях людей ой, как понадобятся.

— Хорошо… — не стала я спорить.

В конце концов, это справедливо: его трофей по праву. А я получила с шамана намного больше, чем дюжина каких-то серебряных монет. Такого, особенно бубен, ни за какие богатства не купишь! Можно только украсть… в теории.

Руки так и чесались проверить его в деле, но стоило проявить выдержку. Уж тем более не стоит призывать элементалей — они не любят приходить просто так: в следующий раз, когда действительно понадобятся, могут и не прийти — из мести, — какую бы плату ни посулила. Даже сейчас, после привязки, они будут драть с меня в десять раз больше, чем с прежнего хозяина.

— Иди тогда вниз, обери ту троицу, если у них что-то было, и будем сваливать. Не нравится мне тут.

— А из них ты не будешь вытаскивать хладное железо?

— Нет. Там всего два сердечника в их башках. А мне в мозгах ковыряться нет никакого желания ради всего пары кусочков. С этим бы управиться… м-мать! Опять сорвалось!

— Хорошо… Но надо бы тела вытащить…

— На кой?! Если надо, присыпь их там, вот лопатку возьми…

— Этого никак нельзя делать! — воскликнула я возмущенно. — Не стоит осквернять Чашу мертвецами. И потом, они могут восстать, прямо как в Проклятых землях, и пойти по следу для мести. Те, что с хладным железом, вряд ли восстанут, но тот, что с дротиком в груди, — обязательно.

— На куски порубим… вон топорик. Какая проблема? Думаю, без ног сильно не походишь, а без рук — не поползаешь. Без головы — вообще ничего не сделаешь.

Человек засмеялся.

— Нельзя, Кэррэл.

— Так что, мне теперь их на своем горбу вытаскивать по почти отвесному склону, где и без груза едва подняться можно, того и гляди свалишься?! Вот уж знал бы о такой засаде — подождал бы еще немного этих уродов и только потом их кончил, чтобы обратно не свалились!

— Зачем таскать? Меня ведь тоже не оставили бы, и точно никто на своем горбу тащить не стал бы! Все продумано…

— Тогда действуй по плану… каким тебя собирались вытаскивать. Вот уж правду говорят: не рой яму другому…

Пока человек, что-то бормоча, продолжал ковыряться в теле шамана, я сходила в рощицу к буйволам.

— Здравствуй, мой Бурунчик, спасибо, что беспокоился обо мне, — почесала я своего быка между рогами.

Он действительно за меня беспокоился. Мычал, когда меня распяли в Чаше, наверняка пытался защищать, когда меня поволокли туда, но против Шалшенша он ничего сделать не мог. Ездовые боевые быки — не простая тупая скотина, а очень даже умная. Хорошо, что шаман его не стал убивать, а наверняка только парализовал. В конце концов, мой бык дорого стоит.

— Идем, надо немного поработать.

Приехала на своем успевшем застояться быке к месту схватки человека с шаманом, прихватив моток веревки из седельной сумы такого же лохматого быка Шалшенша, каким был он сам. Привязала один конец к седлу Буруна, а второй сбросила вниз. После чего спустилась сама, увязала мертвецов и свистом приказала Буруну идти вперед. Рывок — и тела потащило наверх.

— Ну вот и все.

— Ловко, — согласился Кэррэл. — И чего теперь с ними делать? Я им могил копать не буду.

— Не нужно. Сейчас я их сожгу…

— Погоди, дай все-таки вытащу эти два кусочка, а то жаба что-то давит… Лишними не будут, и потом все равно заляпался весь, как какой-то… не пойми кто. Так что…

Человек присел к телам.

— Где тебя давит жаба?! — поразилась я. — И если давит, почему не изгонишь?

Человек фыркнул и сказал, едва сдерживая смех:

— Если бы я мог изгнать эту жабу, все равно не стал бы этого делать. Без нее сразу по миру пойдешь с протянутой рукой, а это земноводное не позволяет попусту транжирить средства…

Я ничего не поняла. Но решила, что человек знает, о чем говорит. Но жить с жабой внутри? Бр-р…

Меня всю передернуло. Не люблю жаб. Они такие холодные, скользкие…

Хотя о чем это я? Скорее всего, он имел в виду только фамильяра. Тогда это хорошее приобретение и очень дорогое. Хотя в средствах, как видно, он раньше не был стеснен, чего только стоит нож гномьей работы и удивительные артефакты… я уже молчу о хладном железе.

Кэррэл тем временем присел возле трупов и, расширив раны в черепах, достаточно быстро достал кусочки хладного железа. Набрался опыта…

— Все, можешь жечь хануриков.

Я не стала медлить и ударила в бубен шамана, вызывая элементаля огня. С их братией у меня всегда хорошо получалось, не то что с водой или землей, да и с воздухом не ахти. Он явился практически сразу, и мне, согласовав с ним размер оплаты маной, осталось только указать на цель, и элементаль с жадностью накинулся на трупы. Всего пара мгновений — и от первого трупа остался один пепел. Силен элементаль. Один из высших. Мне заключить договор с таким удалось бы в лучшем случае в конце жизни, и то не факт.

Кирилл, он же Кирриэл, он же Кэррэл. Пападанец, начавший обзаводиться… пусть будет свитой, пока не доказано иное

Я распотрошил тело шамана на букву «ш»… и ни фига. Даже не затошнило, хотя выглядело тело так, будто над ним поработал маньяк-потрошитель. В кровище только весь извозился…

Вот шаман, кстати, пованивал, и сильно. Можно подумать, что так он духов приманивал, как дерьмо — мух. Спасал только легкий ветерок.

Шаманка с помощью своего быка, монстра со злобным взглядом, офигенно длинными рогами, под тонну весом, вытянула наверх еще троих, и из их бошек я вытащил еще два подшипника: действительно лишними не будут. Итого я могу сделать еще тринадцать пуль. Свинцом я также разбрасываться не стал. У меня отчего-то возникло чувство, что я скорее разживусь золотом, чем его близким, но почти ничего не стоящим родственником по таблице химических элементов, приснившейся одному алкоголику. Но лить пули из золота? Побойтесь богов, демонов и духов, вместе взятых!

Посмеялся над ошарашенной орчанкой, когда она узнала, что во мне якобы живет жаба. Мир магии… Про то, что во мне живут еще звери: хомяк, который тащит все подряд, и трусливый заяц, смелый хорек и еще пара полезных в жизни животин, — говорить не стал.

От работы управляемой шаровой молнии размером с баскетбольный мяч, появившейся из ниоткуда после пары ударов в бубен и неразборчивого шептания шаманки, я прифигел.

Несколько секунд работы — и от тел остался один невесомый пепел.

— А там, внизу, их сжечь нельзя было? — поинтересовался я после того, как шаровая молния исчезла.

— Нет.

— А чего еще можно нашаманить с этим бубном?

— Много чего… — вздохнула опечаленно шаманка. — Но мои возможности по управлению бубном сейчас ограничены. Я ведь так и не инициирована… Могу вызвать элементали на какую-нибудь несложную работу, атаковать душами, а вот творить что-то масштабное, например управлять погодой, я уже не в силах.

— Ясно. А сейчас инициироваться сама можешь? Место Силы есть, — кивнул я на кратер.

— Нет, это лучше делать под руководством опытного шамана.

— Стало быть, у тебя почти нет шансов стать инициированной?

— Ну, можно попросить другого старшего шамана. Правда, роду, пошедшему на такой шаг, а идут на него не от хорошей жизни, это будет стоить ну очень дорого, просто неприлично, и не факт, что он сделает все как надо и не вложит в меня какие-то нужные ему ограничения или скрытые плетения на повиновение. Ведь инициируемый становится в этот момент очень зависим от направляющего и беспомощен…

— Это я тоже понял…

Типа вредоносную программу-червя в программное обеспечение чужого компа всунуть, со всеми полагающимися последствиями.

— И все?

— Ну-у… — отчего-то смутилась шаманка. — Я могу инициироваться самостоятельно со временем, став сильнее, намного сильнее, чем есть сейчас… Ведь как-то же появились первые инициированные шаманы! Разве что духи предков провели…

— Понятно. И у тебя есть шансы стать сильнее для самостоятельной инициации?

Олграна только кивнула, вновь потупив глаза, и разве что ножкой перед собой шаркать не стала. Чего это она?

И чего у меня такое странное ощущение, будто я осел, подумал я с некоторым беспокойством. Вроде причин для волнений нет, но что-то гложет странное, — вроде ведь и опасности не ощущаешь. Так, легкий подвох…

— Как у вас с водой? — спросил я шаманку, отмахнувшись от мыслей, не имеющих ответов, по крайней мере на данный момент.

— А что?

— Руки помыть.

— Ну, на это хватит. Сейчас принесу.

Олграна сходила к своему буйволу, безмятежно стоящему на краю обрыва и жующему траву, и сняла с него мех с водой, после чего полила мне на руки, и я их хорошо отмыл с душистым мылом.

Пожалуй, слишком душистым — вон как у орчанки ноздри затрепетали. Понравилось, видно. Но мне самому мало! Всего один обмылок! Так что дарить не стану! И даже пользоваться не дам! Вот такой вот я жмот.

Отлично, теперь я не чувствую себя маньяком-вивисектором на легком перекуре перед очередной жертвой.

Когда спустились в кратер, стало совсем светло, и вместе с первыми лучами солнца пришла в себя Зеленоглазка.

— Ты меня понимаешь? — спросил я ее, присев рядом.

По расширенным глазам гоблинки понял, что понимает.

— О, да, муж мой, я понимаю тебя! — бросилась она ко мне и, чуть не сбив с ног, заключила в крепкие объятия, так что из меня чуть «паста» не полезла. Сильна девчушка.

— Чевой?! — выпал я в натуральный осадок, осознав, что она сказала.

Без меня меня женили!!!

Увидев мое потрясенное лицо, самым натуральным образом заржала Олграна — чуть на землю не свалилась.

Вот это я попал!!!

Зеленоглазка переводила непонимающий взгляд с меня на шаманку.

— А чего ты хотел, Кэррэл?! Они ведь дикари! Раз допустила до себя — муж! Ха-ха-ха!

— Да это если бы допустила! Я бы еще понял. А то ведь все было несколько иначе, что ли…

Зеленоглазка, удивительное дело, несколько смутилась.

Шаманка вновь засмеялась, поняв все правильно, — что не она меня допустила до себя, неприступная такая, уступив настойчивым домоганиям с моей стороны, а сама на меня залезла.

— Ладно, посмеялись и хватит, давайте поедим и будем убираться отсюда, — сказал я.

Это предложение возражений не встретило.

Олграна распотрошила мешки своих попутчиков, уже давно беседующих с духами предков — они им теперь ни к чему, — и достала различную еду. В основном вяленое мясо неизвестного происхождения, немного сыра, пеммикан и твердые пресные лепешки. В бутылях-«восьмерках», выделанных из каких-то плодов вроде тыквы, вопреки моему ожиданию, плескалось не пиво и даже не кумыс (хотя какой кумыс от коров?!), а кисловатый морс, хорошо утоляющий жажду.

Зеленоглазка обзавелась дополнительным скарбом, сменила мешок, что стал подванивать. Переложила туда всю свою траву и стеклянную банку. От жестяных мало что осталось — перегорели на огне за время пути от частого использования, но теперь у них появилась гораздо более качественная замена. Пополнила арсенал бронзовым ножом, но и от своего каменного отказываться не спешила.

— И ты хочешь, чтобы я на него сел?! — изумленно возмутился я, указывая на предложенного ездового быка. — Не иначе, смерти моей хочешь?!

После того как мы позавтракали, решили выступать, и орчанка предложила мне в том смысле, что плохо ехать — лучше, чем хорошо идти. Типа, она в любом случае поедет на своем быке, а мы как хотим, хотим — пешком, хотим — верхом. Так чего, собственно, нам снашивать ноги, они ведь, чай, не казенные, при наличии парнокопытного транспорта, оставшегося в наследство от шамана и его прихлебателей?

Предложение было в высшей степени прекрасным, если бы не одно «но». Проблема заключается в том, что я с детства не люблю быков и обхожу их стороной. Психологическая травма у меня… типа фобия. Однажды меня, когда я гостил у бабушки в деревне, чуть не забодал бычок. Как он склонил голову, как попер на меня… в общем, очень напугал, сволочь такая. К своей чести могу сказать, что я тогда не обмочился.

Так вот меня напугал обычный деревенский бычок, выращенный на забой, полутора метров в холке, с рожками под двадцать сантиметров. Малыш… хоть и я был маленький. А здесь передо мной стоял боевой монстр под два метра ростом, мощная туша витых мышц, прожигающий меня насквозь злобный, исподлобья взгляд налитых кровью глаз и рога… нет, не рога, а РОГА! Полутораметровые красиво-хищно изогнутые копья, усиленные и дополнительно удлиненные бронзовыми наконечниками, нацеленные тебе в грудь! Если на такие насадят, шансов нет.

Так что я выглядел откровенно бледно — не намного лучше, чем Зеленоглазка, вообще прятавшаяся у меня за спиной, как маленький ребенок за мамкой перед незнакомыми людьми. Вот только мне было не за кем спрятаться. Не за спину же шаманки заходить… Самому потом стыдно будет, а уж как упаду в глазах орчанки…

Впрочем, как видно, судя по кривой усмешке, я и так невысоко оценен. Обидно…

— Ты уверена, что это хорошая идея? — все же спросил я, кивая на этого бизона-переростка, откормленного стероидами.

— Решать тебе, — деланно безразлично пожала плечами шаманка.

Да уж, мне. Но топать пешком еще черт знает сколько времени, по жаркой степи, по крайней мере, все десять дней, учитывая, сколько уже пройдено, было лень. Лучше действительно проехаться. Но для этого нужно перебороть страх. А это непросто, надо заметить.

Стоило мне только подойти к этому монстру, как бык топнул копытом и с силой фыркнул, исторгнув из ноздрей облако пара. Так что я поспешил сделать шаг назад.

Проблемка, однако. И что прикажете делать?

— Они чувствуют страх, — предупредила Олграна.

— Я догадываюсь…

Тут мне пришла в голову мысль подкупить зверюгу. Что любят эти сволочи? Вроде бы соль. А ее у меня есть. Порывшись в рюкзаке, достал патетик соли одной из авиакомпаний и посыпал на кусок лепешки.

— Держи, гад…

И не без опаски протянул лепешку с солью быку, готовый в любой момент отскочить назад и отдернуть руку, чтобы эта зверюга, в принципе вегетарианец, хотя насчет последнего совсем не уверен, не попробовал моего мяска.

Бык не стал отнекиваться, с шумом понюхал и чавкнул соленым куском лепешки. Взгляд его явно потеплел.

— Вот так-то, монстрина, — панибратски похлопал я его по шее.

— Му-у… — ответил мне бычара.

— В другой раз и если будешь хорошо себя вести, меня везя.

Я, подойдя к сложной упряжи, вставил ногу в стремя и, несмотря на чувствительный рывок быка в сторону, взгромоздился в широкое седло под не менее широкую задницу орка.

В принципе у меня есть опыт езды на лошадях (в детстве несколько раз работал на сенокосах, возил на волокушах маленькие копны сена со всего поля к большому стогу), так что проблем особых не видел. Разве что синячище с непривычки на всю задницу в конце дня поимею.

Бык подо мной затанцевал, почуяв чужого и неуверенного седока.

— Стой, сволочь!

Ага, куда там! Бык начал скакать на месте диким мустангом, ну и я, не обученный национальному американскому развлечению, скачке на быках, через три секунды оказался на земле.

Хорошо, что каким-то чудом кошкой извернулся и приземлился почти на ноги, а не на спину, а то трындец компу пришел бы.

А бык, похоже, успокаиваться не собирался, скорее даже наоборот. Забил копытом, склонил голову и рванул на меня…

— Е-мое!!!

Я с криком едва успел отскочить в сторону, покатившись по земле. Бык пронесся мимо и стал резво разворачиваться, чтобы повторить попытку поддеть меня на рога. Упертая скотина.

Я быстро скинул винтовку с рюкзаком и, незнамо чем думая, вместо того чтобы бежать (хотя это самое глупое решение: догонит и затопчет) или попросить помощи у шаманки (даже не подумал об этом, и не из-за чрезмерной гордости), выхватил одеяло и расправил его перед собой а-ля тореадор. Это еще может сработать, в отличие от микенских танцев, — это когда акробаты прыгают через быка…

— Ну, иди ко мне, будущий безрогий евнух! Ты еще пожалеешь, что связался со мной!

Сам не знаю, что на меня нашло. Истерика, наверное. Воинственная, типа отступать некуда, позади задница.

Бык, естественно, рванул на меня. Как я не обделался… ну, в общем, не запачкал портков — сам не знаю. Наверное, сказалось то, что я только что сделал все дела и пачкать было нечем.

В последний момент я как заправский тореадор отдернул одеяло и отскочил сам.

Краем глаза успел заметить, что Зеленоглазка стоит ни жива ни мертва. А вот другая зеленокожая стерва поглядывает с интересом. Нашла, понимаешь, развлечение! Хотя надо признать, что Олграна что-то держит в руке — наверное, какой-то амулет. Не иначе, у нее что-то заготовлено на крайний случай — страхует. Ну и на том спасибо.

Почувствовав себя увереннее и разработав план, повторил трюк с быком еще дважды, каждый раз проходя по краю: одна ошибка — и ага, — постоянно смещаясь к нужному мне месту.

А вот еще один заход, последний. Сейчас все решится, ну, подсобите, боги! Бык разошелся не на шутку и вновь со всех копыт, вздымая куски дерна в воздух, склонив голову, нацелив на меня рога, с ревом рванул в атаку.

— Оп!

Я в очередной раз отскакиваю в сторону, убирая одеяло, за которым оказалось дерево.

Трах-та-дах!

Бык, со всей своей дурной дури врезавшись в ствол, пришедшийся точнехонько меж его рогов, плюхнулся на заднюю точку и замотал головой.

Хр-р-рякс…

Само дерево, не выдержав удара, осыпав листья, с треском повалилось в другую сторону.

Ну и, как известно, железо надо ковать, пока горячо. И опять я поступил не очень умно, на меня непохоже, на интуиции — подошел к быку и, пока он все еще сидел на заднице, оседлал его.

— Вставай. Хватит башкой трясти, все равно у тебя там ничего нет и сотрясаться нечему…

Бык действительно встал и на этот раз скакать дикарем не решился. Когда тебя пошатывает как пьяного, особо не поскачешь.

Объездил-таки я этот рогатый танк.

— То-то же… а то ишь, удумал…

Но, честно говоря, мне поплохело. Откат пошел. Адреналинчик схлынул — понял, сколько раз избежал смерти… Держался я только на чувстве гордости, но не уверен, что выглядел гордо с перекошенным лицом.

— Молодец, — похвалила меня Олграна, протягивая мой рюкзак и винтовку, кои она успела подобрать, чтобы не затоптали.

— Спасибо. Но вот за подставу…

Я не стал обещать кар небесных. Как придумаю мстю, так и отомстю, и мстя моя, как говорится, будет страшна.

— Теперь ты, — сказала орчанка моей гоблинке, подводя еще одного быка.

И ведь ее слушаются, гады!

По-моему, она привела самого злобного из всех — наверное, в надежде, что бык просто затопчет гоблинку.

— Нет! — ожидаемо взвизгнула Зеленоглазка, что неудивительно после того, как пришлось мне бороться с быком, и отбежала прочь.

Олграна посмотрела на меня — дескать, и что теперь делать будешь?

Поделать тут действительно мало что можно. Здесь страх буквально панический, и о том, что Зеленоглазка сможет управлять быком, говорить просто нереально. Он ее сбросит, то еще родео будет.

— Галлогала, садись мне за спину, — протянул я руку, чтобы помочь ей взобраться.

Зеленоглазка опасливо подошла к злобно косящему красным глазом моему быку и, ухватив меня за руку, быстро устроилась за спину, приникнув и крепко обхватив меня руками. По-моему, она даже зажмурилась, бедняжка.

Бык опять что-то удумал. Саботажник.

— Не быкуй, бычара! — со всей силы врезал я кулаком своему транспортному средству между рог, так что чуть не отбил руку. — А то реально кастрирую и рога обломаю!

Помогло! Видать, осознал последствия возвращения в таком виде в стадо…

— Поехали, Зайчик, — тронул я поводья, продетые через кольцо в носу, и чуть двинул пятками в бока своего быка, названного так в честь моего мотоцикла, оставленного в гоблинских лесах.

Кстати, что там с моим байком? Не растащили его еще гоблины на гайки?

Глава 8

Кирилл… Мясищев Кирилл

Н-да, ну что сказать о езде на быках? В общем, определение, что лучше плохо ехать, чем хорошо идти, очень верно. Крейсерская скорость движения если и увеличилась, то ненамного — эдак километра на полтора в час. В теории же быки хороши на ускорении на короткой дистанции, ну там сблизиться в лобовой атаке с последующей рубкой или догнать жертву с насаживанием на рога.

Что касается трофеев, то все шаманские приблуды забрала, естественно, орчанка. Часть амулетов она уничтожила. Ну да ей виднее. Парочку камешков и мешочков с какой-то дрянью на веревочке дала мне, а после того как я демонстративно посмотрел на Зеленоглазку, дала и ей.

Это, как она пояснила, защитные амулеты. Правда, от чего конкретно защищает, не разъяснила. Стало быть, от всего.

Перепала кое-какая амуниция с троицы. А именно — кожаные доспехи, мне очень великие, и ятаганы с ножами. Ножи больше походили на римские гладиусы, чем на ножи, про ятаганы я вообще молчу, тяжеленные — все ведь под руку орка сделано. В общем, себе из этого добра я ничего оставлять не захотел, тем более что качество не ахти, все на продажу. Денежка лишней не будет.

Я же, помимо шаманской бижутерии, стал богаче на двадцать серебряных монет. Много это или мало, я не в курсе, но спрашивать пока опасаюсь, чтобы не спалиться с концами…

«А чего, собственно, телишься? — ехидно поинтересовалось у меня мое второе «я». — Ты весь из себя такой неправильный, что даже слепой разглядит, так что еще одной странностью больше, одной меньше — роли не играет. А спалился ты давно и бесповоротно, так что можешь не переживать…»

И верно. Чего уж теперь маскироваться? Потому и задал вопрос о финансах (не поют ли они у меня часом романсы?):

— Много можно купить на одну серебряную монету?

— Смотря где.

— А где можно?

— У нас в степи или у людей…

— Давай про людей. Вряд ли я у вас что-то буду покупать. Тут, как ты заметила, я сам скорее товаром стану.

— Это верно! — хохотнула орчанка. — В среднем на одну серебряную можно купить средней паршивости корову. Вроде и доится, но немного, мясо есть, но тоже не ахти.

— Неплохо… А какие еще монеты есть?

— Золотые, бронзовые и медные.

— Каково соотношение?

— Один к ста, — отвечала орчанка, с каждым ответом изумляясь все больше.

— Все ко всему? То есть сто медных равно одному бронзовому и так далее?

— Да.

— Ясно…

Что ж, привычная система. Не запутаюсь.

Выяснив, что я в общем-то достаточно обеспеченный человек, на первое время по крайней мере точно хватит, голодать не буду, решил и дальше скрашивать путешествие разговором, совмещая приятное с полезным, под полезным имея в виду получение различной информации о мире. Но сначала все же спросил — почему ее душу следовало пленять в месте Силы? Не слишком ли это сложно?

— Душу обычного разумного шаман может пленить в любом месте, где захочет. У нее немного сил сопротивляться. Совсем другой вопрос с пленением души разумного, обладающего Даром. Сопротивляемость высокая. Мало того что она может вырваться, — так еще и сама атаковать…

Понятно, это вроде как работать с вирусами. С обычным гриппом можно и в больничных условиях, а с какой-нибудь африканской эболой — лучше экспериментировать в специально оборудованных лабораториях.

И тут меня торкнуло. Ну о чем я треплюсь, в самом деле? О чем думаю?! Тут ведь магия-шмагия есть, — а не она ли повинна в том, что я тут оказался? Ну мало ли! Тем более что недалеко Проклятые земли фонят, может, и то явление, что меня прихватило, — своеобразное эхо магической войны, типа гуляющий телепорт?!

Надо бы на эту тему пощебетать, а то, может, и не надо никуда переться?

Но вот в чем вопрос: стоит ли мне трепаться на тему, что я вроде как не местный, ну, то есть совсем из другого мира прибыл? С одной стороны, вроде как и не нужно, так как реакция непросчитываемая. А с другой — ну что я теряю, в самом деле?

Разве что разговор надо начинать издалека, а не прямо в лоб. Вот только как?

— А-а… эм-м… Олграна, — начал я, помявшись, а потом смекнул-таки. — А когда этот, как его… Шушкун…

— Шалшенш.

— Да плевать… шаман этот, как он у меня оказался за спиной? Ведь я держал фронт, и он не мог меня обойти, да еще так быстро. Уж как он вылезал из кратера, я по-всякому бы заметил.

— Это одна из функций, которой я пока не могу воспользоваться, — телепортация.

Так я и думал, решил я обрадованно. Значит, все реально.

— И далеко можно телепортнуться?

— Все зависит от мастерства и силы шамана. Если шаман бездарь — пусть его хоть разрывает от Силы и имея этот бубен, он не телепортируется и на метр. Разве что кусками.

— Это понятно… А ты сможешь после того, как инициируешься?

— Да, я учила необходимые мантры… но как далеко… — шаманка пожала плечами.

— А если у тебя все будет в ажуре, и Силы через край, и умения?

— Очень далеко! Хоть на другой край Даронара!

Ага, стало быть, мир этот называется Даронаром.

— Но для этого нужно быть поистине великим шаманом!

— Ага… а такой великий шаман может пробить дверь в другой мир?

— В другой мир? — удивилась Олграна и пристально посмотрела на меня.

М-да, вот и засыпался окончательно. Она ведь не дура. Поняла. Впрочем, это неизбежно, я и не рассчитывал остаться инкогнито. Тем не менее, продолжил, прикинувшись веником:

— Ну да, в другой мир. Их ведь много, они как слои в луковице, лежат притиснутые один к другому… Или вы так не считаете?

— Есть нижние планы с демонами…

Бр-р…

— Но раз есть нижние, значит, есть и верхние? — все же спросил я.

— Конечно.

— Ну а раз есть верхние и нижние, то должны быть и боковые, почти такие же, как этот, то есть средние, — продолжил я логическую цепочку.

Орчанка согласно кивнула и спросила:

— Значит, ты иномирец?

— Да, — не стал я отрицать очевидного. — Тебя это не сильно удивляет?

— Не особо. Я даже удивлена, что сама этого не поняла с самого начала. Слишком уж ты был неправильный…

— То есть особых неприятностей от моего иномирского происхождения мне ждать не приходится?

— Нет. Человек и человек, — пожала плечами Олграна. — Какая разница, из какого ты мира!

— Ну, хоть с этим проблем не будет… — вздохнул я с облегчением.

— И как ты сюда попал?

— Наблюдал за странным явлением… оно накинулось на меня — и вот я здесь… Появился в лесах гоблинов. И очень хотел бы вернуться назад…

— Гуляющий портал… Я в любом случае не смогла бы тебе помочь. Просто не знаю как. Есть ритуалы призыва демонов и ангелов, но они приходят сами в наш мир и, сделав дело, на которое их подвязали, уходят обратно.

— А человеческие маги? — спросил я с надеждой.

— Я не знаю… Наверное, могут, но тут тоже есть множество тонкостей. Ведь сопредельных срединных миров много. Вряд ли они соединяются один с другим как горошины в бусах… А даже если и так, то в какой из двух сопредельных тебя отправить? Как определить, который из них твой? Ты же ведь не захочешь попасть в мир, населенный только гоблинами, орками или еще кем-то?

— М-да, — опечалился я. — Не хотелось бы.

То, что аборигенские маги могут призывать демонов или ангелов, и то, что они вообще существуют, я как-то в целом проигнорировал. Ну могут и могут, чего тут удивляться. Если удивляться всему, что я тут успел увидеть, удивлялка сломается.

Но вот то, что с моим возвращением домой могут возникнуть серьезные проблемы, — это, конечно, выбивало из колеи. Наверное, лучше бы этой надежды, возможности не было совсем. Устроился бы как-нибудь здесь, что-нибудь придумал, а теперь даже и не знаю что делать.

В теории могу вернуться, но на практике это маловероятно. Меня могут зафигачить черт знает куда, так что этот мир мне покажется раем. Стоит ли так рисковать? Да и в цене это путешествие наверняка будет не из дешевых. Ну не страдают же местные маги альтруизмом и за бесплатно работать точно не станут. Так что и денюжку надо заработать, и много. Как? Учитывая, что я не Вассерман, знающий все обо всем?

Пичалька…

Я замкнулся и дальше ехал на Зайчике, обнимаемый гоблинкой и погруженный в свои мысли. Надел солнцезащитные очки и включил плейер, нахлобучив на уши наушники.

Олграна. Орчанка с мутными целями в отношении рассара

Как же я сразу не догадалась, что Кэррэл иномирец?! Ведь об этом говорило, нет, даже кричало абсолютно все! Одежда, невероятное оружие, другие странные артефакты, незнание языка, а главное — абсолютное непонимание прописных истин! Ну а с другой стороны, кто может подумать, что именно ему-ей однажды повстречается такая диковинка? Вероятность исчезающе мала.

Теперь вопрос в том, как быть мне. Человек явно захочет вернуться домой, а это значит, что в поиске дороги он будет метаться по землям людей из одного человечьего королевства в другое, пытаясь достучаться до великих архимагов, в надежде, что они ему помогут.

Ага, как же, держи шапку шире! Помогут они… Догонят и еще раз помогут! Уж мне ли не знать, учитывая мои-то интересы…

Во-первых, это будет стоить просто дикое количество золота, что не у каждого богатого герцога, да и иного короля, в казне наскребется, а во-вторых… во-вторых, он рассар… и этим все сказано.

Но, допустим, я смогу ему помочь, пояснить, кто он такой, а то, судя по всему, он даже не в курсе своей исключительности, и помогу скрыть его природу от других претендентов… Так что, мне потом мотаться за ним по всем людским землям? Это невозможно. В половине человечьих земель любого орка сразу же убьют, а в другой половине посадят на цепь…

Даже у гоблинки больше шансов остаться нетронутой, как рабыне-игрушке. Со мной такой номер не пройдет. И не только потому что это ниже моего достоинства притворяться рабыней, — просто никто не поверит. Нас рабами делать просто бессмысленно. Даже магические печати подчинения не сработают, просто потому что шаманы первым делом всех воинов защищают от такого позора. Пленный орк при попытке сделать его рабом просто умрет. Потому как лучше смерть, чем рабство, никто не опозорит своего рода и памяти предков.

Да и у человека шансов немного, даже с моей помощью. Сильному магу ничего не стоит увидеть и разрушить мое маскировочное плетение на его ауре. Будь он обычным человеком, может, что и вышло бы, а так… рассар — слишком лакомая добыча, никто ни за какие деньги не станет разбираться с его проблемами, и тем более помогать вернуться домой. Что? Упустить такую добычу?! Не смешите, ибо не смешно.

Но как же быть? Что ж, придется рассказать все без прикрас, а кое-где можно даже чуть сгустить краски. Это задержит его на месте в какой-нибудь укромной местности хоть на какое-то время, а мне его вполне может хватить… По крайней мере, я сделаю все, чтобы задержать его настолько, насколько мне это будет необходимо. А там…

Кстати, об укромном месте! Есть одно такое на примете, как раз почти на маршруте следования — надо лишь чуток подкорректировать направление, что мне не составит труда.

За убежище, конечно, придется побороться, потому как свято место пусто не бывает, и оно, естественно, занято. Придется вступить в схватку, что небезопасно, но думаю, с моим новым бубном я справлюсь! Да если еще человек подсобит со своим оружием, стреляющим хладным железом, то шансы на победу возрастают до максимальных.

Но как же меня удивил Кэррэл с быком, как он его уломал! Я-то сначала хотела посмеяться немного и полностью контролировала обстановку — ведь люди такие слабые… Но он сначала подкупил быка лепешкой с солью, а потом… потом это было нечто! Он разделался с боевым быком как с несмышленым теленком! Сильно!

Задумавшись о своем, я и не заметила, как человек надел на лицо странные непрозрачные, даже зеркальные, стекла. Зачем?! Как можно ехать по степи, полностью закрыв себе обзор?! Конечно, лестно, что он полагается на меня, но одна пара глаз — хорошо, а две — лучше!

Эту лопоухую не считаем, она все еще жмурится от страха. Дикарка.

О чем и сказала ему.

Человек, хмыкнув, снял с лица темные стекляшки и протянул мне.

— Надень.

Я, подъехав поближе, взяла эту вещь и с осторожностью водрузила на лицо так же, как это было у Кэррэла.

— Вот это да!

Через, казалось бы, непрозрачные стекляшки все отлично видно, просто чуть затемнено, и стало легче глазам. Сняла и перевернула, и увидела в стеклах только свое отражение — как в бронзовом или серебряном зеркале, только еще лучше.

— А у вас сильная магия…

— Это не магия, — не согласился человек. — Просто сложная технология обработки стекла.

— На этом можно неплохо заработать… — невольно протянула я.

— Увы, — со странным смешком ответил человек, — я не знаю этой технологии, так что подобным штампом мне не воспользоваться.

— Штампом? — не поняла я.

— Не обращай внимания…

С этой затемняющей стекляшкой я не заметила, что и на ушах человека есть какая-то штука.

— А это что? Амулет для лучшей слышимости или, наоборот, для гашения звуков?

— Нет, — вновь посмеялся человек. — Я слушаю музыку…

И правда. Время от времени до меня доносились какие-то странные звуки, особенно сейчас, когда я еду рядом с ним, очень тихие, на грани слышимости. Я, откровенно говоря, начала беспокоиться — уж не зовут ли меня предки к себе… Говорят, что зазываемый слышит музыку.

Человек тем временем, сняв с себя наушники, протянул мне, и я с опаской нацепила их на свою голову. В уши тут же полилась завораживающая музыка.

Увы, понять, что пели, я не могла, потому как пели не на общем, и уж тем более не на оркском, а на языке человека из другого мира. Но красиво! Очень захотелось узнать, о чем поют.

— Ты позволишь мне провести обряд познания и взять знания твоего языка? Я хотела бы понять, о чем поют.

— Да без проблем. Хотя насчет смысла сильно не обольщайся, если уж я не всегда понимаю, о чем песня, — усмехнулся человек. — Но есть и вполне достойные… Я вам вечером еще киносеанс устрою. Но с одним условием: ты потом передашь это знание Зеленоглазке.

— Как пожелаешь, — сразу же согласилась я, — и будем надеяться, что ее голова не лопнет от переизбытка информации.

— Не лопнет! — с оскалом рыкнула на меня эта лопоухая гоблинка.

Может, избавиться от нее как-нибудь? Ведь мешать будет, путаться под ногами… Нет, если человек узнает, что это моих рук дело, то добровольного сотрудничества может и не получиться, а принуждать силой рассара… последствия непредсказуемы, так что ищите других идиотов.

Он как огонь — может дарить тепло, пока спокойно горит в очаге, а может и сжечь, разбушевавшись как степной пожар. Да и силенок у меня для этого сейчас маловато, так что не будем торопить события и бежать впереди воза. Будем надеться, что ее прибьют во время схватки… осталось только чуть поработать над ее амулетами.

Галлогала. Гоблинка, названая жена Кирриэла. Она же Зеленоглазка, изводящаяся ревностью

Эта клыкастая не понравилась мне с самого начала. Ишь, как крутится перед Кирриэлом, то грудь продемонстрирует… предварительно специально расшнуровав одежду, то зад… там расшнуровывать нечего, но эти штаны сделаны из тонкой и очень мягкой кожи и ничего не скрывают, — особенно когда она нагибается: того гляди лопнут!

Р-р-р!!!

И надо признать, что и то, и другое у нее действительно впечатляюще, и муж нет-нет да скосится на нее, и я чувствую, как он начинает испытывать вожделение.

Р-р-р… ненавижу ее за это! Так бы и метнула в гадину дротик! Но муж не позволит, а напасть с целью сгнобить… нет, я не настолько сильна. Она сильнее меня, вон какая дылда, и я быстро проиграю… один раз ударит — и голова долой.

А уж сколько новорожденных можно выкормить такой грудью! Наверное, весь выводок зараз! А не в два-три приема, как это обычно делается у нас.

Не иначе, что-то удумала клыкастая… Да чего тут думать?! Сразу видно, что она положила глаз на моего мужа! Меня не обманешь, это наша природная особенность — чувствовать влечение дочерей и сестер, — чтобы контролировать обстановку в стае и не допускать конкурентов в продолжении рода. И то, что она другой расы, ничего не меняет… я чувствую ее намерения.

Р-р-р…

Но зачем ей это?

Да какая разница! В любом случае не отдам!!! Он только мой, и я не собираюсь делиться им с какой-то клыкастой, пусть она хоть трижды обладательница Дара и впечатляющих форм, я все равно найду на нее управу!

В конце концов, я тоже кое-что могу…

Р-р-р…

— Зеленоглазка… Полегче, а то ты мне все кишки выдавишь…

— Прости, — ослабила я хватку.

— Не бойся ты так…

Задумавшись, я, оказывается, слишком сильно обняла его, словно у меня его вырывали.

И невольно улыбнулась, забыв обо всем на свете. Как он назвал меня Зеленоглазкой. Какие бы чары ни использовала эта клыкастая морда, будь то природные или магические, ей все еще не удалось околдовать моего Кирриэла.

Околдуй она его — он бы не стал меня так называть… Но дальше надеяться на естественную сопротивляемость мужа (хотя на какую сопротивляемость мужчин можно надеяться при женском обольщении? Это просто глупо, рано или поздно поддастся) и мое воздействие нельзя, нужно действовать более решительно.

Убить?

Это будет не так просто, она сильная шаманка… об этом нужно помнить. Пока я могу лишь на полную мощность запустить воздействие, подавляющее влечение самок и самцов.

Вопрос в том, подействует ли моя магия на орчанку. Учитывая, что я не великая мать и не прошла соответствующего обряда у шамана. А также помня, что даже великим матерям не всегда удается сдерживать природные инстинкты продолжения рода, и нет-нет, кто-то пытается спариться.

Собственно, я одна из таких неподконтрольных (это также говорит о силе моего Дара, что отрадно). Только вместо того, чтобы спариваться тайком, я бросила вызов. А те, кто делает все втайне, — дуры дурные. Ведь когда забеременеют, верховная мать их просто убьет или убьет весь выводок, а родившую заставит выкармливать своих детей. А если такая дура все же забеременела и не хочет умирать, когда все откроется, — ей только одна дорога: добровольное изгнание.

Чаще всего это смерть. Одной, беременной в лесу не выжить. Ведь в какой-то момент она просто не сможет охотиться, а пищу приносить некому. А если и выживет, то не выходит выводок. В лучшем случае одного-двух. Стоит ли оно того? Конечно, нет. Лучше бросить вызов и в случае победы получить все. Что я и сделала, но проиграла…

Но случается так, что стая становится слишком большой (к сожалению, в моем случае это было не так), и тогда вслед за изгнанницей уходит часть ее членов, которые способны позаботиться о новой великой матери. Так появляются новые стаи. Собственно, из-за сильного увеличения стаи и падает контроль верховной матери над дочерьми и сестрами, если таковые остались в живых.

Но орчанка одна, и если моя магия на нее подействует, то подействует с гарантией, несмотря на то что я не прошла обряда. Она ничего не почувствует, и амулеты ее не защитят. Хотя… если это не естественное желание, не инстинкты, а голый расчет для каких-то ее непонятных мне целей, то… то результата, может, и не будет.

Но если она действует из простого желания обладать Кирриэлом и все сработает, то… тогда и на мужа-человека может подействовать моя подавляющая магия, и тогда уже я останусь в проигрыше?

А мне не хочется оставаться в проигрыше в этом отношении…

Я даже невольно вздрогнула, вспомнив последние ночи с ним. Ни одна великая мать, я уверена, никогда не испытывала ничего подобного. Как много они потеряли…

Хорошо… сегодня я еще раз призову его к себе, заодно докажу этой клыкастой, что именно я, и только я, имею на него право, и задействую свою магию в полную силу!

И пока они будут на расстоянии друг от друга, я попробую придумать, как избавиться от этой клыкастой шалавы!

Вот и вечерняя остановка. Могли бы проехать еще, быки вроде устали не сильно, но, как потом выяснилось, Кирриэл, специально остановился пораньше, чтобы провести очередной шаманский обряд по передаче своего языка, чтобы эта клыкастая могла слушать музыку из его мира.

Я его отговаривала, но он меня не послушал. Я, как прошлый раз, стояла с дротиком наготове. Если что случится с мужем, я эту клыкастую насквозь прошибу!

— Просто пожелай передать мне знание языка. Сконцентрируйся только на этом, — предупредила шаманка.

И обряд начался.

Но нет, все прошло нормально, я даже на секунду пожалела…

Человек обратился к шаманке на своем языке — и та радостно что-то ответила также на его наречии.

— Теперь ты, Зеленоглазка, — сказал Кирриэл.

— Зачем?

— Почему бы и нет, тем более что я вам вечером киносеанс устрою.

— Что?

— Вот пройдешь обряд познания — и узнаешь, что это такое. Не пожалеешь.

— Хорошо.

И шаманка, скривившись, не иначе чувствует, зараза, что я знаю об ее намерениях, провела обряд познания со мной, передав только что взятый язык Кирриэла мне.

Я вновь потеряла сознание, а когда пришла в себя, уже довольно сильно потемнело. Уж не специально ли она меня выводит из строя?!

Уж не добилась ли за это время эта мымра своего, обеспокоилась я. Но судя по всему, нет, шаманке, как видно, тоже изрядно досталось от проведения двух ритуалов сразу, так что она пришла в себя ненамного раньше меня.

— Ну что, девушки, а теперь обещанный киносеанс, — сказал Кирриэл, распаковывая один из своих артефактов.

Я уже видела его — как-то он был связан с охранными амулетами, но, как видно, я видела не все его возможности.

— Так, что бы вам такое поставить?.. — бормотал Кирриэл, перебирая странные пластины с красочными рисунками. — Ладно, давайте на «Звездном десанте» пока остановимся.

Муж раскрыл тонкую прозрачную пластинку, достал блестящий диск с красивой картинкой и вставил его в свой артефакт. На верхней половине его артефакта пошли движущиеся картинки…

Как завораживающе…

— Я не чувствую магии, — сказала эта гадская Олграна.

— Нет никакой магии, у нас ее вообще нет, мир без магии — чистая технология, просто очень сложная. Да и хочу сразу предупредить: то, что вы увидите, — чистая фантазия, не имеющая ничего общего с моей реальностью. Смотрите на это как на изобразительное искусство, просто выдуманная картинка не статичная, а движущаяся.

Я и эта орчанка выпали из реальности, глядя на движущиеся картинки, на жутких жуков, прущих нескончаемой рекой… Кирриэл пояснял какие-то моменты, про корабли, бороздящие океан космической пустоты, о мирах не параллельных, а одной реальности, находящихся у других звезд, а звезды — это точки на небе, и они очень далеко…

То, что он рассказывал, было невероятно. Как я видела, даже орчанка не всему сказанному верила, а я решила верить всему, что скажет муж.

— Стало быть, наш мир не плоский, плывущий в бесконечном море? — спросила клыкастая.

— Нет, он круглый… Но действительно плывет в бесконечном море пустоты.

Шаманка требовала доказательств, даже не столько их, сколько демонстрировала грудь, что чуть не вываливались из почти окончательно расшнурованной жилетки, и муж иногда, судорожно сглатывая и кося глазом, р-р-р… их давал.

А я, решив, что если муж сказал, что наш мир — шар, значит, шар, и никакие доказательства мне не нужны. Лучше я пойду подготовлю ложе: я заставлю его забыть о ней!

— Муж мой… — сказала я, приникнув к нему, когда он лег рядом.

Кирриэл почему-то от такого обращения вздрогнул…

— Э-э, детка, может, не стоит? — сказал он неуверенно, поглядывая в сторону, где обустроилась на ночлег орчанка.

Что он на нее смотрит? К злым духам ее…

— Почему?

— Ну-у… мы тут, если ты заметила, не совсем одни…

— Ну и что?

— Э-э… не знаю как в твоем сообществе, но у людей так не принято.

— Пфыр! — донеслось со стороны клыкастой гадины.

Правду ли он сказал? Какая разница, что мы не одни? Она ведь знает, что мы вместе, так чего стесняться? Да если бы и не знала, то, наоборот, пусть узнает! Или это… или это все она?! Она его околдовала и приворожила к себе! И потому он меня не хочет. Хотя… хотя насчет того, что не хочет, не уверена…

— Детка… — убрал он мою руку.

Как же это понять? Может, тело, его природная суть, еще хочет меня, а разум уже под ее властью? Так не достанься же ты никому!

Кирилл. В роли киномеханика

После всех обрядов с приемо-передачей языка, как и обещал, провел киносеанс. Поставил «Звездный десант». Мне вообще нравится все на космическую тематику — может, потому и стал охотником за зелеными человечками?

Вначале хотел немного пошалить и поставить один из фильмов из серии «XXХ»… Но не стал. Во-первых, ради его демонстрации не обязательно было проводить обряд познания с передачей языка. Там все равно, кроме ахов и охов, ничего значимого не произносят. А во-вторых, не будем пока шокировать девчат.

Что? Зачем в компе фильмы в категории «18+» с закрытым показом? Не озабоченный ли я? Нет, все намного проще, это платежный элемент. Часто ведь приходится заезжать в глухие места, где интернет не берет совсем, вот я копии этих фильмов и впариваю за провизию. Как правило, молодым, в обход родителей. Им-то такое кино взять затруднительно, а хочется… повысить свои навыки на кинопособии.

Так что все в выигрыше. Им знания и счастье в личной жизни после повтора увиденного на практике (так что я в каком-то смысле играл роль птицы счастья!) — в иных местах ведь позиция «женщина сверху» до сих пор откровение, — а мне экономия в деньгах, по сути, бесплатно жратва, картошечка там, сальце, молочко. А то с собой это дело возить слишком накладно, а деньгами рассчитываться тоже влом. Не забывайте, что я на общественных началах в «Космопоиске» состоял, так что все путешествия по необъятным просторам Сибири за свой счет, а сколько бабла на бензин уходит… Так что какая-никакая, а экономия.

После фильма, когда доказывал прописные истины Олгране о том, что земля круглая, а звезды — это далекие светила наподобие того, что светит днем, и так далее, — нет-нет, но мои глаза буквально падали вниз, чтобы еще раз охватить весьма аппетитные округлости орчанки, столь вызывающе дерзко выпиравшие из одежды.

Меня вдруг осенило…

Да она же меня кадрит! Ядрит Мадрид!!!

Но ведь это неспроста! Все имеет свою причину. Зачем ей меня хомутать? Не любовь же это. Гы, лестно, конечно, но сомнительно. Я бы и не против, если честно, так сказать, расширить опыт, чего уж теперь кочевряжиться и строить из себя не пойми кого после гоблинки, — но ведь придется чем-то платить. А чем? Что она хочет с меня стрясти?!

А может, она тоже просто хочет поэкспериментировать? Типа, каково это с человеком? Ну как наши девчонки под негров всяких ложатся в погоне за экзотикой, будто отечественные чем-то хуже… Или отечественный производитель так же плох, как и родной автопром? Хотя, конечно, негры славятся своим достоинством на букву «ч». Но тогда чего потом обижаются и пытаются доказать нам, что размер (скажем, груди или талии, точнее, отсутствие такового) не главное, а главное — душа.

Хотелось бы надеяться, что это так, — я сейчас про то, что она в чисто познавательных целях меня клеит, — но сомнительно. Как я понял, люди не слишком высоко ценятся орками, чуть выше гоблинов. Так что не все так просто.

Ну и Зеленоглазка. И хоть я не являюсь ее мужем в действительности, как она считает, я не могу вот так ей… изменить, да еще в ее присутствии. Воспитание-с… Да и прибьет на хрен! Насадит нас двоих, как бабочек, своим дротиком! Так что ни-ни.

А потом Зеленоглазка полезла на меня, ну прямо как в первый раз.

Я не ханжа, но заниматься этим при свидетелях как-то… для меня слишком экстремально. Хоть и находился в полной боевой готовности.

Зеленоглазка обиделась. Ведь своими шаловливыми ручками она успела понять, что я вроде как готов, словно пионер, но чего-то выкаблучиваюсь. В их дикарских нравах заняться продолжением рода — все равно что высморкаться. Может, даже специально так делают, чтобы все видели и знали, кто есть ху…

А потом мне вдруг ударило по мозгам, легкий такой секундный нокдаун — не иначе, последствие обряда по передаче знания своего языка шаманке, так что не стоит перебарщивать.

И внизу как-то вдруг все опало…

Эм-м… хм-м… надеюсь, это не то, о чем я в панике успел подумать! И временно!

Если не пройдет даже после просмотра фильма из папки «XXХ», придется у шаманки проконсультироваться. Позор…

Олграна. Несостоявшаяся вуайеристка

Что ж, как я и раньше знала, этот человек не страдает расовыми предрассудками, о чем свидетельствуют его отношения с гоблинкой, и против меня он не имеет ничего. Совсем ничего, наоборот, очень даже «за». Захоти я, и не мешай гоблинка — он был бы давно моим. Покажи ему грудь, а природа-мать меня в этом плане, прямо скажем, не обидела, — и бери тепленьким…

Остается проблема в виде гоблинши, и нужно подумать, как устранить это препятствие сколь можно более элегантно, чтобы не обозлить Кэррэла. Он, как и всякий собственник, не обрадуется, узнав, что кто-то сломал его игрушку, даже если заменить ее гораздо более шикарной. Так что думаем…

А вот и гоблинка лезет на человека, хочет показать мне, кто есть кто.

Пфыр.

А человек отбивается, не хочет при мне. Жаль, мне было бы любопытно… впрочем, все еще впереди и на личном опыте.

Глава 9

Кирилл. Попаданец, постепенно расстающийся с бесценными благами цивилизации

У-у-у! У-у-у!

Нет, это не степные волки или ликаны какие на луну заливаются… Это я вою, и исключительно мысленно, чтобы меня эти две зеленушки за психа не приняли. А что вы хотите, у меня бумага туалетная кончилась! Это же катастрофа галактического масштаба!!! Экономил как мог, даже травку между двумя слоями бумаги подкладывал, но как ни экономь, а рулон все равно постепенно разматывался. Что я теперь буду делать?!

У-у-у-у-у!!!

Вот гоблинке точно туалетная бумага не нужна, и она при этом всегда чистая. Особенность пищеварения и система сброса у них такая, что все выходит быстро, компактно и без загрязнения близлежащих территорий, так что и уборка не требуется. Р-раз — и все. Им вообще долго рассиживаться под кустами нельзя — сожрут, пока голой задницей сверкать будешь!

Насчет орчанки не знаю, не видел (это гоблинка особо меня не стеснялась — дикарка, что с нее взять!), слишком мало мы с ней путешествуем — всего третий день, — но тоже особо не рассиживается.

Не то что я — как засяду, так на полчаса минимум!!! То никак, аж чуть глаза не лопаются, то едва штаны успеваю скинуть и до подходящего кустика добежать! А то и не успеваю (добежать не успеваю!), и получается как в народной придури: сяду в поле оправиться — далеко меня видать!

Чем теперь чистоту наводить? Травой, лопухами, мхом?! Ты сначала найди эти лопухи в степи! Если даже найдешь в рощице какой, то обнаружится, что они обязательно колючие, чтобы ими не подтирались кто ни попадя!

То же касается и мха. Вообще не тот регион. Да и не думаю я, что это такой уж хороший материал. Он ведь не плотный, прорываться будет… фи.

Травы — завались, хоть тем самым местом жуй, но ведь трава режет, сволочь, как бритва! Сухая ничем не лучше… чистый наждак!

Впрочем, Олграна чем-то таким вроде пользуется, надо поинтересоваться. Неудобно, конечно, но… с грязной «системой выделения условно твердых отходов жизнедеятельности организма» будет еще неудобнее!

Подъехал поближе к орчанке — разговор надо будет начать с чего-нибудь нейтрального. Кстати, Зайчик больше не быковал — видать, действительно я его объездил и он меня признал за хозяина. Ну и солью подкармливать приходилось, благо она нашлась в сумках орков.

Впрочем, поговорить с шаманкой на тему о гигиенических средствах сразу не получилось. Она меломанила… Собственно, мы тоже слушали: Олграна подшаманила свой старый бубен, превратив его в своеобразный динамик, и теперь над степью разливалась различная музыка — от тяжелого рока до попсовой попсы.

У меня в этом плане нет никаких определенных пристрастий, нет любимых исполнителей или групп, я не фанат. Мне может понравиться всего одна песня из всего творчества исполнителя, а остальное — для меня шлак.

Я иногда пояснял какие-то моменты: хоть она язык себе скопировала, но часть понятий осталась без аналогов. Но иногда даже я попадал впросак — дело в том, что есть такие песни, не имеющие вообще никакого смысла, но мне нравятся чисто в эстетическом смысле.

— Удивительная музыка! — в который раз восхитилась Олграна. — Очень необычно. Не то что наша… как ты сказал: что вижу, о том и пою? Вот-вот, именно так.

Я действительно выразился подобным образом о творчестве орков, попросив как-то Олграну спеть что-нибудь на выбор. Типа сельский рэп или техно, даже ритмичность схожая.

Ну а как это еще воспринимать, если все их творчество сводится к тому, как один воин положил других в неравной схватке? Типа: вот первому гаду я ятаганом по черепу врезал, второму яйца в горло вогнал ударом ноги, а третьему снес челюсть ударом правой руки, четвертому ударом кинжала вывалил кишки…

Муть нудная.

— У людей тоже ничего подобного нет…

— Откуда тебе знать?

— У нас был раб-менестрель, пел песни, потому как ни на что другое не был способен, пока его не прибил мой брат, — попался под горячую руку… Я уже молчу про гномьи вопли, где ни музыки, ни такта, ни вокала, один ор!

— Тоже в рабстве гномий менестрель был? — поинтересовался я.

— Ха-ха! Гномий менестрель!!! Ну ты насмешил меня, Кэррэл! Да гнома, который больше ничем другим не занимается, свои в самой глубокой штольне замуруют, чтобы не позорил гномий народ такой позорной профессией! Нет, просто через степь иногда ходят караваны гномов, и наши воины за плату охраняют их…

— От самих себя?

— Что?

— От кого охраняют? От самих себя?

— Ох-хо-хо! — вновь засмеялась орчанка, да так, что чуть не выпала из седла. — Ты меня уморишь! Можно и так сказать! — наконец выдавила она из себя, смахивая выступившие слезы.

— Рэкетиры…

— Так вот, на вечерних привалах они любили поорать на всю степь свои кричалки, потому как песнями это назвать невозможно.

— А эльфы?

— Немногим лучше, чем у людей. Хотя, может, все дело в грубости перевода с эльфийского на общий? По сути, все людские песни — это подражание эльфийским произведениям. Они считаются верхом музыкального и стихотворного искусства. Ну как же, эльфы…

Олграна аж сплюнула.

— Понятно.

У орков с эльфами какие-то терки. Но подробно интересоваться не стал. Не до отвлеченной информации сейчас.

Конечно же, я не мог обойти вопроса заработка с халявы, как и в случае с кино. Собственно, и с кино тоже, наверное, что-то можно поиметь.

— Слушай, Олграна, а вообще есть какие-то средства записи звука, и тем более изображения? Я не про бумагу…

— Конечно, — кивнула она. — Но это очень дорого. Особенно те, что передают изображения. У отца было несколько таких камней, на них записывают важные сообщения. Воспроизвести можно, только имея специальный амулет и плетение-ключ.

— Насколько дорого?

— Один золотой — самый простенький камень для хранения звука, способный хранить всего минут тридцать времени. Эти амулеты делаются из драгоценных камней.

— Но это камень уже с записью или чистый?

— Чистый.

— М-м… А сколько стоит записать звук?

— Не знаю… и зачем оценивать?

— Но тебе, скажем, это будет очень трудно сделать? — продолжал я настаивать, не обращая внимания на ее вопросы.

— Ну, в принципе не очень… сил только отнимет довольно много.

— И во сколько бы ты оценила свои затраты силы?

— Не знаю…

— В серебряный оценила бы? Или в десять? — продолжал я настаивать.

— Скорее, в десять… — неуверенно ответила Олграна.

— Нормально. По объему памяти как раз на небольшой «альбом» хватит, а по цене в два золотых можно толкнуть. Чистая прибыль девяносто серебряных… — пробормотал я. — А из полудрагоценных или вовсе простых нельзя?

— Можно. Но зачем? Полудрагоценные покажут запись раз десять и разрушатся, а простых и вовсе на один раз хватит… я уже молчу по ограничению во времени. Минут десять на полудрагоценный камень и две-три минуты на простой. А зачем… — начала было орчанка, и тут ее наконец осенило: — Так ты хочешь свою музыку записать на камни и продавать?

— Угум, — кивнул я.

Чего скрывать очевидное? Хотя не знаю, стоило ли трепаться перед орчанкой. С ней все еще неясно ничего. Но слово не воробей…

— Переведем песню, соберем музыкальную группу, что хоть изредка будет попадать в ноты, певца с певицей с хорошими голосами найдем, запишем это дело — и греби золотишко лопатой!

— А что! Может получиться!

Хотя, конечно, сложно представить, что местные музыкальные инструменты со струнами из кишки или жил смогут приблизиться по звучанию к электронным. Но кто знает? Это ведь мир магии, может, удастся что-нибудь придумать.

На худой конец, можно попробовать тупо отделить музыку от голоса, голос как-то затереть, а на его место записать дублирующий фон. В общем, надо думать и работать. Без труда, как известно, не выловишь даже рака из пруда.

— Не может, а должно, поскольку никаких других способов заработка я не знаю. Ни как булат варить, ни как стекло ковать…

— Получится! Обязательно получится!

Орчанка явно загорелась идеей такого простого заработка. Ох, уж это волшебное слово — халява.

— А сколько стоит камень, способный записывать изображения?

— Это ты для своих фильмов?

Я только кивнул. На втором привале я показал им еще один фильм, про зомби — «Рассвет мертвецов». Эта тема аборигенам особенно близка. Здесь зомбаки не фантазия, а реальность. Особенно сильно пробрало Олграну — она как-то имела дело с ходячими жмурами, так что мысль о том, что весь мир заполонили зомби, ее ужаснул.

— Под десять золотых минимум. Тоже минут на тридцать каждый.

— Ничего, разобьем на серии по полчаса. Но, конечно, дороговато… По пятнадцать золотых можно отдавать. А он пишет одновременно и звук?

— Увы, слишком сложное плетение…

— Ничего. Если кто-то сможет позволить себе купить три камня с изображениями по пятнадцать золотых, то уж шесть золотых за звук всяко-разно найдет.

— Это точно.

— А к некоторым звук и не нужен, — добавил я, тихо фыркнув.

Я уже витал в облаках с бриллиантовым блеском, как Киса из «Двенадцати стульев». Да я же в золоте купаться буду как Скрудж!

— Будем с вами на три голоса озвучкой заниматься. А можно и самим что-нибудь снять…

Меня вдруг осенило, что еще ни один попаданец, насколько мне известно, не занимался кинематографом. Да я оригинал! Буду местным Ханжонковым-Лукасом, воспроизводить местные исторические события. Побольше соплей, то бишь романтики, сражений — и все довольны. А то собственных фильмов немного, всего десяток, и большинство киношедевров аборигены просто не поймут. Если «Храброе сердце» и про мертвяков еще туда-сюда, то вот «Матрица» уже пролетит мимо кассы.

Хотя не факт, что фильмы пойдут. Любовные наверняка покатят, а вот военные, с батальными сценами… Аборигены, как я понял, тут регулярно железяками острыми машут, все это на своей шкуре прочувствовали, своими глазками видели, так что игра их не удовлетворит. А спецэффектов я обеспечить не смогу. Разве что опять-таки магией заменить?

Ну и черт. На любови-моркови можно хорошо подняться. Экранизировать местных Ромео и Джульетту, он — светлый эльф, она — дроу… или наоборот, впрочем, не так важно, в любом случае всем кирдык в финале.

Думаю, прокатит.

Стоп-стоп-стоп! Я вообще-то домой собирался, к мягкой туалетной бумаге! К теплому сортиру, ванне с горячей водой! Ну да, все так, но никто бесплатно меня домой не вернет, так что надо денег прилично зашибить, значит, все правильно. Не по Проклятым же землям ползать, собирая всякие артефакты, рискуя в любой момент сдохнуть, а то и вовсе превратиться в нежить! Риск — оно, конечно, дело благородное, но в данном случае я лучше предпочту остаться плебеем, зато живым.

— Кстати, чем местный народ задницу вытирает? — вспомнил я первопричину разговора, уехавшего совсем не в ту степь с этой кино— и звукозаписывающей студией. — А то у меня туалетная бумага закончилась…

— Туалетная бумага?!

— Угум. У нас целая отрасль работает на то, чтобы… ну ты поняла.

— Ну и мир у вас! — подивилась орчанка.

— Да уж не простой, — так что там?

— Вот, — порывшись в седельной сумке, со смехом показала мне шаманка комок светло-серого мягкого волокнистого материала.

Как я понял, это было что-то вроде хлопка, а может, он и есть, только почему-то серый. Или просто запылился?

Я порылся в седельной сумке, доставшейся мне от прежнего хозяина, и нашел аналогичный подтирочный материал. Как я на него раньше внимания не обратил? Что ж, на какое-то время проблема решена. Но гоблинке все равно завидую…

Впереди показалась речка — не ручей в два шага шириной и полметра глубиной с кристально-чистой водой, а нормальная речушка десяти метров в ширину и в пару метров глубиной. Можно не просто помыться, а нормально искупаться, и даже поплавать. Я вообще старался не пропускать ни одной возможности вымыться как следует, не стал этого делать и сейчас.

— Привал. С ночевкой.

Со мной спорить никто не стал. Никто никуда не торопился — ни Олграна, ни тем более Зеленоглазка. Ну а мне один день задержки погоды не сделает. Так что встаем в рощице.

Расседлав Зайчика, привязал его к деревцу, а сам полез в воду смывать с себя пыль и пот, а также постираться. Хорошо.

Зеленушки от меня не отставали и нисколько не смущались — что Зеленоглазка (но она ладно, дикарка), что Олграна (тоже, по сути, недалеко ушла), — также с визгом полезли купаться. Ничто человеческое нелюдям не чуждо…

Я, немного задубев — водичка, несмотря на лето, далека от состояния парного молока, — вылез на галечный бережок обсыхать. Рука сама потянулась за видеокамерой. Ну а почему бы и нет? Чем я хуже некоторых… хе-хе.

Снимаю зеленушек — потом порадую их собственным изображением на компе, а сам думаю о странном… Что я что-то забыл сделать. Вроде как спросить что-то важное… у орчанки, уже второй день. А вот что — хоть убей, не помню. Про туалетную бумагу узнал, а чего еще хотел?

«Да у вас, батенька, склероз? Не слишком ли молод для такого диагноза? Всякое, конечно, бывает, но раньше ты на память не жаловался», — вновь вылезло откуда-то мое второе «я» со своими комментариями.

И вообще со мной в последнее время какие-то странности творятся, неправильности. Есть такое смутное ощущение — и все тут.

«Да вот хоть сейчас, например, тоже что-то явно не то творится, а ты и не чешешься», — охотно согласилось мое второе «я».

Верно. Итак, если не можем вспомнить или понять, то идем логическим путем. Даже если у меня склероз, то логики ему не обломать, она железобетонная и несокрушимая. Итак, чего странного со мной происходит?

Я снимаю орчанку и гоблинку. Ситуация, конечно, для меня нетривиальная, но в целом за пределы допустимого в нынешних обстоятельствах не выходит. Не то.

Идем дальше…

А Зеленоглазка-то располнела… Вон животик появился, под майкой-то незаметно, и вообще… Неудивительно — ведь жрем в три горла и почти не занимаемся физическим трудом. Раньше пешочком топали, да вечерком… Надеюсь, она не превратится в бочку на ножках? Жаль, если так.

Я ведь других гоблинов и не видел, кроме нее. Может, они как раз такие вот неповоротливые тушки? Да нет, они охотники и должны быть поджарыми… Но это мужчины. А если верить нашим археологам, то в дикие времена женщины были как раз-таки очень… пышными, мягко говоря. Но это человеческие женщины, а то — гоблинки…

Стоп, не о том думаю. К черту археологию и сравнительный анализ телес первобытных людей и гоблинов. Вертаемся назад…

Я снимаю зеленушек, они купаются обнаженные, и… и… что? И я как-то странно реагирую…

«Конечно, странно. Посмотри на грудь… особенно у орчанки. Посмотри, как она колышется, как с нее стекает вода… Жаль, остальное в воде скрыто. Но они вот-вот начнут выходить, так что не прозевай момента!» — опять встряло мое ехидно-пошлое дубль-«я».

Но он, точнее, я — прав. Я реагирую не так на привлекательные, к тому же обнаженные, тела. Совсем не так, как отреагировал бы раньше. Точнее, совсем не реагирую.

Не реагирую! Никак!

А должен! Должен, и еще как!!!

Е-о!

«Ну наконец-то догнал», — мерзко-подленько хихикнуло второе «я».

Заткнись!

А-а! Что со мной?!

«Я бы сказал, но ты сам знаешь, как это называется…»

Ну же! Рота, подъем!!!

Черт с этим склерозом! Лучше склероз, чем импотенция!

Подъем, я сказал!

Сами понимаете, мне в таком состоянии стало не до созерцания и съемки выхода прелестниц из воды. Я откровенно впал в панику — и не знаю, до чего бы дело дошло, но меня отвлекли.

— Кэррэл, что с тобой? — с обеспокоенным видом спросила меня орчанка.

— Вот это самое! — указал я обеими руками ниже пояса.

— Что? Тут ничего…

— Вот именно, что ничего! А должно быть, и ого-го как!!!

Олграна. Шаманка-меломанка

Музыка иномирянина действительно завораживала своей необычностью. Правда, многое было непонятно, но, как ни странно, даже сам Кэррэл не всегда понимал, о чем поют, хоть и пели на его родном языке, а не иностранном. Когда спросила, зачем же он тогда это сохранил, Кэррэл ответил, что просто нравится общее звучание. Хм-м, в каком-то смысле он прав.

Лично мне понравилось про степь «Спят курганы», а этой лопоухой про ежиков, что песенки поют, бродя по лесу целым отрядом, именуемым полком. Ну, кому что ближе. А уж как бы эти песни понравились людям, а часть — гномам! Что неудивительно, если есть несколько песен, не уступающих эльфийским балладам, — тот же «Зимний сад».

Так что когда человек предложил копировать песни на амулеты, записывающие звук, я быстро поняла, какое это золотое дно!

А уж про кино и говорить нечего!

Сегодня он покажет что-нибудь еще на своем удивительном артефакте.

Потом мы остановились у речки и полезли купаться, и тут я осознала, что что-то неправильно. Мое поведение изменилось…

Вроде бы хотела что-то сделать, а что?

Что-то связанное с человеком… Вон он, взял в руки один из своих артефактов, направив на нас его блестящий глаз. Что он делает? Магии не чувствуется, впрочем, он сказал, что это технология, а значит, что-то он все-таки делает.

Но что это с ним? Кэррэл вдруг отложил в сторону артефакт — и на его лице появилось выражение, вместившее в себя озабоченность, непонимание, панику, откровенный страх.

— Кэррэл, что с тобой? — спросила я, выйдя из речки, даже забыв одеться.

Вслед за мной вышла лопоухая, тоже даже и не думая одеваться.

— Вот это самое! — показал он обеими руками на свою одежду под названием трусы.

— Что? — не поняла я его беспокойства. — Тут ничего…

— Вот именно, что ничего! А должно быть, и ого-го как!!!

И тут до меня дошло! А также я наконец вспомнила, что хотела сделать с человеком — пособлазнять его, — и совершенно забыла. Но если мою забывчивость еще можно как-то объяснить новым интересом — музыкой, то вот отсутствие реакции у Кэррэла на мой вид — это уже не совпадение.

Я повернулась к притихшей лопоухой. Весь ее вид говорил, что она знает, в чем, собственно, дело, — вон как уши поджала и глазки в сторону скосила.

— Ты ничего не хочешь нам сказать? — спросила я, давно поняв, что произошло.

Убила бы малявку!

— Галлогала? — удивился человек, переведя непонимающий пополам с сомнением взгляд с меня на свою гоблинку.

— Прости меня, Кирриэл! — с рыданием рухнула на колени гоблинка рядом с человеком.

— Что ты сделала?

Но гоблинка только рыдала, душа в объятиях человека.

— Она приревновала и включила свои природные способности подавления желания, — пояснила я, видя, что лопоухая замкнулась и не хочет отвечать.

— Это правда?

Гоблинка покаянно кивнула.

— Прости меня, я больше не буду… скоро все пройдет. Я уже ничего не делаю…

— Ф-фух, — облегченно выдохнул Кэррэл. — Это было жестоко…

— Прости…

— Все нормально, и оденьтесь… А то когда все вернется…

Гоблинка легко отделалась от человека, но не от меня. Я ей отомщу, и прямо сегодня. Так, где там мои травки… В конце концов, сколько можно ждать? Тем более что есть один побочный эффект у такого подавления, и им надо воспользоваться…

Кирилл. Дважды вошедший в одну реку

Обижаться на гоблинку, да и вообще на женщину — глупо. Они думают чем угодно, но только не мозгами. Логика — не их конек.

Хм-м, женщины, будем справедливы, думают о нас примерно так же, причем указывая конкретный орган, заменяющий нам думалку…

Так что я не стал ни обижаться на Зеленоглазку, ни тем более придумывать какое-то наказание — в конце концов, ее можно понять, а значит, простить.

Хорошо то, что хорошо кончается.

Дальше все в нашем лагере пошло своим чередом. Олграна, расседлав быков, а я своего Зайчика, отправила их купаться в реку.

Гоблинка с виноватым видом возилась по хозяйству, разводила костер, готовила.

Я же, как какой-то сибарит, поставив палатку, засел за комп, сбросив туда все, что успел заснять, сейчас остро сожалея, что упустил момент выхода зеленушек из воды. Ну да ладно, это не первая и не последняя река на нашем пути, будет еще возможность. Главное, что Галлогала действительно перестала нас подавлять, а глядя ролик, я стал это чувствовать.

Вернулась Олграна, стреножив быков, стала помогать Зеленоглазке, время от времени злобно на нее поглядывая, — гоблинка в долгу не оставалась, огрызаясь злобным шипением.

Н-да, чувствую я, проблемы будут, но вот как их решить — абсолютно не понимаю. Ну не проходил я курсов начинающего султана…

Пока дело не дошло до чего-нибудь серьезного, позвал их смотреть еще один фильм, предварительно показав их самих. Это произвело на них впечатление: чуть экран своими когтями не исцарапали.

— Значит, ты сам можешь записывать фильмы? — спросила Олграна.

— Ну да, такие вот небольшие ролики на полчаса, но и качество записи намного хуже, чем при профессиональной съемке.

После просмотра «Чужого против Хищника» завалились спать, но сон не шел. По крайней мере, у меня. Зеленоглазка что-то подозрительно быстро отрубилась…

А я мучился. Да-да, на меня напала жестокая эрекция — сна ни в одном глазу.

И звезды считал (спали не в палатке — душно, а комаров и прочий гнус шаманка как-то своим шаманством отгоняет, и она же охранный периметр вокруг лагеря ставит), и сколько раз стрекотнет сверчок считал — эффекта ноль. Уже решил плюнуть на присутствие орчанки, но растолкать Зеленоглазку оказалось непросто. Она что-то бормотала на своем гоблинском, а на контакт не шла.

Обиделась, решил я.

Но ведь не делать же это с сонной? Как-то это… некрасиво. Все равно что с резиновой куклой. Бр-р…

Ладно, перебьюсь. Тем более что вроде глаза уже начинают тяжелеть…

Вдруг я оказался под чьим-то телом! Меня буквально придавили к земле!

В первый момент перепугался — думал, все: напали, сейчас меня кокнут, — но лишь до того мига, пока не почувствовал знакомых и, чего уж греха таить, желанных форм, лишенных какой бы то ни было одежды.

Но как бы ни были желанны эти формы, я все же… огорчился, что ли. Я даже материться не смог! Мне просто не хватало слов, чтобы выразить всю глубину глубин обуревающих меня чувств! И это мне, русскому человеку?! Особенно чей дядя был записным матерщинником! И он не просто перемежал речь матом — он мог материться поэтически. Вы понимаете, какое это искусство материться стихами?!

Жаль, что я был слишком мал, чтобы обучиться этому высокому искусству как следует. Сначала дядя загремел на семилетку в места не столь отдаленные по пьяному делу: пришил одного чувака, — а потом по такому же пьяному делу пришили уже его… Так что мир лишился своеобразного гения. Н-да…

Так, о чем это я?.. А!

Второй раз! Это уже во второй раз на меня лезет баба! Честное слово, так можно и психологическую травму заработать, начать ощущать себя неполноценным и ущербным!

В третий раз я полезу сам! Дал себе зарок.

«Какой третий раз, опомнись! Двух мало?!» — вылезло мое второе «я».

А что, мне теперь только с гоблинкой и орчанкой жить прикажешь?..

«А чем они плохи? Все, что надо, у них на местах, у орчанки вообще все выше всяких похвал…»

Ну да… Но я все-таки человек!

«В расисты-ксенофобы записался?»

Нет, но…

— Олграна… — стал я отбиваться, но не преуспел: меня обхватили со всех сторон руками и ногами, не побрыкаешься.

— Не беспокойся, она не проснется, — наседала на меня орчанка. — Не беспокойся, ничего я ей не сделала — так, немного сонного порошка дала.

— Но…

— Какие еще «но», Кэррэл?! Ты меня хочешь, я же это чувствую, очень хочешь, а она… ей ты ничем не обязан и ничего не должен. Как и мне ничего не будешь должен…

В натуре, чего я ломаюсь, как…

Дальше я додумывать не стал, перехватывая инициативу и опрокидывая Олграну на спину. Мужик я все-таки или где?!

Глава 10

Кирилл. Попаданец, неофициальный двоеженец

Утро как-то не задалось с самого начала. Я хоть и получил чего хотел, а орчанку я хотел, но настроение было каким-то поганым — наверное, из-за того, что инициатором действа все же стал не я. Хотя, с другой стороны, ну и какая печаль?

Опять же я ощущал какую-то противную общую слабость, вялость во всем теле, что тоже не добавляло настроения. И я даже не помню, как все закончилось. Вырубился! Вот где позор-то!

Зеленоглазка еще… В общем, по ее взгляду я понял, что она в курсе. Да и глупо было бы ожидать, что все останется тайной: женщин в этом плане не проведешь. Галлогала держалась холодно и меня почти не обнимала, сидя сзади на быке. Она вообще целую минуту не хотела садиться на свое место, буравя меня сумрачным взглядом, но при этом ничего не говоря. Я уже начал думать, что она вообще покинет меня, но нет, все же, видимо, что-то для себя решив, взобралась.

Ох-хо-хох… чтой-то будет. И чем дольше будет длиться тишина, тем громче грянет гром.

Надеюсь, не прирежет в порыве ревности. А то один удар каменного ножичка в печень — и все, играй на арфе, сидя на облачке.

В какой-то момент даже подумал ее разоружить. Но на каком основании? А показать страх перед собственными женщинами, тем более что боишься их самих, — это капец, ноги будут об тебя вытирать.

Лучше тогда ее сразу замочить. Но рука не поднимется.

Какой-то особой вины я не ощущал — все-таки это глупо, я не ее муж, а уж что она себе там понапридумывала — это ее придумки, да и вообще… Но какой-то червячок гадостный свербил, портя настроение, все-таки что-то такое я к ней чувствовал — не любовь, конечно, но что-то такое теплое, чувство, которое обычно возникает после проведенной ночи, если она прошла не с перепою, когда даже имен друг друга забыли спросить. Воспитание опять же, понимаешь, получил очень традиционное.

А вот кто сегодня чувствовал себя превосходно — так это Олграна. Едет счастливая, напевает себе что-то вполголоса! Себя даже не пытается контролировать, улыбка до ушей. Так и хочется ей сделать гадость… тем более что месть за подставу с быком я для нее себе обещал, но что-то в голову ничего не прет.

Что касается причин хорошего настроения орчанки… Нет, я, конечно, всегда подозревал, что я гигант на любовном фронте, а девушки мне об этом не говорили только для того, чтобы я не смущался, — но не до такой же степени!

Так мы и ехали, пересекая травяное море, объезжая курганы местных вождей и шаманов стороной. К ним лишний раз лучше не приближаться, и тем более не заниматься черной археологией. Шаманы хорошо поработали, чтобы бренные останки лежали непотревоженными.

Лишь я иногда осматривал окрестности в бинокль, но ничего интересного так и не высмотрел, потому мне быстро надоело это занятие. А зря — может, заметил бы приближающуюся погоню раньше, а так я ее засек только благодаря Зеленоглазке, что молча дернула меня за рукав и указала назад.

Сзади к нам приближалась кавалькада из двух десятков всадников, и они уже находились метрах в двухстах.

— Олграна! — позвал я.

Ноль реакции.

— Олграна! — громче позвал я, но с тем же нулевым результатом.

Орчанка продолжала парить где-то на седьмом небе и кайфовать.

Пришлось подъехать к ней вплотную и стукнуть рукой по плечу.

— Олграна, демоны тебя подери!

— А? Что?

— Через плечо! — рявкнул я.

Орчанка обернулась через плечо, точно это было командой, а не… И увидела преследователей.

Олграна. Шаманка, получившая свое, но не собирающаяся на этом останавливаться

О! Это божественно! Сколько энергии! Меня буквально всю переполняет энергия! Кажется, я сейчас могу свернуть горы! И как же хочется воспользоваться этой мощью, что я почерпнула от рассара! Но нельзя… нужно ее переработать, усвоить. Я и так могу освоить хорошо если десятую часть взятого, все остальное рассеивается в пустоту, как жаль… А у меня, как назло, ни одного камня силы, хоть был бы резерв на крайний случай. А бубен давно залит под завязку. Его емкость оказалась не так велика, как я думала, да он и был почти полон. Или все дело просто в невероятном количестве энергии, что я взяла? Все познается в сравнении. Рассар и впрямь очень мощный источник.

Пожалуй, в следующий раз надо брать ровно столько, сколько необходимо, а то иначе можно только все испортить — и сама не смогу воспользоваться, и рассара опустошу почем зря. А то сегодня он даже отключился подо мной, бедняга… хи-хи…

Но как же это сложно ограничить себя! Это ведь как голодному вампиру: будет пить до тех пор, пока не осушит жертву. Я ведь чувствовала, что беру больше, чем мне нужно, но не смогла устоять. Ведь это такое блаженство!

О-о-о!

А что касается рассара как любовника… Хм-м… орки… мощнее. Кэррэл разве что превосходит их искусностью, а вот бы совместить его умение и размеры орков… это было бы просто выше всяких мечтаний. Впрочем, мне от человека нужна не только и не столько телесная близость, сколько аурная! Ведь именно благодаря телесной близости происходит наиболее полное слияние аур, когда партнеры максимально открыты друг для друга.

Как я знаю по рассказам учителя, человечьи магички часто пользуются этим приемом, чтобы повысить свой потенциал за счет могущественного мага. Но они получают настоящие крохи по сравнению с тем, что я получаю от рассара.

Очнулась от сильного удара по плечу.

— А? Что?!

— Через плечо! — злобно рявкнул человек, немного замявшись, словно проглотил первое слово.

Я инстинктивно обернулась и увидела два десятка всадников, практически нагнавших нас.

О духи! Как же сильно я выпала из реальности, что полностью утратила контроль за окружающим миром и проморгала приближение чужаков! Чего тогда стоит вся эта сила?!

Впрочем, во всем виновато ее излишнее количество и сопутствующая ей эйфория, начисто выносящая мозги. Надо действительно уметь себя ограничивать, иначе это может плохо кончиться. Не только тем, что внешний враг может подобраться к тебе и убить, пока буду находиться в краю блаженства, но и банальным привыканием, когда я буду получать энергию не ради увеличения собственной силы, а лишь для получения пресловутого удовольствия, став энергетическим наркоманом.

Собравшись, я развернула своего Буруна навстречу погоне. А также повесила защитный купол над всеми нами — сейчас я могла себе это позволить, направив все излишки энергии, что так впустую рассеиваются в пространство, в плетение.

В обычных условиях я могла продержать защиту такого размера и силы максимум минуту, а сейчас хоть час.

Остается только гадать, на что я стану способна, когда смогу развить свою аурную составляющую до максимума! О-о! Все великие шаманы будут по сравнению со мной просто сущими щенками!

— Не беспокойтесь, — обратилась я к своим спутникам, увидев, что человек перехватил свое оружие, а гоблинка приготовила к броску дротик. — Нам не смогут причинить вреда. Я поставила вокруг нас сильную защиту. Не глупите, я буду говорить.

Всадники тем временем настигли нас и стали кружить вокруг. По бунчукам на копьях я узнала их — это воины из рода, к которому присоединился наш род. Стало быть, они искали Шалшенша. Быстро же они нас достали: вон как быков измучили. Но они могли себе это позволить — ведь рядом ученик шамана, и он способен подпитывать боевых быков силой, давая им дополнительную выносливость.

— Человек! Отпусти Олграну и сдайся, и может быть, мы оставим тебя в живых! — рявкнул предводитель этого отряда.

Они решили, что я пленница человека, поняла я. Что ж, это неудивительно — иначе что мне с ним делать, не добровольно же я к нему присоединилась. Их выводы понятны и логичны, но вот чего никогда не доставало нашему народу — так это дипломатических способностей. Ну вот скажите, кто вообще захочет сдаться на милость орка после такого заявления?! Он бы еще сказал: тогда я убью тебя быстро. И то, наверное, желающих сдаться было бы больше.

Хочет напугать? Кого?! Того, кто, по их мнению, убил Шалшенша, что человек, кстати, действительно сделал! Да если он сумел повергнуть великого шамана, пусть его величие и оставалось под вопросом, то эти два десятка ему тогда в любом случае не противники!

Но, пожалуй, пора выступить мне, пока не начались активные действия. Если человек не выдержит и выстрелит в ответ на действия какого-нибудь несдержанного воина, а сдержанность тоже не является отличительной чертой характера орков, пулей с хладным железом — мой защитный купол может разрушиться, и тогда уже мы можем серьезно пострадать.

— Ты ошибся, воин, этот человек не является моим пленителем, а я не рабыня.

— Что?!

— Что слышал! Если плохо слышишь, прочисть уши!

— Но почему ты с ним? — перешел на оркский командир отряда.

— Это не твое дело.

— Отдай бубен Шалшенша! — встрял ученик шамана.

— Нет.

— Он принадлежит роду Черный Тур! Испокон веку!

— Это моя собственность — после того как Шалшенш решил, вместо того чтобы инициировать меня, как обещал, пленить мою душу вот в этот самый бубен! И томиться бы моей душе в этом бубне, если бы не духи предков, в ответ на мою мольбу пославшие мне в качестве защитника этого человека, — именно он не дал свершиться беззаконию.

— Это ложь!!!

— Тебя там не было, так что не тебе говорить о том, что ложь, а что нет.

— Отдай бубен, отродье шайтана, и проваливай со своим человеком хоть к демонам!

— Ты тоже плохо слышишь, шаман-недоучка? Я сказала, что бубен теперь мой. Проваливайте сами, а не то пожалеете!

Можно подумать, что, даже получив бубен, они оставят нас в покое! Не будьте так наивны. Заарканят и поволокут глумиться.

— Ах, ты!..

Шаман-недоучка метнул в меня какое-то плетение, довольно сильное, но защита, выставленная мною, с легкостью выдержала удар.

Что ж, первый ход сделан. Мир невозможен, шаман сам выбрал свою судьбу, а заодно и конец сопровождающим его воинам. Значит, такова их судьба, и не мне с нею спорить.

Удары посыпались один за другим, в том числе от воинов, включившихся в противостояние, но защита держалась.

Быстро сказав Кэррэлу, чтобы он ничего не делал, тем более не стрелял, я, выбрав паузу в атаках, быстро преобразовала защитный купол в огненное кольцо и резко его расширила, влив всю имеющуюся в наличии энергию, потому как свободно истекающей стало не хватать, все ушло на щит.

Огненный вал мгновенно спалил всех воинов, их слабенькие защиты на основе амулетов не смогли противостоять той грубой чудовищной по мощности силе, что я выплеснула из себя.

Уцелел только шаман-недоучка.

Ох, если бы не подпитка от рассара… Не уверена, что смогла бы выстоять в поединке против него даже при наличии нового бубна, — все-таки этот недоучка, хоть и недоучка, но все же опытнее меня, его готовили к роли шамана целенаправленно день за днем, год за годом, а не периодически в свободное время и при хорошем настроении, как меня. Тем более учитывая воинов. Спутников бы точно убили, и демоны с гоблинкой, но терять человека не в моих планах: он мне еще ой, как понадобится.

А теперь этот шаманишка мне не соперник. Вон как зенки выпучил, трясется весь от страха. Что, не ожидал?

По-хорошему, его душу следовало бы пленить — грех пропадать такой ценности. Но — увы, я знаю эту процедуру только в теории, сам Шалшенш мне ее преподал, когда готовил меня, а я хорошая ученица и все запомнила, но опыта никакого. Так что мне потребуется много опытов, прежде чем я научусь пленять души. И даже если бы и умела — не рискнула бы: все-таки он обладатель Дара, а здесь не место Силы. Так что…

Я атаковала простенькими боевыми заклинаниями, окончательно истощая его защиту, а истощив, натравила на недоучку души. Пусть они подпитаются его маной, как сказал однажды человек: с паршивой овцы хоть шерсти клок.

Два десятка духов, проявившись для устрашения белесыми фантомами, набросились на жертву, вырвали душу шамана из тела и разорвали на клочки.

Вот и все.

И я пустая…

Кирилл. А-ля сапожник без сапог

Нас окружили всадники, мгновенно вытоптав в траве кольцо. Мне отчего-то подумалось, что это не просто демонстрация силы, а нечто большее: вспомнил ритуал, в котором я участвовал, — там Олграна тоже чертила кольцо, пусть и крошечным мелком с какой-то травой.

Но шаманка оставалась спокойной и даже посоветовала ничего не делать без ее команды. Я решил полностью положиться на орчанку — она наверняка знает что делает. А я в любом случае ничего не успею предпринять, положу максимум одного, а потом меня порубят на кусочки. Да Зеленоглазка, может, успеет одного свалить… а уж что сделают с ней, перед тем как поступить так же, как со мной, — думать не хотелось.

Начались переговоры, быстро скатившиеся с общего на оркский, как только выяснилось, что я вроде как ни при чем.

Кстати, оркский я понимал — через пень-колоду, но понимал. Видать, Олграна по неопытности накосячила с передачей и вкачала мне в башку еще и свой родной язык, пусть и вторым номером.

А потом от нас пошло кольцо огня, мгновенно спалившее всех, кроме шамана. Вот это мощь!

Пованивало паленым действительно сильно, так что реально задохнуться можно. Зайчик вон нервничать начал…

Так, о чем это я?.. А, вспомнил…

Это я к тому, что тоже так хочу огнем швыряться! И вообще до меня вдруг дошло, что я уже сколько болтаюсь в этом мире, как дерьмо в проруби, а так и не поинтересовался наличием у меня магических способностей, хотя должен был это сделать, наверное, еще в первый день знакомства с орчанкой.

Может, я реально потенциально архи-мегакрутой маг, который будет уделывать местных архимагов одной левой?! Буду одним щелчком пальцев валить врагов направо и налево, одним взглядом испепелять целые города, одним дыханием отравлять воздух над целыми долинами… ну, или из другого места… выдыханием.

Не то чтобы я такой кровожадный злодей — просто это как пример возможной неуемной мощи великого меня!

А вот и к шаману северный лис пришел. Жестоко.

Увидев, как привидения вырвали из тела и порвали душу шамана, как стая тузиков грелку, вдруг вспомнил, что и меня вот так же Шуршур… или как там его, атаковал, а мне хоть бы хны. Тоже не мешало бы поинтересоваться, а то как-то совершенно вылетело из головы. Но это и неудивительно: столько новых впечатлений каждый день, что вчерашние просто забываются, теряют свою актуальность.

Сейчас удивило еще то, что я вижу эти привидения. Ведь если подумать, было бы правильнее быть этим призракам-церберам невидимыми, — ведь невидимая смерть эффективнее. Хотя, думаю, это еще и психологический ход. Кому надо, все равно увидит, а так еще и на окружающих психологическое давление.

Да и вообще я практически ничего не знаю об этом мире, так что надо расспрашивать, расспрашивать и еще раз расспрашивать. А то еду-еду к людям, источник информации искал, а как нашел — так молчок.

— Поехали отсюда, — устало сказала шаманка, и мы поехали.

Лично у меня не возникло никакого желания помародерить на получившемся пепелище. Сомнительное удовольствие обшаривать тлеющие и жутко воняющие паленым тела. Только ятаганы подобрал, навьючив на свободных от груза быков, кошель у шамана срезал, и все, — он-то сильно не пострадал. Стал богаче на четыре серебряных. Негусто…

Шаманка тоже побрезговала.

Я поравнял Зайчика с ее Буруном.

— Скажи, а у меня случайно нет магических способностей?

— Нет, — сказала как отрезала шаманка.

— Точно? — поинтересовался я, стараясь, чтобы голос предательски не дрогнул от разочарования.

Так нечестно: у всех попаданцев есть магические способности! И у меня должны быть!

— Ты же ведь не проверяла…

— Тут нечего проверять. Достаточно взглянуть истинным зрением на разумного, чтобы узнать, кто перед тобой — обычный разумный, маг или просто одаренный.

— Жаль, — все же вздохнул я. — Но вот какая штука: меня Шашканш тоже атаковал душами, и они ничего не могли мне сделать. А этого шамана порвали на британский флаг только так. А ведь у меня не было никаких защитных амулетов.

— М-м… — чего-то замялась шаманка, отведя взгляд, даже забыв поправить перевранное имя шамана, но потом все же ответила: — Дело в том, что ты — рассар.

— И чего? — не понял я. — Мне этого надо стыдиться, как прыщика на лбу, или… что?

— Зачем стыдиться?

— А что делать? Гордиться? И с чем это рассарство едят, позвольте узнать?

— Ничего не делать. Рассар — это разумный с очень редким типом жизненной энергии. Если маги могут управлять вырабатываемой ими маной, условно говоря, плести из нее заклинания, преобразовывать одни вещества в другие, то рассар ничего этого не может, как и обычный человек. Но при этом он вырабатывает просто огромное количество энергии, и все это уходит в никуда.

— Вот как? То есть я просто ходячая батарейка?

Что такое батарейка, Олграна знала — я показывал, за счет чего работают мои «артефакты».

— Да.

— Даже больше: я настоящий ядерный реактор по производству маны. Сапожник без сапог…

— И любой маг захочет тебя пленить, — окончательно добила меня шаманка. — Ведь это столько неисчерпаемой и бесплатной энергии, которой он сможет управлять!

— Вот же засада!!! — воскликнул я, надолго выпадая из реальности. — И мы идем в земли людей, где меня каждый встречный маг может захомутать и доить как корову?!

— Вряд ли она собирается это допустить, учитывая, что она сама шаманка… — с ехидной мстительностью вдруг произнесла Зеленоглазка.

— Оп-па, а она ведь права, — заметил я, положив руку на ракетницу.

За винтовку хвататься поздно, и ею неудобно ворочать… Надеюсь, если что, этот горючий состав даст ей прикурить, а потом я из винтовочки хладным железом добавлю. Если я, конечно, успею воспользоваться оружием. Чай, не ковбой.

— Теперь понятно твое желание присоединиться к нам. Куда ты меня ведешь, детка?

— Что ж, ты прав, я присоединилась к вам не просто так… — со вздохом призналась орчанка. — Не беспокойся, я не собираюсь причинять тебе вред. Клянусь духами предков. Поверь, если бы я захотела тебя пленить, то сделала бы это множество раз.

Умом я понимал, что она права. Противостоять магии я не могу. Амулеты, которые она мне дала, вряд ли спасут. Воинов не спасли, а они были обвешаны ими как елки в Новый год. Но и руку пока убрать с ракетницы не мог.

— Тогда что?

— Я отвела бы тебя в безопасное место, где все бы объяснила и… попросила бы поделиться со мной энергией.

Ага, как же! Да она меня уже доит! Прошлой ночью точно… то-то я такой пустой, а она точно кайфанула, пересытилась маны и довольная, как кошка, сметаны обожравшаяся.

— Добровольная передача гораздо лучше и безопаснее, чем под принуждением.

М-да. Под принуждением… Я невольно представил, как бы это выглядело. Чистое садо-мазо! Не, я не любитель! Хотя знаете… разок попробовать точно можно, чисто эксперимента ради. Наручники, хлысты, кляпы…

Я невольно усмехнулся.

— Понятно. Непонятно только, почему атаки душами на меня бесполезны.

— Это одно из немногих странных свойств ауры рассаров. При соприкосновении с нею плененные души освобождаются.

— А какие свойства есть еще? — заинтересовался я.

Должен же я хоть в чем-то быть крутым?!

— Как я сказала, с помощью нее могут подзаряжаться и улучшать собственную ауру другие обладатели Силы, становиться могущественнее. Есть еще оздоровляющий эффект на тех, кто находится рядом с тобой.

Я невольно вспомнил о шрамах Зеленоглазки. Они почти рассосались, остались только практически незаметные светлые полоски. Раньше я все это списывал на потрясающую регенерацию гоблинов. Оказывается, это не так или не совсем так. Без моего вмешательства точно не обошлось.

— Это все?

— Да вроде бы все…

— Точно?

— Да. Это все, что я знаю. В конце концов, я академиев не кончала, у нас их вообще нет, училась на дому… — ернически хмыкнула она. — Может, еще что-то есть. Это надо в специальных свитках смотреть, у людей.

— И как мне теперь быть? — с унынием спросил я, понимая, что у меня появилась просто огромная проблема.

— Я не знаю…

Вот же елочки зеленые, пушистые, колючие… я попал, и попал капитально. По сути, путь в земли людей мне закрыт. Там меня любой маг захочет в клетку посадить, подвести проводки и качать дармовую энергию. Для них это гораздо ценнее, чем все золото, что я им могу предложить.

Ч-черт!!!

И что делать с орчанкой? А собственно, что с ней делать? Зла вроде не желает. То, что она решила мною воспользоваться, в общем-то понятно и в целом протестов не вызывает — все существа так или иначе пользуются друг другом, ибо такова жизнь… Или ты, или тебя.

«Ну конечно, кто бы протестовал против такого использования себя!» — хохотнуло мое второе «я».

Да, что есть, то есть, отрицать глупо.

Гнать ее от себя, если это вообще реально (может ведь и по-плохому решить поступить: я слишком важен ей как батарейка), точно смысла нет. Я ей нужен, а значит, выжить, находясь рядом с нею, у меня шансов больше, чем в одиночку. Зеленоглазка тут не в счет.

Привет, птица обломинго… ты хорошо отметилась на моей жизни с высоты своего полета. Уделала с ног до головы.

Еще смущает то, что я лишь батарейка и ничего не могу в плане магии. Правда ли это? А то как это так: вырабатываю энергии прорву, а пользоваться осмысленно ею не могу?! Нет ли тут подвоха? Ведь есть же какая-то неправильность…

Но информации ноль, и получить неоткуда. Но если думать логически, то магам это просто невыгодно — рассары им интереснее именно как батарейки, так что вряд ли кто-то станет обучать их магии, даже если это и возможно. В конце концов, зачем делать себе конкурентов, да еще в перспективе запредельной мощности? То-то и оно.

Для меня это означает, что надежда есть: она, как известно, умирает последней. Надо только учителя заполучить, который меня тут же не захочет или, вернее, не сможет захомутать, — и проверить, действительно ли рассары только генерируют энергию, или все же могут ею управлять.

Еще один момент: стоит ли экспериментировать самому? Ну, попытка в любом случае не пытка… или все же опасно? Магия-шмагия дело такое… И вообще спички — детям не игрушка. Возьму и спалю себя к чертям собачьим по незнанию и отсутствию всяческого опыта!.. Нет, делать что-то самостоятельно — слишком рискованно. Надо надыбать инфы, а лучше — заполучить учителя…

От дальнейших размышлений и самокопания меня отвлекли точки на горизонте, и, судя по всему, они приближались к нам. В бинокль стало хорошо видно, что это еще один отряд степных всадников, голов под полсотни. Точно не определить: далеко, и друг друга закрывают, пыль еще.

— Вот же, блин горелый, так всегда — то пусто, то густо… Закон Мэрфи в действии.

Олграна. Орчанка. Разоблаченная шаманка-интригантка

То, что все пришлось рассказать Кэррэлу о его сущности и своих планах на него несколько раньше, чем я хотела, конечно, не есть хорошо. К счастью, человек не стал делать поспешных выводов и совершать необдуманных действий, чего я опасалась. Выдержанный. А то, честно сказать, даже не знаю, что мне пришлось бы предпринять. Прибегать к силе ой, как не хотелось — это самый простой, но самый непродуктивный способ общения.

Смог бы он меня одолеть в открытом противостоянии? Это вряд ли, только если бы ему очень повезло, но вот то, что ему пришлось бы после этого делиться своей энергией под принуждением, а не добровольно, — плохо.

Природа рассаров до конца не изучена из-за их большой редкости, и обладатели таких диковинок не желают делиться своими наблюдениями с остальными, чтобы просто не раскрывать своего обладания рассарами. Как бы ни стал после этого маг силен, на него всегда найдут другую силу и рассара отберут.

Так что есть смысл подозревать, что в какой-то момент энергия плененного рассара, напитавшись его ненавистью и злобой к пленителю, станет просто ядовитой. Думаю, человеческие маги как-то решали эту проблему, но я об этом ничего не знаю, потому рисковать не хочется.

Даже сейчас, в ближайшее время, от него лучше держаться подальше, пока все не придет в норму окончательно. А мне бы не помешало подзарядиться… Слишком уж я потратилось в этой схватке, не рассчитала сил. Полагала себя всемогущей, действовала слишком расточительно, и как результат — почти полное истощение.

И хорошо, что Кэррэл еще не спросил о безопасном месте. Видно, просто пропустил этот момент из-за постигшего его потрясения, а то даже не знаю, что ответила бы. Не уверена, что в его присутствии стоит врать. Вроде бы рассары еще интуитивно чувствуют ложь. Может, именно потому он тогда сел в круг для проведения обряда познания, что я действительно не хотела причинять ему вреда? Да и в любом случае все тайное становится явным, и вскрытая позже ложь вновь испортит отношения, скорее всего, уже навсегда.

Сказать сейчас? В конце концов, можно найти другое безопасное место, а не то, что я наметила.

Хотя где? То-то и оно…

Не в пещере же селиться! Рано или поздно на нас выйдут просто чисто случайно, потому нужно сразу получить нечто укрепленное, откуда нас будет не сковырнуть.

Но, может, тогда рассказать об этом и привести доводы в пользу такого решения? Человек достаточно умен, и он все прекрасно поймет и согласится с тем, что это наилучший выход из положения. Он получит почти привычный комфорт, от отсутствия которого явно страдает, если судить по его постоянному брюзжанию.

Хорошо, расскажу, но не сейчас. Завтра-послезавтра… Когда он немного успокоится и придет в себя и перестанет видеть во мне откровенного врага, выискивая подвох в каждом слове. Время у меня еще есть.

— Вот же, блин горелый, так всегда — то пусто, то густо… Закон Мэрфи в действии, — ругнулся человек, отведя от глаз один из своих немагических артефактов, что визуально приближает предметы.

Проклятье. Опять я, задумавшись, не разглядела опасности. Хорошо, что она еще далеко и у меня есть время подготовиться, а это немаловажно, учитывая, что я пуста, а не полна сил, как совсем недавно, — так что надо действовать не грубой силой, а умением. Остается только надеяться, что враг тоже не обладает достаточной мощью.

Неизвестные приближались, и вскоре стало видно около тридцати всадников. В плохой одежде и с паршивым разномастным оружием. Простые разбойники.

Человек опять приготовил свое оружие. В этот раз вполне может пригодиться.

— Сейчас я не смогу действовать как в прошлый раз: слишком ослабла, — призналась я. — Не беспокойтесь, опасности почти нет, среди них нет ни одного шамана. Это полукровки.

— И что с того? — не понял человек.

— Разбойники степи. Иногда человеческие рабыни рожают от наших воинов. Они не пользуются уважением, и прав у них немногим больше, чем у рабов. При этом в походах они участвуют наравне со всеми, и при этом идут в первых рядах, неся наибольшие потери. Естественно, им такое отношение не нравится. Иногда они сбегают и сбиваются вот в такие банды.

— И много их?

— Хватает. Просто будь наготове.

— Понятно. Слушай, а ты можешь их как-то блокировать, при этом не убивая?

— Зачем? Лучше я натравлю на них духов, и все дела.

— Просто — не значит лучше, — возразил человек.

Хорошо сказано.

— Мы очень маленькая группа, ехать еще долго, и все, кому не лень, будут пробовать нас на прочность. Если даже что-то очень прочное долго долбать кувалдой, это что-то можно в конце концов раздолбать. Так что лучше не доводить ситуацию, когда нас будет пробовать на зуб каждый встречный и поперечный. Кому-то может повезти…

— И как эти ничтожные оборванцы нам в этом помогут?

— Подчини их как-нибудь. Если надо — заплати.

— Чем?!

— Да хоть амулеты пообещай какие-нибудь сделать, раз золота нет. Можешь?

Я кивнула. Простых амулетов я могла наделать достаточно, особенно если удастся подзарядиться. Кстати, будет законный предлог для этого!

— Ну вот. Было бы неплохо, чтобы они на время стали нашей свитой и одним своим количеством еще издали отпугивали всех, кто может нам помешать.

— Хм-м, идея хорошая, — согласилась я. — Но вот как их хотя бы заставить остановиться и не нападать, чтобы появилась возможность просто поговорить? Не станут они трепать языком. Сразу на нас навалятся и попробуют захватить.

— Не знаю, тебе должно быть виднее… Ч-черт, — поморщившись, ругнулся Кэррэл, схватившись за живот: он иногда подводил его в самый неожиданный момент.

Что интересно, даже мои средства почему-то отказывались ему помогать. А я ведь неплохая лекарка, готовили меня больше именно как лекаря, и знаю, как лечить не только орков, но и людей, гномов и даже треклятых эльфов. Разве что с гоблинами у меня пробелы в образовании есть. Но зачем их лечить? Особенно эту…

— Опять двадцать пять… и в такое неподходящее время.

— А это идея! — засмеялась я.

— Какая еще идея? — глухо, с раздражением отозвался человек.

— Увидишь!

Пока Кэррэл пытался договориться со своими внутренностями, я принялась подготавливать соответствующее заклинание. Против такого действия мало какие защитные амулеты рассчитаны. Не боевое оно, ха-ха!

А вот и всадники, уверенные, что перед ними легкая добыча. Ну-ну, как говорит человек, мечтать не вредно. И как только банда полукровок вошла в зону поражения — тоже одно из выражений человека, от него вообще много новых и метких словечек узнала, — я ударила в бубен.

Секунда, вторая, третья — и вот быки полукровок остановились, затанцевали на месте, а потом стали обильно удобрять почву. Всадники продержались лишь на мгновение дольше и, спрыгивая с седел, едва успевая скинуть портки, присоединялись к своим скакунам в этом полезном деле.

— Что за черт?! — потрясенно удивился человек, глядя на массовую диарею.

Даже лопоухая фыркнула от смеха.

— Твоя идея в действии — как остановить их, никого не убив, и при этом получить возможность спокойно поговорить.

— М-да уж, вряд ли они сейчас готовы говорить.

— Скоро будут готовы.

Сначала полукровки ругались и грозились страшными карами, способами расправы. Было очень забавно слышать угрозы от тех, кто сидит на карачках, сверкая причиндалами и беспрестанно опорожняясь с соответствующими звуками.

Так что очень быстро их ругань сменилась на мольбы о пощаде.

А вонь какая шла! Пришлось даже ветерок легкий организовать.

— М-да, через год здесь будет пятно жизни. Самая сочная и высокая трава во всей степи, — хохотнул Кэррэл.

— Пощадите!!! — выли уже все без исключения.

Мычали буйволы, тоже моля о пощаде.

— Так и быть…

Я вновь ударила в бубен, прекращая действие заклинания, и несчастные перестали гадить безостановочно.

Обессиленные, они попадали на колени.

Грозная банда превратилась в стадо. Бледные полукровки стали натягивать штаны, со страхом поглядывая на нас.

— Это было жестоко, — смеясь, сказал Кэррэл, закидывая в рот несколько таблеток из своей аптечки. — Я их понимаю как никто другой.

— Слушайте меня. Вы все переходите ко мне в услужение. Если будете себя хорошо вести, к концу нашего пути на границе степи, а мы идем на запад, я, возможно, даже вас отблагодарю, несмотря на то что вы хотели на нас напасть. Заряжу силой ваши амулеты, а кому-то даже сделаю новые. Это всем ясно? Или вы предпочтете и дальше сидеть на карачках, пока не выдавите все свои кишки?!

— Нам все ясно… — кивнул один из полукровок с небольшой долей человеческой крови — видно, командир. — Мы согласны…

Глава 11

Кирилл. Попаданец с неясной дальнейшей судьбой, собственная власть над которой теперь под большим вопросом

В общем, Олграна, пусть и несколько оригинально, заставила служить себе три десятка полукровок. В банде присутствовали самые различные помеси — от почти людей до почти орка. Я заметил там и парочку чистых людей, как и чистого орка. Люди — беглые рабы, а орк — наверное, преступник, сбежавший от наказания, иначе его присутствия в подобной банде не объяснить — позор, — а к чести (честь у них своеобразная, но есть) орки относятся очень щепетильно. В общем, тот еще контингент, так что ухо надо держать востро, глаза на затылке, а руку на оружии.

Впрочем, проблем они во время путешествия не доставляли. Олграна заставила их хорошо… прочувствовать, так что они не только боялись ее как шаманку, но и просто были обессилены для каких-то активных действий.

Я все же предложил ей как-то гарантировать себе безопасность со стороны разбойников, ну, там клятву пусть дадут магическую, чтобы, как только чего удумают, так сразу по башке…

Но она отказалась.

— Зачем? Они и так нам ничего не сделают. А брать клятву с трех десятков морд… боюсь, меня на столько не хватит. Это ведь над каждым надо ритуал провести… Опять же взятие клятвы — лишний способ показать, что мы их боимся. Нет…

Ну нет, так нет. Жираф большой, ему видней…

А вот кишки меня начинали серьезно беспокоить. Меня бросало из одной крайности в другую, и лекарства не помогали. Ни «мезим», ни укрепляющие… Черт с ними, с нашими лекарствами, может, подделка попалась, — но почти не помогала трава шаманки, что немало удивляло ее.

Что со мной? А ведь я какой-то рассар, раненые рядом со мной выздоравливают в разы быстрее. А сам я что? Или это как хирург — других может прооперировать и вылечить, а вот себя уже фигушки? Печально, если так.

Двигались до вечера. Участились холмы, повысилась их высота, а значит, скоро конец степи и опять начнутся горы, где орчанка хотела найти безопасное место. Интересно, что она подразумевает под безопасным местом? То, что оно станет для меня своеобразной тюрьмой, я, конечно, понимаю, однако пока ничего не могу поделать, — но вот как это будет оформлено внешне? Пещера? Домик?

И вообще как подумаю о шаманке, так столько противоречивых мыслей и желаний возникает. Вплоть до того, чтобы вальнуть ее в спину. Пуля с подшипником, то есть с хладным железом, шаманку возьмет, проверено на ее предшественнике.

Но вот как потом с этой оравой из полукровок разбираться? Они ведь меня порвут, лишившись сдерживающего фактора. Вот ведь, сам себя в капкан загнал…

Зеленоглазка, несмотря на обиду, жалась ко мне сильнее: столько чужаков, бесцеремонно ее разглядывающих и обсуждающих, гоблинку нервировали. Интересно, Олграна и с ней накосячила, передав помимо общего и русского еще и оркский?

Вспомнив свое желание пообщаться с шаманкой на предмет познания окружающего мира, тут же на него забил. Это стало не к спеху. Совсем не к спеху. Во-первых, общаться на ходу, пусть и двигаясь на спине быка, не очень удобно. Во-вторых, географию словами трудно передать, нужно рисовать, что делать на ходу еще труднее, чем говорить, а в-третьих, ну а на кой мне это прямо сейчас? Все равно в ближайшее время я из безопасного места никуда не выберусь. Вот как найдем это место, как все немного устаканится — так и поговорим.

Меня же сейчас занимал вопрос, что я не могу в самое ближайшее время вернуться домой, даже теоретически, из-за того что я рассар и все будут охотиться на меня. Впрочем, как я знаю, нет проблем, не имеющих решения. Так и в случае со мной. Просто решение будет более трудным, затратным и рискованным.

Пойдем, что называется, от обратного: если маги, которые могут меня отправить домой, меня скорее всего запрут в клетку, то надо такого мага самого посадить в клетку и добиться от него исполнения моего желания в обмен на свободу.

Реально? Вполне. Но это самый грубый метод, если не найдется решения более элегантного.

Правда, подозреваю, что это будет ну просто архитрудно. Шутка ли — похитить могущественного мага, как-то лишить его свободы, да еще заставить выполнить работу.

Если первые два условия все же выполнимы теоретически, то с третьим пунктом есть очень большие пробелы. Маг банально в качестве мести может забросить меня черт знает куда.

Стоит ли так рисковать?

Впрочем, ладно, проблемы нужно решать по мере их поступления. Главное — что есть План. Найти мага, который может открывать окна в другие сопредельные миры, а для начала выяснить — есть ли такие в действительности, это я про магов, — потом как-то его похитить, сделать так, чтобы он не превратил меня в жабу…

Набросав черновой проект, я даже повеселел. Когда в жизни появляется цель, становится не так тоскливо. То, что на его исполнение понадобится куча времени и средств, меня уже особо не беспокоило — заработаем. Как это сделать, я уже примерно знаю.

Теперь действительно главное — найти безопасное место, где можно остановиться, устроиться с относительным комфортом и начать действовать, не оглядываясь на нудные мелочи жизни бытового характера — такие как где достать пожрать, приготовить, постирать и прочая, прочая, прочая…

Все мысли и силы должны быть направлены на решение главной задачи.

Очередная остановка на ночь.

— Завтра достигнем окраины степи, — просветила меня орчанка после танца с бубном вокруг лагеря, присев к костру.

Странный у нее вид. Как будто нашкодила и признаваться не хочется, но надо.

— В общем, Кэррэл, я хотела с тобой поговорить насчет безопасного места…

— Так-так, сдается мне, что оно не так уж безопасно?

— Не совсем… оно безопасно, но…

— Всегда есть эти маленькие, так все круто меняющие «но», — вздохнул я, понимая, что орчанка опять что-то утаила, и на этот раз действительно серьезное и жизненно важное. — Не тяни кота за хвост, Олграна, если уж начала говорить, то говори.

— Это место, оно… — начала шаманка и вновь замолчала, резко обернувшись в пустоту.

Я опять хотел ее поторопить, но Олграна вообще вскочила на ноги, а потом и вовсе громогласно крикнула на весь лагерь:

— Тревога!

Я тоже вскочил, машинально схватив винтовку. В сотне метров от нашего лагеря появилось довольно знакомое мне переливчатое свечение…

Портал.

Только, как я понял по крикам шаманки, он совсем не гуляющий, а очень даже целенаправленный. И вот свечение словно сгустилось и лопнуло. В том месте из ниоткуда появились фигуры в черном, числом с полсотни, и молча бросились на наш лагерь. Лучше бы уж они кричали.

Полукровки, надо отдать им должное, пусть они и разбойники, не разбежались по степи от неведомого врага, а быстро сбили вполне приличный строй в две шеренги, образовав стену из щитов и ощетинившись своими ятаганами и короткими копьями.

Не стал медлить и я, начав засаживать пули в несущихся на нас врагов.

Хлоп, хлоп, хлоп… После каждого выстрела падал один из атаковавших. Минус шесть. Я даже удивился собственному хладнокровию. Видать, уже пообтесался в этом мире, принял его суровые правила игры: или ты, или тебя, — тогда лучше я.

Перезарядка. Ч-черт, все-таки перезаряжать пневматическую винтовку не самое легкое дело, тот еще гемор. Пока колупался, нападавшие достигли полукровок, и произошла сшибка. Лязг, треск, крики раненых. Орали полукровки, нападавшие все так же хранили молчание, даже когда им рубили конечности. Ж-жуть…

Численное превосходство нападавших начало сказываться — это проявлялось в том, что орков начали обходить с флангов, а там и в спину ударят, и это конец. Но помешал я, выбив еще шестерых черных солдат. Метнула дротики Зеленоглазка. Три дротика, и все в цель. Но что за… дьявольщина?! Эти уроды, будучи пронзенными насквозь и сбитыми с ног, начали подниматься!!!

Тут у меня рука откровенно дрогнула, и я уронил барабан. До меня как-то сразу дошло, что эти ребята не совсем живые, как и не совсем мертвые. Нежить, одним словом… Зомби! Мертвяки! Ходячие жмуры!!! Одно дело видеть их по телику, даже слышать, что в этом мире они реально существуют, и совсем другое — встретить в реале, и не просто встретить, а биться с ними!

Подобрал второй запасной барабан, кое-как присев на негнущихся ногах, и дрожащими пальцами с грехом пополам все же вставил его в винтовку.

К счастью, ни одна пуля не прошла мимо. Не из-за того что я такой снайпер, учитывая состояние, а просто дистанция совсем уж стала плевой. Даже с дрожащими руками промахнуться в голову трудно.

Итого на моем счету восемнадцать зомби. Хорошо, что защита у них была так себе, никаких глухих доспехов, голова практически открыта, защищена лишь простым шишаком, как правило, ржавым. Видно, их командир-создатель не считал необходимым надежно защищать и особо следить за состоянием воинства, считая, что сама природа умертвий их защищает.

И правда, обычные удары им не страшны, о чем свидетельствуют пронзенные дротиками, успевшие встать в строй. Опять же создателю всегда есть из чего сделать новых бойцов, что не будут просить жрать, требовать денег, увольнительных, снаряжения и так далее, так что нет смысла на них особо тратиться…

Итак, я положил восемнадцать ходячих жмуров да полукровки постарались, нашинковав еще два с лишним десятка, сами при этом потеряв половину убитыми и ранеными. В итоге я, к счастью, остался не у дел. Полукровки рубились с оставшимися мертвяками, постепенно их одолевая. А то мне и противопоставить-то нечего. Барабаны пусты, пока их снарядишь, тебя успеют десять раз кокнуть, переведя в полноценные трупаки. А железкой я махать не умею, да и нет ее у меня. Если только топориком да лопаткой. Но согласитесь, против меча такое оружие совсем не гуд.

Когда я все еще подрагивающими пальцами снарядил первый барабан, зарядив в него последние четыре пули с каленым сердечником из хладного железа и две класса дум-дум, а также заменил баллон, оставшиеся в живых полукровки, едва десяток, добивали последних зомби, буквально шинкуя их на мелкие кусочки.

Все? Победа?

Держи карман шире. Этих ребятишек ведь кто-то привел через портал. И вот с этим кем-то махалась в магическом поединке Олграна…

Олграна. Шаманка

Надо же такому случиться, что в тот самый момент, когда я начала рассказывать человеку о безопасном месте, что его придется отбить у одного мага, живущего неподалеку, появился именно этот самый маг! Почему именно он, а не кто-то еще? Да потому что других магов поблизости просто нет.

Открылся портал, и из него на нас устремилось полсотни солдат-некросов и он, собственной персоной. Как же он нас нашел? И почему решил напасть — ведь мы же в степи? Просто искал жертв для своих экспериментов, из-за того что материала в собственных владениях перестало хватать, или решил, что двигающийся в его сторону отряд представляет угрозу, и сообразил напасть первым, воспользовавшись эффектом неожиданности? Впрочем, все это уже просто не суть важно.

Убедившись, что полукровки возьмут на себя нежить, а не разбегутся, я, не в силах установить мощную защиту, что смогла бы продержаться достаточно долго, решила обойтись вообще без нее, а все силы вложить в атаку. Как человек однажды сказал: лучшая защита — это нападение.

Опять же несколько ударов Кэррэл сможет выдержать благодаря амулетам. Они у него мощные. А гоблинка — уже нет…

Зачерпнув ману из бубна, я начала метать первые файерболы. Мне легко дается магия огня, так что я могла посылать один файербол за другим очень быстро и практически не концентрируя внимания на этих действиях. Все внимание мне требовалось для параллельной работы по созданию другого убойного плетения.

Маг держал щиты, отражая огненные шары, и пока ничем не мог ответить, что меня полностью устраивало. Мне требовалось время — увы, очень много времени.

Я совершенно не готова к этой битве, и мой арсенал весьма ограничен. Шаманы в плане быстроты реагирования сильно проигрывают магам. Шаманам к битве надо довольно долго готовиться, но если удастся подготовиться, то тут уже магам приходится покрутиться…

Так я и хотела поступить: незаметно подкрасться к обиталищу мага, подготовиться, запастись энергией… и ударить. Но не сложилось…

Но вот маг резко сместился в сторону и, выйдя из зоны обстрела — я просто не успела среагировать, — контратаковал, начав забрасывать меня ледяными копьями. Пришлось мне полностью сконцентрироваться на защите.

Радовало только то, что маг пока не работает по Кэррэлу. Хотя, возможно, он уже знает, что за человек перед ним, наверняка, в отличие от Шалшенша, окинул всех истинным взором, прежде чем вступить в схватку, а потому хочет взять в плен. Даже скорее всего он нас атаковал только потому, что во время «обхода» своей территории, увидел ауру рассара и решил завладеть таким ресурсом.

Как, к моему огорчению, не атакует и гоблинку… было бы неплохо, чтобы она погибла во время этой схватки. Впрочем, эта лопоухая вообще не противник, но подстроить можно…

Копья разбились о мой щит ледяным крошевом, и мне стало совсем не до отвлеченных мыслей. Щит начал быстро слабеть.

Теперь уже мне пришлось быстро выйти из-под обстрела и призвать на помощь элементаль огня. Он выиграет мне недостающее время…

Элементаль с утробным огненным ревом набросился на мага, послав в него вал огня, и магу не осталось ничего другого, как вновь уйти в глухую оборону.

Краем глаза видела, как полукровки схлестнулись с умертвиями и внес в битву свою лепту человек. Он стрелял хладным железом, но сейчас это было необходимо: ничто другое так хорошо и быстро зомби не упокоит.

Не хватило времени! Такой сильный элементаль огня не продержался и десяти секунд! На меня вновь обрушились удары, и мне стало нечем от них защищаться. Силы почти нет, пришлось пустить в дело заключенные в бубен души и использовать их для отражения ударов.

Простые души легко отбивали в сторону простые заклинания, но вот маг обрушил на меня что-то из высшей магии, вроде бы серый прах, — увы, я в этом несведуща, чужую магию мы проходили постольку-поскольку… Простые души стали развеиваться, точно клубы пара, и я едва успела вызвать души обладателей Силы. Четыре сильных души тоже развеяло, но пятая выдержала удар, окончательно нейтрализовав заклинание мага.

Элементаль воздуха.

Я чуть не упала обессиленная, когда пришлось с ним расплачиваться своей маной, но оно того стоило. Сильный смерч закружил по полю, заключив в себя проклятого мага, пытаясь его разорвать.

— Да что же это такое?! — потрясенно воскликнула я, наблюдая результат, точнее, отсутствие такового.

Элементаль воздуха тоже не смог продержаться достаточно долго и был отброшен на свой план зализывать раны.

Проклятье, маг оказался слишком силен. Сейчас я уже не уверена, что смогла бы с ним справиться, даже хорошо подготовившись. Ведь и он бы действовал из своего убежища, а дома, как известно, даже стены помогают. У магов — практически в буквальном смысле. Их башни становятся местом Силы.

Я уже готовилась к ответному удару, когда маг несколько раз содрогнулся и скрючился.

— Кэррэл! — сразу поняла я.

Хладное железо пробило защиту мага и серьезно его ранило.

Отлично, теперь у меня есть время закончить заклинание!

Все! Закончила! Я набрала достаточно маны, запитала подготовленное плетение, и…

Мне в спину вонзился бронзовый нож.

— А-а-а!!!

Заклинание срывается, но в последний момент сбивается прицел, и разрушительное плетение, на которое я потратила столько времени и сил, уходит в небо, а я падаю на землю.

Это конец. Я практически пуста, даже ресурсы бубна для меня почти все закрыты, ибо им не может пользоваться любой слабак — по сути, это такая защита. А маг вот-вот придет в себя, и тогда…

Но с этой тварью я успею разобраться сама, чего бы мне это ни стоило!

— Ах ты, маленькая лопоухая дрянь!!!

Я на остатках маны, осушая себя до дна, скастовала файербол, получившийся на удивление большим — видно, ненависть придала мне дополнительно сил, — и метнула его в подлую гоблинку. Мои защитные амулеты ей не помогут. Пустые они… хе-хе…

— Сдохни!..

Галлогала, она же Зеленоглазка. Самозваная жена Кирриэла, обуреваемая жаждой мести

Сначала все шло хорошо, мое подавление сработало на человека и орчанку даже лучше, чем я ожидала. Но, видимо, именно это слишком резкое срабатывание и привело к тому, что Кирриэл что-то заподозрил, а орчанка поняла, что к чему, и меня разоблачили. Все-таки они не гоблины и подобное подавление для них оказалось слишком неправильным, непривычным.

А потом… а потом…

Р-р-р… Убью гадину! Убью, чего бы мне это ни стоило!

Конечно же, я сразу догадалась, что орчанка добилась своего и соблазнила моего мужа. Его, а точнее, ее запах от него сказал мне об этом. Раньше он пах только мной, а теперь…

Эта гадина меня опоила и взяла моего мужа прямо у меня под боком!

Убью… Я и его хотела убить… за предательство… ведь у нас… Но потом все же опомнилась. Кирриэл — человек, не стоит забывать об этом. Он живет по своим законам… какие бы они ни были. По крайней мере, я для него точно не являюсь женой. Всего лишь…

Но это не значит, что я его так просто отдам этой клыкастой! Тем более что Кирриэл нужен ей не для продолжения рода, не как муж, а для чего-то еще. Я это вижу. Пусть я для них дикарка, но это не значит, что я безмозглая, — я все вижу и понимаю. И понимаю, что орчанка ведет какую-то свою игру. К счастью, Кирриэл это тоже подозревает… просто не смог устоять перед искушением, а если перестанет видеть под чарами шаманки, так я всегда подскажу.

Потом все же шаманка пояснила свои намерения — просто не могла их не раскрыть после того, как рассказала Кирриэлу о его сущности. Ну и я приложила к этому руку… хи-хи… Но и тогда она если не соврала, то не сказала всей правды.

Однако то, что человек, по крайней мере в ближайшее время, не пойдет к людям, где ему будет грозить опасность стать пленником первого же встречного мага, меня откровенно порадовало. Значит, он будет со мной!

А то ведь я не дура, прекрасно понимаю, что среди людей Кирриэл быстро бы нашел себе женщину из своего вида… А я… неизвестно что там стало бы со мной. Уверена, что он не дал бы меня в обиду, не бросил, но все равно отдалился бы… Меня откровенно страшил тот момент, когда мы оказались бы в землях людей. Но теперь мы туда не идем!

Радость омрачало только то, что с нами останется и эта клыкастая. Но я ее убью… и он останется только со мной!!!

Жаль, момент никак не подворачивается. Я все же охотница и чувствую, когда жертва максимально беззащитна. Так вот, таких моментов не было, когда на нее напали орки, как я поняла, из ее племени. Ни тем более когда на нас хотела напасть банда полукровок.

Полукровки, взятые в качестве свиты, меня нервировали. Обсуждали меня, мои отношения с человеком и как сами поступили бы со мной. Проклятая клыкастая… передала мне еще и знание своего языка, а не только общего и языка Кирриэла. Лучше бы я этого ничего не понимала…

Вот и очередная остановка. Я решила сегодня во что бы то ни стало перебить запах орчанки со своего мужа… он мой, и об этом говорить должно все! И плевать, что рядом эта шаманка и еще куча полукровок. Я это сделаю, а то уже не могу выносить чужих флюидов.

Но что это?!

Недалеко от лагеря появилось свечение, которое всех насторожило, и не зря, потому как в следующий момент свечение вспыхнуло — и на том месте появились чужаки. Чужаки, от которых явственно донесся запах смерти…

Сейчас я порадовалась присутствию полукровок, простив им все, что они говорили и думали обо мне, видя, как они сбиваются для отражения атаки. Без них было бы очень трудно.

Кирриэл тоже внес свой вклад из своего удивительного оружия.

Вступила в схватку с вражеским магом шаманка.

Это мой шанс, сразу же поняла я. Сейчас — или никогда! Более удобного случая не представится, я это осознала отчетливо. Надо только подождать, пока она ослабнет достаточно сильно.

Жаль, дротики пришлось растратить на мертвяков, и то без особого результата. Но задержала их приближение, сбив с ног, — уже хорошо. Их, повергнутых, быстро добили. Но ничего, у меня есть ножи…

Шаманка слабеет в противостоянии с магом. Я теперь не уверена, что следует вмешиваться в схватку, а то ведь, если поразить клыкастую, этот маг нас убьет…

Что же делать?

Да и не совсем ясно, как отреагирует на такое мое поведение Кирриэл. Впрочем, он поймет и согласится, что я поступила правильно. Ведь шаманка строит на него какие-то планы, хочет качать из него ману, использовать как батарейку, и как я поняла, ему это очень не нравится, но и поделать ничего не может. Это шаманка, и она быстро справится с ним и будет делать это уже принудительно, а не с добровольного согласия мужа.

Я освобожу его от пут орчанки!

И тем более он меня поймет и простит, когда я ему скажу, что…

Но вот лучшего момента не будет! Шаманка на грани, она беззащитна настолько, что хоть голыми руками ее бери, и, что еще лучше, Кирриэл поразил мага из своего удивительного оружия, чего не смогла сделать клыкастая. Мой муж силен, он сам убьет мага, как убил того злобного шамана у ямы в земле!

Пора!!!

Я выхватила бронзовый нож и с силой метнула его в соперницу.

Есть! Шаманка рухнула как подкошенная!

Проклятье, еще жива, шевелится… надо ее добить. Я выхватила свой старый каменный нож. Сейчас я ей сделаю улыбку до ушей!

Но тут шаманка извернулась и, что-то выкрикнув, метнула в меня огненный шар, который в следующую секунду поглотил меня.

— А-а-а!!!

Кирилл. Магоборец

Все зло от баб! Черт бы их побрал!

Раньше я не понимал этого выражения — просто не сталкивался, повезло, — но сейчас осознал в полной мере всю истину этого изречения!

Сначала Олграна чего-то мутила и домутилась…

А теперь еще Зеленоглазка отчебучила, так отчебучила!

Но все по порядку… Увидев, что с ходячими жмурами почти все кончено, полукровки их дошинкуют, я обратил свой взор в сторону магического сражения, и то, что я увидел, мне не понравилось. Я сразу понял — тоже, наверное, одно из свойств рассара, — что Олграна находится в крайней степени истощения и вот-вот ее накроет чертов маг.

А у меня в руках винтовка с четырьмя последними пулями с хладным железом. Всего четыре. Подшипников еще одиннадцать штук есть, но еще наделать пуль с каленым сердечником у меня не получилось.

Простые пули в походных условиях не рассверлишь точно по центру, а стоит только ошибиться хоть на долю миллиметра — и пуля улетит куда угодно, но только не в цель. С литьем тоже полная лажа.

Сейчас вдруг подумалось, что, может, шаманка могла бы помочь, — магия, она ведь творит чудеса, — но, как выясняется, все мы задним умом крепки.

Всего четыре пули на очень сильного мага. Маловато будет, учитывая, сколько я зафигачил подшипников в шамана Шарпушана… или как там его… и ему все по фигу было. Но по крайней мере отвлеку от шаманки, она, как видно, вот-вот готова разродиться убойным заклинанием, что готовила всю схватку… я это тоже чувствую — не знаю как, но чувствую.

Ну и, немного вздрогнув, все же адреналинчик гуляет, страх колдобит, да отступать некуда, я вскинул винтовку и вдолбил в мага четыре пули с хладным железом и две дум-дум.

Мага скрючило.

— Йес! — радостно вскрикнул я.

И тут увидел замах руки Зеленоглазки.

— Нет! — крикнул я Галлогале.

Но она меня не услышала, увлеченная исполнением своей мести.

Вот же бабские закидоны!!!

Ножик впился под лопатку Олгране, она рухнула на землю, и заклинание ушло в пустоту.

Шаманка не осталась в долгу — нож не достал до сердца — и, извернувшись, ответила своей «заклятой подруге» огнешаром, который накрыл мою Зеленоглазку.

— Не-эт!!!

Гоблинка упала без движения, источая струйки дыма от спаленной одежды, волос и кожи.

Я, матерясь на чем свет стоит, развернулся к магу. Щас он нас всех…

— Ептыть… — только и смог выдать я, нечленораздельно подавившись всеми словами, увидев, как меня накрыла какая-то гадость, выпущенная успевшим оправиться магом.

В один момент сдохли все амулеты шаманки, я это тоже почувствовал, и меня всего начало сдавливать, но в следующий момент у меня за спиной что-то рвануло, и я почувствовал, как напасть рассеялась.

Это, оказывается, слетела пробка с фляжки, и из емкости вырвался фонтан крутого кипятка, через секунду окатив меня горячим дождем.

Маг прифигел — видно, никак не рассчитывал на такой странный результат. Ну и я, не будь лохом, ну честное слово, как заправский ковбой, жить захочешь — и не такие рефлексы проснутся, выхватил из кобуры ракетницу и пальнул в эту сволочь. Благо расстояние было уже небольшим.

Вокруг цели ярко полыхнуло, не иначе магическая защита пыталась сработать, но почему-то не сработала, и ракета влетела магу точно в рот, пробив защиту из зубов. И как из этой пасти в следующий миг полыхнуло! Е-мое, драконы, если они тут существуют, отдыхают и плачут от зависти!

Изо рта мага с ревом, как от взлетающей баллистической ракеты, вырвался факел цветного пламени метра на три! Я не понимаю, как его самого на орбиту не вынесло?! Ну или за горизонт не унесло… тяга ведь будь здоров! Нет, даже с места не сдвинулся.

Вряд ли это действие обычной осветительной шашки — скорее, что-то с магией связано, не знаю. Но полыхало знатно!

Потом яркое пламя охватило все тело мага, он заискрил как бенгальский огонь, а под конец рванул как граната! Ба-бах!!! И конфетти… из дымящихся кусков плоти посыпалось.

Жесть!

Глава 12

Кирилл. Не маг, но все равно крут, как вареное яйцо

Я вспомнил о своих зеленушках.

Мгновение потратил на то, чтобы решить, к кому броситься первой, и выбрал Зеленоглазку. Она была рядом со мной с самого начала и ни на что не претендовала, ну почти… Только на меня, и ей нужен был именно я, а не моя энергия, как счет в банке для нынешних «прынцесс». Это, согласитесь, стоит уважать.

Ну а то, что она учудила… ну да разберемся. Никто не без греха.

Рухнул рядом с Галлогалой на колени, но прикасаться не стал. Да уж, досталось ей мама не горюй! Ожоги кошмарные, все вздулось, — но живая, дышит, что невероятно удивительно.

Стоило только мне оказаться рядом, как она пришла в себя.

— Прости меня, Кирриэл…

— Молчи. Все будет хорошо…

Что же делать-то?! В моей аптечке нет ничего, что ей могло бы помочь.

Лихорадочно посмотрел по сторонам. Увидел, как раненые полукровки помогают друг другу, прикладывая амулеты, и раненым становится явно лучше.

Точно!

— Даю кусочек хладного железа за действующий целебный амулет! — крикнул я.

Дорого, конечно, но вряд ли их сейчас заинтересует серебро. Не знаю, какие у них в банде порядки, может, и плевать друг на друга, а может, им помочь своим — священный долг, независимо от цены, но лучше не рисковать, лучше переплатить, чтобы перебить даже долг, будь он хоть трижды священным. К тому же пациентка гоблинка, могут и зажать из расистских соображений… хотя сами тоже далеко не арийцы.

Сразу несколько полукровок обернулось на мой зов. Главарь банды, махнув остальным, дескать, можете забыть и закатать губы обратно, поспешил ко мне.

Я достал один подшипник.

— Точно хладное железо? — прорычал он, с сомнением поглядывая на цилиндрик, потерявшийся в его пальцах.

— Точно. Видел, наверное, как валились умертвия? Это действие хладного железа.

Полукровка протянул мне амулет.

— Я не знаю, как он работает. Обрати его действие на нее.

Главарь спорить не стал и, приложив амулет к наименее пострадавшей части тела гоблинки, как-то его активировал. Результат не заставил себя долго ждать. Буквально на глазах кожа гоблинки стала возвращаться в нормальное состояние, спали вздутия и ожоги, и лишь на предплечьях остались шрамы в виде бабочек.

А вот и сами бабочки. Веревочки перегорели, и они отвалились.

— Кирриэл… — улыбнулась Зеленоглазка и тут же полезла обниматься.

— Беги в палатку. Оденься… нечего тут сверкать. Возьми мою вторую майку и… трусы. Вторых шорт нет.

Трусы у меня семейники, черные, так что выглядеть будет все органично. Почти как шорты.

Галлогала, еще раз сжав меня, чуть не задушив, не забыв подхватить алюминиевых бабочек, кинулась к палатке одеваться.

— Теперь к шаманке…

Увидев многозначный взгляд громилы, типа «стулья вперед», сказал:

— Плачу серебром. Пять монет.

— Десять.

— Да подавись… — сказал я по-русски, отсчитывая монеты.

Почему и за излечение орчанки не заплатил подшипником? Ну, не то чтобы я пожадничал… но очень уж неоднозначная спутница. Мелькнула даже мыслишка не то что ее исцелить, а, скажем так, совсем наоборот — додавить ножичек…

К тому же тратить такие средства на излечение того, что она и сама может спокойно залечить, едва набравшись сил, нужно только нож вытащить да перевязать, смысла я не видел. А насчет додавить… сомнения были нешуточными, желание — большим, но все же пересилил себя. Нужна она мне, нужна. Никуда я без нее — как без рук.

Главарь банды, вытащив из спины шаманки нож, вновь активировал амулет исцеления. Рана быстро затянулась, оставив только шрамик.

— Все.

Я кивком поблагодарил его и отпустил восвояси, даже не забрав амулета.

Шаманка тоже очнулась.

— Мы живы?! — удивилась она безмерно.

— Как видишь.

— А маг?!

— Наоборот.

— Но как?!

— Каком кверху! — разозлился я. Глубоко вздохнув, заставил себя успокоиться и произнес ровным голосом: — Давай вставай, хватит тут разлеживаться, тоже мне принцесса на горошине. Думаю, нам надо серьезно поговорить обо всем, что тут произошло. А то есть у меня очень неприятные мыслишки на этот счет. И вообще… — неопределенно взмахнул я рукой.

Пусть помучается немного, гадая, что я имел в виду. А я, может, к этому времени придумаю, что именно я имел в виду.

Подлечившись, полукровки принялись валить деревья в рощице и выкладывать костер. Причем сразу два. Один абы как, в который скидывали части тел от нежити, и второй — уже нормальный, для своих павших товарищей.

Я снарядил винтовку, зарядил запасные барабаны и подкачал баллоны. Вставил в ракетницу еще один патрон и пошел ковыряться в трупешниках, что я завалил, искать хладное железо. Но быстро выяснилось, что дело это весьма поганое. Трупы воняли, и сильно, а у меня противогаза нет. Они разлагались буквально на глазах. Найти в этом месиве стремительно гниющей плоти нанесенные пулей раны, а потом вытащить подшипники уже не представлялось возможным. Меня хватило только на то чтобы найти два сердечника. Этой вони и гноя больше вынести я не смог. Помог бы мощный магнит, да нетути…

Махнул носильщикам рукой — дескать, забирайте эту падаль и сжигайте на фиг.

Итого у меня после оплаты работы амулета осталось ровно двенадцать подшипников. Когда сделаю пули… золотые, этого хватит ровно на два барабана. Маловато будет…

Полукровки запалили костры.

Вернулся к лагерю. Зеленушки одна другую демонстративно не замечали. И то ладно — главное, что не мочат друг друга. Может, потому что сортиров нет? Хотя мой косяк, оставлять их одних, без разъяснительной работы, не стоило во избежание, так сказать.

— Ну что, девушки, нам надо серьезно поговорить о вашем поведении.

Но прежде чем я успел что-то спросить, меня прервали. Полукровки, даже не дождавшись, когда прогорит погребальный костер с их погибшими товарищами, двинулись к нам, и намерения у них были далеки от добрых. Ну сами посудите: желают ли тебе добра, обнажив ятаган и глядя такими хмурыми глазами, что ими можно воду застудить? Вот и я усомнился. Да и подруги мои тоже потянулись кто за чем — шаманка за бубном, Зеленоглазка за дротиками, а я за винтовкой.

Вот только я отлично понимал, что мы мало что сможем навоевать. Их пятнадцать рыл, нас трое, и лишь я один — относительно боеспособная единица. Но воевать желания не было никакого. Ну, положим, мне удастся завалить шестерых, что вряд ли, максимум двух, ну Зеленоглазка проткнет одного, остальные порешат нас в капусту.

Вот же натуры бандитские. Видят, что шаманка ослабла дальше некуда, а мы не бойцы, нас мало, а их много, мы богатые (тут я накосячил сгоряча — показал свое богатство в виде хладного железа), а они бедные… Хотя, я думаю, они в любом случае решили бы нас грабануть.

— Зеленоглазка, принеси мне баллончик, ну ты знаешь…

Галлогала, улыбнувшись и кивнув, быстро скрылась в палатке, и пока она там копалась в моем имуществе, я решил провести переговоры с местным Али-Бабой, но не бабой (хотя уже не удивился бы, окажись оно так!), а точнее — потянуть время.

— Это что за несанкционированная демонстрация протеста?!

Толпа остановилась. Ребяток реально закоротило, и я решил продолжить в том же ключе:

— Почему не согласован маршрут движения? Заявки надо подавать за неделю до выступления! Штрафа захотели?!

Я нес какую-то откровенную пургу, даже когда Зеленоглазка стояла уже рядом со мной, сунув мне в руки то, что требовалось.

— Чего?! — заревел вожак бандитов, наконец сумев освободиться от гипноза незнакомых слов. — Бей гадов, парни! Из-за них мы…

— Я вынужден буду применить специальные средства для разгона незаконных митингов! — крикнул я, все еще не выйдя из роли.

Но полукровок уже было не образумить, да я и не надеялся, и, встряхнув баллон, вдарил в них долгой струей. Слава богам, работает. Струя перца прошла в районе голов. По глазам никому не попало, многие успели закрыться кто чем: щитами, руками, просто поднырнули под струю, но полностью защититься от состава просто невозможно. Струя, попав на предметы, разбилась брызгами, взвесью — и этого по глазам хватило за глаза.

Относительный строй разрушился, полукровки, дико крича от боли, стали налетать друг на друга, то и дело валясь на землю, катаясь по ней, теряя оружие и ожесточенно тря кулаками глаза.

— Оружие на землю, руки за голову, всем лежать, морды в землю! Живо!!!

Орки попадали, хотя, скорее всего, они не столько повиновались приказу, сколько их подкосил химический состав, так что они уже просто не могли стоить на ногах. Да и с руками не спешили — все глаза терли. Ну и фиг с ними. Главное, что больше не представляют опасности.

— Ну вот, несанкционированная антиправительственная демонстрация разогнана демократическими средствами. Хотя, на мой взгляд, лучше не демократическими, а самыми что ни на есть тоталитарными — дубинками да пластиковыми пулями. Тоже мне, демократию придумали.

Но меня никто не услышал, а если бы и услышал, то не понял бы.

— Промойте глаза водой, придурки! — сжалился я над ними. — А когда подлечитесь, приходите еще… только без дубья и пырялок, а со сформированным списком требований, и мы, возможно, придем к консенсусу. Для совсем отсталых поясняю: ко взаимопониманию. Ну а если понравилось, то всегда могу повторить!

Ну и несет меня сегодня… это от нервов. Столько всего навалилось — вот и клинит.

Полукровки наконец вняли гласу разума и зигзагами, на карачках, поковыляли к воде. Благо близко совсем.

Мне осталось только пройтись по полянке и собрать хабар. Без оружия они совсем шелковыми станут.

— Так, на чем мы остановились? — обратился я к зеленушкам, после того как собрал оружие и сложил его кучей у костра, как будто ничего не случилось. — Ах, да… о правилах поведения и взаимоотношениях. Надо расставить точки над «ё».

— Ты их вот так оставишь? — удивилась орчанка, пропустив мои слова мимо ушей.

— А что мне с ними делать?

— Убить! — воскликнула кровожадная гоблинка с воинственным видом.

— Верно, пока они беспомощны, мы можем их всех отправить на перерождение!

— О! — воскликнул я дурашливо. — Я вижу, первые шаги к консенсусу уже сделаны! Так держать, девушки!

Зеленушки демонстративно отвернулись друг от друга.

— Ну а если серьезно, то… можно, конечно, тем более что проблем для меня это действительно не составит. Но нужно ли?

— О чем ты?! — взорвалась орчанка. — Они на нас напали! Уже во второй раз! Мы в своем праве поступить с ними так, как захотим!

— Да кто ж спорит-то? Вопрос в том, усвоили ли они урок, и нападут ли они в третий раз, после того, что я им тут устроил?

— Вряд ли, — признала Олграна. — А потом я опять в силу войду, и у них вообще не будет ни одного шанса. Я их мигом к предкам всех отправлю!

— Ну вот… А лить кровь лишний раз … — я пожал плечами. — Не хочется, и так ее много сегодня пролилось. Опять-таки нам нужно сопровождение. Где ты сейчас других найдешь?

Зеленушки согласно кивнули. Убить никогда не поздно.

— Теперь о наших взаимоотношениях… В общем, так, вы должны мне пообещать, что не будете друг дружку убивать.

— Но она бросила в меня кинжал!!! — возмутилась Олграна. — Да еще в такой ответственный момент битвы с магом!

— А ты бросила в нее файербол.

— Я была в своем праве!

— Да? А то, что амулеты ее не спасли, это как назвать?

— Почему не спасли… она ведь жива… — пробурчала Олграна.

И в этот момент я твердо уверился, что шаманка что-то такое затевала и с амулетами что-то было не так. Если раньше у меня и были еще какие-то сомнения на этот счет (в каком-то смысле этим подозрением я бил наугад, но поди ж ты, попал!), то сейчас их не осталось.

— Вот только не надо ля-ля, ладно? От одного файербола твои амулеты должны были ее спасти так же хорошо, как щит от стрелы. А ее обожгло, и знатно. Непонятно, как она вообще уцелела…

— Действительно — как? — не стала больше запираться шаманка.

— Без понятия. И сейчас не о том речь! Не заговаривай мне зубы и не уводи разговор в другое русло. О том, как выжила Галлогала, мы поговорим потом. Но все же, Зеленоглазка, зачем ты это сделала? — спросил я, не выдержав.

Гоблинка с вызовом взглянула на орчанку.

— Это месть… за то, что она… забрала тебя у меня…

— Послушай, Зеленоглазка…

— Но это не единственная причина. Я понимаю, что не имею права на тебя претендовать, ведь ты человек, и у вас другие законы… но, как я сказала, это была не единственная причина.

— А какая вторая?

— Я хотела освободить тебя…

— Освободить? От кого?

— От нее! Ведь ты стал ее пленником! Тебе приходится быть ее добровольным пленником, потому как если ты воспротивишься, то станешь подневольным…

Я погладил Зеленоглазку по голове, по опаленным волосам — придется ей стрижку короткую сделать, но думаю, это ее ничуть не испортит, даже наоборот, и прижал к себе. Да, она не дура, далеко не дура — хоть и дикарка, но все понимает. Да, она права, я добровольный пленник у шаманки…

Хотя, если я сейчас врежу ей лопаткой по тыковке, ведь она ослаблена, то…

Черт возьми, она мне тоже нужна. Без нее я далеко не уйду. Будь оно проклято, это чертово рассарство! Так что это не вариант решения проблемы. Остается как-то взаимодействовать на взаимовыгодном уровне. Надеюсь, получится…

— Спасибо. Я это оценил. И сегодня, если ты не против, докажу…

Гоблинка густо… позеленела и кивнула.

— Ладно, с этим вопросом разобрались… Осталось решить вопрос о взаимном ненападении. Итак, я жду. Олграна?!

— Хорошо… я клянусь больше не пытаться убить эту гоблинку, — покладисто выдавила из себя орчанка, сидевшая с хмурым видом, когда мы обсуждали то, что я, по сути, ее пленник.

Я посмотрел на Зеленоглазку, и она в свою очередь пообещала:

— Я тоже не буду пытаться больше убить эту орчанку…

— Н-да… что ж, первый шаг сделан, остальные, надеюсь, пойдут легче. А для надежности, как только станет возможно, вы принесете мне в этом магические клятвы — думаю, Олграна, у тебя в арсенале найдется соответствующий обряд, — и я проконтролирую, чтобы в нем не было всяческих уловок, недомолвок и прочей казуистической порнографии…

— А что это такое — порфогра… — сбилась орчанка с незнакомого понятия.

— Потом как-нибудь покажу, — хмыкнул я. — Теперь вопрос на главный приз сегодняшней викторины. Догадываешься, о чем пойдет речь?

Олграна вновь решила поиграть в несознанку, сделав честные-честные глаза, — дескать, я — не я, и корова не моя.

— Как хочешь, партизанка ты моя… А поговорим мы об этом чудном маге-некрофиле… в смысле, некроманте.

— Как ты его убил? — тут же спросила орчанка с самым что ни на есть наиживейшим интересом. Слишком живым, хотя ей это действительно безумно интересно.

— Олграна, Олграна… — сокрушенно покачал я головой. — Опять за свое? Не выйдет. Итак, идем мы, значится, идем в безопасное место — и тут откуда ни возьмись появляется самая опасная хрень из возможных! Как такое может быть? Ведь мы же должны были огибать все опасности десятой дорогой!

— Кэррэл, видишь ли, в чем дело… я перед самым нападением как раз хотела об этом поговорить…

Не врет, змея… подумалось мне, ведь действительно заводила разговор… и зеленая как раз.

— Ну что ж, не поговорили до нападения — давай поговорим после. Говори.

— Как таковых безопасных мест нет, разве что совсем глухие углы, да и то не факт, что не наведается кто-нибудь, заметив совершенно случайно. Мы не могли так рисковать. А уж о комфортабельных безопасных местах так и вовсе можно сразу забыть. А сидеть в пещере…

— И?

— И я решила отбить у этого мага замок.

— Ах ты, моя лисичка! — рыкнул я, всплеснув руками, чтобы не сказать чего-нибудь более подходящего к моменту. — Решила зайчишку из теремочка выжить?! Да уж, знатный зайчишка нам попался… армия нежити в подчинении… И как же ты хотела его завалить, лисичка?

— Не без твоей помощи… примерно так же, как ты убил Шалшенша.

— А убил его в итоге один Кирриэл! — победно вставила Зеленоглазка, разве что язык не показала — та еще озорница.

— Да если бы не ты, то я!..

— Тихо!!! — рявкнул я, останавливая женскую перепалку с возможной потасовкой. — Этот вопрос мы прошли и больше к нему не возвращаемся. Так и быть, вопрос о маге тоже замнем для ясности… Что случилось, то произошло и мхом поросло…

— И все же, Кэррэл, как ты убил мага? — спросила Олграна после тяжелой паузы.

Очень хотелось ее помучить — в конце концов, за ней еще неотомщенная подстава с быком, про подставу с магом я вообще молчу, — но не стал. Опять же Зеленоглазке тоже интересно.

— Взял и убил. Выстрелил в него осветительной шашкой.

— Чем?!

— Ну, что-то типа файербола…

— Но его не взять было простым файерболом! — не согласилась орчанка.

— Так то магическим, а у меня магии ноль. Я же рассказывал…

— А немагическим тем более! — не сдавалась Олграна. — Покажи мне его!

Я не стал выпендриваться и достал патрон из ракетницы.

— Вот им. Горючая смесь сгорает в этом цилиндре и выстреливает другую смесь твердого вещества — шашку, которая очень сильно, жарко и ярко горит.

Олграна стала исследовать патрон, в том числе, похоже, и истинным зрением.

— О духи! Теперь я все поняла! — воскликнула шаманка, отмерев.

— И что ты поняла?

— Все дело в мифриле!

— Это что за зверь?

— Какой еще зверь?! Там внутри есть металл — мифрил! Именно он смог пробить защиту мага, а в соединении с огнем и кровью мага…

Шаманка замолчала, в потрясении не находя слов.

— Покажи своих бабочек! — набросилась Олграна на Зеленоглазку.

— Отстань от меня! — отскочила гоблинка и спряталась за меня.

— Зачем тебе ее бабочки? — спросил я.

— Я поняла, почему она выжила после моего фаербола. Ее защитил мифрил! Как же я его раньше не разглядела, спутала с серебром… но кто же мог подумать, что у простой… гоблинки могут быть мифриловые украшения? Откуда они у тебя?

— Кирриэл подарил!

— Ну да, могла бы и догадаться… — кивнула орчанка.

Теперь понятно, осознал я. В осветительном патроне сама шашка действительно находится в алюминиевой оболочке.

— Так чего там с этим алюми… то есть мифрилом? — не понял я.

— Это тоже очень редкий металл, в сыром виде он встречается еще реже, чем хладное железо. А уж его свойства!..

— Да?

А у нас этим мифрилом крыши кроют да рамы делают, и много чего еще… всего не перечесть.

— Да! Сырой мифрил, как вот этот, — показала она на бабочек Зеленоглазки, которые, как оказывается, стоят целое состояние (хорошее приданое, однако!), — отличное защитное средство. В древние времена рыцари наносили на свои доспехи узоры из мифрила и могли не опасаться магических атак. Сколько ни бей магией, защита падать не будет, в отличие от защиты на основе амулетов.

— Серьезно, — кивнул я, вспомнив случай с фляжкой. Действительно защитило.

— Мифрил, в отличие от хладного железа, очень даже хорошо взаимодействует с магией. Непревзойденный материал для встраивания плетений! Одно колечко из мифрила может заменить десять самых дорогих колец с самыми крупными драгоценными камнями! При том, что в него встраивается в десять раз больше заклинаний, чем в обычное кольцо. В зависимости от мощности, естественно…

— Сильно, — согласился я, невольно начиная вспоминать, что у меня еще есть из мифрила-алюминия. Это же такое богатство во всех смыслах, смотря как использовать.

Не так уж много, как хотелось бы. Столовые приборы — и те металлические.

Фляжка, корпус термоса китайского, детали винтовки, но разбирать ее — последнее дело. Лучше сразу в нее какие-то плетения всадить. Может, можно будет стрелять не только пулями, но еще и магией? А что, неплохая идея!

И вообще надо всю свою амуницию орчанке дать на анализ — может, еще чего найдет ценного…

— Но если есть сырой мифрил, то есть и… вареный? Жареный? Пареный? Копченый?

Зеленоглазка фыркнула, а Олграна веселья не поддержала. Слишком близка ей эта тема в магическом отношении.

— Есть… Сырой мифрил преобразуют магически и превращают из мягкого металла в практически неразрушимое вещество. Доспехи из такого преобразованного мифрила непробиваемы. Чаще, конечно, делали кольчуги для скрытого ношения. Также из него делали клинки. Легкие и бритвенно-острые, не требующие заточки. Их особенно эльфы любят — и светлые, и темные. Собственно, только они и могли себе такое позволить.

— А смысл в таких клинках? — не понял я.

— Смысл в том, что это оружие хорошо не только для простой схватки, но и для битвы с различными порождениями магии. Одно прикосновение — и нежить мертва. Высших вампиров и личей убивает так же легко, как обычная сталь простого разумного, если, конечно, суметь до них дотянуться. В этом плане такое оружие лучше хладного железа. Убивает наповал. Что и случилось с магом.

— Понятно…

— У тебя есть еще мифрил, Кэррэл? — жалобно попросила Олграна.

Вновь захотелось ее помучить — дескать, дам, если будешь себя хорошо вести или вообще от меня отвянешь, но очень уж жалобные были глаза у орчанки… Не смог я ей отказать — такой вот я добрый чел. Ну и политика, понимаешь, — нужно устанавливать хорошие, даже можно сказать дружеские, отношения. Они и сейчас не злые, даже после всего происшедшего, но дружбу надо всячески укреплять.

— Есть…

У меня и вправду есть немного того, что при этом не придется ломать или отрывать. Знаете, продают такие дешевые свечки в алюминиевых колбочках-подставках-емкостях. Одна свечка у меня наполовину использована, так что ею можно легко пожертвовать. И еще одна имеется.

Я сходил в палатку и достал из рюкзака требуемое.

— Вот… подойдет?

— О, да! — засияла орчанка.

Тем временем из воды, бурча вполголоса, стали выбираться полукровки, промывшие себе глаза. Но выглядели они как настоящие перепившие зомбаки. Опухшие, покрасневшие-позеленевшие — в зависимости от того, у кого какой крови больше, человеческой или оркской. Жуть.

— Ну что, парни, осознали всю свою неправоту? Будем еще шутки шутить? — поинтересовался я, держа винтовочку в руках. — Или вас сразу всех прикопать от греха подальше?

— Осознали… не будем… не надо…

— Ну раз так, то разбирайте свое барахло…

Полукровки, глядя на меня с опаской, стали разбирать оружие и быстро отходить к своей части лагеря.

— Кстати, Олграна… понимаю, что некрофил… тьфу ты, некромант разлетелся на кусочки, но, может, от него что-то ценное в магическом плане осталось? Если постараться, наверное, можно найти — кольца, камни… — осмотрелся я вокруг.

— Бесполезно… Кольца и прочие побрякушки, наверное, еще можно найти, только в магическом смысле они уже вряд ли будут на что-то годны.

— Почему?

— Такой выброс энергии при его смерти, да еще от мифрила, их просто сжег и разрушил, скорее всего, даже физически.

— Ясно.

Глава 13

Олграна. Шаманка

Этот человек-иномирец просто не перестает меня удивлять. А точнее, его безумный мир. Оказывается, помимо хладного железа, у него есть куча мифрила, на которое можно купить крупное баронство, а то и графство где-нибудь в пограничье.

Что за мир, из которого он прибыл? Если хотя бы одна десятая из того, что он рассказал и показал в фильмах, правда, то он чудовищен! Нет магии, но при этом там такие механизмы, что и гномам в страшном сне не приснятся. Чего только стоят металлические передвижные механизмы, именуемые танками! А корабли? А самолеты?!

Убивают из такого оружия десятками. Как они там только друг друга не перебили?! Там куча хладного железа и мифрила буквально валяется под ногами!!! Вон емкость для… свечки?! Более несуразного применения мифрила просто не найти! Даже самый эксцентричный разумный до такого не додумается! Это все равно что… все равно что… нет, я даже не в силах подобрать столь же неразумное использования чего бы то ни было!

Но это здесь, в нашем мире. А там, как я поняла, этот металл довольно дешев. Может, потому и магии нет, что у них все с ног на голову перевернуто? Ну да ладно…

А вот что касается Кэррэла, то я очень рада, что мы наконец, как он любит повторять, расставили точки над «ё». Объяснились — и мне стало намного легче. А то уже чувство вины начало появляться из-за всех этих тайн и недомолвок…

Чувство вины перед человеком?! Бр-р… Правда, он не совсем человек, а рассар, но все равно бр-р…

Решили остаться здесь на несколько дней. Замок убитого человеком мага от нас никуда не убежит, оприходовать его тоже никто не успеет, а мне не мешало бы восстановиться. В замке могут находиться ловушки, и я должна быть во всеоружии, чтобы их обнаружить и обезвредить.

Опять же часть воинства некроманта все еще может находиться на страже. Мертвяки наверняка со смертью хозяина превратились в тупых зомби и разбрелись, а вот остальные, преобразованные изначально из живых, могут оставаться на своих местах и нести службу.

Вообще-то один способ достаточно быстрого восстановления я знаю… но — увы, Кэррэл решил «восстановить» свою гоблинку. Вон какие крики из палатки… надо мной издевается, лопоухая.

А как полукровок корежит! Хи-хи…

А мифрил… теперь есть и у меня. Немного, но и такого количества я никогда не видела и вряд ли бы когда в своей жизни встретила. Из него можно сделать… Что же из него сделать? Атакующий амулет или же, наоборот, что-то непробиваемое, защитное? Даже не знаю…

Решила совместить и осторожно разрезала емкость на две части, получив колечко и кругляшок из донышка. Из кругляшка сделаю защитный амулет и повешу на шею, а из получившегося «колечка» — атакующий. Правда, в это колечко три пальца влезет… А собственно, почему бы и нет. Недолго думая разрезала «колечко» еще на две половинки и согнула их в нормальные колечки на два пальца. Немного магии — и они спаяны. Но это все позже, когда я восстановлю ману. А пока подумаю над тем, какие конкретно заклинания туда вплести…

Я, конечно, понимаю, что человек подарил мне мифрил не просто так, особенно когда узнал, что это очень дорогой металл, пусть он еще сам это недостаточно хорошо осознает, — а для установления и закрепления хороших отношений со мной, его… хозяйкой. Хотя он в принципе имел возможность сейчас от меня избавиться, когда я так слаба, видела я этот взгляд… аж пробрало всю, но я ему нужна, так же как и он мне. Без меня он в этом мире долго не протянет. Не будь он рассаром… и он мне не нужен был бы, и сам мог бы хорошо устроиться без чьей бы то ни было помощи.

Так и я не против установления хороших отношений, а очень даже «за». Вообще самые крепкие отношения основаны не на любви, она преходяща, — недаром же говорят, что от любви до ненависти один шаг: сегодня любовь есть и любят до потери пульса, завтра нет — и готовы проломить друг другу черепа, — а как раз на взаимовыгодном партнерстве. Выгода друг от друга может пройти через всю жизнь.

Так что и мне не мешало бы сделать шаг в этом направлении, отдариться за подарок.

С этим я и подошла утром к обессиленному, но довольному Кэррэлу. Гоблинка и вовсе еще не вылезала из палатки, все еще находясь под впечатлением… мне все-таки аж завидно стало… одно дело — получить блаженство от энергии, и совсем другое… Но ничего, я еще свое наверстаю. У нас ведь сотрудничество, ха-ха.

— Прежде чем мы пойдем дальше, я могла бы вплести несколько плетений в мифрил и сделать очень мощную защиту и даже атакующие амулеты. Нам это может пригодиться.

— И Зеленоглазке?

— Да…

— Без дураков?

— Без каких дураков?

— Без подстав, как тогда, с пустыми амулетами? — пояснил человек.

— Да, я больше не буду делать ничего такого, что могло бы принести ей вред.

— Хорошо. А целебные можешь сделать?

— Без проблем, даже лучше, чем боевые, — кивнула я, решив, что в одно кольцо действительно стоит поместить целебное заклинание, а то чуть не загнулась от ножа и своими амулетами воспользоваться не смогла. Мифрил в этом плане более удобен — может срабатывать даже без прямого приказа, как говорит человек, автоматически.

— Отлично. Над этим надо подумать.

— Правда, я еще недостаточно хорошо восстановилась… Но есть один способ, как это сделать быстрее…

— Знаю я твой способ! — хохотнул человек. — Другого нет?

— Это самый простой и полный, ну и приятный. Остальные не так эффективны, рассеивание энергии очень велико, я получу хорошо если треть от того, что могла бы получить при первом методе, — при этом ты будешь выжат так же сильно. Опять же эти методы небезопасны в первую очередь для дающего, особенно в моем случае — ведь я их знаю исключительно в теории, да и то не слишком хорошо: никто же не предполагал, что мне встретится рассар, так что узнала лишь исключительно для общего образования. Ну и насчет определенной приятности тоже можно забыть, особенно тебе.

— М-да…

— Я согласна, — подойдя к нам с хмурым видом, глухо сказала гоблинка, сверкнув на меня глазами.

Большие уши, далеко слышит…

— Чего согласна? — не понял человек.

Да и я сама не сразу поняла.

— Чтобы ты дал ей то, что ей нужно, так, как она хочет…

— Вот как? — удивился Кэррэл.

Да и я тоже, как иногда говорит человек, выпала в осадок. Неожиданно.

— Ты ли это, девочка моя? Может, у тебя жар? Ты не заболела? То убить ее хочешь, то теперь сама меня уступаешь…

— Не надо, я все понимаю, — пробурчала гоблинка, отстраняя руку человека от своей головы. — Я не хочу, чтобы ты пострадал… И к тому же я давно не девочка и в связи с этим скоро не смогу принимать твоих ласк и сама их дарить. Так что пусть это делает она…

— Ам-хам-м-да? — выдал что-то совсем уж невразумительное Кэррэл, и вид у него стал таким придурковатым, что я едва сдержалась, чтобы не заржать.

— Да…

— Даже и не знаю, что сказать…

Я тоже! Три раза «ха», как говорит человек!

Кирилл, он же Кирриэл, названый муж Галлогалы. Будущий папаша, хотя отцовство еще не мешало бы уточнить…

Олграна пришла с инициативой вплести нам в мифрил, в том числе и в бабочек Зеленоглазки, какие-то плетения магического свойства. Естественно, я сразу заподозрил подвох — ну не может она без этого. Но нет, орчанка была вполне искренна в желании помочь, и мое чувство опасности молчало, значит, каких-то пакостей ждать не стоит.

Но речь зашла о недостатке магической энергии, и мне мягко так намекнули, что неплохо бы поработать генератором. В принципе я был не против, но вот Зеленоглазка, с которой я только сегодня ночью примирился, для чего пришлось изрядно потрудиться…

И каково же было мое изумление, когда она согласилась меня уступить шаманке!

Да я вам что, переходящий кубок?! Или еще чего похуже…

Но окончательно меня выбило из колеи ее признание в том, что она давно непраздна.

В натуре, где были мои глаза! Ведь она располнела не от избытка жратвы, хотя ела в последнее время за троих, а из-за беременности. Отсюда и аппетит повышенный.

Я чуть не ляпнул то, за что меня, скорее всего, кастрировали бы прямо здесь, на месте. Дескать, а я ли папаша? Ну, мало ли, может, она успела до меня с кем спутаться? Но мне хватило ума прикусить язык. Как родит, так все и прояснится, и будем исходить из точных данных. А пока считаем, что это моя работа. Шалун, блин…

М-да, дела. Месяца не прошло (или прошло? Совсем счет времени потерял…), как я тут появился, а уже успел залететь… в смысле, залетели как раз от меня… предположительно. В общем, попал я. Опять попал… Что ж, значит, такова судьба попаданца — все время попадать.

— Хм-м… ладно… с этим разобрались… Насчет плетений, когда… м-м… ты получишь энергию, поставь Зеленоглазке в одну бабочку защитное плетение, а вторую зачаруй на здоровье. Как я понимаю, ей в ее положении это очень пригодится.

Шаманка согласно кивнула, добавив:

— Верно, полукровки вообще тяжело вынашиваются, случаются частые выкидыши, и сами новорожденные слабые… Вообще я удивлена, что она до сих пор так легко себя чувствует… Хотя чего это я? Ты ведь рассар, и она все время рядом с тобой, буквально в твоей ауре сидит.

— Мне тоже чего-нибудь надо. Думаю, в первую очередь защиты.

Олграна согласно кивнула.

— Здоровья на случай ранения…

Вновь кивок шаманки.

— А вот с атакующими не уверен… Хотя давай и это до кучи впишем, — махнул я рукой. — Кто знает, что может в жизни пригодиться!

Еще один согласный кивок орчанки. Ну а что, любой каприз за бабки клиента. В моем случае — за энергию…

Что ж, гулять, так гулять, решил я, делая очередной заказ:

— А вот над чем серьезно стоит поработать — так это над моей винтовкой. Можно сделать так, чтобы она стреляла еще и магией? Там мифрила в конструкции хватает.

— Давай посмотрим. Как она вообще работает? — спросила шаманка.

— Вот в этих баллонах, под очень большим давлением, находится воздух. Когда я спускаю курок, часть воздуха вырывается из баллона и выталкивает пулю.

— Просто…

— Ну да, на словах… Проблема только в том, что баллона всего два, и каждого хватает максимум на двадцать полноценных выстрелов. Потом мощность выталкивания резко падает. А закачать их — дело небыстрое… что, как сама понимаешь, в какой-то момент может кончиться весьма плачевно. А если насос еще накроется медным тазом… ну в том смысле, что сломается, — быстро поправился я, видя непонимание в глазах собеседницы. — Он меня уже разок подводил, еще там, дома… Тогда вообще северный пушной зверек… ну, кирдык, в общем. А мне ведь еще и пули надо снаряжать в барабаны. Но барабаны можно еще сделать, они простые в изготовлении, был бы подходящий материал, а вот баллоны…

— Этот вопрос я могу решить довольно просто, — сказала шаманка, продумав секунд пять. — Я подселю в баллон дух воздуха, и как только баллон опустеет, элементаль быстро его наполнит до необходимого уровня.

— О! — воскликнул я в потрясении. — Это было бы замечательно!

— Нужна только энергия, чтобы платить элементалю за работу…

— Ну, я вроде как рассар, — усмехнулся я, — уж чего-чего, а энергии у меня хоть… завались, в общем. Так что пусть берет сколько ему надо, и даже больше, чтобы его погулять на шабашку, то есть подработку для других шаманов, не тянуло, — не жалко.

— Верно, — согласилась шаманка. — С маной для оплаты элементалям их работы проблем у тебя действительно не будет. Гулять на шабашку, как ты говоришь, он не станет.

Я очень обрадовался такому способу закачки воздуха в баллоны. Мне, по сути, их уже трогать не нужно — поставил и забыл. И с насосом теперь можно не беспокоиться (интересно, есть в нем мифрил? Раздербанить можно), а то я действительно несколько нервничал, каждый раз ожидая, что он преподнесет мне неприятный сюрприз. А починить его весьма непросто — если там какая деталька полетит…

— Теперь по поводу магической стрельбы. Можно что-то сделать?

— Свинец — плохой проводник магии, — покачала головой шаманка. — Плетения в нем долго не держатся, день-два — и все… А каждый раз наносить новые — это очень затратно, да и неудобно.

— Печально. А если вообще плетение в мифрил вплести? Поставить какое-то блок-плетение, что в свою очередь будет накладывать плетение на пулю перед самым выстрелом? Энергии у меня полно, запитать все не проблема.

— Это реально, но очень сложно, я не потяну — не мой уровень. Все же не забывай, что я простая недоученная шаманка, а не дипломированный архимаг.

— Ну да… Тогда, может, совсем уж что-то простое впихнуть? Ну, там, стрелять файерболами или сосульками, какими вы с магом перебрасывались?

— Хм-м… можно попробовать, — немного подумав, согласилась Олграна. — Тут, конечно, тоже лучше сработать классическому магу, а не шаману, но за неимением такового… думаю, я справлюсь. Хуже точно не будет.

— Отлично!

— Осталось только энергию получить… — стрельнула она в меня глазками.

— Получишь, — усмехнулся я. — Сегодня и получишь. Эх-х, жизнь моя, жестянка, живу я как… энергогенератор…

Олграна. Шаманка — оружейный тюнингер

О-о! Как же меня… плющит!!!

Я честно пыталась ограничить прием маны от ауры Кэррэла, но не получилось — ведь это такое блаженство, особенно вкупе с телесным удовольствием…

Человек к проблеме подошел явно неформально и выкладывался по максимуму. В итоге я опять пересытилась, так что сама сейчас рассеиваю энергию в пустоту как рассар.

Впрочем, это решаемо: пока у меня переизбыток энергии, надо заняться амулетами, только бы сосредоточиться на них, потому как мысли улетают куда-то не туда…

А Галлогала — надо же, я назвала эту лопоухую по имени — действительно не стала препятствовать… подзарядке, как сказал человек. Так и сказал вечером — ну что, пойдем на подзарядку?!

Сам ведь хочет, паразит, но делает вид, что его гонят на каторжные работы из-под палки! Да и пусть, чем бы дитя ни тешилось… тоже фраза человека.

Вот и амулеты. Все готово. И винтовку человека… прокачала. О духи! Я вообще теперь смогу общаться на своем языке хотя бы мысленно?! Сколько странных слов…

Наконец я пришла в норму. Человек вроде тоже. Он после моей подзарядки вновь выглядел очень уставшим, хоть и не так сильно, как в первый раз. Тоже раскачивается… чем больше и чаще я буду тянуть из него энергию, тем он, похоже, больше будет ее вырабатывать и быстрее восстанавливаться.

Но мне еще работать и работать над тем, чтобы брать столько, сколько мне действительно необходимо… хи-хи… потому как перебор на меня пагубно влияет. Я могу просто забыть о первоначальной цели и во главу угла поставить только удовольствие. Кажется, я уже об этом думала, но не мешает напоминать себе вновь и вновь…

— Вот, готово, — протянула я человеку винтовку. — Как ты и просил, сделала два режима магической стрельбы. Первый режим — ледяные иглы, они будут вылетать из ствола, как и твои пули. И второй режим — файерболы. Они будут слетать с внешней стороны ствола.

— Что для этого нужно сделать мне? Куда нажать, переключить?

— Ничего не нужно нажимать и переключать. Достаточно четко пожелать, чем ты хочешь стрелять, и нажать на курок. И сработает то плетение, что тебе нужно.

— Отлично! Проверим.

Я пожала плечами.

— Давай…

Кэррэл взял оружие наизготовку, осмотрелся в поиске подходящей цели и прицелился в отдельно стоящее от остальной рощицы дерево, после чего спустил курок.

Из ствола вылетела ледяная игла в два пальца длиной, толщиной соответствующая отверстию в стволе, и наполовину впилась в дерево. Хвост раскрошился. Кэррэл нажал еще несколько раз, и оружие не подвело. Только сам ствол покрылся легкой изморозью, которая тут же обратилась в воду.

— Интересно, а очередями оно стрелять может? — поинтересовался человек, обтирая ствол, и прежде чем я успела ответить, вновь прицелился. — Ну-ка…

Кэррэл опять нажал на курок, не отпуская, и винтовка, я сама безмерно удивилась результату, выплюнула сразу несколько игл. Штук десять. Прямо как в его фильмах стреляли автоматы!

Я такого режима работы плетения просто не предусматривала! Но похоже, суть рассара может немного перестраивать готовые плетения под свои нужды. Удивительно!

— Что ты чувствуешь? — спросила я с интересом.

— А я должен что-то чувствовать?

— Легкий упадок сил. Ведь мана на создание ледяных игл берется из твоей ауры, а она напрямую связана с жизненной энергией, и если ты ее растрачиваешь, это должно сказаться на общем самочувствии.

— Я понял, — усмехнулся человек, а потом словно прислушался к себе. — Хм-м, да вроде ничего такого. Да я тут и пострелял-то всего ничего. Может, после более мощных боеприпасов что почувствую? Сейчас и проверим. Режим на гранатомет… в смысле, огонь файерболами.

Человек вновь нажал на курок винтовки, и со ствола сорвался фаербол размером с кулак, с очень плотной и насыщенной энергией структурой, и врезался в дерево, буквально разломив его пополам. Оно тут же загорелось.

— Неплохо…

И опять человек решил поэкспериментировать, выдав целую серию файерболов.

— Зашибись! — воскликнул он восторженно, после того как перепахал склон небольшого холма и перепугал взрывами стадо буйволов, а заодно и полукровок.

Хм-м, теперь они точно после такого представления чудить не станут!

— А сейчас что-то чувствуешь?

— А сейчас — да, есть откат… — кивнул Кэррэл. — Легкое головокружение, чуть помутилось в глазах. Но довольно быстро проходит.

— Тебе нужно быть очень осторожным с мощностью и скорострельностью, а то в какой-то момент можешь истощить себя слишком сильно, — предостерегла я. — Так что не спасет ни твоя сущность, ни тем более амулеты здоровья.

— Да понимаю я, не маленький. Ладно, давай проверим работу элементаля-насоса. Ты ведь его подселила?

Я кивнула.

Человек вставил баллон, над которым я камлала полчаса, подсаживая духа воздуха (вызвала я его с новым бубном быстро, да только все мелкие элементали страшно тупые, и пока объяснишь, что от них требуется, семь потов сойдет) и быстро стравил давление. После чего посмотрел на штучку со стрелочкой из мифрила внутри… Упавшая влево, в красную зону, стрелка почти мгновенно вернулась в исходное положение — в зеленое поле.

— Супер! Теперь я готов сразиться хоть с чертом лысым…

— Не переоценивай свои силы, — оборвала я восторженные крики Кэррэла. — Для простых воинов ты действительно серьезная угроза, но даже для средних магов ты по-прежнему добыча, пусть и обзаведшаяся небольшими зубками… А уж про демонов я вообще молчу, даже безрогих, а для рогатых — так и вовсе муха.

— М-да, действительно, что-то меня понесло, — со смущением согласился человек. — Ладно. Теперь давайте проведем обряд клятвы — вы поклянетесь, что не будете пытаться убить друг дружку, — и можно выступать к замку.

— Но я клянусь, что не буду пытаться это сделать, мне теперь просто незачем…

— Я тоже, — кивнула гоблинка.

— Ничего не знаю, — отмахнулся человек. — Сегодня вы мирные, завтра кому-то моча в голову ударит, критические дни начнутся — и понеслась… Так что давайте магическую клятву.

— Хорошо, — хором ответили мы.

И я пошла готовить обряд…

Глава 14

Кирилл. Двоеженец почти официальный

От того, каким мощным оружием стала моя винтовка, я прямо ошалел! Да с ней реально хоть на целую армию можно в одиночку идти, а еще говорят, один в поле не воин! Чушь!

Правда, как мне позже объяснила, что называется на пальцах, Олграна, работать она как магическое оружие будет только у меня в руках, потому как только я могу обеспечить достаточно энергии. Простой разумный из нее стрелять не сможет, разве что сделает один выстрел и сдохнет от истощения жизненной энергии. Ну еще маги могут работать ею, но им проще и экономичнее оперировать привычными способами плетения боевых заклинаний, а винтовка их быстро истощит.

По сути, мое оружие в плане мощности, а значит, и энергозатратности — кувалда там, где можно было обойтись молотком. Так что винтовка заточена под меня как рассара.

Насос пускать на раздербан в поиске в нем мифрила или хладного железа я передумал. Магия магией, а если она вдруг прикажет долго жить? Мало ли что может случиться и куда меня занести, элементаля могут прогнать другие шаманы (тем более что воздушные духи такие ветреные и непостоянные…), магические настройки могут сбить другие маги, — и что мне прикажете делать в этом случае? Только хватать ноги в руки и бегом. Так что чистая механика остается в строю.

Шаманка провела обряд клятвы, что зеленушки не будут пытаться замочить друг друга. Я участвовал в обряде как наблюдатель, опять висел бесплотным духом, и проконтролировал искренность их намерений, и чтобы не было никаких подводных камней в формулировках, а то поклянутся, а пальцы крестиком сожмут…

Я еще раз… поделился с Олграной энергией — и мы выдвинулись к замку во всеоружии.

Через день втянулись в горы — не скальные, где жили гремлины, а лесистые, сопочные, щедро разбавленные небольшими долинками. Текли кристально-чистые ручьи, зеленела высокая сочная трава. Удивительно, что в таких прекрасных местах никто не живет. Хотя чего это я: если вспомнить, какой маг тут раньше обитал, да какие соседи в степи кочуют, мало кто захочет жить между такими молотами и наковальней.

Полукровки что-то пытались вякнуть насчет того что их вообще-то до границы степи подряжали, а они давно в горах, так что не мешало бы рассчитаться и расстаться подобру-поздорову. На что я заметил, что они напали на нас во второй раз, и контракт меняется, а платой могут считать то, что их оставили в живых, — довольно щедро во всех смыслах. Или кто-то не согласен, что его жизнь стоит дорого? Так что не вякайте. Они и не вякали, особенно после того как я демонстративно поправил винтовку.

Проблему представила речка — широкая, быстрая и дико холодная, берущая начало откуда-то с южных снежных гор с местным Эверестом. Купаться в ней как-то сразу расхотелось — собственно, желания такого даже не появилось.

— Не, я в моржи не записывался, — категорично заявил я, пощупав водицу рукой.

Орчанка спорить не стала и смеяться тоже. Видимо, ей тоже не улыбалось плавать в ледяной воде. Так что она с помощью полукровок быстро подготовила площадку и начала шаманить. Побила в бубен, немного попрыгала вокруг костерка, ритмично позавывав в наркотском дыму, и сказала, что в паре километров севернее есть хороший брод.

Супер.

Выглядела она очень довольной. Похоже, ее возможности работы с бубном растут и по мере прокачки будут расти еще больше. Правда, мне ее прокачка обходится дорого… не умеет она еще сдерживаться и гребет сверх необходимого. Сама призналась, когда я от накатившей слабости чуть не свалился с Зайчика, — хорошо, Зеленоглазка удержала и обругала шаманку последними словами. Олграна клятвенно обещала сдерживаться.

Но я что-то сомневаюсь. Это все равно что наркоманы против наркотиков. Так что мне надо в этом плане поработать. Может, что и получится. Глядишь, научусь ограничивать отток энергии. А там и до контроля собственной ауры недалеко! Но это если и будет, то не скоро…

Что касается результатов камлания, то брод действительно нашелся. Река разливалась на большой площади, скорость течения падала, а также уменьшалась глубина, едва достигая быкам до их… живота. Что не приводило рогатых парнокопытных в восторг, но куда денешься с подводной лодки? Мычи, но бреди…

За речкой нам спокойно пообедать не дали. Стоило перебраться на другой берег, как к нам вышли сразу три ходячих трупака.

— Солдаты мага, вышедшие из-под контроля, при этом сильно отупев, — пояснила Олграна, готовя какое-то заклинание для окончательного упокоения ходячего жмура.

— Постой, — остановил я ее, — дай винтовку в реальном деле опробовать, на реальных целях. А то дерево не дает полного понимания.

Шаманка кивнула, развеяв свою магию, а я прицелился в ближнего жмурика, тянущего к нам свои ручонки с пальцами-крюками. Реально крюками: когти этим бойцам маг отрастил знатные — уродский чудик в шляпе с улицы Вязов просто плачет от зависти. Видно, оружия у мага на всех не хватило, или еще чего, может, просто для устрашения. С доспехами тоже беда. Но зачем им, простым, как я понял, патрульным?

Я выстрелил. Но одна ледяная игла не произвела на трупак никакого впечатления — он лишь чуть дернулся и продолжил шагать к нам. Тогда я высадил в него очередь на два десятка игл.

Жмур упал на живот и, словно немного подумав, через пару секунд пополз к нам. Наверное, позвоночник ему перебил, болезному.

— Прикольно, — невольно хохотнул я, увидев результат стрельбы.

— Что ты видишь в этом смешного? — удивилась шаманка.

— Ежик ползет… молочка ни у кого не найдется?

Ползущий зомби действительно походил на ежика из-за вышедших из спины ледяных игл.

Зеленушки, догнав шутку юмора, чуть фыркнули.

— Ладно, пора заканчивать с этим балаганом. Иголки для зомби нипочем, они — для живых ради перевода оных в неживых. Режим на гранато… файерболы.

Вжух… Ежик занялся веселым пламенем. И чего они так хорошо горят? Ну да, магия…

Вжух, вжух — и остальные два зомбака превратились в ходячие факелы, быстро рухнувшие и догоравшие уже неподвижной кучкой.

— А вот файерболы их хорошо жгут.

После позднего обеда, перемахнув через очередную сопку, мы неожиданно оказались в возделанной долине. У горы жалась деревушка дворов на двадцать, поле засеяно пшеницей, засажено овощами и всем прочим.

Я осмотрел деревню, выстроенную овалом, в бинокль. Убогое зрелище. Дома, построенные из камня, глины и дерева, больше походили на собачьи будки, низенькие, махонькие, покрытые соломой, — ясно, что и пол земляной. Даже не уверен, что собаки стали бы жить в таком убожестве. Жители ходят во всяком сером рванье… Вот они точно воняют будь здоров, тамплиерам на зависть.

— Не думал, что тут вообще кто-то живет, — сказал я удивленно.

— Почему? — в свою очередь удивилась шаманка.

— Ну, маг, его мертвяки…

— Ну и что, что маг, он ведь живым был, не личем, а живым питаться иногда надо…

Вредина, подумал я, перенимает иногда мою язвительную манеру говорить.

— …А мертвяки его как раз охраняли этих разумных, чтобы не разбежались. Я даже думаю, что ему требовалась не столько их продукция, сколько они сами — на опыты и пополнение армии.

— Понятно. Далеко еще до замка?

— Завтра, если таким темпом будем двигаться, к обеду прибудем.

— Черт. Давайте остановимся, поедим нормальной еды, а то от вяленого мяса и всего прочего меня уже тошнит.

— Почему бы и нет…

Подъезжая к деревне, наши янычары сорвались с места и влетели в деревню, хватая прячущихся в домах жителей. Молодух стали споро нагибать или раскладывать на земле.

— Стоять! — заорал я. — Это чего вы тут сейчас устроили, а?!

— Так… — попытался что-то мне объяснить глава разбойников — тот, что Али-Баба, но не баба.

Вот же, сколько едем с ними, а я не удосужился даже имени его узнать. Зачем голову лишней информацией забивать? К тому же я не собирался их брать в команду, как это делали иные герои-попаданцы. Ну их…

— Об косяк, а не так! Живо прекратили разбой! Или мне популярно объяснить?!

Я перехватил винтовку.

Полукровки подчинились, вновь зашнуровывая и натягивая штаны, кто успел их скинуть. Быстрые какие.

Орчанку, впрочем, поведение полукровок особо не шокировало — и не такое видывала, — гоблинку тоже не взволновало — ей вообще все до фонаря, что не касается ее напрямую. Один я цивилизованный чел, маюсь правами других человеков…

Хм-м, про человеков я погорячился. Деревню населяли не пойми кто. Полукровки, в общем, но не только орко-человеки, хотя этих тут было большинство, а похоже, еще и гномья кровь проявлялась, если судить по низкому росту и бочковатости тела, и даже эльфы, если судить по ушам и стройности.

— Мы в своем праве… — все же вякнул Али-Баба.

— У вас нет прав. Сейчас вы сами моя собственность, до тех пор пока не выполните своих обязанностей по сопровождению нас к замку! Я сюда пожрать приехал, а не смотреть, как вы тут оргии устраиваете, — мне это аппетита не прибавит. Я ясно выражаюсь?! Не слышу!

— Да…

— Замечательно. Разбили лагерь в стороне от деревни — и не шалите. Узнаю — накажу.

Разбойники стали выбираться из деревни, хмуро на меня поглядывая. Ну оно и понятно — такой кайф им обломал.

Хотя, наверное, от них действительно стоило отделаться еще на границе степи. Это раньше они нужны были, чтобы всяких гостей отгонять, а теперь я с этой винтовкой сам кого хочешь прогоню.

— Еще раз так глянешь на меня — глаза выну и в задницу вставлю, — рыкнул я особенно злобно глянувшему на меня чистокровному орку. — И тебе, чтобы узреть мир, придется каждый раз снимать штаны и хорошо нагибаться!

Орк от такой перспективы спал с лица и отшатнулся.

— Благодарю вас, добрый господин, — подошел ко мне с глубоким поклоном один разумный — на вид лет пятьдесят, то есть почти старик по местным меркам, волосы короткие, с сединой, сам суховатый, помесь незнамо кого с кем, но вроде человека, орка и, кажется, эльфа. Вот ни видел я еще эльфов ни разу, но почему-то так подумал.

— Да не за что.

Я достал из кошеля серебряную монетку.

— Лучшей еды, какая у вас есть. И овощей с фруктами побольше. Хлеба, каши, какая есть…

— Простите, добрый господин, мы бы и рады услужить вам, да еще за такую щедрую плату, но вам нужно как можно скорее покинуть эти земли и постараться не пользоваться магией…

— Почему?

— Здесь правит очень злой маг. Если он вас заметит, то пленит, а уж что дальше будет делать — только духам да богам ведомо…

— Спасибо за предупреждение…

— Барбет, ваша милость, меня зовут Барбет, и я староста этой деревни.

— Спасибо за предупреждение, Барбет, но на этот счет можешь не беспокоиться. Нету, больше этого злобного мага.

— Ваша милость?! — изумился Барбет так сильно, что его глаза реально стали с полтинник.

— Да-да, несколько дней назад он попытался меня пленить для своих мерзких экспериментов, но, как видишь, я все еще свободен.

— А маг? — с явной надеждой в голосе спросил староста.

И я не стал его разочаровывать:

— Мертв.

— О-о! Вы убили его?!..

— Да. Так что держи монету и неси лучшей еды, а то живот уже к спине прилип.

— О чем вы, ваша милость! Какие деньги, мы в неоплатном долгу перед вами, и накормить нашего спасителя — это самое меньшее, что мы можем сделать! Прошу вас…

— Барбет… давай без этого, — неопределенно махнул я рукой. — Я просто защищал свою шкуру, а не вас шел спасать. Так что держи деньги и неси еды. А вам еще от этого спасения достаться может. Мертвяки со смертью хозяина потеряли контроль и сейчас бродят по окрестностям. Мы когда сюда ехали, троих сожгли.

— Не беспокойтесь ваша милость, сейчас все будет! Тарана! Чего стоишь?! Неси все самое лучшее господину и его спутницам!

Девушка, стоявшая в толпе жителей, ловящих каждое наше слово, которую я своим заступничеством спас от бесчестия со стороны того самого орка, метнулась в один из домов.

— А вы несите стол и лавку господину и его спутницам! А по поводу мертвяков — уж от них мы сумеем отбиться, раз за их окончательное упокоение не будет больше наказания от мага — стать таким же неупокоенным.

— А что, бывало?

— Бывало, ваша милость, — кивнул Барбет. — Они и раньше, случалось, выходили из-под контроля мага и нападали, ну и мы их убивали, и если маг прознавал про то, убийцу самого превращал в такого солдата взамен убитого.

— Ясно. И это… молодчики скоро в обратный путь двинутся, — кивнул я на сопровождающих нас полукровок, разбивавших лагерь. — Так что сам должен понимать, они могут довершить начатое, чему я помешал.

— Спасибо за предупреждение, господин, мы учтем это.

— И это… остальные пусть расходятся по своим делам. А то жрать под взглядом стольких глаз — невеликое удовольствие.

— Слышали, что сказал его милость?! — рявкнул на своих односельчан староста.

Жители деревни, оживленно переговариваясь между собой — новость действительно из разряда сенсационных и судьбоносных, — стали разбредаться по своим лачугам.

Вскоре вынесли лавки, стол и накрыли его нехитрой деревенской едой. Как я и просил, выставили все лучшее, что только было: овощи, фрукты, кашу ячневую, хлеба грубого помола (ну да он вроде полезнее благородного белого), кувшин вина и кувшин пива. Пиво еще ничего, а вот вино дрянное — брага, одним словом.

— Отлично, хоть немного разбавлю эту вялятину. Садись, Барбет…

Староста деревни остался стоять в стороне.

— Ваша милость?

— Давай, не жмись, присаживайся, поговорим о том о сем…

— Как пожелаете, ваша милость.

Староста деревни присел за стол.

— Ешь, пей, нам всего этого все равно не съесть.

Хотя, глянув на Зеленоглазку, я в этом тут же усомнился. Ела она за десятерых. Если я начал поглощать пищу как три дня не евший каторжанин, Олграна тоже от меня не отставала, то самая маленькая по размерам гоблинка переплюнула нас, вместе взятых! Но ей надо, она ведь не столько сама ест, сколько проглотов в своем животе кормит. А будет их, как я понял, больше одного…

— Благодарю, ваша милость.

— Думаю, сам уже догадался послать гонцов хотя бы в ближайшие деревни, чтобы предупредить? — кивнул я на лагерь степняков-разбойников.

— Конечно, ваша милость…

— Ладно, спрашивай. Вижу же, что любопытство тебя гложет, аж корежит всего.

— Да, ваша милость, — немного смутился Барбет.

Его можно понять. Он принимал меня за благородного, да еще мага, а разговаривать с такими лицами всегда непросто. Да еще им, таким затюканным и запуганным магом.

— Я хотел спросить вашу милость — что теперь станется?

— А чего станется?

— Вы убили мага, ваша милость, стало быть, теперь по праву вы хозяин замка и окружающих земель со всем, что на них есть. Будете ли вы его брать под свою руку или же продолжите путь дальше?

— А что, есть проблемы? — поинтересовался я. — Наследники или там какие другие претенденты есть?

— Да вроде не было у него наследников. А что до претендентов, то как узнают, что замок пуст, — так они завсегда найдутся. Слетятся как мухи на падаль, можно не сомневаться, ваша милость.

Это меня тоже несколько беспокоило. Рано или поздно нас попробуют на прочность — не могут не попробовать. Но действительно: волков бояться — в лес не ходить. А главного волка мы завалили, и от остальных, глядишь, отобьемся. Да и деваться, по большому счету, некуда.

— Грех отказываться от такого имущества, — сказал я, — да еще и добытого в тяжелом бою. Такой подарок богов бывает только раз в жизни.

— Ваша правда, ваша милость, — кивнул староста, и на мой взгляд, с облегчением.

Чего это он? Или я ему успел понравиться своими добрыми делами? Вот честное слово, мысли не было таким образом пиариться (разве что подсознательно, очень глубоко подсознательно). А то придет неизвестно кто, всем тиранам тиран, — так прежний хозяин, делавший из них умертвий, будет сущим ангелом восприниматься!

— А тебе какой интерес, Барбет? — все же спросил я, чтобы окончательно разобраться в вопросе.

— Сын у меня там, в замке, ваша милость… одного точно в нежить превратили, видел я его… А второго недавно забрали, может, еще и жив…

— От ты ж… можешь быть уверен, всех узников отпущу. Так что если живой — вернется.

— Благодарю, ваша милость! — бухнулся на колени староста.

— Ладно тебе, дай поесть спокойно…

— Простите ваша милость… не чаял я его уже живым увидеть, а так хоть вновь надежда появилась! Боги нам вас послали…

Олграна и Зеленоглазка независимо друг от друга синхронно фыркнули. А они чего?

— А вообще много деревенек таких под властью мага было?

— Дюжина всего.

Хиленькое мне баронство досталось… Или как его в данном случае лучше назвать? Домен? Манор? Владение?

Да как ни назови… нищета — она и есть нищета.

Но, может, оно и к лучшему, что так мало населения? Как там наша училка по математике, старая мымра, любила повторять, когда недосчитывалась учеников в классе: меньше народу — больше кислороду…

— И все их население из полукровок?

— Да, ваша милость.

— Кстати, отчего так? — искренне заинтересовался я таким обстоятельством.

— Так дальше, через болота, королевства людей начинаются, ваша милость. А там в последнее время полукровкам житья совсем нет, притеснения, гонения… В глуши вроде еще ничего, а в центральных областях, а тем более городах, совсем плохо. Если помеси людей и эльфов, людей и гномов еще ничего, их и опознать-то сложно, то вот тех, в ком течет оркская кровь, откровенно гонят. А недавно, как я услышал от одного к нам попавшего беглеца, и убить запросто могут.

— За что? Почему вообще гонения начались?

— Не знаю, ваша милость. Я уже тут родился, и причины мне неведомы… А предки наши сюда, в ничейные земли бежали. Да вот же напасть, маг этот объявился — и нас всех своими рабами сделал. Скольких он извел — не счесть… Деревень-то изначально было больше, и сами они размерами раза в два больше нашей были.

Я понятливо кивнул.

А что касается гонений — да много ли нужно причин, чтобы начать гонения на кого-то, на тебя не похожего? Надо знати спустить пар народным массам, отвлечь от себя, тиранов любимых, от беззакония, самими творимого, вот и придумали врага — иные. Работу там полукровки у них забирают, плодятся как тараканы, и вообще морды не такие.

Но чистых инородцев — гномов, эльфов да тех же орков — только попробуй тронь, сам в зубы получишь, а самых бесправных и слабых, за кого заступиться некому и податься-то некуда, можно и погонять на радость быдлу. Население — оно всегда подобные развлечения любило, тем более поучаствовать.

— А беглец этот где?

Было бы интересно пообщаться с носителем самой свежей информации об окружающем мире.

— Дык оприходовал маг его, в армию свою… он изначально воем неплохим был, потому и в гвардию попал.

— Понятно. Положили мы эту гвардию… Что ж, благодарствую за еду… Кстати, Барбет, у вас музыкантов хороших случайно нет?

Вспомнил я о своей идее заработка.

— Увы, ваша милость, усладить ваш слух у нас некому. Мой младший еще хорошо играл на дуде, но вот как он сам…

Староста помрачнел лицом. Понятное дело, беспокоится.

Что ж, духовик предположительно есть, если его в ходячего жмура не определили, подумал я. Только инструмент нужно нормальный добыть, а не эти камышовые свистелки.

Теперь еще барабанщика найти, гитаристов пару, или как местные струнные инструменты называются? Кого еще надо?.. Клавишника вроде. Но есть ли у них тут рояли или пианино? В крайнем случае сделаем. Вроде не такой уж сложный инструмент, а вот музыканта под него фиг сыщешь. Будет играть по принципу: не стреляйте в пианиста, он играет как умеет. Беда.

— Сыграет еще… А вообще? В других деревнях есть музыканты?

— То мне неведомо, господин. Да и не до музыки нам было с такой жизнью, ваша милость… — вздохнул староста.

— Понимаю.

— Разве что только теперь?!

Я кивнул. Да уж, угроза стать нежитью исчезла, такое ярмо с шеи спало — отчего бы теперь и не повеселиться от души?!

— Мертвяки! Мертвяки идут!!! — закричал прибежавший к дому старосты мальчишка-пастушок, пасший невеликое стадо деревенских коз в соседней горной долинке.

Деревня загудела как растревоженный улей. Народ высыпал на улицу. Мы тоже вышли, тем более что подмели все, что лежало на столе. Зеленоглазка едва вышла из-за него, переваливаясь как утка или там пингвин.

К деревне со склона, у которого жались домики, действительно, то и дело спотыкаясь, спускалось с десяток ходячих жмуров.

— Ну, это не беда. Мертвяки — не русские, и то, что они идут, не страшно, — сказал я, перехватывая винтовку. Жаль только, никто не понял, что я сказал. — Или, может, вы сами развлечься хотите? — кивнул я на ополчение, готовое дать отпор, вооруженное дрекольем: вилами, лопатами, цепами.

— Если вашу милость не затруднит, то… — староста сделал жест: милости просим.

— Не затруднит.

Я вскинул винтовку и сделал длинную очередь из фаерболов. Мертвяков накрыло точно из автоматического гранатомета. Живые трупаки вспыхнули и опали.

В глазах деревенских я разглядел страх и удивление.

Ладно, пусть думают, что я мага так же положил.

— Ну что ж, часок отдохну у вас — и дальше поеду. А то сразу после трапезы кишки растрясу.

Глава 15

Кирилл. Барон!

Вот и замок. Замочище!

Не уверен, что подобное сооружение вообще можно взять классическим штурмом. Посудите сами: укрепление построено на вершине горы, на выпирающем из нее скальном выступе высотой метров тридцать, буквально с отвесными стенами. Думаю, раньше они имели более пологий наклон, но лишние угловые градусы стесали, полученный камень пустили на строительство, и получилась вертикальная практически идеально гладкая стена.

Сам замок представлял собой одну большую круглую башню из серого, грубо обработанного камня, этажей в девять-десять, с зубчиками наверху, по площади примерно в четыре-пять раз больше основания среднестатистической земной девяитиэтажки, окруженную невысокой стеной, максимум два человеческих роста высотой. А зачем высокая стена, когда замок и так стоит на высоте отвесной скалы?

Ворота как таковые на такой верхотуре, понятное дело, отсутствовали.

А еще наверняка есть подземные уровни, выдолбленные в скале-основании. Так что об общем количестве уровней крепости можно только гадать.

— Е-мое, это же замучаешься постоянно спускаться и подниматься! — воскликнул я, узрев это циклопическое сооружение. — Ходилки отвалятся!

— Там есть эти… подъемники, — просветила меня Олграна.

— Лифты?

— Они самые.

— Ну, тогда ладно… Где он, кстати?

— А вон видишь, небольшая выступающая башенка есть?

— Ага, это, стало быть, и есть лифтерная.

— Еще наверняка имеются внутренние коммуникации, еще один лифт и лестница.

— Ну, это понятно, как понятно и то, что существуют тайные ходы, и даже не один.

Шаманка кивнула.

— Ну что, идем? — спросил я.

И мы пошли, точнее, поехали. И чем ближе мы подбирались к замку, тем величественнее и неприступнее он казался.

— Как ты его вообще выкуривать оттуда собиралась?! — недоумевал я.

— Сначала бы атаковала элементалями земли. С бубном, да после твоей подпитки, мне это не составило бы труда. Они хорошо потрясли бы замок, и чтобы не дожидаться его разрушения, маг вышел бы и атаковал нас.

— И что, этот замок так легко разрушить элементалями земли? — удивился я. — Какое же это к демонам тогда надежное убежище?!

— Нет, конечно, по крайней мере мне одной. Замок наверняка хорошо защищен. Но маг не стал бы это проверять и атаковал, увидев, как нас мало, а там уже вступил бы в дело ты — нашпиговал его хладным железом, а я добила.

— Ясненько…

План прост, как молоток, но, как показывает практика, работают именно простые планы. Чем больше деталей, тем больше вероятность, что что-то пойдет не так.

Однако меня озаботила сама возможность подобного разрушения замка. Пусть даже, по словам шаманки, это непросто.

— А сколько шаманов нужно, или, вернее сказать, сильных элементалей земли, чтобы сровнять этот замок до основания?

— Сложно сказать… все зависит от очень большого количества показателей. Силы защиты и нападающих, типы применяемых плетений…

— А в среднем? Если все усреднить?

— Ну, не знаю… пусть будет тридцать шаманов и двадцать сильных элементалей. Но я повторяю, это все очень относительно, может, и меньше, а может, и больше…

— Да я понимаю…

— Ну а если ты беспокоишься о сохранности замка, будучи его владельцем, можешь особо не тревожиться.

— Что это так? — удивился я.

— Не забывай, что ты рассар, и мы можем призвать на твою ману столько сильных элементалей земли, которые встанут на нашу защиту, сколько не собрать даже камланиям с обильными жертвоприношениями и пяти десяткам шаманов.

— Успокоила…

Ну, она действительно меня несколько успокоила. Но только насчет шаманов.

— А маги? С их так называемой классической магией?

— Увы, Кэррэл, тут моих знаний недостаточно. Я — шаманка, а не маг, но, думаю, мы сможем достаточно эффективно противостоять любым магическим атакам извне, особенно если узнаем о противнике хотя бы за сутки до его появления.

— Понятно, — вздохнул я.

Чего уж теперь, другого варианта у меня все равно нет, так что дареному… быку в зубы не смотрят.

— А теперь постарайтесь меня не отвлекать, я буду просматривать окрестности на наличие ловушек…

Шаманка погрузилась в себя, чуть постукивая в бубен и что-то шепча.

Олграна. Шаманка, достигшая первой намеченной цели в виде безопасного места

Я все-таки добилась своего! Замок практически наш, более безопасного места просто не найти. Осталось его действительно обезопасить от всяких ловушек, оставленных прежним хозяином. А наставил он их тут немало! От кого он так защищался? Не от собственных же мертвяков! Вон сколько понаставил… шагу не сделать, чтобы не вляпаться во что-нибудь.

Наверное, от своих подданных предохранялся. Кто-нибудь отчаянный, доведенный до предела безысходностью или чувством мести за творимые бесчинства — причин может быть целая куча, — мог попытаться проникнуть в замок и попытаться убить мага. Сделать это очень трудно, но если припрет и поспособствуют духи или богиня удачи, кто во что верит, шанс есть у всех.

Все, путь к замку свободен. Хотя окрестности еще чистить и чистить. Потом ставить свои ловушки…

Теперь осталось провести обряд упокоения и, как говорит человек, зачистить помещение от всех, кто так или иначе остался верен прежнему хозяину.

И все, через несколько лет… прокачки, проклятье, вот ведь понацепляла слов от Кэррэла, я стану величайшей шаманкой, каких еще не видела Степь!

И вот часовой обряд завершен… немного замутило, но это пустяки. Проведи я такой обряд до подпитки — и могла вообще отправиться к предкам, а у меня даже потомков нет, чтобы за кем-то присматривать, так что перерождение мне грозило не из приятных…

Хм-м… над этим тоже надо подумать.

Кирилл. Владелец замка

Пока двигались к замку, у нас на пути то тут, то там то и дело едва заметно полыхало слабое свечение. Я так понял, что это шаманка ловушки обезвреживает. Но на всякий случай вперед пустили одного самого хилого бычка из стада полукровок. У них все равно много лишних после битвы с мертвяками.

Но бычку повезло — Олграна сработала чисто, — и мы без помех достигли основания замка. Там шаманка решила немного кайфануть, то есть провести какой-то обряд с применением курилен, и затянулся он на порядочное время.

— Все, все зомби упокоены… — сказала она, закончив бить в бубен и подвывать, приплясывая вокруг вонючего костра.

— Это хорошо… осталось только подняться, — сказал я, кивнув на лифтовую площадку, висевшую наверху.

Ее ведь еще как-то спустить надо. А спускать ее нам никто не спешил.

Однако я оказался не прав! Поспешили!!!

Пол под башенкой лифтерной дрогнул и стал опускаться вниз. Это просто замечательно, а то я уже начал опасаться, что нам придется пробиваться с боем. А как? Лезть наверх? Так никто из нас альпинизмом не баловался, да и снаряжения нет. Разве что шаманка с помощью элементаля земли могла бы проделать проход прямо в толще камня… Но тоже как-то сомнительно.

Да и… это ж сколько мне ее… заряжать бы пришлось?! Разве что напрямую от меня элементаля запитать, как воздушника, что живет в баллоне с воздухом?

Кстати, надо этого элементаля слегка перепрограммировать. А то постоянно держать баллон под большим давлением тоже не дело — рано или поздно начнет пропускать, — пусть нагнетает рабочее давление в баллоне непосредственно перед стрельбой.

Из спустившейся платформы лифта вышел парламентер с веткой в руке, заменяющей здесь белую тряпку — символ переговоров.

Что касается самого парламентера, им оказался знакомый нам с Галлогалой серокожий уродец, что пытались нас завалить камнями в горах между гоблинским лесом и орочьей степью. Хотя при более внимательном взгляде выяснилось, что он несколько крупнее и лик его более благообразен, — похоже, кровь этих гремлинов разбавили человеческой или гномской, или вовсе эльфйской. Но последнее вряд ли, да и насчет гномов сомнительно — людская ДНК доступнее.

Одет этот полугремлин-получеловек оказался в нечто наподобие робы серого цвета из очень грубой ткани, практически мешковины, но сидела она на нем на удивление ладно, прямо как камзол на английском дворецком.

А может, он и есть дворецкий, подумал я. Ну, или там управляющий?

Как выяснилось чуть позже, я оказался прав — управляющий.

Парламентер несмело приблизился к нам неуверенными шажками — видимо, каждую секунду ожидая, что его вот-вот замочат, — и остановился в десяти метрах от нас, по знаку Олграны. Она прикрывала нас магией.

— Э-э… — протянул парламентер, видимо позабыв, что хотел сказать, если вообще знал, когда выходил.

На его месте я бы тоже пребывал в прострации, потому решил помочь парламентеру и спросил:

— Кто таков?

— Пармер, господин… управляющий замком…

— Как ты догадался, Пармер, раз мы тут свободно бродим да шаманим, твой хозяин мертв… Понимаешь?

Парламентер кивнул.

— А посему, по праву победителя, я беру этот замок в свою собственность. Есть ли в замке те, кто может мне помешать вступить во владение?

— Нет, господин, все солдаты совсем недавно пали… — стрельнул парламентер глазами в сторону шаманки, безошибочно угадав истинного виновника сего падежа. — Осталась только обслуга.

Не самая лучшая стратегия сделать ставку на умертвий и зомби, подумалось мне. Разве что маг был полным параноиком и совсем не доверял живым. Но как же тогда обслуга? Ну, обслуга это обслуга, она безоружна и безопасна. Даже яд сыпать бессмысленно — уж магам его выявить труда не составит. Не то что воины: кто-то ведь мог и взбунтоваться и воспользоваться первым же подвернувшимся моментом всадить клинок в спину, или башку отсечь, что надежнее.

— Отлично. Проводи нас в мой замок.

— Следуйте за мной, господин, — поклонился управляющий.

— Секундочку, Пармер…

Я обернулся к полукровкам.

— Ну что, парни, свою работу вы выполнили, вину свои искупили, можете быть свободны. Возвращайтесь в степь… и по-дружески прошу: не трогайте селян. Мир, как говорится, тесен, рано или поздно можем встретиться — и тогда накажу. Лады?

А-ля Али-Баба заикаться о награде не стал — резко повернув своего быка, что-то крикнул своим подельникам, и они устремились прочь.

— Лучше бы их все же было убить… — обронила шаманка.

Зеленоглазка согласно кивнула.

Я лишь сокрушенно покачал головой. Ну, может, орка того действительно стоило вальнуть… самый поганый тип.

Еще мне не нравилось единодушие зеленушек. Подозрительное оно… Как бы мне это боком однажды не вышло. А то еще сдружатся до подруг не разлей вода — вот где ужас-то будет! Устроят они мне веселую жизнь, сам не рад стану!!!

— Веди, Сусанин…

Пармер не стал поправлять меня, своего нового хозяина, а то, может, я самодур какой и за любое пререкание бошки с плеч рублю, — выдрессировал их тут маг, — повел нас дальше, к лифтовой платформе. Платформа оказалась грузовой, так что нам не составило труда поместиться всем, вместе с животными, и еще место осталось.

Я немного нервничал: вдруг уронят — лучшего способа от нас избавиться не придумать, — но Олграна успокаивающе кивнула — дескать, все в норме, я контролирую ситуацию. И правда, доехали мы наверх без происшествий довольно плавно и быстро.

Надо поинтересоваться, на какой тяге все работает. Поскольку электричества тут нетути, в принципе остается всего два варианта — магия и животный привод. Но магия — как-то сомнительно…

Собственно, чего я тут туплю? Вот у меня тут экскурсовод нарисовался.

— Пармер, за счет чего работает подъемник?

— В башне сидит огр, господин, он управляет этим механизмом…

— Огр?!

— Да, господин…

— Никогда не видел огров!

— Если желаете, то тут недалеко…

— Желаю!

Управляющий отвел нас от площадки, мы немного поднялись, и Пармер открыл дверь в «лифтерную». Там среди механизмов притаилась туша огромного существа, закованного в цепи, очень серьезно ограничивающие его свободу. Собственно, он только и мог, что крутить огромный ворот, к которому его когда-то приковали.

М-да… видок там был… а запашок… я сразу же отшатнулся назад. Убирали за огром не так часто, а в сортир его, понятное дело, никто водить и не думал. Ведь махнет такой детина лапищей — и лети-лети, лепесток, через запад на восток…

И вообще я, как цивилизованный человек, ярый противник рабства. Так что надо будет с этим что-то придумать. Или магию напрячь, или еще чего… Ну а пока извини, еще один день ничего не изменит… ну или неделя, месяц, год… в зависимости от того, как быстро что-то придумаем.

— Дальше идем по плану.

— Да, господин.

— А по плану у нас…

Я задумался над тем, что осматривать первым. И вообще не мешало бы познакомиться с обслугой замка.

— Вызови сюда всех, кто следит за замком, — в общем, своих подчиненных.

— Да, господин…

Пармер достал из-за пазухи свисток и с силой в него дунул как заправский боцман…

Я даже заранее поморщился и готовился быстро закрыть уши, но, вопреки моему ожиданию, раздалась совсем тихая трель.

Ультразвук? Магия? Да какая разница! Главное — результат.

И он не заставил себя долго ждать. Буквально через пять секунд на палубу… вот же, блин, аналогии, во внутренний двор замка стали выбегать гремлины в таких же робах, что и на управляющем, но выглядевших крайне неприглядно, драных, мятых и грязных. Да и сами гремлины производили то еще удручающее впечатление. И пованивали серьезно.

Чего же этот маг таким неряшливым был, или просто аденомой страдал и запахов не чувствовал? Хотя чего это я, он же с трупаками возился, а уж они-то точно не фиалками пахли, значит, просто отключил себе обоняние или переключил его так, что этот мерзостный запах стал ему приятным. Представляете, нюхаешь дерьмо, а тебе кажется, что розы. Маги, наверное, еще и не такое с собой сотворить могут.

Минута — и вот они, все полсотни голов, стали в подобие тройной шеренги, о чем и доложил управляющий.

— Здесь только вы, и все? — спросил я, имея в виду расовый состав обслуги.

— Да, господин.

И опять я туплю. Ну зачем магу разбрасываться ценным ресурсом и вводить в обслугу тех, кто занимается натуральным хозяйством, производя ему провизию и будущих солдат. Лучше таких вот уродцев набрать и, судя по их дебильному виду, промыть мозги. Самым вменяемым тут выглядит только управляющий. Оно и понятно — ему иногда думать надо, что и где делать, и отдавать распоряжения, — не магу же хозяйственными мелочами заниматься.

— Ясно. Но кое-кого не хватает…

— Кого, господин?

— Поваров. Не эти же замарашки готовили магу… я их стряпню точно жрать поостерегусь!

— Нет, господин, хозяину готовил лично я.

— Тогда ясно. Но с поварами надо будет все же вопрос решить. Хотя это позже. Насчет остальной обслуги… тоже подумаем позже. Может, и их оставим…

— Господин… — склонился в три погибели Пармер. — Позвольте нам остаться в замке: нам некуда идти…

— Хм-м… поясни.

— Это все, что осталось от моего племени, а наши земли давно поделены между другими племенами и пришлыми полукровками. У нас просто не хватит сил их вернуть.

— Так ты бывший вождь, что ли? — удивился я, учитывая, что управляющий сам полукровка, наполовину человек.

Хотя чего тут удивляться? Взял гремлин в жены человечку — вот и закономерный результат.

— Можно и так сказать, господин.

— Ну, что ж… — я еще раз оценивающе осмотрел строй гремлинов. — Помоем, приоденем, глядишь, и выйдет что. Не выбрасывать же вас теперь на корм нежити… Да и война с переделом территорий мне тут под боком не нужна.

— Благодарю, господин, вы не пожалеете.

— Кстати, где трупаки, что пали?

— Я приказал их в специальную холодную комнату снести, господин.

— Морг типа? Это правильно. А что вообще делали с негодным материалом?

— Маг их уничтожал магическим огнем.

— Придется тебе, Олграна, немного крематорием поработать…

Шаманка только отстраненно кивнула. Сейчас она была не совсем здесь, как я понял, глядела на все отрешенно…

— Ладно, Пармер… веди нас… будем все сверху вниз осматривать. Кстати, где этот маг обитал? — поинтересовался я.

— На самом верху, господин.

— Вот с его комнаты и лабораторий начнем экскурсию.

— Как прикажете, господин. Прошу за мной…

Управляющий повел нас в башню, к внутреннему лифту. Значит, тут как минимум обитает еще один огр, во второй «лифтерной». Минута — и мы на девятом или десятом этаже.

— Сколько этажей в башне?

— Тринадцать, господин.

— Гы-гы! — хмыкнул я как умственно отсталый имбецил. — А подземных?

— Семь, господин.

— Да, нехилый мне замок достался. Настоящая цитадель.

Управляющий провел нас к комнате мага.

— Стойте, — сказала шаманка. — Не так быстро…

Начались пляски с бубном… Это надолго.

И опять я ошибся. За дверью громко грохнуло, хоть дверь, к счастью, выдержала, и Олграна отчиталась:

— Чисто. Можно заходить.

Я открыл дверь и усмехнулся:

— Это ты называешь «чисто»?

В комнате творился настоящий кавардак. Все оказалось перевернуто вверх дном, что-то едко дымило.

— Я в том смысле, что… — пробормотала обиженно орчанка.

— Да понял я, не бери в голову. От магии ты почистила. Что ж, тут особо смотреть уже нечего, идем дальше.

И мы пошли по кругу, один этаж за другим. Время от времени шаманка замирала, начинала бубнить в бубен, и за дверью раздавался взрыв.

По поводу внутреннего содержания замка сказать нечего. Никаких излишеств, статуй, картин, доспехов, еще чего-то, просто голые стены.

Залы в количестве трех штук — один большой, занимавший почти всю площадь замка и два по высоте этажа — третий и четвертый, — и два малых, полутораэтажных, на пятом этаже, стояли в запустении: приемов, понятное дело, маг не вел. Маг вообще оказался тем еще спартанцем: полностью обжитым выглядел только тринадцатый этаж. Дальше начиналась пыль, грязь, затхлость… Особенно много ее оказалось на этаже для обслуживающего персонала. Не продохнуть.

Заглянули в уборную. Ничего так, современненько. Я ожидал увидеть чуть ли не дырку в полу, но нет, унитаз, все дела.

Наличествовала и купальня. Вот она меня поразила своими размерами — настоящая джакузи, слона можно вымыть в ней запросто.

— Это ж сколько воды, и как ее сюда доставлять?! — поразился я.

— А чего ее доставлять? — пожала плечами Олграна. — Тут работают соответствующие амулеты. Они подводят воду по трубам. Есть нагревательный амулет.

— Ну да…

Чего это я мерками своего Средневековья измеряю. Здесь магия рулит.

— Обязательно помоемся сегодня вечером.

Мои зеленушки согласно кивнули.

— Пармер, с завтрашнего дня все силы бросить на очистку замка. Хотя бы по этажу в день, но так, чтобы все блестело как у кота… хм-м, в общем, чтобы все было очень чисто, и сами чтобы почистились. Переоденьтесь в новое, если есть…

— Будет сделано, господин.

— Да, кстати, если хочешь остаться управляющим замка — менять тебя я смысла не вижу, ты тут знаешь все от и до, — придется тебе принести клятву верности. Пойдешь на это?

— Я буду только рад, господин!

— Ладно, продолжаем обход…

Так мы оказались на первом этаже и продолжили спускаться вниз.

— Что там дальше?

— На первом, втором и третьем уровне складские помещения под продовольствие, на четвертом — арсенал, господин.

— А еще глубже?

— Казематы, господин.

— Блин! — хлопнул я себя по лбу. — Я ведь совсем забыл про узников! Веди сразу туда, Пармер!

— Как прикажете, господин…

— Хм-м, — весело усмехнулся я, шагая по лестнице, — интересно, а тут никакая принцесса случайно не томится в темнице сырой?!

— Не знаю, господин…

— Какая еще принцесса?! — в два голоса воскликнули мои зеленушки тоном, не предвещающим мне ничего хорошего.

Нет, ребята, я с ними реально попал…

Но если ревность Зеленоглазки я еще мог понять, то вот услышать что-то схожее от Олграны не ожидал.

Или мне просто показалось? Типа, прогрессирующий нарциссизм, отягченный манией величия, со всеми вытекающими последствиями. Типа, у меня уже две почитательницы, я крут, я супер, я гигант… ну и все прочее.

В конце концов ей нужна энергия, а получать она ее может только во время близости, очень энергичной близости, а если появится еще третья участница, то ей обломится несколько меньше ожидаемого. Я ведь тоже не стальной…

— Спокойно-спокойно, дамы! Это я так, образно, обстановка навеяла… Темный замок, маг-злодей а-ля Кощей Бессмертный, принцесса в заточении. Клише, в общем.

Н-да… взгляды их отнюдь не потеплели. Ну ни капельки! Беда!!!

О гипотетической беде я забыл сразу, стоило только открыться двери в казематы. Ну и духан! Этого просто не описать.

Я направился к первой камере, закрытой толстой деревянной дверью с маленьким окошечком. Там на гнилой соломенной подстилке лежал разумный, претендент в умертвие.

— Пармер, тут есть преступники? Разбойники? — поинтересовался я.

Все-таки у нас не Великая Октябрьская социалистическая революция семнадцатого года, и криминальный элемент, чтобы он, выйдя на свободу, продолжил бесчинствовать, я выпускать из застенков желанием не горел.

— Они все по законам хозяина…

— Нет, ты не понял, я сейчас говорю не о законах мага. Забудь о них. Я говорю о ворах, убийцах, насильниках, что творили беззаконие из собственной прихоти.

— Нет, господин, таких тут нет. Таких маг сразу переводил в солдаты.

— Отлично. Тогда прикажи всех вывести во внутренний двор замка.

Я, уже не в силах выносить запах тухлятины, фекалий и всего прочего, собирался уходить из этого в высшей степени негостеприимного места, но меня остановили.

— Э-э… господин, — замялся управляющий.

— Что-то не так?

— На самом нижнем уровне находится узник, которого я не могу как-то однозначно охарактеризовать. Он там находился еще до моего здесь появления, и…

— А сколько ты тут уже служишь?

— Двадцать лет, господин.

— Долгонько! — изумился я сроку заключения, а не сроку службы, хоть это тоже впечатляет. — Веди, посмотрим на здешнего старожила гестаповских застенков…

Пармер, отдав местному вертухаю приказ выводить всех узников, повел нас на минус седьмой этаж.

Здесь, оказывается, никто не сидел. По сути, весь нижний ярус отвели только под одного пленника. Мне даже интересно стало, кого так долго держат, и еще больше заинтересовало, кто вообще может так долго продержаться в подобных нечеловеческих условиях заключения!

«Правильно, не человек», — заметило мое второе «я», давно что-то не появлявшееся. В спячку оно, что ли, впадает?

Заглянул в окошко, с фонариком на лбу, — и ужаснулся увиденному. Заключенный реально висел на дыбе, прикованный цепями к стене и потолку. Разглядеть, кто там висит, было просто невозможно из-за рванья на теле и длинных, ниспадающих до пола волос, закрывших лицо.

Бр-р…

Если кого-то так разложили и он тут кантуется больше двадцати лет, то отпускать такого кадра представляется мне все же опрометчивым. Надо как минимум узнать, кто это и за что его тут держат. Может, его и дальше стоит тут держать, а еще лучше прикопать.

— Откройте…

Мне открыли дверь, и я чуть не задохнулся от буквально осязаемо навалившегося на меня смрада. Хотя казалось, что вонять сильнее просто не может. Нет, маг реально как-то перестроил свой орган обоняния, чтобы находить в этом запахе удовольствие.

Держа поданный мне факел, подошел к узнику. Тот слабо шевельнулся. Похоже, его не мыли с момента заключения под стражу. На пальцах и вообще всем теле буквально корками сидела грязь. А уж ногти какие отросли!

— Пить… — прохрипел заключенный.

— Воды, живо!

— Нет… не воды…

— А чего? — удивился я.

— Крови!

Меня вынесло из камеры.

Вампир, твою душу!!!

Глава 16

Кирилл. На приемке хозяйства

Если раньше и имелись какие-то сомнения, то теперь все становилось на свои места. И то, как его держат, и что он смог так долго протянуть в застенках в столь чудовищных условиях, и почему его вообще держат в тюрьме. Хотя последний момент тоже не мешало бы прояснить.

Вопрос только в том, что теперь с ним делать. Вампир ведь…

У зеленушек спрашивать бессмысленно. Не нужно быть телепатом, чтобы понять, что они предложат. Секир-башка — и все тут. Они хоть о Сталине еще не слышали, но живут по его заветам: нет чело… разумного — нет проблемы.

Немного отойдя от шока, попытался разговорить узника, но тот практически не реагировал на внешние раздражители. Понятно, кушать хочет.

— Ни у кого лишней крови не завалялось? — поинтересовался я.

На меня посмотрели как на идиота.

Честное слово, не знаю, что на меня нашло, может, решил таким образом шокировать подруг, повыпендриваться. Накатывало на меня такое время от времени желание эпатировать публику. Возможно, это одна из причин, почему я заделался поисковиком зеленых человечков. Необычно ведь.

Вот и сейчас скинул рюкзак, закатал рукав на правой руке. Достал кружку, аптечку, а из нее уже флакончик спирта, резиновый жгут, ватку и иглу от одноразового шприца…

— Что ты хочешь сделать?! — удивилась Зеленоглазка.

Олграна тоже смотрела вопросительно.

Я, не отвечая, демонстративно перемотал руку выше локтя жгутом, дезинфицировал сгиб руки спиртом и, подкачав кровь пальцами…

Дал держать кружку шаманке.

Тут меня откровенно прошиб пот. Дело в том, что я себя еще ни разу не колол — не наркоман, чай, героинщик, — и, как оказалось, это не так-то просто. Но вертать назад, когда уже так изготовился, и все свести к шутке — не дело, сам себя уважать перестану, и усилием воли проткнул кожный покров. Из иглы тут же струей ударила кровь.

— Кружку! Зеленоглазка, сними жгут…

Заключенный на дыбе активно зашевелился. Почуял живительную влагу, кровосос.

Сколько, кстати, можно без последствий слить с человека крови? Вроде бы граммов сто. Или больше? Я решил нацедить полкружки, там как раз наркомовская доза.

Нацедив крови, вытащил иглу и запечатал ранку ваткой со спиртом. После чего взял стакан из рук Олграны, подошел к вампиру, ножом откинув волосы назад (не хотелось к ним руками прикасаться), но тот начал чего-то чудить и отворачиваться.

— Ну, чего воображульничаешь? Кровь, человеческая, не свиная даже…

Как бы то ни было, жажда оказалась сильнее каких-то там причин, по которым, несмотря на желание, он пытался отказаться от угощения.

Припав к стакану, вампир выхлебал его до дна. И буквально на глазах начал преображаться. Исчез дикий взгляд, кожа чуть порозовела, исчезли… ну, по крайней мере уменьшились, совсем уж страшного вида клыки.

— Извини, закуски нет… Разве что чесночку?

Грех, конечно, издеваться над заключенным в таком положении, кем бы он ни был… сказал не подумав. Хотя кто их знает, может, для местных вампиров, вопреки досужим вымыслам моего мира, чеснок — любимое лакомство?

Я уже хотел задать пару вопросов, как вампир меня опередил, спросил, сверкнув глазами:

— Откуда ты узнал, человек?..

— Что узнал?

— Что если дать вампиру свою кровь добровольно, то это делает вампира рабом?!

— Вона как!

Я обернулся к своим подругам:

— Олграна, ты что-то слышала об этом?

— Нет…

— Никто этого не знает, — прохрипел вампир. — Это самая большая тайна вампиров. Если уж на то пошло, то о ней даже не все вампиры знают. Ведь разболтать то, чего не знаешь, нельзя. За разумным, узнавшим наш секрет, нашу слабость, позволяющую нас не то что убить, а поработить, начинается охота, а вампира, разболтавшего его, ждет незавидная участь, и даже смерть станет восприниматься с жаждой.

— А я и не знал, — хмыкнул я.

Вампир немало удивился, но потом кивнул — дескать, от случайности никто не застрахован, ведь именно случайно в свое время установили такой интересный казус с кровью, устало сказав:

— Приказывай, господин…

Но тут меня паранойя схватила за одно место. Я вообще-то доверчивый человек, но с вампирами шутки плохи, как ни с кем другим.

— А не придумал ли ты все это, дружок? — поинтересовался я с ехидцей в голосе.

— Что?

— Об этой вашей самой страшной тайне?

— Зачем?

— Ну а как же! Назвался моим рабом, мы тебя, такого сирого, отпускаем, понадеявшись, что ты в моей полной власти и шагу без моего разрешения сделать не сможешь, а ты, получив свободу, тут всех кусаешь, в свою очередь делая своими рабами, или убиваешь — и здравствуй вольная воля!

— Точно, он это все придумал! — воскликнула Олграна, потянувшись за ятаганом.

Зеленоглазка ее поддержала хмурым кивком, поигрывая каменным ножичком.

Вампир только грустно посмеялся, сказав:

— Действительно красиво получается… но нет, это правда…

Пат, однако. На свою непроверенную способность различать ложь надеяться не стоило. И слов вампира не проверить. Данных нет. Типа тайна.

— Олграна, ты можешь это как-то проверить? — вспомнил я о магии.

— Да…

Орчанка с брезгливостью, стараясь ничего не коснуться, вошла в камеру, покопавшись в связке амулетов на своей шее, выбрала один из желтого камня, потом взялась за бубен и стала проводить шаманский ритуал, спросив в какой-то момент:

— Правда ли все, что тобой сказано о подчинении вампиров через добровольно поданную собственную кровь?

— Да.

Камешек на бубне ярко вспыхнул.

— Вампир не лгал, — признала шаманка.

— Зашибись! — воскликнул я.

— Я не могу выполнить твоего приказа, господин: как минимум мне сейчас мешают цепи, да и не хотелось бы… — отреагировал вампир.

И я понял, что за словами, по крайней мере в первое время, стоит следить, пока он не привыкнет к манере моего общения.

— Это не распоряжение, а так…

Ну и что мне теперь делать с вампиром? Очередное клише, кстати… у скольких ГГ⁶ в подчинении вампиры ходят? В общем, я один из таких героев. Но как поступить? Ситуация меня откровенно напрягала. Вампир — это вампир, даже несмотря на то что я вроде бы как его господин.

— Что ж, если мы тебя раскуем, ты не будешь никого кусать, убивать, убегать и вообще заниматься вредительской деятельностью?

— Нет.

— Считай это приказом… — подстраховался я.

— Слушаюсь, хозяин, — кивнул вампир.

— Но, может, тебе еще нужно крови? А то полстакана, думаю, маловато будет…

— Твоей крови мне хватит на месяц-полтора… рассар.

— Оба-на… — выдал я, уже почти ничему не удивляясь. — А обычной на сколько хватает?

— На три-четыре дня примерно. Крови мага может и недели на две-три хватить, в зависимости от силы. Но это редкое удовольствие.

— Понятно. В общем, сейчас с тебя снимут кандалы, и ты приведешь себя в порядок. И вообще вопрос с питанием такой: нужно крови — приходишь ко мне, и мы как-то решаем этот вопрос. Все ясно?

— Да, господин. Благодарю, господин.

— Зови меня Кирилл. Не нужно этих господинов… а то уже уши вянут.

— Да… Ксиррел…

Я только прикрыл глаза, мысленно простонав, чтобы не выдать многоэтажную тираду с петровскими загибами на великом и могучем. Ну почему никто не может воспроизвести мое имя, чтобы его не переврать?! Неужели оно такое сложное?

Меня это так выбило из колеи, что я забыл поинтересоваться именем узника.

— Поговорим позже… у меня еще много дел. Сейчас тебя раскуют… Как приведешь себя в относительный порядок, найди меня.

Зэк кивнул.

Я, отдав соответствующее распоряжение управляющему, чтобы он напряг нужных работников, поспешно вышел из камеры и вообще покинул казематы. Очень давящее на психику место.

— Думаешь, это хорошая идея? — поинтересовалась шаманка.

— Жизнь покажет…

Фух!

Я глубоко задышал чистым воздухом, вентилируя легкие, изгоняя из них вонь подземелий.

Впрочем, запашок подземелий чувствовался и тут. Что за черт? Осмотревшись, понял, откуда, а точнее, от кого он исходит: от пленников, что столпились забитой изможденной кучей на внутреннем дворе замка.

— Я новый хозяин замка по праву сильного… то есть прежний владелец отправился к предкам.

По толпе полукровок прошло радостное, но сдержанное оживление.

— Я вас всех отпускаю. Сейчас прикажу вас накормить — и скатертью дорога. Да, будьте аккуратны, мертвяки вышли из-под контроля и сейчас бродят по окрестностям в поиске поживы. Что еще? Да вроде все… Хотя нет. Неместные есть? Не обижу, наоборот, на работу в замок приглашу.

— Я, господин, — раздвинув толпу, вышел невысокий крепыш с засаленной растрепанной бородой.

Никак, гном?! Ну, или полукровка, подумал я.

— Кто таков?

— Гонглир, господин…

— Извини за вопрос, ты чистокровный гном или не совсем?..

— Или, господин. Квартерон я. Во мне четверть человеческой крови.

— Как тут оказался?

— Да как и все, господин… Искал место для лучшей жизни, а получилось как получилось.

— Хочешь остаться в замке? Кто ты по профессии? Часом не кузнец?

— Хотелось бы, господин… и да, вы правы — кузнец я.

— Но есть какая-то проблема? — спросил я, отреагировав на грустный голос квартерона.

— Я хотел бы привести семью…

— Не вопрос, Гонглир. Приводи. Тем более сдается мне, что семья твоя тоже рукастые лю… разумные. Пригодятся.

— Благодарю, господин! И вы не пожалеете!

— Пармер!

— Да, господин?

— Прикажи, чтобы приготовили им чего-нибудь сытного да в дорогу дали. Гонглиру особенно, долго не портящееся. Как я понял, ему дальше всех пилить…

— Будет сделано, господин.

— Ах, да, еще один момент: среди вас случайно музыкантов нет? — обратился я к пленникам со своим старым вопросом.

— Я на дудке играю, господин, — после паузы вышел один паренек.

— Ты, я так понимаю, сын Барбета?

— Да, господин, — кивнул с удивлением дудочник.

— Больше никого?

Увы, музыкантов больше не оказалось. Засада.

— Ладно, как поедите — идите по домам, ты тоже. Если понадобишься, позову.

Ну что, вроде сделал кучу добрых дел, можно и поблагодарить себя хорошим ужином. Посмотрим, чего стоит Пармер как шеф-повар. Надеюсь, некромант не был приверженцем живоедения. А то кто его знает…

— Идем, подруги, выбирать себе комнаты…

Мы вновь поднялись на тринадцатый этаж. Магией чисел меня не испугать, так что я решил обосноваться на самом верху. И знаете, мне на экзаменах частенько попадались билеты с тринадцатым номером — и ничего, сдавал их, пожалуй, легче остальных. Пару раз даже шпаргалками пользоваться не пришлось…

Вновь стали обходить комнаты, выбирая для себя жилье. Я, ясен пень, остановился на комнате мага. Ну и чего удивляться, когда зеленушки выбрали смежные?

Вообще мы их обыскали самым тщательнейшим образом. Лично я искал казну. А то мои финансы поют такие романсы, что плакать хочется навзрыд. Есть, конечно, немного мифрила и совсем мал-мал хладного железа, но продавать их — последнее дело.

Нашли. Сундучок, скорее даже просто большая шкатулка. Вот только денег там было — едва-едва закрывало дно шкатулки. Немного каменьев: рубинов, изумрудов, сапфиров. Размеры камней небольшие, с обгрызенный ноготь, чуть больше, чуть меньше — в каратах не разбираюсь. Но оно и понятно: жил маг в глуши, вел натуральное хозяйство, трат практически никаких нет. Деньги в итоге вроде как и не нужны.

Я насчитал сорок три золотых и двести две серебряные монеты. Бронза и медь просто отсутствовали. Ну и камни всех типов общим количеством двадцать шесть штук. Сколько они стоят, я понятия не имел, Олграна тоже представляла слабо, сказав, что камни имеют больше магический интерес, чем материальный.

Шаманка, понятно дело, искала магические прибамбасы и тоже нашла какие-то артефакты, и тоже с гулькин нос.

Зеленоглазка целенаправленно ничего не искала и ничего не нашла. И как результат, она разочаровалась меньше всех. Ей больше одежда мага приглянулась. Великовата, правда, но ушить можно.

Когда поиски подошли к концу, а ценности учтены, явился Пармер с двумя гремлинами, тащившими большой поднос с закрытыми тарелками и прочей посудой. Встали у столика, и управляющий стал все это расставлять. Закуски, суп, зелень, жареное мясо, гарнир из картошки-пюре. Картошка!!!

— Прошу простить меня, господин, за имеющееся у меня время я смог приготовить только это, и ничего более изысканного.

— Все нормально, Пармер, изыски нам ни к чему. А то обожремся, растолстеем и вообще… так что все отлично.

Мы напали на еду после проверки ее шаманкой на яды: таковые отсутствовали. Оголодали с этим осмотром замка и обысками комнат серьезно. Времени улетело — тьма!

— Посмотри на складе, есть дополнительные кровати и прочие принадлежности? Моим спутницам нужно обустроить их комнаты.

— Конечно, господин. Я немедленно распоряжусь, чтобы доставили все необходимое.

— Отлично. Пленники уже покинули замок?

— Да, господин.

— А этот вампир где?

— Все еще приводит себя в порядок, господин…

— Ну ладно, не к спеху. Ему себя действительно долго отмывать да отскребать надо.

Я, обожравшись и хлебнув хорошего вина из запасов некроманта, легко ударившего по мозгам, разлегся на кровати мага. Надо приказать, чтобы белье сменили… Ну а в одежде можно поваляться так. С боков разлеглись зеленушки, благо размеры кроватки это позволяли.

Эх! Хорошо!

Показать им один фильмец, что ли, из серии «XXХ», где присутствует как раз такой половой состав и количество участников? Или самому сначала посмотреть исключительно как учебное пособие? Увы, не доводилось мне раньше так развлекаться, и опыта никакого.

Нет, наверное, рановато… не притерлись они еще друг к дружке так сильно.

«А точнее, поздновато, учитывая срок беременности гоблинки… по крайней мере, размер ее живота», — влезло мое второе «я» с довольно аргументированным комментарием.

И он-я прав. И вообще не мешало бы разобраться с этим вопросом. А то как-то действительно уж слишком быстро у нее увеличивается талия. Я, конечно, не специалист, но у женщин из людей так быстро живот точно не растет. А если учитывать, что причиной его появления все же стал я, то…

И вообще сколько путешествую с ними, а собственно ничего о них так и не знаю. Непорядок.

— Зеленоглазка… а когда ожидаются роды?

— Через два месяца… — ответила она, с нежностью погладив живот.

— Через два?! — прибалдел я от скорости вынашивания.

— Это вряд ли, — скептически заметила Олграна.

— Почему? — спросили мы на пару с Зеленоглазкой.

— Если все же папаша ты…

— Он! — насупилась Зеленоглазка. — Я ни с кем до него не зачинала…

— Тогда тем более. Это чисто у гоблинов всего три месяца срок, а у вас растут полукровки. У людей срок вынашивания больше. Если бы вынашивала человеческая женщина от гоблина, то ей потребовалось бы не девять, а восемь или даже семь месяцев. А гоблинке от человека, я думаю, нужно месяца четыре минимум. Так что тебе придется походить с ношей подольше.

— И похожу!

— Н-да, все равно, даже четыре месяца… это быстро.

— Это гоблины… они вообще самая краткоживущая раса.

— Сколько?

— Тридцать лет максимум. Но и до двадцати редко кто дотягивает. Условия жизни у них никакие. Все остальное как у людей, только берешь девяносто-сто лет — максимальный срок жизни людей среднего класса — и делишь все на три.

— Вот оно как…

Тут меня немного напрягли эти вычисления. По большому счету, я законопослушный человек!

— Зеленоглазка… а сколько тебе лет?

— Я уже взрослая!

— А если в годах?

— По меркам людей ей шестнадцать-восемнадцать лет, так что успокойся, — хохотнула Олграна, быстро осознав причину моей озабоченности.

Ну да, Зеленоглазка никак не тянула на пяти-шестилетнюю. Так что я не педофил. Не надо звонить в «ноль-два».

— Они как мотыльки. Потому у них все происходит очень быстро…

— Это я заметил, — хмыкнул я, подумав о своем.

Довести до блаженства Зеленоглазку куда как быстрее и проще, чем орчанку.

— А орки?

— В этом плане мы практически ничем не отличаемся от людей.

— А эльфы?

— Эльфы живут очень долго! Многие столетия. Иные доживают до тысячи лет. Соответственно и скорость всего остального у них в десять раз медленнее.

Е-мое! Это же сколько надо корпеть над эльфийкой, чтобы доставить остроухой наслаждение?! Я в отпаде!

Если на человеческую женщину или орчанку, берем в среднем, нужен час, то на эльфу надо в десять раз больше!!! Это же надо быть реально гигантом! Это же никакой виагры не хватит! Разве что магической! Но я не уверен, что чисто физически выдержит и не сотрется… впрочем, не будем о пошлостях.

Я начинаю реально уважать остроухих парней и завидовать их выносливости по-черному. Это же, блин, стальные марафонцы! Десятичасовые «забеги» устраивать!!!

К черту эльфиек! Пусть эльфы у станка стоят. Лучше уж с Зеленоглазкой.

«А сколько они тогда вынашивают?!» — заметило мое второе «я» пропущенный момент.

Вот уж точно…

— А гномы? — спросил я с нездоровым любопытством.

— Тоже долгоживущая раса. Лет пятьсот их долгожители вытягивают.

Да… все же полегче, чем с эльфийками, подумал я, но тоже семь раз потом изойдешь. Сомнительное удовольствие. Гномы тоже крепкие парни, но в этом никто и не сомневается при взгляде на них, в отличие от эльфов, глядя на которых кажется, что их плевком перешибить можно. Ан нет, оказывается…

— А вампиры?

Чего это они на меня опять как на врага народа посмотрели? Про эльфов можно спрашивать, про гномов тоже, а вампиры чем хуже? Или они обе о том же, о чем и я, думают?! Это было бы совсем неудивительно, учитывая, с какой темы мы начали этот разговор.

Бу-га-га!!!

И все равно непонятно, опять озадачился я. Ну вампиры и вампиры, чего, собственно, такого? Один у нас в подвале отмывается. Так он мужик, а я не по этой части…

Орчанка, как самая информированная, все же ответила:

— Считается, что они бессмертные…

Ядрит в твою качель! Это же получается… Вот это клыкастые мужики попали, так попали!!! То-то им проще кого-то покусать, инициировать и признать своим дитем, чем лично отпрыска воспроизвести! Триста тридцать три раза «ха»!!!

А уж срок вынашивания вообще зашкаливает всяческие разумные пределы!

«Да не… — усомнилось мое второе «я». — Тут, как и в любом правиле, должно быть исключение, которое его подтверждает. Если уж корпеть над вампиршей, то ненамного больше, чем над человеческой женщиной или орчанкой».

Про огров, троллей, оборотней и гремлинов я даже интересоваться не стал. Да и нет у меня к ним даже гипотетического интереса. Хотя насчет оборотних в человечьей ипостаси не уверен… Ведь это не считается зоофилией, ведь так?

После ужина, когда немного улеглась пища, за разговором, лежа в кровати, — я решил сходить осмотреть замок снаружи. Зеленушки, естественно, захотели составить мне компанию.

Первым делом поднялись на крышу. С нее можно все без труда осмотреть общим планом, ну и потому что ближе всего от спальни. Прошли чердак — и вот мы на самой верхотуре.

Зеленоглазка только глянула вниз и тут же с криком отбежала, приседая.

— Ты чего?

— В-выс-соко…

— Что, высоты боишься? Вот уж не думал.

Глянул сам. Чуть как гоблинка от края не отбежал. Высота реально приличная. Уж нам, современным людям, живущим на девяти-, двенадцати-, шестнадцати— и более этажках, как-то высота уже не так страшна, но тут серьезно дух захватывало.

Олграна с трудом сглотнула, чуток побледнела и тоже отошла от самого края.

А вид какой с высоты открывался! Ух! Жаль, что я не художник! Но вспомнил о своих электронных прибамбасах, начал вести съемку, захватил зеленушек, что при съемке постарались принять более независимые и гордые позы.

Сняв панораму, стал разглядывать крепость более пристально. Выяснилось что крыша не совсем круглая, а скорее квадратная. По углам обнаружились четыре странные плиты. Такие же плиты-площадки увидел внизу на стене, через каждые двадцать — двадцать пять метров.

Да это же площадки под метательные орудия! Понял. А где они, собственно? Естественно, я тут же задумался о вопросе обороны.

— Пармер, а маг вообще с кем-то конфликтовал в последнее время, и вообще?

— Я не знаю, господин…

— Если бы конфликтовал — знал бы. По крайней мере, оружие на стенах точно стояло бы.

— Может, он только на магию рассчитывал? — сказала Олграна.

— Может, но нам только на нее рассчитывать не стоит. Вот только где взять гарнизон?

— Местные жители.

— Можно, конечно, нарекрутировать с два-три десятка, вряд ли больше с двенадцати деревень можно выжать. Но это слишком мало, надо минимум с полсотни, к тому же они не обучены. Проблемка… Ладно, главное, что немедленно опасность нам не грозит, а значит, с гарнизоном мы еще что-нибудь успеем придумать до первых реальных проблем. Пармер, а стрелковые машины вообще имеются в наличии?

— Да, господин, в разобранном виде как раз под крышей. Там же и боезапас на первое время.

— Это хорошо. Вообще я хотел бы увидеть списки всего, что есть и чего не хватает.

— Я подготовлю, господин.

В центре на крыше обнаружился еще один круг метров десять в диаметре, на этот раз из черного камня.

— Что это? — спросил я.

Ответила шаманка:

— Камень для проведения рунной магии. Начиная от создания порталов и заканчивая призывом демона. Отсюда маг и стартовал к нам…

Теперь понятно, почему он взял с собой так мало бойцов: больше при всем желании на площадку не поместится…

Осмотрев все наверху и сверху, спустились вниз. Стены представляли собой не только оборонительное сооружение, но еще и казарму, к нему пристроенную.

Обнаружилась кузня, колодец и конюшня, где сейчас жевали овес наши быки и конь. Конь, понятное дело, от мага в наследство достался. Когда я туда заводил Зайчика, косил на меня злобным взглядом.

К черту его. Мне Зайчика за глаза хватило.

А вот размеры конюшни меня несколько озадачили. Она как раз на десять животных рассчитана. Не маловато ли? С другой стороны, ну о какой кавалерии может вообще идти речь при такой концепции замка? Да и окрестные пространства для кавалерии как-то не годятся. Тут пехоте развернуться бы как следует…

Осмотром тайных ходов — их еще найти надо, Пармер о них ничего не знал — я решил заняться позже. Не горит.

— А теперь давай проведем прием клятвы на верность. И так затянули сильно…

— Я готов, господин!

Шаманка провела обряд, затянувшийся минут на двадцать, — теперь понятно, почему она не горела желанием брать клятвы с полукровок-разбойников: гемор еще тот. Я подумал, что, может, она мне инфу обо всех этих обрядах скинет, буду в курсе всех проблем, а если очень повезет и я потренируюсь, то, возможно, тоже смогу шаманить? О чем ее и спросил, когда она закончила возиться с Пармером.

— Ха-ха-ха! Ну ты меня насмешил, Кэррэл! — согнулась пополам от хохота орчанка.

— А чего такого?

— Нельзя вот так взять и передать какие-то знания!

— Почему? Ты же передала мне знание языка… Чем в данном случае одна информация отличается от другой?

— Это не совсем так. Я передала тебе не знания, а… как же объяснить, — задумалась она. — Язык ты уже знал, свой, и я просто продублировала уже имеющиеся образы другими названиями… не умею я объяснять, просто прими как данность, что передача языка — в этом плане исключение из правила. Есть еще один такой момент: при потере памяти знание языка, как правило, сохраняется. Почему? Так что невозможно передать то, чего ты не знал изначально, и все тут.

— Кажется, я понял…

— А то тогда зачем учиться чему-то долгие годы, если можно взять и скопировать чьи-то знания и сразу же начать ими пользоваться?!

— Логично…

Меня тоже всегда это удивляло в некоторых книгах, где практиковался такой опыт передачи информации. К чему тогда школы, академии? Только для того, чтобы повеселиться в общагах на студенческих вечеринках?

— Силы на сожжение трупаков остались?

— Остались.

— Тащите, — махнул я Пармеру. — Нечего морозилку всякой гадостью забивать.

Через десять минут гремлины в спецовках навалили гору почти из сотни тел. Шаманка вновь вызвала шаровую молнию — элементаль огня, и тот их всех спалил в невесомый прах, что тут же подхватил ветер и выдул из крепости.

После чего мы вновь вернулись в спальню мага… Мою спальню. Надо уже привыкать считать все своим. Не орчанки же… хотя я, по сути, по-прежнему ее пленник.

Гремлины, кстати, давно работали, таскали элементы кроватей и собирали их. По мне, так они не успевали. Впрочем, это не столь важно. Одну ночь зеленушки могут перекантоваться и у меня. Я очень даже не против. Места хватит…

Ну а мы вновь завалились на койку. Я уже хотел достать ноут и поставить последний приличный фильм из фильмотеки, как раздался стук в дверь.

— Да?!

Дверь открылась, и появился вампир, одетый в одежду мага и укутанный в его же плащ, с глубоко накинутым на голову капюшоном. Не иначе свет мешает, хотя порядком успело стемнеть, но солнечный свет сам по себе вроде как не смертелен. Надо все эти моменты уточнить: со светом, чесноком, осиной и крестами… С непривычки опять же сложно — столько лет в полной темноте провести.

Я даже сжалился и, достав свои солнцезащитные очки, бросил посетителю.

— Надень на глаза, легче будет.

— Благодарю… действительно легче…

— Присаживайся, — указал я на кресло, — и давай продолжим начатое в темнице знакомство. Свое имя я назвал, а это мои… подруги Галлогала и Олграна, а как звать тебя?

— Ссашшиллесса, я — королева гнезда…

Вампирша, похоже, не была чужда некоторой театральности, она откинула капюшон и сняла только что надетые очки.

Должен признать, ее красота меня впечатлила. Из не пойми кого там, в камере, она превратилась в настоящую королеву. Длинные серебристо-фиолетовые волосы, большие глаза с фиолетовой радужкой глаз. Там, в камере, кстати, они, кажется, были ярко-красными… не иначе как последствия жажды. Полные губы, тоже фиолетового оттенка. Где она косметику достать умудрилась? Или это ее природное?

Размера груди через такую мешковатую одежду не определить, но выделяется, а значит, по крайней мере вампирша спереди не стиральная доска. Да и сзади, наверное, тоже ничего должна быть.

Хотя чего это я? Да и зеленушки что-то завозились по бокам…

Я засмеялся. Сначала тихо и редко, сдерживаясь, точнее, пытаясь сдерживаться, но вскоре хохотал уже во весь голос не переставая, до колик в животе и слез.

Ну, а что вы хотите: в шутку говорил о принцессе, заточенной злобным магом, — и вот вам, получите и распишитесь, цельная королева!

Глава 17

Ссашшиллесса. Вампирша. Королева гнезда и пленница некроманта

Еще сутки… Сколько я уже здесь болтаюсь на цепях?

Проклятье, даже вампирская способность определять прошедшее время отказывает, даром что мы бессмертны и время для нас как таковое в принципе не имеет значения.

Я даже не могу определить, какое сейчас время суток… Для вампиров, особенно для молодых, я уже молчу об обращенных, это наиважнейшее умение. Где бы ты ни находился, всегда точно знать время суток, иначе можно сильно пострадать.

Проклятый маг… Как бы я хотела впиться тебе в глотку и высушить тебя до дна! Но зачарованные цепи мешают. Не порвать. И если бы у вампиров имелся свой бог, я уже давно променяла бы свою жизнь на одну эту возможность! Только лишь возможность!

Впрочем, не уверена, что моя жизнь в таком состоянии многого стоит, чтобы вампирский бог, если бы он существовал, ответил мне на мои мольбы. А остальные боги не ответят — ведь у вампиров нет души… нас просто не слышат и не видят.

Может, и богов вампирских нет, потому как просто нечему обожествляться? Оттого и живем сами вечно? Хотя какая между этим может быть связь? Разве что вампиры подобны богам в вечной жизни… А раз мы существуем в плане смертных и имеем это подобие, то остальное для нас недостижимо?

Да и не верю я в отсутствии у нас души. Мы же не нежить какая-то… И что с того, что она не определяется и невидима привычными способами, изобретенными для людей и прочих рас? Это еще ни о чем не говорит. Мы, вампиры — особая раса во всех отношениях. Наша душа защищена на порядок сильнее, чем у остальных рас, ее просто так не вышибить и не уничтожить, а значит, и не увидеть.

Впрочем, какая разница — есть у нас душа, нет у нас души? Но что еще делать в таком состоянии, когда поделать ничего нельзя, — только размышлять о вечном, на отвлеченные темы. Это все, что мне остается…

И жажда…

О-о, как же меня изводит жажда!!! Проклятый некромант! Куда ты подевался, гнида такая? Ты еще пять дней назад… (или уже семь?) должен был прийти с кормежкой! Ш-ш-ш…

Но что это? Сюда идут… Но нет, не маг с пищей. Тогда кто?! Кто вообще сюда мог попасть без него, кроме этих коротышек?!

Я глубоко вдохнула и сквозь смрад — вот еще одна пытка, я не могу привыкнуть к этому запаху падали, а он мне совсем не по нутру, кто бы чего ни думал о вампирах (мы — не обращенные, что иногда доходят до состояния грязных животных, сходя с ума), — и почувствовала свежий запах.

Человек! Орчанка! Именно орчанка, а не орк, это я еще могу определить точно. А это кто? Гоблинка?! Вот уж странная компания. И запаха страха нет… лишь брезгливости: они не пленники!

Открылось окошко, и меня даже сквозь спутанные волосы и плотно закрытые глаза, через веки ослепил яркий свет. Не живой огонь от факела и не магия… Что?

Ах-х-ш-ш… клыки выросли на инстинктах, я практически не контролирую себя. Это плохо…

— Пить… — прохрипела я, уже не в силах выносить жажду.

Хоть маг и кормил меня, но он держал меня на голодном пайке, чтобы только-только не дать мне впасть в спячку: еще день-два — и я засну. В таком состоянии он от меня, превратившейся в сухую мумию, ничего бы не получил.

— Воды, живо!

— Нет… не воды…

— А чего? — удивился человек.

— Крови!

Человека вынесло из камеры. Понятно, вампира он увидеть никак не ожидал.

А потом он меня удивил, сцедив собственной крови.

Проклятье! Только не это!!! Чтобы я, королева гнезда… пусть давно и без семьи, подданных и обращенных… стала рабой человека?! Ни за что! Моих сил еще хватит отказаться от крови. Лучше впасть в спячку…

О! Кто бы ты ни был, что ты творишь со мной?! От такого невозможно отказаться!

Кровь пахнет так одуряющее! Он — маг? Нет, я пробовала их кровь, и не раз… это что-то иное! Гораздо более притягательное…

Напрягшись, я посмотрела истинным зрением, вампиры это могут, и чуть не ослепла от сияния ауры!

Рассар!!!

— Ну, чего воображульничаешь? — спросил он недовольно. — Кровь, человеческая, не свиная даже…

Я не выдержала и припала к кружке. О! Какое это блаженство! Кровь рассара! Наверное, я первая из расы вампиров, отведавшая его кровь!

— Извини, закуски нет… Разве что чесночку?

— Откуда ты узнал, человек?.. — спросила я.

Мозги туманило, как бывает с человеком после хорошей дозы крепкого алкоголя. Я едва себя контролировала. А как же, после долговременного голода хлебнуть крови рассара — все равно что человеку выпить натощак кружку крепкой браги. Валит с ног.

— Что узнал?

— Что если дать вампиру свою кровь добровольно, то это делает вампира рабом?!

— Вона как! Олграна, ты что-то слышала об этом?

— Нет…

— Никто этого не знает, — прохрипела я, понимая, что допустила ошибку и проболталась, как неразумное дитя, но уже не могла остановиться. — Это самая большая тайна вампиров. Если уж на то пошло, то о ней даже не все вампиры знают. Ведь разболтать то, чего не знаешь, нельзя. За разумным, узнавшим наш секрет, нашу слабость, позволяющую нас не то что убить, а поработить, начинается охота, а вампира, разболтавшего его, ждет незавидная участь, и даже смерть станет восприниматься с жаждой.

— А я и не знал, — хмыкнул человек.

И я поверила ему. Так притворяться невозможно, да и мои чувства после крови рассара обострились, так что я легко отличала правду от лжи.

— Приказывай, господин…

Но человек усомнился в моей правдивости и привел доводы в пользу такого сомнения, и я вынуждена была признать, что они логичны. Потом шаманка обрядом проверила правдивость слов и подтвердила их.

— Зашибись! — приказал мне человек.

— Я не могу выполнить твоего приказа, господин: как минимум мне сейчас мешают цепи, да и не хотелось бы… — ответила я.

— Это не распоряжение, а так… Что ж, если мы тебя раскуем, ты не будешь никого кусать, убивать, убегать и вообще заниматься вредительской деятельностью?

— Нет.

— Но, может, тебе еще нужно крови? А то стакана, думаю, маловато будет…

— Твоей крови, мне хватит на месяц… рассар.

— Оба-на… а обычно на сколько хватает?

— На три-четыре дня примерно. Крови мага может и недели на две-три хватить, в зависимости от силы. Но это редкое удовольствие.

— Понятно. В общем, сейчас с тебя снимут кандалы, и ты приведешь себя в порядок. И вообще вопрос с питанием такой: нужно крови — приходишь ко мне, и мы как-то решаем этот вопрос. Все ясно?

— Да, господин. Благодарю, господин.

— Зови меня Кирилл. Не нужно этих господинов… а то уже уши вянут.

— Да… Ксиррел…

Человек, немного пожевав губами, приказав меня расковать, ушел. Вскоре действительно появились эти мерзкие коротышки и принялись меня расковывать. Поддержать меня никто не подумал, и я рухнула в собственные нечистоты.

— Твари!

Хотела порвать этих недомерков, несмотря на пожелания моего нового господина, но при всем желании просто не смогла этого сделать. Я не могла даже пошевелиться. Слишком долго я провела в одной позе, и даже у вампиров мышцы затекают…

— Приготовьте мне бочку с водой и все принадлежности для купания…

О-о! Какое же это блаженство вновь ощутить себя чистой! Правда, для того чтобы это ощутить, пришлось трижды сменить воду и израсходовать три кувшина с жидким мылом, извести кучу мочалок, но оно того стоило.

А уж времени сколько ушло на омовение! Нехорошо заставлять хозяина так долго ждать, можно его прогневить и получить наказание, но и я королева! Так что подождет…

Получив одежду мага — другой тут просто не нашлось, — пошла к странному человеку, мало того что рассару, так еще и дружащему с орчанкой, это вроде бы понятно, бывает, но с гоблинкой?!

Когда попросила свою прежнюю одежду, этот управляющий только руками развел. Сгнила. Сколько же я тут томилась, что даже одежда сгнить успела!..

И вот я предстала пред очами рассара, возлежавшего со своими спутницами. Ну и человек…

Глаза, отвыкшие от света, сильно слезились.

— Надень на глаза, легче будет, — бросил мне человек странную штуку с темными стеклами.

Я надела.

— Благодарю… действительно легче…

— Присаживайся, — указал Ксиррел на кресло перед кроватью, — и давай продолжим начатое в темнице знакомство. Свое имя я назвал, а это мои… подруги Галлогала и Олграна, а как звать тебя?

— Ссашшиллесса, я — королева гнезда… — представилась я и откинула капюшон.

Человек чуть изменился в лице, среагировал на мою внешность, а потом неожиданно для меня, да и для его подруг, покатился от хохота.

Чего такого смешного я сказала?! Да, у меня нет гнезда, но это не отменяет моей сущности!

Человек смеялся долго, аж скрючился весь… сипел, хрипел, то и дело пытался что-то сказать, но его душил смех.

— В-вы… з-знал-ли?! — кое-как наконец выдавил он из себя, все еще содрогаясь от приступа смеха.

— Что? — спросила орчанка.

— Ч-что она ж-женского р-рода?

— Ну да… мы думали, что ты тоже понял…

Гоблинка кивнула.

— Ох-х… не могу! — вновь засмеялся человек, а потом сказал странное: — Рыбак рыбака… ненавидит издалека…

Утерев выступившие слезы, человек принял более удобное положение, опершись спиной о спинку кровати.

— Ф-фух… извини меня, Ссашши-ллесса… — так искренне извинился человек, что я его тут же простила, хотя готова была уже наплевать на подчиненное положение и убить его за оскорбление. — Кстати, по поводу имени: сложновато оно для меня. Язык заплетается. Есть какое-то укороченное?

— Нет.

— А если я буду звать тебя Саша?

— Как будет угодно господину.

— Давай без этого, — неопределенно махнул рукой человек. — Не нравится — так и скажи.

— Я не против… — ответила я, подумав.

В конце концов, он не издевается надо мной, сокращая имя. У людей вообще так принято. Они друг друга вообще по кличкам часто зовут, как собаки какие-то.

— Хорошо. В общем, так, Саша, давай расставим точки над «ё»…

Я не поняла.

— Забей, — отреагировал человек на мое невольное выражения недоумения. — Это такая буква…

— Что забить? — совсем запуталась я.

— Забей на «забей»… тьфу ты… не обращай внимания. Итак, мне нужно понять, как с тобой быть. Как ты поняла, прежний хозяин скоропостижно скончался, оставив мне этот замок в наследство…

Я кивнула. Глупо думать иначе. Про наследство — это, конечно же, юмор. Человек, похоже, вообще любит некоторую иносказательность, игру слов.

— Всех пленников я отпустил, но ты — несколько иная категория.

И вновь я кивнула. Полагать иначе еще более глупо. Я — королева. И вампиресса. Высшая!

— Твои предложения?

— Отпустить ты меня не можешь? — насупилась я, ожидая однозначного ответа, и вопрос задала, просто чтобы окончательно в этом убедиться.

— Почему? Могу… Мои подруги так и вовсе всеми руками за подобный исход…

Вот тут меня этот человек удивил по-настоящему. Кто же в здравом уме и твердой памяти откажется даже от простого вампира-раба?! Даже от обращенного, не говоря уже об истинном, да еще высшем?! Это же такие возможности! Вампиры лучшие солдаты этого мира, особенно истинные. Быстрые как молния, выносливые, трудноубиваемые.

Мало кто может потягаться с нами в открытой честной схватке. Разве что эльфы да лучшие из лучших из людей, по брови накачанные различными эликсирами скорости, выносливости и жизни! Ну и паладины, конечно же…

А может, он как раз сумасшедший? Вон и гоблинку с орчанкой в подруги завел… Сумасшедший рассар — это опасно, и быть его рабой еще опаснее, мало ли что взбредет ему в голову. Но на сумасшедшего он не похож… видела я их за свою жизнь во всех проявлениях.

— …Я вообще противник какого бы то ни было насилия и рабства во всех проявлениях. Потому ты, как рабыня, мне не нужна. Да и как не рабыня тоже, — добавил человек, попеременно покосившись на своих подруг — то на гоблинку, то на орчанку. — Но вот как свободная особа ты мне не подконтрольна, а зная твою природу — опасна. Мне нужны лишь определенные гарантии безопасности себе, моим подругам и окружающим меня разумным, в том числе деревенским жителям моего… хм-м… баронства. А то, знаешь, не хочется однажды проснуться и обнаружить, что ты уже мертв и надо засыпать теперь навсегда. А не хочется…

Его подруги фыркнули.

— Ну и охотиться потом за тобой, бегая по горам, когда ты кого-то куснешь, тоже настроения особого нет.

Я в свою очередь смеяться не стала. Рассар есть рассар. Все их возможности неизвестны. Вполне может выследить даже высшего вампира и убить. Кто знает? Такие случи неизвестны, так что недооценивать его как противника нельзя. Вот и некроманта этого как-то ведь убил, хотя в магии они не сильны. Может, шаманка подсобила?

— Я могу дать такие гарантии…

Человек повернулся к орчанке-шаманке с немым вопросом. Та кивнула.

— Отлично. Сегодня Олграна уже не в форме, так что завтра дашь такие гарантии — и скатертью дорога на все четыре стороны, — тебя никто не держит, и ты не задерживайся.

— Но… я хотела бы остаться, — сказала я, прежде подумав.

— Зачем это?

— Мне нужно некоторое время, чтобы набраться сил… — ответила я.

Человек легко усмехнулся. Почувствовал, что я сказала не все — не солгала, хотя до лжи недалеко: сил сейчас у меня полно, — а именно недоговорила. Он — рассар, с ним не стоит играть в словесные игры, он почувствует ложь, так же как и высший вампир. Но спрашивать ничего не стал. А то я не знаю, что пришлось бы говорить. Я действительно хотела остаться не только и не столько для того чтобы набраться сил, сколько в надежде вновь отведать его крови… Это… что-то с чем-то!

— Кстати, за что некромант тебя держал в камере? — спросил человек, сам уходя от опасной для меня темы.

— Ни за что.

— Как это?

— Я требовалась ему для экспериментов…

— И что он делал?

— Не знаю. Он просто приходил и, покормив, забирал у меня немного крови. А что он с ней делал, я не представляю.

— Как же он тебя вообще поймал?

— Обманом, конечно, — скрипнула я зубами от ненависти. — В королевствах людей как-то началась целенаправленная охота на нас… начали разорять наши гнезда.

— А до этого что, не трогали?! — искренне удивился человек.

— А чего нас трогать? — в свою очередь немало удивилась я.

— Ну как же, вампиры, нападаете на людей, выпиваете досуха…

— Кто тебе сказал такую чушь?! — возмутилась я. — Сколько прошло лет? Какой сейчас год?!

— Семь тысяч двести третий от пришествия Ольера, — ответила орчанка.

— Двадцать шесть лет… — пробормотала я. — Теперь понятно, что люди насочиняли о нас столько всяких небылиц… люди всегда имели очень короткую память.

— А если поподробнее? — попросил Ксиррел.

— Ни на кого мы просто так не нападали… Мы вели вполне обычную законопослушную жизнь. Немного затворниками в своих гнездах — замках, но это понятно: свет нам неприятен, даже высшим, что уж говорить об обращенных, вообще сгорающих на солнце. Да, нам нужна кровь, но мы никогда не охотились на людей как на зайцев… может, в далекие темные времена, еще до пришествия Ольера… может, кто-то из старейших еще помнит те времена.

— А обращенные? — спросил человек с легкоуловимым подтекстом.

— Как правило, преступники, — не стала я отрицать. — Мы выкупали их — и они становились нашими слугами, солдатами.

— Что, совсем не было причин для нелюбви? Быть такого не может…

— Конечно, время от времени случались эксцессы, у всех есть свои преступники, были они и среди нас, еще чаще срывались обращенные, несмотря на все проведенные ритуалы контроля, но мы всегда быстро разбирались с ними…

— Просто вы другие, и ваши даже обычные преступления рассматриваются с большим пристрастием.

— Да. Думаю, причиной последних гонений стало преступление одного обращенного… за ночь он с особой жестокостью убил больше десятка человек. С тех пор началось… Люди разорили десятки наших гнезд, в том числе и мое. Я с остатками своей семьи вынуждена была покинуть королевство и уйти в горы. Здесь меня нашел и предложил службу некромант, будь он проклят… Но это оказалась ловушка. Всех обращенных он убил сразу. Истинные протянули лет десять — тогда он очень активно занимался своими экспериментами и лил нашу кровь очень обильно. В конце концов, осталась только я… высшая.

— Сочувствую…

— Благодарю, Ксиррел, — склонила я голову.

— Что ж, подбери себе понравившуюся комнату, да, две ближние заняты… и спать. Хотя о чем это я? Ночь для вампиров — день для людей, да?

Я кивнула.

— Кстати, а это правда, что вампиры не отображаются в зеркалах?

— Что за чушь! Чего только люди не придумали о нас за столь краткое время! Отражаемся мы… Скорее всего, это заблуждение пошло от того, что не отображается в амулете под названием Око, его еще называют зеркалом из-за формы, наша душа из-за отсутствия таковой. Вот и переврали — и пошла гулять небылица.

— А как насчет осины, серебра и чеснока?

— А что с ними? — не поняла я.

— Ну, дескать, они наиболее опасны для вампиров. Их этим легче убить.

— Да ничего подобного. Вот хладным железом или зачарованным мифрилом — это да…

— А как насчет перехода в туман? По-моему, это как раз самая большая небылица…

— А вот и нет, — грустно усмехнулась я. — Это могли делать древние вампиры…

— А нынешние?

— Увы…

— А почему?

— Не знаю… многие знания были потеряны во время Войны.

— Какой войны?

Я с удивлением уставилась на человека. Всем известно, о какой войне идет речь, когда говорят просто: Война. Кто он такой, если не знает прописных истин? Или за двадцать шесть лет так все сильно изменилось?!

— Той самой…

— Но почему?

— Во время Войны архимаги и паладины убили всех высших, способных на переход в туман. Просто некому стало инициировать других высших.

— Но как-то же те, самые первые, высшие появились…

— Да, но мы не знаем как, и не знаем, как повторить самопроизвольную инициацию. Поверь, опытов проводилось очень много. А сколько высших погибло во время них…

— Ну ладно, — кивнул рассар, — иди займись чем-нибудь, а нам баиньки пора. Хотя постой, последний вопрос…

— Да?

— Ты случаем на каком-нибудь инструменте играть не умеешь?

— Да практически на всех! — усмехнулась я.

— Вот это удача! — отчего-то обрадовался человек. — А петь? Как голос?

— Сейчас не очень, еще не восстановился, но раньше он считался весьма неплохим. Впрочем, как и у всех высших.

— Еще замечательнее!

— Ты хочешь сделать меня придворной менестрелем-певицей?! — удивилась я, не зная даже, обижаться на такое предложение или нет. Я все-таки королева!

Рассар, что с него взять!

— Нет… Но ведь нахождение здесь тебе надо будет как-то отрабатывать, у тебя все равно ничего нет, так что для тебя будет непыльная работенка!

Его подруги чему-то усмехнулись.

Что ж, он прав: будь я хоть трижды королева, но отрабатывать проживание надо.

Поняв, что продолжения больше не будет и я свободна, встала и покинула спальню человека.

Что ж, могло быть и хуже… намного хуже.

А что касается отдыха, то уснуть сегодня я при всем желании не смогла бы. Меня всю распирало от энергии, хотелось бегать аж по потолку! Кровь рассара и запах свободы — гремучая смесь.

Олграна. Шаманка

Обнаружение в казематах замка вампирши оказалось большой неожиданностью. Еще большей неожиданностью стало то, что Кэррэл, сам того не подозревая, поработил ее, добровольно дав испить ей своей крови, и как выяснилось позже, не просто вампиршу, а высшую, да еще и королеву гнезда, правда, без самого гнезда, что к лучшему.

Замок произвел на Кэррэла неизгладимое впечатление своей монументальностью и неприступностью. С наскока его не взять, и он согласился, что это самое безопасное место, которое только можно представить. Осталось решить некоторые мелкие бытовые вопросы — и можно начать… прокачиваться.

Но вот что касается вампирши… Лучше бы от нее отделаться. Красивая к тому же… внешне люди и вампиры почти ничем не отличаются, и неудивительно, что Кэррэл на нее явно запал. Но, к моему удивлению, человек согласился от нее избавиться, сделав свободной, если та покинет нас, дав магические гарантии.

Я испытала большое облегчение… только с чего бы это? Какое мне вообще дело до того, будет здесь вампирша или ее здесь не будет? Это гоблинке надо беспокоиться, это у нее любофф, а мне нужно только одно.

Или… Я невольно прислушалась к себе, — как говорит человек: любовь зла — полюбишь и козла. Но потом резко бросила это занятие. Еще чего?! Да ну все к демонам!

И кроме того, как выяснилось, мое облегчение вышло преждевременным. Эта клыкастая кровососка попросилась остаться в замке. Видите ли, ей нужно набраться сил!

Ага, как же, сил ей надо! Вон как ее всю распирает от крови рассара! Это уже не просто желание насытиться, утолить жажду, это… это мне знакомо. Просто она получает кайф от крови, а я от переизбытка энергии на аурном уровне.

Впрочем, какое мне дело?! Сумеет выпросить крови у Кэррэла — ну и пусть ее кайфует от крови. А мне дела нет… нет дела. Главное, чтобы в постель не залезла, иначе мне меньше достанется… Гоблинка — та выбыла из игры как минимум еще на три месяца, и этим временем я должна воспользоваться на полную катушку!

Вот вампирша ушла.

— Думаю, сегодня киносеанс отложим, — сказал Кэррэл.

— Конечно, — с готовностью согласилась гоблинка.

Я только кивнула.

— Кстати, Олграна, а ты только на бубне играть умеешь или еще и на нормальном барабане сможешь? А лучше сразу на нескольких…

— Не знаю…

— Это мы проверим! Слух у тебя определенно есть… Сделаем барабаны и проверим! Итак, потенциально у нас есть духовик — сын старосты деревни Барбека, ты — барабанщица, вампирша — пусть будет гитаристкой и певицей, если не врет насчет голоса. Остается найти еще одного гитариста и клавишника. Вампирша может научить играть на гитаре… Зеленоглазка, может, ты попробуешь? Все занятие будет…

— Почему бы и нет, — согласилась гоблинка.

Она на все согласна, лишь бы угодить Кэррэлу. И куда только делась ее гордость потенциальной верховной матери?

— Отлично. В крайнем случае вампирша научит еще кого-нибудь играть на гитаре, а сама обучится на пианино тренькать. Вот и группа! Несколько месяцев на тренировки — и можно начинать записи делать! Кстати, какую войну имела в виду вампирша?

— Семь тысяч лет назад случилась большая война, и случилось так называемое пришествие Ольера. Полубога… Тогда, кстати, и появились Проклятые земли. А вот, кто с кем воевал и почему, тут я не в курсе.

— Ладно, потом как-нибудь узнаем… Все, спать.

Человек сбегал в уборную и, скинув одежду, завалился в кровать.

Наши с гоблинкой спальни были еще не готовы, так что пришлось остаться у Кэррэла. Впрочем, гоблинка была совсем не против, ну и мне особо стесняться нечего… даже необычно как-то… и энергию от его ауры получаю даже так, всего чуть-чуть, как бы собираю то, что свободно истекает, не то что во время близости, когда я целенаправленно выкачиваю, но и это дает заряд.

Хм-м… пожалуй, надо ввести такие ночевки в привычку. Буду получать энергию каждую ночь и от близости, и просто от сна поблизости.

Галлогала. Гоблинка

Плевать на вампиршу. Одной больше, одной меньше…

Да, раньше бы я так не подумала, и орчанка тому пример: чуть не убила ее. А сейчас… я все равно не в состоянии его приласкать, так пусть это делает другая, а орчанка это будет или вампирша… без разницы.

Главное, что он отец наших детей, он меня любит, я это чувствую, и наши дети будут расти в безопасном месте, где им ничто не будет угрожать.

Главное — дети…

Глава 18

Кирилл, он же Кирриэл, он же Кэррэл, он же Ксиррел. И наконец, попаданец, рассар, барон и гражданский двоеженец. Фух…

Начался новый день. Проснувшись и осторожно убрав левую руку Зеленоглазки со своей груди, а правую ногу Олграны — с живота, в свою очередь высвободив правую руку из ее захвата, поплелся в… уборную. В замке мы живем третий день. Занимаемся всякими бытовыми мелочами. Я составляю план замка и разбираюсь с хозяйственными и военными вопросами с Пармером, а также ищу потайные ходы.

Зеленоглазка учится играть на аналоге гитары — нашлась тут все же такая в куче мусора на одиннадцатом этаже, при генеральной уборке замка.

Вампирша соответственно учит Зеленоглазку.

А Олграна потихоньку шаманит на крыше.

Зеленушки, несмотря на то что их спальни давно готовы, продолжают дрыхнуть у меня, иногда на мне, как сейчас. Но шаманка что-то долго не претендует на меня, я уже чуть ли не сам готов на нее залезть, но пока терплю — самому Зеленоглазку выпроваживать не хочется. Вряд ли Олграна Зеленоглазки смущается и не может ее выпроводить — похоже, ей пока и так неплохо. Но думаю, это ненадолго…

А вообще мне здесь начинает нравиться! Кем я был дома? Да, по сути, никем… А кем я стал здесь?! Да, по сути, всем! Уже барон! А что дальше?! Зависит только от меня! Хм-м… опять шаблон… но что поделать, таков жанр. Любой замухрышка-попаданец рано или поздно становится супер-пупер-челом. Чем я хуже?

Присел на каменный унитаз, он, кстати, теплый — не то камень какой-то особый, не то зачаровано, прежний справитель нужды тоже, наверное, не любил на холодке сидеть, ляжки студить.

И… вжух. Все. Даже о смысле жизни не успел подумать, распланировать что-нибудь, вообще ни о чем. Только и успел, что немного поднатужиться.

Однако… не похоже на меня. Я ведь как-то жаловался на эту тему — что как засяду в медитативную комнату, ну или там под философский кустик, то это минимум на полчаса, так что я гоблинке стал активно завидовать — ее скорости сброса отходов жизнедеятельности.

И тут меня слегка так пришибло понимание-озарение-подозрение, что я остался сидеть на месте статуей самому себе с задумчивым взглядом, разве что черепа в руке не хватает.

Стал невольно вспоминать, как давно это у меня, и что-то мне стало нехорошо. Меня ведь не так давно живот мучил, то твердо, то жидко, а в какой-то момент перестало, и виной тому не таблетки и не травка шаманки. Сначала подумал, что это заслуга нормальной пищи, коей мы стали питаться, как проехали первую деревню по пути к замку, но теперь усомнился.

Да, такой быстрый сброс появился не сразу, а постепенно. Каждый раз подтирочного материала требовалось все меньше, а не целая охапка, а последние дни так и вовсе вторая очищающая манипуляция вроде как лишней стала.

Итак, что же это получается?.. Один раз — случайность, второй раз — совпадение, а третий раз — закономерность!

Что со мной творится?!

У меня что, перестроилось там все по гоблинскому типу?! Мама, роди меня обратно!!!

Я быстро облапал свое лицо пальцами, а особенно уши. Забыв воспользоваться ватой и даже натянуть штаны, подскочил к зеркалу, не доверяя своим рукам. Но нет, слава богу, с лицом полный порядок, и с ушами тоже. Какими были, такими и остались.

Ф-фух…

Я смахнул со лба обильно выступивший пот.

Думаем логически, что случилось, и случилось ли вообще. Допустим, что случилось… я с трудом сглотнул — что-то мне подсказывало, что верно второе, — опасно ли это?

«Ну, разве что в гоблина превратишься…» — хихикнуло тут же вылезшее из глубин сознания мое второе «я».

Тьфу на тебя!

«На себя!»

Да плевать на кого! Вопрос в том, почему так произошло!

«Захотел — и произошло».

Но почему?!

«Ну, типа рассар, и все такое… Кто их знает, что они могут! Доподлинно о них ничего не известно, их тупо используют как батарейку. Чего с ними еще мудрить?»

Это что же, захотел делать туалетные дела так же быстро, как гоблины, — и на тебе, я этим местом уже гоблин?!

«Типа того — пожелал, сущность, или подсознание, приняла команду к исполнению, образец в постоянном контакте, организм посредством ауры снял копию — и давай перестраиваться, в итоге несколько дней мучений с кишками — и вуаля! У тебя аналогичная система сброса!»

Это что же получается, я могу сделать из себя что пожелаю?!

«Теоретически. Но думаю, не все так просто…»

А подробнее?

«По чистому хотению, по щучьему велению, это, брат, уже вряд ли… Думаю, нужен образец для копирования… в плотном общении».

Типа для сканирования…

«Ага. Так что ты лучше порадуйся, что система водосброса прежней осталась, и тоже с оригинала не скопировалась!» — заржало лошадью мое второе «я».

Ох-х… вот уж точно… Бр-р…

«Потому мудрецы недаром говорили: бойся желаний своих, они имеют свойство исполняться… хе-хе, вот и исполнились».

Ч-черт!

«А ты ничего от орков часом перенять не хотел? А то, может, работа давно идет полным ходом…» — подначило меня мое второе «я».

Тьфу-тьфу-тьфу, сплюнул я через плечо.

Да вроде нет… ответил я, прислушиваясь к себе. Действительно ли это так?

«А точно ли не хотел? А то мало ли что там глубоко в подсознании засело!»

Точно!

«А то смотри… орчаночка, как образец расы, тоже постоянно рядом, можно без проблем что-то скопировать».

Да ничего я не хотел!

«А может, все же стоит захотеть?» — искусило меня мое второе «я».

Чего?

«Ну мало ли… орки ребята мощные, сам видел, какие у них…»

Ты на что это намекаешь?!

«Кто о чем, а озабоченный о…»

Конкретнее!

«Мышцы! О мышцах я говорю! — засмеялась моя вторая сущность. — Об орочьей силе! Бицепсы, трицепсы, еще какие-нибудь …цепсы. Хотя… это же ведь тоже мышца…»

Изыди!!! Не выдержал я своего второго «я».

Хотя что-то в этой идее есть, подумал я спустя минуту, после того как мое второе «я», похоже, реально куда-то изошло и не отсвечивало. Стать с помощью моей странной магии рассара на одном желании а-ля Шварценеггером — это как минимум заманчиво. Это крутая круть! Надо только пожелать. А уж о… об этом и говорить нечего.

Тут одна опасность — не превратиться бы в персонажа из письма к царю от двух злобных бабок… ну про неведому зверушку, что родилась у его жены, пока он, сделав дело, поехал на войну развеяться. Так что надо быть очень осторожным со своими желаниями. Они у меня относительно моего тела действительно могут сбыться…

Вот только… как бы, несмотря на контроль желаний и четкое понимание, что хочется получить, в итоге не вышло по Черномырдину — хотели, мол, как лучше, а получилось как всегда. У нас в России отчего-то всегда так шиворот-навыворот получается, а если учитывать, что я русский человек, то опасность весьма реальна.

Бр-р… Бойся желаний своих, — и я уже боюсь…

Сделав вид, что ничего не произошло, вернулся в спальню. Зеленушки уже проснулись и даже успели одеться, не смущая меня своими телесами. Инстинкты неподконтрольны.

— Олграна, ты еще не придумала, чем заменить работу огров?

Огров в замке оказалось целых три. Один на внешнем лифте, один работал на подъем непосредственно в замке, и еще один работал по подвальной части замка.

— Увы… да и чего их менять?

— Как я отмечал, я против рабства, а они в рабстве. Кроме того, это просто ненадежно.

— Нет, мне ничего в голову не приходит. И в чем их ненадежность?

— В том, что они живые. Их могут убить, сами помереть наконец, кто знает, сколько они уже тут. И тогда все, будем пешочком мотаться.

— Бр-р… Нет, ничего не придумывается.

— Может, тогда элементалей подрядить? — предложил я.

— Да я уже думала. Но это очень ненадежно. В теории можно сделать платформу с применением элементаля земли. Будет катать каменную плиту по внешней стороне стены, но это очень, ОЧЕНЬ затратно. Вода вообще неприменима. Огонь… тоже. Воздух разве что, но это тоже небезопасно. Придется делать вертикальную трубу, шахту или колодец, по которому будет ездить платформа под напором ветра… Опять же очень затратно.

— М-да, твои технические решения не самые лучшие, КПД у них весьма низок. Я предлагаю что-то вроде мельницы. Вставляем в лифтерную мельничий пропеллер, он будет завязан на уже имеющийся механизм, — и все дела! Надо подняться? Задул ветер, лопатки раскрутились — и поднялись. Надо спуститься — дунул в другую сторону, и мы спустились.

— Действительно!

— Да и по поводу воды с огнем ты не права. Если невозможно привлечь их по отдельности, то почему бы не совместить?!

— Это как? Они же антагонисты…

— Я в том плане, что огонь может вскипятить большой объем воды, полученный пар под приличным давлением пускаем на те же лопатки — и вот получаем рабочую силу.

Я даже быстро нарисовал чертеж того, как представляю в целом рабочий механизм.

— Видишь, ничего сложного.

— Действительно. Осталось только механизм сделать.

— Да с этим беда. Нужны инженеры и строители. Гремлины тут, с их руками-крюками, не подойдут.

— Гномы.

— Да где ж их взять?!

— Они дальше на юге живут, в своем подгорном царстве. Можно нанять.

Примерную карту того, как выглядят близлежащие земли, нарисованную Олграной на пару с Ссашшиллессой, я представлял.

— На какие барыши? — опять вздохнул я. — Или, может, ты все же сможешь почистить запись, удалить голос, оставив музыку, а потом записать на диск… в смысле камень… новый голос?

— Увы. Это мне не под силу.

Я кивнул. Олграна как раз все это время занималась проблемой записи музыки. Но — увы, простой, на первый взгляд, метод оказался запредельно сложным. Легче действительно собрать группу и записать все уже единым потоком.

— Ладно, вот вернется тот кузнец, гном-квартерон, со своей семьей — сделает все эти подъемные механизмы. Кстати, ты не смотрела состояние здоровья огров?

— Зачем?

— Ну, мало ли, может, подлечить их не мешало бы? А то реально откинут копыта в самый неподходящий момент… Уронят. Они вон в какой антисанитарии живут и работают.

— Хорошо, посмотрю и подлечу.

— И провентилируй вопрос насчет их добровольной работы на прежнем месте службы… по крайней мере, пока не придумаем им замену.

— Тут вряд ли что получится, — ответила шаманка.

— Почему? Не согласятся?

— Не в этом дело. Маг их очень сильно оболванил. По сути, это живые машины. Их сознание очень сильно угнетено. При том что они и раньше, как и все огры, не отличались большим умом…

— И что, ничего нельзя сделать?

А то, честно говоря, меня как-то не грело создавать под огров психбольницу, где их, таких громил, кормить за просто так. Я, может, и гуманист по природе, но прижимистый гуманист, не армия спасения и не врачи без границ.

— Можно, но это очень длительная работа.

— Ну, времени у нас много. Заодно и потренируешься в этом ремесле.

— Хорошо.

— А как у тебя дела? — спросил я Зеленоглазку, обучающуюся под руководством вампирши игре на гитаре.

Ссашшиллессу я действительно освободил от рабства крови, и теперь она отрабатывала проживание в замке учителем музыки.

— Пока не очень, но им нравится! — провела она рукой по животу.

— Да уж, музыкальные ребятки вырастут…

О том, что у меня будет больше одного отпрыска, я уже знал. Как знал, что гоблинки могут рожать до десяти-двенадцати детей. И как в них столько помещается?! Но вот сколько конкретно у меня будет от Зеленоглазки, я не знал. Однако точно сразу перейду в разряд многодетных папаш.

Меня еще немного волновал вопрос, какими они будут внешне. Все-таки полукровки. Они не всегда получаются органичными. Игра ДНК. Что-то может развиться чудовищно гипертрофированным.

Особенно сильно, как меня успели просветить в этом вопросе, страдают потомки оборотней и иных. Часто они рождаются в смешанном виде, уродцами, с телом человека и, скажем, головой волка и с хвостом. Или трансформированными конечностями. Я уже молчу о волосатости-шерстистости. При этом не могут перекидываться.

Такие обычно нежизнеспособны, и как правило их давят еще во младенчестве собственные родители. Гуманность, понимаешь… А если им не повезло и они выжили, родители не смогли выполнить свой «долг», то популярностью они не пользуются и вынуждены влачить жалкое существование, зачастую покидая семьи, становясь изгоями и особо жестокими разбойниками, мстя окружающим за свою неполноценность.

Тем, кто родился в нормальном человеческом облике и мог трансформироваться лишь наполовину, частично, можно сказать, еще повезло.

Что ж, нам с Зеленоглазкой оставалось только надеяться на лучшее.

— Опять пойдешь по замку лазить? — спросила меня орчанка.

— А что еще делать? Тут должны быть потайные ходы, и их надо найти. Замок, может, и безопасен, но нет абсолютно безопасных убежищ. Так что кто знает, каким местом повернется в следующий миг судьба? Может, вскоре придется быстро из него линять, причем тайно?

Шаманка только кивнула. Пока что в этом деле она мне помочь не могла. Замок хорошо в этом плане защищен от сканирования еще на стадии строительства рунной магией. А то, казалось бы, чего проще — вызвать элементаль земли, и он, быстренько обследовав каменную кладку, скальный грунт, гору, наконец, выявил бы незадокументированные пустоты и ходы. Но увы, увы, это лишь мечты. Остается только полагаться на собственное чутье, глаза и смекалку. Простукивать стены, нажимать на всякие выступы и оттягивать-поворачивать рычажки. Но если двери работают на магии, то у меня нет шансов.

Правда, еще оставался вариант с гномами. Уж эти парни с камнем на «ты», и плевать им на рунную магию, тем более что она гномского розлива. Замок, оказывается, гномы строили. Впрочем, я не удивлен, глядя на эту несокрушимую монументальность. А грубость исполнения — лишь внешний фасад для отвлечения внимания и недооценки противником общей прочности строения.

Но этих ребят я позову в последнюю очередь. Секреты секретных ходов выдавать не хотелось, иначе какие же это будут секретные ходы, если о них будут знать все, кому не лень? Опять же платить за работу им нечем.

В общем, ничего я, как и в прошлые дни, не обнаружил, только весь в паутине да в пылище извозюкался. Гремлины работали как заводные и, исполняя мой наказ, чистили замок, что называется, до блеска, но за прошедшие дни успели отдраить только два этажа, а я колупался значительно ниже.

Ну да не беда. К моим услугам всегда есть купальня. Ее мне подготовили загодя, зная, каким чумазым я стану в конце дня.

Ох-х, хорошо… еще бы пузырьки пустить… нет, не вонючие, собственного производства, а нормальные, как в джакузях… Олграну, что ли, попросить, чтобы подшаманила?

Открылась дверь.

Ну вот, помяни черта — он и явится, подумал я со смешанным чувством. Очень смешанным… Я реагирую так, а тело голосует «за». Предательский организм.

Шаманка, развязав ремешок, поведя плечиком, скинула халат, под которым ничего из одежды не обнаружилось… вот ведь насмотрелась в фильмах сценок эротических на мою голову — теперь на мне отрабатывает.

Так же, без лишних слов, забралась в купальню. Как я отмечал, та весьма объемная. Еще и Зеленоглазка свободно поместится… Это на будущее отмечаю.

Ну что ж, осталось отстоять свое доминирование не только в плотских утехах — тут шаманка полностью покорна моей воле, — но еще и в магическом плане… лишь бы голову не потерять и не забыть, плюнув на все.

Вот только как мне закрыться, я же ничего не умею… Остается понадеяться на инстинкты. Организм лучше знает, как ему действовать, главное — дать команду и не мешать. Что ж, постараюсь.

Ну, понеслась…

Как бы так описать то, что в итоге вышло, чтобы не получилось откровенной порнографии?.. А то один довольно популярный грузинский писатель с псевдонимом на букву «А», вторая буква «к», третья — «у» и так далее, жаловался, что на русском невозможно описать эротику.

В принципе я тут с ним согласен. Не французский у нас язык, а великий и могучий, и всякой ерундой не мается, все равно получается… автомат Калашникова… простой, надежный и убойный, без всяких лишних выкрутасов.

В общем, раз уж я двинутый по фазе на зеленых человечках… хм-м… а ведь орчанка и гоблинка тоже зеленые… но я, кажется, это тоже отмечал (или не отмечал?), то давайте попробуем представить это все в виде космического сражения.

Очень давно читал как-то книгу, уже слабо помню, о чем там, собственно, шла речь, но меня поразило описание космического сражения. Там не было бластеров-шмастеров, торпед, ракет, даже пушек и тех не было. Корабли тупо бодались друг с другом энергетическими щитами и либо выбрасывали противника за пределы системы, либо роняли их на звезду, либо плющили. По мне, так хрень полная, хоть и считается классикой НФ, но сейчас это наилучший способ отобразить процесс…

Итак, в споре за обладание Землей Марсианская империя атаковала Венерианскую республику. (У нас тут все несколько иначе, но сути дела это не меняет…) В составе экспедиционного марсианского военно-космического флота состоял флагман — ударный линкор «Меч», два десантных корабля, авианосец с двумя авиакрылами по пятьдесят истребителей «перст» и артиллерийский крейсер «Орал».

Первыми в схватку на высоких орбитах Венеры вступили крейсер, ввязавшийся в ожесточенную перестрелку со своим крейсером-одноклассником, но с несколько большими генераторами по размерам, особенно это касалось двух основных носовых на нижней челю… половине судна.

— Доложите обстановку! — приказал командир марсианского крейсера.

— Щиты падают, капитан!

— Еще энергии на щиты!

— Падают! Их силовые щиты буквально пожирают наши!

— Проклятье! Генераторы на полную мощность! Попробуем перегрузить их систему!

— Есть генераторы на полную мощность!

— Ну?!

— Получается, сэр!

— Отлично! Так держать! Меняем частотную составляющую каждые ноль две секунды…

Одновременно с противоборством крейсеров марсианский авианосец выпустил истребители «перст», что, прорвавшись сквозь систему обороны, пробились на средние орбиты и атаковали две орбитальные крепости типа «сфера» четвертого разм… поколения, возможно даже «четыре плюс».

Отбив атаки и нанеся серьезные шоковые повреждения своему венерианскому визави, артиллерийский крейсер «Орал», воспользовавшись заминкой, вызванной ошеломлением командования противника, стал прорываться к планете.

Истребители, изрядно помявшие орбитальные крепости, скользнули вниз и провели легкую разведку боем, выявляя основные очаги сопротивления в главной цитадели «Ущелье». Проведя обстрел и прощупав огневые точки противника, истребители, пройдя вдоль долины, быстро набрали высоту, вновь выходя на орбиту…

Тем временем крейсер, пройдя между орбитальными крепостями, добавил из своих орудий по каждой из них и пошел снижаться дальше… после чего за них вновь с ожесточением взялись истребители.

Крейсер же, встав на низкой орбите, обрабатываемый подоспевшей венерианской истребительной авиацией, буквально сносившей многочисленные антенны, выдирая их с корнем, начал массированную бомбардировку цитадели бункерного типа «Ущелье», сметая всю оборонительную инфраструктуру и доводя обороняющегося противника до орга… полного потрясения.

Уничтожив основную часть оборонительной инфраструктуры, крейсер вновь стал подниматься на высокие орбиты, опять мимоходом пройдясь по орбитальным крепостям, и вступил в схватку с подремонтировавшимся крейсером противника.

На этот раз давление оказалось на порядок сильнее. Ожесточение боя зашкаливало. Начались короткие замыкания, искрила проводка, завоняло паленым. Корабль сотрясало от ударов. Венериане атаковали безудержно и то и дело скачками выбирали энергию из защитных экранов, так что аж генераторы проседали…

— Капитан, сэр, мы лавинообразно теряем энергию!

— Генераторы на…

— Уже не справляются, сэр! Все тут же уходит, не можем сконцентрировать достаточно энергии для ударного шокового выброса! Частотное изменение не спасает, нас просчитывают быстрее! Еще немного — и мы сдохнем! Надо выходить из боя!

— Держитесь, — пришел вызов с флагманского линкора. — Сейчас мы им вмажем!

И правда, ударный линкор «Меч» прошел сквозь ранее потрепанную линию обороны сразу на низкие орбиты и вступил в битву при поддержке двух десантных кораблей.

Сопротивление оказалось жестоким, противник бросил в бой основные резервы, продавливая кое-как установленную и поддерживаемую защиту. Марсианам, пробиваясь к цитадели для окончательного штурма, пришлось вести долгий и упорный позиционный бой с многочисленными атаками и отступлениями, зверея и доводя противника до исступления…

Но в конце концов «Меч» пробил в обороне особенно глубокую брешь, и десант в количестве более миллиона солдат был сброшен. Начался штурм непосредственно в катакомбах вражеской цитадели.

Крейсер «Орал» тем временем, получив серьезные повреждения, источая из пробитого борта кро… то есть красное пламя, вынужден был отойти в резерв и начать борьбу за живучесть судна. Ему на помощь поспешил ударный линкор при поддержке все тех же двух десантных кораблей.

И вновь начался ожесточенный… позиционный бой. Марсиане в этом сражении могли только держать щиты, что получалось не ахти, а если совсем откровенно, то совсем не получалось, держась на голой броне, — ни о каком ответном заборе энергии уже в принципе речи не шло. Но то, чего они добились ранее, было уже что-то.

— Поднажмите! — в исступлении орал марсианский адмирал. — Они на последнем издыхании! А наша броня крепка!!!

— Они опытнее, сэр, и быстро оперируют частотными характеристиками! Мы не можем пробить защиту! Нам бы свою удержать!

— Так держите, черт бы вас побрал! Немного уже осталось! Сейчас… десант, в атаку!!!

«Ничего, — думал адмирал, наблюдая во фронтальный иллюминатор, как десантные корабли сбрасывают абордажные команды. — В каждом следующем сражении мы будем набираться опыта и вскоре сами сможем тянуть энергию с их щитов…»

В конце концов, и противник был сломлен, и венерианский крейсер взят на абордаж десантом. Марсиане добились победы, или, можно сказать, волевой ничьей, пусть и огромными жертвами…

Олграна. Шаманка неудовлетворенная. По крайней мере, в плане получения энергии

Несколько ночей я подпитывалась от рассара пассивно, просто ночуя с ним в одной кровати. Это давало определенный заряд бодрости на целый день, но было недостаточно для… модернизации собственной ауры. Потому сегодня я решила отловить Кэррэла в купальне. Не хотелось прогонять гоблинку из спальни, она и так на многое пошла, уступив его мне. Зачем ее лишний раз огорчать, она опять же в положении.

С первым поцелуем я начала тянуть энергию — не просто впитывать свободно истекающую из его ауры, а качать, словно гномья помпа.

Появилось какое-то легкое сопротивление, а потом меня словно накрыло волной, так что чуть душу не вынесло. Слишком сильно… что-то я не рассчитала и перебрала, так и надорваться можно… надо быть аккуратнее.

Но что это? Отбор энергии практически прекратился… Ох-х…

Почему? Неужели он научился контролировать потоки?! Это невозможно…

Что творит… что творит… Ух-х…

О чем я? Ах, да, рассары не могут контролировать своих потоков! Хотя что о них известно? То-то и оно, что почти ничего… О духи! Еще!!!

Нет, меня так просто не сломить! Даже если это делает он! Я получу свое!!! Ах-х… И ты меня этим не собьешь с цели!

Я усилила давление, чтобы получить свое, и временами мне это удавалось. Но теперь я точно знала, что Кэррэл сопротивляется отбору энергии, но делал он это очень неумело, и я достаточно легко пробивала его защиту.

Но когда мы закончили, я обнаружила, что откачала из рассара, несмотря на то что под конец он практически не сопротивлялся, едва ли половину от необходимого!

Мы расселись друг напротив друга.

— Что это было?! — недовольно спросила я.

— Ну, люди это по-разному называют… но ты в курсе всех названий.

— Я не о том! Я об энергетической составляющей!

— Небольшой эксперимент… — не стал отнекиваться и играть дурака Кэррэл. — Проверял кое-что…

— И как, проверил?!

— Да.

— И что обнаружил? — я буквально стала кипеть от злости.

— Мне в этом плане есть куда расти.

— Кэррэл, — с угрозой прошептала я, с трудом контролируя себя. — Мне это нужно получить, и я это получу…

— Да я что, против, что ли? Обеими руками «за», и не только руками, как видишь, но тебе следует понять, — ответил рассар спокойным голосом и с невозмутимым видом, несмотря на угрозу, — ты меня опустошаешь с каждым разом все сильнее, беря слишком много. Рано или поздно это плохо кончится. У тебя банально случится передоз — и себя угробишь, и меня заодно, опустошив до дна, так и сдохнем в объятиях друг друга. Романтично, конечно, прямо нет слов как, многие, наверное, могли бы только мечтать о такой смерти, но лучше не надо. А в дальнейшем вообще будешь только для кайфа качать…

Я лишь смущенно кивнула. Действительно, это трудно контролировать. От энергии сносит голову… и я уже подошла к этой черте. Чувствую, но ничего поделать не могу.

— Это трудно контролировать… — призналась я.

— Вот я и буду контролировать дозировку.

— Хорошо…

Наверное, это и к лучшему, что Кэррэл может сопротивляться и дозировать выделение мне энергии, решила я, поразмыслив. Лишь бы совсем не перекрыл…

Я приблизилась к нему и протянула руку к прокусанной мною все еще кровоточившей нижней губе, прошептав наговор, тут же зажививший рану. Бывает иногда, что ему от меня вот так достается… особенно спине, хи-хи.

— Сколько ты сейчас получила? — спросил он.

— Примерно половину…

— Ну вот… сейчас отдохнем, и я могу попробовать передать тебе еще столько же. А можно устроить и еще лучше…

— Что?

— Образно говоря, создать круговорот: я передаю тебе, а ты — мне. Постоянное движение…

— Хм-м… это возможно, — немного подумав, кивнула я, прикидывая, что такая циркуляция будет для меня гораздо более предпочтительной.

Я смогу не просто накопить энергию и манипулировать ею, а устроить нечто большее. Времени на процесс, конечно, маловато, человек — не эльф и даже не гном, но все лучше, чем ничего, да и накопительная часть останется со мной. В любом случае я в выигрыше.

— Но что это даст тебе как рассару?

— Тебе должно быть виднее, — пожал плечами Кэррэл. — Я в этих тонких энергиях дуб дубом. Но что-то ведь определенно получу. Как минимум научусь контролировать свою ауру. Как ты думаешь?

— Наверное… не хочу сейчас об этом думать. Ты уже отдохнул?

— Вполне…

— Тогда продолжим!

Глава 19

Кирилл. Попаданец, как хозяин замка обрастающий баронскими обязанностями, как бы он ни хотел от них избавиться

А время летит… Прошла еще неделя нашей жизни в замке. Очистка непосредственно замка подходила к концу, гремлины работали как муравьи, чистя, отмывая и вынося груды хлама, что скопились в нем за прошедшие десятилетия захламления и запустения. Но работы этим серолицым коротышкам предстояло еще много — есть еще семь подземных этажей, это им в общей сложности минимум плюс дней на десять работы.

Мне так и не удалось найти ни одного входа в тайные ходы. Логично, на то они и тайные, чтобы их мог найти такой любитель, как я. Остается только надеяться либо на Олграну, что отыщет их магией, когда войдет в силу, либо на гномов, когда у нас появятся деньги, чтобы их нанять.

Что касается шаманки, то работа у нас по энергетическому взаимодействию шла ни шатко ни валко, не хватало опыта, так что действовали методом тыка (гусары, не ржать!), но на месте, к счастью, не стояла. С каждым разом, а разов этих случилось с того памятного «космического сражения» немного, получалось все лучше. По крайней мере, для нее точно. Я особых дивидендов не получал, если не считать того, что после забора энергии перестал чувствовать себя марафонцем, который вот-вот сдохнет от истощения. И то результат.

На этот десятый день я решил сделать себе выходной. Продолжу обшаривать замок, как только гремлины его вычистят окончательно. В качестве развлечения мне служили Зеленоглазка и Ссашшиллесса, обучающая гоблинку музицированию. Вроде бы дело двигалось, и довольно успешно. По крайней мере, по сравнению со мной. В свое время я тоже пробовал учиться играть на гитаре, но дальше трех аккордов дело не пошло. Мне по ушам медведь хорошо потоптался. Не мое.

Меня только несколько смущали время от времени бросаемые на меня взгляды вампирессы. Были они… голодными, что ли. Так и хотелось чем-нибудь прикрыть шею, стальной ошейник надеть. А еще она облизывалась…

Бр-р… Меня аж пробирало всего. Я это когда первый раз увидел, чуть пивом не захлебнулся. Но ведь не выгнать же теперь. Клятву она дала, лишнего себе не позволит.

— Зачем вам это вообще надо? — спросила вампиресса, после того как Зеленоглазка закончила наигрывать несложную музыку к местной балладе.

— А тебе еще не сказали?

— Нет…

— У меня на моем артефакте есть несколько музыкальных композиций. Их нужно переписать на ваш формат носителей. Простое копирование невозможно, так что придется музыкальной группе разучивать музыку, слова и записывать вживую. Будем продажей этой музыки в людских королевствах бабки зашибать. Хотя кто знает, может, и гномам с эльфами по вкусу придется. Если судить по Олгране, оркам точно понравится.

— Понятно… А можно послушать?

— Да без проблем. Хотя… смысла нет, ведь слова не на общем, а как я понял, Олграна тебе моего языка не передала.

— Нет, но я знаю все языки, так что это не проблема…

— Моего не знаешь, — сказал я по-русски, усмехнувшись, увидев удивленное лицо вампирши. — Поняла, что я сказал?

— Действительно, этого языка я не знаю, — признала она. — Откуда ты?

— Всему свое время… Надо сказать Олгране, чтобы провела обряд познания.

Дверь в малую залу, где мы сидели, открылась, и вошла орчанка.

— У нас гости, — с ходу оповестила всех нас шаманка, явившаяся с крыши, где она по обыкновению медитировала.

Я вскочил как ужаленный в одно место очень злой пчелой. Заметался в поиске винтовки. Да где же я ее оставил?! В спальне! Оно и понятно: чего таскаться по собственному замку во всеоружии?!

— Проклятье!!!

— Успокойся! — засмеялась Олграна. — Это не то, о чем ты подумал!

— Ч-черт, предупреждать же надо, — с большим облегчением рухнул я обратно в кресло. — А то так и до беды недалеко… Кого к нам вообще принесло?

— Аборигенов.

— И чего им надо от меня?

— Так, может, имеет смысл выйти к ним и спросить? — подначила шаманка.

— Ну да, как же это я сам не допер, — кривляясь, ответил я. — Ладно, пойдем глянем, кто там и чего им надобно…

К замку приближалась группа из тридцати шести полукровок. Да, такими силами замок штурмовать смысла нет. Мне на один длинный залп файерболами. Для шаманки, с ее душами в бубне, вообще раз плюнуть.

Мы как радушные хозяева спустили гостям лифт с Пармером и подняли их наверх. Среди аборигенов я узнал старосту деревни Барбета с сыном и еще одним мужиком. Остальных видел впервые.

— Приветствую… — взмахнул я рукой как вождь индейцев.

— И тебе благоденствовать, господин, — поклонился вышедший вперед Барбет.

Другие повторили поклон.

— Что привело вас в мои скромные хоромы? Беда какая, аль еще чего?

— Дык… боги милостивы, беды нет с тех пор, как ты побил мерзкого некроманта…

— А те кочевники-разбойники, что меня сопровождали, не шалили, назад в степь уходя?

— Дак ты, господин, нас предупредил об опасности, мы и схоронились, когда их завидели.

— Дома не пожгли часом?

— Нет, господин, боги миловали. Бесновался там среди них один… чистый, что мою дочь заприметил тогда, хотел нам разорение учинить, так его свои успокоили.

— Что, насовсем?! — удивился я.

— Угум, ваша милость…

— Круто они…

Да я, похоже, реально великий и ужасный, если моей возможной кары убоялись эти разбойники, коим убить — все равно что высморкаться, даже своего мочканули, посмеялся я над собой. Урфин Джюс, блин, такой же самозваный властелин… Не хватает только армии из деревянных солдат.

А это мысль!

Я прямо весь загорелся этой идеей. Надо с шаманкой потолковать на данную тему. У прежнего владетеля были мертвяки на подхвате, а у меня будут деревянные големы.

Сделать их проще простого… Заготовить можно хоть тысячи — и забить ими, как дровами, все казематы. Будут теперь для них казармами, камерами хранения, хи-хи… Леса кругом завались! На них ни брони не надо, ни даже одежды. Кормить не просят. Только подкрашивать время от времени. А гвардейцев, так и быть, можно железом обить!

Вопрос только в эффективной боевой функциональности таких солдат, тут же погрустнел я, предвидя в этом основной подвох. Все-таки мозгов у них изначально нет, не то что у мертвяков, и заменить их нечем. Големы в этом плане тупы как пробки… по сути, они и есть пробки. Что прикажешь прямо и недвусмысленно, то они и сделают от сих до сих. Ни малейшей инициативы от них не дождешься, считай, простейшие роботы.

В качестве лобового тарана на поле боя еще сгодятся, маневрировать и делать что-то осмысленное смогут, только если ими постоянно управлять, что тоже вариант. А вот как стража и тем более разведка — они уже пустой звук.

Но ведь их можно душами из бубна заселить, осенило меня спасительное решение. Олграна вроде хвасталась, что в нем больше тысячи простых душ и больше сотни с Даром. Простые души селим в рядовых дуболомов, а с Даром определяем в командный состав.

Думаю, пару сотен простых душ и два десятка с Даром шаманка не зажмет для такого в высшей степени нужного и полезного дела?! Зашибись идея. Реально надо не откладывая поговорить насчет деревянной армии.

— Так чего пришли-то, если все нормально? — с некоторым трудом вырвался я из своих наполеоновских дум-планов, вспомнив о гостях.

Правда, кольнула неприятная мыслишка вдогонку, что вряд ли я один такой умный с этими големами в качестве основной военной силы. Если все было бы так просто, такими деревянными-глиняными армиями все и воевали бы, а не живую силу в расход пускали. В чем загвоздка?

В общем, по-любому надо эту тему перетереть, чтобы не изводила, изучить все плюсы и минусы, что для этого нужно и почему не пользуется популярностью, какие подводные камни. Если идея — полная лажа, то просто забыть о ней.

— Дык, господин… — неуверенно оглянулся Барбет на остальных своих спутников в поиске поддержки. — Присягать пришли мы…

— Зачем?

— Ну, дык… как зачем, господин?! Вы теперь владетель…

Я, честно сказать, немного припух.

Хотя, конечно, предложение, надо отметить, весьма заманчивое. Ну кто хоть раз в жизни не мечтал заделаться хотя бы бароном со своими подданными, состоящими хотя бы из одной худой деревушки, не говоря уже о более высоком статусе: графом, герцогом, королем? Вот уж я где оторвался бы! Вот бы я натворил-наворотил! Думает каждый. Прогрессорство там, еще что из той же песни… вплоть до права первой брачной ночи, хе-хе…

И у меня такая возможность появилась. Я сейчас не про право первой брачной ночи… хотя дочка у того же Барбета, надо сказать, весьма симпатичная особа… Вот только реализовывать я ее не спешил, потому как мечты — это одно, а реальность — совсем другое. В игрушки, солдатиков там, я наигрался еще в детстве, а играть реальными, полностью зависящими от меня жизнями тем более не тянуло. Наломаю еще дров… Это не комп-стратегия, где можно начать все заново, если что-то не получится.

Ну вот не лежала у меня душа копаться в чужом грязном белье, и все тут. Но и совсем спускать дело не стоит. Иначе такое начнется, что ни топором описать, ни пером вырубить…

Какая-то власть в моем лице, как хозяина замка, должна быть, иначе может воцариться откровенная анархия. Оно мне на фиг не нужно тут под боком, кто-то со стороны может прийти и начать права качать, и мне уже не вмешаться — ведь вроде как самоустранился, так чего теперь лезть… Все, что я могу в данной ситуации, — это смягчить откровенный феодализм на что-то погуманнее, с минимальным собственным участием в процессе.

— Предлагаю такую систему… Деревни дают молодых парней в возрасте от восемнадцати до тридцати лет на службу в гарнизон замка, а также налог натуральным продуктом плюс продовольствие на самих солдат. В будущем они будут получать денежное довольствие, а пока получат различные амулеты, — добавил я, немного подумав.

А то ведь бойцы из принудительных рекрутеров будут никакие, все спустя рукава станут делать. Надо их чем-то заинтересовать.

— По судебной части. В общем, мелкие дела, я думаю, могут и старосты решить. Так?

Старосты с готовностью кивнули.

— А если что по-настоящему серьезное, или терки между жителями разных деревень случись, то идете ко мне. Мы тут быстро мозги всем вправим. Что касается конкретных законов, по которым будут вести разбирательства старосты, то я их вам в ближайшее время подготовлю.

Есть у меня на компе что-то подобное. Надо только переписать.

— Так, что еще… а, защита земель. Я так понял, вы в основном из-за этого сюда пришли? Мертвяки шалят?

Несколько старост невольно кивнули.

— Оставляйте заявки — у кого, где, сколько… Почищу округу от нечисти. Говорят, что охота — истинное занятие благородных, вот и поохочусь, развеюсь немного… А в дальнейшем для своевременности оказания помощи в серьезных случаях выдадим вам сигнальные амулеты и разработаем условные коды.

Вроде Олграна говорила о таких штуках в армии орков — общаются между собой командиры, координируя действия во время сложных маневров, по типу азбуки Морзе.

Гостей провели во вторую малую залу, где они и поведали о том, сколько мертвяков им досаждает. Мне только оставалось нанести все данные на карту близлежащих земель, оставшуюся от прежнего владельца замка, и определить оптимальный маршрут движения, чтобы охватить все деревушки за минимальное количество времени.

Разобрались и с поставками свежего продовольствия, и кто сколько выставляет рекрутов для службы в замке, так чтобы ни одна деревня не оказалась перегружена податями и не лишилась слишком многих работников.

Сдав данные, гости отобедали от моих щедрот (их же продуктами, что они раньше в виде налога сдали некроманту), принесли клятву и отправились восвояси.

— Кто составит мне компанию в охоте на мертвяков?

— Я! — тут же откликнулась Зеленоглазка.

— Думаю, тебе теперь стоит поберечься, а то мало ли что…

Зеленоглазка после короткой паузы, обхватив живот руками, кивнула, признавая довод существенным.

— Тренируйся в игре, присматривай за замком…

— Куда ты без меня денешься? — отозвалась Олграна. — Сожрут еще. Да и обнаружить их никто, кроме меня, не сможет.

— И я тоже хотела бы развеяться, — влезла вампиресса. — А то столько в этом замке просидела…

— Ничего не имею против. Бери себе коня, а то он, бедняга, застоялся в стойле. Завтра выезжаем. Кстати, Олграна, хотел бы поговорить на тему замкового гарнизона — кажется, у меня появилась одна неплохая идейка, как эту проблему решить, нужна твоя консультация.

— Очень интересно. И какое решение ты нашел? — с улыбкой спросила шаманка.

— Для начала ответь: ты умеешь делать големов, точнее, оживлять их?

— Да, меня обучали этому искусству. Я даже сделала парочку кукол на потеху. Так ты хочешь сделать себе гарнизон из големов?

Я кивнул.

— Есть какие-то проблемы?

— Конечно, и главное — это их беспросветная тупость.

В общем, Олграна перечислила мне все недостатки големов как солдат, и в частности гарнизонных стражей, о которых я сам догадался.

— Ну и наконец, самая главная проблема подобных солдат — это просто невероятное количество энергии, необходимое, чтобы поддерживать их псевдожизнь! — победно заявила она.

Я только мило-снисходительно улыбнулся, и до орчанки тут же дошло, что самый убойный факт против создания армии големов оказался самым ничтожным: ведь перед ней сидит рассар, у которого этой энергии хоть залейся.

— Но они тупые! — не сдавалась шаманка. — Нужно управлять каждым их действием!

— А если подселить души из бубна?

Шаманка задумалась, и надолго, что-то для себя просчитывая.

— Хм-м… думаю, в этой идее есть определенный смысл, — наконец выдала она. — Если провести соответствующий обряд, то можно подселить душу в голема, и тогда он превратится в полноценного бойца, способного на очень и очень многое. Но все равно остается вопрос с энергией. Да, ты можешь их запитать и поддерживать их жизнь, но для этого нужны очень емкие накопители. Те драгоценные камни, что достались нам от некроманта, для этого подходят не слишком, емкость у них низковатая, к тому же мы решили использовать их для записи музыки… А если мы где-то сможем набрать столько камней, то дешевле будет нанять живых солдат. Намного дешевле, чем обвешивать драгоценностями големов, точно это какие-то великосветские барышни! И верность таких солдат на время контракта обеспечить не проблема!

— А если использовать мифрил? — поинтересовался я как бы невзначай. — Ты как-то говорила, что он ну очень емкий в плане запасливости энергией.

— О! Это было бы наилучшим выходом! Но где взять столько мифрила?!

— Для начала скажи — много ли его надо для поддержания псевдожизни голема?

— Кэррэл, тут все зависит только от количества мифрила и материала изготовления самого голема. Можно вставить столько, что голем будет хоть целый год жить без подпитки, а можно столько, что едва пару дней протянет…

— Это понятно. Вот сколько нужно для годичного питания голема с душой, изготовленного из дерева, размером чуть больше человека?

— Граммов десять… думаю, этого будет достаточно. Правда, тебе придется хорошо постараться, чтобы его зарядить.

— Да уж постараюсь, куда я денусь… Кстати, объем питания души обычного разумного и души разумного с Даром как-то разнятся?

— Да, но не сильно.

— А вообще есть преимущество у души с Даром над душой обычного разумного? И в чем оно выражается? Или они просто больше жрут?

— Душа с Даром более полноценна, что ли… — принялась объяснять шаманка.

— Умнее?

— Да, именно так.

— Значит, их и впрямь надо ставить командирами в десятки, — кивнул я своим мыслям. — А еще какие-то преимущества есть?

— Они способны к оперированию маной.

— То есть магичить?!

— Это слишком сильно сказано. Ничто сложное в таком состоянии им не подвластно. Область их действия очень ограничена и по силе невелика, но поставить простенькую защиту они могут — слабенькую, на несколько ударов всего, но могут. Видеть магию могут, так что в магическую ловушку не попадут. И совсем слабо атаковать.

— Ну, на мой взгляд, неплохо. Итак, десять граммов — год жизни для обычной души, — принялся я за подсчеты своих резервов в виде фляжки, не забывая и про корпус от термоса. — Итого мы получаем либо двадцать бойцов по году жизни, либо двести по месяцу… Либо четыреста по пятнадцать дней… Меньший срок жизни, думаю, не слишком выгоден. Минимум — месяц.

— Зачем так много? — удивилась вампиресса. — Одной сотни таких големов для такой крепости будет за глаза.

Тоже уже успела нахвататься от меня словечек из моего мира, подумал я.

— Да, ты права, сотни големов будет более чем достаточно. Плюс капитан — самый сильный и умный, для общего командования. Нормально… Ну что, Олграна, поделишься душами из бубна на гарнизон крепости?

— А куда я денусь с подводной лодки? — выдала она в ответ, и я только закатил глаза.

— Что ж, как вернемся после охоты — начнем работать над этой проблемой более плотно.

Подумать действительно есть над чем, начиная с конструкции самих големов, а в частности сочленениями конечностей. Надо сделать бойцов максимально подвижными.

Не стоит забывать и про материал для изготовления. Можно, конечно, поступить как книжный Урфин Джюс и сделать простых солдат из дуба, все равно они такие же тупые, а капитана толстеньким, из красного дерева… Но лучше воспользоваться здешним аналогом так называемого железного дерева. Долго не испортится, и повредить сложно.

Учесть возможность обивки бойцов железными доспехами. Им, конечно, деревяшкам все равно, стрелы — так тем более нипочем, но лишняя защита в любом случае не помешает. По крайней мере, в реальной сече их порубят на дрова не так скоро и они успеют дать сдачи супостатам.

А вот обслугу на стреляющие машины все равно придется набирать из живых, тут големы вряд ли смогут составить конкуренцию живому глазу и мозгу. Но это не беда, двадцать-тридцать местных добровольцев в гарнизон мы наберем без проблем.

Ну вот, мы выдвигаемся на охоту на ходячих мертвяков. Я, Олграна и Ссашшиллесса. Зеленоглазка осталась в замке и провожает нас с платформы лифта. Разве что платочком не машет вслед.

— Не скучай тут без нас, — чмокнул я ее в нос.

— Постараюсь…

Мне кажется, или она реально похорошела? Я не про увеличение объема груди… а в целом.

— Барон…

Это меня так вампиресса стала называть. Формалистка.

— Барон, а где ваш меч? — спросила она, оглядев меня и Зайчика со всех сторон.

— Нету.

— Как нету?!

— А вот так, нету.

— Вы его забыли?! — совсем опешила вампиресса. — Как вы могли забыть свой меч?!

— Да не забыл я его. У меня просто нет меча. И никогда не было.

— Но как такое может быть?!

— А вот так…

— Думаю, твоей кровососущей подруге стоит кое-что узнать, — сказала со смехом Олграна. — Думаю, что эта тайна гораздо менее ценна, чем то, что она уже знает, а именно то, что ты рассар.

— О чем вы?

— Видите ли, ваше величество, — не остался я в долгу за «барона», — я вообще-то иномирец. Меня сюда блуждающий межмировой портал закинул.

— Вот оно как!

— Угум… А поскольку искусство владения мечом и прочими пырялками в массовом порядке в нашем мире кануло в лету этак сто лет назад из-за наличия более убойного оружия, — показал я на винтовку, — то ничего удивительно, что махать остро заточенными железками я не умею.

— Теперь все понятно… Но в нашем мире тебе непременно следует научиться этому искусству.

— Зачем? Я своей винтовкой кого хочешь в фарш превращу еще на дальних подступах!

— Есть существа, как природные, так и выведенные магами — химеры, — слабо подвластные магии. Убить их можно только мечом.

— Моя винтовка стреляет не только магией… Я ею любую тварь положу в одну секунду.

— Все равно. Противник может оказаться очень близко, буквально под самым носом, и у тебя может не остаться времени воспользоваться твоим оружием. Что тогда будешь делать? Просто возьмешь и дашь себя зарубить?

— Хм-м…

Я вынужден был признать правоту слов вампирши. В жизни могут случиться самые паскудные ситуации, в том числе и описанного характера.

В подтверждении чего служил нахмуренный взгляд шаманки.

— Проблема в том, что учителей фехтования в округе днем с огнем не сыщешь.

— Раз я стала учителем музицирования, — усмехнулась Ссашшиллесса, — то уж с обучением фехтованию как-нибудь справилась бы, учитывая, что я вообще-то воин, а не менестрель.

Глядя на оснащение вампирессы, этому сразу же и безоговорочно верилось. Она буквально обвешана всевозможным оружием. Чего только стоили два меча а-ля шашка-катана за спиной, ножи поясные, ножи метательные, целая перевязь, еще что-то…

Из нательной защиты: кольчуга со стальными наплечниками, поручи, поножи, шлем и щит, притороченный на боку коня.

Оружие вампиров нашлось в арсенале. Там этого оружия, больше все же орочьего, вообще оказалось просто завались. На моих деревянных солдат точно хватит.

Мы с орчанкой по сравнению с ней выглядели бледно. Ножики, топорики, у Олграны еще легкий ятаган — и все. Ни щитов, ни шлемов. Только кольчужные рубашки накинули.

— М-м… весьма заманчиво. Но вот какой тебе интерес в моем обучении?

Олграна тоже подозрительно хмуро взглянула на вампиршу.

— Не хочется терять из-за какого-нибудь пустяка человека, который меня приютил… просто из благодарности наконец, что дали свободу, а не оставили рабыней.

Что ж, она сказала правду… рассарский детектор лжи это подтверждал, но не всю, далеко не всю. Так, история повторяется. Шаманка тоже вот так же словами играла — скажет малую правду, а большая и наиважнейшая в тени остается. А этой чего надо? Мало того что очки мои прихватизировала, солнце ей все же неприятно, вот и капюшон накинула, — так еще чего-то хочет.

Все от меня чего-то хотят!

Одна Зеленоглазка чистая душа…

К вечеру достигли первой деревни, где шалили живые мертвецы. Они хоть и отупели и зачастую прут не скрываясь, медленно, но когда их много, это становится проблемой, а некромант их наштамповал в порядочных количествах, надежно перекрыв границу своих владений. Были среди них и хитромудрые жмуры, не иначе бывшие обладатели Дара, командиры, нападавшие из засад. Эти из-за своей неожиданности и сохранившегося псевдоума стали опаснее всего, так как от них сложно не то что отбиться, а просто убежать.

Отужинав чем местные боги послали и проведя небольшую сопутствующую работу по вербовке молодежи в замок на гарнизонную службу, а точнее, стрелками на стреляющие и метательные машины, и выявления рабочих специальностей местных жителей, ну там кожевники, кузнецы, еще чего, взяв проводника, показывающего, где последний раз отмечали активность противника, а заодно и ставшего свидетелем (не таскать же бошки мертвяков с собой в качестве доказательства), двинулись непосредственно на охоту. Мертвяки активизируются как раз вечером, а ночью входят в полную силу. Собственно, мы решили — чего за ними бегать, когда можно сделать так, чтобы они сами к нам пришли? Вот и полезли в пекло.

Шаманка раскинула сигнальную сеть, развели костер на самом приметном со всех сторон месте и принялись ждать неупокоенных гостей.

Долго ждать не пришлось. Вот бы все такими пунктуальными были…

— К нам идут мертвяки, — предупредила Олграна, прислушавшись к себе, подсчитывая, сколько раз потревожили ее охранный периметр. — Я насчитала сорок шесть мертвяков.

— Немало, — присвистнул я.

— Да. Они нас окружают. Это говорит о том, что их ведет командир, прежде обладавший Даром и способный мыслить.

Впрочем, никого из нас такое количество не испугало, и то, что их ведет командир, способный мыслить и выстраивать тактику со стратегией, — тоже. Я приготовил винтовку, Олграна поиграла с боевыми амулетами, вампиресса обнажила мечи.

А вот и гости — вышли из тьмы практически одновременно. Ну и получили практически одновременно. Я выдал длинную очередь, сжигая сразу чуть ли не десяток, атаковала амулетами шаманка, экономя собственную силу, и вступила в бой вампиресса, размахивая клинками так быстро, что слышался свист рассекаемого воздуха, а сами они превратились в едва лишь угадываемые очертания.

Я добавил еще файерболов и положил всех, кто атаковал нас с моей линии фронта. Так же успешно справилась со своей задачей Олграна, и не менее успешно Ссашшиллесса.

— Всего и делов-то… — сказал я.

— Справа! — вскрикнула шаманка.

Я едва успел развернуться, как меня сбила с ног стремительная тень. Краем глаза все же успел заметить, что и орчанка с вампиршей атакованы странными существами. Один проводник-свидетель остался не удел: на него, как видно, врагов просто не хватило.

А существа походили на бронированных, как броненосцы, волков, плюс еще иголки, как у ежиков, вместо шерсти. А глаза огнем горят…

Все это произошло в доли секунды, так что я даже испугаться толком не успел.

Попытался вскочить на ноги и подобрать винтовку, но эта тварь вновь кинулась на меня, и я едва успел подставить ей в пасть руку, кою она и укусила.

Японский бог! Как я заорал! И не мудрено, когда плоть прокусывают кинжально острые зубы, а кость ломается в двух местах, — попробуй не заори. А когда эта тварь еще начала мотать башкой из стороны в сторону… У-у-у!

Не понимаю, почему я сознания от боли не потерял. Наверное, боль оказалась слишком сильной.

Хотите верьте, хотите нет, но в этот момент я очень четко отмечал все, что происходило вокруг. Как танцевала высокой брейк со своим противником вампирша, буквально летая над тварью и кромсая ее мечами. Только раны заживали прямо на глазах!

Шаманка от нее практически не отставала, отмахиваясь от чудища ятаганом, то и дело добавляя магией, но вот беда — этим чудищам она, кажется, была по барабану: максимум, что удавалось шаманке, — это слегка дезориентировать своего противника и нанести удар сталью, что тоже получалось не всегда из-за хорошего бронирования.

Один я занимаюсь кормежкой… А моя тварюшка-то, кажись, с каждой секундой все больше становится! Кровь-то моя из ее пасти на землю не хлещет, вся впитывается!

Сам себе удивляюсь, боль в какой-то момент словно отступила, мозги прочистились от тумана (хотя, может, все дело в амулете шаманки, изготовленном из моего мифрила), и я наконец вспомнил об еще одном своем оружии, не менее, а то и более убойном, чем винтовка. Извернувшись, достал ракетницу (с правой стороны кобура висела, левой не так просто достать), отвел боек и, вставив твари ствол в пасть чуть сбоку, надавил курок. Заряд ушел ей прямо в глотку.

Тварь, получив горячий гостинец, отпустила мою изрядно порванную руку, так что я уже просто упал, обессиленный от кровопотери, отскочила назад, полыхнув огнем и дико завыв, как и маг, изрыгая факел огня, а потом ее разорвало на ошметки.

В следующий момент положили своих противников орчанка и вампирша, и одновременно бросились ко мне любимому, уже закатывающему глазки от потери сознания из-за кровопотери и вновь накрывшего меня болевого шока.

Глава 20

Ссашшиллесса. Вампиресса

Мне нужна его кровь!

Ксиррел не обманул и освободил меня от рабства, в которое заключил по незнанию, дав выпить своей крови, даже узнав все возможности истинного высшего вампира. Он вообще, как видно, тяготится тем, что кто-то находится в его власти, особенно под принуждением. Чего только стоят его думы о том, как бы избавиться от рабского труда огров. Да и с жителями деревень связываться явно не хотел, но пришлось.

А вот что меня удивило по-настоящему — так это отсутствие у него меча, хоть какого-нибудь. Ладно бы он был простолюдином, но ведь манера поведения, явная образованность говорит, что он из благородных, а значит, должен уметь владеть оружием. А у Ксиррела из оружия только магический артефакт, который он называет странным словом «вин-тоофф-каа». Но этому тоже нашлось объяснение — оказывается, он иномирец, а у них мечи давно не в ходу.

И такого шанса подобраться к нему поближе, так сказать, войти в ближний круг я упустить не могла и предложила свои услуги в качестве учителя фехтования. А то я все никак не могла найти причину остаться с ним на длительный срок. Силы уже восстановила, вроде бы пора и честь знать… А надо остаться… его кровь… она мне нужна!!!

Он, конечно, странный человек, даром что иномирец, как выяснилось, но вряд ли его странность распространяется так широко, что он согласится просто так снабжать меня своей кровью. Нужна очень веская причина…

А став учителем мечевого боя, я такую возможность-причину получила! Ведь обучиться фехтованию — это не пару десятков аккордов выучить, тут время нужно! Много-много времени! И его кровь станет его платой за мое обучение!!! А я воительница не из последних, такого учителя, как я, еще поискать надо, да и то вряд ли найдешь. Тем более здесь! Орчанка-шаманка в этом плане мне не конкурентка. Они больше по магии.

А вот и мертвяки. Винтовка в руках рассара-иномирца оказалась действительно грозным оружием — теперь понятно, почему он возложил все надежды на нее. В итоге почти полсотни метрвяков не составили для нас проблемы. Я, собственно, только едва разогреться успела!

— Справа! — вдруг крикнула орчанка, и я увидела, как Ксиррела сбила с ног гончая Проклятых земель.

Откуда они тут?!

Но тут стало не до раздумий, на нас тоже налетели еще две гончие, и пришлось вступить в ожесточенную схватку. Спасибо мертвякам. Все же я с ними действительно успела разогреться, а то гончая вполне могла меня достать, и я принялась ее рубить. А убить это сущее проклятие Проклятых земель не так-то просто. Броня у них что надо.

А вот Ксиррелу явно не повезло. Гончая схватила его за руку и давай валять по земле как куклу. И не помочь ему никак! Со своей бы тварью разобраться. Шаманка тоже занята.

Проклятье, неужели рассара вот так просто сожрут?!

Вдруг его гончая полыхнула ярким разноцветным пламенем, и ее разнесло на множество кусков!

Как?! Что произошло?! На них ведь не действует магия! Вон шаманка ничего не может сделать даже чистой силой!

Как бы то ни было, смерть одной гончей очень сильно ударила по оставшимся, их словно оглушило, и это в свою очередь дало мне с шаманкой с ними разделаться, нанеся смертельные ранения в глаза, доставая мозг.

— Ксиррел! — бросилась я к рассару.

— Кэррэл! — тоже с криком кинулась к человеку шаманка.

Раны человека оказались кошмарными. Под лохмотьями одежды и не менее разлохмаченной плотью виднелась кость. Сломанная к тому же. Удивительно, что его рука вообще на месте, а не оторвана к демонам. Хотя, кажется, до этого было уже недалеко.

Я от запаха его крови чуть не сошла с ума. Клыки сами вылезли на рекордную длину. Мне даже рот пришлось приоткрыть, чтобы не прокусить себе нижнюю челюсть!

Бах!

Мою голову сотрясает мощный удар, так что меня чуть не валит на землю.

— Сумку мою неси, дура кровососущая!!! — кричит мне орчанка.

Опомнившись, стремительной тенью кидаюсь к вещам. Шаманка в этот момент что-то бубнит, поводя руками над раной рассара.

Получив аптечку, орчанка стала быстро работать специальными инструментами над раной Ксиррела, складывая его разорванные мышцы друг к другу и воздействуя на них своей силой, тут же заживляя. Давалась ей такая быстрая и очень эффективная работа нелегко, но она справлялась.

Сильная шаманка, с уважением подумала я. Очень сильная… Впрочем, неудивительно, учитывая, как и от кого она получает эту силу, хмыкнула я, почти окончательно приходя в себя.

Но пока шаманка шаманила над раной, сосредоточившись только на своей работе, я не удержалась от того, чтобы незаметно не прихватить несколько лоскутков ткани, пропитанной кровью рассара. Один кусочек даже положила под язык.

О-о-о!!!

Кирилл. Попаданец, у которого и третий блин вышел комом

Очнулся я днем, когда солнце стояло в зените, на той же полянке, где со «зверушками» сражались. Вопрос только в том, сколько дней я так провалялся. Но все можно узнать — вон мои спутницы рядом возятся по хозяйственным делам, почувствовали, что я очнулся, и повернулись ко мне.

— Привет… долго я так бревнышком лежу да на солнышко гляжу?

— Да нет, всего ночь да полдня, — ответила орчанка.

— Это действительно недолго, — согласился я и осторожно пошевелил обгрызенной чудовищной тварью рукой, ожидая чего угодно, вплоть до того, что руки у меня там и нет вовсе.

Удивительно, но ни боли, ни даже неприятных ощущений я почти не почувствовал, только слабость. Рука с трудом сжималась в кулак. Главное, что она на месте!

И чего, собственно, удивляться? Магия-шмагия. Да сам я рассар, как-никак.

— Это пройдет. Руку надо только разработать, — сказала ша— манка.

— Это понятно. Хорошо, что вообще на месте осталась… спасибо.

— Да не за что.

Вампирша принесла мне чашку с отвратным на вкус отваром, который пришлось выпить, давясь и кривясь.

— А что это за твари такие?

— Гончие Проклятых земель, — просветила меня Ссашшиллесса.

— Судя по названию, ареал их обитания — Проклятые земли, — заявил я с умным видом. — Вопрос: что они тут забыли?

— Иногда они покидают свою территорию, — сказала Олграна. — Проклятые земли ведь совсем близко. Иногда их подчиняют себе маги. Возможно, эта троица тоже находилась на поводке у некроманта, а когда мы его кокнули, осталась резвиться тут.

— Как же они вообще тут всех в округе не порвали на кусочки?!

— Гончие охотятся за Силой, за разумными с Даром и поглощают этот дар… — пояснила вампирша. — Остальные их интересуют мало. Разве что тупо как питание для поддержания жизни, а не развития. Так что они в этом плане отличные охотники на ману. Настоящее проклятье для магов, идущих на поиски за артефактами в Проклятые земли.

Тут я вспомнил, как покусавшая меня тварюшка трансформировалась под воздействием моей крови. Это во что же они превращаются со временем?! В каких-нибудь трехголовых церберов размером со слона? Жуть!

— Они, как я видел, почти не реагируют на магию, — сказал я, глянув на шаманку.

— Это так, — кивнула Олграна.

— Мою зверушку разнесло…

Олграна понимающе хмыкнула, вампирша тоже улыбнулась — видимо, орчанка успела просветить ее, как я разделался с некромантом.

— …А что если сделать доспехи из кожи двух оставшихся гончих? Вы ведь их не уничтожили совсем?

— За кого ты нас принимаешь?! — дурашливо возмутилась шаманка. — Пока кое-кто прохлаждался с пустяковой раной, бедные слабые женщины вынуждены были заниматься грязной и трудной работой по свежеванию этих вонючих туш…

— Мы действительно сняли броню с гончих, — сказала вампирша. — Так что на комплект доспехов хватит. И доспехи из брони гончих действительно будут хорошей защитой от магического воздействия. Они пользуются популярностью у различных искателей приключений.

— Особенно если их зачаровать…

— Чего хотите за свои трофеи? — спросил я.

Очень уж мне захотелось иметь доспех из кожи этих гончих. Иголки только оборвать… Хватит голышом по этому весьма негостеприимному миру бродить. В следующий раз могут порвать уже реально на части. А железные вязанки носить нет у меня никакого желания. Тяжело, неудобно… Пробовал я на себя навесить один такой комплект в замке. Сдохнуть можно!

— Я хотел бы их выкупить на доспех.

— Они и так твои, — усмехнувшись, ответила орчанка. — Что нам надо, мы и так получаем. Пора и тебе хоть что-то от нас получить.

Вампирша кивнула.

Ну и ладно — как говорится, дают — бери… Тем более что мне, по сути, сейчас нечем им заплатить. Меня и так обирают как липку. По крайней мере шаманка… Но если с шаманки я получаю хоть физическую усладу в ходе процесса обирания меня, то от вампирши вообще ничего.

— Плохо то, что их кожу нужно отдать в обработку не позднее чем через сутки после забоя, — заметила вампирша. — Иначе она станет просто непригодной для использования.

— Да, жалко, что пропадет, — опечалился я.

— Кто сказал, что пропадает? — удивилась шаманка. — В деревне живет кожевник. Не великий мастер, конечно, но его умений хватит. Сейчас я сниму с тебя мерки и отвезу кожу в деревню.

— Он еще слишком слаб для поездок, — сказала вампиресса.

Я сейчас действительно вряд ли смог бы долго просидеть в седле.

Что касается быков, то они, если судить по грязным рогам, тоже в стороне от битвы не остались и кого-то накололи. Боевые монстры…

— Никто и не говорит, что мы должны ехать все вместе, я одна быстро съезжу. Заодно и проконтролирую начальные работы — покажу, что и где надо резать.

Шаманка действительно приблизилась ко мне с мерным шнурком и, скинув одеяло, под которым кроме меня ничего не оказалось, начала бесцеремонно обмеривать.

Хорошо, что не измерила то, что ниже пояса…

Кстати, хана моей камуфляжке пришла: от правого рукава одни лоскуты остались. Разве что жилетку теперь сделать, а второй рукав на заплатки со временем пустить.

Хотя чего это я ерундой страдаю? Я тут с некоторых пор не хухры-мухры, а владетель. Мне положена нормальная одежда, а не штопаные-перештопаные камуфляжки. Разве что как память оставить…

Обмерив, меня вновь укрыли.

Взгромоздив добычу на грузового быка, Олграна вскочила на своего Буруна и двинулась в деревню, с усмешкой бросив:

— Не шалите… Буду завтра к вечеру.

Орчанка уехала, а я остался лежать под деревцем. Вскоре ко мне с чашкой чего-то съестного подсела Ссашшиллесса.

— А где трупаки? — спросил я, а то обедать, когда кругом эти тела, как-то не в кайф.

— Шаманка утром спалила.

Я кивнул и принялся есть, иногда искоса поглядывая на вампиршу. Что-то мне не нравилось в ней… Вроде милая девушка, если не считать, что кровососущая в прямом смысле этого слова, а не только в переносном…

Ноздри! Как они трепещут!

Я аж подавился.

— Ссашшиллесса… — произнес я, откашлявшись, даже и не зная что сказать.

Мне реально не по себе стало. Загрызет ведь счас, несмотря на клятвы! Один на один с ней остался!

— Тебе ведь моя кровь нужна?

Вампирша, похоже, опомнившись, чуть отстранилась назад и медленно кивнула.

— Д-да…

— Прямо сейчас?

Вот же еще одна наркоманка на мою голову, мысленно возопил я. То Олграна меня опустошала на энергетическом уровне, не в силах совладать с собой, но с ней хоть худо-бедно разобрался. То теперь, похоже, у вампирши крыша едет от моей рассарской крови. А с ней как быть?!

— Н-нет… тем более что ты сейчас ослаблен, потерял много крови ночью…

— Тогда в чем дело? Ты меня, признаться, несколько… пугаешь, — все же признался я, хоть и считал, что признавать свою слабость и тем более страх перед женщинами, да еще от самих женщин, нельзя.

— Н-не знаю, Ксиррел… Тут что-то другое… — прошипела вампиресса, рывком снимая мои солнцезащитные очки.

Зрачки ее пульсировали… И это тоже вводило меня в ступор. Точно гипноз.

— Я сама не могу разобраться в том, что со мной происходит… нет, я больше не могу!

И прежде чем я успел хоть о чем-то подумать, не говоря уже о том, чтобы сделать, ну там отскочить или как-то защититься, вампиресса оказалась на мне, припечатав мою тушку к земле.

Ну а дальше… дальше, думаю, объяснять не стоит.

«Кто-то говорил, чуть ли не клялся, что в третий раз сам полезет», — как всегда, в самый неподходящий момент с едким уничижительным комментарием вылезло мое второе «я».

Это не считается!

«Это почему же?»

Потому! И вообще она вампиресса!

«И что? Чем она хуже других? Все на месте, и красавица, каких поискать».

И вообще когда я говорил о третьем разе, я имел в виду человеческую женщину!

«Э-эх… братуха, с такой житухой неизвестно, увидишь ли ты вообще когда-нибудь человеческих женщин. В ближайшее время, которое, возможно, растянется на годы, ты в землях людей не побываешь. Так что довольствуйся теми, кто есть под рукой».

И вообще я слаб, отмахнулся я от ироничных замечаний своего второго «я». После ранения! Я не то что на женщину, а образно говоря, даже на коврик залезть не смогу…

«Ну, судя по вампирше, про слабость мог бы и не заикаться… Вон как ее всю распирает, того и гляди орчанка на ее вопли вернется, подумав, что ее кто-то без ножа режет».

Тьфу на тебя!

Мое второе «я» истаяло с конским ржанием.

А вампиресса… может, они и потенциальные бессмертные, но в плане затрат времени на удовольствие они действительно оказались правилом из исключения. Ну и слава тебе господи! А то заездили…

А может, все дело в хм-м… длительном, очень длительном воздержании? Больше двадцати лет все же в камере провисела. А я тут, по сути дела, оказался единственным более-менее достойным кандидатом для удовлетворения естественной потребности. Не с полукровками же ей, королеве гнезда, тем более что я весь из себя такой рассар, да еще владетель…

Впрочем, я быстро выбросил все эти мысли из головы, подумав: а не кастрирует ли меня орчанка, когда прознает? А она прознает, как в свое время прознала гоблинка, от этого никуда не деться… А то в последнее время очень уж она странно себя ведет, все ее из крайности в крайность бросает…

«Не кастрирует, — вновь вылезло второе «я». — А то как она энергию из тебя, такого ущербного, качать станет?»

Ну, ведь есть другие методы…

«А если ты рассаром после такой специфической операции перестанешь быть?! Вдруг тут все взаимосвязано!»

Да иди ты… взмолился я.

«Уже ухожу!..»

Ссашшиллесса. Вампиресса, «потерявшая голову»…

О-о! Я как будто заново родилась! Даже первые признаки подступающей жажды, возникшие после боя с гончими, пропали!

Хорошо, что, как говорит человек, мы расставили точки над этой странной буквой «ё», что, как я поняла, зачастую заменяет человеку ненормативную лексику.

Но что со мной произошло? — недоумевала я, кутаясь под одеялом рядом с Ксиррелом.

Вряд ли это из-за долгого воздержания. Вампиры могут с легкостью обходиться без близости сотни лет, ведь мы бессмертны. Остается только гадать и все списать на инстинкты. Мне от него что-то требуется, но я не осознаю, что именно. Это как у кошек, которые вдруг начинают есть траву, — так они восполняют недостающие им вещества. Вот и у меня что-то подобное…

Олграна. Орчанка, шаманка, изводимая странными и неожиданными для нее мыслями

Я чуть с ума не сошла, увидев, как пал Кэррэл! Проклятые гончие, откуда они вообще тут появились? Мы слишком далеко от Проклятых земель…

Может, натравил кто-то?!

Мысль, если подумать, не такая уж и дикая. Кто-то узнал, что у замка сменился хозяин, и решил убрать его исчадиями Проклятых земель, не вступая в личную схватку. Не порвут гончие — значит, на этих основаниях можно оценить силу соперника и подготовиться на порядок лучше… Да, такой вариант тоже не стоит сбрасывать со счетов, хотя и рановато для подобных… разборок.

Но, к счастью, рассар оказался жив, какое же я испытала облегчение! Живой! Только сознание потерял, но это и неудивительно при такой ужасной ране. Рука сильно потрепана, но с теперешними моими возможностями заживить такую кошмарную рану не составило особых проблем. А раньше пришлось бы ампутировать.

Убедившись, что с моим Кэррэлом все в порядке…

Моим?..

Подобная мысль сбила меня с толку, и я даже замерла на месте.

«В каком смысле твоим?» — с ехидцей спросил меня мой внутренний дух.

В прямом! Это мой рассар!

«Ой ли?! То-то ты с таким криком бросилась к нему! А с какой нежностью его обхаживала, пока он валялся в беспамятстве…»

А как же! Если он погибнет, мне не стать самой великой шаманкой Степи!

«Ну-ну…»

Бр-рысь!

Подобные размышления не доставляли мне удовольствия, и я поспешила отвлечься, тем более что у меня еще много работы. Надо, например, пожечь мертвяков.

А еще шкуру с этих гончих снять. Хоть какой-то с них прибыток. От напавшей на рассара ничего не осталось. Опять выстрелил своим осветительным файерболом с мифриловой начинкой!

Вампирша поинтересовалось как раз тем, как это Кэррэлу удалось победить гончую, если ее магия не берет. Я рассказала.

Вампирша еще эта… и взглянула искоса с неприязнью на Ссашшиллессу. Тоже ведь на Кэррэла как рассара какие-то виды имеет. Кровососка. Но тут много гадать не надо, крови ей надо… ничего больше. И слава духам.

Опять не о том думаю! И какое мне, собственно, дело до того, чего ей надо — крови или чего больше?!

Никакого!

«Ага, ага…»

Брысь, я сказала!!!

Может, убить ее? На ее счет я никаких клятв не давала. Правда, убить высшую вампиршу не так просто, как гоблинку. Тут еще неизвестно, кто кого прибьет…

Наконец гончие разделаны. Вампирша попробовала их кровь на вкус и едва отплевалась. Ядовитая.

Кэррэл пришел в себя только в середине дня, и его рука практически исцелилась, просто была еще слаба, да и сам он далек от оптимального состояния, но это ненадолго. Скоро он полностью восстановится: мало того что у него отличный амулет здоровья, — так он сам рассар.

Зашел разговор о шкурах гончих. Кэррэлу очень захотелось сделать из них себе доспехи, и мы с вампиршей эту идею полностью поддержали. Нам-то не надо, а ему не помешает наконец получить нательную защиту, а то ходит словно голый. Будь на нем хотя бы простой наруч — может, и не дошло бы до такого ужаса.

Шкура скоро пропадет, так что надо поспешить доставить ее кожевнику.

Но как же не хочется оставлять Кэррэла с этой кровосоской!

«А почему?!» — вкрадчиво так поинтересовался мой дух.

Нипочему! Отстань!

Я стала собираться с удвоенной энергией. Мне нет никакого дела, даже если они… мне нужна только его мана…

«Конечно-конечно…»

До деревни добралась быстро, тут же оказался и проводник, сбежавший домой сразу после нападения гончих.

— Госпожа… — выбежал навстречу староста. — Как мы рады, что с вами все в порядке! А то Оттор такого понарассказал! Страсти какие! В порядке ли господин Кэррэл?!

— В порядке господин, в полном. И мне плевать, что там вам рассказал этот трусливый недомерок. Мне нужен кожевенных дел мастер. Работа ему есть. Срочная.

— Одну минуту, госпожа!

Собственно кожевник сам шел ко мне, так как мое появление не осталось незамеченным в такой маленькой деревушке.

— Из этих шкур нужно сделать комплект доспехов, — сказала я, сбрасывая мешки со второго быка. — Сможешь?

— Конечно, госпожа…

— Вот мерки.

Сдав мерки и уточнив, что должно в итоге получиться, я до самой ночи работала с кожевником, контролируя все процессы, чтобы он не попортил столь ценный материал. И только убедившись, что испортить ничего нельзя, утром отправилась назад, на поляну, где остались рассар и вампирша.

А когда вернулась и только их увидела, меня мгновенно переполнил гнев. Спутались-таки!!!

Об этом говорило буквально все! От демонстративного безразличия друг к другу до отвода ими глаз! Ладно кровососка скрыла глаза очками, но вот у Кэррэла их нет!

Р-р… убью! И его, и ее, и…

Стоп! Да что это со мной?! Я удивилась своему состоянию. Ну спутались, и что с того?!

«Да, с тобой что-то определенно не то, подруга», — согласился мой дух.

Не влюбилась же я в человека, будь он хоть трижды рассар, в самом-то деле!

«Кто знает…»

Да этого не может быть!

«Кто знает…» — философски отозвался дух.

Я!

«Ты, так ты…» — совсем уж покладисто согласился мой дух.

— Привет, как съездила? — спросил меня человек, излишне сильно выказывая заинтересованность.

— Норрмально, — выдавила я, едва сдерживаясь, чтобы не кастануть в него чем-нибудь таким… опорожняющим кишечник.

— Когда будет готово?

— Через месяц. Работа эта не быстрая… А ты как себя чувствуешь?

— Неплохо…

Еще бы ему было плохо! Кобель!!! Опять я вспылила.

Успокоиться… надо успокоиться… Ну и что с того, что он с вампиршей спутался? Я все равно получу свое… мне от него нужно только одно…

— Что дальше будем делать? — спросила вампирша.

— В смысле?

— Возвращаемся в замок или продолжаем охоту на мертвяков?

Мы одновременно повернулись к Кэррэлу. Все зависит от него, его состояния здоровья и просто решения.

— Я в норме… — ответил он. — Думаю, можно продолжить охоту. Вряд ли нам вновь повстречаются эти гончие. Как говорится, раз на раз не приходится. Да и сопутствующие дела надо сделать.

— На том и порешим, — кивнула я.

Поужинав, я почувствовала себя не очень хорошо.

Что со мной? Может, гончая в меня все же попала ядовитой слюной, а я не заметила?

Прошептала наговор для общего оздоровления.

Не помогло. Более того — подкатила тошнота…

— Нет, только не это… — осенила меня догадка о причине недомогания. — Проклятье, ведь я делала все, чтобы не…

Кирилл. Попаданец-изменщик

Когда Олграна вернулась, я подумал, что мне конец и она меня сейчас растерзает самым жестоким образом, так что и гончей не снилось. Все-таки она догадалась. Искать ответ на вопрос «как?» просто бессмысленно.

Но нет, сдержалась и повела себя как ни в чем не бывало.

За ужином приняли решение продолжить охоту. Я действительно стал чувствовать себя хорошо. Да, рука по-прежнему слабая, разрабатывать ее придется немало, но ведь много силы, чтобы нажать на курок, и не требуется. А повторная встреча с гончими согласно теории вероятности стремится к нулю, так что опасности особой нет.

Вдруг Олграна вскочила на ноги и, зажимая рот руками, рванула к ближайшим кустам, за коими и согнулась с весьма специфическими звуками.

Я бросился следом.

— Что с тобой?!

В ответ меня пронзил испепеляющий взгляд.

Что за…

До меня вдруг стало доходить, что именно это «что за…».

Не может быть!

«Если с гоблинкой может, то почему с орчанкой того же быть не должно? — засмеялось мое второе «я». — Тем более что вы так активно этому способствовали! Ха-ха-ха!!!»

А вот мне стало совсем не до смеха.

Я искоса посмотрел на вампирессу…

Глава 21

Кирилл. Гражданский троеженец

Уничтожение крупных банд мертвяков заняло две недели. С одиночками местные сами с легкостью расправятся. Неожиданных неприятностей вроде происшедшей в самом начале встречи с гончими не повторилось. Так что, выведя под три сотни мертвяков — за некоторыми бандами нам все же пришлось погоняться, но от поисковых заклинаний шаманки не уйти, — мы вернулись в замок.

Олграна все это время имела сумрачный вид, то и дело косо на меня поглядывая. Даже не знаю, о чем она в этот момент думала, но мне становилось не по себе. Вроде как я в чем-то виноват. Но виноватым я себя не чувствовал — в конце концов, она сама на меня полезла! Как там, в фильме про чисто углеродную руку… не виноватый я, она сама пришла!

Сдуру под конец путешествия, уже не в силах выносить этот хмурый взгляд, я ляпнул в том плане, что, наверное, можно сделать аборт. В деревнях наверняка найдутся знахарки, сведущие в этом вопросе, если она сама не может. На что получил гневную отповедь:

— Дети — дар духов! Отказаться от дара, особенно когда мне его дали, несмотря на все мои старания, — значит прогневить их и лишиться расположения в будущем!

Немного погодя задумчиво добавила:

— Да и ребенок от рассара может получиться очень сильным… с очень сильным Даром…

Стало быть, в не таком уж отдаленном будущем, месяцев через девять, меня ждет еще одно прибавление — уже от орчанки.

Ох-хо-хох… горе мне, горе…

Вампирша эта еще… Если шаманка делала все, чтобы не залететь, а она, я думаю, в этом фишку рубит, как никто другой, сама как-то призналась, что целительство — ее конек, но все же залетела, — то, сами понимаете, подозрения на ее счет самые что ни на есть пессимистичные.

Ну, поживем — увидим.

Сама Ссашшиллесса, кстати, тоже ехала в глубокой задумчивости. Тоже, видать, размышляла о своем, о женском… счастье.

— Кирриэл! — бросилась мне на шею Зеленоглазка.

— Привет, малышка… — обнял я ее осторожно и поцеловал.

— Как хорошо, что ты вернулся… а то мне, как вы уехали, такой сон плохой приснился, что тебя чуть не убили…

— Глупости — видишь, я цел и здоров, — быстро ответил я, столь же стремительно стрельнув глазами в орчанку, уже открывшую рот, и вампиршу, чтобы не болтали лишнего.

Нечего Зеленоглазку волновать. Ей это вредно. А вот над сном стоит подумать. Может, связь какая образовалась между нами? Не просто же так ей сон приснился дурной, учитывая, что меня реально серьезно потрепали. Отмахиваться точно не стоит. Магия ведь кругом, все возможно.

— Это хорошо. Идем же!

Зеленоглазка повела меня первым делом в купальню, где и обмыла всего… и не только. Приятно, чего уж тут.

— А больше никаких снов насчет меня не снилось? — внутренне замерев, поинтересовался я, припомнив случай с вампиршей.

А то, согласитесь, как-то это будет не фонтан… Я, хм-м… уединюсь с кем-нибудь, а мои подружки уже все знают — им, блин, все приснилось! Это же полный северный лис! Это всем песцам песец!!!

— Нет, а что? — с подозрением поинтересовалась Зеленоглазка.

Ну и слава тебе господи!

Хотя если кое-что соотнести, то кое-что получается. Порвали гончие меня ночью, Зеленоглазка наверняка в это время спала — вот и увидела. А случай с вампиршей произошел днем, Зеленоглазка соответственно бодрствовала, может, потому и не узрела измены…

Как теорию можно принять. Но проверять ее не хочется. Конечно, я никому ничего не должен, но все равно неприятно.

— Нет, ничего… давай я тебя помою.

Зеленоглазка возражать не стала, хоть и чистая. И совсем обо всем забыла и разомлела, когда добавил поцелуев.

Ну а потом, когда в свою очередь привели себя в порядок Олграна и Ссашшиллесса, естественно, был пир горой. Пармер на кухне по случаю возвращения хозяина расстарался на славу.

— Ничего, — приободрил я его, явно запыхавшегося: одно дело приготовить на одну персону — и совсем другое на три рта три раза в день, и так каждый день. А ведь у него еще другие обязанности по замку есть. — Через день-другой подойдут работники, полегче станет.

Я, естественно, помимо парней на гарнизонную службу в стрелковые команды, нанял несколько девушек на кухню. Ну и парням в некотором смысле облегчение. А мне так моих выше крыши хватит. Одна Олграна чего стоит.

— Олграна, сможешь сегодня провести обряд познания с Ссашшиллессой?

Орчанка, хмуро глянув на вампиршу, кивнула:

— Без проблем.

— А то я думаю, что пора начать экспериментировать с записью. Пока только сольно, но у меня и таких композиций хватает. А то нам скоро предстоят расходы — не хотелось бы встретить их с пустыми карманами. Да и рынок прозондировать не помешает пробными партиями, а то, может, вся эта идея не стоит и ломаного гроша. Тогда придется в темпе думать, на чем еще можно заработать.

Шаманка согласно кивнула. Вопрос этот действительно не стоило пускать на самотек.

За ужином также составили примерный распорядок дня на будущее. Мне надлежало с утра и практически до обеда вместо чистой профанации — спортивной зарядки — заниматься реальными тренировками с вампирессой, учиться мечевому бою. В этом мире меча и магии это действительно может серьезно пригодиться.

После обеда я практически становился предоставлен самому себе. Но это не значит, что я собирался слоняться без дела. На ближайшее время работы у меня непочатый край.

Первым делом я решил собственноручно сделать прототип голема. Это только кажется, что они просты в производстве, только и нужно что несколько деревяшек прибить друг к другу. Как бы не так. Там придется серьезно повозиться, продумывая элементы крепления и сочленения.

Вампиресса после обеда будет петь под собственный аккомпанемент. По одной-две песни в день. В чем ей будет помогать на магическом уровне Олграна. Мало, конечно, но зачем шаманке перенапрягаться — ведь для нее это тоже непросто, тем более что времени много.

Драгоценных камней, конечно, для этого не хватит, но мы пока решили работать с обычными одноразовыми камешками. Пойдут они очень дешево — гораздо дешевле себестоимости, но тут ничего не поделаешь, нужно привлечь к продукту внимание, завоевать рынок — в общем, сетевой маркетинг в действии.

А вот когда одноразовые станут популярны, пойдут драгоценные «альбомы». Но тут уже нам надо подсуетиться и собрать-таки музыкальную группу. Найти певца-мужчину. Женским голосом всех песен не спеть. Совместное пение опять же.

Шаманка утром и после работы с вампирессой займется своими шаманскими делами, в которых я не секу. Будет самосовершенствоваться и заниматься самообразованием.

Зеленоглазка… Зеленоглазка, пока мы отсутствовали, охотились на мертвяков, несмотря на свое положение, оказывается, неплохо вникла в дела замка, так что в этом плане она разгрузила Пармера. Пусть и дальше занимается хозяйственными делами.

Ну вот, вроде все заняты, никто не бездельничает. Лепота.

Ссашшиллесса. Вампирша, вошедшая в ближний круг рассара. Что касается способа, то тут просим без пошлостей!

Когда к месту битвы с бродячими мертвяками и гончими из деревни вернулась орчанка, я думала, она будет меня убивать. Глазами так и сверкала — сразу как-то догадалась, что я была близка с рассаром. Но не полезла. Шаманка, конечно, хороша, тем более что я успела оценить ее в битве с гончими, но и я не пальцем сделана, тоже кое-что могу. Так что совсем не ясно, кто победил бы в схватке.

И чего только она так разнервничалась? Влюбилась, что ли? Пф-р…

Чуть позднее причина ее такого состояния стала ясна. Орчанка, оказывается, забеременела от человека, хотя, как я поняла, она всеми способами старалась этого избежать. Тут, в связи с моей близостью с рассаром, уже мне стало над чем поразмыслить…

Впрочем, какая, собственно, мне разница? Ну обрюхатил меня рассар, хотя это еще неизвестно, — в любом случае сама виновата, — так что ж теперь, убиваться, что ли?

А по возвращении в замок я принялась за обучение Ксиррела мечевому бою. М-да… работы непочатый край, никогда еще мне не доводилось обучать столь бездарного ученика. Каждая капля его крови, коей он мне заплатит за это обучение, будет того стоить.

На удивление неуклюжий человек… Пока он делает свой выпад, я могу его раз двадцать убить, при этом не переходя на сверхскорость.

Или, может, я предвзята? Все-таки людей я еще никогда не обучала, только вампиров, да и давно это было… Бывало, и обращенных тренировала, но они уже не совсем люди. Скорость и проворность на порядок выше.

Хм-м… а если его обратить, подумала я. Что в таком случае выйдет из вампира-рассара, пусть и обращенного? Думается мне, что высшему такой обращенный точно ни в чем не уступит. А может, и сам станет высшим?!

Но он на это не пойдет, так что предлагать бессмысленно. А жаль…

— Все, я больше не могу… — взмолился человек, буквально падая от усталости.

— Да, собственно, мы закончили.

Ксиррел, обрадовавшись, поплелся в замок приводить себя в порядок после тренировки.

А я даже не вспотела, так что можно сразу идти музицировать. Шаманка провела вечером обряд познания, и я получила знание языка рассара. И всю ночь слушала удивительные в своей необычности песни. Там было все вперемешку — и смешные, и грустные-лирические, и серьезные, и военные, и просто странные-непонятные.

Но сколько слушала — не прослушала и десятой части из огромного количества композиций. А парочку из прослушанных, что удалось достаточно легко переложить на общий и где не требуется много усилий по подгонке музыкального сопровождения, можно попробовать записать.

По совету Ксиррела попробую записать одну смешную песню группы «Балаган», называется «Че те надо?», тем более что она действительно легко переложилась на общий, да и с музыкой проблем нет. А песня действительно смешная — я смеялась до упаду.

Кирилл. Барон. Вроде хозяин, а вроде и пленник

Жизнь в замке после возвращения с охоты на мертвяков превратилась для меня в ад с самого утра. Встал ни свет ни заря — и целых три часа занимался одной только разминкой под руководством Ссашшиллессы. Бегал вокруг замка, прыгал, ходил на корточках, отжимался… В общем, надо мной измывались как могли.

Сдохнуть можно. Я едва держался на ногах, это при том что путешествие по лесам и горам со степью меня несколько закалило, особенно ноги, но, как видно, недостаточно, абсолютно недостаточно.

А потом начались сами тренировки, точнее — избиение. Ссашшиллесса сначала показывала какие-то стойки, движения, выпады, удары и заставляла повторять — сначала просто так, а-ля бой с тенью, а потом уже в контакте с нею. И каждый раз жестко наказывая за по ее мнению неправильные действия. А поскольку неправильным получалось все, ибо, как вы понимаете, нет предела совершенству, то, сами понимаете, на мне очень скоро живого места не осталось. Эта вампиресса меня решила, наверное, просто угробить.

К счастью, рассарство дало мне одно довольно значительное преимущество — я весьма скоро восстанавливался. Но ближе к обеду даже оно уже было неспособно меня поддержать, и я просто валился с ног.

Я в этот момент не без некоторой доли зависти подумал, что, несмотря на всю мою быструю восстанавливаемость, сила орка мне бы ой, как не помешала! Особенно чтобы управляться с мечом. Он, как и положено тренировочному, весил намного больше боевого — это чтобы рука быстрее натренировалась тяжесть держать и потом уже настоящим мечом орудовать так же легко, как тростинкой.

К счастью, тренировка закончилась, и я едва добрался до купальни, где меня уже встречала Зеленоглазка. Да, это весьма своевременно, а то без ее помощи я сейчас даже помыться не могу… А так блаженство: лежишь в воде, а тебя моют. Ну чистый сибарит! Если бы еще не тренировки…

— Спасибо, дорогая…

Отобедав, поплелся во внутренний дворик, его хозяйственную часть — это там, где кузница и прочие службы. По моему наказу гремлины стащили туда заранее помеченные мною сухие бревна и чурки, хорошо просохшие, что вообще-то собирались пустить на дрова.

Ну вот, теперь можно заняться созданием прототипа деревянного солдата, отработать на нем все конструкторские решения, учесть все ошибки, что непременно возникнут по ходу дела, — всего ведь не предусмотреть, как ни старайся и ни прорабатывай на чертежах. Собственно, самая большая головная боль — это, конечно же, сочленения. Какими их делать?

Есть три способа соединения: шарнирный простой — соединение двух частей через выступ и паз, карданный и шаровой или подшипниковый. Это я так для себя классифицировал, так как не знаю, как все это в действительности правильно называется.

Пальцы на руках без вопросов будут простейшими шарнирами, а плечи, локти, колена? Какой способ будет самым эффективным по подвижности и надежности? Конечно, шаровой-подшипниковый, это без вопросов. А вот в плане простоты изготовления — карданный.

Шар тоже вырезать не тяжело, опыт резьбы по дереву у меня небольшой, но есть, но это шар, а вот паз под него выдолбить, так чтобы шар там не гулял, — это уже настоящий геморрой. Сделать его надо тютелька в тютельку и без лишних шероховатостей, иначе все очень быстро пойдет в разнос.

Так что в этом плане предпочтительнее смотрится карданный способ. Да, деталей придется делать на порядок больше, но они все же попроще будут. Хотя само увеличение деталей сводит эту простоту на нет и снижает надежность конструкции в целом.

По уму, лучше сделать два разных прототипа и сравнить их характеристики между собой. Заставить пройти полосу препятствий на скорость, а потом еще выставить их друг против друга — и пускай уже в сражении выявится окончательный победитель. Кто рассыплется раньше, тот и проиграл.

Но делать два отдельных прототипа мне было откровенно влом — с одним бы управиться. Тем более что работа непростая, я все-таки не профессиональный резчик по дереву, — и в конечном счете решил совместить оба способа в одном экземпляре. Правую сторону решил сделать на основе шарового соединения, а левую — карданного.

Все зарисовал с мельчайшими подробностями, размерил и начал пилить, рубить и строгать…

Но прежде, конечно, проконсультировался с Олграной. А то очень мне было заманчиво создать четырехрукого бойца. Это же какая мельница получится?! Машина смерти!!!

Но — увы, меня ждал облом.

— Нет, Кэррэл, души, которые будут подселяться в твоих деревянных солдат, смогут управлять только привычной им конфигурацией голема. То есть двумя руками и двумя ногами, такими, какими они сами имели вид при жизни.

— Печально. А если такой вариант, что две руки становятся запасными? Одну руку отрубят — голем вводит в строй запасную.

— Это можно, — согласилась шаманка.

— Что ж, так и сделаю…

За день я этого солдата, конечно же, не сделал. Собственно, при наличии специального инструмента (заказал его у кузнеца еще в первой деревне при поездке на охоту на мертвяков) я умудрился сделать только одну руку. И это, я вам скажу, просто отличный результат. Легче всего, конечно, сделать было пальцы, труднее всего — локтевой и плечевой суставы. И это я еще шаровой способ отрабатывал. С карданным мороки будет больше — там сверлить надо, скорость изготовления сильно упадет. Так оно, собственно, впоследствии и вышло…

Ну а вечером мы слушали «каменный» концерт из одноразовых камней с записанными на них вампирессой и орчанкой песнями. На мой взгляд, получилось неплохо. На взгляд моих подруг — тоже. Голос у Ссашшиллессы действительно оказался божественным.

— Меня другое беспокоит, — сказала вампиресса, — эти песни быстро выучат менестрели и пойдут дальше зарабатывать сами. И мы уже ничего с этого не поимеем.

Это да, это проблема. О праве интеллектуальной собственности здесь слыхом не слыхивали, да и о чем говорить, если даже дома у меня на него очень часто кладут с прибором. Да и сам я, если уж на то пошло, занимаюсь интеллектуальным пиратством. Не я же эти песни сочинил, но собираюсь на них зарабатывать.

— А может, имеет смысл как раз заключить договоры с этими бродячими артистами? — предложил я, немного подумав. — Под клятву. Они же станут основными распространителями наших музыкальных камней…

— Сложно это, — сказала шаманка. — И потом, всех менестрелей не оприходуешь…

— Да уж, беда…

Отличная идея быстрого и беспроблемного заработка медленно накрывалась медным тазом. Проблем, оказывается, выше крыши. По крайней мере я ничего не мог придумать, как бы защитить наш бизнес.

— Будем думать. Как вариант вижу только создание собственных музыкальных групп, не для записи камней, хотя тоже можно, а как раз гастрольных, и пусть они за процент исполняют наши песни. Ну и «альбомы» распространяют.

— Это более реально, — кивнула вампиресса, — особенно если они будут выгодно отличаться качеством исполнения от прочих бродячих артистов и вхожи в самые высшие круги знати, где и уровень заработка на порядок выше.

— Или собирать толпу на концерт из жителей всего города. По бронзовой монете с носа, и это уже приличная сумма собирается. В общем, думать надо над концепцией, более плотно.

Через неделю работы, я своего деревянного солдата все-таки собрал. Получился он у меня в два метра высотой. Дополнительная пара рук крепилась чуть снизу основных и заводилась за спину.

Как можно легко догадаться, назвал я его просто, без особых изысков, затей и претензий — Буратино. Тем более что ухряпался я с ним — что твой папа Карло… ведь куча заготовок тупо ушла в брак. Так что я очень быстро пожалел, что решил сделать бойца о четырех руках.

И это еще из мягкой породы дерева прототип. А сколько мороки будет с «железным»?! О ужас! Но, впрочем, страдать буду не я, а рабочие…

Под конец решил немного пошалить и сделал ему соответствующий длинный острый нос. А что? Дополнительный боевой элемент… Как боднет, словно дятел, так и проткнет к чертям.

Думал, туловище станет самым простым в изготовлении элементом. А чего с ним париться, обтесать чурку с местами креплениями для рук, ног и головы — и все дела. Ан нет, настоящему бойцу еще и корпусом надо поворачиваться. Так что пришлось его в районе пояса распиливать пополам и цилиндрическим шарниром соединять. Еще день работы.

Хотя думаю, что тут лучше использовать все же карданный элемент — так угол наклона больше будет, чем с шаром (проще просто некуда). Но я с ним так успел задолбаться, что решил использовать более быструю и простую в изготовлении систему, пусть и в некоторый ущерб подвижности. Прототипу и этого хватит.

Все, теперь дело за шаманкой, проведение обряда по вселению души.

Олграна, кстати, тоже готовилась к этому волнительному моменту и сделала для Буратино несколько специальных амулетов, а именно — глаза, уши и рот. Подселяемой душе тоже надо через что-то смотреть и общаться. Так что в соответствующих местах в голову инкрустировали камни, нашлись подходящие, полупрозрачные из простых, что буквально под ногами валяются, надо только обработать хорошо. Потом только останется изделие раскрасить.

Гремлины утащили моего голема на крышу и разложили его на подготовленной шаманкой черной плите.

— Мне обязательно присутствовать? — не без основания полагал я, что вселение души в голема изрядно затянется.

— Конечно. Я буду привязывать их на твою ауру, чтобы ты мог их самостоятельно заряжать, а значит, ты должен находиться поблизости.

— Ясно…

После чего Олграна стала расписывать Буратино какими-то значками, что-то нашептывая, и исписала его так всего с ног до головы. Посыпала чем-то, побрызгала…

— Что это сейчас такое было? — поинтересовался я, когда шаманка закончила подготовительный процесс и отошла отдохнуть, а заодно осмотреть дело своих рук со стороны — может, еще чего поправить надо.

— Заговоры ставила. На прочность, на сопротивление огню и воде.

— Ну, насчет огня я понимаю, а воде зачем?

— Разбухнет от сырости — заклинит всего.

— Логично, — согласился я.

— Но, несмотря на все мои наговоры, огонь все равно останется для него самым страшным врагом, — сказала Олграна.

— Я понимаю.

— И кстати, мои поздравления…

— Не понял…

— Такая конструкция голема очень экономична.

— Не понял… — повторил я, хмурея еще больше.

— Вот эти все подвижные части повысят срок службы голема и снизят затраты маны к минимуму. Так что он сможет работать без подзарядки не месяц, как мы рассчитывали, а полтора или даже два, если много двигаться не придется.

— То есть… можно было сделать все намного проще?

— Ну да! Магия позволила бы двигаться голему так, как ему надо. Дерево достаточно пластично…

Я даже не знал, радоваться мне или плакать от горя. Несмотря на то что я рассчитывал на магию, мыслю я по-прежнему чисто техническими категориями, вот и создал максимально технологичного голема. А можно было просто прибить к бревну-торсу палки с ветками-пальцами — и вуаля, голем готов. Ну, да сам виноват, не проконсультировался по этой части со специалистом. С одной стороны, столько напрасного труда, но с другой — значительная экономия энергии и повышение срока службы с одной подзарядки в два раза. У меня, конечно, энергии много, но все равно не стоит ею разбрасываться. Тем более если вдруг замок придется оставить на более значительное время, чем месяц… Так что нет худа без добра.

— А как, ты думал, создаются големы из земли? Тоже делают такие вот подвижные штуки?

— Ну да… не делают, просто лепят.

— Так только железных големов гномы делают. Любят они это дело.

Терминаторов клепают коротышки бородатые, подумал я с усмешкой.

— У них только локтевые суставы немного другие — поворачиваются вдоль на такой штуке, как если бы на палец наперсток надели.

Я кивнул. Сам что-то подобное сначала хотел делать, но уж больно сложно. Карданный способ намного проще.

— Давай мифрил, пора проводить обряд.

Я подал шаманке заранее зачарованный Олграной кусочек мифрила, что таскал все время создания Буратино с собой, заряжал ему аккумулятор от своей ауры.

Олграна взяла эту мифриловую заполненную до краев энергией батарейку, вставила в специальный паз в груди, села и начала камлание. Вспыхнули курильни в ключевых точках вокруг черного камня, зазвучал бубен и голос…

В общем, как я и предполагал, эта дымная светомузыка затянулась надолго — на час, не меньше. А когда закончила, шаманка едва сумела подняться и отойти.

— Тяжело?

— Да, в первый раз нелегко…

— Но получилось? — с волнением спросил я, видя, что голем как лежал, так и лежит бревном.

— Да… сейчас встанет…

Олграна ударила в ладоши и что-то выкрикнула на старооркском — что-то типа: встань и иди.

Голем на черном камне зашевелился. Движения его вначале получались неуверенными, но вскоре подселенная в Буратино душа освоилась, и движения стали более осмысленными.

— А кого ты подселила?

— Воина с крохотным Даром — это для лучшей понятливости твоего прототипа, так что теоретически он будет несколько умнее будущих простых солдат, но ненамного. На его магию можешь не рассчитывать. Разве что себя защитить сможет от пары слабеньких ударов.

— Хорошо. А условия какие? Ты там что-то говорила, это вроде договорной системы, а не чистое повеление.

— Условия по неопытности предложила щедрые. Душа получит посмертие после того, как это тело погибнет.

— Так им же выгоднее будет подставиться и погибнуть!

— Нет. Договор таков, что души обязаны воевать в полную силу, без подстав.

— Хорошо…

— Дальше. Ни подселить душу в другой голем, ни вернуть назад в бубен будет невозможно. Это гарантирует их верность и разумную инициативу в выполнении приказов без дополнительного контроля и принуждения.

— Ясно. А поврежденные части я могу заменять? Будут работать?

— Да, можешь. И работать тоже… должны. По поводу дополнительных условий: контракт прекращается, и они получают посмертие в момент твоей смерти. Как и в случае с собственной смертью, они обязаны защищать тебя до конца, а не подставлять. В противном случае контракт считается невыполненным, и они возвращаются в бубен.

— Хм-м… тоже ясно.

— Остальных придется подселять на тех же основаниях… они слышали, — стукнула пальцем по бубну Олграна, — и на меньшее не согласятся. Более опытный и сильный шаман мог бы отделаться меньшим, но увы…

Я понимающе кивнул.

Наконец деревянный солдат разобрался с управлением собственными конечностями и встал.

— Ты его хозяин — тебе с ним и общаться, — выдала мне Олграна.

Я шагнул к деревянному солдату.

— Солдат, теперь тебя зовут Буратино.

— Меня зовут Буратино… — прохрипел голем.

— Я твой хозяин. Зови меня «командир Кирилл».

— Хозяин — командир Кирилл.

О счастье! Чуть не разрыдался я от умиления на груди у этого чурбана. Хоть кто-то смог назвать мое имя, не исковеркав его до неузнаваемости! И пусть этот кто-то — голем.

— Ты подчиняешься мне или тому, кому я передам такие полномочия. Ты понял меня? Отвечать: «так точно», «никак нет» или «слушаюсь».

— Так точно.

— Отлично. Пошевели руками и ногами во всех возможных режимах работы и сделай легкую пробежку по кругу.

Голем вначале слегка запутался с руками, попробовав задействовать сразу обе пары, так что тут шаманка оказалась права.

— Работай только одной, основной парой рук. Верхней.

— Слушаюсь…

Дальше тестирование пошло успешнее, голем крутил руками, сгибал, приседал, шевелил пальцами во все стороны. И как мне показалось, карданный способ все же предпочтительнее шарового — по крайней мере, в условиях такого вот кустарного изготовления. Подвижность явно выше.

— Пойдем вниз, проведем боевые испытания…

Мы зашагали к лифту. Внизу для боевых испытаний заготовили несколько чучел из хвороста. Посмотрим, как голем умеет мечами махать. Я ему подготовил два орочьих ятагана и один двуручник. Как раз такому парню по руке.

— А скольких ты вообще сможешь вот так подселить за один раз? — поинтересовался я у шаманки.

А то, сами понимаете, если изготовить сотню солдат и каждого придется оживлять с такими же усилиями, по одному в день — Олграна сейчас явно выжата до дна, — это затянется надолго. Как бы чего не вышло…

— На начальном этапе могу подсаживать по две-три простых души. Потом, с набором опыта и Силы, могу добрать и до десятка. А вот тех, что с Даром, придется уламывать поодиночке в любом случае. Разве что под конец могу замахнуться сразу на двух.

— Нормально…

Тем временем мы спустились вниз, где нас поджидали Зеленоглазка со Ссашшиллессой, пришедшие поглазеть на шоу. Оно и понятно: развлечений в замке немного, а тут такое…

— Возьми оружие… ятаганы и атакуй тех, что справа. Троих.

— Слушаюсь.

Голем, как я и ожидал, взял сразу два ятагана в руки и обрушился на чучела, буквально раскромсав их на клочки. При этом он проявил выдумку и ни разу не повторился в ударах. Бил сверху вниз, снизу вверх, поперек и наискосок, делал колющие выпады. Сначала работал левой, потом правой (левшой он, что ли, раньше был?), под конец показал класс обеими руками.

— Возьми меч и добей остальных.

— Слушаюсь…

Голем поменял оружие и разметал оставшиеся чучела.

— Какое оружие тебе понравилось больше?

— Э-э… — голем подзавис.

И я понял почему. Видимо, он оказался заточен только на исполнение приказов. Часть функций души просто обрезана, переведена в режим «выкл.». Нужно банально убрать желания — такие как есть, пить, спать, продолжать род, наконец… Дабы избежать неприятных инцидентов с управлением и сходов големов с катушек. А категории «нравится» или «не нравится» — это тоже из области желаний.

Я уже сам хотел отменить свой запрос, чтобы не разнести систему вдрызг, но неожиданно даже для всех, и в первую очередь для шаманки, Буратино неуверенно ответил:

— …Ятаганы, командир Кирилл.

— Хорошо. Оставь себе ятаганы. Чуть позже я дам тебе все необходимое для их ношения. А пока сдай оружие, встань смирно, сейчас мы тебя раскрашивать будем…

Из стойла вдруг раздалось громкое «му».

Меня прямо торкнуло, и я повернулся к шаманке:

— Олграна, а ты ведь души умеешь вынимать и в бубен заточать?

— Только теоретически, — ответила она. — Потребуется много практических опытов, прежде чем мне удастся заключить в бубен простую душу.

— А как насчет животных?

Тут и до шаманки дошло, чего я, собственно, хочу. А хотел я, конечно же, получить кавалерию. Деревянную. А что? Деревянные солдаты на деревянных лошадках или быках. Все логично.

Олграна рассмеялась.

— Нет, не получится, Кэррэл.

— Почему?

— Даже души разумных сильно падают в сообразительности, что уж говорить о животных! Они просто не приживутся.

— Жаль…

— Да, забавно было бы.

Наконец гремлины принесли кувшины с красками, и я без затей с помощью подруг разрисовал Буратино в пятнистый камуфляж. А на лицо нанес несколько черных полос. Буратино-Рэмбо, блин…

— Неплохо, — кивнула вампирша, глядя на голема. — Если остальные будут такими же, то получится серьезная армия.

Глава 22

Кирилл. Учеба, учеба и еще раз…

Когда в начале прошлой недели я только приступил к работе над Буратино, в замок стали прибывать первые добровольцы для несения гарнизонной службы. Но прежде чем они получили доспехи и оружие, я отправил их на хозяйственные работы, а именно — на добычу местного «железного» дерева, как объяснила шаманка, в каком-то там колене родственника легендарного не то эльдрессила, не то меллорна, вокруг которого, как детишки на Новый год вокруг елочки, водят хороводы эльфы.

Работа сия трудна, муторна и тяжела. Опять же дерево достаточно редкое, его еще найти надо, его надо привезти, его надо обработать. Вот первичной обработкой этой древесины, из которой родится моя основная дружина, мои будущие стражники-стрелки и занимались. А также грубой черновой работой по вырезанию конечностей и торсов. А это очень непросто, так как «железное» дерево ну очень трудно обработать даже очень острыми ножичками и топориками, пилы тупятся в один момент. На то оно и «железное». Зато солдаты получатся крепкими.

Собственно, это я к тому рассказываю, что у меня высвободилось некоторое количество времени, но его тут же оприходовала Ссашшиллесса, предложив помимо тренировки на мечах заняться еще обучением езде на конях. А то если мне вдруг понадобится съездить в земли людей, а мне понадобится (только бы с шаманкой этот вопрос урегулировать — как-никак, я все еще ее пленник, пусть и добровольный), то ехать туда на быке как-то не комильфо, понимаешь ли. А кроме того, не помешает научиться биться в седле. Тоже может пригодиться, и весьма.

Опять же не царское это дело — чурки вместе со всеми строгать. Я, конечно, мог бы поспорить, императора Петра Первого в пример привести, он не только деревяшки строгал, в кузне молотом махал, но и брадобреем в своем роде был… но не стал. Предложенное времяпрепровождение тоже полезное и нужное. Меня разве что несколько энтузиазм вампирессы напрягал…

И не зря напрягал, скажу я вам. Впрочем, против такого напряга я ничего не имел.

Злобный конь, доставшийся нам от некроманта и ставший транспортом вампирши, катал меня кругами и восьмерками по полянке. Убедившись, что в седле я держусь, Ссашшиллесса предложила перейти на рысь. Тут я слегка напрягся. Быстрее, чем шагом, я никогда не ездил. Был, правда, случай в детстве на сенокосе, когда я разогнал лошадку на свою голову, чуть не упал, еле удержался, и повторять опыт как-то не хотелось. Но есть такое слово «надо».

— Н-но, колбаса конская! — стеганул я слегка коня по крупу.

Я думаю, он просто обиделся. Сильно. Телепат он, что ли? А ведь не удивлюсь, если так: ведь конь-то принадлежал магу, и что ему стоило как-то модернизировать свое транспортное средство, чтобы конь понимал все команды мысленно? Удобно ведь.

В общем, конь заржал, будто я его не плеткой легонько хлестнул, а особо жгучей крапивой, встал на дыбы, и как результат, я отправился в полет вверх тормашками.

Приземление получилось очень болезненным. Конь скакал, лягал невидимого противника…

— Ксиррел! — бросилась ко мне вампиресса. — Как ты?!

— Да вроде в порядке…

Я попытался встать.

— Лежи, лежи, дай я сначала все проверю…

И она стала проверять, и в какой-то момент я оказался зажат в ее объятиях. Ну а там уже поцелуи начались и дальше по программе.

Интересно, подумалось мне, она это все подстроила, или все же случайно получилось? Есть такое ощущение, что верна первая версия. И ведь что интересно, упал-то я как раз в тенечке…

Ептыть.

Олграна. Шаманка, камлающая на крыше замка

Мои силы за последнее время возросли, и значительно. Аура мало-помалу перестраивается, и теперь я могу гораздо больше накапливать энергии, чем раньше. Жаль только, что выработка энергии значительно отстает, но и этот момент сдвинулся с мертвой точки, как только мы организовали с Кэррэлом его кругооборот. Теперь я могу не только забирать его энергию, удерживать аурой и пользоваться ею, но еще и выработка прирастает. Думаю, чем дольше мы будем вести кругооборот энергии, тем быстрее будет усиливаться мой потенциал.

Уже сейчас я могу проводить обряды, о которых раньше не смела и мечтать, даже если бы находилась в месте Силы…

Бр-р… как вспомню о месте Силы, а конкретно о Чаше, так всю аж пробирает…

Чего только стоит подселение души в голема! Ведь это сложнейший и затратнейший обряд из среднего круга! До высшего мне, правда, еще топать и топать… а точнее… ну да ладно, не будем о маленьких приятностях.

Вот и сейчас провожу ритуал из среднего круга — Глаз орла. Вон он, орел, парит в вышине. Создать с ним связь, управлять его движением и смотреть его глазами — это тоже непросто. Правда, мне пока хватает сил только на прямую видимость. То есть я могу поддерживать контакт, только если сама вижу этого орла. Получается, я могу заглянуть чуть дальше, чем за горизонт. В степи это не очень нужно, там и так все хорошо видно, а вот здесь, в горах, могу рассмотреть все, что происходит за две, а то и три сопки от нас, что очень полезно.

Но ничего, когда стану сильнее, смогу посылать орла хоть на дневной переход!

А высший круг — это управление сразу несколькими птицами. М-да, только до этого мне еще несколько лет… ну, почему бы и нет, Кэррэл не так уж плох, даже хорош. Был бы только еще чуточку… мощнее. Ну, да не все сразу!

О, как приятно парить в вышине! Какая свобода… Неудивительно, что люди в мире Кэррэла так рвались в небо и вырвались-таки! И даже выше!!! Целый дом в пустоте над планетой построили! Может, и мне сделать этот, как его… дельтаплан? Или параплан? И полетать в небе не через орла, а лично.

Вот только ребенок…

Да, ребенок… им рисковать нельзя. Жаль только, что он замедлит мое усиление. Ведь вскоре я стану такой же, как Зеленоглазка, и не смогу…

Но ведь все сделала, чтобы не забеременеть! Это все кровь рассара. На нее ничто не действует. Вон как вампирша от его крови… торчит.

Кстати, где они?

Я заложила крутой вираж и пошла… точнее, полетела к полянке, где они занимаются обучением верховой езде.

Но где они?! Вон конь щиплет траву…

В груди колыхнулось беспокойство. Не случилось ли чего? А то эти гончие Проклятых земель время от времени всплывали в памяти. Может, еще какая охотничья тройка тут шастает? Аура рассара для них — что маяк в ночи для кораблей. И этот его Буратино, ставший своеобразным телохранителем, их не спасет, его самого на щепки распотрошат.

Надо его ауру амулетом разведчика закрыть. Долго при такой силе ауры он не протянет, но и изготовить их не проблема. И почему я раньше об этом не подумала?!

Прав человек: все мы задним умом крепки.

И чего я, собственно, туплю, гляжу простым зрением?! Надо истинным!

Посмотрела истинным. Вот он, в тенечке валяется… как же красиво его аура светится и переливается!

Перешла на обычное зрение, и…

Ах вы, паршивцы!!!

Порву кровососку!!! И его клювом в лоб долбану!

Мой орел с пронзительным вскриком, почувствовав мое настроение и желание, сам ушел в резкое атакующее пике. Но в последний момент я одумалась.

Ну и что, собственно, такого?.. В конце концов, он мне ничего не должен… ни в чем не клялся, ничего не обещал, как и гоблинке. Я только получаю с него все, что мне надо. С чего я такая нервная? Это тем более странно, что многоженство у нас, орков, в порядке вещей. Неправильная я… наверное, оттого что шаманка равна по положению мужчинам, и у меня, как и у мужчины, инстинкт собственницы развился.

Да и выглядеть я после такого буду не слишком красиво. Они ведь сразу догадаются, чьих это рук дело.

Орел расправил крылья и вышел из атакующего падения. Все еще можно свести к естественным причинам — дескать, добыча скрылась. И надо улететь отсюда.

Хотя они заметили орла и перестали.

И то радость…

Занимайтесь наконец тем, для чего вы туда поехали, а не… этим самым.

А я решила еще немного полетать. Это, оказывается, так успокаивает… А мне сейчас надо успокоиться. Взмах крыльями, еще взмах, подхват воздушного потока — и быстрый набор высоты.

Парю…

А это что за толпа?

Внизу, в седловине, двигалось настоящее стадо быков, голов под сто. А дальше так и вовсе целый табор. Повозки, повозки, еще повозки, а в них разумные — десятки, даже сотни. Многие вооружены. Кто это?

Впрочем, какая разница? Целая армия движется к нам. Я разорвала связь с орлом. Теперь надо вызвать Кэррэла и эту… кровососку. Создать полноценные амулеты связи мне не по силам, просто не знаю как, это к классическим магам, но простые «пульсары» вполне смогла.

Взяла амулет и отщелкала на нем сигнал тревоги.

Кирилл. Застуканный, но не пристукнутый

Наше с Ссашшиллессой интимное времяпрепровождение на самом интересном месте прервал вскрик орла в небе. Птица, казалось, падающая прямо на нас, расправила крылья метрах в пятидесяти над землей и ушла в сторону.

Я заподозрил неладное и посмотрел в сторону замка, хотя с поляны, где мы тренировались… если это можно так назвать, его не видно, а значит, не видно и нас. Тоже, кстати, еще один моментик в пользу теории заговора… В общем, после такого подозрительного пролета продолжать прерванное занятие у меня настроение резко упало.

Вампиресса не настаивала. Она вроде как получила свое.

— Сашуль, а ты не боишься залететь? — поинтересовался я.

— Что сделать? Залететь? Как? Куда? — удивилась она, одеваясь.

Я чертыхнулся, глядя на это занятие. Ей бы в стриптизе работать. Отбоя от посетителей не было бы, импотентов бы на ноги ставила — точнее, то, что между ними.

Если с музыкой ничего не выйдет, построю стрипбар. Ссашшиллесса вряд ли согласится выступать для плебса, королева все-таки (разве что для высшего света), но научить танцовщиц точно сможет. Ей ведь не впервой учительством заниматься.

— Ну, известно как… а залететь — в смысле забеременеть. Олграна вот травки всякие пила, заговоры читала, и ничто ей не помогло. Залетела и ждет малыша.

— Забавное выражение…

— Их у меня есть…

— Даже если и залечу — что с того?

— Ну, не знаю…

— Мне это не страшно.

— В смысле?

— В том смысле, что это орчанке большая неприятность. Она на некоторое время выпадет из… как ты говорил, прокачки собственной ауры и источника маны. А у меня таких проблем нет.

— Ясно.

— И потом, почему бы и не залететь! — выдала неожиданное Ссашшиллесса.

— Э-э…

— Ну да, — усмехнулась вампиресса. — Я даже рада буду родить от рассара. Сильный получится вампир. Да… я постараюсь это сделать. Мне нужен наследник и продолжатель рода. Семья. А от тебя он родится лучше, чем от кого бы то ни было.

Вот же…

— Не полукровка?

— Нет. От вампиров рождаются только вампиры, даже если вынашивала простая человечка. Вопрос только в его силе — станет ли он высшим. Считается, что шансов рождения высшего от человека выше, чем от мужчины-вампира и человечки. Так что в нашем случае, наверное, станет. Тем более учитывая, что ты рассар.

— Не думаю, что тебе будет удобно рожать сейчас…

— Почему? Ты же не прогонишь беременную из замка? — спросила, сделав умилительно жалостливое лицо, Ссашшиллесса, взяв меня за руку.

Да уж, умеет она играть.

— И потом, мне это не страшно. Я могу задержать развитие плода. Это одна из особенностей нашей расы.

— Вот как?! — удивился я. — И надолго?!

— На сколько угодно. Хоть на сто лет. Даже считается, что это необходимо делать, чтобы вампир получился сильнее. Я лично считаю, что это чушь, но мнение есть, и кто-то ему следует.

— Н-да…

Я невольно представил себе вампира-моряка. Вот ушел он в плавание, лет так на сто, возвращается домой, а его женушка с новорожденным нянчится, — и попробуй докажи, что он не твой, при такой-то способности задерживать развитие беременности.

— Но если можно задерживать развитие, то, наверное, и ускорять тоже можете?

— Можем, но это не приветствуется. Для женщины опять же вредно очень.

— Ладно. Давай уж продолжим обучение, что ли…

Но стоило нам только приступить к верховой езде, как поступил условный сигнал опасности по амулету связи.

— Возвращаемся в замок!

Я оседлал Зайчика, ревниво поглядывавшего на Буцефала вампирессы. Он даже пытался коня рогами задеть. Эти ездовые быки так воспитаны, чтобы любить возить своих хозяев.

Мне еще проблем от ревности ездовых животных не хватало, так что он быстро получил кулаком между рог.

А вот и замок.

— Что случилось? — спросил я, когда мы оказались на крыше.

— У нас гости… — ответила шаманка, стрельнув в меня хмурым взглядом.

Знает, понял я. Ну и фиг…

— Как в прошлый раз?

— Нет. На этот раз все несколько серьезнее. Около сотни воинов. Плюс обоз. Стадо. Они сюда всерьез идут.

— Но сотня воинов для нас не проблема. Ведь так? — неуверенно спросил я.

Шаманка утвердительно кивнула.

— А что по твоим коллегам?

— Я их не почувствовала, и это плохо. Отсюда и срочность вызова. Вдруг шаманы уже близко и начали проводить обряды!

— Может, их просто нет? — спросил я, сам понимая, что вопрос глупый.

— Ты сам-то в это веришь? Штурмовать такой замок без поддержки шаманов?! Это самоубийство, даже не учитывая, что здесь есть я.

— Да уж…

Воспитание мое — мой враг. В общем, мне потребовалось извиниться и вообще хотелось как-то разрулить ситуацию.

— Послушай, Олграна, я…

— Не надо ничего говорить, Кэррэл, — прервала меня орчанка, сразу же поняв, о чем я хочу с ней поговорить. — Ты в своем праве, наконец. Я получаю, что мне нужно, и больше ты мне ничем не обязан, так что волен делать все, что пожелаешь и с кем пожелаешь.

Да уж, как много ловеласов хотели бы получить подобный ответ от своих женщин… А я ведь никогда себя таковым не считал и не считаю, тем более что не являюсь. Просто так все само вышло.

— К нам выдвинулся передовой отряд… будет через час, — выдала шаманка, впав в легкий транс.

— Что ж, подождем…

В замке объявили боевую готовность, хотя к бою ничего готово не было — ни одной баллисты, стреломета и катапульты, персонал не обучен.

В общем, накосячил я в плане обороны по полной. Понадеялся, что времени еще много, делал своих деревянных солдат.

Голова у меня деревянная!

Как отобьемся, надо наконец заняться делом, а не бревна точить, решил я для себя.

Через час, как и обещала орчанка, под замком показались всадники. Передовой ехал с веткой мира или переговоров. Ехал один, — почему бы и не поговорить? Даже плохой разговор лучше хорошей драки.

Я приказал спустить ему лифт.

Каково же было мое удивление, когда наверху оказался старый знакомец Али-Баба.

— Как его зовут? — спросил я у Олграны. — Может, знаешь?

— Лагрош.

— Здравствуй, Лагрош, какими судьбами?

— Здравствуйте, господин… — поклонился полукровка-разбойник и покосился на моего носатого деревянного телохрана.

Его поклон меня несколько удивил. Не кивнул в знак приветствия и равного положения, а именно сделал легкий поклон. Такого за переговорщиками, тем более главарями банд, перед теми, кого хотят пограбить, не замечалось.

— Каким ветром сюда занесло?

— Я и мои люди хотели бы предложить тебе, господин, свою службу.

— Вот как?!

Честно сказать, меня это предложение несколько выбило из колеи. И вот вопрос — нужен ли он мне? Глупо, конечно, разбрасываться таким ресурсом, но не стоит забывать об его не совсем честном прошлом. Разбойник рано или поздно вновь сорвется на разбой. Рецидив называется.

Тем более что я на деревянных солдат ставку сделал, столько сил на заготовки угробил. Не вертать же все взад! К тому же деревяшки — как ни крути, они понадежнее будут.

С другой стороны, не обязательно полукровок держать в замке. Пусть на границе тусуются. Да, пожалуй, так и поступим.

— Сколько чел… разумных с тобой, Лагрош?

— Сто шесть воинов, господин, и еще двести баб с детьми.

— Откуда столько?!

— Беглые, господин.

— Вот так вот взяли, вдруг, ни с того ни с сего — и сорвались все в бега? — не поверил я.

— Нет, господин… еще тогда, когда вы нас привели к замку и отпустили, я подумал, что вы хороший господин. Ведь могли бы нас и убить, труда бы вам это не составило… Тогда я решил забрать своих брата и сестру и податься к вам. Остальные решили так же…

— Но откуда еще почти сотня воинов, если ты брал только гражданских?!

— Со мной пошли не только гражданские, но и воины. Мы ведь в банде все вышли из разных родов, и все в итоге взяли с собой еще желающих уйти… в итоге получилось, что нас набралось столько, сколько набралось.

— Понятно. И что, вам дали вот так уйти? Да еще скота порядочно прихватив?

— Нет, господин, — хохотнул Лагрош. — Нас несколько раз настигала погоня, но мы воины не из последних, и нам удавалось отбиваться от мелких отрядов.

— М-да…

А это проблема. Беглецов обычно хотят вернуть во что бы то ни стало и жестоко при всех наказать, просто для того чтобы другим неповадно было. А это значит, что нужно ждать реальной проблемы из степи. Оно мне надо? Верно: не надо. А с этими ребятками тогда что делать? Идти им все равно некуда, все равно здесь, в горах останутся, но тогда уже от них проблемы начнутся, и все равно из степи заявятся. Что ж, придется брать их под свою руку. Все равно другого выбора нет. Да и сотня воинов лишней не будет. Казаки, блин.

— Хорошо, Лагрош, я позволяю вам остаться на этих землях. Будете моей пограничной стражей. Согласен?

— Конечно, господин!

— Местных не трогать, — добавил я.

— Это я объяснил всем в первую очередь, господин, — кивнул Лагрош.

— Тогда возвращайся к своим и передай им эту весть. — А присягу воины могут принести завтра утром.

— Благодарю, господин.

Вот такие дела…

Осознав, что угроза оказалась значительно ближе, чем думалось раньше, решил проинспектировать, как там обстоят дела с заготовками для деревянных солдат. Как оказалось, черновая работа закончена примерно для десяти големов: торсы, руки, ноги, головы — все выточено, осталось только проделать тонкую работу конкретно по сочленениям.

Тут работа тоже шла — среди рекрутов нашлось несколько парней, хорошо знакомых с работой по дереву (дома строили, повозки делали), но степень готовности оставляла желать лучшего, инструмент из плохого железа очень быстро тупился. Трудная это все-таки работа, а загубить заготовки легко. В итоге в лучшем случае, с ускоренной доводкой деталей, можно собрать пару-тройку бойцов.

Маловато. Даже с учетом Буратино.

И что еще хуже, темп работы снизится на порядок. Надо наконец заниматься боевой подготовкой. А это значит — отрывать парней от работы над големами для тренировочных стрельб, а также для тренировки фехтованию. Этим займется вампиресса. Сначала, как и прежде, до обеда будет гонять индивидуально меня, а потом уже гарнизон.

Вспомнил про вампирессу, и она нашлась с отвлеченным, на первый взгляд, вопросом:

— Барон, а под каким знаменем вы собираетесь принимать присягу у воинов?

— Нет у меня знамени.

— Как же так?

— А вот так. Не до знамени с гербом мне как-то было. Вообще не думал об этом.

— А давайте я сошью? — предложила вампиресса. — Мне все равно ночью делать нечего. На отдых хватает два-три часа. В подземелье наотдыхалась за двадцать с лишним лет…

Знаете, мне иногда хотелось поинтересоваться, сколько ей лет, но ведь спрашивать про возраст у женщин не принято. И потом, вдруг ей больше тыщи? Не хотелось становиться в один ряд с Галкиным и Киркоровым. Так что я буду считать, что ей столько, на сколько она выглядит, а выглядела она на тридцать максимум. Ровесница.

— А так — под музыку иголкой поработаю…

— Вышить знамя за ночь?! — удивился я.

— Ну, на полноценную вышивку, да еще со сложным рисунком, ночи, конечно же, не хватит, но что-нибудь простое я вполне могла бы осилить. Особенно если провести лишь черновую вышивку.

— Это как?

— Это просто. На холсте рисунок вышивается не полностью из ниток, а пришиваются вырезанные из ткани другого цвета кусочки. А потом можно будет сделать все как следует.

— Действительно, это выглядит реально, — согласился я.

— Так что? А то как-то несолидно будет.

— Да я не против, — сдался я. — Вопрос только в том, есть ли у нас ткань для этого дела. Не помню я в списке Пармера пункта про ткани… и был ли он вообще?

— Для такого дела найдется. А пункт для мужчины столь незначительный, легко и запамятовать. Вам железки подавай.

— Это верно.

Да, что касается одежды, то носили мы перешитое некромантово тряпье. Его в комоде оказалось довольно много.

— Так что вы желаете видеть на своем знамени и гербе, ваша милость? — улыбнулась вампиресса.

— Может, феникса?

— Хороший выбор, — одобрила Ссашшиллесса. — И как рассару это подходит больше, чем что бы то ни было. Фениксы ведь тоже были рассарами… потому и извели их. Осталось только нарисовать — и я готова к работе.

— А чего его рисовать, голову ломать. У меня на компе есть картинка феникса. Пойдем, посмотришь, перерисуешь — и все дела.

Вампиресса по ночам, кстати, фильмы на компе смотрела. Зеленушки их раньше видели, хотя тоже были не прочь пройтись по второму разу. Ставил ей и уходил спать, компьютер потом сам вырубался, как энергия в батареях заканчивалась. Но на просмотр фильма хватало.

В комнате как-то неожиданно оказались мы все: я, Зеленоглазка, Олграна и Ссашшиллесса. Все захотели картинки посмотреть. А почему бы и нет? Фотки тоже глянем. С них я, собственно, и начал и тут же застыл, глядя на первые изображения Зеленоглазки и на нее вживую. Небо и земля. Забудьте про живот, я сейчас про лицо. Она реально сильно изменилась.

Раньше выглядела реально страшненькой, было в ней что-то звериное, а сейчас… не Анджелина Джоли, конечно, в свои лучшие годы, но что-то близкое. Губки бантиком, носик вздернут, глазки… и вообще лицо облагородилось.

Изменения заметили все. Даже сама Зеленоглазка, и все посмотрели на меня как-то удивленно-осуждающе, будто я сделал что-то нехорошее. Типа пустил ветры на приеме в королевском дворце.

— Чего?.. — окрысился я.

А что, собственно, тут ведь и ежу ясно станет, что без меня, моего воздействия не обошлось. Рассар, так-растак. Оказывается, я могу влиять не только на себя, перестраивая по образу и подобию собственный организм, но еще менять тех, кто меня окружает, под свой вкус и цвет (хотя цвет как раз остался прежним). По крайней мере, тех, кто находится в плотном со мной контакте.

— А мне нравится, — приобняла меня сзади Зеленоглазка.

— Покажи мои изображения… — хриплым от напряжения голосом потребовала Олграна.

Я нашел фотки шаманки, как раз из тех, где она купалась в речке.

— Ну! Сильно я изменилась?!

Я достал зеркальце, которое орчанка с жадностью вырвала у меня из рук и буквально впилась в него глазами, то и дело сверяя изображение в зеркале с тем, что застыло на экране.

Изменения были, но не столь заметные, как в случае с Зеленоглазкой. Лицо шаманки помягчело, подобрело, что ли, стало не таким резким.

— То-то ерунда какая-то со мной творится… — выдала она наконец, но пояснять, что именно она подразумевает под ерундой, не стала. — Ты это специально сделал?

— Нет, конечно! Сама ведь знаешь, кто я, откуда, и что ничего не знаю о своих свойствах, свойствах рассара. Думаю, это все произошло на подсознательном уровне…

— Да уж, очень необычное свойство, — согласилась шаманка. — Что-то еще будет…

— Это еще что, — вздохнул я и признался, что одним местом я давно гоблин.

Такого оглушительного смеха я еще никогда не слышал.

Глава 23

Кирилл. Попаданец, становящийся полноценным владетелем, не только с подданными, но и армией

Ткань конечно же нашлась, и Ссашшиллесса за ночь сшила мне флаг. Красный фон и золотой феникс. Получилось очень красиво. Флаг присобачили к флагштоку, и я, повертевшись — ведь кому-то это знамя нужно держать, а кандидатур немного, — вручил его Буратино.

— Теперь ты мой знаменосец!

— Слушаюсь, командир Кирилл.

— Ну-ка, попробуй взять древко вторыми руками сзади.

Буратино схватил древко с флагом и застыл.

— Функциональности основных рук не мешает?

— Никак нет.

— Отлично.

Вообще такую работу следовало бы как-то поощрить. Но что нужно вампирессе? Понятное дело, моя кровь, но больше необходимого она не получит — я не банк крови. Ну и еще один момент, за которым нас застукали… Но это я и сам не прочь предоставить. Так что в качестве награды это как-то не смотрится. Собственно, все.

Разве что фляжку для сохранения «напитка». А то как дам порцию, так она сразу все выпивает. Надо бы, чтобы кровь хранилось дольше. Будет коктейли делать. Стакан оркской (скоро ведь нападут, сволочи, так что будет с кого поиметь) — и чайную ложку моей. Или от животных с моей добавкой…

Интересно, как можно назвать такую смесь?

И вообще следует поинтересоваться, возможно ли подобное. Магия, конечно, и не такое может, но все же…

— Олграна, а ты не знаешь ничего такого, чтобы продукты можно было оставлять свежими продолжительное время?

— Знаю. В степи часто приходится пользоваться подобными заклинаниями, чтобы добыча не протухла, пока донесешь с места охоты до стойбища. А тебе зачем?

— А можно наложить такое заклятие не на сами продукты, а на какую-то вещь, чтобы она сохраняла свежесть продукта, туда помещаемого?

— Тоже можно. А зачем тебе? — повторила вопрос шаманка.

— Да не мне…

— Понятно, — скосила орчанка глаза в сторону вампирши.

— Сделаешь?

— Без проблем. Что ты хочешь подобным образом зачаровать?

— Фляжку. Не свою, конечно, а от мага осталась серебряная, граммов на триста.

— Ну да, могла бы и сама догадаться, — кивнула шаманка. — Сделаю. Будет у нее всегда твоя свежая кровь.

— Спасибо.

— Пора, барон, войска построены, — хмыкнула орчанка.

Беглые полукровки действительно построились для принесения присяги мне, как их сюзерену. С текстом особо тоже не мудрили: взял советскую воинскую присягу, нашлась у меня в одной книжке на компе, немного переиначил на местный лад — и все готово.

Пришлось в темпе придумывать название для своих владений. Тоже ведь вопросец… Как-то не придумывалось, и в итоге я обозвал все по-русски: баронство Гарем.

Зеленушки и вампирша посмеялись, но в целом шутку одобрили. А что? По факту все так, а для остальных слово на русском непонятное, но звучит емко, жестко и даже где-то грозно.

И вот присяга принята, теперь я их сюзерен, а они мои вассалы.

Олграна во время присяги еще и покамлала бубном — для закрепления результатов клятвы в мире духов: без этого никак.

— Лагрош, назначаешься атаманом, то есть предводителем этого войска.

— Это что-то вроде капитана, господин?

— Нет. Капитана к сотне выберешь сам, представишь мне на утверждение, а сам станешь кем-то вроде генерала. Сдается мне, что вы не первые беглецы, что сюда из степи сбегут, так что войско со временем будет пополняться новыми десятками и сотнями.

— Я понял, господин, и благодарю за оказанное доверие. Я вас не подведу, господин.

— Что ж, с этим разобрались, езжайте за речку, от нее и до степи — ваша зона проживания и ответственности. Создайте три поселения: одно у брода, и еще два — в десяти километрах выше и ниже по течению. Соответственно зоны охвата патрулирования будут по пять километров от деревни. Вроде бы немного, но нам бы главный путь для начала перекрыть. А там, когда еще желающие подойдут, зона расширится вместе с новыми пограничными поселениями.

Лагрош понятливо кивнул.

— Ну, все тогда, ступайте.

— Слушаюсь, господин!

Лагрош лихо, настоящий казак, отдав команды, вскочил на быка и увел своих подчиненных, перейдя в галоп. Пылищу только поднял…

— Господин барон, утреннюю тренировку никто не отменял, — напомнила мне о распорядке дня вампиресса.

Эх-х… Я поплелся на тренировку. Править лежа на боку мне в ближайшее время точно не удастся. Да и скучно это будет: телика-то нет.

— А вы делаете явные успехи, господин барон, — произнесла Ссашшиллесса через пару дней после появления полукровок и перевода их в «казаки», без продолжения «разбойники».

Я, признаться, об этом тоже подумал. Моя выносливость явно повысилась, и довольно чувствительно. Несмотря на свое рассарство, раньше к концу тренировки я буквально падал от усталости, а сейчас ничего так, стою, пошатывает, правда, но все же стою. Простыми тренировками это объяснить трудно. Времени для этого прошло не так много. Избавление от лишнего жирка — это да, а вот для всего остального сомнительно.

Я прощупал свою мускулатуру на руках. А ведь объем действительно увеличился. Не Шварц, который ниггер, но тоже так ничего. Да и не хочу я быть Конаном-варваром.

«Ты еще в штаны загляни», — объявилось тут как тут мое второе «я».

Я едва сдержался, чтобы не последовать совету, осознав, чем именно может быть вызвано такое повышение выносливости и увеличение силы. Значит, и там, скорее всего, на радость шаманке… да и вампирессе с гоблинкой тоже.

— Но скорости по-прежнему сильно не хватает, — продолжила Ссашшиллесса.

И она продемонстрировала свою вампирскую скорость. Вот она стояла в дальнем конце площадки, вдруг размылась тенью, мгновение — и она уже возле меня, обозначив удар своим мечом мне по шее.

— Я все же человек, пусть и рассар, и требовать невозможного от меня не стоит, — заметил я чуть обиженно.

Вампиресса только усмехнулась.

Чего это она?

Да плевать…

— Да, кстати, Ссашшиллесса, совсем забыл с этой тренировкой о подарке, — достал из кармана своей жилетки серебряную фляжку. — В ней кровь всегда будет свежей. Олграна гарантировала. Это презент за знамя.

— О! Благодарю, господин барон! Но если она будет наполнена, я готова вышить крепостное знамя!

— Намек понял, — усмехнулся я. — Постараюсь в самое ближайшее время наполнить сосуд.

Да и крепостное знамя тоже не помешает.

— В свою очередь, хочу предложить тебе разбавлять моею кровью еще чью-нибудь, а не пить чистой. А то у тебя явно прослеживается зависимость — прямо-таки торчишь. Сие не есть гуд.

— Я так и сделаю, — уже серьезно кивнула вампиресса. — Вот только где мне брать другую кровь? Они не дадут…

Это она, как я понял, о зеленушках.

— Животная подойдет?

— Подойдет, но… это не то. Так, на крайний случай, чтобы не загнуться, пока не найдется крови от разумного. Почему-то она самая питательная.

— Н-да, интересный феномен… Ну, тогда объявим сдачу крови своеобразным налогом.

— Не самое хорошее решение — вводить новые подати после заключения договора.

— Да, это я поспешил… Но ведь не тех, что пришли из степи! Вот их и обложим податью! Хотя нет, они платят службой… Да чего, собственно, мудрить? Кровь можно просто купить. Деньги еще есть. Не думаю, что местные так уж сильно загнут цену за порцию своей крови.

— Их это может испугать, — заметила вампиресса. — Прежний хозяин замка тоже чудил.

— Объясним, проведем пропагандистскую кампанию, они сами будут рады донорами стать. Скажем, наконец, что нам это нужно для деревянных солдат. Придумаем, в общем.

Как я и хотел, после прихода полукровок из степи отдал распоряжение начать наконец тренировки. Парни собрали две катапульты и пару стрелометов. К счастью, тетивы и вообще все элементы были зачарованы на нестарение, потому ничто не рассыпалось прахом и оказалось в полной боевой готовности.

Половина бойцов тренировалась в стрельбе, еще половина обучалась мечевому бою под надзором Ссашшиллессы. Сильно она их не прессовала, прекрасно понимая, что этим воякам в реальной битве лицом к лицу не участвовать. Им даже на дежурстве не стоять. Лафа, а не служба.

Но работа над моими деревянными солдатами, конечно же, не прекратилась. Постоянно стрелять и тренироваться мечевому бою тоже невозможно. Так что еще через две недели у меня оказалось десять солдат.

Олграна вселила в них души за три дня. И вот на стену заступил гарнизон из големов. А то до этого стены вообще были пустыми. Непорядок.

Ну вот, начало уже положено.

Подоспели мои доспехи из непробиваемой шкуры гончих. Ничего особенного. Нагрудник и три полосы на спину и живот. Наплечники со спуском по рукам. Отдаленно это напоминало римский доспех.

Шлем тоже из шкуры гончих, но по прочности он ничуть не уступал стальным шишакам.

Поручи и поножи тоже прилагались.

И даже круглый щит мне обшили кожей гончих, из обрезков, оставшихся при пошиве доспехов, но красиво получилось, такой затейливый рисунок а-ля снежинка.

По сути, меня всего укрывала эта кожа. Осталось только взять меч — и в бой. Что касается меча, то подобрали мне прямой полуторник из арсенала. Как раз по руке, учитывая возросшую силу и выносливость. Хотя боец из меня по-прежнему никакой, но как командир в задних рядах со знаменосцем я выгляжу на все сто.

— Гонец! — прервала мне окончательную подгонку доспехов Олграна, выполнявшая еще и функцию ближней разведки.

Точнее, шаманка опоясала окрестности замка всяческими сигнальными плетениями.

Мы бросились к стене. По дороге с востока действительно скакал гонец от Лагроша.

— У кого какие мысли? — невесело усмехнулся я.

— Да чего тут мыслить, — фыркнула в ответ орчанка. — Из степи за твоими казаками пришли. А заодно и нас за вымя пощупать.

Наши выводы оказались верны. Из степи действительно шла армия из тысячи воинов и не менее чем десятка сильных шаманов. Сила немалая.

— Вопрос только один: что нам делать? — спросил я. — Отсиживаться за стенами или же потрепать их еще на подступах?

— Ты барон, тебе и решать, — отозвалась шаманка.

— Давай только без этого, — поморщился я. — С удовольствием выслушаю предложения, а потом, так и быть, как барон и верховный главнокомандующий, я приму окончательное решение.

— Тогда я за то, чтобы напасть на противника в дороге.

— Саша?

— Я тоже за подобное решение.

— Зеленоглазка?

— Я в этом ничего не понимаю… потому я за любое твое решение, Кирриэл.

— Что ж, решение принято единогласно, — подытожил я. — Кто к нам с мечом придет — без меча и уйдет…

Тысяча воинов — это много, особенно когда в твоем подчинении всего сотня с небольшим да десяток големов. Лобовая атака, столь любимая местными воителями, тут не пойдет — сметут массой. Я со своей винтовкой, конечно, могуч, но погоды большой не сделаю. Ну завалю сотню, две, ну даже три, а потом меня порвут на мелкие-мелкие кусочки.

А еще нужно учитывать шаманов, в чем я вообще не силен: просто не понимаю всех их возможностей. Но тут хоть Олграна с вампирессой подсобить могут, указать на слабые места плана.

Беда в том, что плана как такового у меня нет. Ну не могу я его родить — не Суворов я и не Кутузов. Метод Наполеона — ввязаться в драку, а там видно будет — тоже неприемлем.

В общем, надо делать реконцир… реконгц… смотреть на месте, в общем. Ну мы и поехали присмотреть будущее поле битвы. Может, в реальных условиях мысля какая умная появится.

Я только одну стратегию войны для себя определил, и заключалась она в одной мудрой фразе: война — фигня, главное — маневры. При моих воинских силах только так и можно действовать. Без тупой сшибки. Только маневры. Засады.

— Вот, надень это, — протянула мне шаманка висюльку на веревочке, перед тем как мы отправились из замка.

Это она еще чуть ли не всю ночь камлала над моими доспехами, чего-то там укрепляя… ну не разбираюсь я в этом.

— Амулет разведчика, для сокрытия ауры.

— Что, совсем скрывает?

— Совсем.

— Значит, мы сразу могли ехать в земли людей?..

— Нет. Аура скрывается полностью. Стоило увидеть магу человека без ауры — и он бы таким человеком очень сильно заинтересовался, потому как просто так свою ауру не прячут.

— Ладно, я понял: что аура рассара, что отсутствие ауры — один хрен. Поехали…

И мы поехали: я, Олграна и Ссашшиллесса. А также Лагрош. По моему приказу все его люди… то есть полукровки, ну и люди среди приблудных тоже есть, прятались в горах, а армия отводилась ближе к замку, на его защиту.

Проехали мы где-то половину расстояния от замка до армии неприятеля, и я приказал остановиться. Дальше ехать смысла нет, да и опасно — можно нарваться на разведчиков, — вступать в боестолкновение не хотелось. Мы их, конечно, размажем, но это подстегнет орков к более активному движению, а мне нужно выиграть время.

Олграна и так зорко поглядывает в небо — нет ли там в вышине пернатых соглядатаев?

А бессмысленно, потому что чем ближе мы будем к степнякам, тем меньше этого самого времени у нас будет на подготовку. А я даже еще не представляю, как можно приготовиться для теплой встречи. Руки прямо опускались перед подавляющим превосходством противника.

— Ну что, мои друзья, мы проехали три неплохих долины, где можно устроить сражение. Кому-нибудь какая-нибудь приглянулась? И если да, то чем?

— Ни одного места для засады, — с сожалением вздохнула вампиресса.

Это да. Ни одного ущелья, где можно запереть врага и забросать камнями, в моих владениях нет. Тут мне роялей не досталось. Раньше все разобрали…

Олграна промолчала. Лагрош — тоже.

Эх, как в книжках все просто: у главного героя всегда куча идей, — а у меня полный ноль. Специально быстро пролистал несколько прочитанных раньше книг, чтобы освежить память, — и ничего не подошло. Либо нереально в моих условиях, либо просто не хватит времени, чтобы что-то подготовить. Да и мощностей для подготовки нет ни промышленных, ни людских… ну вы поняли, подданных недостаточно.

«Да берем и сваливаем отсюда!» — вылезло с предложением мое второе «я».

Куда?..

«Да куда угодно!»

Отвянь… некуда мне сейчас бежать. Да и не хочу… только прижился. Лучшего места не найти. А вечно бегать желания нет.

«Мое дело предложить, твое — отказаться», — хмыкнуло мое второе «я» и стухло.

— Что ж, — резюмировал я, — раз ни у кого идей нет, будем претворять в жизнь мой план.

Одна идейка у меня все же родилась. Слабенькая такая, недоношенная… выкидыш, одним словом.

— А что ты придумал?! — тут же спросила оживившаяся Олграна.

— А придумал я вот какую штуку…

И я рассказал, что придумал. Какой тут крик поднялся! Кричали, конечно, Олграна и Ссашшиллесса. Дескать, это опасно, это безрассудно и много еще всяких «это».

— Другие предложения есть? — спросил я, когда крики поутихли.

Спутницы молчали.

— Нет. Я так и думал. Тогда прекращаем верещать и говорим, как можно улучшить имеющийся план.

— Я в любом случае пойду с тобой, — заявила вампиресса.

— И я тоже, — кивнула орчанка.

— А то куда я без вас… — согласился я.

Обгрым. Главный военный вождь объединенного войска

Небывалое случилось в степи. Сразу из десяти родов, практически одновременно, сорвалась в побег куча полукровок и рабов. Нет, такое случалось и раньше. Такие беглецы сбивались в банды и разбойничали в степи, пока их рано или поздно не изничтожали, как бешеных собак. Потому особо желающих бежать не имелось, так как пойманных казнили самой мучительной смертью, что только можно придумать, и забирали души.

И вдруг такое.

Но все объяснимо. Нашлось объяснение и столь невероятному срыву. Оказывается, поганый некромант, живущий в башне среди гор, был убит, и его место занял другой маг, мягкого нрава, на чье расположение и понадеялись беглецы, и, что интересно, он оправдал их надежды, разрешив поселиться в своих землях.

Но самое опасное даже не это, а то, что среди оставшихся полукровок и рабов начались брожения — многие хотели последовать их примеру. Так что спешно собранный совет вождей из тех родов, откуда столь массово сбежали полукровки с рабами, объявил малый военный поход. Каждый род выделяет по сто воинов и по одному сильному шаману с парочкой учеников.

Сила более чем внушительная, учитывая, что, по данным разведки, у мага вообще нет никаких военных сил, кроме бежавших к нему полукровок. Они хоть и знатные бойцы, но их слишком мало. Да и мага этого надо прощупать: в сокровищницах некроманта, которого он прибил, наверняка найдется немало всяких ценностей.

С самим некромантом связываться было как-то боязно, чего уж тут говорить. А этот маг хоть и побил некроманта, но явно чисто случайно, и такое бывает, явно слаб. Тем более что там, по некоторым данным, всем заправляет шаманка, а не маг.

Вот почему она связалась с человеком, непонятно. Хотя ходили в последнее время слухи о бежавшей шаманке… не помню точно, мутная история, со множеством странностей, надо будет поспрашивать более знающих, может, кто прояснит чего.

Собственно, ради штурма крепости, защищаемой старыми заклятиями, а также шаманкой, и взяли столько шаманов.

Вот и горы. Для жителей степи не слишком приятное место. Дальний обзор закрыт склонами, ближний — густым лесом. Вот выскочит из деревьев на тебя какая-то гадость…

Впрочем, шаманы полностью контролируют окружающее пространство, и незаметно к колонне никто не приблизится и засады не устроит. В небе кружат орлы — глаза шаманов, среди разведчиков также присутствуют шаманские ученики. Они тоже уже достаточно сильны и умелы в своем ремесле.

Очередная остановка на ночь. Воины привычно ставят малые походные шатры. Обихаживают своих ездовых быков.

Шаманы малыми камланиями проверяют окрестности на наличие ловушек.

Вообще-то это надо делать до того, как воины начинают разбивку лагеря. Расслабились. Мой недосмотр. Враг близко, надо быть внимательнее. Ибо даже суслик, запертый в угол, может напасть на волка и сильно его поранить. Мне такая слава ни к чему — быть пораненным сусликом.

— Где эти вонючие шакалы, ворт Одолгот?

— Полукровки отступили к замку, вождь, — ответил главный походный шаман. — Похоже, они собираются обороняться в своей норе.

Все нормально…

— Ворт Одолгот, — подошел один из младших шаманов, — тут что-то странное…

— Что?

— Мы не понимаем… Хотели проверить странное пятно элементалями земли, но они не отвечают нам…

— Что, совсем?!

— Да, уважаемый. Даже высшие не приходят на зов. Хотя еще более странно то, что они здесь есть. Лично я чувствую их.

— Это действительно странно… идем.

Старший походный шаман направился к подозрительному месту в земле, и стоило ему только подойти, как подозрительное пятно буквально разорвало взрывом, и во взвеси осыпающейся земли проявились фигуры, всего чуть больше дюжины, и они ринулись на столпившихся вокруг шаманов.

Но что это?! Шаманы падают! Как бы ни был силен эффект неожиданности, но вот так взять и убить шаманов, постоянно находящихся настороже, обвешанных кучей защитных амулетов, просто невозможно! Но они падали, а потом их рубили големы. Да, это оказались големы.

Эта стремительная тень — вампир.

А вот и маг-человек со странной штукой в руках. Да, именно он как-то так пробивает ею защиту шаманов, что они на короткое время становятся беззащитными перед обычными мечами, но големам хватает этого времени, чтобы сделать свое черное дело.

А вот и та шаманка… Вспомнил, ее зовут Олграна, она украла бубен у своего шамана и убила его, после чего связалась с человеком. Вот она напустила духов из бубна на орков, устремившихся на защиту шаманов от големов.

Предательница!

Прошли считанные мгновения, а шесть сильнейших шаманов уже убито этим магом и его големами, еще столько же учеников убито вампиром, и десятки воинов пали от мечей големов и духов шаманки.

А сами они неуязвимы для магических ударов. Оно и неудивительно: хорошо подготовились, обвешались защитными амулетами.

Человек ненадолго прервался — этой заминки хватило, чтобы до шаманов, осыпаемых големами ударами ятаганов, наконец дошло, что надо бежать, и они побежали, но убежать далеко не смогли. Страшные удары, пробивающие все их щиты, сразили еще шестерых, и их тут же порубили големы.

Погибли все старшие шаманы!!!

А потом человек выдал длинную очередь из ледяных стрел, скосивших подбегавших к месту схватки воинов, точно коса траву. А потом он выпустил целую серию из файерболов, буквально сжигавших орков. Начались пожары.

— Отступаем!!! — крикнул человек.

Шаманка ударила в бубен — и вдруг из их сумок за спинами вырвались квадратные куски полотна, прикрепленные к ним веревками, и в следующий момент всех нападавших, в том числе големов, подбросило в воздух и унесло далеко-далеко.

Человек в полете еще раз разродился длинной очередью ледяных игл, сразивших и ранивших еще с два десятка воинов.

А этот мерзкий кровосос еще и пленника захватил! Одного из младших шаманов, впившись ему в шею! Правда, отпустил в воздухе, и тот упал с огромной высоты…

— Проклятье…

О походе после потери всех старших шаманов лучше забыть. Под стенами замка можно без труда положить в десять раз больше воинов.

— Это еще не все… Первый раунд за тобой… за вами… но мы еще придем! И вы никуда не уйдете от нашей кары!!!

Эпилог

Кирилл. Великий полководец

Да, план получился рискованным. Лично мы рисковали не так уж сильно: в случае обнаружения мы бы просто улетели, но теперь улетели, сделав дело. А с делом получилось даже лучше, чем предполагали. И то, что я потратил почти половину хладного железа, — не слишком высокая цена. Ведь сорвись все — и оно бы мне уже не помогло, нас просто замуровали бы в нашем же замке.

А в замок мы вернулись без проблем, не потеряв ни одного голема. Правда, моему Буратино изрядно досталось. Если «железным» парням обрубили по одной, максимум две руки, хотя большинство осталось при своих, просто изрядно посеченных, то ему отняли-таки все руки — и основные, и запасные. Но судя по окровавленному носу, это его, как бойца, не остановило…

— Мы уничтожили большую часть шаманов, при этом всех сильнейших! — смеясь от радости, поделилась с нами новостью Олграна сразу после приземления. — Остались только ученики, но с таким прикрытием в мире духов они на нас не пойдут — эти недомерки мне на один зуб.

— Отличная новость, — кивнул я.

Мне было не до радости. Потряхивало меня будь здоров: адреналиновый отходняк.

Сами понимаете, целый день просидеть в темной яме, изводясь сомнениями и страхом, что вдруг все провалится: вдруг нас вообще пришибут раньше, чем мы успеем что-то сделать! В общем, накрутил себя порядочно. Потом еще сам бой. Руки трясутся, в кишках крутит, ноги подламываются…

В общем, приятного мало.

А вот вампирше, кажется, наоборот, самый кайф вышел. Чуть ли не как кошка извивается и пузыри пускает, словно от валерьяны. Вся в кровище, но судя по довольной роже, да и месту истечения крови, — это не ее. Как она одного шаманенка прямо в полете высосала…

— О-о… — простонала она уже в замке, когда наконец пришла в себя, начальство стала узнавать… — Я была на грани…

— На грани чего?

— Чего-то большего…

— Чего?

— Не знаю… но очень хочу повторить!

— Повторишь, будь уверена, — хмыкнула орчанка. — Они обязательно придут, с гораздо большими силами, так что наповторяешься так, что самой тошно станет.

— Жду с нетерпением!

— Маньячка… — покачал я головой неодобрительно.

— Ой… — вдруг пискнула Зеленоглазка, схватившись руками за живот.

— Что такое?! — подскочил я.

— Кажется, началось…

— Но ведь еще целый месяц… — я беспомощно обернулся на шаманку: это она утверждала, что потребуется больший срок.

— С тобой ни в чем нельзя быть уверенным, — усмехнулась в ответ Олграна, поспешив к Зеленоглазке. — Пармер! Живо все необходимое! Всем прочь… Это тебя касается… папаша. Ссашшиллесса, помоги…

Меня турнули из комнаты, где в последние две недели обитала Зеленоглазка. С таким огромным животом, что у нее вырос, что чуть не лопался, да и значительной массой передвигаться стало затруднительно. Так что мы наведывались к ней, чтобы не оставлять ее одну. Хотел начать делать ей кресло-каталку, да не успел.

Я, честно сказать, несколько волновался. Вроде бы и гоблинка, но все же от меня… вроде как. Сейчас, собственно, узнаем.

С Пармером набежала прислуга из девушек-полукровок, с ворохом чистого белья и воды.

Потом начались крики Зеленоглазки… била в бубен и подвывала Олграна…

Раздался первый детский плач.

Потом еще, еще, и еще…

— Да сколько же их там?!

Пятый крик, шестой, седьмой… восьмой…

Я прислушался, но криков было много, так что мог и пропустить очередной.

Однако вскоре вышла Ссашшиллесса.

— Поздравляю, папаша, — усмехнулась она.

— Сколько? — выдавил я.

— Восемь! Четыре девочки и четыре мальчика.

— Офигеть…

Я действительно прифигел.

— А внешне как? — спросил я, а то срок беременности Зеленоглазки заставил меня вновь усомниться в собственном отцовстве.

— Твои, не сомневайся, — засмеялась вампиресса. — Красавчики!

— А если серьезно?

— Заходи, сам посмотришь…

Я зашел. На уже перестеленной кровати с обеих сторон от счастливой роженицы лежали замотанные в пеленки чмокающие ртами тельца. Шаманка над ними пританцовывала, играя в бубен, — не то развлекала, не то еще что…

Действительно мои — полукровки. Но, к счастью, никаких уродств. Двое, мальчик и девочка, больше гоблины, еще двое, также мальчик и девочка, больше люди, а-ля квартероны. Еще четверо — усредненные полукровки, половинка на серединку.

— Правда, они красивые, Кирриэл?! — спросила счастливая Зеленоглазка.

Я кивнул:

— Правда…

— Следующая твоя очередь, — улыбаясь, сказала Зеленоглазка, глянув на Олграну.

— Да уж… — выдавила из себя орчанка, перестав бить в бубен.

Я же посмотрел на усмехнувшуюся мне в ответ вампирессу…

II. БАРОН

ГАРЕМСКИЙ

Пролог

Кирилл, попаданец обыкновенный или необыкновенный — это как посмотреть…

Меня зовут Кирилл Мясищев, я был волонтером «Космопоиска», охотился на зеленых человечков и летающие чашки. Как оказалось — более чем успешно. Доохотился.

Поехал я однажды зафиксировать одну аномалию в глухую деревушку — и с концами… Аномалия оказалась гуляющим порталом, что и портанула меня в параллельный мир, сделав классическим попаданцем обыкновенным.

Что сказать, сбылась мечта идиота: зеленых человечков я нашел-таки на свою голову… и не только голову.

Зовут меня по-разному. Вроде простое имя Кирилл оказалось для аборигенов не совсем таким простым. Так что появилось несколько вариантов произношения моего имени.

Я же — Кирриэл, так меня зовет гоблинка Галлогала, она же Зеленоглазка. Спас я ее от стаи волков, пострелял их из мощной пневматической винтовки — «язык» мне очень требовался, — а потом стал ее названым мужем, со всеми последствиями в виде аж восьми детишек…

Я же — Кэррэл. Так меня зовет орчанка, шаманка по имени Олграна. Второго имени я ей не дал из-за вредности ее характера. Эту зеленокожую особу я тоже спас от чего-то вроде жертвоприношения. Соплеменник-шаман хотел получить ее душу, заточив в свой бубен. В итоге я его тоже вальнул. Просто защищался, спасать целенаправленно никого не хотел, собирался просто незаметно уйти, но, к несчастью для шамана, он заметил меня раньше, чем я смог сделать ноги. Олграна же провела обряд познания, и я стал знать местные языки, а то до этого с гоблинкой общался больше… хм-м… жестами. Но результатом спасения также стало то, что я сделался ее своеобразным пленником… Вот так вот я попал — сделал, называется, доброе дело. Впрочем, нет худа без добра, ее плен весьма и весьма своеобразный — попади я в плен кому-нибудь другому, все могло оказаться намного жестче. А плена мне так и так было не избежать, но о причинах этого чуть позже.

Я же — Ксиррел. Так меня зовет вампиресса и королева гнезда, без собственно гнезда и подданных, по имени Ссашшиллесса. Я иногда зову ее Сашей, а то больно имя у нее труднопроизносимое, и пока произнесешь, язык в узел завяжется. Да-да, ее я тоже, по сути, спас — освободил из застенков местечкового тирана, где она провела больше двадцати шести лет. Вампирам, в теории живущим вечно, это вроде не срок, но тоже малоприятно.

Кириллом меня зовут только големы… Вот такие выкрутасы дикции.

А еще я рассар. Мой рояль, без которого, как вы понимаете, порядочному попаданцу никак, и мое проклятье.

Рассар — это такое живое существо с раскрытой аурой, понимайте это определение как хотите, вырабатывающее очень много магической энергии, она же сила, она же мана.

Маги тоже могут вырабатывать ману, но в гораздо меньших объемах, и, что важнее, они благодаря «закрытости» ауры могут ею как-то управлять, плести заклинания, просто воздействовать сырой силой, а я так не могу. Правда, я еще и не пробовал. С учителями на данный момент просто беда. Да и не до обучения пока. Устроиться надо как следует, а с этим тоже облом — орки на пороге.

По сути, я как рассар — простая батарейка для этих магов. Потому и не могу появиться в землях людей, чтобы поискать возможность для возвращения домой: там меня первый же встречный маг захомутает и в клетку посадит, чтобы энергию качать.

Что, собственно, и делает со мной Олграна — качает энергию, хотя, надо сказать, способ перекачки достаточно приятный — настолько, что она уже беременна от меня… Но тут я не виноват… то есть виноват, конечно, но не виноват! Она сама… ко мне пришла, гы-гы.

Повторюсь. Гоблинка, кстати, уже родила. Восьмерых. Четверых мальчиков и столько же девочек, вечно голодных проглотов! А когда они все кричать начинают, это просто караул!

Да, кстати, быть рассаром не так уж бесполезно, как казалось на первый взгляд. Выяснил я это совершенно случайно. Так, когда у меня стала заканчиваться туалетная бумага, я начал активно завидовать гоблинке, коей бумага из-за особенности пищеварения и строения организма в одном месте не нужна. И вот однажды сижу я на толчке и осознаю, что и мне бумага, а точнее — ее местный заменитель, уже практически не требуется. Перестроилось там все, по образу и подобию… Осталось только порадоваться, что система водосброса с оригинала не скопировалась.

А потом рассарство мне помогло в том плане, что я стал более выносливым и мускулистым — эффект заимствования силы от расы орков: Олграна, как представительница сей расы, что называется, всегда под боком. Все мышцы увеличились в размерах и объеме. Я сказал, что все мышцы? Да-да, и эта мышца тоже. И ничего я не озабоченный… но раз есть возможность, почему бы ею не воспользоваться и не проапгрейдить достоинство!

Есть от рассарства еще приятности по мелочи — вроде повышенной регенерации, чувствования лжи, неуязвимости от атак душами: они рассеиваются от соприкосновения с моей аурой (может, и еще отчего, но это все надо проверять на личном опыте, а не хочется), — а также изменения внешности близких мне разумных. Так, очень похорошела гоблинка, и орчанка не осталась без изменений, вампиршу переделывать — только портить. Еще что-то… Собственно, всех свойств рассарства никто не знает. Приходится их выявлять на собственной шкуре, зачастую, как вы поняли, в буквальном смысле.

Что еще можно рассказать о себе?

Ах, да! Самое рояльное-то я и забыл. Я же стал владетелем! По размеру и наполнению подданными сего владения меня можно пока назвать бароном. Почему пока? Потому что на данный момент подданных немного, но их количество постоянно растет и не только за счет собственных усилий, хи-хи… Первой ласточкой стали полукровки-янычары и рабы из степи, сбежавшие от орков. Плохо им там было.

Правда, вслед за ними пришли сами орки, толпой под тысячу и с десятком сильных шаманов. Хотели возвертать беглецов назад и жестоко их наказать, чтобы другим неповадно было бегать. Не получилось. Я (винтовку мне магически прокачали, так что теперь могу стрелять не только пулями, но еще ледяными иглами и файерболами, причем очередями) со своими… хм-м… гражданскими женами и десятком деревянных големов хорошо их потрепал, устроив дерзкую засаду.

Первую волну отбил. Теперь жду гостей в гораздо большем количестве…

Потом потянулись еще полукровки из Топи на западе и из приграничных территорий с Проклятыми землями, где они в очень непростых для проживания условиях скрывались от притеснения со стороны людей, а также от мага некроманта, коему раньше принадлежал замок, что я экспроприировал по праву сильного. То есть мага некроманта пришлось убить.

А что я? Я ниче… он первым напал, я только защищался. А вообще я очень мирный. Правда, шаманка вела меня сюда в якобы безопасное место, то есть она собиралась изначально его прибить не без моего участия, но я об этом ничего не знал! Клянусь! В общем, получилось так, как получилось, и жаловаться на что-то просто грешно.

Теперь я барон. Барон Гаремский.

Не ржать. Ну не смог я подобрать более нормального названия. А чего, собственно? Название как название…

Баронство Гарем — звучит!

Глава 1

Кирилл, барон Гаремский

Началась осень. Здесь она, как и любая уважающая себя осень, сопровождается обильными дождями. Другое дело, что зимы, привычной для меня, сибиряка, снежной и холодной под сорок градусов мороза, тут нет. И слава богам! Хоть я и сибиряк, но никогда не любил холода. Я его ненавидел! А то выйдешь на улицу, а тебя уже всего сковало морозом. Прошел сто метров — а на лице такое ощущение, что появилась ледяная корка, и как результат — обморожение.

Так вот, ничего подобного здесь нет, просто начинается сезон дождей. Подозреваю, что когда начнется реальная слякоть от бесконечного небесного водопада, грязь и сырость, я буду скучать по снежным сугробам, в которых можно зарыться в полный рост, но это случится еще не скоро. К тому же есть шаманка — уж она, надеюсь, сможет избавить замок от сырости, что так любит всякая плесень и мох.

— Подъем, барон! — с возгласом ворвалась ко мне в спальню вампиресса Ссашшиллесса.

Моя наставница по мечевому бою, по кавалерийской езде — а с недавних пор еще и рукопашному бою обучает. Она вообще мастерица на все руки, что называется, и мечом махать и… хм-м… на дуде играть.

— Труба зовет!

— Сашуль, ты — изверг! — возопил я, глянув в окно, за которым стояла кромешная тьма, ну… не то чтобы кромешная, но все равно тьма. — Тебе об этом кто-нибудь говорил?

— Ты мне об этом постоянно говоришь, — отмахнулась она.

— Естественно, ведь даже не рассвело! Дай еще часок поспать! — взмолился я. — Я сейчас совсем никакой…

— Никаких спать! Подъем!!!

Вот ведь будильник…

Вампиресса в одно мгновение оказалась рядом со мной и сдернула с меня одеяло. Я поежился — температурка в комнате не слишком комфортная. Надо с системой обогрева что-то придумать. Камины как-то не фонтан в этом плане. Да и прогорел он уже давно, а дровишек подкинуть никто не удосужился.

— Ну, Сашуль… я вчера хорошо если во втором часу ночи заснул… — попытался я ее разжалобить, укутываясь в простыню как какая-то мумия. — Будь чел… милосердной… или вампирам сие понятие неведомо?

— Ведомо. Милосердие у нас выражается в сворачивании шеи. А что касается того, что ты никакой, то вечером надо было меньше кувыркаться! Сейчас был бы в форме.

— А ты случайно не напомнишь мне, с кем именно я вчера вечером кувыркался? — поинтересовался я с усмешкой.

— Ничего не знаю! И это ничего не меняет! — отмела вампиресса все мои претензии в свой адрес. — Распорядок дня есть распорядок дня, и нарушать его нельзя! К тому же это полезно для общей жизненной тренировки.

— Это ты сейчас про что? — не догнал я, вытаращившись на нее в изумлении.

— Про то. Вот, скажем, довелось тебе столкнуться с противником. Он тебя изрядно вымотал в сражении, но тебе удалось от него убежать и оторваться, спрятаться и передохнуть. Но враг продолжил преследование и вскоре нагнал под утро, ни свет ни заря. Ты ему тоже будешь жаловаться и просить, чтобы он дал тебе еще часок форы, потому как ты, дескать, не выспался и все из-за него, супостата проклятого?

Зараза… С логикой у нее просто превосходно, хоть и женщина.

Я, правда, не стал отмечать того факта, что после битвы и ночной погони противник тоже будет не в лучшей кондиции, в отличие от вампирши, которая после ночи со мной выглядела свежей как огурчик и даже без пупырышков, а противник, догнав меня, тоже предпочтет немного передохнуть и восстановить силы.

Знал уже, что она всегда найдет доводы меня переспорить. Да я и сам знаю как минимум один такой аргумент — дескать, у врага полно эликсиров бодрости, за счет чего, собственно, и догнал тебя, а у тебя — шиш, еще и без масла. А посему надо рассчитывать только на свои скромные силы.

Делать нечего. С кровати меня поднимут так или иначе, банально с нее столкнув на пол, а он твердый. Было дело… Так что встать всяко-разно придется.

Я поплелся в уборную, потом вернулся назад и принялся одеваться для тренировки — настоящего ада… Несмотря на все мое рассарство и с некоторых пор повысившуюся силу, с выносливостью у меня все равно оставались проблемы.

Одевшись, спустился вниз на тренировочную площадку. Рассвет только-только загорался. И началось. Сначала часовая разминка: бег, приседания, отжимания, прыжки и все прочее, — а потом собственно тренировка: отработка ударов, бой с тенью, бой против вампирессы, постоянно играючи уделывающей меня даже не переходя на сверхскорость, несмотря на то что бился я в полную силу. Сама Ссашшиллесса на этом настояла, потому как, даже если я каким-то чудом сумею ее достать, для нее это будет сущий пустяк: один маленький глоточек моей крови — и раны как не бывало.

Впрочем, надо отдать ей должное, специально она не подставлялась, чтобы получить дополнительную порцию моей крови, хотя та действовала на вампиршу как валерьянка на кошку. Собственно, ради моей крови вампирша и осталась в замке… ну и, как сегодня ночью, погреться в сиянии моей ауры тоже требовалось. Оставалось только радоваться, что вампирша не может откачивать энергию из меня принудительно, как это делает шаманка, а впитывает только свободно исходящую ману.

Так и встретили рассвет, звеня мечами (тренировались, вопреки традиции, не деревянными или железными, но тупыми, а именно боевыми, чтобы сразу приучить меня к опасности) и сотрясая округу глухими ударами о щиты. А рассвет затянулся из-за накрывших небо черных туч.

Кажется, дождь собирается, подумал я в стиле мультперсонажа, поглядев в небо во время образовавшегося перерыва в тренировке — пить ходил. Мне банально требовалось возместить водопотерю. Пот реально лился ручьями, так что мою одежду можно отжимать.

— Что ж, барон, вы прогрессируете, — сказала мне вампиресса.

Но стоило только мне обрадоваться этой похвале и начать смущенно лыбиться и даже что-то там пробовать лепетать в ответ, дескать, ну какое там, право слово… как она меня тут же жестко обломала:

— Пожалуй, вас, барон, уже можно выставить против пятилетнего ребенка. Есть шансы, скажем, один к трем, что вы сможете его победить.

Стерва!

Вампиресса расхохоталась, увидев мое перекошенное лицо. Мимику я в этот момент не контролировал.

— Успокойся, Ксиррел! Я имею в виду ребенка-вампира!

Да, это аргумент, согласился я через секунду раздумья. Ребенок-вампир — совсем не то, что человеческий ребенок.

— А если ставить человеческого ребенка, то, думаю, десятилетнего ты одолеешь с шансами пятьдесят на пятьдесят.

— Ах, так?!

Я ринулся на вампирессу, окончательно выведенный из себя. Но, естественно, у меня ничего не вышло. Махнул пару раз мечом — и тот, выбитый из рук, отлетел далеко в сторону, со звоном упав на камни.

«И что это со мной происходит? — удивился я. — Ну подумаешь, дразнится. Не так уж и обидно, если посмотреть, даже где-то забавно, а реагирую как обидчивый… даже не знаю кто».

«Может, помимо мышц и силы, ты еще от орков взрывной характер скопировал?» — предположило мое второе «я».

Вполне может статься, согласился я. Хотя в теории я беру только то, чего хочу, чему завидовал. Разве нет?

«Да уж, если судить о том, что скрывается в штанах, то завидовал ты сильно! Ты часом не падаешь в обморок из-за оттока крови от головного мозга, когда кое-кто другой активируется?!»

Мы сейчас о повышенной раздражительности говорим, хмуро напомнил я своему второму «я» тему мысленного разговора.

«Наплюй… просто не выспался… настроение плохое, да еще погода дрянная, свинцовые тучи над головой совсем настроения не прибавляют, это не то же самое, что яркое солнышко. С кем не бывает».

Ну да, тоже верно… Но вампирша меня реально хочет вывести из себя. Раньше она надо мной не смеялась. Зачем делает это сейчас?

«Да кто ее знает! Может, у нее тоже настроение поганое?»

Да не похоже это на нее, у нее всегда хорошее настроение, особенно после ночи со мной. Не то чтобы я был столь велик в постели, несмотря на некоторые физические изменения, гы-гы, но вот аура моя действует на нее как таблетка радости. Так что в любой другой день я бы согласился с тем, что у нее плохое настроение, но не после сегодняшней ночи.

«Тогда, возможно, пытается тебя как-то раскачать через злость, чтобы ты перешел на новый уровень… прокачки. Она же ведь знает, что ты меняешься, берешь то, чего желаешь больше всего от своих партнерш, и она знает, что ты хочешь получить ее сверхскорость, вот и пытается ее инициировать, а то пока ты сам разгонишься, второе пришествие какого-нибудь местного бога произойдет…»

Хм-м, вполне возможно, согласился я с доводом. Принимаем за основную версию.

Я подобрал меч и, напротив, успокоился. Хотя, может, наоборот — стоило себя накрутить сильнее, раз уж этого хотела вампиресса? Вдруг действительно помогло бы переключиться на следующую скорость? К примеру, на пятую… Лишь бы не на «заднюю». Но, вычислив причину ее подколок, злиться уже не смог.

— Продолжим…

Ссашшиллесса только кивнула. И мы продолжили уже без подколок. Увидела, что я спокоен как удав, все поняла и осознала бесперспективность метода.

Олграна, шаманка, проверяющая свои новые возможности

Чем бы сегодня заняться, подумала я, садясь в центр черной плиты в виде круга на крыше замка-башни, что я использовала в качестве площадки для медитаций и камланий.

Орлов не видно. Вообще надо бы, как любой другой уважающий себя шаман… то есть уважающая себя шаманка, своего вырастить… С ним и связь смогу устанавливать мгновенно, а не после камлания, и держаться такая связь станет на минимуме манны, и радиус действия больше. Ну и, конечно же, всегда под рукой будет. Хорошо, с этим разобрались, как начнется сезон вылупления яиц, я этим обязательно займусь.

А чем заняться сейчас?

Я еще раз посмотрела в застывшее хмурое небо. Как же надоела эта серость над головой, такая низкая и давящая, особенно здесь, в горах — кажется, протяни руку вверх, и она скроется в туче…

Хм-м, а почему бы и нет? Не погонять ли нам тучки? Сил вроде бы на удивление много… Причем усиление идет гораздо более быстрыми темпами, чем я даже смела надеяться. И благодарить тут, похоже, нужно не только «круговорот» потока энергии, что мы устраиваем с Кэррэлом, но и плод этих наших круговоротов…

Я невольно потрогала уже чуть вздувшийся живот. Да, видно, ребенок, а точнее — дети: если я не ошибаюсь, у меня тройня, — не только не стали помехой в моей… прокачке, но даже, наоборот, поспособствовали ей. И это, если подумать, неудивительно. Если уж все полукровки от Кэррэла и Галлогалы получили сильный Дар и в перспективе могут стать сильными магами, если найдется учитель, или же шаманами — тут уже я смогу поспособствовать, — то что уж говорить о моих будущих детях от Кэррэла, учитывая, что я сама по силе Дара не из последних буду!

Кстати, теперь понятно, как гоблинка тогда смогла навести на нас столь сильное природное заклятье, что Кэррэл потерял ко мне всякий интерес, а я соответственно к нему. Я мысленно засмеялась, вспоминая, как Кэррэл тогда бегал по поляне из-за того, что его «хвостик» болтается безвольно, при моих-то обнаженных статях!

Решено, гоняем тучи!

Я взяла бубен, запалила одну маленькую курильню и стала отбивать ритм… Невольно в памяти всплыли стихи из мира Кэррэла.

Рассказывал он нам иногда вечерами стихотворения, какие помнил. На его техническом артефакте, на котором он показывал нам те немногие фильмы, что захватил из своего мира, стихов совсем не оказалось, за исключением тех, что были в книгах, но там есть лишь жалкие огрызки-куплеты. А помнил стихов Кэррэл много — говорил, в школе заставляли учить. Бедненький, тем более что я поспособствовала улучшению его памяти, проведя один из малых обрядов, восстанавливающих и укрепляющих воспоминания.

И вот один из таких стишков, навеянный обстановкой, всплыл в моей голове: «Буря мглою небо кроет…»

Я пустилась в пляс-транс, почувствовав связь-единение с природой, со стихией. Такого со мной еще ни разу не было! От осознания этого потрясения я чуть не разорвала связь, но удержалась.

В итоге, вместо того чтобы разогнать эти тучи, я под впечатлением, навеянным стихами, наоборот, их стала собирать.

Ко мне… Еще… Гуще…

Бубен звучал не переставая, набирая темп и отзываясь в небесах рокотом, крепя и раскидывая сеть связи все шире, делая ее все крепче.

И вот облака наконец чуть сдвинулись к центру, уплотнились, закрутились… Еще, еще, еще… быстрее…

Потрясающе! Я смогла! Я смогла сделать то, что надеялась сделать только года через три! Да, воздействие еще слишком мало по радиусу, всего-то с километр-полтора, но и это уже огромный прогресс!

Ну же, еще!!!

Серые облака постепенно сгущались, опускались все ниже и превращались в черные тучи. Подул холодный ветер…

Ба-бах!!! Совершенно неожиданно раздался оглушительный, сотрясающий башню до основания гром.

И одновременно с громом, даже чуть раньше, из центра получившейся грозовой воронки с треском низверглась ослепительно-яркая ветвистая молния, ударив куда-то в пределы кузни.

Запахло озоном, так сильно, что резко защипало в носу.

О духи! Там же занимаются Кэррэл с вампиршей! Да и демоны с этой вампиршей, даже порадуюсь, если ее поджарит, но только бы не пострадал Кэррэл!!!

Я подскочила к краю башни и с тревогой посмотрела вниз.

Слава духам! С Кэррэлом все в порядке! Вон стоит, смотрит на разгорающуюся кузницу.

— Олграна!!! Чтоб тебя!.. — раздался снизу рык Кэррэла, посмотревшего наверх.

— Извини… — пискнула я в смущении, глупо улыбаясь, и как дура помахала ладошкой.

А через несколько секунд на нас обрушился водный поток. Хорошо, кузницу хоть потушит, и мне не придется напрягаться, а то воздействие на облака меня изрядно опустошило.

Кирилл, барон на тренировке

Увлекшись тренировкой с вампирессой, тем более что она позволяла себя атаковать, без ответных выпадов и только защищалась, я, да и она тоже, совершенно отрешились от окружающего мира и не заметили его стремительного изменения, причем над самыми нашими головами.

А потом как жахнуло! А потом как грохнуло!

Японский городовой!!!

Что удивительно, до момента удара молнией и грохота грома стоял я возле кузни, а когда очнулся, обнаружил себя в дальнем от нее конце двора, медленно приходя в себя.

Всегда боялся молний… особенно после рассказа об одном неудачливом чудаке, которого молния оприходовала четыре раза. В первые два раза он, бедолага, выжил, в третий раз она его убила, а в четвертый раз молния ударила в его могилу… Прямо проклятие какое-то.

— Олграна!!! Чтоб тебя!.. — в сердцах выпалил я чуть ли не в истерике, когда до меня наконец дошло, чьих это рук дело.

А чьих еще? Вон и она сама, ладошкой машет…

Кузня весело занялась огнем. Но тут полил дождь, гася вспыхнувший огонь. Ну и нас заодно полил, погнав со двора в замок.

— Нет худа без добра, — выдала как-то услышанную от меня сентенцию Ссашшиллесса.

— Ты сейчас про что? — не въехал я. — Что кузню надо было все равно перестраивать?

— Ну и это тоже… — усмехнулась вампирша. — Но вообще я о другом.

— О чем?

— Ты понял, что случилось?

— Конечно! Эта… дошаманилась… на нашу голову! Чуть не угробила! Но я уверен, однажды это ей непременно удастся! Она талантливая, все у нее впереди!!!

— Да забудь ты об этих мелочах! — в раздражении от моей непонятливости отмахнулась вампиресса. — Я сейчас про тебя говорю!

— В смысле?

— В прямом. Вспоминай, где ты стоял до удара молнии — и где оказался.

Вампиресса требовательно посмотрела на меня.

— Ну, вспомнил… — пожал я плечами. — Чего тут такого?

— А того, что из точки «А» в точку «Б» ты попал меньше чем за секунду!

— Э-э…

Я даже встал столбом.

— Серьезно?

— Зачем мне врать? — удивилась вампирша.

— То есть я перешел на… вампирскую сверхскорость?!

— Не то чтобы на вампирскую, но похоже, — кивнула Ссашшиллесса.

— Вот же… — выдал я потрясенно.

— И теперь это надо тренировать. Закрепить результат и развить способность.

— Как?

— Ну, для начала с повторения причины, вызвавшей сверхскорость…

— Ни за что?! — выпалил я категорично. — Однажды молния нас реально может приголубить, так что мало не покажется!

— Мы защитимся…

— Ну… если только защитимся…

От сверхскорости мне отказываться все же не хотелось. Подтвердилась причина, чего от меня добивалась Ссашшиллесса, всячески выводя меня из себя, чтобы я разозлился и перешел в гневе на сверхскорость. И я перешел-таки, правда, по другой причине. Но это уже не суть важно. Дело осталось за малым — тренировками заставить переходить себя в режим вампирского ускорения по собственной воле, а не от страха, едва не портя портки с внутренней стороны.

Оказавшись в замке, поспешил к Зеленоглазке и детям. Не мешало также проверить компьютер. Рядом прошло столько энергии, что его могло контузить, а то и вовсе накрыть медным тазом. Лишь бы только Зеленоглазка не пользовалась им в момент, когда ударила молния… Любит она книжку почитать. Их там у меня есть. Штук пятьсот.

Олграна оказалась в комнате Зеленоглазки гораздо раньше — оно и понятно, ей с крыши спуститься быстрее — и била в бубен, успокаивая перепугавшихся грохота детей. Представляю, какой здесь раздавался ор после раздавшегося прямо над головой грома.

— Прости меня, Кэррэл… — повинилась Олграна. — Этого больше не повторится.

— Ничего… — отмахнулся я, уже успокоившись. — Тем более что этот удар молнии мне несколько поспособствовал.

Я подхватил на руки потянувшихся ко мне Рому и Риту — это те, что с большей примесью гоблинской крови. Гоблинская составляющая взяла свое, и они развивались намного быстрее братьев и сестер. Уже давно ползали и даже пытались ходить. Скоро бегать начнут, еще неделька-другая…

Что касается компьютера, то он, слава богу, стоял выключенным. Надо бы и его как-то магией законсервировать…

— Это чем же?

— Ксиррел перешел на сверхскорость, от испуга, конечно же, но это уже прогресс, который следует закрепить, — ответила вампирша, не удержавшись от маленькой шпильки в мой адрес.

— Ты только во время исполнения супружеских обязанностей на сверхскорость не переходи, — улыбаясь, заметила Зеленоглазка, нахватавшись от меня шуток.

Три мои гражданские жены заржали в голос.

Ч-черт, подумал я, так и подкаблучником недолго стать…

Я тут владетель-властелин вообще или где?!

«Или где…» — хохотнуло мое второе «я».

Предатель…

Надо отсюда сваливать. Но разве от них свалишь? Особенно от Олграны с Ссашшиллессой? Фига с два! Следом ведь попрутся. Я для них как батарейка, куда они меня отпустят?

«И вот так просто возьмешь и бросишь своих детей?!» — спросило мое второе «я», переключившись в режим «совесть».

Ну…

Я посмотрел на Рому и Риту, коих держал на руках, и дергавших меня за бородку, а также тех, что лежали в кроватках.

Западло конечно… но я их всех обеспечу…

«Звучит не шибко убедительно».

Да иди ты!

— Кстати, Олграна, надо эти твои эксперименты с погодой в рабочее русло направить, — заметил я, когда они отсмеялись, вспомнив про «обеспечение».

— Это как? Да и что можно сделать?

— Молния — это электричество. В сезон дождей его будет дофига, и грех не воспользоваться таким практически дармовым ресурсом.

— Это понятно, но что с ним можно сделать?

— Будем добывать мифрил…

Даже Зеленоглазка застыла пораженная. Она уже прекрасно понимала ценность алюминиевых бабочек на своих руках, что я ей сделал в свое время из казалось бы никчемной алюминиевой проволоки.

— Ты знаешь, как добывать мифрил?! — потрясенно прошипела вампиресса.

— В теории. Олграна мне хорошо прошила память, так что я вспомнил несколько моментов из этого процесса. Почему бы и не попробовать? Предстоит много экспериментов, но если долго мучиться, то что-нибудь обязательно да получится.

— Что для этого нужно?! — буквально нависла надо мной орчанка.

Ей мифрил нужен. Да он всем нужен. И мне тоже, в первую очередь для деревянной армии.

В строю уже находится сотня големов плюс Буратино — мой первый образец, телохранитель и знаменосец в одном лице.

Но хотелось бы больше. Намного больше!

Угроза орков из степи никуда не делась. Даже возрастает. После того как малая орда ушла от нас побитой, в мое владение прямо-таки начался массовый исход полукровок-янычар и беглых рабов. Типа я доказал им, что не пальцем деланый, могу за себя постоять, своих подданных защитить, а значит, можно под мою руку попроситься.

Нас спасает только начавшийся сезон дождей да политические свары среди вождей — они там из-за похода на меня тоже чего-то интригуют друг с другом, друг против друга. Богатства мои несуществующие делят… Но рано или поздно договорятся, и как подсохнет, припрутся, приходи кума любоваться.

— Да как ни странно, ничего особенного. С твоей стороны — приручение молний, чтобы они били в одно место: в железный громоотвод.

— Это легко.

— А также куча глины и кислоты.

— Глины много, а вот с кислотой беда.

— Да, — согласился я. — И мне придется хорошо покопаться в своей тыковке, чтобы вспомнить, как и из чего ее делают. Вроде читал я об этом… Ути-муси-пуси, — переключился я на детей, начав играть с ними разными игрушками — как тряпочными, так и деревянными.

Детям нужно уделять внимание. Мне как рассару особенно — воздействую на них своей аурой, даю им здоровье, и хочется верить, так же, как изменил Зеленоглазку и Олграну, передаю им уже полученные мной свойства вроде физической силы, и если Ссашшиллесса не врет — только что инициированную сверхскорость.

Делал также шахматы из глины разных цветов. Олграна их потом подшаманивала до каменного состояния. Игра всем полюбилась и хорошо шла вечерами под бокал вина у камина. Так что я пытался вспомнить еще какие-то игры, в том числе и развивающие, а не только карточного «Дурака». Вечным дураком мне быть не хотелось…

Глава 2

Кирилл, алюминево-мифриловый король

С кислотой как-то не заладилось. Ну не мог я вспомнить, как ее делать, хоть убей. Никогда не любил химию, просто не понимал значения всех этих буковок с циферками, соединенных между собой черточками. Все, что помню об этом, это то, что во время сильных пожаров, а также извержений вулканов в атмосфере образуются сернистые облака, а потом на землю проливается дождь из серной кислоты.

Можно было бы еще поэкспериментировать с серой. Да только где ее взять?

В общем, основную подготовительную работу проделали быстро, гремлины натаскали различных видов глин, что имелась в округе: красная, белая, голубая и привычная желтая, — просушили и размельчили. Осталось только залить все это дело кислотой и прожарить электричеством, через все эти катоды, электроды и аноды (лишнее вычеркнуть), и выявить, какая глина самая производительная на алюминий-мифрил.

— Очередные переселенцы на горизонте, — предупредила Олграна, как всегда, время от времени присматривающая за окрестностями через кружащих в небесах орлов.

Да, переселенцы в мои владения тянулись постоянным, я бы даже сказал, набирающим силу ручейком. Сейчас в основном ко мне в горы переселялись полукровки с топей на западе. Жить в болотах, особенно в сезон дождей, когда уровень воды поднимается в окружении гнуса, всяких отвратного вида насекомых, жаб и змей, — удовольствие совсем никакое.

Ко мне, как правило, приходили лишь старосты деревень, пока основная масса переселенцев еще двигалась со своим скарбом, узнавали, что да как, получали разрешение на основание деревни в присмотренной долинке и приносили присягу. Я утверждал выбор, если раньше эту долину не зарезервировали для себя другие поселенцы.

В общем, за три месяца количество поселений увеличилось с двенадцати до тридцати, да и сами эти двенадцать первоначальных деревушек увеличились в размерах раза в два за счет переселенцев-одиночек. Плюс произошло увеличение казачьих станиц с трех до десяти, и у меня под рукой уже состояло казачье войско в пять сотен ятаганов. Эти так называемые казаки надежно контролировали границу со степью, принимая оттуда новых беглецов и отлавливая оркских разведчиков.

Основной поток беженцев ожидался после сезона дождей. Еще более сильный после войны с орками. Хотя все зависит от того, отобьемся мы от орды или нет. Отобьемся — переселенцы пойдут сплошняком. Не отобьемся — не пойдут, а наоборот, разбегутся уже имеющиеся. Сейчас же шли те, кому жизнь в болотах стала совсем невмоготу, на авось, в надежде, что все будет хорошо. Или же, наоборот, самые умные и рисковые, подбирающие для себя самые лучшие места для проживания, считая, что если что, всегда успеют сдернуть на прежнее место жительства.

А вот из степи как раз наплыв переселенцев в последнее время резко упал. Приходят лишь одиночки. Орки лютуют, усилив пресс на полукровок и рабов, так что те шагу не могут сделать без разрешения.

— Много?

— Под сотню.

— Немало, — кивнул я. — Целая деревня. И чего они ко мне всей толпой прутся?

— Так, может, узнаем? — хмыкнула орчанка в своей-моей манере.

Все от меня перенимают…

Я тоже лишь усмехнулся в ответ.

Через два с небольшим часа весь табор уже парковался у подножия горы, на которой стоял мой замок Гарем с развевающимся красным знаменем и золотым фениксом на нем.

— О! Какие лю… в смысле, разумные! — чуть дурашливо воскликнул я, выходя навстречу пришедшему ко мне на поклон старосте. — Ну, здравствуй-здравствуй, Гонглир.

Передо мной стоял гном-квартерон, что я освободил вместе с прочими пленниками из замка, когда брал его в свою собственность. Гонглир обещался прибыть обратно, но уже с семьей. Вот и прибыл.

Мне очень сильно не хватало этого коротышки как специалиста, если он, конечно, не врал, что является хорошим кузнецом. А любой кузнец — это ведь еще и инженер, что мне требовалось больше всего. У меня ведь до сих пор огры в рабстве заточены, работают лифтерами, поднимая и опуская платформы.

А я хоть и ярый противник рабства, но все никак не могу сменить их на что-то иное. С прибытием Гонглира на это появилась надежда. Сделаем механизмы с заточкой их под работу элементалей — и этих шерстистых громил можно отпускать. Тем более что Олграна уже добилась определенных успехов в их лечении и осталась последняя серия реабилитационных процедур. Огров ведь некромант изрядно оболванил — мозги закомпостировал, чтобы не буйствовали.

— И вам здравствовать, господин… Не передумала ли ваша милость взять меня на службу в замок с семьей?

— Не передумала… тьфу ты… не передумал. А где твоя семья, Гонглир?

— Внизу, господин.

— А чего с собой не прихватил?

— Дык, господин, тут такое дело…

— Говори уже.

— Все, что там внизу, и есть моя семья.

— Хренасе… — в изумлении выдал я.

Для меня, как для нормального человека, семья — это «семь я». Ну, то есть я, жена и дети. Ну еще родители, ну плюс бабушка с дедушкой. Все.

Не учел я гномского кланового менталитета, а Гонглир на три четверти гном. Для них семья — это все, кто состоят в родстве, в том числе седьмая вода на киселе типа племянника двоюродного брата по какой-то там линии. Так что, если подумать, сотня этих полукровок, что стала под стенами, — это еще небольшая такая семейка. Кланчик.

— Господин? — явно занервничал Гонглир.

— Хм-м… в принципе проблемы я большой не вижу, — ответил я. — Ты непосредственно с семьей — женой и детьми — заезжаешь в замок… Дети-то большие, и сколько?

— Пятнадцать, семнадцать и девятнадцать лет, господин. Это сыновья. Еще три дочери…

— Силен. Сыновья, я так понимаю, тоже кузнечному делу обучены?

— Конечно, господин! — воскликнул Гонглир, даже руками всплеснул — дескать, а как же иначе-то может быть.

— Вот и отлично. Заезжаешь с семьей, а остальные пусть строятся деревней неподалеку, вон за тем перевалом.

— Благодарю, господин!

— Погоди благодарить, — усмехнулся я. — Работы будет много.

— Так это только в радость, господин!

— Что ж, радостей у тебя будет выше крыши. Правда, для начала придется кузню подновить, а то… — я невольно искоса глянул на орчанку. — Молния в нее недавно шандарахнула. Подгорела.

— Не извольте беспокоиться господин, сделаем все в лучшем виде!

— Что ж, обстраивайся. Да, кстати, ты с кислотой знаком?

— Конечно, господин! Нужная вещь в кузнечном деле.

— Нет, я про то, умеешь ли ты ее самостоятельно изготавливать?

— Умею, господин. Было бы сырье, а кислоту я сварганю.

— А как думаешь, сырье для этого здесь в округе есть?

— Найдем, господин. В крайнем случае к болотам наведаемся. Там чего только нет!

— Замечательно!

Мои гражданские женушки тоже изрядно повеселели.

— Ну, вот тебе и первое задание, Гонглир, — сварить кислоты. По объему… Давай пока… литров десять, что ли.

Я только усмехнулся, увидев, как округлились глаза кузнеца от такого запредельного объема. Ему-то на кузнечные дела, поди, максимум литра хватало на весь год. И ведь понял, что это только начальная партия, и не самая большая. Потребуется больше, намного больше.

— Да. Так что лучше сразу выдели кого-нибудь из сыновей под это дело да в клане сразу группу сбей. Кислоты мне потребуется много. А уж я расплачусь щедро.

— Как прикажете, господин, — кивнул Гонглир. — За этим дело не станет, тем более при щедрой-то оплате!

— Ну, ступай разбирайся с делами…

Гонглир, гном-квартерон. Кузнец

После того как меня поймал некромант, я думал, что мне крышка. А как иначе, если из его земель никто не возвращался. Да я и не хотел соваться в его владения, но рискнул обойти особо топкую топь по горам — они мне все же милее, — но попался этим мертвякам-ловчим.

И что меня вообще туда потянуло?!

Хорошо, что мертвяки еще в топи не суются. Не умеют по болоту ходить, тонут они там. Тем и спасаются местные.

Но на мое счастье и счастье остальных узников, некроманта прибил маг со странной компанией из орчанки и беременной гоблинки. Более того — всех отпустил, снабдив едой в дорогу.

Узнав, что я кузнец, мне предложил остаться. Оно и понятно: хороший кузнец всегда в цене. Стать главным кузнецом владетеля — заманчиво. Но семья… они и так меня заждались, наверняка уже все глаза выплакали, наверное, уже и живым не ждут. Обещал вернуться с семьей…

И, добравшись до дому в вольные баронства, долго думал: а надо ли исполнять обещание? Все-таки странный человек… А люди они такие… с ними никогда ничего не ясно. Слово дали — слово взяли. Истинные хозяева своему слову… хе-хе. Даже эльфов переплюнули. Но длинноухие хоть уловками пользуются, чтобы слово не держать, всякими толкованиями…

Но точку в моих размышлениях поставила попытка изнасилования дочери бродячим рыцарем. Благо был пьян в хлам, да моя Глинира, хоть и мала, всего тринадцать, ему в ухо хорошо задвинула, так что он вырубился. И я решил, что лучше пойти на службу к странному человеку, чем оставаться, с позволения сказать, с нормальными людьми, что готовы насильничать малолеток… даже если они статями иных совершеннолетних обходят.

Опять же с приходом проповедников ордена этого Ольера… светозадого… из соседнего королевства в вольных баронствах усилилась нетерпимость к полукровкам. Дескать, работу у них забираем… Так делайте ее на совесть, а не абы как, словно руки из седалищного места растут!

Опасно, конечно, на ничейных землях, там свои беды и трудности, но и тут тоже не всласть, год от года все горше становится. Так там хоть ответить можно достойно на любое поползновение. Не то что здесь — только попробуй кого тронуть, особенно если человек из благородных, коим закон вообще не писан: тут же в колодки закуют или вообще за шею подвесят на ближайшем дереве. Дочке еще повезло, что рыцарь по пьяни ничего не вспомнил, а то… или просто не стал нагнетать, чтобы не опозориться на весь свет, что его девка малая свалила как младенца.

Вот и получается, что одна нам дорога осталась — на восток, в бывшие владения некроманта. Тем более что приглашали, а не абы как пойдем на удачу. Кинул клич по родным, и хоть жаль было оставлять привычное место, где все знакомо, и идти в неизвестность, но все же двинулись. Хоть и согласились далеко не все.

Так что если человек подумал, что это вся моя семья, то он сильно ошибся: ха-ха, это только половина. Остальные решили посидеть на месте и посмотреть, что выйдет. Ну да боги им судьи. Пусть потом не обижаются…

Добирались долго, трудно, тем более что сезон дождей начался. В болотах раз десять чуть не утопли, но проскочили… Проводники — жадные сволочи!

Но вот и замок.

По первому впечатлению, я не прогадал. Человек принял меня тепло и тут же сделал заказ на просто громадное количество кислоты.

Благо мы редким сырьем хорошо по пути запаслись! А то чего порожняком идти? Не бросать же пустеющие от запасов провианта отличные телеги?! Еще чего!

Так что десять литров кислоты, думаю, из взятых запасов сырья сделаем.

Средний Волтар и займется. У него это отлично получается. Ему бы в алхимики…

Пока Волтар с серой маялся, я с младшим Гаромнором и старшим Магдером кузню справил. А пока кузню делали, наблюдали, как в соседнюю сопку, то и дело громыхая, молнии бьют. Каждый раз приседаю… не люблю грома. Чистые гномы так и вовсе… чуть ли не в обморок падают!

Не иначе орчанка-шаманка с магом балуются… Не живется им спокойно — вон скачут, как будто какие-то лягушки.

Интересно, кто третья? В прошлый раз ее не было. Или, может, была да в замке бродила, пока человек с нами беседовал?

— Ну, что, Гонглир, заготовили кислоты? — спросил меня его милость Кэррел.

— Да, господин. Ровно десять литров, как и было сказано.

— Отлично. Давай кувшины гремлинам и пойдем химичить.

— Куда, господин?

— Вон на ту горку, — указал он на гору с лысой макушкой, в которую последние три дня молнии били. — И сына своего прихвати, что кислотой занимается. Если все получится, как задумывалось, будет ответственным за производственный процесс.

— Какой, господин?

— На месте увидишь. Да, еще один момент, если все получится, придется вам клятву о неразглашении давать. Согласны на такое?

— Конечно, господин! Секреты — это святое.

— Отлично. Идем.

Выдал заготовленную кислоту десятерым серокожим гремлинам, по кувшину, и пошли с Волтаром на соседнюю гору.

Один уродец, споткнувшись, чуть не разбил кувшин и сам не растворился в содержимом, но обошлось. Только чуть пролил. Хорошая кислота получилась, все в один момент сожгло. Дальше добрались без приключений.

На вершине лысой горы я обнаружил десять небольших кувшинов, заполненных… глиной, правда, разного цвета. И расставлено в ряд попеременно: белая, красная, желтая, голубая, белая, красная, желтая…

— Лейте, — приказал Кэррел — и гремлины залили кислоту в эти кувшины.

После чего все хорошо размешали стальными прутами. Потом сам Кэррел вставил в кувшины стальные и медные пластины, соединенные между собой стальной проволокой, правда, вставлял он их в разные кувшины, в результате чего они все оказались соединены между собой.

Один конец проволоки шел к длинному стальному шесту, что я и выковал из разного железного ржавого хлама, что обнаружился на складе, а второй конец уходил в землю.

И чего они чудят?

— Твой выход, дорогая… — картинно поклонился шаманке человек.

А она-то тоже не праздна! Не иначе, от человека. Вот уж действительно странный хозяин! Гоблинка-то тоже от него понесла, дочки доложили — видели они этих детишек, потому как в услужение пошли, нянчатся с ними.

Тем временем шаманка вышла в заранее подготовленный круг и начала камлать. Человек же отвел нас всех под странную конструкцию в виде сети из проволоки.

Увидев мой непонимающий взгляд, человек пояснил:

— Защита от молний.

Я, наверное, сильно побледнел. По крайней мере, ноги у меня точно задрожали. И неудивительно — ведь сейчас по нас будут бить молнии!!!

Ба-бах! Раздался гром и сверкнула молния, ударив точно в шест.

У меня чуть сердце не выскочило!

Сын вон тоже ни жив ни мертв стоит.

Ба-бах!!!

Гром бил и бил, а молнии все сверкали и сверкали, а шаманка все никак не успокаивалась, продолжая камлать. Я от этого грохота над головой и блеска молний чуть с ума не сошел! Слишком много во мне гномской крови…

Но вот она все же перестала камлать и села на землю без сил.

Тут полил дождь.

— Ты как, нормально? — подойдя к орчанке, озабоченно спросил человек.

— В порядке. Лучше посмотри, получилось ли, а то, может, все напрасно…

Человек, кивнув, подошел к кувшинам. Некоторые под конец раскололись, и все рассыпалось, но половина уцелела.

Глина в кувшинах спеклась, пришлось человеку разбивать их. Точнее, его голему по имени Буратино — тот быстро раскромсал своими ятаганами.

Человек склонился над стальными и медными лопатками, что также я делал по его заказу. Задумчиво поскреб их ножом, поворошил комья глины, выбирая какие-то комочки, а потом произнес.

— Так я и думал… лучше всего белая глина.

— Много? — спросила орчанка.

— Не очень…

— Главное, что есть!

— Тоже верно, — согласился человек.

Потом аккуратно счистил мутный налет с пластин, ссыпал его в небольшую глиняную кружку и протянул ее мне.

— Переплавь это.

— Будет сделано, господин, — ответил я, ничего не понимая, и как только мы вернулись в замок, я поспешил на кузню, выполнить поручение.

Мне уже самому интересно стало — что же это такое получил человек из глины, смешанной с кислотой, и ударов молний.

Благо кузня уже давно работала, выполняя мелкие заказы по замку — многое требовало ремонта, — так что кочегарить не пришлось, осталось только ссыпать то, что мне дали, в специальную емкость и поддать жару с мехов. Много работать не пришлось. Температура потребовалась лишь в два раза больше, чтобы расплавить свинец, и все потекло.

— Форму!

Я вылил получившийся металл, осторожно отделив от него шлак.

— Что это такое? — спросил меня Гаромнор.

Остальным было не менее интересно, а я, наверное, впервые в жизни не знал, что ответить моим детям — это мне, знающему о металлах все, что только можно, — потому как никогда не работал с таким металлом, даже не видел.

По виду похоже на серебро или олово, но не серебро и не олово, температуры плавления не те, и при этом еще очень легкое…

— Мифрил! — осенило меня.

Меня чуть сердечный приступ не хватил, когда увидел, что у меня в руках и сколько это стоит в золоте!

Кирилл, попаданец обыкновенный, обретший сверхспособность

Мифрила-алюминия получилось с гулькин нос, хорошо если на пульку самого крупного размера хватит. Но хорошо уже то, что получилось. Это ведь была пробная выделка, и, судя по всему, результат можно считать рояльным, то есть очень удачным, и глина содержит-таки мифрил-алюминий. Дальше будем делать уже из нужной глины, в больших объемах, а значит, и результат получится на порядок лучше.

А повеселились мы с подготовкой знатно. Решили совместить полезное с… полезным. То есть пока Олграна «договаривалась» с духами и тренировалась с получением молнии нужной мощности и продолжительности, чтобы не горели провода, я с вампирессой тренировался переходить в ускорение.

Поначалу, как ни странно, ничего не получалось. Мы ведь защитились от удара молнии, и я на них практически не реагировал — ведь безопасность обеспечена, — только невольно вздрагивал да пригибался при ударе грома.

И лишь когда Олграна в чем-то ошиблась, или с духами у нее какие терки вышли (а может, у меня за спиной знаками с ней вампиресса договорилась), и молния, вместо того чтобы ударить в громоотвод, долбанула между ним и нами, я опять перешел на сверхскорость.

— Запомни это чувство, — наставляла меня Ссашшиллесса.

— Да чего его запоминать?! Это просто дикий ужас! — вопил я.

— И попытайся воспроизвести ощущение без дополнительных стимулов вроде молнии.

И, черт возьми, у меня получилось! Сам не понял как, но стоило представить, как в землю в трех-пяти метрах впивается молния, я переходил в измененное состояние, для меня все замедлялось, практически застывало — это я ускорялся.

Раз, два, три!

Я метался с одного конца поляны на другой, в одно мгновение преодолевая десятки метров расстояния.

— Достаточно! — остановила мои хаотичные перемещения вампиресса, причем перехватив меня на сверхскорости, так что мне еще придется изрядно поднатореть, чтобы с ней сравняться.

— Почему?

— Ты все же человек, а не вампир.

— Я еще и рассар! — гордо заявил я.

Типа, круче меня только вареные яйца.

— Все равно. Сверхскорость для тебя не боевой режим, как для вампира, после которого даже мы испытываем слабость, а только способ спасения или проведения завершающей атаки. Твое рассарство обеспечивает, по крайней мере на данный момент, тебе только кратковременную сверхскорость, при длительном использовании этого режима начнется истощение. Прислушайся к себе… что ты чувствуешь?

Я прислушался и чуть не упал. Такое ощущение, что я целый день вагоны разгружал. Эйфория от обретения новой способности быстро прошла. Это действительно инструмент разового и очень кратковременного действия. Последний шанс.

— Я понял тебя…

Олграна в конце концов договорилась с различными стихиальными духами, и мы наконец смогли провести испытания по извлечению алюминия из глины. Самой алюминиесодержащей оказалась белая глина. Все, теперь можно проводить гораздо более масштабные работы.

— Ну что, Гонглир, дальше этой работой занимается твой сын… Волтар, а тебе предстоит переработать механизм подъемника, исключив из него огров. Вот мои записи, как я это вижу, ну и ты подумай, может, что лучше придумаешь.

Гонглир кивнул.

— Займусь прямо сегодня же, господин.

— А потом для тебя будет еще одна работенка.

— Какая, господин?

— Прежде чем скажу, ответь: ты вообще как, с камнем дружишь?

— Я все же кузнец, но и породу чувствую, господин, — с достоинством ответил Гонглир. — Не раз рудознатцем в горы ходил.

— Отлично. А работа такая — будем искать тайные ходы в замке.

— Г-господин…

— Да не пугайся ты так! — засмеялся я невольно. — Олграна над тобой чуть пошаманит перед началом работ, и ты просто забудешь те дни, что потратишь на поиски тайных ходов. Не собираюсь я потом тебя закапывать как носителя секретной информации. Даже щедро заплачу, вне зависимости от того, найдешь ты потайные ходы или нет. Компенсация за потерю памяти опять же…

— Б-благодарю, господин, — чуть успокоился гном.

Глава 3

Кирилл. В поисках секретного хода…

Две недели потребовалось Гонглиру для переделывания лифтерных. Неделю потратил на изготовление всех необходимых деталей, и еще одна неделя ушла на собственно перестройку. К моему большому удивлению и облегчению, перестраивать пришлось немного. Но все время переделки пришлось походить пешочком по замку и совсем не покидать его пределы.

Что касается конструкции, то пришлось лишь добавить несколько передач, цепей, сделать лопатки и котел. Котел пришлось сделать для воды. Поскольку Олгране по-прежнему легче и дешевле всего удавалось договориться с элементалями огня, решили построить своеобразные паровые машины. То есть рабочим элементом станет пар, получаемый от испарения воды элементалем огня.

В итоге замок со стороны стал выглядеть довольно оригинально: когда кто-то поднимался или спускался, из крыши, или «вратной лифтерной», при сообщении с внешним миром вырывался столб перегретого пара. Осталось только присобачить свисток — и можно чувствовать себя едущим на паровозе или плывущим на пароходе.

Только когда все работы были сделаны, меня вдруг, как всегда опосля, посетила такая мысль: а как же вся эта система будет работать без меня, рассара любимого и столь необходимого, как батареи? Ведь элементали, что нагнетали воду в котлы, и огненный, ее кипятивший, получали плату напрямую от меня. Я в этот момент чувствовал что-то вроде щекотки — сначала она доставляла некоторые неудобства, отвлекала, но позже привык и перестал замечать. А ведь рано или поздно мне придется отлучиться из замка и не просто по делам отъехать, а в человечьи земли податься, при этом кто-то, скорее всего Зеленоглазка, точно останется здесь присматривать за детьми. И как быть оставшимся? Ладно, в замке лестница есть, а как с внешним миром общаться?

С этой проблемой я и обратился к Олгране.

— Ерунда вопрос, — отмахнулась шаманка, подцепив от меня очередное выражение. Этим вообще все страдали. Даже Гонглир чего-то нахвататься уже успел. — Ты не совсем понимаешь природу стихиальных элементалей.

— Я ее вообще не понимаю.

— Ну так объясняю, что для них ни расстояние, ни время не имеет значения. Где бы ты ни был, они всегда найдут тебя и возьмут свою плату за работу, мгновенно.

— То есть они могут перемещаться мгновенно?

— Для простоты понимания считай, что так, — кивнула шаманка. — Но на самом деле все несколько сложнее и проще. Они как бы везде и нигде, и со временем то же самое.

Мне осознать такое было сложно, потому я просто не стал задумываться над данной проблематикой. Нет проблем с оплатой — значит, нет проблем. Но, думаю, они появятся, когда я вернусь на Землю.

Впрочем, тогда и буду решать проблемы по мере их поступления. Зачем загадывать так далеко? Тем более что еще ничего не ясно, есть вообще такая возможность или нет. Буду я возвращаться при наличии возможности или нет…

Параллельно шла выработка мифрила. Производительность при увеличении объема и использовании нужной глины значительно увеличилась — весьма значительно по сравнению с первым опытом.

Вроде где-то слышал, что максимум можно получить тонну алюминия с двух тонн обогащенного материала. Плюс добавки.

По мне, цифра запредельна, и было у меня подозрение, что либо я что-то не так запомнил, либо при составлении опечатался, либо еще что; даже если и правда, то это, конечно же, промышленный метод при богатых породах, со сложной химией и многочисленными реагентами.

У меня получалось меньше, значительно меньше, всего… один килограмм чистого алюминия с тонны. То ли технология слишком примитивная и грубая, то ли глинозем попался слишком бедный, но, черт возьми, и этого было запредельно, учитывая стоимость этого люминия-мифрила на рынке!

Но для начала нужно, во-первых, обеспечить собственные потребности, а они немалые. Я решил, что деревянные солдаты должны получить «батарейки» минимум с годовым ресурсом работы. Потом, необходимо снабдить их защитными амулетами. И, учитывая общее количество солдат, выходило, что мифрила мне нужно немало.

Ради ускорения производительности я даже отрядил на хозработы — перетаскивание глины из глиняного карьера, что разрабатывали гномские полукровки из клана Гонглира — два десятка своих деревянных солдат.

Вообще-то не дело ослаблять гарнизон, да и принцип какой-то советский — посылать солдат картошку в деревнях убирать или там на строительные работы, — но ведь они деревянные, чего им, собственно? А что касается ослабления гарнизона, то враг пока еще далеко, а сам карьер с производственным центром близко, при первой же угрозе успеют вернуться на боевые посты.

Я как-то сразу забил на всю музыку, на которой изначально хотел зарабатывать. Доходность просто несопоставима, да и общих бизнеспроблем меньше. Разве что как дополнительный доход и оказание гуманитарной помощи местной культуре скинуть-таки композиции?

Встал еще вопрос с ограми, освобожденными из плена лифтерных. Олграна их хорошо подлечила, и они наконец вновь обрели возможность соображать. Правда, к тому, что много лет провели в плену, отнеслись философски, или же Олграна с лечением недоработала, так что огры стали заторможенными пофигистами. Однако она меня заверила, что огры такие и есть. Вывести их из себя нужно постараться. Это не родственный им вид тролли, коим, чтобы взбеситься, хватит косого взгляда.

Собственно, проблем все же не возникло. На мое предложение остаться в моих землях — ведь такие крепкие парни всегда понадобятся (столько глины таскать не перетаскать!) — они ответили отказом. Дескать, им домой надо. Ну, домой так домой, сам их прекрасно понимаю. Дома всегда лучше.

— Ну что, Гонглир, осталось нам только секретные ходы обнаружить… — сказал я, когда огры скрылись за перевалом на севере.

— Я готов, господин.

— Все будет нормально…

— Я в этом давно не сомневаюсь, господин, — чуть поклонился гном-квартерон.

Да, репутация — сильная вещь, и у меня она уже сложилась. Репутация несколько странного человека, владетеля-добряка, держащего данное слово. А это главное.

— Тогда идем. Сейчас тебя Олграна немного подшаманит — и вперед.

И вот после всех необходимых процедур мы стали ходить-бродить по полупустому замку: населения в нем еще маловато. Гонглир, вооружившись различным инструментом, то и дело подходил к какой-то стенке и начинал ее простукивать, буквально слившись с камнем стены в единое целое.

Ну а пока квартерон изображал из себя рентген-резонатор, я в очередной раз задумался об обороноспособности замка. Время-то идет, а откровенно сказать, до сих пор не знаю, как отвадить орду орков, что припрется ко мне под стены, — по оценке Олграны, голов под тысяч десять, с не менее чем сотней сильных шаманов. Против такой силы мы откровенно не пляшем. Эта угроза буквально снедала меня в последнее время, делая раздражительным.

Конечно, кое-какие шаги я предпринял — приказал начать производство еще сотни деревянных солдат по более простой схеме. То есть торсы и бошки из обычного дерева, а конечности по-прежнему из «железного». Можно, наверное, и больше сделать и довести армию до тысячи пиноккио (острые носы остальным я делать не стал, так что Буратино только один). Но все упиралось в количество душ.

Даже такое количество деревянных солдат Олграна мне вряд ли бы обеспечила — ведь полностью опустошать свой бубен она бы ни за что не стала, — но положение немного спасали трофейные бубны в количестве трех штук, которые она догадалась прикарманить во время прошлой схватки. Тысячу душ из них она мне пожертвует, остальные перекачает в свой бубен.

Но даже тысяча деревянных солдат особой погоды не делала против десяти тысяч орков с сотней шаманов. На военную силу ополчения из переселенцев я тоже особо не рассчитывал. В строю они будут никакими, да и мало их. Они разве что для засадных действий пригодятся.

Хороши разве что полтыщи казаков на боевых буйволах. Но их тоже маловато, и тоже только для засадных атак.

Но все же надо признать, что одними засадами войну не выиграть, тем более что устроить засаду при наличии магии та еще морока — обнаружат в момент. Тем более что шаманы орков будут настороже — после того, что мы устроили во время прошлого вторжения малой орды.

Итак, я все же доведу армию до тысячи деревянных големов. Это — сила: если такая толпа дорвется до противника, то накрошит его знатно, один к пяти точно выйдет, — сразу орду ополовиню. Думаю, Олграна справится и сумеет их оживить всех до конца сезона дождей. Она уже набила руку, если можно так сказать, и может зараз подселить десять простых душ и три души с Даром.

Чего еще можно такого придумать?

Конечно же, мысли сами собой обращались к стреляющему оружию. Но с пороховым связываться — себе дороже. Дело даже не в том, что его могут захватить и обратить против меня же, а банально в порохе. Шаманы тупо подорвут мне все пороховые запасы — и ага.

Делать что-то магическое вроде ледяных игло— и файерболометов? Нет, для этого нужна просто прорва энергии. Это я как рассар могу палить очередями из ледяных игл и огненных шаров. Остальные не потянут. Даже мне приходится несладко после длинных очередей, так что обеспечить всех энергией я не смогу.

Чистая пневматика? Это уже гораздо реальнее. Что-нибудь дико простое, вроде тех же «переломок»? На что-то более сложное, как у меня, например, замахиваться не стоит со здешним уровнем технологии да и скоростью изготовления сложного изделия. Каждая сложная винтовка станет шедевром со стоимостью в золоте, равном своему весу, и времени на него угрохается соответственно. А враг уже близко, времени вооружиться не даст, надо что-то массовое, простое и недорогое.

Но тут, если подумать, смысла в производстве даже «переломок» немного. Скорострельность где-то посредине между луком и арбалетом. Тогда чего мудрить, учитывая, что большая часть переселенцев умеет пользоваться луком, а остальных можно снабдить арбалетами?! В итоге общая скорострельность традиционных средств доставки смерти даже выше, чем у пневматики. Да и гемора с производством ружей нет. Как ни смотри, а сделать арбалет (можно ввести блочную конструкцию) все же проще винтовки.

Вот же…

Думаем, думаем…

— Господин, — отвлек меня от Гонглир от тяжких дум.

— Что, нашел что-то? — удивился я. — Быстро ты, однако…

Хотя посмотрев на часы, переменил мнение о времени. Прошло уже четыре часа, как мы возимся с простукиванием стен. Это я так сильно задумался…

Хотя, с другой стороны, все-таки быстро — ведь Гонглиру потребовалось всего четыре часа, чтобы найти первый вход, в то время как я потратил на то же самое неделю и при этом ничего не нашел. Как говорится, все познается в сравнении.

— Да как будто, господин… Я уверен, что за стеной пустота.

Я еще раз посмотрел на указанную стену. Сколько раз я проходил мимо нее и ничего не заметил. Хотя не факт, что здесь есть именно вход, а не просто коридор за стеной со входом в другом месте.

Посмотрел в собственноручно составленный план данного этажа замка. Составлял я его очень тщательно, с замерами, чтобы как раз не пропустить какого-то подозрительного утолщения-промежутка между комнатами. Но, как видно, все равно пропустил. Потому как по всем замерам выходило, что тут, между двумя комнатами, ничего быть не должно. Лопухнулся я, в общем.

Может, это вентиляция какая? Не хотел я признаваться в собственной оплошности даже перед самим собой.

О чем я и спросил квартерона.

— Сомнительно, господин.

— Почему?

— Вентиляции — они обычно небольшие и прямые, идущие точно вертикально, по крайней мере, так строят гномы, а этот замок их постройки. Но этажом выше я никаких признаков пустоты не обнаружил. Она есть только здесь, перед нами. Кроме того, пустота достаточно большая.

— Логично, — согласился я с доводами. — Хм-м, что же делать-то? Как туда попасть?

Вопрос действительно непростой. Можно, конечно, тупо позвать сыновей Гонглира и раздолбать стенку. А оно мне надо? Какой это тогда к чертям будет секретный ход, если о нем узнают все, кому не лень? Можно, конечно, почистить им память, но это не выход, так как восстановить все, как было, не получится…

— Господин, а от прежнего мага никаких амулетов, медальонов неясного назначения не осталось?

— Думаешь, среди них есть ключ?

Квартерон кивнул.

— Боюсь тебя разочаровать, но ничего такого не нашли. Олграна все очень тщательно проверила. Разве что вместе с некромантом все погибло — его хорошо порвало выбросом маны… ты бы только видел! Так что все магические побрякушки его сгорели к демонам.

— Ясно, господин. Но в любом случае у любого хода должен быть механический замок, как раз на такие вот случайные потери магических ключей.

Гонглир стал обследовать уже каждый камень в отдельности. Постучит-постучит, послушает, понажимает. Какой-то камень пометит мелком. И так с полчаса. Я его не торопил — понимал, что работа сложная.

В итоге квартерон отметил три камня. Один внизу и два сверху.

— Все, господин, вроде больше нету…

— И чего теперь?

— Теперь их надо нажать в определенной последовательности или все разом. Тут уж я не знаю, господин.

— Ничего, количество вариаций невелико, обработаем все. Лишь бы там не закрылось все намертво от неверной комбинации. Как думаешь, может такое быть?

— Не знаю, господин. Всякое случается.

— Рискнем… Кто не рискует, тот не пьет шампанского, тем более что нам ничего другого просто не остается, как испытывать методом проб и ошибок.

Но прежде чем начать нажимать на эти камни в кладке, я невольно подумал, что, наверное, все же следовало, прежде чем лезть в секретный ход, позвать своих подруг, кроме Зеленоглазки, конечно. Она никакими особыми боевыми качествами не обладает, в отличие от Олграны или Ссашшиллессы. Но орчанка шаманит на крыше, и ее лучше в такие моменты не отвлекать, а вампиресса дрыхнет в своем логове, так что к ней тоже лучше не соваться.

И потом, ну что я, собственно, тушуюсь? Что там может меня такое поджидать в секретном ходе? Ловушки? Я бы не сказал, что это логично. Почему? Да потому что по секретным ходам обычно линяют в большой спешке, а как известно, в спешке лучше ловить блох, а не обезвреживать собственные ловушки. Хотя, конечно, на установщика они могут и не срабатывать…

Тем более что там вряд ли бродят какие-то монстры. Им вообще-то жрать что-то нужно. Может, мертвяки? Но Олграна хорошо тогда покамлала, и если в коридоре и есть мертвяки, то только полноценные трупаки. Конечно, ход замагичен и мог их уберечь от воздействия упокаивающего камлания, — тогда они не страшны: слишком тупые и медлительные. Убежим.

Опять же с винтовкой в коридоре, а он вряд ли широкий, особо не развернешься, так что только помешает. Мечом тоже много не намашешься. Ножичек есть, но это, конечно, не оружие, а так, чисто для форсу…

А если какая напасть все же есть, то на этот случай у меня атакующий амулет имеется. Вручила мне Олграна в качестве своеобразного последнего шанса колечко с плетением файербола. Так что я вооружен и очень опасен, спалю любого.

А против магических ловушек, буде они такие все же имеются, меня защитный амулет спасет.

И потом, неужели я не могу даже шага сделать без своих… подруг-надзирательниц?! Я же не подкаблучник какой, в самом-то деле!!!

Я, черт возьми, цельный владетель! Я тут хозяин!! Мое слово — закон!!!

В общем, меня понесло, накрутил себя будь здоров, и теперь меня уже было просто не остановить. Разве что дубиной по тыковке…

— Ну что ж, давай попробуем, Гонглир.

Я подошел к стене и положил руки на помеченные камни, а правую ногу на камень внизу.

— Все вместе — и, р-раз…

К моему удивлению, сработало!

Стена, чуть дрогнув, открылась наружу, я едва успел отскочить, чтобы меня не смело.

Из открывшегося моему взору зева дыхнуло сыростью, плесенью и затхлостью. Нормальный запах, в общем-то, ничего такого странного, вроде падали. Но я все же нацелил на зев свой перстенек, да и ножичек достал — мало ли…

Но никто на меня не прыгнул, ни магией не приложило, так что можно идти вниз.

— Вроде чисто. Смотри, как отсюда выходить, если дверь закроется.

Гонглир зажег свою масляную лампадку, оказавшуюся в его суме — запасливый разумный, — и стал осматривать и простукивать камни внутри коридора. На это ему потребовалось гораздо меньше времени.

— Тут всего один камень, господин.

— Тоже логично, — кивнул я. — Чего извращаться-то, в самом деле? Если кто попал внутрь, он уже свой, а если не свой, то он уже оттуда просто не выйдет. Верно?

— Так точно, господин, — кивнул Гонглир.

— А посему камешек один. Я вообще удивлен, что тут не рычаг какой стоит. Ну что, продолжим обследование? Только дверцу все же на всякий пожарный заблокируем…

Гонглир осветил коридор у выхода и нашел стальной штырь, идеально подходивший для блокировки двери.

— Оказывается, все предусмотрено, — хмыкнул я.

Я достал налобный светодиодный фонарь, что так поразил Гонглира, и двинулся в коридор.

— Мне с вами, господин?..

— Естественно. Вдруг там еще какие двери есть. Иди только позади меня.

— Слушаюсь, господин.

И мы пошли. Скоро начался пологий спуск, я внимательно смотрел по сторонам — вдруг тут все же есть какая-нибудь ерунда в стиле Индианы Джонса, камешек там покатится или там стрелки вылетят, но ничего такого, к счастью, не обнаружилось. Даже обидно где-то…

Ну, это я так, ворчу… если бы какие ловушки действительно сработали, вряд ли я этому обрадовался. Скорее, очень даже наоборот.

Но вот мы спустились, коридор заворачивал вправо, и я уже думал, что это своеобразная винтовая лестница до самого подножия горы, мы ведь находимся на скальном «пеньке» высотой метров тридцать, но неожиданно путь нам преградила дверь. Самая обычная, правда, стальная, с внутренним замком, а не висячим амбарным.

— Что за ерунда? — подивился я немало препятствию на пути.

О том, чтобы хотя бы сейчас позвать своих подружек, у меня даже мысли не возникло.

— Гонглир…

Квартерон понял все правильно и, подойдя к двери, разложил свой инструмент.

Да вы, батенька, хотелось мне его спросить, похоже, домушником подрабатывали?

Но, конечно, вряд ли это действительно так. Если кузнец может сработать замок, а Гонглир мог, как-то похвастался, то он должен знать, как тот работает, и уметь его вскрыть без ключа. Вот он и вскрывал, потому как ключа у меня нема.

Гонглир копался долго, перебрал кучу инструмента, пыхтел, но не сдавался. Его это, похоже, самого затянуло, вроде как вызов мастеру.

Минут через десять, когда в замке что-то щелкнуло, Гонглир отвалил от двери, выдав со счастливой улыбкой:

— Готово, господин!

— Молодец.

Я толкнул дверь… и тут же сработала моя магическая защита! Не думая, я пальнул внутрь файерболом, осветив какую-то комнату и тень, бросившуюся на меня.

Я уже отмечал, что именно реакция на гром и молнию стала моим катализатором перехода на сверхскорость, — вот и сейчас, даже не задействовав «условный сигнал», то есть не представив, как рядом со мной бьет молния, я перешел на ускоренное восприятие и смог отбить атаку. А потом и сам хорошо приложил противнику правой в челюсть, добавив ногой в грудь, так что неизвестного нападавшего отбросило в другой конец комнаты, хорошо впечатав в стену, по которой неизвестный и съехал на пол уже без чувств.

— Вот же ешкин кот…

В свете фонаря и разгорающегося пожара мой файербол поджег какай-то шкаф, я до того, как все заволокло дымом, успел рассмотреть обстановку тайной комнаты с тайным жильцом в моем замке.

В глаза бросалась довольно длинная цепь, вделанная в стену и валяющаяся свободным концом с тремя ободами на полу. Стало быть, сия комната есть по сути своей камера. Правда, комфортабельная.

У стены стояла шикарная кровать типа… космодром, «космо» убираем, вставляем другую приставку… ну вы поняли. Балдахин… он сгорел первым, все дела. На полу мягкий ковер. На стенах две картины, по всей видимости заменявшие окна, шкаф с неизвестным содержимым, но видно несколько книг.

Дальше стало не до рассматривания комнаты-камеры, так как задымление усиливалось. Следовало уносить ноги, пока не задохнулся, заодно и пленника прихватить.

Сорвал какой-то шнурок со стены и направился ко все еще без сознания валяющемуся узнику.

Узнице… А некромант-то был непрост. Правда, судя по всему, с женщинами он совсем не ладил, на цепь сажал. Хотя непонятно, как она от цепей избавилась… А то, что комфортабельные условия обеспечил, — это его совсем не извиняет.

Но я эту узницу все же от греха подальше связал, а то вдруг снова бросится — магичка опять же.

— Сваливаем отсюда, Гонглир, — сказал я несколько растерянному квартерону.

Для него все произошло очень быстро, а потом вроде как и пугаться стало нечего, лишь осталось понимание, что находился на волосок от смерти, — но все обошлось.

— Д-да, господин…

Стоило нам только покинуть потайной ход, как я услышал гулкие быстрые шаги.

— Ну, сейчас начнется… — вздохнул я, готовясь к тому, что меня сейчас начнут материть и костерить вдоль и поперек. От всех достанется.

— Ксиррел!

Вампирша тут как тут. Она самая первая, на сверхскорости примчалась. Растрепанная… но так она тоже весьма прелестна.

— Кэррэл!!

Орчанка. Тоже злая, встревоженная. Ну как же, а если со мной, бесценным рассаром, что-то случится — где она ману на прокачку возьмет?

— Кирриэл!!!

Одна Зеленоглазка, гоблинка моя, испугалась именно за меня, а не из-за возможной потери получаемых с меня плюшек…

Когда оказались все возле меня, в изумлении замолчали, глядя на мою ношу.

Гонглир предпочел бочком-бочком слинять подальше от греха, и я его отлично понимаю — сам бы сейчас смылся, но не дадут.

— Это чего такое? — поинтересовалась вампиресса, подняв правую бровь.

Олграна уперла руки в боки и стала притопывать ножкой. Не замечал раньше за ней такого, видно, где-то в фильме подсмотрела и переняла. Зеленоглазка сложила руки на груди и умилительно поморщилась. Дескать, ну каков кобель, а? Еще кого-то откопал…

— Это не что, а кто. Твоя сестра по несчастью, — ответил я вампирессе.

— В смысле?

— В смысле пленница. Мы с Гонглиром комнату тайную нашли, а там — она.

— А чего тогда связанная?

— Ну-у… кинулась она на меня, пришлось успокоить.

— М-да, и как же ты умудрился ее успокоить? — поинтересовалась Олграна таким ехидно-недоверчивым голоском.

— Как-как, просто… Двинул в челюсть, потом ногой в солнышко засандалил, вот и отрубилась, о стеночку ударившись.

— Вот так вот взяла и отрубилась?

— Ну да, а чего такого? Врезал я будь здоров! Как бы ребра ей не переломал к чертям собачьим. Но вроде цела…

— Да вот смотрю я на тебя, Кэррэл, и не понимаю… — не договорив, шаманка махнула на меня рукой как на пропащего — дескать, о чем с ним говорить: мозгов нет — считай, калека. — Ты хоть знаешь, кого ты сейчас на руках держишь?

— Девушку…

— Девушку? А ты не подумал, как эта девушка смогла выжить вот уже почти полгода без пищи и воды?

— Э-э… — прибалдел я.

Действительно не подумал как-то о такой простой вещи. Извиняет только то, что я в шоковом состоянии и мне было не до раздумий о столь приземленных вещах.

— Вот тебе и «э», — передразнила меня орчанка. — Лича ты сейчас на руках держишь, и веревочки твои для нее на один прикус. Секунда — и разойдутся прахом. И вырубить ты ее ударом в челюсть и пробив «солнышко» ну никак не мог.

Я не знал, что мне делать. Ну в самом деле, не бросать же девушку с визгом и писком, даже если она лич, на каменный пол вот так со всей дури, словно это что-то гадкое, вроде половой тряпки коей в сортире пол мыли. Хотя первое желание именно таким и было. Вроде бы труп держишь, а в то же время живое существо, а с живыми нужно поступать аккуратно. Да и с трупами тоже, если подумать…

Лич — это вам не тупое зомби смердящее, а нечто мыслящее. Так что пересилил первые позывы, задавил в себе брезгливость пополам со страхом и осторожно положил девушку-лича на пол, прислонив спиной к стене.

Зеленоглазка тут же меня обняла, проверив, все ли со мной в порядке. Я в свою очередь приобнял ее, поцеловав в нос, — дескать, все в норме.

— Не забывай, что он рассар, — напомнила орчанке вампиресса. — Может, это как-то сказалось? Выброс энергии в момент удара?

— Вполне может быть… — немного поразмыслив с задумчивым видом, согласилась Олграна. — Я уже ничему не удивляюсь.

— И чего теперь? — поинтересовался я, украдкой все же отерев руки об одежду.

Тем более что выглядела пленница… специфически, скажем так. Не высохшая мумия, а вполне себе нормальная по объему всех частей тела девушка, каштаново-пепельного цвета волосы, вот только цвет ее лица… серовато-пергаментный. Губы чуть потрескавшиеся, хоть и полные, но их темно-серый окрас совершенно не манил. И не дышала. Грудь… весьма аппетитных форм, выглядывающая из глубокого декольте черного в кружевах платья, не вздымалась. Уверен, что и сердце не бьется. В общем, полное отсутствие жизни. Лич как есть, живой мертвец во всей красе.

— А я откуда знаю? — ответила орчанка. — Ты нашел — тебе решать.

— Я тоже ничем помочь не могу, — ушла от ответственности вампиресса.

Зеленоглазка только крепче меня обняла, пожав плечами.

Ну, хоть не предложила убить, подумал я с усмешкой. С нее станется.

— Ладно, поговорим с ней, что к чему да почему, а потом уже станем решать, — заявила Ссашшиллесса. — А пока ее надо упаковать понадежнее. Я сейчас… Гонглир, где ты, за мной!

И вампиресса унеслась в сторону казематов, прихватив с собой квартерона.

За «своими» цепями, подумал я и в итоге оказался прав.

Глава 4

Девушка-лич, пленница некроманта

Подох он, что ли? Так подумала я, когда Радоргор не появлялся со своими магическими эликсирами уже целый месяц. Что это с ним? Раньше обязательно хоть раз в неделю заявлялся. Если не с эликсиром (еще ни один не подействовал, даже кратковременно), то просто так, пообщаться… если это можно так назвать. Несмотря на то что я ничего не чувствую, все равно было как-то гадостно…

Но даже если подох, все равно должен был явиться. Некроманты, наложившие на себя заклятие восстания из мертвых с привязкой души, просто так не умирают… вот и я окончательно не умерла.

Проклятый Радоргор!

Да что с ним такое?! Неужто его убили, да так, что даже восставать стало нечему? Слава богам, если это так. Но что делать мне? Если не повезет, я окажусь заточена в этой комнате навечно!

Ну, может, с вечностью я и погорячилась, но все равно могут пройти многие годы, прежде чем потайную комнату кто-нибудь найдет. А я и так провела в ней почти три десятка лет, и просидеть еще сотню — это выше моих сил! Даже руки на себя наложить не смогу по причине того, что я вроде и так уже неживая!

Но что я могу сделать? Ни магичить, ни разбить сверхпрочную стену — ничего не могу! Проклятая цепь… Не снять.

А если… Я призадумалась над тем, как все же можно снять цепь. Способ вообще-то есть, но очень рискованный. Очень.

Если Радоргор не сдох и не превратился в лича, а просто ненадолго уехал в королевства или в Проклятые земли за какими-нибудь редкими ингредиентами и явится сюда в ближайшее время, то ничего не получится.

Ну не получится, и что с того? Не убьет же окончательно. Я ему нужна… если только он не решит использовать другую… В любом случае терять мне, кроме цепей, нечего. А если не удастся, то рискую быть опутана ими еще надежнее.

Но что освободить первым? Руки или…

Нет, подруга, давай начнем сначала с рук. А потом, может, смагичить смогу, хотя вряд ли, пока хоть один ошейник на мне.

Я решила начать эксперимент с левой руки.

Разломала стул и отделила массивную деревянную ножку. Что ж, масса порядочная, должно хватить…

Поставив две стопки книг на стол, положила руку мостиком между ними. Ну…

Я со всей силы нанесла удар ножкой стула по руке, прямо по центру между стопками.

Хрясь!

Рука сломалась пополам, так что кость пробила плоть. Теперь надо торопиться, пока не заработала в полную силу регенерация. Поскольку ничего острого у меня просто не имелось в наличии (сам Радоргор умирать и становиться личем не спешил), пришлось рвать плоть руки собственными зубами.

И это было непросто. Непросто не только потому, что плоть слабо поддавалась моим усилиям, но еще из-за начавшей работать регенерации. У личей она просто сумасшедшая! Стоило только где-то оторвать клок — как в другом месте рана уже практически срослась!

Вот рву собственную руку как спятивший зомби, пожирающий самого себя, и думаю, а как же я буду с головой-то при таких быстрых темпах восстановления?! Да и собственную шею зубами особо не порвешь. Инструмент какой-то все равно потребуется…

Битва с собственной рукой продлилась, наверное, целую вечность. Кость опять начала срастаться, и мне вновь и вновь приходилось ее ломать.

Но вот левая рука наконец отделена, и первая окова спала с меня! Теперь надо дождаться, пока рука прирастет обратно. При полном отделении части тела это происходит намного медленнее, чем регенерация при хотя бы частичном изначальном соединении. Опять же оставалось только гадать, сколько потребуется времени на конечный этап срастания самой важной части тела. Хотя, как я уже отмечала, нужно еще придумать, как ее достаточно быстро отделить!

Я приставила руку и принялась ждать, молясь, чтобы проклятый Радоргор не заявился сюда раньше времени, и если он все же не сдох, то уехал очень далеко.

Левая рука срослась только через неделю, и настала очередь правой…

Две недели — и правая рука, лишившись оковы, приросла обратно.

Теперь придется помучиться с головой…

Ну, сломать шею не проблема… нужно только прыгнуть с кровати вниз головой… А вот как дальше быть?!

Хотя… ну-ка, ну-ка…

Я почувствовала, как в руках заструилась мана. Неужели?! Да, мало, сущий мизер по сравнению с тем, чем я могла оперировать раньше, но есть! Есть!

На цепь моей силы не хватит, и вряд ли бы хватило, будь я в полной силе, — она зачарована, да еще с добавлением мифрила, сверхпрочная, тут даже архимаг ничего не сделает, но на деревяшку меня всяко-разно хватит!

Взяла злосчастную ножку стула и принялась обрабатывать ее тлением, тем, что у меня всегда лучше всего получалось. Есть! Дерево стало осыпаться невесомой трухой, очень медленно, боги, как медленно! Огнем быстрее бы обработала, но и его нет в наличии, и сил не хватит, чтобы создать даже осветительный файербол.

Но работа идет, и вот уже начал проявляться контур задуманного мною инструмента.

Еще неделя работы — и вот у меня в руках деревянная… пила.

Все, остался последний, самый важный и рискованный момент — отделение головы. Это будет непросто, хотя бы потому, что ошейник слишком широкий, а регенерация здесь, тем более после освобождения рук и появившейся маны, пусть и в мизерном количестве, будет просто невероятно быстрой, так что работать придется еще быстрее и очень проворно.

— Ну, помогите мне, боги!

С этими словами я высоко подпрыгнула на кровати и упала вниз головой, так извернувшись, чтобы впоследствии оказаться на спине.

Хрусть…

Есть!

Я принялась ожесточенно орудовать пилой. Если кто пробовал отпилить себе голову, то он меня поймет, это очень непросто…

Отпиливать себе голову пришлось трижды. Регенерация работала слишком быстро, вопрос даже не в плоти, а в срастании шейных позвонков. В первый раз я, несмотря на тренировки, просто не могла приноровиться. Все-таки некоторая координация движений ухудшилась.

Во второй раз я просто не успела до них добраться, как они срослись, а пилить их деревянной пилой просто бессмысленно.

В третий раз все получилось как надо, и голова безвольно отделилась от тела, немного откатившись в сторону.

Сразу же начало меркнуть сознание. Оно и понятно — даже личи умирают, если им отсечь голову. Не сразу, но умирают. У меня всего несколько секунд, прежде чем я полностью потеряю контроль.

Мелькнула мысль — а зачем, собственно, мне продолжать борьбу за жизнь, да еще с приставкой «псевдо»? Может, лучше уйти в небытие?

Но волю к жизни вернуло с новой силой пробудившееся чувство ненависти. Нужно отомстить, за все, что со мной тут сотворили!

Вспыхнувшая ненависть придала сил, прояснило на пару мгновений затухающее сознание, улучшилась связь с остальным телом, и я, отбросив цепь с ошейником подальше, нащупала голову и приставила ее к телу. Началась регенерация…

Все… осталось только ждать…

Я не знаю сколько прошло времени, тем более что в случае с головой, при ее полном отделении от тела, это особенно медленный процесс, хотя при контакте — самый быстрый. Парадокс.

Тем не менее, голова приросла, и, приняв вертикальное положение, я осторожно ею покрутила. Вроде все в полном порядке, ничего нигде не заедает. У меня все получилось! И подтверждение тому — забурлившая во мне мана!

— Ну, держись, мерзкий выродок, ты ответишь мне за все!

Выйти из комнаты, выбив дверь или пробив дыру в стене, не получилось. Радоргор перестраховался и выложил стены комнаты их нейтрального к магии камня. Из такого еще тюрьмы для магов строят… хотя чаще преступников просто казнят.

Но ничего…

Подумать над тем, как можно обойти подобную защиту, мне не довелось. В двери послышалась возня.

Радоргор!

Явился-таки, и именно тогда, когда нужен как никогда! Сейчас ты за все ответишь!

Только какого дьявола так долго возишься с замком! Пьяный, что ли? Любви от нежити захотелось! От живых, поди, уже давно отвык! Но это даже к лучшему! Сейчас ты ее получишь!!!

Стоило только открыться двери и проникнуть первому лучу света… странного какого-то, я, вложив в заклинание тления всю свою силу и ненависть, нанесла удар.

Проклятье! Защитился! Но от грубой силы тебе не уйти! Я разорву тебя пополам!!!

Я метнулась к ненавистному мне Радоргору.

Но первый удар, способный снести голову с плеч, был отбит, а в следующее мгновение я ощутила…

Удар в челюсть и в грудь. От последнего, нанесенного ногой, я отлетела назад и впечаталась в стену. А потом…

Я потеряла сознание?!!

Мысль оказалась столь неожиданной и дикой, что я даже не могла в нее поверить. Личи не могут терять сознание от какого-то удара, пусть даже и очень сильного! Мы — неживые!

Скорее уж это было какое-то заклинание…

Но в том-то и дело, что я не почувствовала никакого плетения! Хотя что-то такое несомненно было. Но что?

Я невольно вспомнила момент до того, как Радоргор меня ударил. Я почувствовала… ПОЧУВСТВОВАЛА!

Но дальше поразмыслить, что именно я почувствовала, мне не дал прозвучавший голос. Чужой голос, не ненавистного Радоргора.

— Ну, наконец-то очнулась.

Я открыла глаза и увидела перед собой человека, гоблинку, орчанку и вампиршу.

Мы находились в одном из малых залов. Человек сидел в большом кресле, зеленые сидели по сторонам, а вампиресса пристроилась сзади, положив руки на край спинки.

Я сидела напротив них в дальнем конце пустого стола.

Странная компания, с какой стороны ни посмотри. И что еще удивительнее, женщины все беременны! Уж я как лич вижу проявление жизни особенно остро! И судя по всему, все от него!!!

А вот Радоргора нигде нет. Я даже головой покрутила в поиске его.

— Некроманта — прежнего хозяина замка — в нашей компании нет и уже не будет, — сказал человек, правильно поняв мои телодвижения.

— Вы убили его?! — изумилась я, на секунду пожалев о его смерти, потому как сама жаждала его разорвать на тысячу кусочков.

— Да.

— Так, что он не сможет восстать? — уточнила я немаловажную деталь.

— Да. На куски разорвало. Так что восставать просто нечему.

— Слава богам!

Тут я обнаружила, что вся в цепях. Опять!

— Не дергайся, — остановил меня человек.

— Что вы хотите со мной сделать?..

В голос невольно подступила паника. Из одного плена в другой… приятного мало.

— Пока еще не решили. Решение будет принято по результатам разговора. Посему давай поговорим. Для начала представимся. Меня зовут Кирилл, меня также называют Кирриэлом, — человек повернулся при этом к гоблинке. — Я же Кэррэл, — кивнул он уже в сторону орчанки. — А также Ксиррел, — кивка удостоилась вампиресса. — А также новый хозяин этого замка и окрестных земель, переименованных мою в баронство Гаремское. А это мои… подруги, Галлогала, Олграна и Ссашшиллесса. А кто ты, крас…

Человек заткнулся на полуслове из-за странной реакции окружавших его подруг. Ревнуют, что ли? Ко мне?! Ха-ха!

— Графиня Лития Тармейская, — представилась я, попробовав присесть в легком реверансе.

— Это твой бывший замок? — с нажимом на слове «бывший» уточнил Киррил.

Понятно, что отдавать он его в любом случае не намерен.

— Нет, я из королевства Пантергорд.

— Ты знала прежнего хозяина замка, некроманта?

— Да! Его звали Радоргор Коуленс, тоже граф.

— Причина твоего нахождения в плену? Как ты вообще оказалась в таком незавидном положении и состоянии?

— Дело в том, что я с Радоргором были… вместе. Познакомились во время учебы в Королевской магической академии. В нас определили дар к некромантии… Выучившись, мы на некоторое время потеряли связь друг с другом, Радоргор где-то пропадал несколько лет. Я так думаю, он путешествовал и в своих путешествиях набрел на этот замок, захватив его. Кто был прежним хозяином замка и был ли у него вообще хозяин, я не знаю. Однажды он объявился и пригласил меня к себе…

— И?

— Отравил, воспользовавшись моими к нему чувствами и доверием.

— Вот же… урод, — изумился человек.

— Еще раньше он настоял на том, чтобы я наложила на себя заклятие с привязкой души, чтобы в случае смерти не умереть окончательно. Я не хотела этого делать, тем более что и законы это запрещают, но он настоял… говорил про любовь…

— Любовь до гроба, а в вашем случае еще и после… — хмыкнул человек.

— Что-то вроде… И я поддалась его уговорам. Мне следовало заподозрить неладное еще тогда… но я его любила и…

— Понятно, — кивнул человек. — Влюбленные слепы. Не зря говорят, что любовь — форма умопомешательства.

— Да… как только я все сделала, он меня отравил, в итоге я стала личем и пленницей в его замке. Как оказалось, я потребовалась ему лишь в качестве подопытной.

— Для чего?

— Еще в академии Радоргор помешался на вечной жизни. Маги ведь не живут вечно — долго, очень долго, но не вечно. Хорошо если могут сравниться по срокам жизни со старейшими простыми эльфами. Лич в принципе может жить вечно, как вампир, но его жизнь, в отличие от жизни вампира, лишена всяческих удовольствий и чувственности. Мы не обоняем, не осязаем, а через какое-то время становимся полностью безразличными к внешнему миру. Высшие личи могут продержаться довольно долго, но конец у всех все равно один: полностью безразличные ко всему существа. Та же смерть… Этого он хотел избежать и ставил на мне эксперименты.

— Гад, каких поискать! Это ж надо, над любимой девушкой опыты ставить!

— Это если он меня вообще любил…

— Все равно — мог на эксперименты кого-нибудь других пустить.

— Он так и делал… Только я ему требовалась еще как постельная игрушка.

— Нет, я тогда не оговорился… он точно был некрофилом, — тихо прошептал человек, и его подруги тихо прыснули.

Но слух лича очень остер, и я услышала, но не обиделась. Тем более что обижаться надо не мне, я ведь действительно нежить, полутруп, и все, кто со мной спят, — некрофилы, и Радоргор им был.

— А что за эксперименты он с тобой проводил?

— Да ничего особенного. Давал эликсиры на основе крови… вампиров, — ответила я, посмотрев на вампирессу.

Та лишь поморщилась.

— Оказывается, она твоя практически кровная сестра, — сказал Киррил, посмотрев на нее. — Столько твоей крови выпила!

— Это ничего не значит, — ответила та сквозь зубы.

— Да это я так… К слову сказать, ты пила в том числе и ее кровь, — добавил он.

— Я поняла.

— Ссашшиллеса провела в замке двадцать шесть лет, и все это время… Стоп, а сколько ты уже здесь?

— А который сейчас год? Я давно потеряла счет времени.

— Семь тысяч двести третий.

— Я здесь ровно тридцать лет.

— А убил он тебя в каком возрасте? — поинтересовался человек.

— В двадцать пять.

— А вы прекрасно сохранились!

— Благодарю, — невольно усмехнулась я.

— Как ты сама видишь свою дальнейшую судьбу? — задал, пожалуй, самый важный для меня вопрос Киррил.

— Я не знаю… Никогда не думала об этом. Мечтала отомстить, но месть уже неосуществима, мой убийца и истязатель мертв. Возвратиться домой я не могу. К личам отношение… своеобразное. Дома меня уже точно не ждут и точно не примут такой. Так что мне просто некуда идти…

— Хм-м…

Человек посмотрел на своих подруг, те одарили его довольно хмурыми взглядами, но он, словно встряхнувшись, сказал:

— Если пообещаешь под клятву не шалить, то можешь остаться в замке.

— Правда?! — удивилась я.

Ну кто в здравом уме захочет, чтобы у него под боком жил лич?! Полумертвец!!! Хотя… если посмотреть на окружение этого человека, то я в такой компании выгляжу не так уж дико, подумала я с легким весельем.

— Может, все же освободит ее кто-нибудь? — поинтересовался человек у своих подруг, при этом глянув на вампиршу.

Та, скривившись, подошла ко мне и сняла цепи.

— Благодарю вас, господин барон, — произнесла я медленно, чтобы не пугать, подойдя к владетелю и присев на колено.

— Давай без этих церемоний, а? А то господин барон, госпожа графиня, а вот вообще ее величество гнезда… задолбаемся. Лучше просто по именам.

— Хорошо, Киррил.

— Вот так-то лучше. Выбирай комнату… вряд ли прежняя тебе по вкусу.

— Это точно!

— Тем более что она несколько пострадала в огне. А нам сейчас не до ремонта — других забот полон рот. Только вещи твои успели спасти. Кстати, не поделишься парой платьев с моими подружками? А то сама посмотри, в чем ходят…

— Конечно, и с радостью!

— Вот и отлично.

Человек встал и сделал шаг навстречу…

Что за… меня словно накрыло что-то. И возникло знакомое ощущение, как там, в темнице. Я снова почувствовала! Дуновение ветра…

Я сделала вдох, хотя дышать уже давно перестала за ненадобностью сего процесса, и… о боги! Я почувствовала запах!!!

Но это невозможно!!!

Я вдохнула еще глубже.

Но вот же! Запахи!! Как много запахов!!!

И я осязаю! Чувствую пальцами ткань платья!!!

Но почему?!

В следующую секунду поняла, что ответ, скорее всего, стоит предо мной.

Кто же ты?!

Я посмотрела на Киррила истинным взглядом — странно, что сразу этого не сделала, наверное уже отвыкла проверять всех встречных, — и чуть не ослепла от его огромной ауры, в которую я частично погрузилась.

Рассар!!!

Я даже отшатнулась и, вырвавшись из его ауры, потеряла все ощущения.

— Это проблема? — чуть нахмурившись, спросил человек.

Похоже, я вскрикнула вслух. Совсем контроль над собой от нахлынувших на меня ощущений потеряла.

— Ничуть! Даже наоборот!!!

— Так, а с этого места прошу поподробнее… — еще больше нахмурился человек.

Все еще находясь под впечатлением, ответила честно:

— Рядом с вами я почувствовала! Почувствовала, слышите?!

— Слышим… Что ты почувствовала?

— Все! Запахи!! Осязала!!!

— Понятно…

— Позвольте еще постоять рядом с вами?! И я буду очень признательна, если мне дадут что-нибудь попить или поесть! Я целую вечность ничего не чувствовала! Прошу!!!

— Тише-тише, сейчас все организуем… Пармер!

— Господин? — выглянул гремлин-полукровка.

— Принеси чего-нибудь попить да поесть. Да давай, собственно, накрывай ужин, как раз время почти подошло.

— Конечно, господин, все будет исполнено.

Кирилл, он же Киррил, нашедший тайную комнату, а в ней лича, пусть и девушку

М-да, история девушки лича по имени Лития оказалась достойна какой-нибудь мыльной оперы серий на сотню-другую. Тут оказался полный суповой набор: любовь, предательство, смерть и далее по списку…

У меня же, точнее, у моей рассарской ауры обнаружилось еще одно довольно интересное свойство — возвращать личам чувствительность. Вон ее как плющит, не отходит от меня ни на шаг, все время улыбается будто перебрала ЛСД на танцах, глубоко дышит, теребит в руках кружевной платочек, трогает все предметы, до которых может дотянуться, не выходя из зоны охвата моей ауры. А уходить ей далеко нельзя — полтора метра предел, дальше она всякую чувствительность тут же теряет.

А в какой-то момент я вспомнил один старый анекдот. Ну, там грузин на рынке продает петуха, живого, к нему подходит бабка и спрашивает — а он, дескать, кур-то топчет? Грузин ей отвечает: Топчэт! Всэх топчэт! И кур топчэт и свиней топчэт, а вчэра на мэня так пасматрэл, так пасматрэл!..

Вот и Лития на меня так пасматрэла, так пасматрэла!..

Э-э, нет, детка, меня в некрофилии никто обвинить не сможет!!! Так что не надейся даже затащить меня в постель!

Ну, а что дал ей разрешение остаться в замке, несмотря на некоторое недовольство подруг, то лич в хозяйстве лишним не будет. Хотя сейчас с ходу я так ничего придумать не могу. Разве что в будущем использовать как учителя для детишек. Хотя бы некромантии, как основного искусства. И потом, она в академии и прочие дисциплины изучала, наверняка что-то помнит, а значит, и этому научить сможет. Да и мне самому не мешает попробовать поучиться — авось получится?

Наконец прислуга расставила все для еды, Лития с жадностью обнюхивала каждое блюдо, что проносили мимо, едва сдерживаясь, чтобы не вырвать у кого-нибудь поднос. Железная девушка. Ну, графиня, как-никак. Воспитание.

Правда, за столом села, естественно, рядом со мной впритык, от ее воспитания ничего не осталось. Если поначалу она еще сдерживалась, смаковала блюда мелкими порциями, то уже через несколько минут буквально жрала все, до чего могла дотянуться. Так что очень скоро в радиусе досягаемости ее рук осталась мертвая зона, умяла все подчистую.

Раздуло ее будь здоров — как Зеленоглазку на последних стадиях беременности.

— Простите, — смутилась она под конец, осознав, как выглядела со стороны. — Я вела себя…

— Ничего, мы все понимаем, — легко улыбнулся я.

— Я ненадолго отлучусь…

Я кивнул, и Лития поспешила в уборную, с большой неохотой выйдя из зоны действия моей ауры.

Назад она вернулась уже с нормальным объемом талии и поспешила вновь занять свое место. Теперь она уже вела себя действительно с достоинством, счастливо улыбаясь, причмокивая вино и поедая лишь маленькие кусочки пищи.

— Вы даже не представляете, какое это счастье вновь обрести чувствительность, пусть и с помощью ауры рассара…

За столом начался обычный светский, ничего не значащий треп. Потом мои подруги свалили искать Литии комнату, нашли в итоге рядом с комнатой вампирессы. Там они закрылись — платья стали мерить. Гардероб у Литии оказался внушительным, даже Зеленоглазку приодели, успев наскоро ушить большие для нее наряды.

Потом устроили мне показ мод, пусть и устаревший по местным меркам на три десятилетия, но это совсем не так важно. В общем, на мой взгляд, вечер удался.

Осталось только Олграну подзарядить…

Ну, еще Ссашшиллессу снабдить кровью…

Глава 5

Кирилл. В ожидании гостей — тех, что хуже татар, ибо вообще орки

Жизнь вошла в свою колею, стала размеренной и даже скучной, если бы не дети. Та парочка, что больше в своей сущности уродилась гоблинами, уже носились по комнате как угорелая, детишки затевали всякие игры и боролись.

Те, четверо, что серединка на половинку, пока только ползали. А та парочка, что больше к человеческой сути, все еще лежала в колыбельках и пускала пузыри.

Раз в два дня гремел гром, к которому уже все привыкли, даже дети, тем более что Олграна подшаманила со звукоизоляцией в детской комнате, и били молнии в шест на соседней горе — это вырабатывали мифрил. Его добычу удалось поднять до двух килограммов с тонны, и на этом встали мертвяком. Все же технология донельзя примитивная, плюс порода не шибко богатая на этот металл, пусть он хоть четырежды четвертый по распространенности. Может, где-то косяк еще по энергетической части. Как бы там ни было, но даже столь небольшого количества мифрила-люминия хватало. Более того, начал образовываться стратегический запас.

Олграна, после того как развлечется с громом и молниями, когда не было сильного ветра, устанавливала над замком зону безоблачности, всего с километр в диаметре, но этого хватало за глаза.

Гонглир все-таки нашел тайный ход, ведущий из замка. Как, собственно, и ожидалось, он находился на одном из минусовых уровней со входом в тюремной камере.

На этот раз меня сопровождали для обеспечения безопасности, а если быть совсем точным, конвоировали, чтобы я не наделал глупостей, во время поисков «сестрички» как я их еще стал называть, то есть вампиресса Ссашшиллесса и девушка лич Лития. Хотя думаю, что Лития ходила со мной ради ощущения жизни. Ну и как магесса для обнаружения возможных ловушек. Она хоть и некромантка, тем более в сущности лича, что усилило ее Дар над магией смерти, в качестве обычной магессы тоже была неплоха.

Хотела еще и Олграна увязаться, но она долго бродить по замку уже не могла. Беременность. Тяжеловато ей стало. Ее все же позвали, когда ход обнаружили.

Почему Литии позволил увидеть потайной ход, дескать, секрет все-таки, и он для своих? Да я и сам не знаю. Тем более что и она вроде как не чужая. По крайней мерее, я ее таковой не ощущал. Хотя, может быть, это потому что она все время ходила со мной и, будучи в моей ауре, ловила кайф от ощущения жизни? Не знаю. Но, в общем, я как-то принял ее в свою команду и не ощущал к ней никаких негативных чувств, хоть она и полутруп…

Вампиресса, как я выяснил все же, тоже «залетела», но она могла задержать развитие плода, что и делала.

— Но получается плохо, — призналась она, когда я ее спросил об ее положении.

— В смысле? — не понял я.

— Я не могу остановить развитее плода совсем, только лишь задержать. Но чувствую, что чем более развитым он будет становиться, тем сложнее мне будет сдерживать его развитие.

— А почему?

— Думаю, все из-за того, что ты рассар.

Тут вообще чуть что не так — то сразу рассар. С другой стороны, обвинить действительно больше нечего и некого. Так что крайним по-любому выхожу я, такие дела.

— Ясно… Когда ожидается пополнение?

— Трудно сказать… От двух до трех лет.

— А оно тебе надо?

— В смысле? Отказываться я от ребенка не стану, ты же знаешь, — насупилась вампирша.

— Я не об этом. Раз уж ты все равно не можешь задержать его развитие, так чего мучиться? Возьми да и роди его в ускоренном темпе. Ты же можешь, я знаю.

— Возможно, я так и сделаю, когда он разовьется достаточно сильно и у меня появится откровенно заметный живот, как сейчас у Олграны, я пойду на ускорение. Есть у меня такое чувство, что чем больше я его сдерживаю, чем дольше он борется, тем сильнее станет.

— Что ж, мне остается только довериться твоим чувствам.

Так, что касается хода, то в самом низу под крепостью он разделялся на четыре рукава. Проверили их все и ничего такого не нашли, так что предосторожности оказались лишними. Проверили выходы, что оказались в удалении от замка от трех до пяти километров, и все.

Гонглир как я и обещал, просто потерял память о том, что нашел. Ну и я за труд и в качестве морального возмещения премировал его десятком золотых.

Потихоньку увеличивалась армия из деревянных солдат — упрощенный тип «пиноккио» (из железного дерева делались только конечности) получался с годовым запасом энергии, и Олграна постепенно населяла големы душами. Скоро, к концу сезона дождей, у меня их будет тысяча. Плюс сотня «железных» гвардейцев и Буратино.

Вооружали мы этих деревянных солдат чем придется, что на складе вооружения нашлось. Мечами, ятаганами, топорами, секирами, булавами и даже алебардами с молотами. Вооружения в этом плане было пока вполне достаточно. А вот для десяти тысяч — легиону, на что я уже замахнулся втайне, арсенала не хватит, да и с душами тоже большая проблема. Разве что сделать классических тупых големов-исполнителей одного приказа в простейшем варианте и вооружить их деревянными дрынами?

Можно, конечно, самим ковать оружие, но собственных железных руд поблизости не имелось. Все железо, какое поставлялось, добывалось в болотах, и несмотря на паршивое качество, обходилось оно нам недешево, хоть и приходилось пока расплачиваться амулетами, как и за поставки сырья для производства кислоты. Да и по большому счету много этого железа в болоте не накопаешь.

Пробовал для ускорения работ подключить к производству големов самих големов, хотел получить этакую автоматическую линию, но тут меня поджидала птица обломинго, что, образно говоря, с радостным криком нагадила мне на голову. Почему-то не получилось. Из ствола круглого сечения голем выстрогал что-то несусветное, так что и не понять, к какой стороне голову лепить, а к какой руки и ноги. Вроде как непринципиально, но все же… Так что как бойцы големы были весьма неплохи, а вот как рабочие… такое впечатление, что это я им руки не к тому месту приделал.

Все с усмешкой пояснила Олграна, когда я пришел к ней с претензиями:

— А чего ты хотел, Кэррэл? Я договаривалась с ними, что они будут служить солдатами, а не рабочими. Хорошо еще, что они таскают глину, там ничего уметь не надо, просто взял груз и пошел. А в обработке древесины нужны свои навыки, которых у большинства душ и изначально не имелось.

Вот такая вот засада… Пришлось, как прежде, размещать заказ на отдельные части тела големов, в основном торсы, в деревнях.

По поводу батареек — я заряжал их во время сна, то есть мне просто под кровать поставили ящик с мифриловыми заготовками, а то таскать их на себе занятие не из легких, несмотря на то что алюминий металл легкий. Как говорится, килограмм пуха ничуть не легче килограмма железа.

— Вот бы еще из него оружие сделать! — с сожалением вздыхала вампиресса, подкидывая в руках очередной слиток мифрила.

Гонглир к последним партиям, что уже зачастую шли на склад в запас, даже оттиск, с моего разрешения, стал ставить: мой герб — птица феникс, объятая пламенем. Ну, а почему бы и нет?

А что касается оружия, то да, Ссашшиллесса фанат холодного оружия. Что неудивительно — ведь, как все вампиры, она прежде всего воительница. И если даже с обычными мечами она натуральная машина смерти, то просто страшно представить, что получится, когда она заимеет оружие из преобразованного мифрила. Перед ней никто не устоит, какие бы защитные амулеты ни носил. Думаю, тех гончих из Проклятых земель она такими мечами нашинковала бы в мелкую мясную нарезку.

«И в итоге остался бы без доспеха», — отметило мое второе «я».

— Может, Лития с оружием сможет помочь — все-таки она получила классическое образование в академии… — повернулся я к девушке-личу.

— Увы, тут я вам ничем помочь не могу, — развела она руками. — Не проходили мы в академии данную тему. Мифрил — металл редкий и очень дорогой, чтобы над ним изгалялись студенты, пытаясь преобразовать, а посему, видимо, посчитали, что нечего студентам забивать голову лишней информацией. Захотят узнать — есть библиотека. Увы, мне не хотелось…

— Жаль. А информация на эту тему вообще доступна?

— Конечно. Особенно если заплатить кому следует и как следует.

— Ну с деньгами у нас проблем не предвидится! Так что заплатим!

Но это еще когда будет! А враги вот-вот припрутся, и настучать им по голове надо тем, что есть под рукой.

— Но вроде бы и сырой мифрил неплохо пробивает магическую защиту, мне Олграна рассказывала… — припомнил я. — Может, можно как-то в мечи, топоры да булавы его вставить? Получим хоть небольшой, но дополнительный поражающий фактор, особенно против зачарованных доспехов. А нам для победы любая мелочь годится.

— Хм-м, можно попробовать, — кивнула вампиресса. — Надо Гонглира напрячь.

— Напряжем.

Собственно, чего откладывать? Послали одного из коротышек гремлина за гномом-квартероном. Кузнец появился через десять минут.

— Звали, господин?

— Звал, Гонглир. У нас тут вот какая идейка появилась: можно ли сырой мифрил вставить в оружие так, чтобы он не повлиял на основное свойство оружия? Чтобы тупо не потеряло своих прочностных характеристик и не сломалось.

— Это смотря какое, господин. В ятаганы я бы, пожалуй, взялся вставить. Железо дрянное, мягкое, и сделать в нем несколько отверстий для того, чтобы вставить немного мифрила, ничего не стоит ни в плане особых затрат труда, ни в плане ухудшения общих характеристик самого ятагана, там просто ухудшать нечего.

— Ясно, — усмехнулся я.

— Ну и еще с булавами и алебардами, да и молоты тоже, господин. Топоры еще туда-сюда… А вот с мечами и секирами, особенно гномскими, тут уже качество стали получше будет, господин. Оно твердое, а значит, хрупкое. Только попортим. Тут лучше сразу ковать оружие с расчетом на инородные вставки. Но если очень надо, то…

— Надо, конечно, но пока без фанатизма, — остудил я его пыл. — Отработайте технологию на ятаганах, топорах и молотах, и если все получится тип-топ, можете взяться за мечи и секиры.

— Будет сделано, господин.

А время все идет. Дожди капают все реже, и не только потому что Олграна шаманит, а просто дождливый сезон подходит к концу. Еще немного — и жди гостей.

И незваные гости, что, как известно, хуже татарина, не заставили себя долго ждать. Прошла всего неделя, как перестали идти дожди, а облака поднимались все выше, становясь все более тонкими и белыми, так что очень скоро Олграна больше не могла вызывать молнии для производства мифрила (благо запасец собрали приличный с учетом бешеного расходования, с полсотни килограммов — безумные деньги, если перевести все в золото), как от Лагроша прибыл гонец с посланием, что разведчики заметили в степи движение большой массы воинов. Еще неделя — и большая орда соберется под стенами замка.

И снова, как в прошлый раз, соотношение сил составило один к десяти. Но на этот раз одной засадой не отделаться, тем более что ученые, как известно, за одного битого двух небитых дают. Придется реально вступать в битву лоб в лоб. Плохо.

И снова пришлось усиленно думать о том, как же одолеть супостата. И опять мне ничего в голову не приходило, потому как с пятью сотнями казаков, пятью сотнями ополчения и тысячей големов много не навоевать. Засады не устроить — шаманы противника, что после провала первого вторжения готовы дуть на воду, вмиг ее обнаружат.

— Мне бы с полсотни вампиров, хотя бы обращенных, и я их ночью хорошо бы потрепала, — вздохнула Ссашшиллесса.

— Чего нет, того нет. Разве что кто-то согласится добровольно стать вампиром. Как думаешь, много разумных согласятся?

— Немного, совсем немного, несмотря на все преимущества, что дарует наша раса обращенным. Да и поздно уже… — тяжело махнула рукой вампиресса. — Обращенных ведь тоже нужно какое-то время готовить. А те, кто только-только обратился, совсем немногим лучше прежних по боевым качествам, только скорость с регенерацией и прибавится. К тому же по поводу обращения есть одно ограничение…

— Какое?

— Обращению почему-то можно подвергнуть только людей. В крайнем случае, полукровок, и то далеко не всех. Более-менее нормально можно обратить квартеронов с большей частью человеческой крови, и то получается довольно высокий процент смертности, один к десяти. Из тех, у кого ее уже всего половина, выживает хорошо если каждый десятый… Ну, а о тех полукровках, у кого человеческой крови еще меньше, я и вовсе молчу. Хорошо, если один из ста обратится, да и как вампир он будет сущим инвалидом. Ни сверхскорости, ни потенциального бессмертия, только светобоязнь прибавляется, хоть и не такая сильная.

— Вот те раз… — удивился я. — И отчего такая дискриминация?

— Неизвестно…

— Это потому что их самих создали из людей, — сказала Олграна, чему-то ухмыляясь.

— Мы — отдельная самостоятельная раса! — вскинулась вампирша.

Предположение о том, что вампиров создали из людей, ее отчего-то задевало. Ну а по мне, и чего тут такого? Люди вообще, говорят, от обезьян произошли, и что, собственно? Ну произошли и произошли… Главное, что обратно не перевертываемся в мартышек. Хотя это тоже спорно, если посмотреть на поведение молодежи и ее повальное увлечение занятием наскальной живописью — все стены изгадили… По мне, так явная деградация в питекантропов, а там и до полноценных обезьян недалеко.

— Да кто же спорит? Сейчас вы уже действительно отдельная раса, но были созданы из людей… — стояла на своем орчанка.

— Ш-ш… — окрысилась Ссашшиллесса и потянулась за мечом, с которым не расставалась даже в замке.

Олграна в свою очередь что-то из амулетов подготовила. В общем, назревала нехилая такая разборка… между беременными к тому же, а это вообще тушите свечи. А оно мне надо? Хотя и говорят, что женские бои — это очень эротично, особенно в грязи, про бокс подобное утверждение спорно, но это явно не мой случай: грязи поблизости не наблюдается. Тут они реально друг дружку поубивать могут. А главное — из-за какого-то пустяка!

— Отставить! — рявкнул я. — Девочки, не ссоримся. Хотя какие вы к демонам уже девочки?! Постыдились бы, будущие мамаши! У вас сложный предродовой период, гормональные нарушения, как следствие повышенная раздражительность, и все такое. Так что сдерживайтесь…

«Девочки» сдержались и демонстративно отвернулись друг от друга. Ну вот, мне в преддверии войны еще только их ссор для полного счастья не хватало! Зашибись у меня жизнь!!

— Лития, может, ты чего предложишь умного? — поинтересовался я у лича, пока остальные две дуются, понимая, что хватаюсь за соломинку.

— Если в плане стратегии и тактики, то от меня никаких откровений ждать не стоит…

Так я и знал.

— Я могу только предложить свои способности конкретно во время боя.

— А с этого момента прошу поподробнее! — заинтересовался я, чувствуя, что «соломинка» превращается в хорошее такое «бревнышко».

— Да чего тут, собственно, подробнее? Я могу поднять мертвецов.

— И много?!

— Никогда не пробовала массового подъема, да еще в условиях боя, тем более когда этому наверняка будут мешать, — задумчиво сказала Лития. — Но преподаватели, когда я еще была живой, оценивали мою способность на десяток-другой простейших умертвий.

Слабовато…

— Но теперь ты лич, — напомнил я, — это вроде увеличивает способности в магии смерти.

— Да. Но опять же я не знаю своих способностей. Однако в теории возможности некроманта, когда он становится личем, возрастают в десять раз. И чем старше он делается, тем сильнее возрастают его возможности.

— В итоге ты в теории можешь поднять сотню мертвецов, так?

— Да, Киррил. Или десяток-полтора скелетонов.

— А это что?

— Тоже нежить, но более совершенная и сильная.

— Не густо… Даже сотня мертвяков погоды не сделает…

— Я буду стараться…

Я кивнул. А чего тут еще остается делать? Только стараться.

Но пара идеек у меня все же появилась — точнее, забрезжили их контуры. Их нужно еще хорошо продумать…

Но прежде чем подтянулись гости нежданные, появились гости ожидаемые. Хотя орки ведь тоже ожидаемые, хоть и незваные. А насчет ожидаемых гостей тоже не сказать, чтобы они были так уж жданными…

В общем, Олграна родила. Тройню. Два мальчика и девочку. Девочка вышла серединка на половинку, то есть орочьей и человеческой крови пятьдесят на пятьдесят, а вот мальчиков разнесло на по краям, то есть семьдесят пять на двадцать пять. Квартероны.

И стоило только закончиться родам у Олграны, как начались схватки у Зеленоглазки. Да-да, она тоже поспела… И опять принесла восьмерых, и вновь, как в прошлый раз, четыре девочки и четыре мальчика, и двое, мальчик и девочка, ближе к гоблинам, еще двое, также мальчик и девочка, ближе к людям, и четверо — две девочки и два мальчика — пятидесятипроцентные полукровки.

Я в смятении схватился за голову. Согласитесь, есть отчего: за один день у меня прибавилось одиннадцать детей! Плюс от прошлого раза восемь, итого девятнадцать за девять месяцев!!!

Не забываем о гарантированно двадцатом от вампирши! Пусть и неизвестно когда точно он родится, но ведь родится!!!

Срочно нужны противозачаточные… Хотя Олграна их принимала, но не помогло. Значит, нужны презервативы! Но где их тут возьмешь?! Не из кишок же их, в самом деле, выделывать, как говорят, еще в Древнем Египте баловались?!. Фи-и…

— Если так и дальше пойдет… — удрученно покачал я головой, осматривая заранее подготовленную ясельную комнату, где нанятые девушки-нянечки сбивались с ног, бегая от одного новорожденного к другому.

Пора уже задумываться о полноценном детском саде. По ходу, под него придется отвести целый этаж замка. А то и два…

Пипец.

— Я считаю, что тебе надо в следующий раз во время процесса желать, чтобы детей не было, — задумчиво сказала Олграна.

Она шаманка, и восстановилась после родов достаточно быстро. И Зеленоглазку успела подлечить, но та сейчас спала.

— Я более чем уверена, что Галлогала так долго не беременела потому, что ты этого не хотел…

— А я думал, это такой период типа восстановительный.

— Нет. Они беременеют практически сразу после родов. Так что приносят потомство по три-четыре раза в год.

Я офигел.

— Вот я и считаю, что ты, потрясенный количеством детей, очень не хотел повторения подобного в ближайшее время. Потом впечатления смазались, и как результат…

Олграна махнула рукой в сторону новорожденных.

— Думаешь?! — с надеждой вопросил я.

А то ведь это же кошмар, если Зеленоглазка будет приносить потомство каждые полгода (а то и чаще!) по восемь детей, да Олграна по три каждые девять месяцев. Про вампирессу ничего сказать не могу… Но она тоже вряд ли ограничится одними родами одного отпрыска! Я даже считать не хочу, сколько появится детей в итоге, скажем, за пять лет!

Больше ста!!!

Убиться дверью!!!

Так долго я тут оставаться не хочу, но это минимальный срок, который нужен Олгране, чтобы стать тем, кем она хочет, — сильнейшей шаманкой всех времен и народов.

Поговорили мы как-то с ней на эту тему, и я выяснил срок своего добровольного плена. От озвученного ею срока я чуть за голову не схватился, взвыв, как оборотень на луну.

Вряд ли она отпустит меня раньше, несмотря на довольно ровные дружественные отношения, что у меня с ней сложились. Регулярный интим этому весьма способствовал.

Что касается длительности пребывания в этом мире, а собственно, почему бы и нет, подумал я, когда меня немного отпустило. Своеобразный отпуск от земной жизни. Конечно, могут возникнуть серьезные проблемы по возвращении, но, думаю, проведенное здесь время, увиденные в мире Даронара чудеса будут того стоить. Опять же вернуться можно не с пустыми руками, а весьма обеспеченным человеком (хотя человеком ли уже?).

А если допустить такую вероятность, весьма реальную, сразу скажем, что домой мне вернуться не судьба, то в контексте количества детей это же вообще ни в какие ворота не лезет!!!

— Думаю. Ты ведь рассар.

Сказала, как отрезала.

Согласен. Определенная логика есть. Все мои возможности как рассара далеко не раскрыты. Так что кто знает, может, я сам себе концентраптив?! Хочу — рожают! Не хочу — не рожают!

— Постараюсь!

— Я в этом не сомневаюсь, — хмыкнула орчанка.

— Хотя вряд ли ей это понравится… ведь как ни крути, а она видит цель своей жизни именно в рождении детей, — сказал я задумчиво. — Когда она долго не беременела, начала нервничать. Я теперь понял причину ее плохого настроения. А когда забеременела, вновь повеселела.

— Ну, тогда концентрируйся на том, чтобы она рожала не больше трех за раз.

— Верно. Так, может, и в твоем случае провести ограничение…

— Нет. Старайся, но только не в случае со мной. Даже более того — старайся, чтобы я, как и сейчас, приносила тройни.

— А чего так? Не хочешь от Зеленоглазки отставать?! — невольно усмехнулся я.

— Нет. Просто беременность, как оказалось, дала мне в энергетическом развитии гораздо больше, чем просто откачка энергии из тебя. И тройни — похоже, оптимальный вариант.

— Понятно.

— Осталось только узнать, останется ли достигнутый результат со мной после родов или же сойдет на нет…

Глава 6

Кирилл. Опять в роли великого полководца

Вновь война.

Зеленоглазка, как и в прошлый раз, осталась на хозяйстве следить за детишками — как своими, так и Олграны, ведь никаких специальных боевых навыков, кроме как подавлять сексуальное влечение, у нее нет, а против противника это как-то вряд ли потребуется.

«Так, может, запустить ее в обратную сторону?» — вылезло мое второе «я».

Это как?

«Пусть наоборот, озаботит их излишним сексуальным влечением! Они ребята, конечно, со всех точек зрения правильные, так что извращением заниматься не станут, тем более на поле боя, но с сильной эрекцией по-любому много не навоюешь!»

Да ну тебя…

Отпускать она меня не хотела, но слез, которых я так опасался, к счастью, лить не стала. Только лишь пожелала удачи и потребовала быть осторожным. И я с остальными своими гражданскими женами, а также личем Литией, двинулись навстречу врагу.

Не в одиночку, конечно. Под моим началом состояла армия из чуть более чем тысячи разумных — пять сотен казаков и пять сотен стрелков из переселенцев. А также три десятка гарнизонных солдат — стрелки из метательных машин.

С собой взял десять штук: пять баллист типа «скорпион» и пять легких катапульт.

Ну и, конечно же, мои деревянные солдаты. Тысяча сто одиннадцать штук. Плюс пятьдесят один «железный» гвардеец, еще пять десятков остались в замке, и, конечно же, мой Буратино, как непосредственный телохранитель и знаменосец.

Буратино я проапгрейдил по максимуму. Обитый листовым железом, теперь он больше походил на железного дровосека, чем на деревянную куклу. Не хватало только воронки на голове. Совсем уж ерундой я маяться не стал… А вот топор как раз имелся! Нашли большой в пыточной камере… им раньше бошки приговоренным к смерти рубили.

Единственным тактико-стратегическим преимуществом, что я обладал, можно считать то, что я находился в положении обороняющегося, а значит, мог выбрать выгодное для себя поле битвы. И я постарался его выбрать со всем тщанием. Я нашел почти идеальное место — конусовидную долину с километр длиной, а в самом узком месте всего две сотни метров шириной. По краям начинались возвышения, поросшие кустарником и лесом, так что с флангов мою невеликую армию обойти было сложно. Плюс моя армия находилась на возвышении, и атакующим придется тратить силы на подъем, а это потеря скорости и соответственно силы натиска, ну и увеличение времени сближения, чем можно и нужно воспользоваться.

Вот бы еще рытвин по всей глубине и ширине долины наделать, чтобы вражеская кавалерия не прошла. Всяких там ежей, ловушек вьетнамских, волчьих ям с кольями…

Собственно, у меня ведь тут шаманка есть!

— Олграна, а не позвать ли тебе элементаля земли…

— Зачем?

— А пусть он тут кочек да ям понаделает!

— А смысл?

— Ну как же! Кавалерия застопорится!

— Кэррэл… против нас будет сотня шаманов, даже больше. Я не хочу растрачивать просто огромное количество маны на бесполезную работу. Шаманам противника заровнять всю эту долину не составит труда…

— Ну и хорошо… энергии у нас залейся, а им расход…

Энергии мы, точнее, я, как батарейка, действительно запасли просто превеликое множество. Весь люминий-мифрил, что имелся в запасе, я по предложению шаманки перевел в разряд батареек, только не для деревянных солдат, а для Олграны. КПД таких запасников энергии, как я понял, не слишком высок, в том плане что воспользоваться сможет хорошо если пятьюдесятью процентами от того, что я туда вкачал, но это все же лучше, чем ничего.

— Нет, Кэррэл, хорошо, если я с помощью этих накопителей смогу нейтрализовать магию сотни шаманов, при том что мне придется очень несладко, так что тратить впустую ману я не хочу. А им это будет не такой уж и большой расход, тем более что они тоже могут воспользоваться заемной энергией от ритуала жертвоприношения, так что постарайся, чтобы твои солдаты его не допустили. А я и так сделала все, что могла…

Да, мы об этом говорили, и не раз. Олграна очень опасалась этого кровавого ритуала со стороны противника, потому как это даст ему подавляющее преимущество. Сейчас, как она сама оценивала расклад по магическим силам, имеет место быть равновесие.

Я только кивнул. А что еще я мог сделать? Что-то обещать в таких условиях просто глупо. Магическая составляющая для меня по-прежнему непросчитываемый элемент.

Вообще, как выяснилось, любая подготовка по ловушкам практически бессмысленна, особенно в одном направлении магии, как, например, в нашем случае шаманизм. Вражеские полки не пойдут в наступление, пока шаманы не проверят поле боя на закладки, — будь то магического плана или же материального, все поснимают. В итоге война как бы разносится на два уровня: война магов в тонком мире энергий и собственно мочилово среди разумных. Правда, если какая-то сторона терпит поражение в магическом плане, то и непосредственно солдатам может хорошо достаться магией от победителя, а это уже полное поражение.

Так что если ты победил в грубой силе, побив солдат противника, а твое магическое прикрытие дало слабину, это не значит, что ты победил. Если, конечно, не доберешься раньше до магов-шаманов и не посрубаешь им бошки. Но это сомнительно.

Что касается расположения солдат на поле боя, то я особо не мудрил. На переднюю линию конечно же поставил големов — увы, это действительно «дрова войны», расходный материал, а за ними лучников.

Тут меня торкнуло: а чего, собственно, не вооружить големов стреляющим оружием?! Ведь для них взвести даже очень мощный арбалет пара пустяков! Увы, все задним умом умны…

Дальше поставил кавалерию. Хотя неизвестно, удастся ли моим казакам проявить себя именно как кавалеристам или же им придется спешиться. Но тут, как говорится, война план покажет.

А в самом конце долины, на самой верхотуре — артиллерию.

И вот, заняв позицию, мы замерли в ожидании врага.

— Олграна, а ты можешь мне показать, что ты видишь? — спросил я, заметив, что шаманка погрузилась в легкий транс, предупредив, что займется разведкой.

Она лишь кивнула, указав на место рядом с собой, а потом положила мне правую руку на голову, и я увидел местность с высоты птичьего полета в буквальном смысле этого слова, так как видел все глазами орла.

Да уж, десять тысяч — это много. Это, черт возьми очень много!!!

И хоть на марше они выглядели беззащитными, (а с высоты так и вовсе беспомощными муравьями), так что аж скулы сводило от желания напасть на них, пока они вот так растянуты, и побить частями, но я уже прекрасно осознавал даже без подсказок, что это бесполезно.

Шаманы орков заметят все мои телодвижения задолго до того, как мои големы выйдут на позиции, и более того — успеют нанести упреждающий удар, а воины подготовиться к обороне. Так что ни на какой эффект внезапности рассчитывать не приходится. Все должно решиться на поле боя в честной схватке лоб в лоб.

Не люблю магию. Она нивелирует в хлам столько всяких тактических придумок, сводя все к тупой «честной» схватке. Я, конечно, не великий полководец, но что-то и я мог бы в этом плане придумать. Историю изучал, книжки всякие читал, своя голова на плечах есть наконец.

Вдруг картинка размазалась, и нас хорошо приложило, так что я чуть в обморок не упал.

— Шаманам надоело, что мы за ними подглядываем, — сказала Олграна, встряхивая головой.

— Я это понял…

Но вот ближе к вечеру на выбранном мною поле начали появляться основные силы противника. В бинокль было хорошо видно, что это лучшие воины степи: максимум железа, куча всяких оберегов и, конечно же, шаманы.

— Может, сейчас ударить? — поинтересовался я невольно.

— Нет. Они сейчас на максимальной защите, будут прикрывать прибытие основных сил и их развертывание в боевые порядки. Мы только раскроемся раньше времени… Только когда они все развернутся и защита истончится, появится возможность для ее пробития.

Все, что сказала Олграна, я и сам отлично знал и понимал. Просто нервы. Меня реально колбасило. Может, кто-то и мечтает о славе великого полководца, непобедимого воителя, о постоянных битвах, а мне все это и на фиг не сдалось. Я бы предпочел в замке поскучать в окружении гражданских женушек…

Я нервно передернул плечами под доспехом. Кстати, пару слов о доспехе. Мне его сильно проапгрейдили. Если он и раньше обладал весьма большой стойкостью к магическим воздействиям — все же из шкуры непрошибаемых магией гончих Проклятых земель сделан, — то после того, как его обвесили килограммом алюминия-мифрила, да на щит еще полкило навесили, я стал практически неуязвим против магических воздействий.

Что касается внешней стороны вопроса, то доспех стал настоящим произведением искусства. Один из сыновей Гонглира очень сильно увлекается ювелирной работой, вот он мне его и разукрасил, как мог. Быками на груди, несущимися друг навстречу другу склонив свои буйные головушки, всякими финтифлюшками, вязью… а потом все это прошаманила шаманка. Лития тоже что-то свое добавила. В общем, я стал практически неубиваемым персом. Кокнуть меня можно только грубой силой, сиречь пошинковав на кусочки.

Девушки тоже изрядно обвесились этим зачарованным металлом с ног до головы.

Достались защитные амулеты в виде круга с фениксом внутри и всем солдатам. Наштамповали их изрядно.

Ну и, конечно же, големов защитили по полной, обив мифриловыми пластинками-амулетами.

В общем, после тотального апгрейда всего и вся, чего только можно и нельзя, от моих запасов стратегического металла остался только один двухкилограммовый слиток. Но на защите экономить не стоит. А глины просто завались, в следующий сезон дождей еще выработаем… хоть весь замок листовым мифрилом обошьем!

Шаманке, как и мне, эта битва тоже не в радость. Она еще далека от своего пика развития, и для нее сегодняшнее действо смертельный риск.

Лития тоже от предстоящего кровопролития не в восторге. Она вообще, несмотря на свой мрачный дар некроманта, всегда была мирной девушкой и с трупами возиться особо не любила, и то, что стала личем, при этом проведя тридцать лет в заточении в камере-одиночке, ее не очень изменило. Она не обозлилась на весь свет, только на своего любовника-убийцу. Думаю, некроманту повезло, что я его завалил, да еще без возрождения, а то мучила бы она его очень долго и затейливо.

Предстоящая битва только вампиршу заводит… Вон как ее плющит от жажды крови — с прошлой схватки мечтала в битву вступить, и ее мечта вот-вот сбудется. Клычищи отрастила, как у саблезубого тигра. Прямо вся в нетерпении, как застоявшаяся лошадь, копытом бьет…

Но вот армия противника построена.

Никто не спешил к нам с ветвью мира-переговоров, ну а мы подавно своего посланника на смерть отправлять не стали. Все ясно, нас решили смять сходу, без всякого словоблудия, хоть это и считается традицией.

Я оглянулся на Олграну, сидящую в круге из мифрила (вообще все, что только можно, было сделано из алюминия), и по ее отрешенному виду, легкому покачиванию из стороны в сторону с ритмичными, едва слышными ударами в бубен, понял, что битва в мире тонких магических энергий, или, как выражаются шаманы, в мире духов, уже давно идет. А значит, тянуть с основным сражением не стоит. Как бы ни было много энергии в мифриловых аккумуляторах, что я заряжал, черт те сколько времени на пределе своих аурных сил, численного преимущества противника с тупым «закидыванием шапками» никто не отменял.

Ну что же, пора начинать представление, ради которого тут собралось столько народу.

— Сигнальщики! Лучникам — приготовиться! Стрелкам баллист и катапульт — приготовиться!

Противник расположился на пределе досягаемости стрелков, я дальность боя узнал заранее, благо бойцы пришли с боевыми луками (только с такими дальнобойными и можно охотиться в болотах, где жертва видит охотника издалека), но, к счастью, ветер пока нам благоприятствовал, дул от нас в сторону врага — Олграна постаралась.

Пацаненок-доброволец, жаждавший окунуться в мир битв, как и еще трое его приятелей, но бывших еще для этого слишком молодыми, а посему сделанных мною сигнальщиками, дал соответствующую отмашку.

Раздались команды командиров отрядов лучников, простые лучники натянули свои луки, и по очередной отмашке флагом на длинном флагштоке, после моего кивка в небо взмыли сотни стрел — настоящая туча — и обрушилась на врага.

Но пока первые стрелы падали вниз, лучники успели дать еще три массированных залпа, так что на врага обрушился настоящий, практически непрекращающийся дождь из стрел.

Убийственный ливень!

Шаманы вроде попытались по старинке смести всю эту лаву, но тут их, издевательски крикнув, обделала птица обломинго. Стрелы-то не простые, а… дороже золота, мифриловые, в общем. Не полностью, конечно, а только частично. Заставил я Гонглира отлить десять тысяч наконечников особой формы с возможностью вставки алюминиевых деталей. Работали день и ночь, как только узнали о приближении орков, но успели-таки. Благодаря этим маленьким вставочкам стрелы, словно и не заметили магии шаманов, пробили все магические щиты и начали косить первые ряды орков. Со щитами у них беда — маленькие, а плотность потока высока, так что покосило многих. Сотни.

Как там орки возопили от боли и ярости, им вторили раненые быки. В общем, вся эта лава ринулась на нас!

Е-мое! Это, я вам скажу, страшно! Это реальный всепоглощающий ужас — видеть, когда на тебя несется лавина рогов, копыт и яростных орков, размахивающих огромным ятаганами или пиками.

Лично я, скажу вам правду, будь простым солдатом, позорно сбежал бы. Да-да… я не трус, но я боюсь.

Лишь понимание того, что еще не все карты сыграли, остановило меня. Тем более что я вроде как полководец. Ну и, скажем честно, смыться я мог в любой момент… надо только сказать заветное слово-команду «эвакуация» — и элементаль воздуха унесет меня ввысь.

Почему не сбежали ополченцы и казаки?

Ну, казаки вроде как привычны, а ополченцы… В общем, в амулете этом защитном, что им выдали, есть еще одна спорная с точки зрения этики закладка, а именно — это заклинание притупляло страх и делало их более послушными. Такие дела… Ну, а что прикажете делать, ведь разбежались бы все, никто из них непривычен к таким сражениям, так что пришлось все продумывать. А так лучники пуляли и пуляли стрелами, кося врагов пачками.

Отметились и стрелки из баллист и катапульт.

Надо бы их усовершенствовать и сделать блочными…

Они все нацелились на шаманов, и одна из пяти стрел реально пригвоздила шамана к земле как бабочку! А еще одного буквально поломал пополам камешек в мифриловой сетке из проволоки.

Минус два шамана! Невероятная удача. Хотя, с другой стороны, они ведь там столпились все, так что не попасть было бы грешно.

Жаль только, что скорострельность у этих машинок просто никакая…

Орки, кстати, тоже хорошо так стрелами нас обсыпали со своей предельной дистанции. Но тут никаких мифриловых неожиданностей не было, и большинство стрел просто опали после того, как на них как-то воздействовала камлающая в густом дыму Олграна.

Часть стрел, имеющая какие-то наложенные пробивные заклинания, все же прошла сквозь заслон шаманки, но абсолютно никого не убила. Лучники успели прикрыться щитами или спрятаться за големов, а самим големам собственно по фигу, они деревянные. Больше одного заклинания в обычный наконечник не вложить, чтобы, пробив магическую защиту, еще чем-то вдарить.

И вновь ответный обстрел.

— Големы — вперед! — приказал я.

Отмашка сигнальщика — и деревянные солдаты, сорвавшись с места, буквально врубились в атакующую лаву орков.

Боже мой, какая там началась резня! Деревянные солдаты крутились настоящими мельницами смерти, буквально кромсая всадников вместе с их быками на части! Не стоит забывать, что часть вооружения все же успели снабдить алюминием, так что орков не спасали даже зачарованные шаманами доспехи.

Кровища хлестала во все стороны! Одно слово — расчлененка!!!

Впрочем, несмотря на всю защиту, големов тоже доставали магией, особенно когда воздействовали на одного сразу пятью-шестью боевыми амулетами. Тогда они разлетались в щепу или возгорались. Но даже горящие они продолжали сражаться некоторое время, пока не прогорали…

Успешно сопротивлялись массированным магическим атакам только командиры — это те големы, в которых подселили души разумных, имевшие при жизни Дар.

В какой-то момент големы слишком рассредоточились в глубину фронта, и нескольким отрядам орков удалось прорваться сквозь стену смерти, но тут их поджидали не только лучники, но и казаки Лагроша. Они эти жалкие кучки прорвавшихся буквально сметали и втаптывали в землю.

Но все же моих деревянных солдат мало-помалу рубили в щепу. Оркам это обходилось очень дорого, они разменивали по три-четыре воина на голема, но я все равно в конечном итоге оставался в проигрыше — ведь после того как сметут всех големов, останутся только казаки и лучники, всего тысяча разумных против примерно пяти оставшихся со стороны орков.

— Кэррэл… — прохрипела Олграна.

— Что?!

— Осторожно… Сейчас сработают телепорты…

— Понял!

Я оглянулся по сторонам и заметил знакомое свечение еще по телепортации некроманта.

Пять порталов за спиной, между ставкой командования и метательными машинами.

Поскольку големы завязаны на меня, я успел отдать мысленный приказ «железным» гвардейцам, служившим нам непосредственной охраной, разделив их на пять отрядов и послав к каждому телепорту по десять деревянных солдат.

Вспышки света — и на каждом месте свечения появилось по двадцать пять орков явно из элитных отрядов, правда, пеших, плюс шаман. Три отряда бросились на нас, а еще два устремились к метательным машинам, так досаждавшим шаманам, неспособным отразить их камни и стрелы.

Завязалась сеча. В ход пошла магия.

Вжух, вжух — и два механизма горят: одна баллиста и одна катапульта. Пострадали расчеты…

Но этих шаманов в итоге взяли на себя подоспевшие Ссашшиллесса и Лития, не дав им набедокурить еще сильнее.

Пришлось вступить в схватку и мне, чего я совсем не ждал и даже немного растерялся, но все же начал, к стыду сказать, несколько истерично отстреливать прорывавшихся к нам с Олграной сквозь големов настоящих орков-берсеркеров, поливая файерболами из винтовки как водой из шланга, широко поводя из стороны в сторону. Доставалось от меня и големам, бившимся с основной массой орочьего войскового спецназа… один даже загорелся.

Извиняйте… я не специально.

Буратино принял на себя троицу обвешанных кучей амулетов орков, пробившихся через огненный заслон, располосовав их своим палаческим топором с мифриловой вставкой, так что оркам не помогли их навороченные доспехи.

Лития и Ссашшиллесса повалили своих соперников-шаманов, лич — приложила магией, вампиресса — порубила на куски, но орки успели поломать еще три машины, прежде чем их порешили деревянные солдаты. А потом девушки ринулись ко мне на выручку — ведь мне пришлось сдерживать сразу троих шаманов.

Файерболы их не брали. А следом, выведя из строя Буратино, срезав ему чем-то ноги, они так насели на меня, закидывая не пойми чем, что меня немного контузило, несмотря на мощную защиту. Но и их все-таки трое…

Вдруг давление резко ослабло. Это вмешались в схватку Лития и Ссашшиллесса. Ну и я, не будь лопухом, атаковал третьего.

Своего противника я тупо и без затей ударом сверху вниз и чуть наискосок от левого плеча к правой ноге развалил на две части, перейдя на сверхскорость. Бу-э… чуть не блеванул я от вывалившихся мне под ноги внутренностей.

Положили своих шаманов и вампиресса с личем.

Десант удалось достаточно быстро уничтожить, но и половину артиллерии успели вывести из строя.

Меня немного лихорадило. Адреналин бурлил в крови. Выложился я в этой схватке до предела. Еще немного — и полноценное истощение бы заработал с соответствующими последствиями. Не мое это, не мое…

Между тем сражение продолжало развиваться по всем направлениям. Орки продолжали прорывать фронт все чаще и все большими группами.

В какой-то момент вступила в схватку вампиресса, предварительно предупредив меня, указав на не закрытый прорыв, и я вынужден был согласиться, что да, там она нужна. Ссашшиллесса, рванув с места, в считанные мгновения оказалась в районе сражения, выбрав в качестве цели одну из прорвавшихся групп орков, что осталась без внимания казаков и лучников.

Сама смерть пронеслась среди всадников на быках, всего две-три секунды — и от группы в тридцать с лишним воинов не осталось ни одного живого, все покромсаны на куски, и вот она рвется к следующей группе. История повторяется с точностью до запятой.

Третья группа из двух десятков орков распрощалась с жизнью, но тут я заметил явное замедление вампирессы. Для обычного человека все прошло так же, но я уже сам обладал схожими возможностями и уловил это первое проявление усталости. Даже у вампиров сил не беспредельное количество.

По-хорошему, Ссашшиллессе следовало отступить, немного подпитаться кровью, благо ее тут в буквальном смысле залейся, восстановить силы, но она с не меньшей яростью набросилась на четвертую, самую большую на данный момент группу прорвавшихся сквозь заслон всадников и големов.

Началась новая резня, на этот раз орки уже смогли делать что-то осознанное, атаковать, и вампирессе пришлось изрядно покрутиться, чтобы не схлопотать ятаганом в какую-нибудь из аппетитных частей тела. Но орков в этой группе оказалось слишком много даже для вампира, полсотни, не меньше, и ее просто начали давить массой, как вдруг…

Ссашшиллесса. Вампиресса, с нетерпением жаждущая битвы

Весь сезон дождей я оставалась под впечатлением от короткой стычки с орками, когда они пришли малой ордой. Ксиррел тогда очень хитроумный план придумал, как устроить засаду. Он вообще сталкиваться лоб в лоб не любит… но в трусости его обвинять не хочется, в конце концов он не воин, а мне его еще учить и учить владению мечом и всем остальным… Как он тогда сказал: голь на выдумку хитра? Да, очень верная поговорка.

Я побывала во многих битвах, но та стычка вышла особенной. Я почувствовала нечто такое, чего не испытывала никогда, даже в более жестоких и кровопролитных сражениях. В тот раз я словно подошла к некой грани, за которой…

Что? Я сама не очень хорошо понимала, что ждало меня за этой гранью, но чувствовала, что мне это очень нужно. Мне не хватило совсем чуть-чуть, Ксиррел отдал приказ на отступление, и элементали воздуха выдернули нас из битвы в самый неподходящий для меня момент. Потому все это время и ждала с изводящим нервы нетерпением, когда придут орки и я смогу повторить опыт, и на этот раз меня никто не прервет.

Я много думала над тем, а что, собственно, такого изменилось, что я подошла к границе неизвестного, чего не было раньше? Впрочем, ответ долго искать не приходилось — конечно же, рассар, а точнее, его кровь, что же еще…

Много раз я уходила ночью прочь из замка и, выпив его крови, изводила себя до изнеможения в боевом трансе, но не появлялось даже намека на то странное и желанное состояние обретения подлинного могущества.

Значит, нужна реальная битва, с полной отдачей, с запредельной концентрацией, с реальным риском для жизни… А это так похоже по описаниям на инициацию первых высших.

И вот орки пришли! Как же я была счастлива в тот момент, когда услышала от гонца Лагроша о приближении орды, и как же мне пришлось постараться, чтобы мое счастье не отразилось в этот момент на лице. Меня бы просто не поняли. С одной стороны, и демоны бы с этим, а с другой, не хочется терять хороших отношений с Ксиррелом, а он бы этого точно не одобрил, что наложило бы отпечаток на отношения. А я в замке, если говорить откровенно, нахожусь на птичьих правах, по доброте душевной Ксиррела. Вот и эту Литию, живой труп, пригрел… благо не в прямом смысле, хи-хи… Впрочем, сегодня она может серьезно пригодиться, так что его решение было верным.

Дождаться начала битвы оказалось сущим мучением! Но вот она началась. Несмотря на огромное желание, я не потеряла голову от обилия крови и не ринулась с первых же мгновений в самую гущу, когда началась рубка орков с големами. Все же я высшая, а значит, имею голову на плечах, в том смысле что могу контролировать свои позывы. Это обращенные, бывает, слетают с катушек, несмотря на все блокировки…

Произошел прорыв особых команд орков прямо нам в тыл с помощью телепортации, шаманка почему-то не смогла их блокировать, или блокировала, но не всех. Оно и понятно, ей одной приходится биться сразу во многих направлениях, за всем не уследишь, всего не успеешь… Удивительно то, что у нее вообще что-то получается и ее не завалили.

В итоге мы их всех положили, хоть и не без потерь в технике и обслуге.

Но этого недостаточно, мне нужно еще!

Но вот, кажется, без моего участия уже не обойтись. Големов изрядно потрепали, половину уже на дрова точно порубили, многих сожгли, начался массированный прорыв групп орков на левом фланге. Казаки в основном сосредоточились на правом, а лучники сдерживают прорывы по центру. Да, мое время пришло.

Допив остатки крови рассара из фляжки, я, обнажив клинки, с одобрения Ксиррела устремилась вперед.

Ближайшая группа орков умерла, даже не осознав, отчего они умерли.

Вторая группа также не заподозрила, кто их убил. Но с ними я почувствовала переход к знакомому чувству предела. Да! Вот оно! Что-то похожее на «упоение битвой» из одного стихотворения, что читал нам Ксиррел.

Сейчас! Третья группа. Подкатила легкая усталость, но она не помешала мне разобраться с противником так же, как с двумя предыдущими отрядами.

Четвертая группа, пятьдесят голов, не меньше! Вы-то мне и нужны!

Я метнулась к оркам и начала их истреблять, но врагов оказалось слишком много. Они с яростью самоубийц бросались на меня, безрезультатно атаковали магическим амулетами и буквально заваливая собственными телами, сковывая движения. Уже пару раз я лишь чудом избегала серьезных ранений.

Как вдруг со мной что-то произошло… знакомое по той давешней схватке. Меня словно захлестнула волна, а в следующий миг я будто перестала существовать. Застыло время, и в тот же миг… даже не знаю как описать, самое близкое — это то, что я стала такой большой, просто огромной! И во мне… оказалось все, что меня окружало до момента перехода в измененное состояние.

Измененное состояние…

Да я же перешла в туман!!!

Меня это обрадовало и испугало одновременно.

А что, собственно, теперь делать?!! Я же ничего не знаю! Меня этому не учили!

Ребенок!!!

Но стоило только задать вопрос — и я все поняла, словно знала это всегда. Что-то вроде инстинкта. Это как у домашних котят, хоть их никто не учил, но они знают, как надо охотиться, как подкрадываться к жертве… Так и я все познала, осталось только опробовать на практике.

Но состояние тумана оказалось очень затратным. Впрочем, пища уже во мне, и осталось только ею воспользоваться.

Р-раз, и все оставшиеся в живых орки падают со своих быков высушенными мумиями.

Два — и я перехожу обратно в привычное состояние твердого тела.

Секунда промедления на оценку собственного состояния, а главное — ребенка, — к счастью, с ребенком все в порядке! Он, как и я, перешел в состояние тумана, а значит, родится сразу полноценным высшим истинным!!!

Еще бросок! Переход в состояние тумана уже осознанно. Прошло все на удивление и вопреки опасению легко, без малейшей заминки. И очередное поглощение!

Теперь я полноценная высшая! Первая со времен Войны!!!

Олграна. Орчанка, шаманка, вынужденная досрочно сдавать экзамен на профпригодность в шаманском ремесле

Откровенно говоря, мне стало страшно. Несмотря на значительно усилившуюся за последнее время мощь, а также под завязку заполненные энергией мифриловые аккумуляторы, изготовленные в виде заклинательного круга, я чувствовала себя неуютно. В конце концов, против меня стояла сотня сильнейших шаманов, не считая их учеников-подручных, что тоже могли внести свою существенную лепту в битву.

С одной стороны, я сравнялась по количеству маны с врагом, даже, возможно, превосходила их, все благодаря рассару и его мифрилу (какая же это удача, что он знает, как его добывать! без этого металла даже нечего было и думать противостоять шаманам). Но одно дело иметь кучу энергии — совсем другое суметь ею воспользоваться.

Еще совсем недавно я даже и мечтать о подобном не могла. Но сейчас во мне словно открылись новые каналы, расширились прежние. Возникло, правда, опасение, что после рождения детей они закроются, так как именно дети их инициировали, и угасание этих каналов все же началось, но, кажется, именно эта битва, когда придется работать на предельных возможностях, поможет мне их стабилизировать и сделать частью себя напостоянно.

Так что в каком-то смысле это сражение на пределе всех моих сил мне только на руку, как будущей великой шаманке.

Но вот битва началась, принялись камлать шаманы, начав с малого, не воспринимая меня всерьез, что неудивительно — ведь я одна, и они об этом прекрасно знают, они начали с младших элементалей. Хотели с их помощью разделаться с големами. Но мне легко удавалось их перекупать (так легко, что даже смогла мимоходом практически полностью отразить ответный залп всадников), при этом натравливая их на тех, кто их вызвал, благо энергии у меня выше крыши! Так что шаманам изрядно пришлось потрудиться, чтобы отправить элементалей туда, откуда они их вызвали.

Первый раунд оказался за мной. Его я выиграла без особых проблем.

И на поле боя первый раунд также оказался за нами. Дождь из мифриловых стрел хорошо покосил плотные ряды наездников и самих быков.

С атакой кавалерии начался новый этап противостояния в мире духов.

Обстрел камнями и дротиками метательных механизмов раз за разом срывал камлания шаманов. Они ничего не могли поделать с мифриловыми снарядами: от них не защититься. Уже четверо погибли, сбитые камнями или пронзенные дротиками. Так того и гляди всех перебьют!

Но, похоже, шаманам это надоело, и они решили воспользоваться телепортацией, чтобы перекинуть несколько отрядов элитных воинов прямо нам под бок!

Половину телепортов удалось сбить в последний момент, но пять команд все же оказалось у нас за спиной.

Ничего, Кэррэл с личем и вампирессой о них позаботятся, успела предупредить, а мне надо работать дальше… шаманов еще слишком много и за всеми нужен пригляд.

А вот с высшими элементалями, привязанными к бубнам шаманов, пришлось изрядно потрудиться. Перекупать их не получалось, они работают несколько по иному принципу, чем младшие и просто свободные стихиальные духи, и мне пришлось их тупо глушить ударами маны.

Я буквально кожей чувствовала растерянность шаманов. Ведь их сотня старших (ну, уже на десяток меньше), но ведь помощников еще целая куча, а они ничего не могут поделать со мной одной. Да еще бабой!

— Ну, что вы придумаете на этот раз?! — не смогла я удержаться от высокопарного возгласа.

А на поле боя в реальности тем временем началась кровавая сеча. Правда, в основном пока бились одни големы, полукровки работали на подхвате, зачищая прорвавшихся через заслон.

Тех, что десантировались к нам в тыл, уже полностью перебили.

Шаманы тем временем, взяв себя в руки, отойдя от шока, принялись за новое камлание. И опять им начали мешать стреляющие механизмы! Но их это не останавливает! Даже после того, как пришили еще одного огромной стрелой из баллисты!

Чего это они хотят устроить, поганцы?

Неужто демона призывают?!

Непохоже. Кровавых жертв нет…

Проклятье, они взывают непосредственно к силам природы!!! Спятили, что ли, или настолько перетрусили, что совсем с головами дружить перестали?! Впрочем, это неудивительно, там одни старикашки, а их дружба с головами, тем более у шаманов, — это всегда спорный вопрос.

Но как бы там ни было, если им это удастся, то деревянные големы встанут, и не просто встанут, а буквально за считанные мгновения либо распадутся в труху, либо превратятся в деревья, и здесь на поляне возникнет целая роща! Все зависит от того к чему конкретно взывают: к жизни или смерти. Но нам это все равно — что головой о дверь, что дверью о голову… все едино.

И здесь мне пришлось изрядно постараться. Так как взывала только половина шаманов, а остальные стояли на защите. Более того, сильнейшие из учеников даже пытались атаковать меня через мир духов!

Этих паршивцев я выбила быстро ответными ударами, может, даже кого-то убила. Пробить мой щит просто невозможно, старшие шаманы это быстро поняли, потому и не пытались даже. Так чего молодым не объяснили?

Но и я в свою очередь ничего не могу поделать с совокупной защитой полусотни шаманов. Вот бы сейчас Кэррэл поработал из винтовки пулями из хладного железа…

А собственно почему бы и нет?! Дистанция, как я поняла, для его оружия несколько великовата, вряд ли он сможет в кого-то попасть и ранить, но главное добить до круга камлания сможет, а мне лишь бы щиты порушить.

— Кэррэл…

— Да! — тут же отозвался он.

— Шаманы… хладное железо…

— Понял! В кого именно?

— Стреляй просто в центр их группы…

— Понял. Я готов.

— Стреляй!

Кэррэл, прицелившись, круто подняв ствол своего оружия к небу, начал выпускать одну пулю за другой. Щиты шаманов сразу же затрещали, пробиваемые хладным железом, ну и я в эти пробоины усилила давление маной, буквально разрывая совокупный щит на клочки!

Более того, Кэррэл в кого-то даже попал! И не из тех, кто стоял и держал щит, а в камлающих! Вот это удача!!! И я не могла не воспользоваться подвернувшейся возможностью и не нанести смертельного удара по подранку.

Есть! Камлание, после того как один из камлающих погиб, сбив общее камлание эманацией смерти, все пошло наперекосяк, и силы природы, уже практически вызванные, но еще не получившие цели, сработали самопроизвольно. Вокруг шаманов поднялась густая трава, тут же увянув, выросли двух-трехметровые деревца, также опавшие вдруг трухой. Повалилось несколько стариков, тех, кто являлся основными вызывателями, тут же обратившись в прах. Многие из подручных постарели сразу на несколько десятилетий…

С силами природы шутки плохи. Не стоит с ними играть.

Битва меж тем перешла в фазу свалки, когда уже просто не разобрать, что конкретно происходит и на чьей стороне удача. Но численное превосходство орков сказывалось — неся высокие потери, они все же рубили деревянных солдат на щепки…

Ввязалась в битву вампирша.

Что творит?!

О! Она перешла в туман! Вот это да!!!

Шаманы тем временем оправились от потрясения и решились на отчаянный шаг — жертвоприношение. Помощники, те, что остались на ногах, стали подгонять заранее приготовленных рабов. Думаю, что их использовать вообще-то хотели непосредственно при штурме замка, но пришлось чуть пораньше.

Что они готовят на этот раз?

Тоже големов решили сделать? Земляных… Или даже каменных… Плохо дело…

Но хуже всего то, что с последней атакой я несколько перенапряглась. Не стоило этого делать. Так и перегореть можно. Придется начинать все с нуля… оно вроде как и неплохо в компании с Кэррэлом, что в последнее время изрядно прибавил в мощи и выносливости, но все равно жаль будет потраченного времени.

— Кэррэл…

— Да?!

— Пора действовать твоей новой подружке… я уже на пределе… могу работать только в защите… И пусть поторопится…

— Понял.

Лития. Девушка-лич

О, боги! Сколько вокруг разлилось эманации смерти! Я буквально тону в ней!!!

И неудивительно — ведь гибнут десятки, сотни, да нет, уже тысячи разумных!

Проклятье, надо сосредоточиться, а не получать… кайф, как выражается Киррил, что бы это ни значило. Но ощущения… да, именно ощущения, правда, те немногие, что доступны только личам, действительно непередаваемы, почти как при близости… пике близости.

А этой близости мне в последнее время крайне не хватает, учитывая, что я могу чувствовать то же, что и живой человек, правда, только если я нахожусь внутри ауры рассара. Но так всегда: получив малое, хочется большего…

Но он брезгует…

Впрочем, глупо на него за это обижаться. Вряд ли бы я сама пожелала иметь близость с полутрупом, пусть и частично оживающим рядом с тобой… Как представлю, что… так саму всю сотрясает от омерзения. Бр-р…

Так что я еще должна быть благодарна Киррилу за то, что он позволил остаться рядом с ним, в его замке и практически каждый день находиться в своей ауре, чтобы я могла чувствовать вкус жизни. Вряд ли кто-то пошел бы на такое.

И я искренне ему за это благодарна.

Но надо сосредоточиться и воспользоваться разлившейся некротической энергией. Обычной живой манной, так свободно изливающейся из рассара, я пользоваться практически не могу, так что предложенные раньше им заряженные мифриловые накопители мне без надобности.

Но без подарка я все же не осталась. Буквально перед самым выходом, предварительно порасспрашивав о моих возможностях, способностях и всем прочем, Киррил подарил мне посох некроманта из все-того же сырого мифрила, выполненный в виде позвонков с черепом-навершием. Тоже по-своему накопитель, но наполнить его энергией, специфической маной, могу только я.

Вообще-то подобные посохи некроманты делают из кости, самые простые — из костей измененных животных, самые хорошие — из кости дракона, самые сильные — из костей феникса. А феникс, вопреки распространенному мнению, птичкой была большой, размером с человека! Но я думаю, что посох из сырого мифрила ничем не хуже посоха из костей феникса, а может, даже и получше будет!

В общем, я принялась тянуть некроэнергию и закачивать ее в посох.

Опыта поначалу не хватало, но мало-помалу я все же стала тянуть некроманы все больше и быстрее. Посох от этого становился темным, все темнее и темнее…

Вновь я почувствовала дуновение ветра и запахи… В первую очередь запах Киррила.

— Лития… ты как, в норме? — спросил он меня обеспокоенно.

Наверное, со стороны я выглядела как минимум странно, превратившись в неподвижную статую.

— Вполне…

— Обстановка становится критической. Олграна выложилась полностью, големы понесли серьезные потери, а лучники с кавалеристами и Ссашшиллессой едва справляются с прорывами.

Я окинула поле боя взглядом. Да уж, обстановка, пока я вбирала некроману забыв обо всем, действительно сильно изменилась, и не в лучшую для нас сторону.

Но вампиресса какова!

— Твой выход…

Я улыбнулась.

Да, сейчас настанет мой звездный час. Стрелы, что выпустили лучники, в самом начале совсем непростые. Мифрил в их конструкции не только должен был позволить пробить защиту шаманов, но и нес, как выразился рассар, бомбу замедленного действия. Осталось только ее… активировать.

И что самое замечательное, сил для этого у меня теперь более чем достаточно, хотя именно в этом и заключалось самое слабое место при составлении плана. При начальных возможностях я этого просто не осилила бы. А сейчас… с легкостью!

Я сосредоточилась, окинув пространство истинным зрением, узрела свои плетения в стрелах, что все еще находились в плоти и уже пустившие «корни», и активировала их посылом некроманы.

— Встаньте!!!

И в тылу противника зашевелились мои некросы, одержимые жаждой смерти и убийства, дополнительно набирая силу от разлившейся вокруг эманаций смерти, становясь все сильнее и подвижнее. А набравшись сил, стали кидаться на ближайших живых.

Кирилл. Командующий в полном опупении от развернувшихся событий

В какой-то момент я почувствовал, что сейчас все рухнет. Хотя сначала казалось, что все идет превосходно: хоть и пришлось растратить все пули с хладным железом, но оно того стоило, шаманка наворотила среди шаманов дел. Но, как выяснилось, перестаралась и перенапряглась, а шаманы между тем чего-то замутили серьезное. Я в бинокль отлично видел, как к ним начали таскать зазомбированных, чтобы не сопротивлялись, жертвенных рабов.

Моих големов практически всех порубили, казаки начали нести серьезные потери, а у лучников стали заканчиваться стрелы.

Капец!

Положение пока спасала вампиресса, то и дело переходившая в туман, — буквально осушала десятки орков. Но даже она не смогла прикрыть всех дырок в нашей бочке, что с каждой минутой становится все более дырявой.

В какой-то момент пришлось всерьез подключиться мне со своей винтовкой, и я начал садить длинные очереди ледяных игл, буквально скашивая противника как косой.

Но и я в этом плане не беспределен. Энергию из моей ауры мое оружие сосет со страшной силой, особенно когда приходится переходить на файерболы. А приходилось, так как некоторые отряды орков оказались хорошо оснащены доспехами и ледяные иглы о них просто крошились.

Олграна посоветовала обратиться к нашей последней надежде. То есть к Литии.

А еще хотели выгнать ее — нежить, дескать. Вот и пригодилась…

Надежда действительно последняя, тем более что многого в самом начале она пообещать не могла. Да и сейчас выглядит как-то странно, застыла статуей с посохом в руках и улыбается…

Но все оказалось лучше, чем можно было ожидать. Лития как некромант, более того — лич, напиталась некроэнергией и устроила настоящий праздник смерти.

В тылу противника в считанные секунды восстали мертвые и обрушились на своих еще живых соплеменников.

Более того, они сбили камлание шаманов, коим пришлось отвлечься, чтобы начать массово упокаивать восставших. Но это из-за мифриловой начинки стрел оказалось задачей непростой. Мертвяки не желали упокаиваться, по крайней мере в массовом порядке: падали два-три за раз, но не десятками, как рассчитывали шаманы.

Давление на нас сразу же ослабло, орки оказались между молотом и наковальней — ведь трупы восстали в том числе по всей глубине поля. Тем более что Лития не успокаивалась и начала поднимать обычные трупы, коим мифриловых стрел уже не досталось или были убиты големами. Хотя от последних зачастую восставать было нечему, потому как если они кого рубили, так пополам, кроили головы, сносили их прочь… Но кто-то все же восставал и принимался за свое черное дело.

Минута этой кошмарной битвы, скорее уже избиения, — и орки дрогнули, эти яростные, дерущиеся до последней капли крови, практически никогда не отступающие, стали откатываться назад.

К концу сражения от десятка тысяч орков из боя вышло хорошо если тысячи две. Но даже они выглядели весьма потрепанными, большинство серьезно ранено.

Опасаясь выживших шаманов, преследовать мы их не стали. Не стоит загонять противника в угол, это опасно непредсказуемыми последствиями. Кто-то может стать камикадзе, пожертвовав своей жизнью и тем самым призвав какой-нибудь оживший кошмар.

— Все… победа…

Глава 7

Кирилл. Победитель орков!

Отбились-таки, подумал я с огромным облегчением.

Глядя на поле, на ум пришли слова Лермонтова: «Смешались в кучу кони, люди». В нашем случае все было усеяно трупами орков, пусть и частично ходячими, убитыми верховыми быками, порубленными големами и догорающей «артиллерией», а еще, что хуже всего, телами моих казаков и ополченцев.

Зомби, потеряв цель, бесцельно бродили по полю, кто-то из них время от времени вдруг впадал в ярость и обрушивал свой ятаган на раненых, а потом вновь переходил в «вялый» режим.

— Лития, может, ты их все-таки упокоишь уже? Орки бежали и уже вряд ли сунутся назад. По крайней мере, не сегодня, это точно.

Девушка-лич только улыбнулась.

— С легкостью, но если ты позволишь, Киррил, я сделаю еще кое-что — глупо пропадать такому ресурсу, — указала она на поле.

— Да делай что хочешь! — махнул я рукой, не желая разбираться, что именно задумала девушка-лич.

Плохого не сделает. Надеюсь…

— Спасибо, Киррил!

Лития подбежала к шаманке.

— Олграна, ты можешь сделать большую яму в центре этого поля? — спросила она.

— Насколько большую?

— Примерно шагов двадцать на двадцать и глубиной в десять.

— Ты хочешь их захоронить?

— Примерно…

— Я могу их всех сжечь…

— Не нужно.

— Хорошо, сейчас попробую… — кивнула, похоже, не очень хорошо соображающая от перенапряжения шаманка и стала отстукивать ритм на бубне.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом буквально в самом центре поля стала появляться ямища. Минута — и котлован был вырыт высшим элементалем земли. Похоже, для Олграны они теперь вполне доступны, не то что раньше.

— Спасибо, — даже хлопнула в ладоши Лития и стала магичить.

Вот ходячие трупаки, стали хватать за руки или ноги своих неподвижных собратьев и стаскивать их к вырытой братской могиле.

— Постой, Лития… — остановил я ее.

— Что?

— Хабар надо снять. На них куча всяких ценностей, но главное — оружие.

— Хорошо. Пусть твои подданные обирают подносимые трупы, — кивнула девушка-лич на казаков и лучников.

Те уже пришли в себя, то есть хорошо подлечились оздоровительными амулетами. Общие их потери (до лучников все же прорвалась одна из групп и успела хорошо порезвиться, пока их всех не завалили) составили около трех сотен.

— Лагрош! Танарис! — позвал я казачьего атамана и временного командира лучников.

— Да, господин?

— Пошлите своих лю… подчиненных собрать все ценное с подносимых к яме трупов.

— А как же эти… — замялся Танарис.

— Они вас не тронут. Лития гарантирует. А когда всех стаскают к могиле — упокоит. В качестве поощрения половина всего, что найдете, кроме оружия, — ваша. Можете еще ножички себе забрать, в общем, все, что понравится, сапоги там, личные вещи. А также кожаные доспехи.

— Конечно, господин… Благодарю, господин, — явно обрадовались мародерке полукровки.

Казаки и лучники чуть ли не наперегонки бросились на шмон орков. Орки ведь, как правило, все свое носили с собой, так что ценностей при них должно быть достаточно. По крайней мере для нищих лучников и казаков это будет настоящее богатство, особенно учитывая, сколько пало орков. Всех не обобрать по полной, хорошо если только сливки снять удастся, все самое лучшее. В любом случае они хорошо прибарахлятся.

Обобранные трупы отправлялись в яму, которая стала медленно, но верно заполняться. Рядом росла куча железа в виде ятаганов и прочего колюще-режущего оружия, а также доспехов и другого барахла.

Ну что же, по крайней мере, чтобы снарядить легион деревянных солдат, стали хватит, подумал я. Недостающее количество откуют мои кузнецы. Доспехи можно раздать казакам и ополченцам, тем «голым», что прибудут ко мне на ПМЖ после этой битвы из Степи и Топи.

Что касается моей армии големов, то потрепали ее знатно. От более чем тысячи в строю осталось немногим более двухсот. А уж как они выглядели — это просто кошмар, все порублены. Максимальное количество рук, оставшихся после боя, — две. У кого-то остались только обрубки, — впрочем, этим инвалидам это, похоже, ничуть не помешало крушить своих врагов и обрубками, если судить по степени их замаранности кровью. Особенно те, кому руки срезали под острым углом: получились своеобразные копья…

Да уж, ремонт займет реально много времени.

А что касается новой армии, то тут меня ждут проблемы. Души-то взять неоткуда. Вряд ли слинявшие шаманы во время драпа не озаботились прихватить свои бубны и бубны погибших коллег. А собственных запасов душ даже на новую тысячу не хватит.

Положение могли бы спасти раненые орки. Можно было бы отдать их шаманке, но найти их среди такой кучи тел — задача не из простых, да и зомби постарались всех уконтрапупить окончательно. Так что те оставшиеся погоды не делали, учитывая что Олгране еще придется хорошо потренироваться, прежде чем она научится изымать души.

Но я все равно решил, что по приезде отдам приказ об изготовлении новой деревянной армии. Уж очень понравилось мне, как она действовала. А что касается душ, то что-нибудь придумаем, или какая возможность их получения появится.

Навскидку можно поговорить со стариками — их, правда, среди вновь прибывающих переселенцев крайне мало, жизнь и в Степи, и в Топи несладкая, и старики долго не держатся, но все равно, если кто-то готов отдать свою душу в момент естественной смерти добровольно, достаточно простого амулета-уловителя души. Конечно, не за просто так, а за вознаграждение для еще живых родных старика или, например, при освобождении сына или внука от обязанностей ополченца в случае войны.

Думаю, согласятся многие. Они ведь ничего не теряют.

— Ну, а ты как? — поинтересовался я состоянием тяжело дышащей Ссашшиллессы, с ног до головы залитой кровью.

Последние ее превращения в туман, когда счет убитых ею стал приближаться к тысяче, обрели кровавый отсвет, то есть если первые превращения имели именно белесоватый окрас, то к концу сражения уже красный…

— Превосходно!

— Я и не сомневался.

— Я стала полноценной высшей, первой, кто смог перейти в состояние тумана после Войны! Ты понимаешь это?!

— Понимаю…

— О! Какое это счастье!!!

А мне все же надо поинтересоваться историей этой Войны, что там к чему и почему, если уж с нее начали новое летосчисление. Должно быть, это была не просто эпохальная война, а настоящий перелом.

— Кстати, у меня такой технический вопрос, — с усмешкой сказал я, — как же так получалось, что ты каждый раз обратно превращалась одетой?

— А как еще?

— Ну, в туман превращаешься ты, а не одежда…

— Превращается все, что находится в зоне ауры… а то раз превратишься — и все, в буквальном смысле голой останешься. Куда такое годится?

— Ну да…

Подошел к орчанке. Ее состояние меня волновало больше всего. Ведь не без ее помощи сегодня погибло столько ее соплеменников. Тысячи!

— А ты как?

— Нормально… Я бы даже сказала — прекрасно…

— В смысле? — удивился я.

Похоже, ей гибель сородичей вообще до лампочки… или осветительного файербола.

— Все мои энергоканалы стабилизировались и больше не будут деградировать. Более того — их можно попробовать даже еще расширить… Так что с тебя сегодня причитается. Ты уж постарайся! Мне нужна живая энергия!

— Всенепременно…

Уже когда стало темнеть, работа мертвяков по стаскиванию трупов (да и не только трупов, похоже, они в яму еще и тяжелораненых до кучи поскидывали) была закончена, более того, Лития загнала самих этих носильщиков в яму и упокоила.

— Олграна, присыпь ямку, пожалуйста… — попросила она.

— Без проблем…

Шаманка несколько раз ударила в бубен, и поверх ямы с трупами образовался слой земли, настоящий курган.

— Спасибо! — пискнула Лития и побежала вприпрыжку к получившемуся кургану братской могилы.

— Чего это она? — спросил я.

— Не знаю… — пожала плечами орчанка, все еще пребывая «не здесь», а тестируя собственное состояние и возможности.

— Сейчас увидите, — с загадочной улыбкой ответила вампиресса, недавно пришедшая в себя и почистившаяся.

— Ты знаешь, что она задумала?

— Догадываюсь.

— И что же?

— Сейчас увидите, — повторила вампиресса.

Спрашивать дальше бесполезно, осталось только наблюдать — и мы наблюдали, как Лития, взобравшись на земляной холмик, немного постояв с отрешенным видом, поводила слегка руками, а потом всадила прямо в самый центр кургана свой мифриловый посох на две трети его длины.

В следующий миг на поле словно сгустилась тьма, заклубился темный туман. Меня аж озноб всего пробрал. И вот эта тьма стала стягиваться со всех концов поля боя, становясь все более темной и плотной, охватила курган и стала в него медленно впитываться.

— Что она задумала, ч-черт ее подери?! — не выдержал я этого наводящего ужас представления.

— Сейчас увидишь, — повторила слова вампирессы орчанка, тоже догадавшаяся, что к чему, и, похоже, не имеющая ничего против.

Что ж, смотрим дальше.

И я увидел, как курган, словно живой, начал ходить ходуном. Лития, оставив посох на вершине, поспешно вернулась к нам. Я даже спрашивать ее ни о чем не стал, чтобы не получить уже знакомый ответ. Наконец вся тьма с поля впиталась в ходящий ходуном курган, ухнул вниз посох, обрушился внутрь себя холм, а в следующий момент его разметало, в воздух фонтаном взлетела земля, словно взрывом от авиабомбы.

И еще мгновение спустя из кургана стремительной тенью вырвалось нечто кошмарное, едва различимое из-за скорости вылета, но то, что кошмарное, это без сомнения. Потому как вряд ли что-то может получиться прекрасное из трупов и магии смерти. Хотя, конечно, с какой точки зрения посмотреть… Разные есть эстеты.

— Что это?! — воскликнул я, едва не дав деру, как то с криками ужаса сделали казаки и лучники.

Но им простительно, а мне лицо терять никак нельзя.

— Костяной дракон! — с восторгом глядя в небо, ответила Лития.

И правда в чудовище, просвечиваемом насквозь, сделавшим круг над поляной, я узнал очертания летающей рептилии в костяном исполнении, огромный размах крыльев, хвост, башка с кучей острейших зубов. Но главное — в глазницах горел огонь да из пасти вырывались огненные сполохи.

Сделав пробный полет, дракон пошел на посадку, точно на нас. И вновь я едва удержался от побега. Тут нет ничего удивительного — невольно ноги подогнутся, когда на тебя летит дышащая пламенем огромная туша, само порождение ужаса.

Но нас не снесло, лишь немного качнуло воздушным потоком. Дракон приземлился метрах в десяти, подошел к вышедшей ему навстречу Литии и, склонив голову, разжал пасть, в которой оказался зажат ее посох.

Ну, блин, точно дрессированная на команду «апорт» собачка… даже хвостиком пару раз махнул. Еще бы тявкнул.

Что касается внешности, то при ближайшем рассмотрении я сразу заметил в его костях витиеватый рисунок из алюминия-мифрила. Ну конечно же! Стрелы-то из трупаков не вытащили, и ценный металл пошел в дело!!!

Интересно, это дает ему какие-то преимущества, силу, возможности? Да наверняка, мифрил — это мифрил. Тут двух мнений быть не может. Ясное дело, у нее получился супер-пупер-дракон, всем на зависть и кошмар.

— Спасибо. Нарекаю тебя… Черной Молнией.

Я невольно хмыкнул. Этого одноименного фильма у меня в видеотеке нет, так что данное дракону имя от летающей двадцать первой «волги» просто забавное совпадение.

Костяной дракон встал на дыбы и с ревом выдал из пасти огненный шлейф. Из глаз его тоже вырвались снопы огня с искрами.

— Скорее уж огнемет… — буркнул я. — Пополам с бенгальским огнем. Хорошо, что хоть из задницы реактивная струя не бьет…

Когда дракон вновь принял горизонтальное положение, Лития ловко по костям, как по ступенькам, взобралась ему на спину.

— Может, кто-то со мной хочет полетать? — поинтересовалась она.

— Не-не-не!!! — хором отозвались мы, даже отмахиваясь руками.

— Может, в другой раз? — добавил я, чтобы не обидеть девушку.

Тем более что полетать действительно было бы неплохо. Все развлечение. Да и чувствую, по делам баронства придется помотаться на нем…

— Ну, как знаете, а я немного полетаю…

Дракон по команде наездницы взмахнул крыльями и, оторвавшись от земли, плавно взмыл в чернеющие небеса.

— Да уж…

Все мои подруги, разве что за исключением Зеленоглазки, от этой битвы что-то получили, о чем только мечтали, даже нечто большее.

Олграна — укрепление раскрывшихся во время беременности, но начавших угасать после родов магических каналов.

Ссашшиллесса — переход в туман — мечту всех вампиров с момента Войны. Теперь она по-настоящему истинная высшая.

Лития — костяного дракона. Так что в следующий раз у нас будет воздушная поддержка.

Один я поимел лишь груду зазубренных ятаганов и кожаной рухляди… Ну еще несколько десятков тонн говядины. Тоже весьма нелишний ресурс. Подданные из тех, что переселились зимой, вообще-то в последнее время живут сильно впроголодь, можно подкормить.

В замок возвращались с триумфом. Я Зеленоглазке с помощью амулета связи отзвонил победный сигнал, и все было готово к пиру. Перед пиршеством только в специально отстроенной баньке как следует попарился с той же Зеленоглазкой (а то джакузя как-то приелась уже), не забывая о советах Олграны по «программе снижения рождаемости».

Потом был пир горой. Выставил казакам да лучникам четыре больших бочки с вином, и они, обжираясь мясом, их бодро выдули, горланя песни до утра, после чего, сгибаясь под грузом трофеев и пошатываясь, навострили лыжи по домам.

Лития явилась в замок только на третий день.

— Что-то ты долго, — сказал я. — Мы уж беспокоиться начали.

— Так эти паразиты разбежались по горам, вылавливай их…

— Так ты что, за отступившими охотилась?

— Ну да… надо же было понять, чего стоит моя Черная Молния.

— А она что, самка? — удивился я только сейчас. — Это же костяной дракон…

— По крайней мере, принадлежности к самцам у нее точно нет… — фыркнула Лития.

— Ну, дык, и плоти нет…

— У драконов там тоже есть кость.

— М-да… — немного стушевался я. — Ну так чего с тестированием? Каковы результаты боевого применения у твоего творения?

— Нормально, мне понравилось, никто до степи не добрался.

— Маньячка. А бубны шаманов прихватить не догадалась?

— Было бы что прихватывать! — засмеялась лич. — Все в прах!

— Жалко. Кстати, где сейчас дракон… ша?! — озаботился я.

— На крыше сидит…

Я чертыхнулся. У меня, наверное, все обитатели замка разбежались кто куда от страха. О чем я и ругнулся уже вслух.

— Не беспокойся, я прилетела в режиме отвода глаз.

— Стелс… — буркнул я. — В любом случае ему… ей надо другое место парковки найти. Даже когда дракона… шу перестанут пугаться, на крыше ей все равно не место.

— Найду пещеру, и она будет жить там, — согласилась Лития.

— Отлично. Кстати, а как у твоей Черной Молнии с грузоподъемностью?

— А что?

— Ну сколько сможет поднять без перенапряга и доставить на расстояние… ну, пусть на тысячу километров?

— Да хоть быка или даже двух, по одному на лапу. Да еще внутрь можно набить… Особенно если маны в достатке.

— А маны обычной или только с приставкой «некро»?

— Можно обычной.

— Зачем тебе такие подробности? — с подозрением спросила меня Олграна.

«Думает, что ты от нее слинять решил», — хохотнуло мое второе «я».

Похоже на то…

— Да было бы неплохо слетать в одно место и кое-что забрать.

В общем, успокоив шаманку, я рассказал о том, что у меня в лесах гоблинов осталось транспортное средство. Грех его там бросать. Здесь он тоже как транспорт не нужен, бензина нет (кроме того, что в баке осталось), дорог нормальных тоже нет, хотя с топливом в принципе можно похимичить, но в мотоцикле полно хладного железа. Свои последние запасы я во время битвы с орками растратил. Было бы неплохо пополнить такой ресурс — мало ли какие гости еще незваные заявятся.

В этом со мной полностью согласились.

— Не вижу проблем, — сказала Лития. — Черная Молния подцепит лапами твой мотцо… транспорт и доставит сюда. Вот только как его найти в тех лесах? Думаю, вряд ли ты опознаешь место своего появления с высоты…

— Это верно, — согласился я, опечалившись.

— Тут тоже проблем нет, — сказала Олграна. — Я могу сделать поисковой амулет. У тебя есть что-то от твоего моттоццэикла?

Я кивнул.

— Зеркальце есть.

— Ну вот, сделаю на его основе амулет, и он приведет вас к нему.

— Отлично! Через пару дней можно сгонять! — обрадовался я.

Лития только широко улыбнулась. Ну как же, несколько дней я буду с ней, сидеть у нее за спиной, и она прочувствует полет во всей полноте человеческих чувств.

Но меня ей все равно не соблазнить! Пусть даже не надеется!

— Да и вообще, может, контрабандой чего-нибудь займемся, будем по воздуху грузы доставлять в обход всяких там таможен и разбойников.

Над таким способом использования костяного дракона только все посмеялись.

За оставшиеся два дня Лития нашла своему монстру место постоянного проживания, небольшую пещерку в паре километров от замка, так что КД находился практически под рукой и в считанные минуты мог появиться по первому зову хозяйки.

Я озадачил ее составлением карты прилегающих земель.

— Берешь вот этот технический артефакт, именуемый фотоаппарат, и, пролетая на максимальной высоте, делаешь снимок, нажимая на эту кнопочку…

— Да знаю я, что это и как работает, — сказала Лития. — Ты уже показывал…

— Ну да…

Я ее действительно сфоткал как-то раз (в одежде! буду я еще личей голяком снимать), что не осталось без внимания. Детишек также фотографировал, меня самого с ними и гражданскими женами фоткали. Вот Лития, собственно, и фоткала… В общем, делал типа семейный фотоальбом.

— Ну да, запамятовал… Ну вот, сфотографируем все с высоты и сделаем нормальную карту земель, перерисовав потом все на полотно. А то имеющаяся больше на детский рисунок смахивает. Но этим ты займешься после полета за мотоциклом.

— Хорошо…

Олграна наконец сделала мне из зеркальца от мотоцикла поисковый амулет, и можно было собираться в путь на его поиски и доставку.

Мелькнула все же шальная мыслишка просто свинтить отсюда навсегда, думаю, Лития не откажет меня куда-нибудь увезти. Но мысль эта оказалась не просто шальной, а какой-то невменяемой. Ну, и куда я, собственно, свинчу? Тут уже все обустроено, защищен, так что бежать исключительно ради побега от Олграны? Глупость. Тем более что неприятностей от нее мне никаких нет, наоборот, одни лишь приятности.

И потом, не факт, что в моих вещах нет магического жучка, по которому она меня отыщет хоть на другой стороне планеты. Вот сама винтовка и может являться таким сигнальным маяком, а от нее я ни за что не откажусь, потому как без нее беззащитен словно ребенок.

В общем, загрузился я по полной, эвакуационный парашют прихватил, и вооружился тоже.

Воздушный извозчик меня уже ждал на крыше с восседающей на нем Литией. Провожать пришли все, будто я отлучаюсь не на пару дней максимум, а на пару недель.

Взобрался на заднее сиденье, которое трансформировалось из позвонка. Жестковатое, правда, но тут ничего не поделаешь — кость. Может, подушку стоило прихватить?

— И что, никаких креплений, кроме держателя для рук? — удивился я.

— Ты не упадешь.

— А если «мертвую петлю» придется делать, или там «бочку»?

— Что делать? Никогда не слышала о подобных заклинаниях… Наверное очень мощные, особенно «мертвая петля»?!

— Это не заклинания…

Пришлось коротенько рассказать о фигурах высшего воздушного пилотажа. Рассказал бы больше, но… Хреново, «если не знаешь, да еще и забыл!!!»

— Интересно, — задумчиво отозвалась Лития. — Надо обязательно попробовать!

— Только без меня!!!

— Хорошо…

Лития что-то прошептала — и пара ребер драконши трансформировалась так, что обхватила отростками мои ноги. Появилась спинка.

— Так лучше?

— Гораздо…

— Тогда держись!

И прежде чем я успел что-то сказать, Лития скомандовала своей Черной Молнии, и летающая нежить рухнула вниз с башни, расправляя крылья, которые по всем понятиям никак не могли держать такую тушу в воздухе. Но это магия. Все никак к ней не привыкну.

А дальше начался кошмар с переворотами и прочими кульбитами.

— А-а-а!!!

От ужаса орал, конечно же, я. Дальше следовала непереводимая игра слов с использованием местных идиоматических выражений.

Пипец! Твою ж мать! Научил на свою голову!!!

— Ты же обещала!!!

— Извини! Не могла удержаться!

Костяная драконша выровняла полет, и, сделав спокойный облет крепости, мы направились на восток, в гоблинские леса.

— А почему ветра нет? — спросил я, когда мы уже порядочно отлетели, я освоился и перестал трястись как осиновый лист.

Хорошо еще, что не проблевался.

На самом деле ветерок дул, но такой легкий, приятно освежающий лицо.

— Я поставила сферу… А ты хочешь с ветром?

— Нет, просто поинтересовался.

Внизу за считанные минуты пролетали сопки, на которые требовались многие часы пешего хода. Да, удобная все-таки эта штука, воздушный транспорт. Летишь себе… внизу мелькают пока еще очень редкие деревеньки.

Вот и степь началась. Пусто. Только несколько стад, принадлежащих казакам, у самых гор паслось.

Скоро покажется кратер, где я спас Олграну от изъятия души недобросовестным шаманом.

Но прежде мое внимание привлекла стая птиц на горизонте. Я, заинтересовавшись ими подробнее — больно много их, и, в отличие от остальных летающих потомков динозавров, не спешили разлетаться в стороны при виде костяной драконши, — достал бинокль и посмотрел на стаю.

— Что за… — пробормотал я в растерянности, так как от птиц во встречных существах были только крылья. — Лития, посмотри, что это за твари?

Я передал бинокль девушке-личу.

— Горгульи!

— Нам это опасно?

— Не знаю… но я вообще не понимаю — что они тут делают?

— Как я понял, тут их быть не должно?

— Да. Они обитают в Проклятых землях и редко покидают их.

Я перекинул из-за спины на грудь винтовку. Не нравятся мне эти птички-мутанты…

— Хм-м, это уже не первый случай, когда твари Проклятых земель покидают ареал своего обитания. И как я понял, они летят к нам, и вряд ли ради того, чтобы поздороваться…

Так и оказалось. Стая горгулий, состоящая из более чем тридцати голов, с пронзительными криками бросилась на нас со всех сторон. Завязался ожесточенный воздушный бой.

Я с ходу открыл огонь иглами, выдав серию на полсотни, и изрешетил одну такую птичку, но это не произвело на нее особого впечатления. Та «споткнулась» и камнем полетела вниз, но довольно скоро пришла в себя и начала быстро набирать высоту, атакуя снизу. Живучие, твари!

Одну птичку спалила Черная Молния, обдав своим дыханием смерти, так что вниз полетела горстка праха. Еще одну птичку сделала Лития, и вниз полетел комок гнили.

Я переключился на огонь файерболами и тоже завалил одного противника. Но черт возьми, это оказалось слишком энергозатратно: после длинной очереди я почувствовал дурноту. А может, все дело в маневрах костяной драконши? Все-таки выписывала в небе те еще кренделя, так что комок к горлу подступал.

Меня пару раз успели цапнуть когтями и даже сорвали парашют. Один разок даже тюкнули клювом по голове, и если бы не шлем, то хана моему черепку, пробили бы как яичную скорлупу. Да и так в глазах помутилось…

Мне пришлось переключиться на обычные пули. Ну как обычные, Гонглир изготовил мне мифриловые. Правда, мифриловой была только оболочка с миллиметр толщиной, а в этот наперсток уже заливался свинец для массы. Все-таки чисто алюминиевая пуля даже самого крупного размера получалась слишком легкой.

Вот таким боеприпасом, да еще с наложенными заклинаниями от Олграны (она поставила их на огонь) и Литии (лич, конечно же, зачаровала пули из своего арсенала магии смерти), я и разразился.

Пум… и первая же пуля, буквально разрывает на части одну из атакующих горгулий. Шестой пулей от Литии я свалил еще одну уродскую птичку, та упала засохшей мумией.

От меня не отставала ни Лития, ни ее питомица. Так что стая продолжала быстро редеть. Лишь на моем доспехе прибавилось глубоких царапин. Ну и контузили все же немного. Столько раз по голове получить…

Но меня это не останавливало, и, быстро перезаряжая барабаны, я расстреливал мифриловые пули иногда добавляя файерболами, если ситуация становилась критической.

А барабанов у меня полно! Гонглир сделал мне аж двадцать штук. Баллон с воздухом тоже менять не надо — элементаль воздуха работал четко, нагнетая в него воздух до нужного давления.

Воздушный бой в итоге через десять минут бешеных кульбитов закончился в нашу пользу.

— И что это только что было? — поинтересовался я, едва переведя дух, но ответа не услышал.

А вот и кратер, он же Чаша, место силы для шаманов орков. Даже с приличной высоты и без использования бинокля стало видно, что там что-то не то.

— Снизься немного, — попросил я.

Черная Молния, повинуясь командам хозяйки, снизилась почти до земли, и я смог разглядеть, что в кратере идут масштабные земляные работы. Какие-то уродцы в драной одежде, отдаленно напоминавшие гремлинов, но очень сильно измененных, усердно копались в самом его центре.

И чего они там ищут? Метеорит?

Логично, если предположить, что он является источником силы этого места. Вот только кому он понадобился, учитывая непонятных созданий, занимавшихся его добычей?!

— Что будем делать? — спросила меня Лития с озабоченным видом. Тоже поняла, что дело тут нечисто.

— Жги.

Лития только кивнула, и Черная Молния пошла на боевой заход.

В нас от уродцев размером побольше и выглядевших получше полетели какие-то магические конструкты, но разбивались о защиту костяной драконши. Мифрил в составе ее костей делал свое дело. Так просто ее не возьмешь, тут нужна магия высшего порядка.

Пикирование, выдох смерти — и от полусотни уродцев внизу не осталось и праха. Некоторые успели разбежаться, но в них пострелял я, и Лития добавила своими файерболами из серых сгустков, обращавших жертву в прах. Чем-то это напомнило охоту на волков с вертолета… Драконша опять же точечно поплевалась. В итоге в живых в кратере никого не осталось.

— А что с камнем будем делать? — оглянувшись, спросила Лития.

А метеорит действительно успели уже откопать. Кто же это был? Кто их послал?

Меня откровенно тревожили участившиеся вылазки всяких тварей из Проклятых земель. Мы находимся с ними в слишком близком соседстве, как бы проблем не поиметь.

— В замок утащим. Думаю, Олгране он наверняка пригодится.

— Это точно. Будет ей подарок…

Драконша, подлетев, подцепила камень и не без натуги отбуксировала на несколько десятков километров, бросив у приметных трех холмов, прямо между ними.

— Потом заберу… а пока пусть тут полежит, если еще кто-то заявится в Чашу, потеряв связь с теми, что там копались…

Я только кивнул. Верное решение.

Дальнейший полет за мотоциклом случился без происшествий. Амулет Олграны, работавший по типу компаса, не подвел, и к вечеру мы вышли точно на место моего появления в этом мире. К счастью, гоблины не раскурочили моего стального зайчика, более того — сделали его чем-то вроде объекта культа, вроде идола, приносили ему всякие подношения… Уж не знаю, за кого они его приняли, — духа, демона, еще какую эзотерику…

Волга… то есть Черная Молния, сделав заход над лесом, выжгла в нем пламенем праха взлетно-посадочную полосу и мягко села. Мне осталось только подкатить свой байк, чтобы драконша схватила его лапами. Переночевали и спокойно улетели.

Добравшись до замка, сделали вторую ходку и приперли этот метеорит.

Олграна сначала обалдела, потом обругала нас за святотатство, но когда узнала, в чем дело, похвалила и тоже обеспокоилось странной активностью тварей из Проклятых земель.

Камню же она быстро нашла применение, заложив куда-то под черную плиту на крыше, для чего ее пришлось немного перестроить. Я, честно сказать, так и не понял его назначения в шаманском искусстве. То ли он усиливал камлания, то ли еще чего… в общем, не моя епархия.

Мое дело — мотоцикл.

На остатках топлива я покатал на нем своих подруг по тропинке вокруг замка. Заводить, правда, пришлось с толкача, но это не беда… всем очень понравилось, особенно Зеленоглазке. Но все хорошее когда-нибудь кончается, закончилось и топливо.

Курочить «восход» было жаль до слез — память о родном мире все-таки, — но стратегические материалы в нем ценнее его как транспортного средства и даже памяти.

Впрочем, его запчасти послужили для создания другого комфортабельного транспортного средства, сиречь брички о двух колесах, с амортизаторной системой, так что получился весьма мягкий ход.

Помимо хладного железа, я от байка поимел электрическое освещение в своей спальне! Хотя, конечно, это скорее было больше моей блажью, чем необходимостью. Местные магические источники света ничем не хуже, а то и получше электрического, тем более такой невысокой мощности.

Где электричество взял, тем более что молний давно нет, да и мощные они слишком для лампочки от фары? А багдадские батарейки на что?! Вот и налепил я этих аккумуляторов. Добывать с их помощью мифрил даже не пробовали. Понятно, что ни напряжения, ни силы тока недостаточно.

Правда, садятся эти батарейки довольно быстро (лампочек-то у меня две, одна в запасе лежала, плюс десять мелких с учетом запасных — настоящая новогодняя гирлянда, блин, получилась!), потому хочу сделать более надежную и мощную систему через… «дрыгалку». От нее же энергия к свече идет. Вот и нужно сделать так, чтобы рабочий ход был безостановочным, скажем, через пропеллер, и получу постоянное электричество, для местных — чудо чудесатое.

Глава 8

Кирилл, обеспокоенный собственной безопасностью при полетах на костяной драконше

В связи с полетами на костяной драконше лично для меня в полный рост встала проблема со средствами спасения в случае авиакатастрофы. Местные этот вопрос как-то игнорируют, как и наши воздухоплаватели в начале эры полетов, из-за чего бились в лепешки десятками, но я человек просвещенный, а следовательно, очень дорожащий своей во всех смыслах драгоценной шкуркой.

Правда, есть уже опробованный вариант с куском материи два на два метра и элементалем воздуха, но это все же не слишком надежная связка. Элементаля могут прогнать, а на таком куцем парашютике не спастись.

Нужен реальный купол. При этом от элементаля тоже отказываться не стоит.

В общем, девушки, принятые на службу в замок, мне его сшили по чертежам, какие смог отыскать у себя в голове. И основной, и запасной. Все это дело уложили в две также специально сшитые сумы.

Осталось это дело испытать.

Мою кандидатуру в качестве испытателя зарубили на корню.

— Даже не думай! — заявила Олграна уперев кулаки в бока, и остальные ее поддержали весьма выразительными взглядами.

— Да не очень-то и хотелось… — пожал я плечами и оглянулся в поиске добровольца.

Но под моим взглядом все присутствующие, посвященные в планы испытания — Пармер, Гонглир с сыновьями, гарнизонные солдаты, — бледнели и отшатывались назад, словно их тугим порывом ветра сдувало.

Мой взгляд остановился на Буратино — Железном Дровосеке, постоянно маячившем у меня за спиной со стягом во второй паре рук за спиной.

Только он остался невозмутим. А что с него возьмешь, деревяшка ведь тупая, пусть и железом обитая… Может, ему иголок в башку натыкать, или чего там огородному пугалу волшебник Изумрудного города в бошку накидал?

— Нет, не пойдет…

— Почему? — удивилась Ссашшиллесса.

— Крепкий слишком и тяжелый. А мне скорость падения нужна такая, чтобы ноги не переломать, а по нему это не определить. М-да… Что ж, придется пойти по проторенной дороге и сделать испытателем какую-нибудь несчастную животину…

— Какую? — спросила Лития.

— Да свинью, например, побольше. Свиньи вообще, говорят, максимально близки к человеку по всем параметрам…

На что мои подруги только фыркнули, наверное, посчитав меня идиотом. Ну да ладно, не объяснять же им сейчас, что от свиней органы берут для пересадки. Не поймут.

— А как же она праш… парушот раскроет? — немного сбившись, поинтересовалась Лития. — Там же за кольцо дергать надо…

— Полетим вместе, я ее сброшу, одновременно за кольцо дернув…

— Как ты себе это вообще представляешь? Она же дергаться будет, и вообще…

Ну да, возни что-то многовато, признал я. Даже если свинью усыпить.

Мой взгляд упал на катапульту.

А это мысль!

— Расчету зарядить большую катапульту… и где свинья наконец?!

— Свинью его милости! — гаркнула Зеленоглазка голосом настоящего американского сержанта-инструктора, и подорвавшегося Пармера сдуло как ветром, дабы на роль свиньи-испытателя не назначили его самого.

С Зеленоглазки станется.

Она вообще в последнее время прибрала все управление замковым хозяйством в свои руки. Видно, все же сказываются наклонности великой матери и матриарха.

Через пять минут на крышу замка уже вели упирающуюся, видимо, предчувствующую для себя большие неприятности свинью. Вот уж действительно подложили свинье свинью…

— То, что надо!

Я при помощи сыновей Гонглира стал надевать на повизгивающую свинину сумки.

— Нарекаю тебя… Белкой! На Стрелку ты точно не тянешь.

Тем временем сыновья Гонглира, подхватив эту, с позволения сказать, Белку, положили ее в ковш катапульты. Я привязал бечеву к кольцу раскрытия парашюта.

Свинья визжала и пыталась свинтиться с катапульты, но поскольку ее места никто занимать не желал, испытательницу крепко держали.

— Пли!!!

Кто-то дернул за рычаг, и испытательницу, оставляющую за собой своеобразный след (оставалось только надеяться, что никто не попадет под бомбардировку), унесло в небеса.

— Ви-и-и!!!

Я в бинокль видел, как свинья буквально снесла парившего поблизости орла, так что только перья полетели.

Чего только в жизни не бывает! А ведь не видели птичку перед выстрелом…

Хлоп — и парашют раскрылся.

— Сработало! — зааплодировала запрыгавшая Зеленоглазка.

Мы поспешили вниз, к месту приземления. Пока свинина куда-нибудь не умотала и не попортила парашют, разодрав его о кусты и острые камни.

— Сдохла, — констатировал я, рассматривая труп свиньи. — Пусть земля ей… то есть сковородка ей будет пухом. Но отчего? Купол же нормально раскрылся, и ноги не сломаны…

— Она перепугалась так, что сердце остановилось, — вынесла вердикт лич. — Она умерла еще до того, как пар… парюшют раскрылся.

— Ладно, считаем испытания успешными, и это неплохо бы отметить свиной отбивной…

Таргамых, орк-шаман из рода Горячий Ветер

Опасный сосед появился у Степи. Десять родов практически исчезли, вливаясь в родственные роды бедными родственниками. Сначала погибли почти все воины, а потом разбежались полукровки и рабы, а разбегаясь, прихватили все ценное. Началось брожение среди полукровок в других родах, многие хотят перейти под руку новоявленного владетеля, прозванного уже горным герцогом, и это опасно.

Чего ждать от этого мага, засевшего в башне некроманта? От самого некроманта и то меньше бед было… Тем более что этот обокрал Чашу — священное место силы!!! Теперь это просто огромная яма…

Проклятье… как трудно держать связь даже с именным орлом. Эта предательница хорошо обложила все вокруг своими поисковыми заклинаниями. Простого орла она уже давно бы вычислила, но не моего, несущего амулет отвода глаз. С таким противником лучше принять избыточные меры безопасности…

Но что это они там делают?

Зачем они заряжают свинью в катапульту? И что это на ней?

Вряд ли хозяин замка занимается глупостью. Скорее всего, создает что-то для обороны замка или ведения войны… Значит, такой снаряд должен нанести урон. И немалый. Но какой?

Я подвел орла чуть ближе, но ничего магического не узрел. Разве что есть что-то немагическое, но очень разрушительное в этих мешках? Но зачем тогда свинья?

Да это же жертва! Точно. Это какой-то некроманский артефакт. Есть ведь у него лич… точно, ее работа! Запускают катапультой жертву, и в момент смерти при ударе о землю срабатывает какое-то смертоносное некроманское заклинание!

Тут катапульта выстрелила, и свинья полетела по большой дуге, оставляя в воздухе шлейф из фекалий, и врезалась в орла.

— А-а! Проклятье! Они убили моего Цыпу!!!

Надо срочно возвращаться в степь! Враги готовят чудовищное оружие, и мы должны этому противостоять!

А еще лучше сообщить обо всем людям!!! Если не можешь отомстить сам — натрави на врага другого врага. Они с некромантией не дружат. Особенно паладины из ордена Ольера Светозарного! Пусть они разберутся с этим… нужно только правильно подать информацию. И что бы кто ни говорил про нас, орков, когда надо, мы умеем вертеть словами…

Кирилл, защитник земель своих

Практически сразу после победы хлынул поток беженцев из степи. В первую очередь янычар (коих в поход не взяли из-за недостаточной благонадежности, а то вдруг бы переметнулись еще до боя или, что еще хуже, во время оного) и рабов из разбитых родов, потерявших практически всех воинов и не в состоянии остановить поток беглецов, — эти беглецы сами кого хочешь и что хочешь сделают… Уходили они, как правило, не с пустыми руками, а прихватив, что плохо лежало, и отобрав, что лежало хорошо, так что проблем с их пропитанием не возникло.

Казачий край стремительно разрастался. Теперь я в случае конфликта мог уже получить почти тысячу всадников, и их количество продолжало расти, правда, уже меньшими темпами. Слухи по степи гуляли как ветры, так что янычары и рабы продолжали делать ноги, но уже небольшими группами.

Еще недели через три после победы над орками, как я и предвидел, начался настоящий переселенческий бум уже из Топи. Дошло до стычек за лучшие долины. Пришлось даже мозги особо агрессивным вправлять. Но тут хватало пролета вышедшей из режима стелс ГАЗ-21, то есть Черной Молнии, и все становились шелковыми. Лития, помимо того что занималась картографированием, иногда делала такие облеты территории как раз для предотвращения возможных конфликтов. Но чаще, конечно, реагировала на сигналы по амулетам от старост.

Всем переселенцам давался краткий свод законов, освещавших самые распространенные вопросы жизни и преступлений, так сказать, гражданский и уголовный кодекс. Пока их изготавливали на тонких дощечках-скрижалях путем выжигания почти таким же методом, что делается обычная печать, то есть с помощью набора букв, собираемых в текст, что изготовил Гонглир. Лучше, конечно, печатать на бумаге, но с бумагой совсем беда, нужно открывать собственное производство, так что обходились пока деревом. Опять же оно долговечнее.

Вообще с появлением КД, она же ЧМ, оперативность реагирования на запросы населения весьма повысилась. Пришлось как-то сразу после возвращения из полета за мотоциклом погонять на юге сбившихся в одну большую стаю уцелевших от прежнего хозяина замка мертвяков. Три пролета над зоной скопления нежити — и все в прах… даже напрягаться не пришлось.

Но стоило только вернуться в замок, как поступил новый сигнал о вызове помощи уже на севере. Делать нечего, пришлось исполнять обязанности сюзерена по защите собственного населения. Тем более что это северная область, а в связи с последними событиями — зона особого контроля. Может, опять какие-то твари из Проклятых земель пожаловали. Так что полетели сразу, особо не рассиживаясь.

— О, какое счастье, господин, что вы прибыли так быстро! — бухнулся на колени староста деревни, а вслед за ним рухнули все остальные жители еще только строящейся деревеньки.

— Поднимись и расскажи толком, что у вас случилось. Мертвяки? Твари Проклятых земель?

— Хуже, господин!

— Что же может быть хуже? — удивился я.

— Десять жителей нашей деревни, тех, что находились на лесозаготовке, похитили проклятые работорговцы! Они частенько у нас в Топи промышляли, и вот за нами сюда потянулись, в ваши владения, господин.

— Ясно, — скрипнул я зубами. Сколько все-таки проблем… — Как давно произошло похищение?

— Четыре часа тому назад, господин…

— Что ж, постараюсь найти и спасти. За четыре часа далеко уйти они не могли…

— Благодарим, господин!

Все жители деревни вслед за старостой вновь бухнулись на колени.

Я их поднимать уже не стал (как бы не привыкнуть к такому и в дальнейшем уже не начать требовать поклонения…), развернулся и зашагал к полянке, на которой приземлилась Черная Молния.

Подумал о создании специальных отрядов, своеобразных егерей… Но потом забил на это дело. Пусть сами учатся о себе заботиться! Я им не мамка! А то сядут на шею и ножки свесят. Пусть создают отряды самообороны, координируют действия с соседями, развивая взаимовыручку, Олграна обеспечила всех сигнальными амулетами, так что это все реально. Разве что надо их дополнительно боевыми снабдить, и пусть больше не дергают меня по пустякам, а то так и буду мотаться целыми днями из конца в конец! Так и сделаю.

— Давай покружим, может, удастся их разглядеть сверху, этих чертовых работорговцев…

Лития только кивнула.

Вот же, мало мне мертвяков и тварей из Проклятых земель, так еще работорговцы проказничают, подданных моих тягают, мой авторитет как владетеля роняют.

Волга, а про себя я костяную драконшу называл только так, взмыла в воздух и стала летать кругами вокруг деревни: неизвестно в какую сторону подались похитители с пленниками. По логике, конечно, им лучше уходить на север к Проклятым землям, где легче всего затеряться, да и погоня с большей вероятностью соваться поостережется, но они могли решить, что и погоня подумает точно так же, а потому запутать след и пойти куда угодно.

— Надо было сделать еще пару гончих, — вздохнула сокрушенно Лития после четырех часов непрерывного полета.

Я заменил тупой круговой облет на более эффективную «ромашку».

Поиск при этом шел не просто с помощью невооруженного взгляда, тут мой бинокль «вооружением» можно не считать, ничего не разглядеть в густой зелени лесов, а с помощью магии. Лития в этом знала толк и искала проявление жизни, отбрасывая одиночные цели вроде животных.

— Да уж, поисковые собачки сейчас действительно не помешали бы. Может, они как-то прячутся от нас? Ведь даже на мне есть амулет полного сокрытия ауры. Простая штука, по словам Олграны… разве что недолговечная, особенно в моем случае. У похитителей, если они этим промышляют профессионально, а не любители, наверняка есть нечто подобное и для пленников тоже.

— Вполне может быть…

— Вот что Лития, сбрось меня здесь и лети за Олграной, без нее нам, кажется, не обойтись. А найти этих уродов нужно всенепременно.

— Оставить тебя одного?! — поразилась моему решению девушка-лич.

— А что, я настолько беспомощен, что не продержусь пару часов без няньки? — разозлился уже я. Все-таки, когда тебя ни в грош не ставят, это как-то начинает выводить из себя.

— Нет, но… просто ты очень важен для всех нас… и потерять тебя…

— Знаю я эту важность… не был бы рассаром… — пробурчал я недовольно. — Давай иди на посадку.

— Хорошо…

Волга пошла к светлому пятачку в лесу. Но потом вдруг вновь резко начала набирать высоту.

— Лития, в чем дело?

— Я что-то почувствовала, Киррил…

Черная Молния сделала несколько виражей, обогнула сопку и стала нарезать круги, постепенно уменьшая радиус.

— Они здесь!

— Где?

— Где-то вон там, — указала девушка-лич только примерное направление.

Я посмотрел в бинокль, но тщетно. Листва скрывала все. Просто видно, что между гор идет хорошая такая заросшая кустарником глубокая балка.

— Приземляйся. Будем обследовать все сами.

— Ты уверен?..

— Да. Неужели ты думаешь, что мы не справимся с какими-то работорговцами?

— Нет, но… помощь нам все равно не помешала бы. Олграны или Ссашшиллессы.

— Приземляйся.

— Хорошо…

Волга села на ближайшем пятачке полянки, и мы со всех ног рванули в предполагаемый район нахождения похитителей и пленников. Хотя, наверное, стоило сделать проще и провести десантную операцию, парашюты со страховкой элементалей воздуха ведь есть, не пришлось бы скакать по этому бурелому и плотному колючему кустарнику… Но чего уж теперь, тем более бежать не так уж и далеко, всего километра три.

На полпути все же мелькнула мыслишка, что кидаться вдвоем на неизвестное количество ворогов — все же не самое мудрое мое решение, во всем виновато желание самоутвердиться, но и отступать уже как-то поздновато. Нас ведь заметили, и теперь любое промедление будет стоить заложникам жизни.

С другой стороны, нельзя не признать, что я стал достаточно «крутым». Броня на мне практически непробиваемая, а мое оружие практически всесокрушающее. Опять же в качестве поддержки выступает лич, а это вам не хухры-мухры, плюс воздушная поддержка вон в небе круги опять начала нарезать, что может обратить в прах тут все к чертовой матери, так что, если совсем прижмет, можно вызвать огонь на себя. Моя защита выдержит, а Литию вообще не затронет — питомица-то ее…

Ну, а если выяснится, что добыча нам все же не по зубам и даже драконша обломается, не стоит совсем уж недооценивать противника, несмотря на всю собственную круть, — всегда можно слинять. И в этом плане хорошо, что я не воспользовался парашютом в качестве средства обрушения прямо врагам на головы.

— Лития…

— Туда, — подправила маршрут девушка-лич.

— Можешь определить, сколько их?

— В районе трех десятков.

— Это с учетом заложников или без них? — попросил уточнить я.

— С учетом…

— Значит, порядка двадцати противников. Что ж, бывало и хуже…

Стоило нам приблизиться к месту, где предположительно спрятались похитители с пленниками, как в нас полетели различные магические гадости боевого назначения. О меня по крайней мере с легкой вспышкой разбилось сразу два. Ну и я начал палить в ответ, буквально прошивая кусты ледяными иглами. Я всегда с них начинаю, как с самых экономичных…

И что мне нравится в психологии местных разбойников, так это то, что они не прикрываются жизнями заложников, выставляя там всякие несуразные требования вроде чемодана с миллионом баксов и вертолета… в местной интерпретации, конечно. Меня приняли за типичного владетеля, коего они нагло обокрали на десяток подданных, а любому местному владетелю, по большому счету, плевать на подданных, бабы еще нарожают, ему главное — преступников покарать, а уж какой ценой… Будут валить всех — и татей, и пострадавших для ровного счета.

Вот и эти не стали кричать: дескать если не отвалишь, не заплатишь, не отпустишь с миром, то мы кончим пленников, а атаковали сами в надежде отбиться.

— Заложники пострадать не должны, — шепотом напомнил я Литии.

Она ведь тоже, как абориген, ничего не слышала о правах человеков, о всяких там конвенциях о ценности жизни, мыслит местными категориями, и заложники для нее пустой звук, главное — противников порешить. И, как видно, сделал я это вовремя, так как Лития, перестала кастовать, а то, похоже, она готовила что-то совсем убойное, по мощности сравнимое с напалмовой бомбой, так что мало не показалось бы никому.

Хрясь! В дерево, за которым я укрывался, впился болт, прошив ствол насквозь.

М-дась! От арбалетного болта меня мой навороченный доспех может и не спасти, особенно если болт заговоренный. Так и есть, дерево в точке попадания болта стало быстро истлевать. Еще немного — и, лишившись запаса прочности, стало заваливаться в сторону.

— Ах вы, паршивцы!

В сторону стрелка я послал серию файерболов. Там сразу же начался пожар, и стрелок — уродец, похожий на тех, что копались в кратере, но размером побольше, — с диким криком заметался между деревьями, объятый пламенем. Я добавил ему иглами, чтобы не отвлекал, и тот рухнул как подкошенный.

Странные какие-то работорговцы… Я их несколько иначе представлял, а они больше на порождения Проклятых земель похожи. Разве что они оттуда и там тоже нужны рабы? Всякое может быть…

В какой-то момент нас начали активно атаковать магией. Магические удары шли один за другим, буквально с пулеметной скоростью, а потом на нас рванули уродцы со всяким колюще-режущим инструментом: мечами, топорами, ножами, какими-то серпами… при этом магические атаки не прекратились.

Не, тут явно что-то не то!

Мне магические удары никак не вредили, как и Литии, у нее тоже защитных амулетов хватало в виде мифриловых браслетов и колье, сделанных сыном Гонглира, но вот уродцы с железным металлоломом в руках могли причинить реальный вред, порубив нас на кусочки.

Я, естественно, открыл в них бешеный огонь файерболами, аж в глазах помутилось от интенсивности стрельбы, но, к моему изумлению и ужасу, файерболы не причиняли уродцам вреда, обтекая их как вода по стеклянному куполу. Тоже магическая защита стоит.

Раз такое дело, перешел на мифриловые пули и срезал четверых. К сожалению, две пули ушли в молоко.

Дальше мне стало не до стрельбы из винтовки, так как перезарядиться я уже не успевал, да и врагов много — даже если бы я успел вставить новый барабан и отстрелял его, меня бы все равно достали.

Вот тут я помянул вампирессу добрым словом за то, что она настояла на моем обучении мечевому бою и делала это весьма интенсивно. Одному я сразу срубил руку, и дальше закрутилась интенсивная карусель боя, сдабриваемая магическими ударами трех колдунов в черных хламидах.

Не, реально работорговцы странные. Да какие они работорговцы к демонам?! Тут что-то другое…

Литии тоже пришлось схлестнуться врукопашную, она орудовала своим посохом, как какой-то шаолиньский монах, отбивая выпады и нанося разящие колющие удары, буквально пробивая противников насквозь, из-за чего они в один момент превращались в мумии, а глаза в черепе посоха вспыхивали багровой краснотой.

Поскольку я не являюсь мастером мечевого боя, меня, естественно, много раз доставали всякими пырялками, но доспех держал удары: несмотря на то что пырялки были не простыми и не золотыми, а зачарованными, но и доспех мой совсем непрост, так что шла, можно сказать, обычная схватка обычным холодным оружием с обычным доспехом. Если бы еще не эти чертовы колдуны, продолжавшие метать всякие магические конструкты, пытаясь пробить мою магическую защиту. Они меня не задевали, но вот вспышки немного ослепляли, что, конечно же, изрядно мешало…

Но вот один за другим уродцы падали под ударами моего меча и посоха Литии. Ей, кстати, изрядно досталось, у нее доспехи простые, пусть зачарованные и с применением мифрила, но не из шкуры гончей, а простой кожи, и ее, естественно, время от времени пробивали. Литию спасало только то, что она лич и раны, смертельные для обычного человека, для нее что легкие царапины. Все тут же заживало. Так что есть плюсы в ее положении…

И вот когда все уродцы наконец полегли, пришел наш черед шутки шутить. Лития тут же атаковала чем-то из арсенала некромантии, пробив целую просеку в лесу, обратив все в прах, но колдунов это не впечатлило.

— А если я?!

Заряжать винтовку долго, к тому же ее еще найти надо, во время боя я изрядно сместился, потому решил пальнуть в супостата из ракетницы.

Облом. Гад просто увернулся от летящего осветительного снаряда, а не стал надеяться на свою защиту, как это сделал некромант в моем первом столкновении с магами этого мира.

И вновь я помянул Ссашшиллессу добрым словом. Потому как этих уродов можно было сделать только честной сталью. И мы с Литией атаковали троицу поганцев.

Хрякс, хрякс — и двое из трех колдунов рухнули кто с отрубленной головой, а кто мумией с пробитой грудиной.

Третий, по виду явно самый главный и соответственно самый сильный, убегать не стал, а наоборот, атаковал. И атаковал сначала девушку-лича, посчитав ее более опасной соперницей. Даже обидно… Он, пробившись к ней через все ее сопротивление, защиту и щиты, ударил своим кинжалом. И кинжалом непростым, а с черным лезвием, засадив его Литии прямо в область сердца по самую рукоять.

Мгновение я думал, что Литии это будет по фигу, у нее ведь сердце не бьется, и сейчас она снесет этому придурку его поганую головенку, но, к моему удивлению, девушка рухнула как подкошенная, содрогаясь всем телом.

Проклятье!

Последние сомнения в том, что передо мной работорговцы, рассеялись как утренний туман. Это кто угодно, но не похитители бесплатной рабочей силы. Такие кинжалы у них не в ходу.

— Нет!

Я рванул вперед. Колдун со смехом отскочил, выхватывая из глубин своей хламиды весьма неплохой меч.

Я только и успел, что мимоходом вырвать кинжал из груди усыхающей, как настоящая мумия, Литии и отбросить его в сторону, а потом закрутился в пляске смерти с колдуном. Мечником он оказался неплохим, лучше меня — это точно, так что я очень скоро ушел в глухую оборону. Впрочем, это не мешало ему меня доставать, но спасали доспехи.

— О! Да ты рассар! — воскликнул супостат в восторге, когда в какой-то момент срезал с меня амулет разведчика, полностью скрывавший мою ауру, чуть не перерубив мне шею. — Какая удача!!!

Интенсивность атак колдуна резко упала, и он стал действовать гораздо аккуратнее.

Понятно, хочет меня взять в плен, чтобы получить мою энергию, а не убить, понял я. Что ж, теперь можно немного порадоваться за свое рассарство, так как шансы выжить и победить серьезно возросли. Ведь одно дело, когда противник хочет тебя тупо грохнуть, и совсем другое, когда взять живьем, — это серьезно его ограничивает.

Правда, от магических атак он не отказался, но они по-прежнему стекали с меня, как с гуся вода. Я тоже пару раз засадил ему файерболом из кольца, но с тем же нулевым результатом. Этот колдун, или вернее будет назвать его жрецом какого-то культа, причем наверняка кровавого, если судить по черному кинжалу, оказался неплохо защищен.

— Хозяин будет доволен, когда я поднесу тебя в качестве дара…

— Ты меня сначала упакуй, урод…

— Не сомневайся, упакую в лучшем виде!

— И кто же твой хозяин?

Колдун отвечать не спешил.

— Наверное, какой-нибудь безрогий козел? — подначил я жреца, продолжая интенсивно махать с ним мечами.

Мне требовалось его чем-то отвлечь. Я не собирался сейчас недооценивать противника и потому переходить на сверхскорость не спешил. Колдун непрост. У меня будет только один удар, одна возможность, и им следует воспользоваться на все сто процентов.

— Не смей так говорить о моем господине!

— Но имя-то у твоего хозяина есть? Почему бы не сказать мне, раз уж все равно считаешь, что я от тебя никуда не денусь.

— Его кличут Неназываемым, жалкий червь…

— Так и зовут: Неназывемый жалкий червь?! — съязвил я.

В ответ жрец некоего Неназываемого только рыкнул и усилил давление.

У меня вдруг возникли кое-какие догадки, и я в надежде, что, как и все злодеи, эти тоже любят поговорить, пооткровенничать перед практически побежденным противником, в этом они видят проявление своего могущества, — спросил практически наобум:

— А гонения на полукровок случайно не его рук дело?

— А ты догадливый, — усмехнулся жрец.

Ну естественно. Начинаются гонения на полукровок, они снимаются с насиженных мест, куда-то массово перемещаются, и их можно ловить повсюду как какую-то добычу, никто их не хватится, и можно действовать безнаказанно, при этом оставаясь в тени.

А попробуй схватить, скажем, тех же людей, сидящих в деревнях под присмотром владетелей? Почти невозможно, внимание привлекут только так.

А этим сектантам лучше работать втайне, иначе за них возьмутся и передавят, как бешеных собак. Никому не нравятся кровавые культы, потому как рано или поздно, если не пресечь, сам можешь оказаться на алтаре, как в своеобразное наказание от высших сил за бездействие.

В болотах то же самое. Там живут небольшими оторванными друг от друга общинами или семьями на «островах», которые легко захватить. Связи практически нет, и если кто-то пропал, то об этом просто никто не узнает. А если и узнает, то быстро прийти на помощь тоже возможности нет. А все известные случаи похищения списываются на посторонних, типа вот вам сволочь-некромант, его рук дело, тех же работорговцев. Ну или, на худой конец, каких-то тварей из Проклятых земель. Такова жизнь. Как говорится, дерьмо случается. Но оно понятно и не вызывает особого волнения.

И вот появляюсь я, нарушаю статус-кво, некромант погиб, полукровки переселяются на нормальную землю прочь из диких топей, под руку нового сюзерена, и этот сюзерен реально заботится о своих подданных. Так что у меня в любом случае в самом ближайшем будущем возникнут проблемы с этими жрецами Неназываемого, у которых из-под самого носа увели жертвенный скот.

Вот же…

Ч-черт! В раздумьях я сам расслабился слишком сильно и попал в ловушку, устроенную мне жрецом. Провалился в какую-то яму по самую грудь, и эта яма мгновенно затвердела до состояния очень густого битума, быстро не выбраться.

Болван! Имбецил!! Дебилоид!!!

Посчитал себя самым умным! Это он меня отвлек разговором, а не я его!

— Рассар… — с мечтательной улыбкой прошептал жрец, медленно подходя ко мне. — С таким подношением Ему я стану верховным жрецом Неназываемого!

— И что это тебе даст? — спросил я, лихорадочно ища выход из ситуации, но не находил. Вляпался я по самое не балуй.

— Могущество!

— А зачем тебе могущество?

— Как зачем? — аж поперхнулся странным вопросом жрец и вдруг подзавис, даже замер на месте, взгляд замутился.

Оно и понятно, потому как, похоже, сам не знал, для чего копит могущество. Ну как же, могущество! Как манит это определение само по себе! Чем его больше, тем лучше!!! Но могущество ради могущества — это все равно что копить деньги ради денег. Самая большая из возможных тупостей. Не для того, чтобы что-то на них купить или построить, а как скупые рыцари сидят на сундуке с золотом, имея на счетах десятки, сотни миллионов, миллиарды и не знают, как применить.

Потому такие богачи тупо тратят их на шлюх в куршавелях, удовлетворяя низменные желания, потому как заработать или, что вернее, украсть бабки ума хватило, а вот как ими распорядиться — фантазия уже отказывает. Вот и начинают всякой дурью маяться — клубы там футбольные покупают, яхты строят, да побольше, чем у соперника… честное слово, как дети малые удами меряются.

— Вот-вот, что ты с этим могуществом собрался делать? — продолжал я давить супостату на мозг.

Только что радостное, просветленное лицо жреца резко посмурнело. Ну действительно, если подумать, то для чего оно нужно, могущество это? Без какого-либо созидательного процесса оно просто бессмысленно. А что могут созидать такие вот моральные уроды? На ум приходят только подвалы ужаса с истязаемыми людьми, а никак не светлое, чистое, доброе…

Что ж, вывести противника из себя — тоже неплохая тактика, по крайней мере так утверждается — дескать, плохо контролирующий себя человек начинает делать ошибки. Вопрос только в том, сделает ли ее он и сумею ли я ею воспользоваться в таком беспомощном состоянии?

Жрец обозлился до предела. Он не находил на поставленный вопрос ответа, а раньше и не искал его, увлеченный стяжательством мощи. Выбив мой меч из руки, он подошел ко мне вплотную, присел рядом и, плохо контролируя свои чувства, буквально с рычанием сдавил мою шею. Его ярость понятна — ведь я лишил его жизнь всякого смысла, и он, как человек умный, это полностью осознал. А это очень больно — осознавать бессмысленность всего, что делал, на что потратил столько времени, осознать, что все твои стремления — прах.

Круговорот…

Откровенно говоря, для проведения круговорота энергий с Олграной нам уже давно не требовалась близость в полный контакт, мы этим занимались уже чисто для удовольствия, как приятный довесок к процессу, так что у меня уже имелся определенный опыт.

Жрец все же допустил ожидаемую мною от него ошибку. Он вошел со мной в соприкосновение. Ауры слились, и я резко потянул его энергию на себя, буквально впитывая ауру.

— Что за… — удивился жрец.

Но договорить он уже не смог. Сильно побледнел, глаза его закатились, и колдун отвалился от меня безвольной куклой.

Вот такой вот я забавный зверек. Своеобразный энергетический вампир. Да только удержать в себе энергию долго не могу, даже свою, не говоря уже о чужой. Она уже начала из меня вырываться, точно пар из котла. Но надо немного потерпеть…

Кое-как я выбрался из вязкой жижи и подполз к безвольно лежащей, несколько усохшей Литии. Взял ее за руки и буквально влил всю только что отобранную энергию из жреца в нее.

Лития вздрогнула и открыла глаза.

Вопросов задавать никаких не стала, только поблагодарила:

— Спасибо.

— Ну, как ты?

— Нормально… — отозвалась она, сев и осмотрев нанесенную в грудь затягивающуюся рану.

Вдалеке послышался крик костяной драконши. А я-то гадал, где ее черти носят, — могла бы ведь и вмешаться. Но, как видно, ее связь с хозяйкой очень плотная, и если Литию приложило так что вырубило, то и Волге досталось соответственно.

— Сможешь сделать из этих трупов гончую? Хватит материала? — спросил я. — Думаю, она нам еще понадобится. Олграну не всегда можно будет привлечь. Ссашшиллесса еще может, но с ней тоже не все ясно в обозримом будущем.

— Хватит… — с усмешкой ответила Лития, поняв, почему именно орчанка и вампиресса не всегда смогут участвовать в поисках.

— Тогда работай, а я пойду пленников проведаю… лишь бы не опоздали.

Вопрос ведь в том, нужны ли этим слугам Неназываемого для проведения жертвоприношения алтари, или же они могут порезать несчастных где им вздумается?

Если нужен алтарь, то с пленниками все в порядке, а если нет, то их уже вполне могли почикать на кусочки, как только заметили преследование… дескать, не пропадать же добру.

Опять же могут быть походные алтари.

Пленники оказались живы, только связаны и усыплены. Я поснимал с них амулеты из черного камня с затейливым рисунком, явно надетые жрецами, так как все были одинаковыми, разрезал веревки. И оказался прав: похищенные вскоре стали приходить в себя.

— Я — Кирилл Гаремский, — представился я перепуганным полукровкам.

— Благодарим, господин! — тут же посыпались благодарности как из рога изобилия.

— Возвращайтесь в деревню. Она в той стороне…

Бывшие пленники задерживаться не стали и, еще раз выразив благодарность, поспешили домой.

Лития между тем работала над созданием гончей. Я еще пожалел, что отпустил полукровок, ведь надо яму вырыть, но она решила эту проблему очень просто — напрягла свою Черную Молнию, и та как какая-то курица в поиске дождевого червя разбросала землю лапами.

Побросали трупы в яму, Волга опять поработала лапами, засыпав ее, Лития, как и при создании Черной Молнии, колданула и всадила посох в центр.

Вновь появился черный туман — эманации смерти, но очень в небольшом количестве, так как убито здесь всего ничего. Но этого хватило, чтобы создать небольшую костяную гончую. Она вырвалась из ямы и, как костяная драконша, принесла, точнее, из-за своего небольшого размера приволокла в зубах мифриловый посох Литии.

— Нарекаю тебя…

Тут Лития задумалась над подходящим именем для костяной гончей, а я возьми да и ляпни:

— Косточкой.

— Косточкой, — машинально повторила Лития и прыснула от смеха.

Костяная собака завыла, принимая имя.

Косточка устроилась внутри Волги, создав впечатление, будто драконша ее сожрала, мы уселись сверху и вернулись в замок, где, выслушав рассказ про схватку, меня стали интенсивно ругать, пообещав запереть в замке, чтобы я наружу больше ни ногой, раз уж не могу и шага сделать, чтобы не вляпаться в какую-нибудь историю.

Глава 9

Кирилл, попаданец в печали

Потянулись новые дни, и по унылому и в то же время раздражительному настроению я понял, что меня прихватила жесткая депрессуха. Мало того что я в чужом мире, так еще и пленник, пусть условия мне обеспечили весьма комфортные, даже владетелем назначили, но осознание того, что ближайшие годы я безвылазно просижу в замке, давило на мозжечок, так что я… увядал.

В общем, мне как зэку требовались хотя бы кратковременные прогулки на свежем воздухе, особенно учитывая, что я и раньше не отличался домоседством и регулярно мотался по Сибири в поисках аномалий. Тут у меня под боком тоже есть, Проклятыми землями зовется, но не пущают… опасно, дескать, для меня драгоценного. А наведаться стоило бы, поискать этих сектантов.

Попробовал заниматься магией, в качестве учителя припахав Литию, но, как и ожидалось, у меня ничего не получалось, даже простейшие упражнения, что даются даже самым слабым магикам. Все, чего я мог добиться, — это воздействие грубой силой на объекты с целью их разрушения. Очень неэффективно.

В общем, как говорится, бил кувалдой там, где можно было обойтись крохотным молоточком. Так что великим супер-мега-архимагом мне не стать. Правда, Олграна призналась, что, оказывается, я могу еще как-то менять существующие заклинания. Так, например, сам того не осознавая, я сделал свою винтовку автоматическим оружием, хотя Олграна изначально изготовила так, чтобы можно было стрелять только одиночными.

Поэкспериментировали с амулетами, но и тут тоже ничего не вышло. Осознанно изменить свойства не получалось.

Неосознанно как-то удалось сделать одну пару нормальных раций, то есть стало возможно общаться как по нормальной рации, голосами, и слышать ответы. А больше почему-то не выходило. Парадокс…

Либо таково мое свойство как рассара, либо нужна углубленная тренировка. Но, признаться, мне это как-то быстро надоело… терпение не мой конек, а здесь требовалась нешуточная концентрация.

Что? Веду себя как размазня? Увы, я человек, а не супергерой со стальными яйцами. И как человек я слаб.

— Что с тобой, Кэррэл? — заметила мое состояние орчанка, да и сложно не заметить, когда интенсивность… физическая составляющая процесса кругооборота резко упала.

— Ничего…

— Кэррэл?! — проявила настойчивость Олграна, сев на меня верхом. — Я тебя уже достаточно хорошо знаю, чтобы понять, когда «чего», а когда «ничего».

— Ну, тогда, наверное, сама можешь догадаться, что со мной и почему.

— Могу, но лучше знать точно, чтобы не было недомолвок.

— Олграна, я скоро уже год как в этом мире, — начал я, с трудом облекая в слова свои ощущения-претензии. — Я в плену… не надо, я не имею к тебе претензий как к пленительнице, я в целом говорю, за это время кучу раз чуть не сдох, все захотят меня заполучить в качестве батарейки, когда узнают, что я рассар. За это время я по сути ничего не увидел — гоблинские леса, степь и вот горы вокруг замка. Все, конечно, живописно, но как-то уныло. Но не это самое плохое. Я до сих пор не знаю, могу ли я вернуться домой…

— Тебе здесь так плохо?

— Не так. Здесь все иначе, хотя отдельные моменты, конечно, много приятнее, чем дома, — невольно усмехнулся я, положив руки на ее бедра. — Дело не в этом. Душу рвет неопределенность. Это как у потенциально больного человека — он не знает, болен он или нет, и это его дико изводит. Незнание в таком случае порой даже опаснее самой возможной болезни, человек начинает увядать. У него появляется желание, что лучше пусть он будет болен, и наконец появится определенность, можно начать лечение. Ты понимаешь меня?

— Кажется, да…

— Отлично. Вот и у меня схожее положение. Я не знаю, есть путь домой или же нет, и за это время я ничего не сделал, чтобы это узнать.

— Но…

— Я все понимаю. У меня нет достаточной маскировки, чтобы появиться в землях людей и не попасться в руки какого-нибудь мага. Но я и в этом направлении ничего еще не сделал. Наверняка как-то можно замаскировать свою ауру под обычную, а не только полностью ее скрыть.

Олграна согласно кивнула.

— И я в этом замке, в этих землях владетелем которых формально являюсь, веду себя как временный приживал. Я вдруг осознал, что любой другой попаданец на моем месте уже давно развернул бы самые активные действия по благоустройству земель.

— Какие?

— Ну, ты же сама читала несколько таких книжек, чего спрашиваешь? Всякие там производства по изготовлению, начиная от бумаги и заканчивая стеклом. Я же до сих пор палец о палец не ударил. С одной стороны, это мне в упрек, ведь даже если я тут временно, все равно мог что-то сделать, а с другой стороны, чего напрягаться, если я уже завтра свалю отсюда? В общем, мне нужна определенность — «болен» я или «здоров».

— А для этого тебе нужно попасть в земли людей и… провентилировать этот вопрос.

— Именно. И если путь домой мне заказан, начать строить далеко идущие планы, как-то… жить наконец, а не выживать. Такие дела, Олграна.

Орчанка, восседая на мне, смотрела на меня задумчивым взглядом, словно решая — отпустить меня на условно досрочное или вообще посадить в камеру-одиночку, чтобы не свинтил.

Олграна. Орчанка, обеспокоенная психическим состоянием рассара

Кэррэла сегодня серьезно прихватило, и надо признать, причины для этого у него имелись. Сама бы наверняка чувствовала что-то похожее, будь я на его месте. Но что делать мне? Отпустить его в земли людей, чтобы он поискал возможность вернуться домой, или же…

Нет, запирать его нельзя. Уже сейчас он никакой. А что с ним станет еще через несколько месяцев сидения в замке с редкими рутинными вылетами? Он же совсем раскиснет. Можно, конечно, подстегнуть его настроение разными травками… но этот путь тупиковый. В какой-то момент он просто… откинет копыта. Да и качество получаемой энергии сильно упадет.

Если не дать ему прогуляться в королевства людей, то рано или поздно его энергия станет для меня ядовитой. Он возненавидит меня, станет злым, и тогда вообще неизвестно что может произойти. Вплоть до «атомного взрыва». От замка в любом случае камня на камне может не остаться.

Так что лучше его отпустить. Пусть прогуляется, узнает о возможности возвращения домой. Если она есть — хорошо. Нет — еще лучше. Даже если есть, в любом случае сразу он туда не вернется. Ему здесь все же интересно, он останется тут на несколько лет, и этого времени мне хватит. Зато успокоится.

Проблема только в том, что мне в земли людей путь закрыт. Никакая маскировка не поможет. Впрочем, Кэррэла есть кому сопроводить. Взять, к примеру, вампиршу. Или даже лича.

Кстати, хорошо, что у лича есть костяная драконша. Благодаря ей время на все путешествия очень сильно сократится, и я не сильно пострадаю из-за перерыва в прокачке. Это не месяц через топи переться сначала туда, потом еще месяц обратно. Плюс в землях людей пару месяцев. Итого минимум два месяца экономии.

— Хорошо, Кэррэл…

— Что хорошо? — удивился он, вынырнув из своих тяжелых дум.

— Думаю, ты сможешь отправиться в земли людей и попробовать найти ответ на свой вопрос.

— Но…

— А что касается маскировки, то тут мы с Литией что-нибудь придумаем. Дай нам месяц, и мы что-нибудь сварганим приличное, чтобы скрыть твою ауру или замаскировать ее чужой.

— Спасибо, Олграна! Это будет твой лучший подарок для меня на мой день рождения!

— А когда он у тебя?

— Да как раз через месяц!

— Хорошо, что предупредил. Но одним «спасибо» ты от меня не отделаешься! Я требую настоящей благодарности! И прямо сейчас!

— Всенепременно!

Получив надежду, Кэррэл стал очень активным, каким я его уже давно не видела, и уже начала забывать, каким он может быть выдумщиком-затейником.

Ох-х!

Кирилл, окрыленный надеждой

Месяц. Еще один месяц — и я отправлюсь наконец на поиски возможности отправки домой! Уже сама возможность вырваться из замка окрыляла меня, дала второе дыхание. А то неизвестность меня действительно изрядно подкосила.

Я даже засел за прогрессорские проекты, начал перелопачивать гору информации из книг и своей памяти, пытаясь понять, что можно реально внедрить в моем случае. В принципе можно начать производить все, начиная от бумаги и заканчивая стеклом. Вопрос в рынке сбыта. Местные его явно не потянут — ни бумага, ни стекло здесь особо не нужны, и денег, чтобы это купить, у них тоже нет. Значит, нужно искать рынки сбыта в королевствах людей.

Вот, кстати, еще одна необходимость смотаться к людям. Да и в королевствах нужно закупиться всем необходимым.

Вообще в экономике я не очень силен, как и в общей стратегии развития. Так что придется учиться на собственном опыте, на собственных ошибках. Хорошо, что я могу компенсировать все ошибки материально. Мифрила пара килограммов все же есть, а это немалые деньги.

Мифрил, кстати, тоже не мешает обернуть в золото. В смысле не в золотую обертку обернуть, а продать. Тоже еще тот геморрой… Как продать? Кому?! И как при этом не заиметь больших проблем? А с таким товаром они могут появиться, и большие!

Итак, что нужно купить?

Конечно же первым делом — это оплатить информационные услуги мага. Подозреваю, что большая часть бабок уйдет именно на это.

Вот еще вопрос — а как мне к магу подобраться? Вряд ли могущественные маги принимают всех, кто захочет с ними встретиться. Если уж у нас к «слугам народа» «господам» не пробиться даже в приемные дни, то уж здесь обычному человеку до мага не достучаться в принципе. Даже золото не поможет.

Но в этом вопросе мне помогла Лития, когда я поднял этот вопрос во время обеда:

— Я могу написать рекомендательное письмо нашему ректору, архимагу Тарногару. Не думаю, что за тридцать лет он умер. Ему всего-то три сотни. Разве что убить могли, но это маловероятно…

— Думаешь, этого будет достаточно? — усомнился я.

— Не знаю. Но в любом случае это привлечет его внимание. Тем более что я напишу, как ты меня спас, кем я стала…

— Все лучше, чем ничего. Только без подробностей о месте нахождения и моей сущности.

— Естественно! За кого ты меня принимаешь?!

С «билетом» на проход к архимагу вопрос стал практически решен.

Осталось продумать легенду. По первоначальному, самому грубому плану, я вообще-то предполагал захватить мага в плен и заставить его отправить меня домой. Но тут даже ежику лысому будет понятна вся глупость такого решения. Сначала надо поймать архимага. Задача уже нетривиальная по своей сложности. Потом заставить его сделать что-то под принуждением, да так, чтобы он меня не убил, а если и не убил, то не отправил куда-нибудь к демонам в прямом смысле этого слова. В нижние планы мне совсем не хочется.

В общем, с какой стороны ни посмотри, более глупого плана не придумать.

Нужно добровольное сотрудничество. И после мозгового штурма легенду удалось выработать.

Что касается закупок для баронства и замка, то тут мои подруги расстарались. Список вышел длинным. Очень длинным…

Дошло до того, что вампиресса внесла пункт о покупке рабов-людей.

— А это еще зачем?! — поразился я. — Ты же знаешь мое отношение к рабству!

— Понимаешь, Ксиррел, я подумала, что мне не помешала бы хорошо обученная свита…

Я сначала не догнал, зачем ей свита, а потом понял, что, дескать, ей, беременной, охрана потребуется, да и ребенку тоже. Вампирский инстинкт требует создать гнездо, тем более что она не абы кто, а королева.

— И вообще отряд из обращенных лишним точно не будет. Отличная ночная разведка. Превосходные диверсанты. Думаю, они пригодятся, когда возникнут проблемы наподобие недавнего нападения.

— А ты думаешь, они будут?

— Уверена.

Да я в принципе тоже в этом уверен…

Сектанты еще эти. Я в горячке хотел устроить на них охоту, но мне быстро и популярно объяснили, что дело это дохлое. След ведет в Проклятые земли, а искать там что-либо, не имея хоть какой-то конкретизирующей информации, можно хоть до второго пришествия Ольера. Территория Проклятых земель равна примерно десятку хороших таких королевств, то есть по площади она почти как Европа. Ну и где там искать логово этих сектантов, при том что это просто опасно из-за самой природы Проклятых земель, всяких там магических ловушек, пятен смерти… И в воздухе ничуть не безопаснее, скорее даже наоборот — из-за того, что на земле еще хоть как-то можно определить опасность по косвенным признакам, а вот в воздухе…

Оставалось только быть более бдительными.

— И потом, я прошу купить смертников, которым все равно уже не жить.

— Хорошо, я подумаю над этим.

— А можно тогда и мне свиту сделать? — спросила Лития.

— А ты кого хочешь?! — удивился я еще больше, чем запросу вампирессы.

— Скелетонов!

— О боже… Не думаю что это хорошая идея, учитывая, чем тут баловался твой приятель. Нас могут не понять.

— Ну, Киррил! И потом, они же не будут разгуливать как мертвяки многими сотнями на глазах у всех. Я много удержать в подчинении и на постоянной основе все равно не могу. Всего десятка два. Будут солдаты для… как ты сказал, быстрого реагирования… или десант. Их и не жалко, если что. Да и не сделать мне их много.

— А почему? — заинтересовался я.

Чего уж тут говорить, я уже раскатал губу на тысячу-другую скелетонов, раз уж я не в состоянии в ближайшее время восстановить численность големов. Жрать они тоже не просят, в увольнения не ходят, зарплаты не требуют…

— У меня недостаточно сил и умения управлять таким количеством, и кроме того нужны души. А у меня их всего ничего…

— Тоже души нужны… — пробормотал я разочаровано: ведь это основная причина почему я не могу восстановить численность армии големов. — Стоп! А откуда они у тебя?!

— С той схватки с почитателями Неназываемого. Запаслась немного…

— Это когда ты их своим посохом пробивала — души забирала?

— Да.

— Понятно… А воспользоваться, скажем, запасами Олграны сможешь?

— Нет. Я могу оперировать только тем, что добыла сама.

— Что ж, я в принципе не против, если твои скелетоны не будут мозолить глаза остальным жителям.

— Спасибо!

— А где ты их будешь держать? В Черной Молнии станешь возить?

— Ага!

— Понятно…

Я вдруг представил, как все это будет выглядеть в условиях боевого применения. Вот Черная Молния, этакий десантно-штурмовой… даже не знаю, как обозвать, транспорт, заходит на посадку, и из ее брюха, протискиваясь между ребер, в разные стороны выскакивают два десятка скелетонов, а впереди из грудины выпрыгивает гончая…

Да уж… и смех, и грех.

И вот будучи окрыленным близкой свободой, я практически не заметил, как пролетел еще один месяц моей жизни. Всех вокруг, в смысле своих подруг, осчастливил… За исключением разве что Литии, даже как-то неудобно стало. Хочет же… но сами понимаете, лич и все такое…

Тем более что особо скучать не пришлось. С появлением большого количества подданных из Топи и Степи появилось много проблем — ведь вместе с нормальными полукровками и беглыми людьми, что хотели только спокойной сытной жизни, готовые ради этого трудиться от рассвета до заката в поте лица, приперлись и те, кто тоже хотел жить сытно, но за счет других, то бишь разбойники. Вот за ними время от времени приходилось устраивать охоту.

От охоты из заботы обо мне меня сначала хотели отстранить, дескать, опасно, но я тут главный! Стукнул кулаком по столу и… в общем, мои подруги решили, что чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

Но разбойники оказались весьма кстати.

О чем это я, спросите вы?

О том, что они закрыли некоторые смущавшие меня с этической точки зрения позиции в списке на покупки.

Так разбойники из числа людей пошли на употребление вампирессой. В том смысле, что она их обратила, хорошо прокомпостировав мозги, и теперь делала из них свою свиту, обучала чему там надо обращенных вампиров обучать…

Разбойники из числа полукровок пошли на опыты для Олграны. Орчанке требовался материал для углубленного изучения процесса изъятия души.

У Литии это выходило просто, всего-то и надо что всадить свой посох в жертву. Но проблема в том, что как она сама не могла воспользоваться душами из шаманских бубнов, так и не могла передать души в эти бубны в пользование Олграны.

Впрочем, Лития в накладе не осталась. Оставшиеся после экспериментов Олграны тела переходили в ее полное распоряжение. И из них она уже делала своих костяков. Первый отряд из десяти скелетонов уже встал в строй и участвовал в десантных операциях по захвату разбойничьих шаек, пополняя свой иногда редеющий в схватках состав.

Правда поначалу возникла борьба за души между Олграной и Литией: ресурс редкий и ценный, так что тут уже мне пришлось сказать свое слово владетеля и поделить души один к трем. Одна душа для Литии, и то только до тех пор, пока ее отряд не дорастет до двадцати голов, а остальные — Олгране, а потом и вовсе все, что будет поступать.

Литии все равно много не надо, а вот в пополнении душами бубна шаманки я кровно заинтересован, так как это означает рост моей деревянной армии. Могла бы Лития контролировать больше скелетонов — разделил бы поровну, ну а пока так…

Так же Олграна набрала два десятка учеников с достаточно сильным даром, облетев на Волге все возникшие за это время поселения. Шаманы нам нужны, и много. Желательно в каждую деревню по шаману.

Ну и собственно день рождения.

Тут я подумал, что как-то упустил из виду, что и у остальных есть подобные дни в жизни и их тоже не мешало бы отмечать, а для начала узнать, у кого когда сей день случился.

Но ничего. Закуплюсь подарками в королевствах и отдарюсь за свою промашку. Тем более что, может, я еще и не накосячил так сильно, разе что с Зеленоглазкой опростоволосился. У нее день варенья наверняка уже прошел… С другой стороны, у гоблинов, как выяснилось чуть позже, вообще нет такого ритуала, как празднование дня рождения, потому и обид нет. Но это меня не извиняет, ведь Зеленоглазка теперь живет по более продвинутым законам, так что все должно быть как у лю… в смысле, как у продвинутых разумных.

Что сказать о самом дне рождения? Да, откровенно говоря, сказать особо и нечего. Пармер с поварами расстарался на славу и наготовил всяческих изысканных блюд. Звучала музыка из моего артефакта, усиливаемая старым бубном Олграны, и были танцы до упаду, рекой лилось вино.

Ну и, конечно, подарки.

Самым ценным оказался мифриловый медальон, что изготовили на пару Олграна и Лития. Как-то они совместили в нем свои знания. И это наверняка было непросто. Тут с двумя видами магии как с совместимостью разных программ в компе.

В общем, когда надеваю этот кругляшок в виде своего герба, моя рассарская аура подменяется обычной человеческой аурой.

Теперь я могу свободно встретиться с любым магом, и он ни за что не определит своим истинным взглядом, что перед ним некто больше, чем просто человек. Если только не станет смотреть слишком долго. Слепок получился статичным, а реальная аура постоянно видоизменяется. Но обычно магам хватает всего одного мгновения, чтобы оценить, кто стоит пред ним, и больше времени они не тратят. Так что, как ни парадоксально, разоблачить меня могут только слабые маги, что смотрят долго.

— Спасибо вам, мои дорогие, — поцеловал я их по очереди… даже лича, и даже плеваться не стал, когда это осознал.

Но тут я уже хорошо наклюкался, в голову ударил первый хмель, так что простительно… Тем более что я ее давно уже не воспринимал как ходячий труп. Ну не бьется у девушки сердце и кровь в жилах стоит, так что же теперь, кто из нас без недостатков? А что кожа такая… так мне ли привередничать, учитывая двух зеленушек? В общем, не повезло бедняжке по жизни с первым любовником… и вдвойне не повезло, что он, похоже, был единственным при жизни, да и после смерти… да еще таким скотом.

Остальные подарили разные финтифлюшки. Но да главное в подарке сам подарок, как знак внимания, а не его ценности.

Тут разве что Гонглир с сыновьями отметился, сковав мне меч-полуторник из высококачественной мотоциклетной стали с мифриловыми вставками, что лег в руку как влитой, — идеальный размер, баланс и прочие характеристики. Кинжалы и метательные ножички еще всякие в довесок надарили, тоже с алюминиевым орнаментом…

И вновь танцы и вино.

В общем, хорошо посидели. До самой ночи. Салюты устроили. Я как раз для этого дела порох сварганил, присыпки туда всякие для разноцветности добавил. Но использовать его в военных целях не буду… наверное.

Лития. Снедаемая желанием лич

Сегодня у Киррила день рождения, и мы с орчанкой преподнесли ему подарок — амулет, подменяющий ауру. Повозиться с ним пришлось изрядно.

Но еще больший подарок получила я — он меня поцеловал! Пусть в щеку, но поцеловал!

О боги! Как же хочется… и ведь ощутить всю полноту чувств, я могу только с ним и ни с кем другим! Это настоящая пытка! Я больше не могу это терпеть! Особенно когда Киррил осчастливливает остальных своих спутниц! Приходится закрывать уши или вовсе бежать из замка, чтобы не слышать их криков!

Хоть вешайся! Впрочем, могу и повисеть, мне от этого ничего не станется…

Надо что-то делать… Я тоже хочу жить полной жизнью, иначе я не знаю что сделаю! И сделаю!!! Сегодня самый удачный момент! Никто не помешает! И будь что будет…

Хорошо, что во время работы с шаманкой познакомилась с ее шаманскими ингредиентами, прихватив кое-что себе в небольших количествах. Как знала, что пригодится.

А может, все проще, и я подсознательно готовилась именно к этому? Вполне возможно…

Сбегала к себе в комнату, взяла несколько мешочков и вернулась в зал, где полным ходом продолжалось веселье.

Кто бы только знал, как тяжело мне рвать связь аур с Киррилом, отказываться от чувств, даже на краткий миг, вновь становиться полумертвой… Спасало только то, что я знала: у меня будет еще возможность не сегодня, так завтра опять окунуться в мир жизни.

Теперь дело за малым: надо подсыпать всем по щепотке…

С этим проблем не возникло. Все пьяные и ни на что не обращают внимания! Даже вампирше, опьяненной кровью рассара, удалось подсыпать снадобье!!!

Все! Как говорит Киррил, пан или пропал!

Кирилл. Пьяный вдрызг рассар

Ночью, когда все разошлись по своим спальням, меня что-то потянуло на подвиги. Любовные. Сна ни в одном глазу… Прилив сил такой, будто я целую пригоршню виагры употребил. Странно. И есть что-то знакомое в этом чувстве…

Не желая противостоять зову природы, я вышел из своей опочивальни.

— Зеленоглазка… — прошептал я игриво, заглядывая в спальню моей первой гражданской жены. — Зеленоглазонька, а-у…

Нет отклика. Спит.

Ну, это не беда. Разбудим…

Зашел, поворошил ее. Облом. Пьяная в дым. Оно и понятно, тельце маленькое, легонькое, да к тому же непривычное к употреблению такого количества вина. Хоть она его и разводила водой, но все равно вчистую проиграла схватку с зеленым змием. Так что настаивать на близости я не стал. Как-то это было бы не так… Тем более что выбор у меня еще есть, и немаленький.

Но чувство дежавю усилилось.

Зашел к орчанке. Уж она-то никогда не откажется!

— Олграна…

В ответ мне раздался мощный храп, вынесший меня из комнаты ударно-звуковой волной.

— Облом…

Ну ничего… уж вампиресса точно в норме. Ее таким количеством вина не испугать. Тем более что вампиры если и пьянеют, то только от крови. Хотя мою кровь она в вино себе подливала… так что всякое может быть.

Так, где тут ее спальня?.. Что-то долго идти пришлось… Ага, вот она.

Тук-тук…

— Сашуля?! Где ты?! Иди ко мне!

К счастью вампиресса оказалась дома, а не смоталась к своим обращенным гонять их по пересеченной местности с полной выкладкой. Выходной себе и им сделала. И правильно. Праздник у владетеля все же.

Схватил вампирессу и повалил на кровать. Даже не пискнула…

А поутру они проснулись…

Ну что сказать… Когда я осмотрелся мутным взглядом и даже с больной головой понял, что ошибся вчера дверью… Ни одного приличного слова на языке в этот момент у меня не возникло… Так что я почел за лучшее промолчать.

Лития. Девушка-лич, получившая что хотела, хоть и весьма спорными методами

В дверь моей спальни, где я, собственно, ни разу еще не спала — личам это не нужно, — наконец постучали. А чтобы он постучал именно ко мне, а не остался у вампирши, которая могла успеть прийти в себя, пришлось постараться и создать иллюзию стены, закрыв дверь в спальню Ссашшиллессы. И прежде чем я успела дать разрешение войти или открыть сама, она отворилась, и ко мне в комнату заглянула голова Киррила.

— Сашуля?! Где ты?! Иди ко мне! — прозвучал его игриво-пьяный голос.

Потом он зашел в комнату, обо что-то споткнулся в темноте — свет мне тоже не особо нужен, — и полез ко мне обниматься и целоваться.

В последний момент я все же хотела отыграть назад, сказать, что я не Ссашшиллесса, за кого он меня ошибочно принял в темноте, «ошибившись» дверью да еще будучи пьяным, ведь это обман, но не смогла, особенно когда она схватил меня и ко мне вновь вернулись чувства. От этого я отказаться не могла, особенно от тех чувств, что должны последовать дальше…

Именно потому не смогла ему сказать, что я это я, а не вампиресса, не смогла отказаться и прогнать, хоть и понимала, что завтра утром Киррил меня, скорее всего, возненавидит за то, что я с ним это сделала… мне придется покинуть замок.

Пусть! Пусть возненавидит! Пусть мне придется уйти, отказавшись от дальнейшего частичного ощущения жизни, но я получу всю ее полноту сейчас, обманом, оно будет того стоить, ибо больше никогда и ни с кем я этого не познаю!

О, да!

Но что это со мной?! По телу прошло какое-то странное чувство…

Бу-б-бух… Гулко ухнуло в груди.

Бу-бух… Бу-бух…

Сердце! Забилось мое сердце!! Я ожила!!!

Бу-бух…

Кровь заструилась по телу, я почувствовала это по тому, как набухли губы и запульсировали вены…

Захотелось закричать, но я подавила в себе это желание, чтобы не шокировать Киррила и не переполошить его подруг, в первую очередь Ссашшиллессу, что в соседней комнате. Она наверняка самая вменяемая и может ворваться ко мне на этот крик. А тут такое… Что она со мной сделает, даже гадать не хочу.

Так что рисковать нельзя, и сердце согласно билось в ответ: бу-бух, бу-бух, бу-бух…

Еще! Еще!! Еще!!!

Лишь одна мысль билась в голове: ожила я временно, пока я с Киррилом, или же… навсегда? Хотелось надеяться на второй вариант, но… это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Бу-бух, бу-бух…

Еще! Еще… прошу, не останавливайся…

Бу-бух…

Но вот Киррил, как бы ни был он неутомим, да еще под воздействием зелья, устал и отстранился. Чмокнул в губы и, уткнувшись в подушку, засопел.

Сердце мое продолжало биться. И я боялась отодвинуться от Киррила хоть на сантиметр, чтобы проверить, будет ли оно биться без него. Нет, нельзя рисковать. Хоть одну ночь, но я буду полноценно живой! О таком я не могла и мечтать с момента моего восстания из мертвых!

Я продолжала лежать рядом, обняв его, и не заметила, как… заснула. Заснула впервые за тридцать лет.

Бу-бух… бу-б-бух… бу-б…

Я проснулась от того, что мое сердце остановилось. Открыла глаза и увидела, что Киррил проснулся, осмотрелся по сторонам и смотрит на меня странным взглядом, по которому сложно было что-то прочитать.

— Прости меня, Киррил… — прошептала я, и у меня из глаз капнуло несколько слезинок, последних проявлений полной жизни. — Я не смогла отказаться от представившегося шанса… Я виновата перед тобой, ведь это для тебя…

— Молчи… не надо… — сказал он поспешно, все же чуть поморщившись.

— Нет, я скажу… ведь для тебя это важно, я была живой… полностью живой…

— То есть?

— Во время того как мы, э-э…

— Я понял. Дальше.

— Я не просто чувствовала, как обычно находясь в твоей ауре, у меня забилось сердце и потекла кровь в венах! Так что ты…

Я замолчала, не зная, что сказать.

И он, похоже, тоже не знал что произнести. С одной стороны, вроде как… некрофил, а с другой я вроде как ожила во время процесса. Дилемма, кем себя считать или не считать, не из простых.

— Мне покинуть замок? — спросила я, уже не в силах выносить эту безмолвную тишину.

— Нет… тем более что я сам его вскоре покину. И потом, кто меня доставит в королевства людей? А то как-то тащиться по болотам, у меня нет никакого настроения…

Я засмеялась от радости. С одной стороны, ответ мог показаться… холодным, но, уже достаточно хорошо зная Киррила, я поняла, что он на меня почти не сердится.

Вопрос только в том, удастся ли повторить прошедшую ночь, подумала я с затаенной надеждой, глядя, как он поспешно одевается и осторожно выглядывает в дверь — нет ли кого в коридоре.

Киррил, в какой-то момент, обернувшись, посмотрел на меня и, увидев мое выражение лица, которого я в этот момент не контролировала, только хмыкнул, прочитав по нему все, о чем я думаю.

В любом случае терять надежды я не буду… Вдруг он еще раз так напьется? Хотя после такого он вряд ли будет напиваться так сильно в моем присутствии. Хи-хи…

Но, может, когда-нибудь можно будет обойтись без спиртного и зелий?..

Глава 10

Кирилл, рефлексирующий по поводу того, кто он есть после прошедшей ночи

Да уж, погулял я на собственном дне рождения, так погулял. Учудил, так учудил… всем чудилам учудил.

Ну и кто я после этого?!

«Старый, злобный некрофил! — с лошадиным ржанием вылезло мое второе «я». — Он по кладбищу бродил!..»

И ничего я не старый…

«Значит, против того, что ты некрофил, уже ничего не имеешь, пусть даже добрый?! И на кладбище промышлять не пришлось, чтобы…»

Подловил-подловил, нехотя признал я, лишь бы только второе «я» не договаривало.

«Это я тебя на «старом» подловил, потому что ты сам считаешь себя некрофилом!»

Нет!

«Да!»

Нет!!

«Да!!»

Нет!!!

«Да!!!»

Да иди ты!

«И рад бы избавиться от такого извращенца, как ты, но — увы, мы связаны с тобой узами на веки вечные!»

Чертова шизофрения…

«От некрофила слышу!»

Тьфу ты… И потом, она жила! У нее сердце билось, я сам видел, как у нее венка на шее пульсировала, вот!

«Нашел чему радоваться. Начинал-то с… не совсем живой, гы-гы! С трупаком!!!»

И ничего она не трупак!!! Она чувствующая и чувственная девушка!

«Только находясь в твоей ауре…»

Все равно чувствующая! А чувственная и без моей ауры…

«Ну ладно, с этим не поспоришь, чувствующая. Но неживая!!!»

А это еще как посмотреть.

«Да как ни посмотри! Кровь не струится, сердце не бьется…»

Э-э, нет, давай-ка разберемся в сути вопроса — что такое есть некрофилия?

«Ну, давай, посмотрим, что ты там себе в оправдание навыдумываешь. Излагай».

Некрофилия — занятие хм-м… близость с трупом.

«Что, собственно, и произошло в действительности! Га-га-га!!!»

Ничего подобного! Имеется в виду обычный хладный труп…

«Ну, тут вы по верной дороге идете, товарищ, трупак она необычная. Ходячая и даже разговаривающая. А насчет хладности — да, температура у нее как у окружающей среды».

А значит, к полноценно мертвым ее отнести никак нельзя. Вот…

«Это да, в процессе принимала самое активное участие, а не лежала безвольным телом!»

Она не совсем мертва…

«Как и не совсем жива. Получается что ты, недонекрофил!»

Я вообще никакой не некрофил! Повторяю для особо тупых: она чувствовала, а потом и вовсе ожила!

«Оживитель личей!»

Хм-м… а ведь интересная мысль…

«Это ты сейчас о чем, недонекрофил?»

Об оживлении… Некромант пытался оживить Литию с помощью крови вампиров.

«Думаешь, если напоить ее своей кровью, то она оживет, раз уж ее торкнуло от…»

А почему бы и нет? Что мы теряем при эксперименте?

«Литр крови».

Невелика потеря.

«Думаю, у вампирессы будет другое мнение на этот счет», — усомнилось мое второе «я».

Ничего, у нее запасов достаточно. Обойдется пока обычной кровью, что мы, зря банк разбойничьей крови создавали?

«Что ж, ради науки можно пожертвовать, наука — это святое», — вынуждено было согласиться мое второе «я».

С этим вопросом я двинулся к моим подругам, страдающим от жесткого похмелья. Разве что вампиресса чувствовала себя превосходно.

— О, духи… как же мне плохо, — причитала Зеленоглазка. — Никогда больше не буду пить эту гадость. Даже в разбавленном виде…

— Это правильно, — поддержал я. — Но сейчас пару глотков сделать нужно.

Я протянул Зеленоглазке кубок с вином.

— Что?! — вскричала она и тут же болезненно поморщилась от собственного крика, так что уши к голове прижала. — Мне и так плохо, чуть голова не отваливается, а ты хочешь, чтобы я еще испила этой отравы?! Кирриэл, ты хочешь от меня избавиться?! Тогда просто убей, это будет куда милосерднее…

— Ни в коем случае, крошка. Но поверь, тебе чуть погодя станет легче.

Зеленоглазка с сомнением взяла кубок и сделала два глотка.

— Больше никогда, — повторила она, а увидев Олграну, выдвинула претензии ей: — А твои амулеты здоровья никуда не годятся!

— Не ори… — так же страдальчески поморщилась шаманка, быстро заткнув уши. — Поверь, лопоухая, — добавила орчанка, — если бы не мои амулеты здоровья, ты сейчас вообще лежала бы пластом, не в силах не то что встать, но даже голову поднять! И так до самого вечера!

Шаманка сама налила себе вина и опохмелилась, пробормотав:

— О духи предков, я еще никогда так не напивалась…

Вампирессе похмеляться не требовалось, но от вина она не отказалась. Для вампиров любое вино почти как сок.

Появилась Лития со счастливой улыбкой на устах.

«Могла бы и не лыбиться», — пробурчало мое второе «я».

Согласен…

Я постарался не дрогнуть лицом и вообще вести себя как обычно. Думаю, у меня получилось. А если нет, то все можно списать на страдания от похмелья. Хотя я его особо не ощущал. Рассар, как-никак. Амулеты здоровья опять же.

— Я вот о чем подумал, — произнес я. — Некромант пытался оживить Литию с помощью вампирской крови, и ни у кого ни разу не возникла мысль попробовать использовать для этого мою.

Все застыли, посмотрев на меня с изумлением, и в первую очередь Лития. Уж ей-то сами боги велели проверить такой способ.

— Действительно… — согласилась Ссашшиллесса. — А почему ты об этом подумал сейчас?

Лития поспешила отвернуться и посмотреть совсем в другую сторону. Я же, чуть замявшись, просто пожал плечами.

— Да вот вдруг стукнуло в голову, и все тут. Может, попробуем, проведем эксперимент?

— Но некромант вроде проводил какие-то дополнительные действа с кровью вампиров, — напомнила Олграна.

— И мы проведем, то есть сама Лития, записи ведь его опытов сохранились, если не получится с чистым вариантом.

— Хм-м, можно попробовать, — согласилась орчанка.

— Тогда, может, сейчас и попробуем?

— Да нет проблем, — сказала вампиресса, взяв со стола кубок. — Подставляй руку. Свои запасы я отдавать не стану. К тому же думаю, еще свежая и теплая кровь будет предпочтительней.

Я не стал давать задний ход и протянул руку вампирессе. Та кусать ее не стала, а аккуратно чикнула ножичком по вене и подставила кубок под ручеек крови. Но глазки ее расширились, ноздри затрепетали, клыки полезли…

— Ты только сама не употреби, — предостерег я ее, а то мало ли.

— Пос-стараюс-сь…

Но ножичек она все же облизала, аж глаза закатила от удовольствия. Как есть наркоманка.

«Может, будем сушить кровь и продавать получившийся порошок клыкастикам? — выдвинула предложение моя шизофрения. — Какое только название такому наркотику придумать? Может, героинорассаркокс?»

Я даже отвечать не стал, хотя невольно представил себе вампира, втягивающего со стола через трубочку носом красный порошок. С наркотой связываться не будем…

Когда в кубке скопилось достаточно крови, мою руку перехватила Олграна и, прошептав наговор, заживила рану.

Я буквально вырвал кубок со своей кровью у вампирессы из рук. Клинит ее от моей крови.

— Возьми себя в руки…

— Уже взяла…

— Лития? — протянул я кубок девушке-личу.

— Ты уверен? — спросила она, подойдя ко мне вплотную и осторожно приняв кубок.

— Нет, но мы действительно ничего не теряем. Давай, пока не выдохлось…

Лития, улыбнувшись, глубоко вдохнула и залпом опрокинула в себя мою кровь.

Кубок тут же забрала вампирша, собрав остатки крови пальцем, — чего пропадать добру?

А с Литией тем временем начались заметные глазу метаморфозы. Ее кожа серо-пергаментного цвета порозовела, губы покраснели, в глазах появился влажный блеск…

Вдруг она схватилась руками за грудь.

— Забилось… — выдохнула она, не веря в очевидное. — Сердце забилось!!!

Лития бросилась на меня, заключив в крепкие объятия.

«Эх-х, где же ты был со своей идеей оживления?!» — кручинилось мое второе «я».

Да уж… Придумай я это еще вчера — и сегодня не пришлось бы страдать от осознания своей…

— Ну-ну, полно… — переключился я на девушку, лишь бы не думать о себе.

По-моему, еще ни один попаданец не попадал так, как попал сегодня я.

«Да уж, ты всем попаданцам попаданец!» — с уничижительной ехидцей согласилось мое второе «я».

Свали, гад!

— Попробуй отойти от меня, выйти из зоны действия моей ауры.

— Н-нет…

— Лития, — с укоризной глянул я на девушку. — Нужно узнать, действует это только в зоне моей ауры или не только.

— Х-хорошо…

Лития сделала первый несмелый маленький шажок в сторону.

— Смелее.

Со следующим ее шагом сделал шаг назад и я, окончательно разрывая аурную связь.

Лития застыла на месте, прислушиваясь к себе.

— Ну? — поинтересовался я.

— Был сбой, но… оно продолжает биться! И я продолжаю чувствовать!!!

— Осталось выяснить, как долго это продлится, — сказала вампиресса. — Вряд ли этой крови хватит надолго.

Это заявление погасило улыбку на лице Литии, но не совсем:

— Пусть так, — сказала она. — Но и это уже дорогого стоит!

К несчастью, моей крови хватило всего на три часа. Кожа посерела, губы потемнели…

— Все… — прошептала Лития, вновь приложив руки к груди. Из глаз ее потекли слезинки. — Сердце начало работать с перебоями… замерло… Еще, правда, есть чувствительность…

Но и чувства продержались недолго, еще час — и Лития вновь стала прежней девушкой-личем.

«Мало тебе вампирессы, теперь еще и лича придется кровью снабжать, причем в гораздо больших количествах», — проворчало мое второе «я».

Заткнись, жаба.

«Сам ты жаба… хотя нет, ты — некрофил! Извращенец!»

Изыди!!!

— Надо провести эксперименты! — затараторила Лития. — Может, крови хватит на гораздо больший срок, если я продолжу оставаться в зоне твоей ауры?! А может, ее вообще нужно совсем немного, лишь для запуска сердца… И действительно, нужно посмотреть записи этого гада, может, и впрямь чего умного придумал, и, в отличие от крови вампиров, с кровью рассара все получится?!

— Конечно-конечно, Лития, как только вернусь из королевства, так сразу и начнешь свои эксперименты с кровью. Я даже немного тебе оставлю, чтобы ты уже начала экспериментировать, не дожидаясь меня. Думаю, Олграна не откажется сделать еще одну фляжку для сохранения крови?

— Без проблем.

По виду Литии было ясно, что отпускать она меня никуда не хочет, ведь на кону стоит ее оживление, а со мной может всякое случиться, но вынуждена была согласиться с таким решением — в конце концов, я ведь не отказываюсь.

Несмотря на то что я к отбытию, к своеобразному отпуску, готовился целый месяц, все равно пришлось задержаться еще на три дня. Утрясали последние мелочи, плюс пришлось порвать еще одну залетную банду. В итоге Лития и Ссашшиллеса довели свои свиты до штатного количества по двадцать голов каждая. В Черную Молнию, собственно, больше скелетонов не помещалось… а большего количества обращенных не прокормить. Кровь сдавали очень неохотно.

Со мной летела вампиресса. Одного меня пускать отказались наотрез. Олграна не могла, Зеленоглазка бесполезна, Лития тоже не самый лучший вариант из-за ее природы, хотя она приводила в свою пользу вполне стоящие доводы: уж очень она не хотела со мной расставаться:

— А почему бы и нет? Ведь если меня немного загримировать, то от живой не отличить. А если я еще немного крови приму, так и вовсе живой стану! Я там все знаю, везде проведу…

— Нет, Лития, это излишний риск. Действие крови может закончиться, и все. Тем более Олграна говорит, что твоя аура, пока в тебе моя кровь, мало чем отличается от ауры рассара, сама понимаешь, чем это может закончиться.

— Амулет сокрытия сделаем, как у тебя!

— Вариант, — не мог не признать я логичности предложения. — Но есть еще такой момент, что баронство… или уже графство Гарем нуждается в защите от всяких лихих банд, тварей из Проклятых земель, сектантов этого чертова Неназываемого. Кроме тебя с твоими костяками никто больше оперативно на угрозы среагировать не сможет. Так что погуляешь пару дней в городе — и назад.

— Хорошо, Киррил, — признала она наконец весомость моих доводов.

Так что в качестве моей няньки оставалась только Ссашшиллесса, и то если просекут, что она вампирша, тут же попытаются насадить на различное дреколье. Пришлось и ей делать амулетик, скрывающий ауру. Своих обращенных, что без длительного надзора могут забуянить, она посадила по камерам до своего возвращения.

Лететь решили в родное королевство Литии — Пантергорд. Время тут такое, что меняется что-либо очень медленно, застывшее Средневековье, тридцать лет — не срок, так что ей там все знакомо, и может дать справку по местности, населению, обычаях, культуре и так далее.

Но главной причиной являлся, конечно, тот факт, что в этом королевстве, если не случилось никаких потрясений, есть знакомый Литии архимаг — ректор Королевской магической академии. Он-то нам и нужен в первую очередь. Для него и письмо подготовили.

Зеленушки провожали меня так, словно я куда-то на долгие годы отправляюсь, а не на месяц, максимум два.

— И не вздумай там кого-нибудь подцепить и в замок притащить! — напутствовала меня Олграна. — Задушу!

— Кого? Меня?!

— Ее! И тебе достанется!

— Постараюсь, но ничего не обещаю! — отшутился я.

— Я ему подцеплю! — вклинилась вампиресса. — Так подцеплю за одно место, что…

Зеленоглазка только фыркнула и поцеловала на прощание.

— Будь там осторожнее, Кирриэл, и помни: мы все тебя ждем.

А уж как мне пришлось расстараться с Зеленоглазкой и Олграной… Сначала по одной, а потом вместе. Да-да, я их все же уломал на совместное принятие джакузи (ванну переделали в джакузи, теперь купаемся с пузырьками!)… Хи-хи… Вымотало меня это дико, но оно того стоило.

Думаю, в данном случае описывать космические баталии не будем…

— Трогай, шеф…

И вот Волга уже привычно ухнула с башни вниз и, встав на крыло, взяла курс на запад.

Лития решила совместить приятное с полезным и глотнула моей крови. Лететь нам долго, я буду с ней все время в плотном контакте, вот она и будет жить полной жизнью во время полета.

И вот под нами горы с многочисленными отстраивающимися в долинках деревеньками.

Надо же, как много у меня подданных… Нет, я, конечно, веду учет вновь прибывающих, но одно дело сухие цифры, и совсем другое — это видеть собственными глазами. Особенно результат их труда в виде распаханных площадей.

А подданных у меня уже больше ста тысяч накопилось… И это не предел. Старосты все продолжали подходить к замку. Топи — они ведь большие, три-четыре королевства с легкостью там поместятся. Населения в болотах, конечно, меньше чем в трех-четырех королевствах, места для проживания маловато, но думаю, на одно королевство наберется точно. А у меня в горах территории как раз на большое королевство хватит! А это значит что? Правильно, быть мне в скорости даже не герцогом, а сразу королем.

Королевство Гарем. Хм-м… тоже звучит!

Вот только надо занять вакансии герцогов, графов, баронов…

Впрочем, чего я бегу впереди поезда?! Детишек у меня выше крыши будет, Зеленоглазка, блин, опять беременна, Олграна скорее всего тоже, вот и займут они со временем все вакансии. Возможно, даже не хватит на всех, если и дальше такими темпами пойдет прирастание «принцев».

Впрочем, от Топей тоже отказываться не стоит. Ресурсная база как-никак, там тебе и железо, и сера, и еще много чего полезного. Опять же можно провести мелиорацию, будет где Олгране силушку свою шаманскую приложить: осушим болота — вот вам и новые территории!

Вот, кстати, и сами болота потянулись с островками нормальной суши, как правило, уже покинутыми… Да уж, работы у Олграны будет до фига.

Пошла пограничная полоса Вольных баронств.

Лития сидит, блаженствует. Ее теория, что полноценная жизнь при постоянном нахождении в моей ауре не зависит от количества выпитой крови (глотнула она совсем чуть-чуть), оправдалась. Прошло уже пять часов, а ее сердце все еще бьется.

«Теперь. Если она на тебя полезет, вроде как и отказать ей сложно будет, а, извращенец?! — ехидно выдало мое второе «я». — Живая ведь, га-га-га!»

Я только мысленно сплюнул. И ведь верно, как ни крути…

«Может, тогда вампирессу уломаешь на интим втроем с Литией, как это с зеленушками проделал, а?!» — вновь подначила меня одна из граней моей сущности.

Изыди уже… отмахнулся я в мыслях вяло.

Хотя идея интересная…

«А я о чем говорю!!! — вскинулась моя вторая сущность. — А потом и вовсе можно устроить…»

Только этого мне не хватало! Я же сдохну!

Когда уже стало темнеть, под нами распростерлось первое королевство. Кантонотос. А сразу за ним — нужное нам, Пантергорд.

До него добрались уже в темноте.

Лития неплохо ориентировалась в ночи и вела свою Черную Волгу… то есть Молнию над руслом реки Пант, на берегах которой стояла столица королевства — Пантерг.

В город, естественно, влетать не стали: там такую чудовищную нежить сразу засекут, и сработает местная магическая зенитная оборона. Приземлились на полянке в пяти километрах, где и провели остаток ночи. Лития и Ссашшиллесса легли по обе стороны от меня (вампирессе спать не хотелось, но «погреться» в моей ауре она всегда готова), так что у меня опять невольно возникла шаловливая мыслишка, что хм-м… в будущем есть надежда на более активное проведение ночи в таком составе.

Спать…

Некто, нечто, негде…

Жертв! Мне нужно больше жертв!!!

— Кантопус!

— Повелитель…

Рухнул ниц на пол из черепов человек в длинных черных одеяниях, протянув руки по направлению к массивному трону из костей, окутанному тьмой, что словно восседала на этом троне.

— Жертв! Мне нужно больше жертв!! Я же точно сказал, сколько мне потребуется в этот раз! Почему не выполнен приказ?!

— Пощадите, Повелитель!

— Отвечай!

— Возникли большие трудности в отлове жертв, Повелитель…

— Почему?

— Полукровки снялись с Топей и переселились в горы.

— Почему?!

— Некромант, сдерживавший их движение, был побежден, и сейчас его земли заняты очередным владетелем.

— И он заселяет свои земли полукровками…

— Так точно, Повелитель… Он повинен в том, что погибла стая гончих, стая горгулий и те, кто пытался достать камень из Чаши силы, а также он уничтожил одну из наших команд по доставке недостающих жертв, Повелитель.

Тьма недовольно зашевелилась на троне.

— Некроманта с самого начала следовало заменить кем-то своим или завербовать…

Кантопус на это ничего не ответил, чтобы не нервировать лишний раз своего Повелителя. Ведь Повелитель и так прекрасно знает, что делать это было нежелательно, так как могло привлечь к нему внимание.

А вот гончих и горгулий, этих передвижных добытчиков маны, действительно жаль. Очень уж они неохотно воспроизводятся. Особенно гончие. Но как эффективны!

— Так убейте этого выскочку, раз он доставляет такие большие неприятности!

— Мы не в силах этого сделать, Повелитель, прошу вас не гневаться… Его слишком хорошо охраняют, и при этом неизвестна его собственная мощь.

— Даже для вас?!

— Да, Повелитель… Его защищает весьма сильная шаманка из орочьего племени, контролирующая армию големов. Она же заполучила камень силы, предназначавшийся вам… Его защищает вампиресса, уже набравшая небольшую свиту из обращенных, и наконец в последнее время его охраняет лич, имеющая собственного костяного дракона и также собравшая свиту…

— Ясно… очень интересный владетель у меня под боком обосновался… столь разноплановый… Кто он такой?

— Простите, Повелитель, но нам пока не удалось этого выяснить!

— Выясните!

— Да, Повелитель!

— Что ж, уже то, что у него столь неординарная команда в подчинении, говорит о владетеле многое. И даже не имея понятия о возможностях самого владетеля, занявшего место некроманта, но даже без его учета, одна его свита для вас действительно непреодолимая сила… А если в противоборстве подключится к делу он сам, то… Я потеряю в прямом столкновении слишком много слуг, а вас, паразитов, мне и так не хватает, да еще и дохнете почем зря! Кстати, почему так медленно продвигаются дела по вербовке новых жрецов? Или ты намеренно саботируешь, чтобы я из-за вашего малого числа вот в таких случаях не рисковал вами лишний раз, а берег как зеницу ока?!

Тьма на троне «вязко» заклубилась, отображая гнев.

— Что вы, Повелитель, у меня и в мыслях не было ничего подобного! Мой разум открыт для вас, и вы можете в этом убедиться!

— Тогда почему?!

— Мы вынуждены проявлять большую осторожность, Повелитель… Стоит оступиться один раз — и все рухнет. Маги обратят на нас внимание, а потом…

— Не продолжай, я знаю, что случится потом! Припрутся архимаги со всего Даронара, вас всех порешат, и мне достанется… я-то выживу, но эта схватка, к которой я не готов, отбросит меня еще на несколько тысяч лет прозябания…

Тьма на костяном троне интенсивно задвигалась, что выдавало в некоем Повелителе высшую степень нервозности и даже страха.

— Но мне нужны жертвы, и этого владетеля нужно устранить, пока он не вошел в полную силу, а полукровок загнать обратно в Топь! И если вы этого не сделаете, клянусь, сами возляжете на алтари и испытаете всю ту боль, что испытываю я, не получая достаточно жертв!

— Мы делаем все возможное, Повелитель!

— Что именно?! Хотя молчи, дай я сам посмотрю в твоей черепушке, что ты нам понапридумывал…

— Для меня это великая честь…

По тому, как исказилось от боли лицо Кантопуса, когда щупальце тьмы окутало его голову, эта честь ему обходилась дорогой ценой.

— Что ж, неплохо придумано, Кантопус… Ты мыслишь в верном направлении. Убрать его чужими руками — лучший выход из положения. Второй план на случай провала первого тоже одобряю. Он более рискованный, но более эффективный. Не зря ты стал верховным жрецом. Выполняй.

— Я счастлив служить вам, Повелитель, — вновь распростерся ниц человек в длинных черных одеяниях.

— Разбейся в лепешку, но найди мне жертв, счастливец ты мой!!!

— Будет исполнено, Повелитель!

Верховный жрец, пятясь, пополз прочь из зала с костяным троном и клубящейся тьмой на нем.

Глава 11

Кирилл. Неофициальный тетраженец… ну, это когда четыре жены уже

Проснувшись, я обнаружил себя в переплетении тел, так что пришлось распутываться… Нет, ничего не было. Впрочем, стоило только мне начать выбираться, как девушки… ну, пусть будут девушки, хотя одна из них давно беременна, проснулись сами и помогли мне освободиться от своих рук и ног, коими они меня закидали, а заодно и друг друга… Гы-гы!

Лития улыбалась, держась рукой за грудь, а значит, ее сердце продолжало биться, — впрочем, это и так по ее живой внешности было видно. Что ж, рад за нее, всю ночь прожила, хоть и проспала. Впрочем, сон для нее не меньшее счастье после тридцати лет круглосуточного бодрствования.

Сам сбегал в кустики и вернулся как можно быстрее ради временно ожившей девушки-лича, которой даже минутная моя отлучка большущий стресс: вон какое лицо озабоченное… вдруг сейчас помрет? Нет, не померла.

Хотя первое время, еще когда просто чувствовать начала, находясь в моей ауре, она меня у туалета караулила, а в самый первый раз чуть ли не со мной в философскую комнату пошла… благо для нее, что одним местом я гоблин, а потому надолго не задерживаюсь. Только сяду, чуть напрягусь — и все…

Все-таки я даже не представляю, каково ей.

Помыл руки, сполоснул лицо и легко позавтракал холодной курятиной. Чего, собственно, нажираться перед входом в город? Как раз там где-нибудь в харчевнях и позавтракаю-пообедаю как белый человек.

— Ну что, в путь?

Возражений не последовало, и мы двинулись в город. Идти пешком, конечно, не дело, но мы приоделись горожанами, а не благородными, так что можно пешочком прогуляться. А в городе уже приодеться согласно статусу и легенде.

Господи, кто бы знал, что стоит за этим словом «приодеться» в женском понимании, при условии, что выбирают сразу две женщины! Это настоящая инквизиторская пытка… Иногда их споры приходилось прекращать мне волевым решением. А чтобы не заработать смертельную обиду одной из них, делал это посредством жребия — божьего волеизъявления, — то есть подбрасывал монетку.

В общем, после того как без проблем вошли в город, заплатив пошлину по паре медных монеток с носа, мы пообедали в приличном заведении, на какое указала Лития, — дескать, в ее время там весьма неплохо готовили. Готовили там и сейчас действительно недурно. А дальше мы пошли по магазинам.

Я-то быстро шмотки себе подобрал. Камзол там строгого покроя без всяких дутых излишеств и бабских кружев, вощеный зеленый плащ с серебряным шитьем, свободные штаны (а не в обтяжку, как местные носят, подкладывая в одно место мешочек с песком, — мне мешочек и не требуется, гы-гы…). У сапожника купил высокие сапоги, несколько рубашек, шляпу (перья из нее все выдрал), а также кожаные перчатки. Всего три лавки обошел — и из последней вышел аристократом средней руки. Совсем уж зарываться тоже не стоило… и так слишком несуразно выгляжу, стаптывая сапоги о брусчатку, а не в карете разъезжаю или на коне, как положено делать даже захудалому дворянину.

Положение спасали только две спутницы… Хотя за мать с дочерью их тоже вряд ли кто принимал, так что прохожие горожане, особенно фланировавшие с супружницами, смотрели на меня осуждающе-завистливо. Сами супружницы, как правило дородные матроны (хорошей женщины должно быть много, а по мне — так лучше много хороших женщин…), готовы были меня испепелить взглядами на месте! Разве что молоденькие девушки не без интереса поглядывали… наверное третьими не прочь стать, но, помня предупреждение Олграны и угрозы Сашули, я себя сдерживал от расширения круга поклонниц. Шутка…

Женщины же, дорвавшись до тряпья, не успокоились, пока не прошли весь торговый ряд (вношу уточнение: столичный торговый ряд!!!), чуть ли не в каждом приобретая по паре платьев или охотничьих костюмов, а также нижнее белье. Впрочем, последнее тут особым шиком не отличалось: панталоны, сорочки, корсеты…

Я по примеру прочих попаданцев даже подумал, что можно стать в этом плане законодателем мод, ввести там всякие… но да ладно, не будем шокировать аборигенов всякими там стрингами.

Иногда покупали просто рулоны ткани.

Правда, в оправдание моих подружек можно сказать то, что брали они не только для себя, но и для Олграны с Зеленоглазкой, а также для детей, всякие там костюмчики…

Более прибыльного дня торговцы готовыми вещами, наверное, еще не знали. Шить на заказ, как вы понимаете, у нас просто не имелось времени, а у меня еще и желания, хотя девушки были не прочь заказать себе что-нибудь такое эдакое, почерпнув покрои из моих фильмов. А что не так, где жмет или полнит — то они сами перешить могут. В этом они руку уже набили при переделке гардероба некроманта и Литии. Так что если хотят что-то особенное, то пусть шьют сами.

Так что очень скоро мы привлекли всеобщее внимание из-за того, что за нами шла настоящая вереница служек из торговых лавок, тащивших многочисленные пакеты с обновками.

Впрочем, это внимание мне было даже выгодно. Ведь сейчас на это кружевное тряпье я тратил последнее золото, а мне надо продать мифрил. Хотя архимагу за его работы в принципе можно заплатить непосредственно алюминием — думаю, он возьмет его с гораздо большей охотой. Но деньги все равно нужны. Так что в каком-то смысле я давал возможность с собой познакомиться заинтересованным лицам.

Впрочем, знакомились со мной лица не менее заинтересованные, к счастью, пока больше издалека, но с которыми у меня знакомиться в более близком отношении желания никакого не было. Это я про воров. Но они проблем мне еще не доставляли. Воровать готовые изделия им смысла нет, а срезать у меня кошелек… так это ко мне еще подобраться надо! А вы попробуйте протиснуться ко мне, миновав Литию и Ссашшиллессу! Они всем руки в миг пооборвут, другим концом на место вставят и скажут, что так и было.

После покупок мы остановились в одной из лучших гостиниц.

— Ну и как теперь со всем этим быть? — поинтересовался я не без едкости, озирая всю эту груду вещей, что мы приобрели, пока ходили по магазинам.

А набралось много, очень много. Разве что в кузов среднетоннажного грузовика все поместится, и то сомнительно.

— Не вижу проблем, — отмахнулась Лития. — Закажем… пару подвод и отвезем все ко мне на полянку, где Черная Молния сидит, и…

— И что ты после этого собралась делать с извозчиками и грузчиками? Даже если они не увидят твоей костяной драконши? Души вынешь?

— Зачем?

— А как ты им объяснишь, что тебе надо вывалить все это посреди чистого поля и мотать обратно в город? Ладно, ты улетишь, а нас после этого, когда пойдут разговоры, на примету возьмут, так как тысячи горожан видели нас с тобой.

— М-да… — согласилась с доводами Лития и пригорюнилась.

— А может, разыграем нападение костяками на ее обоз? — предложила вампиресса, похоже, исключительно в порядке бреда.

— Можно! — поддержала предложение Лития. — Все люди разбегаются, а я вроде как не смогла, и…

— И нас все равно берут на карандаш. А кроме того, нам еще лишний геморрой. Придется изображать кипучую деятельность — ведь нашу спутницу зомбаки употребили, которых здесь отродясь не видели.

Мои спутницы приуныли, не видя ни одного нормального способа вывоза обновок.

— Ладно, есть один вариант.

— Какой?! — хором спросили они.

— Покупаем две, а то и все три телеги, загружаем в них все это добро, сами переодеваемся под простолюдинов и вывозим. Другого способа я не вижу.

— Сделаем! — бурно обрадовалась Лития.

Думаю, радовалась больше из-за возможности еще немного побыть в моей ауре — наверняка рядом сядет.

— А сначала давайте я вам покажу город!

Оставив покупки и поужинав в ресторане, мы двинулись на экскурсию.

Город как город, в общем-то. Довольно чистенький, по крайней мере в центральных районах. Имелась простейшая канализация, так что реки дерьма по улицам не текли и на головы помои с фекалиями не выливали.

Дома в центре — настоящие особняки по три-четыре этажа, окруженные высокими заборами, с большими дворами. Достаточно широкие улицы.

Небольшие парки, пруды, торговые площади. В самом центре, кажется, даже на речном острове, стоял королевский дворец.

Средний город, где жили простые горожане, застроен очень плотно, дома жались друг к другу, улицы стали заметно уже и извилистее.

В трущобы соваться не стали. К вечеру вернулись в центр.

— А это и есть Королевская магическая академия, — показала Лития на комплекс зданий за высоким кованым забором.

В целом тоже ничего особенного, академия как академия — высшее магическое учебное заведение в средневековом исполнении. Никаких тебе летающих башен, летающих же на метлах студентов и прочих спецэффектов.

Будь я нормальным попаданцем с обычной магической силой, а не рассарской, вполне возможно, сейчас сюда учиться бы пошел, подумалось мне с усмешкой.

— Кстати, дорого обучиться стоит?

— Можно и бесплатно, — ответила Лития. — Правда, потом двадцать пять лет придется отработать на корону.

— Фигасе бесплатно, — хохотнул я.

— А вообще около тысячи золотых в год.

— Серьезно… И сколько длительность обучения?

— Все зависит от способностей. Кто-то может весь курс обучения за три-четыре года пройти, а кто-то и за десять лет не одолеет.

Вряд ли бы мне удалось столько заработать в одиночку даже на средний срок обучения в пять-шесть лет, подумал я, на пропитание бы надыбал — уже счастье было бы.

Тем временем мы подошли к проходной, и Лития обратилась к привратнику:

— Приветствую, ар студиозус.

— Здравствуйте, госпожа… Чего желаете, госпожа?

— Мы издалека… я хочу уточнить, архир Тарногар по-прежнему является ректором?

— А что с ним станется, с… простите, госпожа, — опомнился студент, видимо, хотевший добавить чего-то ненормативного.

Его можно понять. Студент, если подумать, скорее всего проштрафившийся, раз привратником поставили стоять, и считает себя несправедливо и излишне жестоко наказанным.

— Архир Тарногар по-прежнему является ректором Королевской магической академии. Желаете ему что-то передать?

— Да, вот это письмо.

— Оно будет немедленно доставлено в канцелярию архира ректора, госпожа.

— Благодарю, ар студиозус.

— Всего хорошего, госпожа…

— Не боишься такому охламону письмо отдавать? — поинтересовался я, когда мы отошли от проходной академии.

— Нет! — засмеялась Лития, видимо, вспомнившая свои студенческие годы.

— Ну, на нет и суда нет…

Ссашшиллесса. Вампиресса

Я начинаю подозревать человека в хм-м… связи с Литией.

Неожиданно. Если не сказать больше…

По крайней мере, он никак не отреагировал, когда после ночевки на поляне обнаружил руки и ноги лича на себе, а ее лицо — упирающимся в его щеку. Совсем никак, несмотря на ее природу.

Хотя, с другой стороны, она ведь, после того как употребила его крови, ожила… а значит, ничего такого вроде и не случилось.

Ладно, в любом случае это его личное дело.

Но каково будет, если и лич забеременеет! Ха-ха-ха!!! С ним уже ни в чем нельзя быть уверенным! И если это все же случится, я хочу увидеть его глаза, когда ему об этом скажут!

И еще интересно, кем станет ребенок, родившийся от лича?

Демилич?!

Или все же обычным живым карапузом, только очень сильно предрасположенным к магии смерти? Да уж, вопросец…

Честное слово, хоть тотализатор устраивай!

Невольно потрогала свой живот. Когда нахожусь в ауре рассара, все блокировки развития плода спадают. Ребенок как бы получает дополнительные силы и развивается ускоренными темпами, будто наверстывая упущенное!

А вот и столица!

Как же давно я не… отрывалась в походах по магазинам! Как это мероприятие человек назвал — шопинг? Так вот, шопинг удался на славу! Закупились так, что и за десятилетие все не сносим! Хотя женщины — не мужчины и одно и то же годами не носят, но все равно…

Погуляли по городу, занесли письмо в магическую академию. А поскольку уже давно начало темнеть, направились в гостиницу. Завтра нам еще целый спектакль устраивать с вывозом обновок!

Но что это… хм-м, похоже нам решили помочь облегчить кошельки, хотя они и так уже почти пустые.

— Внимание, за нами следят, — предупредила я Ксиррела и Литию, о чем-то болтающих.

— Кто? — спросил человек, впрочем, без особого волнения.

А чего ему волноваться рядом с нами? Да и сам он уже не такой криворукий и беспомощный, как раньше, — моя заслуга!

— Скорее всего, одна из теневых гильдий.

— Ясно… Что ж, я, наверное, даже удивился бы, если бы они не отметились.

— Верно! — хмыкнула я, вдруг вспомнив, что всем попаданцам, кем и является Ксиррел по их литературной традиции, всегда приходится иметь дело с ворами и убийцами. Вот и он не избежал сей участи! Ха-ха!

А вот и они. Полезли из всех щелей, как тараканы! Пятнадцать голов! Похоже, всю банду на дело стянули. Не многовато ли на троих, так и хотелось их спросить, тем более что из троицы две всего лишь слабые женщины?

— Наивные албанцы, — выдал один из своих непонятных мне перлов Ксиррел и криво усмехнулся.

Вот и десяток едва ходячих мертвяков, встреченных нами во время зачистки одного из районов от залетной банды работорговцев, он назвал «горячими финскими парнями»…

— Знали бы вы, на кого напали, сами бы все свои денежки сдали, лишь бы отпустили с миром по домам…

— Это не все… за нами еще приглядывает минимум три пары глаз.

— Слишком большой разброс в количестве наблюдателей, — хохотнул человек. — От трех до шести…

Лития тоже хихикнула. Да и я невольно усмехнулась, но все же одернула спутников:

— Не стоит недооценивать противника. Будьте осмотрительны и не подставляйтесь.

— Ясно, — посерьезнел Ксиррел.

Начало грабежа получилось весьма традиционным.

— Думаю, тебе, паря, будет жирновато с двумя телками ходить, — начал свою арию главарь бандитов с целью разведать силы противника.

— У меня в замке еще две осталось.

— Вот и я о том же… надобно бы тебе поделиться. А то, как видишь, у нас напряженка с женским полом.

— Что, даже проститутки не дают? — посочувствовал Ксиррел.

— Деньги требуют, стервы, — осклабился главарь, еще не догоняя, что поведение жертвы неправильно. — Потому вам не мешало бы поделиться с обществом как деньгами, так и девками.

— Насчет девушек не уверен, что им понравится ваше общество. Да и вам, при ближайшем знакомстве с ними, тоже. Лучше вы, парни, раз такое дело, обойдитесь собственными силами.

Главарь наконец понял, что с ним играют, и произнес уже другим тоном:

— Ты че тут пургу гонишь? Гони деньги…

А вот сам грабеж не совсем по сценарию получился… по крайней мере, не по сценарию разбойников — это точно.

К нам со всех сторон рванули грабители, обнажив различное оружие, — ножи, топоры, кастеты… и амулеты, довольно мощные, надо отметить. И где только взяли?

Первыми в ход пошли амулеты. На нас обрушились плети, копья, файерболы… но против защитных амулетов на мифриловой основе они не котировались.

А до колюще-режущего оружия, с их стороны по крайней мере, дело не дошло.

Сначала чем-то из своего арсенала лича ударила Лития, и двое бандитов рухнули как подкошенные, а потом мы уже с Ксиррелом обнажили свои клинки. Он — меч, я — кинжал: женщинам с более серьезным оружием ходить запрещено. Но мне и кинжала хватило с лихвой, чтобы за три секунды положить троих, даже не переходя на сверхскорость.

Ксиррел тоже обагрил свой меч кровью пары разбойников, а остальные, увидев, что их банда быстро ополовинилась и сейчас их выведут под ноль, стали спешно разбегаться. Лития свалила еще двоих.

— Что наблюдатели? — спросил Ксиррел, осматриваясь, не пальнет ли кто из арбалета.

— Ничего. Продолжают наблюдать.

— Тогда уходим…

И мы быстрым шагом стали покидать место стычки. Общаться со стражей никто из нас желанием не горел.

— Вы идите, а я все же посмотрю, что там за наблюдатели такие странные, что даже не вмешались в схватку.

Человек кивнул, не став ничего спрашивать, и я устремилась назад. Поспела вовремя, чтобы увидеть, как пять человек в хламидах с глубокими капюшонами, подхватив по трупу, быстро скрылись в подворотнях.

Немного необычно. Вообще-то я ожидала, что раз уж они не вмешались в схватку, то это окажутся обычные городские «стервятники», что быстро обирают мертвецов буквально догола. Хотя район промысла таких деятелей не совсем их — они больше в трущобах орудуют, ну в среднем городе, но никак не в центре. Но чтобы уносить мертвецов?..

Решила проследить дальше. Дошла до набережной, где в кустах скрылись эти падальщики.

Вот так дела! Да это же обращенные! Как я это упустила?!

Вон как жадно приникли к шейкам…

И опять-таки странное поведение. Ну понятно, прячутся и сами стараются не нападать, а пользоваться такими вот подарками судьбы. Но для обращенных это слишком заумно, а значит, их контролирует кто-то из истинных…

Выходить на него или не стоит?

Если он одиночка, можно принять в свою свиту… впрочем, это верно и для группы. Вряд ли их тут много. Чем больше их в городе, тем выше шанс засветки, и тогда начнется облава. Истинных не может быть больше десятка. Обращенных тоже много быть не может — десятка два максимум.

Но прежде чем я пришла к какому-либо выводу, на меня напали со спины. Точнее, попытались напасть.

Атаковал истинный.

Промашка: я не человек.

— Кто ты?! — спросил он оторопело.

— Это пока не столь важно.

— Но ты истинный вампир. Одиночка?

— Хм-м… да, можно и так сказать.

— Войди в наше гнездо.

— У меня пока нет такого желания.

— Да кто будет спрашивать твое желание?! — вышел на сцену еще один истинный.

На этот раз высший и, как видно, глава гнезда.

— Ты станешь моей…

Похоже, разведка зашла слишком далеко, подумала я с досадой.

— У меня другое предложение: это вы переходите в мое гнездо, и я становлюсь вашей королевой.

— Что?!

Глава гнезда бросился в атаку, и его поддержало еще трое. Обращенные остались в стороне от схватки. Они только помешали бы.

Совсем одичали…

Я перешла в туман — и все вампиры, что истинные, что обращенные, оказались в зоне моего воздействия. Я могла их в любой момент всех убить… Но вдруг я поняла, что могу сделать высших истинно высшими, то есть научить переходить в туман!

Смещение моей сущности в сторону и выход из состояния тумана.

Вампиры продолжили атаку, но меня там, где они ожидали увидеть, уже нет.

Встали как вкопанные. Удивление медленно сменялось потрясением.

— Королева! — упал на колено и склонил голову глава гнезда. — Прими нас под свое покровительство!

Вслед за высшим упали на колено остальные истинные.

Ну и как мне быть?

Их качество… сомнительно. С одной стороны, они достаточно умны, ведут себя тише воды, ниже травы, что позволяет им выжить. А с другой — а как они, собственно, выжили во времена гонений? Сбежали? Струсили?!

Хотя нет, все молоды, совсем юнцы. Наверное, им исполнилось лет по десять, когда их гнезда разорили. Они в принципе не могли ничего сделать, только разве что спрятаться. А вот вожак повзрослее. С ним придется разобраться тщательнее.

В общем, надо о них узнать все досконально. В любом случае отказываться от них глупо, лишними точно не будут, так что придется принять их под свою руку…

— Принимаю.

Каждый из истинных отвел воротник и позволил мне проткнуть шею ногтем до крови, что я символично слизала.

— Как вас зовут?

— Меня зовут Оннакасс, а это Каррон, Линнар и Танссаллон.

— Вас только четверо?

— Да, королева.

— В городе еще есть вампиры? Одиночки?

— Нет, королева, я уверен, что мы единственные. Нас хорошо почистили…

— Вы из одного гнезда? Я имею в виду ранее разоренного.

— Да, королева, мы из гнезда Оххарон.

— Знаю такой, весьма сильный был клан.

Теперь понятна роль старшего, тем более что не такой уж он и взрослый. Просто ему, тогда еще юнцу, приказали позаботиться о детях.

— Простите, королева, а какой клан теперь мы представляем?

— Теперь вы в клане… — произнесла я и задумалась на мгновение.

Называть свой прежний клан тоже уже не имеет смысла. Он пострадал еще сильнее, я осталась одна, пусть и королева. Если по логике, то брать надо название этих, их хотя бы четверо выжило. Но это тоже не вариант.

— Клан Гарем.

— Простите, королева, никогда о таком не слышал…

— Это новый клан. Начнем все с чистого листа… с новыми возможностями.

Оннакасс понимающе кивнул.

— Где вы обитаете сейчас?

— Прошу за мной, королева, я покажу.

Мы двинулись прочь от набережной.

Обращенные тем временем, осушив трупы, вскрыли животы, чтобы не вздулись, привязали к ним камни и поскидывали в воду, после чего скрылись во тьме.

Через десять минут мы вышли к особняку на границе со средним городом.

— Здесь мы живем.

— Так открыто?

Особняк совсем не выглядел мрачным логовом скрывающихся ото всех вампиров, скорее обжитым домом.

— Мы не привлекаем к себе внимания…

— Да уж, вы в этом профи.

— Пришлось ими стать, — невесело усмехнулся Оннакасс. — Даже постоянными подружками обзавелись.

— А на какие средства живете?

— Удалось прихватить кое-что, когда отходили… часть в схронах, часть в банке гномов.

— Вы ведь за нами следили? — спросила я скорее утвердительно.

— Да, королева.

— Зачем?

— На вас не могли не напасть, королева. А как вы поняли, мы питаемся за счет жертв посторонних преступлений.

Я кивнула, убедившись в своих догадках. Умные ребятки. Собственно, дураков, охотившихся самостоятельно и оставлявших следы, быстро перебили охотники на вампиров.

— Хотите убраться отсюда и жить более открыто? — спросила я.

— Как прикажет королева…

— Нет. Сейчас я спрашиваю ваше желание.

— Мы были бы рады, королева! Жить, постоянно скрываясь, каждый день опасаясь, что нас вычислят и начнут охоту, уже надоело.

— Что ж, скоро у вас появится такая возможность.

Узнав все, что мне было нужно, я поспешила в гостиницу.

— Долго ты… Что, собственно, узнала? Кто это был? — засыпал меня вопросами Ксиррел.

— Обычные падальщики.

И ведь не соврала даже! Эти вампиры действительно вели себя как падальщики, а не охотники.

Но падальщики, надо признать, наглые, живущие не просто в центре королевства, а в его столице! Впрочем, логика есть: искать вампиров в месте, где количество магов на душу населения максимально и где засветиться нечего делать, станут в последнюю очередь. Очень умные ребятки, уже в который раз отметила я.

Сказать Ксиррелу о приобретении, конечно, надо, но в другой раз. Все же у него своеобразное отношение к вампирам.

Глава 12

Кирилл. В очередной раз попавший попаданец

Рано утром мы арендовали у хозяина гостиницы две повозки, загрузили все это вчерашними покупками и, переодевшись простолюдинами — одежду тоже арендовали, но уже без спроса (Ссашшиллеса стянула где-то), — выехали из города.

— И как теперь ты собираешься все это погрузить? — поинтересовался я, глядя на Волгу.

Все ее внутренности были заняты скелетонами, и туда при всем желании мало что войдет.

— Или бросишь своих скелетонов тут?

— Это не проблема, — отмахнулась Лития. — И никого я бросать не собираюсь.

Она немного напряглась, отдавая своим солдатам мысленный приказ и вот они занялись погрузочными работами, раскладывая покупки на спине у Черной Молнии.

Ну конечно, багажник есть.

Посылки крепко зажимались между костями, и даже при самых сильных маневрах ничто не упадет. В итоге костяная драконша обросла своеобразной плотью…

— Ну вот и все, прилетай сюда через месяц, мы будем ждать, — сказал я на прощание. — Думаю, за это время мы успеем сделать все дела.

Лития в ответ меня только крепко обняла и, похоже, не собиралась отпускать.

— Ну, полно, полно…

Лития наконец с трудом разжала руки, и то, наверное, только для того, чтобы утереть обильно выступившие слезы.

— Я буду прилетать сюда каждую неделю!

— Не нужно, Лития, это лишний риск. Кто-нибудь из магов тебя может засечь. Так и быть, прилетай через две недели…

— Я так и сделаю!

Лития наконец оседлала свою костяную драконшу и взмыла в небеса.

— Что? — спросил я, увидев странный взгляд вампирессы.

— Ничего…

— Тогда поехали назад.

В гостинице, нас уже ожидало письмо от архимага Тарногара. В нем он писал, что согласен встретиться со мной, назвал время и место. Шикарный ресторан возле академии под названием «Феникс».

— Символичное название, — заметила вампиресса.

Это она про то, что фениксы были природными рассарами.

— Мне идти с тобой?

— Думаю, тебе меня лучше прикрывать. Мало ли…

— Именно это я и имела в виду.

— Тогда со мной…

До ужина еще оставалось довольно много времени, но вампиресса, прежде чем я выдвинул какие-то предложения, сама нашла, чем его занять…

Что ж, пожалуй, эльфийку я уже могу удовлетворить, подумал я не без ехидства, глянув на часы в конце процесса, прерывавшегося только на обед. В крайнем случае, гномиху точно.

Сдохнуть можно…

До встречи оставалась еще пара часов, и это время я посвятил полноценному отдыху. Тупо отлеживался, так что в итоге вырубился. Я бы позорно опоздал, если бы, как всегда, бодрая Ссашшиллесса меня не разбудила.

В «Феникс» я выдвинулся на местном конном такси.

Ресторан по местным меркам действительно оказался шикарным. Скатерти на столах, магические светильники, симпатичные подавальщицы в чистых передниках и униформе, в общем, все по высшему разряду.

— Господин? — встретил меня на входе управляющий.

— У меня назначена встреча с архиром Тарногаром, — сказал я, оглядывая зал, но найти этого архимага среди присутствующих по описаниям Литии так и не смог.

А выглядеть он должен как крепкий мужчина лет пятидесяти, с короткой светлой бородкой, крючковатым носом, тонкими губами и карими глазами.

Внешность он, что ли, сменил?

— Достопочтенный архир Тарногар ожидает вас, господин, в отдельном кабинете… Прошу вас следовать за мной.

А это верно. Чего сидеть в общем зале и трепаться о вещах, кои другим слышать совсем без надобности.

Управляющий подвел меня к одной из дверей, стукнул три раза и, услышав разрешение войти, открыл для меня дверь.

— Приветствую, — поздоровался я, приложив по местному обычаю правую руку к груди и чуть склонив голову.

Архимаг соответствовал описанию, разве что бородку сбрил.

Выглядел он довольно добродушно, но я прекрасно понимал, что это может быть маской. Сколько маньяков имеют самый обычный, если не сказать затюканный, вид, но никак не «демонический».

— Вы, стало быть, и есть дор Киррил, барон Гаремский?

— Так точно, архир Тарногар.

— Присаживайтесь, дор Киррил, — указал мне архимаг на стул напротив. — Я взял на себя смелость заказать несколько блюд…

На которые, судя по всему, уйдут последние золотые, подумал я, оценив роскошество заказанного, особенно вина, судя по этикетке, эльфийского, самая дешевая бутылка которого стоит не ниже десяти золотых.

Он что, таким способом проверяет мою состоятельность? Или просто это его обычный ужин? Если подумать, то верно скорее всего последнее. Вряд ли архимаги отказывают себе в таких мелочах.

— Благодарю, архир.

Я присел за стол, и тут же появившийся вышколенный официант наполнил мне тарелки и бокал. После чего слинял так же незаметно, как и появился, словно его тут и не было.

— Да, печальная история случилась с девчушкой Литией, — пригубив вина, начал архимаг, глянув на меня чуть отрешенно.

Просвечивает меня истинным зрением. Я все же невольно напрягся, но, судя по всему, амулет, сварганенный Олграной и Литией, не подвел и в глазах архимага я заурядный человек.

— А уж каким подлецом оказался этот Радоргор, а ведь они были так… дружны.

— Их дружба носила односторонний характер. По крайней мере, после перерыва в отношениях.

— Да, иногда научная деятельность приводит к печальным результатам в плане личностных изменений. На первое место становится только работа, достижение результата, и ради этого некоторые не останавливаются ни перед чем, забывая обо всех нормах чести.

Я только с умным видом покивал.

— А где сейчас Лития?

— После того как я ее освободил, она стала свободной как ветер… — улыбнулся я.

— Вы так просто отпустили лича?

— А что мне оставалось делать? Если не убил сразу, то после освобождения сделать это уже затруднительно.

— Это так, — вернул мне улыбку архимаг.

— Тем более что мы с ней, можно сказать, подружились, так что…

— Понимаю, Лития всегда была хорошей девочкой… и смерть не изменила ее. Что ж, давайте поговорим о причинах, заставивших вас пойти на встречу со мной. У меня, честно говоря, не так много времени.

— Понимаю, архир, я постараюсь быть кратким. Дело в том, что я прибыл издалека. И пуститься в путешествие меня заставила не любовь к перемене мест обитания, а определенного рода обстоятельства, которые не позволили мне остаться на родине из-за опасения за свою жизнь…

— Хм-м, продолжайте, дор Киррил.

— В своих скитаниях меня заносило в разные глухие места, в одном из которых я, кстати, и освободил Литию, но я нигде не могу чувствовать себя в безопасности. Рано или поздно… на мой след выйдут.

— Все настолько серьезно?

— Более чем! — воскликнул я, полностью войдя в роль своей легенды беглеца-аристократа. — Мои враги не успокоятся, пока не достанут меня. Но я, честно сказать, начинаю уже изрядно уставать от этих перемещений, пять лет уже мотаюсь по свету. Рано или поздно я сделаю ошибку, и тогда…

Архимаг понимающе кивнул, спросив:

— И чего же вы хотите от меня?

— Однажды в своих скитаниях я услышал, что маги прошлого могли путешествовать… по мирам.

— Ах, вот оно что!

— Да, архир. До недавнего времени у меня не было никакой возможности встретиться с могущественными магами вроде вас, а вы самый могущественный маг не только королевства Пантергорд, но и окрестных государств, — немного подольстил я, — но Лития за свое освобождение согласилась написать вам письмо с просьбой встретиться со мной.

— Что ж, ваше желание я понял. И оно весьма оригинально, весьма… сбежать в другой мир, ну надо же!

— Вы можете мне в этом помочь?! — уже совсем не играя, спросил я.

— Маги прошлого действительно могли бы вам в этом с легкостью помочь, дор Киррил. Они могли путешествовать между мирами с такой легкостью как перейти из одной комнаты в другую…

— А нынешние?

— А с нынешними не все так просто. У нас есть связь с несколькими мирами, но осуществляется она посредством портальных камней.

— Это такие огромные черные плиты?

— Они самые. И такой переход очень дорог в плане энергетических затрат. Но в принципе можно выяснить, какой портал готовится к работе, и вы сможете уйти пассажиром…

— Э-э… архир Тарногар, меня такой вариант не слишком устраивает, — выдавил я из себя.

— Почему?

— Меня могут поджидать как раз у готовящегося к срабатыванию портала.

— Логично, — согласился архимаг. — но неужели вы думаете, что кто-то сможет напасть на вас, когда вы будете находиться под защитой архимага?

— Вряд ли, конечно… но за мной могут послать и в другой мир…

— Вы так думаете? По-моему, это уже слишком.

— Все может быть, особенно если враги ну очень злы на тебя.

— Мне уже становится интересно, чего вы такого натворили у себя на родине, что за вами могут послать убийц даже в сопредельный мир!

Так, надо быстро соскальзывать с этой темы! А то ведь действительно может начать копать, а для мага такого уровня и возможностей это не составит великого труда.

— Это не так важно, архир… Есть ли другие возможности? Я хотел бы уйти в мир, которого не смогут отследить мои враги.

— Конечно. Портальных камней несколько, но это очень энергозатратная операция. Тем более если вы не хотите уйти в слепой прыжок — так ведь можно попасть в мир ящеролюдов, вряд ли оказаться там вам будет приятнее, чем продолжать бегать здесь, — а подобрать более-менее подходящий вам мир.

— Отлично!

— Вы не поняли, дор Киррил, — покачал головой архимаг. — Это очень, просто запредельно энергозатратно!

— Но тот портальный камень, что вы назвали мне первым вариантом, как-то же ведь заряжают… — пробормотал я.

— Заряжают, но на это уходит несколько лет. И стоит это очень дорого.

— Деньги не проблема!

— Даже так?! — удивился архимаг.

— Да. Некоторое время, сбивая со следа преследователей, я скрывался в Проклятых землях, ну и конечно же пошарился там немного, так что кое-какие сбережения я имею.

— Даже десяти тысяч золотом будет мало.

— А вот этого? — жестом фокусника вытащил я из кармана алюминиевую пластинку три на пять сантиметров и сантиметр толщиной.

— О-о! — не смог сдержать возгласа архимаг. — И много у вас таких слитков?

— Думаю, хватит, чтобы купить достаточно маны для зарядки портального камня.

— Ясно. Но если вы столь обеспеченный человек, дор Киррил, то почему не решите свою проблему более простым и надежным способом?

— Вы имеете в виду физическую ликвидацию угрозы?

Архимаг кивнул.

— Убить придется слишком многих, это раз. Два — реализация такого количества мифрила не останется без внимания всех интересующихся деньгами сторон и меня, предварительно ограбив, пришьют раньше, чем я смогу продать мифрил и нанять армию.

— Ну да… хотя я мог бы, скажем, стать вашим защитником на все время проведения операции по устранению угрозы.

— А потом жить узурпатором, опасаясь, что тебя каждый день могут убить в собственной постели, отравить… нет, слишком много ненужных проблем. К демонам все. Лучше спокойная жизнь в каком-нибудь другом мире, чем каждый день трястись за свою шкуру.

— Верно…

Архимаг неохотно протянул мне пластинку алюминия.

— Оставьте себе, это мой подарок и выражение надежды на сотрудничество.

— Благодарю, дор Киррил, — оценил мой жест архимаг. — Это действительно ценный подарок даже для меня. И я думаю, мы сможем наладить сотрудничество к обоюдной выгоде…

— Я на это очень надеюсь.

Архимаг с задумчивым видом повертел пластинку алюминия в руках, а потом спросил:

— Скажите, дор Киррил, вы этот кусочек мифрила никому в последнее время не давали?

Прозвучавший вопрос меня насторожил своей отвлеченностью от темы, я замялся и только хотел ответить, как архимаг метнулся ко мне, схватил за руку, и в следующий момент мы оказались в какой-то комнате, круглой и без окон. Мгновение — и я уже не могу пошевелиться.

— Что происходит?! — воскликнул я в обалдении. — Неужели вы позарились на мифрил, который и так почти весь предназначался вам?!

— Между «почти весь» и «весь» существенная разница, вы не находите, дор Киррил? Но вы правы, ради этого металла, пусть и очень ценного, но все же доступного, я не стал бы мараться. Мифрил — это так, приятный довесок.

— Тогда зачем вы все это устроили?

— Вы допустили ошибку. Точнее, Лития — она всегда была ветреной бестолочью, в отличие от того же Радоргора… за что и поплатилась.

— О чем вы?

— Ей следовало бы помнить и сказать вам, что вещи некоторое время сохраняют на себе отпечатки аур. Так иногда преступников находят…

«Твою тещу!!!» — в обреченной панике воскликнул я мысленно. Все-таки меня поймали и сейчас будут делать из моей тушки батарейку.

— Вижу, вы все поняли. Да-да, на этом кусочке мифрила, который, кстати, сохраняет отпечатки аур особенно долго, я почувствовал очень мощную ауру. Очень!

Архимаг подошел ко мне и, проведя рукой, словно металлоискателем в аэропорту, безошибочно определил местонахождение амулета, скрывающего ауру, достал его и отбросил в сторону.

— Так я и думал… рассар!

Глаза архиммага алчно блеснули, и мне от этого блеска откровенно поплохело.

Пипец.

Правда, на свободе осталась Ссашшиллесса, но много ли она может сделать против архимага, что играючи выкрал меня прямо из ресторана? Думаю, что не очень. Сама только попадется, а для нее это скорее всего верная смерть, и не суть важно, сожгут ее сразу на костре или в лабораториях распотрошат.

— Хотя амулет сделан весьма неплохо, даже меня обманул. В этом у нее высший балл стоит, насколько я помню… она вообще-то талантливая девочка была, но вот сосредоточенности ей никогда не хватало.

В комнату вошли два шкафоподобных громилы, коим на руки и передал меня архимаг. Пока я находился в беспомощном состоянии, они меня сноровисто обыскали, разоружили и даже частично раздели.

— Да ты прямо купаешься в мифриле! — все же поразился архимаг.

Лишь бы только не проболтаться ему о том, что я сам его могу создавать, подумал я. Оставалось надеяться, что архимаг до такой возможности не додумается. Как бы он ни был умен, но и у него должна быть некоторая зашоренность сознания. Как говорится, чтобы задать нужный вопрос, нужно знать половину ответа.

И про замок не стоит болтать. По легенде, Литию я освободил в Проклятых землях, где некромант держал ее в каких-то развалинах.

Вопрос в том, смогу ли я вообще о чем-то умолчать?! Или начну выбалтывать все, что так хотел бы сохранить в тайне? Магия ведь штука такая…

— В первую камеру его.

Меня буквально пронесли под руки по коридору с дверьми по обе стороны — как есть тюрьма — и занесли в одну из камер, оказавшуюся весьма просторной комнатой с кроватью в центре и цепями, вмурованными в изголовье.

Что-то мне это напоминает.

— Радоргор был хорошим учеником… весь в своего учителя. Правда, Литии он все же несколько более шикарную обстановку обеспечил.

Архимаг только хмыкнул.

Меня бросили на кровать и сковали цепями по рукам и за шею.

— Отдыхай, рассар. Скоро тебе понадобится много сил!

Архимаг, похохатывая, вышел из моей камеры, за ним вышли громилы, и я остался один.

Откровенно говоря я впал в прострацию. То, что он меня не допрашивал, меня нисколько не успокоило. Будет у него еще время задать мне всевозможные вопросы и возможность заставить меня петь соловьем обо всем, что я только знаю, так или иначе.

Я ожидал всего: пыток физических, пыток магических, всяких там эликсиров правды выедающих мозг, считывания разума с последующим одебиливанием (хоть Олграна и говорила, что это невозможно), но никак не того, что мне приготовили. Как там майор Пейн говорил, когда его в школу отправили кадетами командовать: я предполагал, что будет трудно, но меня ждал настоящий ад.

В какой-то момент дверь в камеру открылась, и в проеме показалась девушка… девушка неописуемой красоты, невероятным образом сочетавшей в себе непорочную чистоту и разврат. При одном только взгляде на эту белокурую бестию с загоревшей до шоколадного цвета кожей, в глазах которой словно вспыхивали угольки, восставало все естество в жажде обладания…

Архимаг Тарногар, заполучивший редчайшую ценность в мире магии

Получить письмо от одной из своих бывших студенток, да еще пропавшей несколько десятков лет назад, было достаточно неожиданно и интригующе. Еще более неожиданным оказалось его содержание. Она стала личем из-за предательства Радоргора, а недавно ее спас некий дор Киррил, которому она просит посодействовать в его вопросе, при этом время и силы будут щедро вознаграждены.

Очень интересно. Даже не столько вознаграждение, а именно то, что, собственно, может потребоваться простому человеку не от кого-нибудь, а от архимага.

Стоит встретиться с этим человеком хотя бы ради того, чтобы развлечься. А то дела академии уже сидят в печенках, и их нужно хорошо прополоскать бутылочкой «Серебряной лозы». Думаю, этот дор потянет ее, раз уж он собирается щедро оплатить мои магические услуги!

Человек меня удивил — оказывается, он решил эмигрировать в другой мир! Действительно оригинальное решение вопроса собственной безопасности.

Но что-то в его предложении было не так. Какая-то фальшь. Уже хорошо знакомый сопредельный мир ему, видите ли, не подходит, якобы и туда за ним могут отправить убийц. Это слишком накладно.

А еще мифрил… отпечаток ауры на нем очень сильный. Запредельный!

— Скажите, дор Киррил, вы этот кусочек мифрила никому в последнее время не давали? — спросил я.

Заминка в ответе стала лучшим ответом. Даже если я ошибся, это легко исправить, стерев из его памяти несколько минут жизни, и вернуть обратно в ресторан. Бросок к этому непонятному человеку и телепортация.

Перемещение с неподготовленной площадки даже мне, архимагу, далось весьма тяжело. Это не старт с заклинательного круга, когда тратится всего каких-то сто с небольшим эргов маны, так что подобное перемещение могут освоить даже маги из третьего круга, если у них, конечно, есть соответствующий портальный камень. Тут же приходится выкладываться полностью, особенно когда перемещаешься вместе с грузом. Но думаю, оно того стоило.

Мифрила у парня, как показал обыск, оказалось действительно в достатке, меч, ножи, амулеты — все с применением мифрила! Действительно нашел в Проклятых землях хороший запас этого металла.

Проверив пленника на наличие амулетов, нашел у него за пазухой и сорвал один из них в виде птицы в круге. Мифриловый.

Так и есть, он рассар!

Аура парня даже на секунду ослепила меня, как вспышка алхимического порошка.

Очень мощный рассар!

Отлично, теперь у меня не будет недостатка в энергии на самые емкие эксперименты, да и свою ауру можно усовершенствовать!

Приказав отнести пленника в комфортабельную камеру, я поспешил в кабинет.

— Васернер! — позвал я своего слугу по амулету связи.

— Господин? — вопросил он с легким поклоном, зайдя в кабинет.

— Пошли группу Гансера в гостиницу «Белый дракон». Пусть найдут в ней номер, где жил некто дор Киррил, и хорошенько обыщут все. Вообще скажи, чтобы они вывезли все его вещи.

— Ясно, господин.

— И еще, сегодня меня ни для кого нет.

— Конечно, господин.

— Ступай!

Раздав задания, я поспешил в заклинательную комнату. Давно я этим не занимался, лет сто уже… или все сто пятьдесят?

Руки, кажется, даже без участия сознания, на автомате привычно расчертили круг призыва. Да, в свое время я поднаторел в рисовании этой схемы, иной раз по три раза в седмицу рисовал! Молодость-молодость, каким же дураком я был и как бездарно растрачивал свою энергию… а тратить ее приходилось очень много!

Ну вот, все готово, ни одной помарки. Зажег свечи и по памяти же, ни разу не заглянув в свиток, прочел заклинание. В круге призыва заклубился туман с запахом серы, и когда он рассеялся, в круге появилась демонесса.

Связываться с рассаром напрямую слишком опасно. Его энергия в какой-то момент может стать ядовитой. Для этого нужен посредник, фильтр, что передаст мне уже чистую ману. Вот в качестве такого фильтра, а заодно и насоса, будет выступать демонесса, за умеренную плату.

— Привет, Тар, давно же ты меня не призывал, шалунишка, — обворожительно проворковала она, принимая облик юной девушки, столь красивой и притягательной, что, несмотря на все свои щиты, поставленные против ее демонической приворотной силы, меня потянуло к ней.

И может, и вправду стоит сначала…

Нет! Дело прежде всего!

— Привет, Хайллейса… — выдохнул я.

— Ну что же ты меня держишь в круге? Мне здесь неприятно… Условия я помню и согласна, давай скорее пройдем к тебе в спальню и…

— Я призвал тебя не для утех… — выдавил я из себя с некоторым трудом.

Эманации похотливости суккуба все же проходили сквозь мой щит, а может, я просто хотел их вновь почувствовать?

— А зачем призывать меня, кроме как не для утех?! Тар, ты ничего не попутал?

— По крайней мере, не для собственных утех…

— Ты решил подложить меня, свою любовь, под кого-то другого? — обиженно надула губки Хайллейса. — Это уже интереснее! Итак, чего ты хочешь?

— Я хочу заключить с тобой договор…

— Слушаю.

— Он заключается в том, что ты будешь тянуть энергию из предоставленного тебе разумного и передавать ее мне за одну сотую от полученного объема.

— Всего одну сотую?!

— Поверь, — усмехнулся я, — в данном случае даже одна сотая за один раз будет раз в десять больше, чем ты получала от меня. А выкачивала ты меня тогда почти досуха.

— Очень интересно!

— Думаю, что тебе будет еще интереснее, узнав, что откачивать ману ты станешь каждые три дня. Думаю, он успеет за такой перерыв восстановиться…

— О! И на какой срок заключается договор?

— На очень длительный! Разумный весьма молод, здоров и силен! Он протянет несколько десятков лет, особенно если будем давать ему достаточной длительности перерывы, скажем, неделю через каждый месяц.

— То есть договор заключается до момента его смерти?!

— Да.

— Я согласна!!!

Демонесса от переизбытка чувств даже частично превратилась обратно в демона, за спиной раскрылись кожистые крылья, а сзади «затанцевал» хвост с ядовитым шипом. Правда, яд у нее специфический, жертва умирает не от боли, а от испепеляющего блаженства. Жестоко.

А что касается радости, то оно и понятно. Условия для демонессы очень шикарные, а учитывая, что это позволит ей впитать просто громадное количество маны, что обеспечит ей переход на более высокую ступень в иерархии демонического мира, измеряемого как раз в силе, что в перспективе позволит ей создать собственный домен, то договор для нее просто бесценен.

— Тогда лови печать, — послал я магический конструкт договора.

Демонесса, просмотрев его, согласно кивнула и позволила ему встроиться в свою ауру. На плече появилась татуировка с моим знаком.

— Где он, этот несчастный счастливчик! Я уже хочу его!

Я погасил свечи и позволил суккубу выйти из круга призыва.

— Идем за мной… и спрячь крылья с хвостом, и рожки тоже. Не шокируй его хотя бы в первую минуту, — засмеялся я.

— Один момент…

Действительно, всего один момент — и суккуб превратилась в обычную девушку. Если только не брать в расчет ее весьма специфический наряд в черно-красных тонах из высоких кожаных сапог, длинных перчаток без пальцев, коротких шорт и едва прячущего пышную грудь лифа.

— Он здесь.

Я открыл дверь в камеру.

— О-о! — сладострастно протянула суккуб и даже содрогнулась в экстазе.

Понятно, подумал я, это она увидела его ауру и оценила объем причитающейся ей маны.

— Жду тебя через час…

— Тут часа будет мало… через два.

— Хорошо.

Суккуб вошла в камеру, и я прикрыл дверь. Подглядывать не стал: ничего нового я там не увижу, я все испытал на собственном опыте, а вот подготовиться к получению энергии не мешает. Я вряд ли все сумею впитать, так что имеет смысл подготовить пустые камни силы.

Но как же долго тянется время!

Прошел час. Второй…

Явление личного слуги я принял как избавление.

— Господин…

— Слушаю.

— Группа Гансера обыскала номер дора Киррила и нашла там вот это…

Передо мной оказалась куча мифриловых плиток. Немного драгоценных камней с какой-то записанной на них информацией и еще разная мелочевка.

— Что-то еще?

— Один из его людей видел, как с крыши гостиницы метнулась тень… он думает, что это вампир.

— Точнее, вампирша… видно, одна из его подружек. Вторая его пассия во время прогулки по городу — видимо, сама Лития… и она наверняка покинула город, раз в номере не обнаружилось их утренних покупок. Передай Гансеру, чтобы он нашел эту вампиршу, пусть поднимает всех людей и берет все необходимое снаряжение. Собственно, вот ему адресок, где она может появиться с наибольшей долей вероятности…

Черкнув пару строк, передал я листок.

— Ступай.

Слуга с поклоном ушел, а я в нетерпении уставился на хронометр.

Пошел уже третий час… а демонессы все нет и нет.

Честно сказать, даже почувствовал нечто вроде ревности… хотя ревновать суккуба? Надо быть честным с собой до конца, меня просто гложет зависть… я так долго продержаться не мог, даже когда достиг пика своего могущества! Даже с эликсирами силы!

Я уже хотел пойти вниз и узнать, в чем дело, как Хайллейса наконец появилась в моей спальне в своем полудемоническом виде. Рожки на ее голове чуть-чуть, но увеличились.

Похоже, я переплатил, невольно подумалось мне. Если она после каждого… сеанса начнет так усиливаться, то даже страшно представить, во что она может превратиться через пару-тройку лет! Может получиться повелительница суккубов и инкубов!!! Знало ли Инферно подобные домены в своей истории?! Сильно сомневаюсь!

Сама демонесса выглядела вымотанной, даже чуть покачнулась, но счастливой.

— Давно я так не развлекалась! Да еще так результативно! Меня сейчас, кажется, разорвет от переполняющей энергии!!! Принимай свою долю, Тар…

Хайллейса подошла ко мне и впилась в меня долгим поцелуем, перекачивая взятую у рассара энергию. Теперь уже меня чуть ли не разрывало на части от переизбытка маны! Слишком много и слишком быстро я впитал!

Скорее сбросить ее в накопители, пока моя аура действительно не пострадала!!!

— До встречи через три дня…

Демонесса с легким хлопком исчезла из спальни, а я все сливал и сливал полученную ману в накопители, чуть ли не теряя сознание…

Глава 13

Ссашшиллесса. Вампиресса, проворонившая подопечного

Ксиррел зашел в ресторан для беседы с архимагом, а я осталась снаружи, присмотреть за подступами, а то мало ли как события могли повернуться. Да и присутствие женщины при разговоре будет лишним. Опять же лишний риск раскрытия — вдруг архимаг сможет по другим признакам определить, что я не человек, а вампир.

Прошло совсем немного времени, как я вдруг почувствовала поблизости всплеск волшбы, причем очень сильный, аж мурашки по коже побежали как от холода. У вампиров на это особое чутье, то самое шестое чувство, которое иногда поминает человек. И подобную силу магии мог выдать только один человек…

Я сразу же ринулась в ресторан и, схватив распорядителя за глотку, спросила:

— Где они?!

— Х-хто?..

— Архимаг и его собеседник!!!

Управляющий показал на одну из дверей в отдельные комнатки, и я в мгновение ока оказалась возле нее и ворвалась внутрь. Так и есть, внутри оказалось пусто.

— Похитил…

Мелькнула мысль: что же я теперь скажу остальным? Они же меня на кусочки порвут, и неизвестно, кто будет стараться больше, — Галлогала-Зеленоглазка, Олграна или вовсе Лития. Да я сама себя готова была убить, хотя рассар мне вроде как уже особо и не нужен… я достигла в жизни всего, чего только можно, — стала истинной высшей, умеющей переходить в туман. Более того, у меня даже ребенок от него будет, о большем и мечтать нельзя. Разве что о втором, третьем и так далее наследниках, создав впоследствии самый мощный вампирский клан за всю историю вампиров по крайней мере со времен Войны.

Но нет, так просто взять и сбежать нельзя. Нужно отбить у архимага Ксиррела. Хотя бы просто за тем, чтобы вернуть долг, ведь он освободил меня из заточения и не сделал рабой, хотя мог (собственно, сделал, по незнанию добровольно дав испить своей крови, а потом освободил). Вряд ли кто еще согласился бы отказаться от раба-вампира, да еще высшего. Но он это сделал. А потому нужно сделать все, чтобы освободить его.

Еще одно мгновение — и я вылетела из зала ресторана наружу. Нужно наведаться в гостиницу и забрать свое оружие, а также все ценности.

Плохо, что Лития так рано улетела, с ней отбить Ксиррела бы было гораздо проще, особенно учитывая ее Черную Молнию и десант. Жаль, что эти сигнальные амулеты шаманки ограничены по расстоянию, а улететь она успела уже далеко, наверное, половину пути проделала. На всякий случай я все же отстучала вызов и сигнал тревоги, но — увы, ответа от лича так и не дождалась.

Что ж, придется действовать своими силами. Вот только хватит ли их против архимага? Надеяться можно лишь на эффект внезапности. Наверняка он не принял нас всерьез. Подумал, что рассар подцепил уже здесь двух местных дурочек, коим, пуская пыль в глаза, и понакупал подарков. Хорошо, если так…

Но рисковать не стоит в любом случае. Лучше переоценить противника.

Так что ценности и мифрил придется оставить. Иначе легенда рухнет и за наши поиски могут взяться всерьез, а это лишний риск на чем-нибудь погореть. Забрать нужно только оружие… свое и винтовку Ксиррела. Такую вещь архимагу видеть совсем ни к чему.

Я успела вовремя. Стоило мне начать спускаться вниз, как на управляющего, что-то у него спрашивая, насело три субъекта с весьма говорящей наружностью. Мне пришлось бежать назад.

Выглянула в окно и увидела, что гостиница окружена наблюдателями. В принципе не помеха, но уйти лучше чисто, не привлекая внимания. А сделать это проще всего перейдя в состояние тумана, что я и сделала.

Раздался глухой стук.

Проклятье! Винтовка Ксиррела осталась в своем прежнем виде! Но почему?!

Ах, вот оно что… в ней есть детали из хладного железа. Хорошо еще, что винтовка сохранилась в целости, а не перешла в туман частично, оставив элементы из хладного железа в привычном состоянии. Даже не знаю, что стала бы делать в последнем случае…

Надо потом сказать Ксиррелу, чтобы он заменил эти детали на обычное железо…

Что ж, придется уходить в привычном виде.

Поднялась еще выше, забралась на чердак, а из него уже выбралась на крышу. Придется побегать по крышам.

Разбег, прыжок…

Внизу раздался пронзительный звук свистка и крик:

— Кто-то уходит по крышам!!!

А пареньки весьма непростые! Хорошо их натаскали, не зевают.

Мне вслед полетела какая-то магическая дрянь, но из-за поспешности выстрела пролетела мимо, а я приземлилась на крышу соседнего здания и продолжила убегать.

Что дальше? Конечно же сваливать на… хату к моим новым подданным. А там, в темной тиши и безопасности, в спокойствии подумать, что можно сделать в моем случае. Но за мной погоня. Привести людей архимага к гнезду — последнее дело.

Так что нужно увести след как можно дальше от убежища. И я побежала в сторону трущоб.

Оторваться все же удалось достаточно легко — ведь я могла двигаться в любом направлении, а это легко, учитывая, что расстояние между крышами небольшое, даже хорошо тренированный человек такие дистанции преодолеет. В мире Ксиррела такие есть, паркурщиками зовутся, а для вампира это вовсе плевое дело, в то время как возможная погоня может двигаться только по улицам.

Впрочем, в сами трущобы я наведываться не стала, там спрятаться не так уж легко даже вампиру. Время до темноты прождала в одном из чердаков на границе с трущобами. Заодно подкрепилась жившим там бедным студентом. Нет, осушать его не стала, и даже обращать — просто усыпила.

А теперь, когда настало наше время, можно выдвигаться в особняк.

Вот и гнездо.

Когда подходила к особняку, меня словно молнией шандарахнуло. Благо это не воздействие боевого амулета, а просто осознание нескольких странных моментов. И я тут же замерла на месте, слившись с тьмой.

Во-первых, в городе слишком тихо. Пока двигалась, не увидела ни одного дополнительного патруля, даже усиления магами не произошло. А ведь после того как в городе обнаружился вампир, а не опознать во мне вампира они не могли, все должны были на ушах стоять.

Почему же так тихо? Архимаг не стал поднимать шума, чтобы не объяснять начальнику стражи, почему он это сделал? Сомнительно, он может просто приказать — и все будут выполнять его распоряжения, носясь так быстро, словно у них пятки горят, и никто не задаст ему ни одного вопроса.

А во-вторых, я вдруг поняла, что как-то сомнительно это, что могущественный умудренный жизнью архимаг, имеющий собственные боевые группы, да и разведка наверняка есть, не в курсе, что в столице живут вампиры.

Может, как раз знает и позволяет им здесь жить. Зачем, спросите? А почему бы и нет! Проблем они не создают, питаются отходами деятельности разбойников. Стоит их убрать — и на их место могут прийти другие, еще более умные и незаметные, — как известно, свято место пусто не бывает, и известный враг лучше неизвестного. Опять же держи друзей близко, а врагов еще ближе…

А посему меня скорее всего ждут именно у особняка Оннакасса. Где, собственно, еще ждать вампира, как не у вампирского гнезда?! Потому и тихо в городе. Хотя для отвода глаз могли бы и пошуметь… но шум архимагу, похоже, действительно ой, как не нужен. Другие маги могли бы заинтересоваться этим шумом и начать рыть. А рассар не та добыча, которой стоит рисковать и выдавать даже малейшим шумом.

Вот и допустил вынужденную ошибку. А так усилил бы караулы — глядишь, я бы уже пошла в особняк, как ни в чем не бывало, и попалась бы в ловушку. Если я все-таки уже не попалась в нее.

Отходим…

Я сделала первый шаг назад.

— Все-таки попалась…

Первые довольно мощные магические удары отразили не менее мощные защитные мифриловые амулеты.

Я словно кошка или демон взлетела по стене на крышу дома, но там спасения не нашла. Обложили вампирское логово плотно, и магические конструкты летели в меня со всех сторон. Какими бы ни были мощными мифриловые защитные амулеты, но против столь массированной атаки они долго не продержатся, надо срочно выходить из-под обстрела.

Отвечать противнику магически тоже нет смысла. Наверняка защищены ничуть не хуже, чем я, — люди архимага все же, а уж он не поскупится. К тому же их много, и всех магией при всем желании не положить. А значит, придется…

Из особняка на шум выскочили мои приемыши.

— Назад! — приказала я.

Их спалят в один момент. Амулеты у них слабенькие. Боевых почти нет.

— Королева!

— Назад, я сказала! И без приказа не высовываться!!!

На этот раз перечить не стали, хотя молодняк не удержался от того, чтобы не сделать пару бесполезных выстрелов в сторону моих противников, даже не попали. Оннакасс вовремя утащил их всех в дом, иначе ответ был бы сокрушительным.

…А значит, придется воспользоваться оружием Ксиррела. Благо я очень плотно им интересовалась и знала что к чему. Правда, магическими функциями мне не воспользоваться, разве что хорошо хлебнуть рассарской крови, но этого хватит на пару очередей, что неэффективно. Лучше воспользоваться той функцией, ради чего, собственно, и создавалась столь сложная конструкция, что даже гномам не снилась.

Я проверила барабан, он оказался полон, давление в баллоне в норме, элементаль воздуха никуда не делся, он станет работать, даже если стрелок не рассар, и, прицелившись, нажала на курок. Раз, два… по две пули на противника, многовато вообще-то, но лучше с гарантией.

Есть! Первый, схватившись за грудь, упал и покатился по скату крыши, и как результат — свалился на брусчатку улицы с соответствующим последствием для черепной коробки.

Раз, два… Раз, два…

Еще двое магов или просто людей с боевыми амулетами выбыли из игры.

Перезарядиться.

Правда, перезаряжаться пришлось совсем уже под ураганным огнем. Если раньше меня хотели взять живьем, то после смерти троих из команды охотников меня решили убить. Логично, я, собственно, не такая уж ценная фигура, и приказ в отношении меня наверняка звучал как-то так: по возможности взять живьем, а нет, так нет.

Все мои укрытия: печные трубы, бортики крыш, сами крыши, если они двухскатные, в одно мгновения разлетались на куски. Меня изрядно посекло осколками, а глаза забивало пылью…

Пришлось хорошо попрыгать по крышам на сверхскорости, прежде чем я смогла вставить новый барабан в винтовку.

— Оннакасс!

— Королева?!

— Приготовьтесь к прорыву! Встречаемся в третьем схроне! — прокричала я на вампирском диалекте.

Про их дополнительные схроны я тоже знаю. Правда, только примерное местоположение. Но им достаточно оставить мне простенькую метку на стене или земле, чтобы я поняла, где именно они спрятались. О метке тоже договорились заранее.

— Я понял, королева! Мы готовы!

— Пошли! — скомандовала я, делая первый выстрел.

Теперь я стреляла не по две пули на одного, а по одной. Сейчас главное не убить противника, а шокировать его, заставить отвлечься, для этого хватит раны — серьезной, к слову сказать.

Как только я начала стрелять, четверка моих приемышей и пять обращенных, в полном вооружении, вырвались из особняка на сверхскорости в четыре разные стороны, из окон и дверей со всех этажей.

Их попытались обстрелять, но это не так-то просто. Да и они тоже не беззубые, огрызались и, несмотря на то что улицы были надежно перекрыты боевыми пятерками: три стрелка и два мечника, — истинные смогли прорваться благодаря обращенным, сыгравшим роль тарана.

Приемыши скрылись во тьме улиц.

Что ж, теперь моя очередь делать ноги. И делать их нужно как можно быстрее. Пока я обеспечивала проход приемышам, кольцо окружения быстро сжалось, вокруг занялись пожары, и защитный амулет на последнем издыхании.

Но мне долго раскачиваться не надо, быстрое смещение, уходя из зоны поражения особенно плотного залпа, окончательно развалившего одну из крыш, одновременно закидывая винтовку Ксиррела за спину — она уже бесполезна, на перезарядку уйдет слишком много времени, — и стремительная атака на ускорении.

Выстрелы, сделанные практически в упор, проходят мимо, я пропускаю их в прыжке под собой, два взмаха мечами — и две головы отделены от тел. Все, путь свободен…

Найти третий схрон не составило труда. Несколько ничего не значащих для обывателей черточек на стене — и вот я на месте.

Условный стук и дверь в одну из лачуг в самом бедном квартале города открылась.

— Королева… — озабоченно произнес Оннакасс, встречая меня в дверях. — Что произошло?

— Случилась очень неприятная вещь… и я вас невольно подставила.

— Прошу вас, королева, проходите…

Я зашла в сумрак комнаты, в которой меня с поклоном поприветствовали остальные члены клана. После чего заняла место во главе небольшого стола, сев на стул.

— Оннакасс, мне нужна вся информации об архимаге Тарногаре. Вся, какую сможешь найти, не поднимая большого шума. Главное — надо узнать со стопроцентной достоверностью, где он живет.

— В поисках нет необходимости, королева. Мы живем здесь достаточно долго и успели изучить всех возможных противников, и архимаг у нас в списке под номером один.

— Отлично!

— Простите, королева, дозволено ли нам будет узнать, в чем собственно проблема? Из-за чего поднялся такой шум и нам пришлось покинуть основное убежище?

— Архимаг украл у меня… один очень мощный и редкий источник энергии.

Оннакасс непонимающе нахмурился. Зачем вампиру источники энергии? Силу мы получаем из крови.

— Ты не понял, это непростой источник энергии — это рассар, — добавила я.

Вот теперь всех проняло. Тут уже не суть важно, вампир ты или еще кто, рассар — это рассар, ценность, от которой никто не откажется. Так проняло, что мозги поотшибало, никто даже попытки не сделал, чтобы поинтересоваться — а что же я делала с рассаром в столице, и почему не прячу его в укромном месте подальше от всех.

— Вы бы только знали, как сносит крышу его кровь! Собственно, попробуйте…

Я достала фляжку и капнула каждому на ладонь. Нужно этих ребяток заинтересовать, как говорит Ксиррел, на полную катушку. И они заинтересовались. Зрачки вон как замерцали, клыки полезли. Лишь бы не бросились отнимать фляжку. Впрочем, у них против меня нет ни единого шанса.

— Ш-ш-с-с… — выдохнул Оннакасс, зажмурившись от удовольствия. — Рассара необходимо вернуть, во что бы то ни стало!

Остальные вампиры кивнули с внушающими оптимизм готовностью и нетерпением. Теперь они из кожи вон вывернутся, а сделают все возможное и невозможное, чтобы выкрасть Ксиррела, подумала я не без усмешки.

Мне пришлось раскрыть карты. Все же они пока новички, и несмотря на данную вчера вечером клятву верности, могли если не саботировать мои приказы, то выполнять их спустя рукава. Но теперь они сделают все «от» и «до», и мне даже не придется в них сомневаться.

— А поскольку я сама вампиресса, то они ждали меня у вашего особняка. Так что не хотелось бы вас разочаровывать, но архимаг знал о вашем существовании с самого начала.

Оннакасс понимающе кивнул.

— Даже если и так, то про эти схроны он точно не знает. Мы меняем их каждые полгода.

— Это умно, — похвалила я.

— Что нам нужно сделать, королева?!

— Я вас обрадую: для начала я сделаю вас полноценными высшими. Даже вас троих, — посмотрела я на откровенный молодняк.

Им по всем параметрам еще рано, но выбора у меня нет, мне нужны «туманники».

О, как засветились их лица!

— Благодарим, королева! — упали они на колено в следующую секунду.

Поклонился и Оннакасс.

— Готовьтесь, у нас осталось не так много времени… и расскажите мне все, что знаете про архимага!

Оннакасс, сев напротив, начал рассказывать все, что они сумели нарыть за время проживания в столице. Надо признать, нарыли они немало, начиная от места жительства и заканчивая мелкими привычками и любимыми блюдами. Последнее, наверное, на тот случай, если его травить придется… Хотя отравить архимага — это из разряда фантастики. С другой стороны, яды тоже разные бывают. Скажем, многокомпонентные. По отдельности безобидные вещества, а смешавшись внутри между собой, да еще с желудочным соком… Но тут нужно очень постараться, и помощь богини удачи не помешает — ведь если хоть один компонент из дюжины не попадет внутрь, или в недостаточном количестве, но ничего не получится.

Впрочем, травить архимага мне не нужно. Мне нужно вытащить рассара. А то со смертью его пленителя могут случиться большие неприятности, скажем, сработает система самоликвидации и на месте его жилища останется только большая оплавленная воронка… Такие случаи известны.

Так что он будет жить. Пока… Спускать похищение ему в любом случае нельзя. Просто потому, что он начнет охоту на Ксиррела и рано или поздно его найдет. А вступать в открытую схватку с магом такого уровня, тем более если он подтянет еще кого-то, — чистое смертоубийство.

Что касается данных по месту жительства, то тут только данные внешнего осмотра. Замок недалеко от столицы. Ни внутренней планировки, ничего… Надо понимать, он практически неприступен.

Вопрос только в том, защищен он от вампиров и не просто от вампиров, а вампиров, переходящих в туман? Таргонару всего триста лет, так что он мог просто не учесть такой опасности. И в этом наш шанс на успех!

Надо только все разведать лично. Это, конечно, потеря времени, но, к счастью, Ксиррелу не грозит смертельная опасность, по крайней мере в ближайшее время, так что ему придется немного потерпеть… как бы его ни изводили, вытягивая энергию.

Наверняка это ужасно мучительно, но потерпи, Ксиррел, я вытащу тебя!

Инициацию я решила провести непосредственно в доме. Вообще подобная инициация по переходу в туман должна проводиться при максимальной нагрузке на весь организм вампира, когда все чувства обострены до предела… Но обеспечить сейчас такие условия невозможно, и самостоятельно перейти на новую ступень бытия они не смогут. Впрочем, у меня есть заменитель, и в полночь я дала каждому по глотку крови рассара. Она обеспечит необходимые условия для инициации.

Когда кровь рассара вывела вампиров на пик их возможностей, я перешла в туман, охватив их собой, и сделала то, что требовалось.

Четверку скрючило, они попадали на пол, но никто не закричал. Хотя бы просто потому, что не в силах выдавить ни звука. Им было невероятно больно, но такова плата за принудительную, а не самостоятельную инициацию.

Но вот все закончилось. Сначала инициацию прошел старший Оннакасс, а потом его подопечные Каррон, Линнар и Танссаллон. Последний остался лежать без сознания. Но стоило ему только капнуть пару капель крови Ксиррела на губы, как он пришел в себя, точно человек от нашатыря.

— Все, теперь вы все истинные высшие, — сказала я им. — Пока не пытайтесь перейти в состояние тумана. Это очень энергозатратно… и если получится, можете умереть от истощения.

— Как же нам проверить свои возможности, королева? — спросил Оннакасс.

— В трущобах…

— Мы оставим слишком явный след…

— Это уже не так важно. Все равно вы, после того как мы вернем рассара, не сможете оставаться и жить в городе как прежде. Даже если архимаг погибнет, а надо сделать так, чтобы он погиб, другие маги все равно поймут, чьих это рук дело, и начнут целенаправленную охоту. А потому непосредственно перед акцией вы проверите свои возможности в трущобах, а заодно наберетесь сил.

— Да, королева.

— Теперь сидите и отдыхайте. Прислушайтесь к себе… А мне надо осмотреть замок архимага. Завтра на это просто не будет времени.

Зеленоглазка. Гоблинка, узревшая вещий сон

Я с криком проснулась от приснившегося мне кошмара. Во сне я увидела, как Кирриэла схватила демоница и начала пить его жизненные соки…

Сон этот неспроста… Вещий!

Мне уже снилось однажды, как на Кирриэла напали звери, и хоть муж… да, мой муж, это опроверг, но потом исподволь я все же узнала, что это действительно было так. Именно в ту ночь, именно в тот час на него действительно напали звери, более того — это были гончие Проклятых земель, из чьих шкур ему позже сделали доспех. А значит, и к сегодняшнему сну нужно отнестись со всем вниманием.

Кирриэл тогда сильно пострадал, чуть руки не лишился. Он ее и лишился бы, если рядом не оказалось Олграны… этой орчанки. Но сейчас рядом с ним только вампиресса! А она защитить мужа так же, как и шаманка, не сможет!

— Олграна! — я вскочила с постели и кинулась в спальню к орчанке.

Олграна. Орчанка, тоже мучимая неприятными сновидениями

Вот приснится же…

Я перевернулась на другой бок, но поднявшееся раздражение не давало уснуть, бурля как варево в котле.

Ну подумаешь, приснилось, как Кэррэл с кем-то… безобразничает, так что с того? Тем более с кем он там мог спутаться под приглядом вампирши? Уж она хоть и шутила, но… как сказал сам Кэррэл, в каждой шутке есть только доля шутки.

Ну а спутался, так что с того? Я же ни к гоблинке этой, ни даже к вампирессе не ревную, а тут прямо пробило.

Проклятье…

— Олграна!!! — с криком ворвалась в мою спальню гоблинка.

— Ты чего, лопоухая?! Совсем с катушек слетела?! Тебе повезло, что я не спала, а то получила бы по самое не балуй!

— Кирриэл в беде! — выкрикнула она, пропустив все, что я ей сказала о вредности вторжения в чужие покои без приглашения, мимо своих больших ушей.

— Да? А он точно в беде? — едко переспросила я, невольно кое-что сопоставляя.

Был один случай с Кэррэлом, тогда гоблинке тоже приснилось, что он пострадал, и отмахиваться от этого нельзя.

— А то, может, как раз наоборот?

— Точно! Мне сон плохой приснился! Очень-очень плохой!

— Ладно… — я посерьезнела и приняла вертикальное положение. — Рассказывай, что именно тебе приснилось.

— На Кирриэла напала демоница!

— И давай с ним шуры-муры… — невольно вырвалось у меня.

Я ведь примерно то же самое видела… И образ видела, похожий на демонический.

Хм-м… это уже знак. В том числе и в том плане, что я его люблю. Это уже можно считать доказанным. Не любила бы — не приснилось бы. Связь между мной и ним установилась более чем тесная.

— Олграна, нужно что-то делать!

— Что?!

— Я не знаю… ты ведь…

— Что — ты ведь?

Галлогала сникла и разрыдалась.

— Успокойся… Скоро вернется Лития, и мы… А вот, кстати, и она!

Я действительно увидела в окно, как к нам приближается Черная Молния.

Гоблинку словно ветром сдуло, и она понеслась на крышу. Я поспешила за ней.

Мы выскочили на крышу как раз в момент посадки Черной Молнии.

— Чего это вы? — удивилась нашей встрече Лития, соскакивая со спины костяной драконши.

Скелетоны стали сваливать в кучу многочисленные свертки.

— Стой, не отпускай ее! — воскликнула Галлогала, когда разгрузочные работы закончились, скелеты погрузились внутрь драконши и Лития готова была отдать приказ Черной Молнии лететь в свою пещеру.

— Не отпускай, — подтвердила я на удивленный взор лича.

— Что случилось?! Надо срочно отбить какое-то нападение?

— Нет, все гораздо хуже…

— Да что случилось?!

— Кирриэл в беде!!! — вновь разревелась гоблинка. — Надо немедленно лететь назад и спасать его!

— Так я и знала… — прошептала Лития.

— А ты-то откуда узнала? — удивилась я. — Или…

Лития. Девушка-лич, опечаленная расставанием с рассаром

Расставание с Киррилом далось мне тяжело, даже расплакалась, когда взлетела, едва сдержалась, чтобы при нем этого не сделать. Мужчины ведь слез не любят, и Киррил любит сильных. Но в воздухе я дала волю чувствам…

Сердце еще бьется, но скоро оно замрет… как я ненавижу этот момент! Словно умираю вновь и вновь! Впрочем, так оно и есть…

Спасает лишь понимание, что можно опять ожить. Нужно только выпить немного крови Киррила. Но нет, как бы ни хотелось, но надо потратить ее часть на эксперименты. Радоргор много наэксперементировал с вампирской кровью. Я его записи полистала, и думаю, что он шел по верному пути, ему только с кровью не повезло. Думаю, с рассарской результат будет лучше. И пусть она не оживит меня окончательно, но если даже удастся увеличить срок ее действия хотя бы с трех часов до суток, то это будет просто невероятное счастье!!!

Может, я даже смогу…

Ну вот… опять умерла. Еще час чувствительности — и я стану полноценным личем.

Едва удержалась, чтобы не достать фляжку и не сделать новый глоток.

Замерли чувства. Больше я не чувствую дуновения ветра, не чувствую запаха… пусть и болотной гнили от Топи, распростершейся подо мной, не ощущаю пальцами шершавой кости дракона…

Киррил…

Странное чувство… вдруг захотелось развернуть свою Черную Молнию и помчаться назад.

Что это со мной? Если уж на то пошло, то его кровь у меня все же есть. Так что какое-то время я смогу обойтись без его присутствия…

Странно…

Вот и замок.

«Чего это они?» — удивилась я, увидев, что меня встречают гоблинка и орчанка. Все какие-то растрепанные…

Гоблинка потребовала не отпускать Черную Молнию, и когда я немо вопросила орчанку, выглядевшую более вменяемо, она тоже попросила не отпускать костяную драконшу.

— Что случилось?! Надо срочно отбить какое-то нападение? — спросила я единственное, что пришло мне в голову.

Впрочем, это не очень объясняло невменяемый вид гоблинки. Ей все нападения обычно до… фонаря.

— Нет, все гораздо хуже…

— Да что случилось?!

— Кирриэл в беде!!! — кинувшись ко мне и зажав в объятиях, разревелась гоблинка. Никогда не видела ее такой. — Надо немедленно лететь назад и спасать его!

— Так я и знала… — прошептала я, вспомнив свой порыв немедленно лететь назад.

— А ты-то откуда узнала? — удивилась Олграна, глянув на меня с прищуром. — Или…

Я ругнулась про себя. Не подумала о том, как, собственно, гоблинка и орчанка узнали, что Киррил в беде. С запозданием вспомнила историю о вещем сне Галлогалы, рассказанную как-то за трапезой. Похоже, это с ней повторилось: вон как ее всю корежит.

— Ну Кэррэл! Мало ему живых — он уже на мертвых лезет! — как-то горько засмеялась орчанка.

— И ничего я не мертвая! — вскинулась я в ответ, тем самым подтвердив подозрения орчанки. — Была…

Ну и пусть знают!

— Да какая разница, мертвые, живые, Кирриэла надо лететь спасать!

— Лопоухая права, не о том говорим, — кивнула орчанка. — Как твоя драконша, осилит еще один перелет?

— Было бы неплохо хотя бы до утра подождать. Запас маны пополнить.

— Какое ждать?! Тем более утра!!! Надо лететь немедленно! — вскинулась гоблинка. — А мана не проблема, ее у вас полно в накопителях!

— Остынь! Нечего пороть горячку, — осадила ее Олграна. — Полетим сейчас или утром, но прибудем мы туда только к следующей ночи.

— Почему?..

— По кочану! Просто поверь, что это так.

— Хорошо…

— Опять же мне подготовиться надо. А в полете как-то не до того будет.

— Я поняла…

— И ты остаешься тут.

— Но!..

— Никаких «но»! От тебя там все равно толку никакого. Кроме того, в замке должен кто-то остаться. Не думаю, что Кэррэл похвалит нас, если мы оставим детей одних!

Этот довод окончательно убедил гоблинку остаться в замке. Дети для нее все. Умеет орчанка на слабые места давить…

— Я пошла готовиться…

С этими словами шаманка скрылась в замке.

— А тебе готовиться не надо? — поинтересовалась чуть успокоившаяся гоблинка.

— Нет. Я всегда готова.

— А это правда, что ты и… Кирриэл…

— Правда, — не стала я отрицать.

— И давно?

— Недавно… после дня рождения… вы все пьяные были, он дверь перепутал… хотел к вампирессе, а попал ко мне… а я не стала говорить, что он ошибся.

— Понятно… Как думаешь, ребенок будет?

— Не знаю…

— Будет, — вдруг хихикнув, с убежденностью заявила гоблинка.

— С чего ты решила?

— А Олграна тоже не хотела, травки пила, наговоры читала, а все равно… залетела!

— Но я — несколько иной случай… — заметила я со странной дрожью в голосе. — После того раза я… умирала, и не думаю, что…

— Не суть важно! Он рассар… и то, что ты умирала, не спасет тебя от беременности!

Галлогала, улыбнувшись мне, тоже скрылась внутри замка.

Хорошо бы…

Ночь тянулась как никогда долго, мучительно долго. Меня тоже подмывало лететь немедленно, мое нетерпение передавалось костяной драконше, и она, переминаясь с лапы на лапу, то и дело фыркала огнем. Не могла найти себе место и Косточка, лишь скелетоны, перетаскав покупки в замок, заняли свои места. Но орчанка права, спешка ничего не изменит.

С рассветом на крыше вновь появилась Олграна, но уже в полной боевой готовности, и стала взбираться на Черную Молнию.

— Летим.

— Косточка, остаешься на страже… — приказала я.

Костяная собака тявкнула в ответ.

— Верните его! — напутствовала нас гоблинка.

— Вернем, — ответила шаманка. — Никуда он не денется, он нам нужен не меньше, чем тебе…

Я дала посыл, Черная Молния спрыгнула с башни, и мы полетели обратно, возвращать себе… нашего мужчину.

Несмотря на тревожность момента, я чувствовала себя счастливой — ведь так или иначе скоро я его снова увижу!

Глава 14

Ссашшиллесса. Вампиресса, обрастающая свитой

Хорошая штука этот бинокль. Наблюдай я столь же долго за замком в магические амулеты, приближающие объекты, — меня бы уже давно засекли и атаковали. А так я даже смотрю не напрямую, а через систему линз и зеркал.

Замок архимага не казался столь же неприступным, что и… наш. С виду обычный, как и тысячи других. Довольно большой. Стены в четыре-пять человеческих ростов. Дюжина башен. Донжон на десять человеческих ростов и пристройка к нему, возвышающаяся над стенами всего на один этаж. Наверняка есть подземные уровни и конечно же секретные ходы.

На стенах караул вроде из обычных людей, увешанных с ног до головы амулетами.

Но обманываться его обычностью наверняка не стоило. Уже то, что в нем живет сильнейший маг королевства, говорило само за себя. Вряд ли охрана замка завязана только на гарнизон. Там десятки, сотни магических ловушек, а уж какие твари являются реальной военной силой, остается только гадать.

Чтобы взять эту крепость, нужна целая армия при поддержке сотни сильнейших магов.

Или несколько истинно высших вампиров…

Последние в наличии имеются, вот только с опытом обращения в туман у них совсем плохо. Его просто нет. Набирать его придется непосредственно перед схваткой, а это рискованно, и шума много будет. Остается только надеяться, что архимагу об этом происшествии доложат слишком поздно (не станут же его тревожить посреди ночи, хотя и могут, — ведь происшествие будет носить чрезвычайный характер), чтобы он смог соотнести кое-какие факты между собой и успел принять какие-то меры по дополнительной защите замка.

Все, пора отходить. Я увидела все, что требовалось, в том числе возможное место проникновения. Таковых, надо сказать, нашлось крайне мало, но они все же есть. По крайней мере для истинно высших вампиров…

Я вернулась в убежище. Мы от греха подальше сменили «третий» на «второй», что находилось вообще под землей, в полузатопленных катакомбах, среди крыс и еще каких-то мелких тварей.

Вернувшись в убежище, я поинтересовалась:

— Как успехи?

— Отловили две дюжины человек, — ответил Оннакасс.

Этого хватит, чтобы заполнить пять больших фляг по три литра. Крови нам потребуется много. Даже этого может не хватить. Но таскать с собой больше нет возможности. Даже с этим возникнут сложности.

В полночь — час вампира — мы вышли из убежища на поверхность в самой клоаке трущоб. Приемышам надо потренироваться переходить в туман. В качестве первого полигона я выбрала один из домов, где обитала какая-то банда воров из шести человек. Сейчас они пили и веселились, не иначе отмечали удачное дело или просто то, что есть на что выпить и повеселиться. Люди, живущие одним днем…

— Оннакасс, ты первый.

— Да, королева… — ответил он неуверенно.

Я пожертвовала ему один глоток крови рассара — это придаст ему решительности и сил.

— Ступай…

Оннакасс с поклоном двинулся к цели. Открыл дверь и скрылся во тьме. Но ничего не происходило.

— Ну же…

Но Оннакасс медлил, не в силах переступить через барьер, несмотря на ударную дозу допинга. И это старший, что уж говорить о молодняке…

Одна я в замке не справлюсь. Тут поговорка «один в поле — не воин» верна на все сто.

Повинуясь наитию, я сама перешла в туман и заключила в себя Оннакасса.

Ему словно этого и не хватало. Мгновение — и он сам перешел в состояние тумана.

— Атакуй…

Оннакасс растекся по комнате, и через секунду все разбойники оказались высушены.

— В следующий дом! Ты должен переходить самостоятельно!

Оннакасс во второй раз не подвел и перешел уже сам. Я прогнала его еще через три «малины», пока не убедилась, что первый усвоил урок.

Теперь настала очередь молодняка.

— Каррон…

И вновь проблемы. Но решаемые. Каррон, а вслед за ним и Линнар перешли на новую ступень бытия, а вот с Танссаллоном, самым младшим, дела застопорились. Он никак не мог перейти в туман.

Разбойников приходилось просто убивать и выпивать.

— Я справлюсь, королева! Дайте еще шанс!

— Конечно, справишься…

Я отвела приемышей к ближайшему кабаку без вывески, где собиралось самое отребье: воры, убийцы, насильники…

— Иди.

— Королева?

— Не можешь обратиться в мягком режиме — обратись в жестком. Иди туда и убей их всех… или умри сам.

— Слушаюсь, королева.

— Остальные — страхуем. Чтобы ни одна душа не улизнула.

Мы окружили кабак, и Танссаллон, глубоко вздохнув, тенью ворвался внутрь.

Сразу же послышались звуки битвы. И отчаянные крики:

— Это вампир!

Несколько человек попытались вырваться из столь родного и уютного кабака, ставшего вдруг для них филиалом ада, но никто не успел сделать и двух шагов от здания. Мы зачистили всех беглецов и зашвырнули тела обратно.

А потом вдруг наступила тишина.

Ну наконец-то, облегченно подумала я.

Танссаллон вытек из кабака туманом и обратился в тело уже на улице.

— Молодец, Тансс, я верила в тебя.

— Благодарю, королева!

— Пойдем закрепим результат, и пора уже идти на дело…

Из города удалось выбраться без проблем, по тем же самым катакомбам — путями контрабандистов, полчаса неспешного бега (по вампирским меркам неспешного) — и вот цель нашей атаки: замок архимага. Где-то там томится в плену Ксиррел.

Я чувствую его…

Пора. До рассвета осталось не так много времени. Высшим свет не страшен, но уходить и прятаться лучше в темноте.

Я повела приемышей к… заднице замка. А как еще назвать то место, откуда изливаются нечистоты?

Проникновение я решила провести через сливную систему.

Вообще-то отверстие для нечистот должно находиться ниже уровня воды рва, но кто-то недоглядел за наполняемостью этого рубежа обороны. А вода, не то что текучая, но даже стоячая, для вампира в состоянии тумана непреодолимое препятствие. Собственно перебраться через нее с одного берега на другой — плевое дело, даже ступни не намочим, но вот хоть немного погрузиться в воду невозможно. А будучи в теле, не пробраться сквозь решетки, не наделав шуму.

А вот будучи в тумане, решетки, на которые, наверное, и понадеялся неизвестный ротозей (дескать, ну кто через них может пробраться?), для нас не преграда.

Запах, конечно, еще тот, учитывая что обоняние вампира в состоянии тумана абсолютно, но чего только не вытерпишь ради дела!

Надо лишь поспешать. В отличие от меня, мои приемыши долго находиться в состоянии тумана не могут. Особенно молодняк. Того и гляди их перекинет обратно в привычное тело, и если при этом они окажутся в решетке… В принципе не смертельно, вампира убить трудно, но провал задания практически обеспечен.

И стоило только подумать о такой неприятной возможности, как сзади раздался сдавленный вскрик.

Так и есть! Танссаллон застрял, и не как-нибудь, а именно в решетке!!!

Я перешла в тело. Остальные — тоже и жадно припали к флягам, хотя подкормиться должны были, только пройдя все преграды, непосредственно перед самим штурмом.

— Простите меня… королева… — прошептал он, обливаясь кровью. — Я подвел вас…

— Молчи! Выпей…

Я дала ему остатки крови рассара.

— А теперь переходи в туман!

— Не получается…

— Пробуй еще раз!

Перешла в туман я и помогла сделать это Танссаллону как остальным, когда они только учились это делать.

Сработало!

Но самый младший оказался слишком ослаблен для продолжения пути, заживление ран отняло все силы и запасы крови. Сейчас он ни на что не годен. А впереди еще три решетки. Можно их, конечно, порушить, но это лишний шум, а на шум сбежится стража, а вслед за ней появится и хозяин замка, и эффекта внезапности не получится.

— Я не оставлю его здесь, королева, — пробормотал Оннакасс.

— Никто не собирается его тут оставлять… Заберем на обратном пути.

— Я подожду, Оннакасс… — кивнул Танссаллон.

— Хорошо…

И вот все решетки оказались позади. Мы пробрались сквозь… задний проход замка и оказались внутри, в солдатском нужнике.

О демоны, какой голод! Прямо-таки мышцы сводит! И клыки растут самопроизвольно…

К счастью, обед сам пожаловал к нам! Дисциплина в замке оказалась на высоте, никто со стены малую нужду не справлял. Солдата в буквальном смысле осушили до дна, от человека остался усохший очень бледный труп с отчетливо видимыми синими прожилками вен под кожей. По-хорошему, его трогать не следовало, но когда вампир голоден, он уже плохо себя контролирует. Даже я не смогла удержаться и тем самым сократила время нашего незаметного пребывания в замке.

Теперь нас может спасти только скорость. Скоро пропавшего бойца хватятся, найдут труп и поднимут общую тревогу.

— За мной!

И стоило только покинуть сортир, как я услышала набатный звон тревожного колокола.

Проклятье! Похоже, у солдата имелся амулет, контролирующий его жизненные функции, и стоило ему скончаться, как поднялась тревога.

Все равно надо прорываться…

Неожиданно прямо перед нами, прямо перед входом в казематы, упала стальная решетка. А в следующее мгновение позади открылось окно телепорта и появился архимаг Тарногар собственной персоной.

Мы, естественно, молниеносно всадили по нему четыре болта с мифриловыми наконечниками из легких, прозванных еще дамскими, арбалетов. Даже его архимагический щит не смог спасти от такого массированного залпа. Правда, это его не убило, только тяжело ранило, а потом мы перешли в туман и просочились сквозь препятствие.

— Даже так?.. — не без удивления пробормотал скорчившийся от боли архимаг, прежде чем опять воспользоваться телепортом и исчезнуть, дабы залечить раны.

Хайллейса. Суккуб, жаждущая силы

О, с каким нетерпением я жду новой встречи с рассаром!

А вообще-то давно меня не призывали в мир смертных! Как это ни странно и печально, но суккубов, и тем более инкубов, вызывают довольно редко, особенно на постоянной основе. Все больше обычных демонов зовут, всяких разрушителей, убийц и воров, даже бывает, телохранителями берут… Это мне в некоторой степени еще повезло, что несколько циклов назад меня регулярно призывал один человеческий маг по имени Тар, довольно сильный, и за его счет я неплохо приподнялась.

Но потом он повзрослел не только годами, но и умом, магическая деятельность стала для него важнее телесных утех, и он перестал меня звать.

И вот вызов спустя столько периодов! Неужто решил вспомнить молодость?! Ну а что, он еще не так уж и стар должен быть, по меркам магов!

Я поспешила откликнуться, пока кто-нибудь не перехватил вызов, несмотря на то что призыв был именным. И такое случалось, в конце концов вызывают не по истинному имени, а лишь по общему, а такие легко перехватить. Сама однажды так сделала.

Но нет, этот маг вызвал меня не для себя. Обижаться я и не подумала. Какая мне, собственно, разница? Главное — это сам процесс и плата за него, и если верить словам Тара, то мне ее обещают более чем щедрую, хотя по условиям этого не скажешь: всего одна сотая.

И вот меня провели к клиенту.

Рассар!

О! Теперь все становится на свои места!

Ах! Если бы только можно было его умыкнуть в наш мир! Да за его душу можно было купить собственный домен!

А может, и вправду попробовать украсть?

Нет, это вряд ли удастся… Но ничего, в перспективе полученной с него маны хватит для самостоятельного создания домена! Я стану высшей!

Рассар меня смог удивить, а удивить демоницу, да еще суккуба, — это надо постараться, но он это сделал… под конец показав одно вампирское свойство, хи-хи… далеко не все демоны таким похвастаться могут! Ну, а про полученный объем маны я и вовсе молчу!

Но вот прошло три дня, и я по договору вновь появилась в замке архимага, на этот раз непосредственно в комнате рассара.

— Ты скучал по мне, зайчик?! — проворковала я чарующим и возбуждающим всех самцов, каких бы рас они ни были, голосом. — Вижу, что ждал…

Я, подойдя соблазняющей походкой, от которой он не мог оторвать глаз, полезла к нему на кровать.

Кийррейл попытался от меня отстраниться, но куда там, тем более что сидит на цепи. Деваться ему некуда.

— Погоди… — прохрипел он.

— Чего годить-то? — удивилась я. — Не сопротивляйся, отдайся страсти… ты в этом понимаешь толк… я еще в прошлый раз убедилась! Ты меня удивил, а удивить суккуба непросто!

— Нет… постой…

— Ну, в чем дело, мой кролик? Я вся горю… да и ты тоже… так давай же не будем себя изводить понапрасну…

— И все же постой… у меня есть к тебе деловое предложение…

— И что же ты можешь мне предложить, зайчик? Ты сам себе не принадлежишь, если ты этого еще не заметил…

— Об этом я и хотел бы поговорить. Ведь ты, насколько я понимаю, отдаешь большую часть полученной от меня маны архимагу?

— Это не секрет. К чему ты клонишь, котик? Говори быстрее, и начнем…

— Освободи меня — и ты будешь получать все…

На пару мгновений предложение рассара выбило меня из колеи. О! Если бы я только могла получать все!!! Но увы, это невозможно…

— Это невозможно, человек.

— Почему?

— У меня с архимагом магический договор, — показала я на печать на своем плече. — Я буду приходить к тебе каждые три дня и получать одну сотую того, что смогу из тебя забрать, ровно столько времени, сколько ты протянешь.

— С такой жизнью ноги я протяну очень быстро… — пробормотал Кийррейл, сникнув, но потом все же вновь встрепенулся: — Но неужели ничего нельзя сделать?!

— Ты уж мне поверь, твое предложение очень шикарно, и имейся хоть одна возможность, я бы ею тут же не раздумывая воспользовалась! — совершенно искренне воскликнула я и продолжила наползать на него.

— Клянешься?

— Клянусь!!! — воскликнула я, сорвав с него одеяло.

Человек выставил руки, словно хотел меня остановить, взяв за плечи. Вдруг его глаза замутились, а я почувствовала, как меняется магическая печать, аж прошибло всю потоком энергии.

Человек трансформирует чужой договор! Более того, он переписывает его на себя! Но как?! Он же не маг — рассар, а они не могут магичить, тем более что он в цепях, не позволяющих творить магию!!!

Спустя несколько секунд руки человека отстранились от меня, и я с изумлением воззрилась на печать на своем плече. Теперь там вместо знака архимага, с которым я изначально заключила договор, виднелся круг с какой-то птицей внутри.

Обратилась собственно к пунктам договора. Что этот человек там накуролесил?!!

Хм-м… Я получаю все, но только не каждые три дня, а через каждые тридцать. Что ж, это все равно намного больше, чем я получила бы за эти тридцать дней по старому договору с архимагом!!!

— А чего такой маленький срок установил? — не без ехидства поинтересовалась я. — Отчего не триста дней или вовсе не каждые три тысячи дней?

— Больше не получилось…

— Это, наверное, потому что тебе самому не хочется расставаться со мной на столь долгий срок, да, мой зайчик?

Человек только скривился — видимо, я все же угадала его потаенные желания, и неудивительно — ведь я одна из лучших в своем деле суккубов!

— Как насчет клятвы меня освободить? — напомнил человек, позвенев цепями.

Да, есть такой пункт в новом договоре. Он вступает в силу, только если я освобождаю рассара из плена архимага.

— Один момент…

Я обернулась в свою истинную демоническую сущность, что ну очень шокировало человека: ведь в истинном виде мы не симпатичные человеческие девушки с крылышками за спиной, рожками и хвостиком (хоть это все остается, даже увеличивается в размерах).

— Ну как я тебе? — поинтересовалась я, желая шокировать рассара еще сильнее, хоть он и так стоит ни жив ни мертв, глядя на меня расширившимися от ужаса глазами.

— П-превосходно… — выдавил он из себя, все же на удивление быстро взяв себя в руки. — Я в отпаде… Наверняка выигрываешь все конкурсы красоты…

Я засмеялась и порвала цепи.

— А вот вытащить тебя из замка будет задачкой посложней… — пробормотала я.

Я вообще удивлена, что Тар до сих пор не в камере, сыпля заклятиями, дабы выяснить, что случилось с договором.

Вдруг послышался набатный колокольный звон.

— Что это?! — удивился человек.

— Общая тревога… Хм-м… зачем он объявил общую тревогу? — удивилась я.

— Внешнее нападение…

— Нападать на замок архимага — да это же извращенное самоубийство!

— Ну, кое-кто может считать иначе, — улыбнулся человек и, словно опомнившись, начал скакать по камере в поиске того, что можно было бы надеть на себя.

Хи-хи, признаться, его одежду я порвала в лоскуты в прошлый раз!

Ничего не найдя, Кийррейл обмотался простыней.

— Сенатор, блин… — пробормотал он.

Через какое-то время послышались звуки боя в коридоре.

— Ксиррел! Где ты?!

— Саша! — заорал в ответ человек и попытался открыть дверь, но не тут-то было.

Пришлось поработать мне привратником. Я выбила дверь ударом правой руки, а в следующий момент левой рукой пришлось перехватывать арбалетный болт… с мифриловым наконечником. Попади он в меня — и все…

— Не стрелять! — крикнул человек.

— Но это же демон?!

Я обратилась в человеческую девушку.

— Она со мной и не причинит мне вреда… — хмуро ответил человек. — Даже более того — поможет выбраться из замка.

В проеме появились залитые кровью четыре вампира. Женщина бросилась к рассару и заключила его в крепкие объятия, замарав его импровизированную тогу в крови.

— Ксиррел! Как я рада, что с тобой все в порядке!

Я таким отношениям человека, пусть и рассара, несколько подивилась. И судя по вытянувшимся лицам тройки стоящих в коридоре вампиров, они тоже в шоке.

— Ну полно, полно, нам нужно уходить, — напомнил окончательно разрыдавшейся вампирессе человек.

— Ты прав… Мы ранили архимага, но он скоро оправится…

Вампиресса ревниво взглянула на меня (так вот оно в чем дело?!), сказала:

— Ты весьма кстати… нам нужно пройти через решетки.

— Это не проблема… — кивнула я.

Если уж я порвала зачарованные цепи, то простые решетки я просто сомну.

— Тогда кого ждем?! — воскликнул человек.

И мы бросились прочь.

Тарногар. Архимаг в предкушении запредельного могущества

Я только успел закончить слив излишков полученной от суккуба маны и переработки, того объема, что я мог удержать, как заявился слуга с очень пренеприятным известием. Вампиресса не только сбежала, прихватив ту четверку, что жила в городе лишь с моего позволения, но и перебита почти половина всех моих людей! Это уже не говоря о шуме во время попытки захвата и начавшихся пожаров.

Впрочем, это все не столь важно… только бы она не разболтала о том, что рассар у меня. Только бы не разболтала… Ведь может, чтобы насолить мне, потому как сделать она мне ничего не в состоянии.

Нет, не разболтает, решил я после раздумий. В крайнем случае попробует найти могущественного союзника, как-то поделить с ним рассара, а это очень непросто и небыстро. Так что в ближайшее время ждать от нее неприятностей не стоит.

А интересная музыка у них тут на камне записана. Никогда такой не слышал… Тоже, наверное, в Проклятых землях нашли. Хотя сомнительно, голос один и тот же, да и музыкальное сопровождение какое-то бедноватое… Если бы нашли схрон, то там были бы разные исполнители.

Сделали сами? А откуда тогда взяли стихи?

А кто вы, собственно, такой, дор Киррил?

Жаль, что с ним не поговорить… наверное, много интересного узнал бы. Но — увы, сукууб выкачала его до предела, так что он сейчас спит глубоким сном, восстанавливается и придет в себя лишь незадолго до нового явления суккуба. Едва успеет подкрепиться.

Пытка любовью…

Но ничего, дальше станет полегче. Втянется. Дальше будут полноценные двое суток отдыха, а не одни, как между первым и вторым. Но таков математический казус.

А пока надо самому отдохнуть. Дела академии забрасывать не стоит, да и по расследованию настоящей войны у дома вампиров надо держать руку на пульсе, и если потребуется, подправить его ход… Происшествие вышло шумным, так что королю доклад придется готовить.

Почта, почта, почта… Секретная почта.

А это интересно. Что королевская разведка накопала за последнее время?

Хм-м… отмечено массовое переселение полукровок из вольных баронств на границе с Топью… в некое владение на востоке. А там только горы, и еще дальше орки. На севере — Проклятые земли, на юге — гномы.

А вот, кстати, донесения по оркам. Ух ты! Кто-то знатно начистил им пятачки! Десять родов как корова языком! И где они так опростоволосились? Вроде никто с ними в последнее время не дрался. На кого они так неудачно в поход сходили?

Ага, вот оно… полезли в горы к некоему владетелю на западе. То есть для них на западе, а для нас…

Хм-м… это, получается, об одном и том же владетеле речь идет? Как же он их умудрился раскатать в блин? Даже мне с сотней шаманов не совладать! Конечно, он вряд ли сражался один, но… объединение сколько-нибудь серьезных магов в одну группу не осталась бы без внимания, такую информацию в секрете не удержать. Но ни о чем таком не слышно…

Теперь понятно, почему полукровки к нему бегут… у кого-то есть реальная сила и против полукровок ничего не имеет.

Может, он сам полукровка?

Маг-полукровка чудовищной силы или с группой таких же магов и шаманов-полукровок?

Вполне возможно…

Только кто его обучил? Какой-нибудь маг-отшельник? В теории это реально…

Как бы то ни было, это может стать проблемой. Не сейчас, так в будущем. Неизвестная величина в горах на нейтральной полосе между орками и королевствами людей. Маг неизвестной силы плюс полукровки в качестве населения. Это же получается новое королевство там в горах рождается! Королевство полукровок!!!

М-да… Многим это не понравится. Полукровки, и собственное королевство? А если учесть деятельность проповедников из нового культа ордена Ольера Светозарного, призывающих к очищению людских земель от помесей и дурной крови, то войны не избежать… кого-то они обязательно натравят на еще не родившееся государство.

Поприсутствовал на месте происшествия. Да уж, наворотили мои люди дел… Крыши практически всего квартала разбиты вдребезги.

Удивили свинцово-мифриловые… наконечники в трупах (могли бы и прибраться за собой, любой след может вывести на меня, но, видимо, уже не успевали из-за спешащей стражи), вот только никаких древков стрел не нашлось. Странно.

Надо почитать и заслушать отчеты командиров групп. Может, они что-то прояснят…

Но отчеты особо ничего не прояснили. Все-таки дело ночью происходило, темно, дым, и вампиресса себя особо разглядывать не давала, только известно, что в руках она держала нечто похожее на арбалет.

Впрочем, это все не суть важно. Важно то, куда подевалась сама вампирша, да и про Литию забывать не стоит. И вообще не мешало бы отследить всех близких знакомых, друзей и сподвижников рассара. И сделать это лучше до явления суккуба, а то потом рассар опять вырубится на сутки…

В камере царил настоящий кавардак — да уж, повеселилась в прошлый раз Хайллейса.

Рассар утолял голод, на этом я не экономил, — не тюремной же баландой его потчевать, еду поставляли из лучшего ресторана столицы — «Феникса». Он должен восстанавливаться как можно быстрее и полнее, а для этого нужна хорошая сытная еда.

— Кто это была за нимфоманка? — спросил меня рассар, оторвавшись от еды.

— Демонесса из вида суккубов.

Парня всего передернуло.

— Что, не понравилась?! Странно… суккубы — они такие затейницы…

Рассар только насупился. Значит, понравилось!

— Лучше порадуйся, что не применяю других, более мучительных средств изъятия маны, ты даже удовольствие получаешь.

— Много хорошо — тоже нехорошо. Рано или поздно наступит момент, когда от одной мысли о… занятии любовью будет наступать у меня только негативная реакция… Это как с лекарствами: малая доза — лечит, большая — калечит.

— Да мне, собственно, плевать. Мне нужна мана, и я ее получу.

— Кто бы сомневался…

— Я пришел поговорить о твоих подружках.

— Заведи своих…

— Чего? Так, ты мне зубы не заговаривай! Мне твои подруги именно как подруги не требуются.

— Знаю я, для чего они вам требуются, — лишние свидетели никому не нужны. Но я ничего не скажу.

— А это мы сейчас проверим, умник…

Я зажал голову рассара в своих ладонях и… почувствовал, как силы начали стремительно покидать меня. Да это рассар меня выкачивает!

Я едва сумел разорвать связь.

— Проклятье! Что это было?!

— Что?

— Не прикидывайся идиотом! Как ты это делал?!

— Что?

— Выкачивал из меня силу?!

— Не понимаю, о чем вы…

— Что ж, не хочешь по-хорошему — будет по-плохому… — пообещал я с угрозой в голосе, в действительности слабо представляя, что можно сделать. Не пытать же в самом деле!

Пожалуй, для начала надо поднять всю информацию, что есть по рассарам. Я и так чуть не допустил смертельную ошибку, а то вот было бы смеху, если бы пленник, предназначенный для доения силы, сам бы осушил хозяина, да еще в ошейнике, который вообще-то должен препятствовать всяческой магической деятельности!

Какие еще сюрпризы он может продемонстрировать?!

Прочь, и в камеру к нему больше ни ногой! Пусть с ним суккуб развлекается. Вот по ней, как по лакмусовой бумажке, и будем судить, на что рассар способен. Суккубов-то полно, весь нижний мир под завязку забит, а я один…

Засев в библиотеке, где я собрал копии практически всех книг по магическому искусству, а также связанных с околомагической деятельностью, нашел том, в котором были собраны все возможные сведения о рассарах. Не так уж и много…

Появилась суккуб, я это узнал по мигнувшему камню кольца, специально настроенного на появление Хайллейсы.

А это мысль, попробуем поговорить с рассаром, когда он только-только начнет приходить в себя и будет еще слишком слаб.

Но что это?! Магическая связь с суккубом рвется! Восстановить ее не получается, сила уходит как песок сквозь пальцы!

Рассар!!!

И тут еще забил тревожный колокол!

Внешнее нападение!!!

Нападавших я почувствовал практически сразу. Они уже внутри моего замка!!! Но как, демон их подери?! В мой замок не то что мышь — таракан не проберется!!!

Раз… два… три… четыре… — подсчитал я чужеродные метки: мой замок, и я чувствую в нем все. И вот еще пятый где-то под фундаментом остался… Чего он там забыл, гаденыш?!

Тем временем четверка идет на прорыв к казематам! К рассару! Не иначе сама вампиресса пожаловала!

Я обрушил все решетки в замке, разделяя его на непроходимые изолированные участки, и переместился к непрошеным гостям.

Лучше бы я этого не делал. Меня угостили сразу двумя стрелами. Еще две я сумел отклонить, и это оказалось непросто, так как наконечники были с использованием мифрила!

А потом эти вампиры превратились в туман и просочились сквозь решетки!!!

— Даже так?..

Моему изумлению не было предела.

Я переправился в лабораторию. Нужно немедленно вырвать из себя эти мифриловые жала с наложенными заклинаниями. Будь вместо меня, архимага, кто-нибудь послабее — его или разорвало бы файерболом, либо превратило в мумию. Последнее наложенное заклинание, похоже, работа Литии… Но я сумел заблокировать их срабатывание.

А вот файербол — это что-то шаманское… более того, орочье…

Но это сейчас все равно, исследованиями можно заняться чуть позже. Главное — не дать уйти вампирам и рассару. Да и с суккубом не мешало бы переговорить по душам…

Пришлось потратить практически все запасы маны, что удалось получить с рассара, но я себя все-таки излечил. Теперь надо вернуться и наказать поганцев…

Замковая стража вела бой, задерживая противников, но получалось у них это из рук вон плохо. Все-таки вампирам, переходящим в туман, мало что можно противопоставить. Тут нужны специальные заклинания, а их, понятное дело, ни у кого нет, так как считалось, что уже давно нет вампиров, способных переходить в туман. Так что то одну группу стражников, то другую осушали до дна.

И все бы ничего, может, вампиры и могут переходить в туман, и уйти беспрепятственно, но не рассар. Ему сквозь решетки не пройти. Но тут свое слово сказала суккуб в своем истинном виде.

Да, основное предназначение суккубов — плотские утехи, точнее, они с помощью этого добывают себе ману, но не стоит забывать, что они прежде всего демоны и, как все демоны, обладают огромной силой. Вот она и воспользовалась этой силой, круша железные решетки, словно они сделаны из дерева, и тем самым обеспечивая рассару, с которым, похоже, успела спеться, проход на свободу.

Но против меня ей не совладать! Я кому хочешь рога пообломаю! Ну, почти… По крайней мере ее рожки я точно выдерну с корнем, и крылья пооборву, а хвост в узел завяжу, причем в морской особой сложности!!!

— Получите! — метнул я первый магический конструкт в вампиров.

Кирилл. Пленник архимага

Попаданец — это судьба, подумал я, стоило мне только очнуться от сна.

Я опять попал, и на этот раз всерьез.

Меня выкачали до дна, шаманке так даже и не снилось. А под конец у меня вообще глюки начались — мне привиделись за спиной у оседлавшей меня девушки кожистые, как у летучей мыши, крылья и… хвост, как у какого-то черта!

А сейчас думаю, что и не привиделось… Мир-то магический и связи со всякими верхними и нижними планами имеет.

«Да камрад, надо признать, что тебя поимела суккуб», — с фальшивым сочувствием подтвердило мои опасения мое второе «я».

Черт!

«Не черт, а суккуб, — внесло поправку второе «я» издевательским тоном. — И потом черт — существо мужское, а суккуб — женское, хотя звучит почему-то как мужское, но ты в голову на этот счет не бери, главное ведь не название, а сущность…»

Да свали ты со своей классификацией! Что же делать-то?!

«Ну, выбор у тебя не особо велик… Самый правильный, думаю, — это последовать совету, который обычно дают женщинам в случае нападения сексуального маньяка, то есть постараться расслабиться и попытаться получить удовольствие!»

Проклятье!!!

Принесли еды, а поскольку с отсчетом времени как-то стало не очень, я не стал гадать, что это: завтрак, обед или ужин, — а засел за поглощение пищи, потому как организм тупо потребовал жрать, потому как сил накануне было потрачено очень много. Вот он и урчит предательски…

Во время моей трапезы заглянул архимаг. Хотел бросить ему в морду объедки, но это будет просто глупо. Начал вызнавать про меня, про подруг, но я молчал как партизан у гестаповцев.

Хотел даже приголубить его сырой силой, это я умею, но передумал. Силенок у меня кот наплакал, я еще не восстановился, так что ему это будет что-то вроде щекотки. Раскроюсь опять же раньше времени. Надо этот туз из рукава вытащить в нужный момент.

Архимаг решил прибегнуть к помощи магии, сжал мне голову в ладонях, и я все же не удержался от того, чтобы провернуть тот же фокус, что и со жрецом (когда еще такой плотный контакт удастся установить?), и так потянул на себя, что чуть не лопнул. Энергии у архимага оказалось до одного места, так что он успел отстраниться, прежде чем я смог его осушить.

Не получилось. Обидно…

Архимаг напоследок как самый настоящий злодей что-то пообещал угрожающе, дескать, еще не вечер, и поспешил прочь из моих апартаментов.

А потом появилась она… И несмотря на понимание того, кто она такая и какие проблемы меня ждут после, организм все равно перешел в полную боевую готовность как воинская часть по боевой тревоге.

— Погоди… — попытался я ее остановить.

«А поговорить?!» — съязвило мое второе «я».

И я ее все же уболтал! Но как раз не на секс, а на его отмену!

Кто бы мог подумать, что однажды придется убалтывать девушек (как ни крути, она все же женского рода пусть и демоница) на то, чтобы не заниматься любовью?!

«Жесть!» — согласилось мое второе «я».

А потом мне пришлось изрядно расстараться и показать все, на что я способен, — нет, не как любовник, хотя без этого все же не обойтись, но позже… а как рассар, проявив одно из своих свойств по изменению уже имеющихся магических плетений. В общем, давно известно, что лучший учитель — смертельная угроза, и когда я находился в таком состоянии, у меня произошел настоящий прорыв в способностях! Я осознанно изменил плетение договора между архимагом и суккубом!!!

Полностью его отменить я пока не мог, потому пришлось переписать на себя с изменением условий — так, периодичность… встреч увеличивалась с трех до тридцати дней, и суккуб получала все, что сможет из меня выжать, в личное пользование, а не одну сотую, как раньше. Этот пункт мне почему-то не дался. А изменить долю не мешало бы, чтобы не выпадать из реальности после… откачки.

Что ж, один раз в месяц могу и поваляться пластом. Невелика плата за свободу. За нее, как известно, надо платить, и дорого.

И она меня освободила, просто порвав цепи. Но прежде приняла свой истинный вид. Я чуть не обделался от страха! И не завизжал, как девчонка, с переходом на ультразвук, только потому, что у меня спазм голосовых связок случился. И неудивительно — посмотрел бы я, что на моем месте произошло с вами, если бы обворожительная на вид девушка, от которой у вас непроходящая эрекция, вдруг на ваших глазах превратилась в чешуйчатого монстра зеленого цвета.

На пальцах отросли десятисантиметровые когти, вылезли тридцати-сорокасантиметровые саблевидные шипы на локтях: взмах — и голова с плеч, — и из колен сантиметров двадцать пять. Удар коленом с таким вооружением под дых будет смертельным. А также вырос настоящий шипастый гребень на спине, так что прыгать ей на спину, чтобы обхватить сзади, категорически не рекомендуется.

Но что самое омерзительное — так это то, что роскошные белые волосы превратились в каких-то активно шевелящихся мерзких ленточных маслянистого вида белых червей-глистов-пиявок!!! Я чуть не сблевал — с детства терпеть не могу этих тварей. Исключением являются разве что дождевые.

А уж что случилось с ее лицом! Оно превратилось в какую-то кошмарную маску (ближайший аналог — маска-шлем врага человека-паука, того, что летал на реактивной доске), во рту блеснул частокол острых зубов, тираннозавр плачет от обиды из-за вселенской несправедливости, а глаза стали красными угольками с черными вертикальными зрачками.

Видоизменился хвост, став длиннее и мощнее, увеличилось количество шипов, и если таким обхватят за шею, то множественные раны гарантированы.

Единственное, что осталось прежним, — так это рожки… Оно и понятно, они являются показателем статуса и изменяться не могут, только при изменении статуса.

«Интересно, у нее ТАМ, в истинном виде, зубы случайно не отрастают?!» — как всегда с неожиданной точкой зрения вылезло мое второе «я».

Проверять не будем…

«Это действительно лишнее, — согласилась моя шизофрения. — А то как кусанет!!! Тем более что физическая кондиция «щупа» не позволяет выполнить эту операцию. Но спросить-то можно?!»

Тьфу ты…

— Ну как я тебе? — поинтересовалась демонесса издевательским тоном, покрутившись передо мной, демонстрируя все достоинства, и добила «контрольным выстрелом», показав раздвоенный язык и шип на хвосте.

— П-превосходно… — выдавил я, взяв себя в руки. — Я в отпаде…

В конце концов, нас, современных людей Земли, таким в обморок не свалить и инфаркт не вызвать. Мы еще не такие ужасы видели, так что закалены как «моржи» холодной водой. Ну, а то, что я в первые мгновения все же выпал из реальности, так только потому, что это сейчас все было взаправду, а не голливудский спецэффект на экране телевизора.

— Наверняка выигрываешь все конкурсы красоты…

— Ха-ха-ха!!!

Потом она взяла и порвала зачарованные цепи, точно это была сгнившая веревка. Вот что значит демоническая сила!

И тут, как сигнализация, зазвонил колокол. По ком? Реакция на разрыв цепей? Не слишком ли шумно?

Как выяснилось, колокол все же бил не по наши души.

Произошло нападение на замок архимага. И я догадывался, чьих это рук дело.

— Ксиррел! Где ты?! — раздался знакомый голос в коридоре.

— Саша! — заорал я в ответ и попытался открыть дверь, но не тут-то было.

Дверь вынесла демонесса и чуть не словила болт в лоб.

— Не стрелять! — крикнул я.

— Но это же демон?!

Пришлось объяснить, что мы союзники, и вообще для разговоров не самое подходящее место, и надо сваливать. С этим спорить не стали. И мы пошли на прорыв, буквально проламывая все препятствия на своем пути. Точнее, этим занималась суккуб в своем истинном обличье.

С живой преградой превосходно справлялась Ссашшиллесса с еще тройкой вампиров.

— Где взяла? — как-то между схватками спросил я ее про пополнение.

— Там уже нет, — ответила она мне в моем стиле. — Позже все объясню…

Позже так позже, сейчас действительно не до объяснений.

Архимаг отпускать меня из своего замка не попрощавшись не захотел и устроил весьма яркие и жаркие проводы. Такой нам фейерверк устроил! Все гремело, взрывалось, блистало…

Вампиров, то и дело лишавшихся чувств, правда, совсем не от восторга, пришлось откачивать моей кровью. Но и я ведь не бездонная бочка… Кто меня потом откачает, когда я начну от потери крови загибаться?

В какой-то момент из стен выскочили призрачные монстры и кинулись на нас. Первыми под удар попали вампиры, и клыкастые ничего не смогли поделать с этими бестелесными тварями, замирая статуями, начав буквально загибаться.

От своего противника демонесса отбилась собственными силами, ну а мне даже напрягаться не пришлось. Стоило только привидению попытаться вселиться в мое тело, как его тут же развеяло. Ну а раз такое дело, я подбежал к вампирам и коснулся каждого из них. Клыкастиков тут же отпустило.

— Дальше нам не пройти, Ксиррел… — сказала Ссашшиллесса. — Наши силы из-за этих призраков на нуле…

— Пейте мою кровь…

— Не поможет. Тем более что ты и так уже на грани.

— И что теперь? — тупо спросил я.

— Не знаю…

Тут вампиресса схватилась за один из амулетов и радостно воскликнула:

— Не может быть?!

— В чем дело?

— Лития здесь!

— Как она здесь оказалась?! — тоже немало удивился я.

— Да какая разница?! Главное, что она может нам помочь!

Это верно. Вампиресса стала отдавать условные сигналы по амулету связи, координируя действия.

— Сейчас…

И буквально в следующую секунду замок вздрогнул от мощного удара, и по коридору покатился вал огня.

Это больше похоже на работу Олграны, шаманки-пироманки, подумал я. Лития больше по магии смерти работает. Разве что Волга огнем дыхнула…

Но, как выяснилось, это все же сработала орчанка!

В строй выживших после огненного шквала солдат врубились скелетоны, а позади, выбивая ритм из бубна, шла шаманка.

Архимаг вынужден был отвлечься на новую угрозу, что дало нам возможность с помощью демонессы прорваться и улизнуть из капкана.

А сзади разгорелась новая битва. Олграна за последнее время сильно приподнялась, так что могла некоторое время противостоять архимагу, а нам много и не требовалось. Мы рванули по освободившемуся коридору.

Но на пути нас встретила Лития.

— За мной! — позвала она, посылая куда-то в коридор плетение магии смерти. — Черная Молния ждет…

«Лимузин подан, сэр!» — опять вякнуло мое второе «я».

— Королева! — напомнил о себе один из вампиров.

— Ксиррел, у нас еще одно незаконченное дело, а ты уходи с Литией, — сказала она, недобро глянув на вновь преобразившуюся в обольстительный вид демонессу.

— Хорошо… — не стал я спорить и вызнавать, в чем дело.

Ссашшиллесса исчезла со своими вампирами за ближайшим поворотом, ведущим, судя по всему, в сортир.

— А я сама тебя найду, а то, как видно, в ближайшее время тебе будет не до исполнения договора, — обворожительно улыбнулась мне демонесса и исчезла с легким хлопком.

— Кто это была? — удивленно-ревниво спросила Лития.

— Потом расскажу… сразу всем, — отмахнулся я хмуро.

Лития увлекла меня за собой, и вскоре я уже запрыгивал на хребет Черной Молнии. Как только свое место заняла Лития, Волга тут же взмыла в небо, а девушка-лич затораторила в нормальную пару разговорных амулетов:

— Олграна! Объект на месте, выбирайся!! Я тебя прикрою!!!

Надо же — объект. Нахватались словечек… Что дальше будет? Начнутся шифровки? Типа: Звезда, Звезда, ответь Кондору…

— Поняла! Выхожу!

Я увидел, как сработала придуманная мною система эвакуации, та самая, из куска полотна и духа воздуха. Олграну подбросило в воздух, в это время Лития, наоборот, спикировала вниз, и Волга дыхнула в пробитый в стене пролом, так что едва высунувшийся вслед за орчанкой архимаг вынужден был вновь спрятаться внутри, окутавшись щитами, чтобы не обратиться в прах.

Костяная драконша, выйдя из пике, набрала высоту и подстроилась так, что Олграна, зависнувшая в воздухе, села точно позади меня.

— И кто та девка, что была рядом с тобой? — тут же ворчливо поинтересовалась она, крепко, но… без грубости обхватив меня за плечи.

Глава 15

Кирилл. Попаданец, спасенный из сексуального рабства

Ответить я не успел. Буквально через мгновение наш авиалайнер сотряс страшный удар. Это архимаг все же всадил в нас «зенитную ракету», или что он там применил из своего арсенала магии? Я в этом фишку не секу… для меня что воздушный кулак, что небесный молот — все едино.

Как мы не разлетелись все в разные стороны, для меня так и осталось загадкой, но для Волги удар оказался разрушительным, несмотря на всю ее мифриловую составляющую. А не будь мифрила в составе ее костей — даже страшно представить, что сейчас произошло бы. Вообще в костяную пыль распалась в качестве добавки для коровьего корма?

Тем не менее, костяная драконша в буквальном смысле стала распадаться в воздухе на отдельные косточки, а сама, накренившись на правое крыло, стала стремительно приближаться к земле.

— Держитесь! — прокричала Лития, пытаясь выровнять полет Черной Молнии.

Но наше транспортное средство плохо слушалось руля. Тем не менее пилоту… то есть Литии удалось все же как-то взять свое творение под контроль и выровнять падение, переведя его в более горизонтальную плоскость. Но вот остановить разрушение она не могла, и костяная драконша продолжала терять элементы своего корпуса.

Земля приближалась все стремительнее…

Ну вот и все… а у меня даже парашюта нет. Напрасно свинка погибла, его испытывая… хотя отбивные из нее получились вкусные.

— Прыгаем!!! — крикнула Лития.

И прежде чем я успел что-то возразить, дескать, парашютов-то нет, Олграна, так и не выпустившая из объятий, сдернула меня с хребта драконши, и я с диким криком и матом полетел во тьму.

Впрочем, орал я зря. Не долетая до поверхности метров десять-пятнадцать, мы словно упали в воздушную подушку и довольно плавно опустились до самой земли.

— Проклятье…

Я обнаружил себя лежащим на могильной плите. Оказывается, мы приземлились на городском кладбище.

— Символично… чуть что не так — и носить далеко не пришлось, тут и закопали бы. Олграна?

— Я здесь. С тобой все в порядке?

— Вполне. А с тобой?

— Тоже.

— А где Лития?

— Где-то там…

Встав, мы поспешили в указанную сторону. Идти пришлось недалеко, всего метров двести, и вот стоит девушка-лич, тяжело вздыхая, над грудой все еще пошевеливающихся костей. В глазах и пасти костяной драконши тускло вспыхивал огонь.

— Все так плохо? — спросил я сочувственно.

— Да…

— Но она, хм-м… выживет?

— Не знаю…

Олграна чего-то подшаманила, и костяная драконша стала проваливаться под землю, точно угодив не на твердый грунт, а в болотную жижу, и где-то через минуту скрылась в земле совсем.

— Спасибо, Олграна, это ей поможет, — поблагодарила Лития.

— О чем вы? — не понял я.

— Кладбище. Костяная драконша. Кости. Смерть. Эманации, — как несмышленышу, собственно, я им и являюсь, стала объяснять шаманка.

— И как быстро она восстановится?

— Очень нескоро, — отозвалась Лития. — Остаточных эманаций смерти очень мало. Не то, что сразу после боя…

— А по времени?

— Месяца два, а то и все три. Потому для рождения костяного дракона с нуля на кладбище требуется чуть ли не целый год. И то они получаются слабыми, и им требуется много питаться.

— Ладно, думаю, нам пора отсюда сваливать — вряд ли архимаг так просто оставит нас в покое.

С этим предложением никто спорить не стал, и мы поспешили прочь с кладбища, в сторону от города, поставлявшего сюда мертвецов.

— Надень…

Олграна протянула мне амулет разведчика, полностью скрывающий ауру. Да, он сейчас не помешает, а то, поди, я сейчас свечусь для магов как свеча во тьме. Любой увидит.

— Как там Ссашшиллесса? — спросил я минут через пять, когда мы наконец покинули территорию погоста.

— Нормально. Они выбрались из замка и идут на сближение с нами.

— Ясно.

— Так кто была та девка рядом с тобой? — задала свой вопрос орчанка.

— Олграна, дорогая, давай не сейчас, а? — взмолился я. — Вернемся в замок — и я все расскажу со всеми подробностями, в лицах и красках…

— В замок мы вернемся еще не скоро… а знать я хочу сейчас.

— Ну вот, заодно потренируешь силу воли.

— Кэррэл?!

— И чего ты такой ревнивой стала?

— Кэррэл?!!

— Да я вообще ни при чем!

— Ты и с нами ни при чем! — съязвила орчанка.

— Вот-вот! И с ней так же… Олграна, не пихайся, ты мне весь ливер отобьешь и ребра переломаешь! Этот чертов архимаг захватил меня и, как ты предупреждала, принялся выкачивать из меня ману, но поскольку, слава богам, он оказался правильным мужиком, вызвал для этого дела суккуба…

— Что ж, я могла и сама догадаться… Но почему она тебе помогала сбежать от мага? Ведь должна была как раз наоборот, всячески мешать.

— Как ты заметила, я могу неосознанно изменять имеющиеся заклинания, ну и поскольку меня припекло очень сильно, я изменил условия договора, но уже более-менее сознательно, теперь она завязана на меня. Так что можешь меня поздравить с прорывом на магическом поприще…

— Поздравляю! — едко произнесла Олграна, скорее даже выплюнула это слово. — Если ты и дальше продолжишь в том же темпе, то скоро нам в замке не хватит комнат…

— Ей не надо, она приходящая… раз в тридцать дней.

Шаманка лишь покачала головой — дескать, горбатого только могила исправит.

На рассвете появились вампиры.

— Держи, Ксиррел, — протянула мне вампиресса мешок с одеждой и винтовку, а также меч с ножами.

Похоже, архимага немного пограбили, если можно так выразиться, — ведь вернули только свое, чужого не брали.

— Благодарю… а то в тоге мне уже как-то надоело щеголять.

Я быстро переоделся, повесил винтовку на плечо, меч на пояс и почувствовал себя человеком, что сможет постоять за себя, а не беспомощным объектом защиты.

Присутствие в группе Олграны полностью лишало нас возможности передвигаться по дорогам. В землях людей к оркам относились очень отрицательно и при первой же возможности попытаются либо захватить в плен для последующего мучительного умерщвления при большом стечении народа, либо просто убить. Такие проблемы на ровном месте нам не требовались. Разве что можно раздобыть крытую повозку.

Вариант реальный, но от дорог решил отказаться принципиально — ведь именно на дорогах нас и будут искать в первую очередь люди архимага. Крытые повозки их не обманут, как-нибудь да досмотрят, переодевшись стражей, и попробуй им откажи. Так что лучше двигаться через леса. Медленно, но надежнее.

— Зеленоглазка будет волноваться нашему долгому отсутствию, — заметил я печально. — Подумает еще черт-те что.

— Не подумает. Я как раз для такого случая один гораздо более мощный амулет сделала. И как только тебя освободили, дала ей сигнал, что с тобой все в порядке.

— Но нас долго не будет. А ей вредно волноваться…

— Чуть позже продублирую сигнал, так что не волнуйся. Не изойдет она от неизвестности о твоей судьбе.

Ну и я заодно спокоен буду. Она ведь единственная, кому от меня ничего не надо: ни маны, ни крови, ни ауры… только я сам.

По лесу двигаться оказалось на удивление легко. Его хорошо почистили, и никакие буреломы из-за отсутствия подобного явления не мешали нашему движению. Всю поваленную природой древесину тут же растаскивали на дрова крестьяне из ближайших деревень. Законы тут довольно строгие, и рубить деревья без контроля лесничих не дозволялось.

Китайцев на них нет. А то быстро бы все леса на дешевый и ядовитый ширпотреб из формальдегидного пластика сменяли бы.

Остановились на ночевку в какой-то полуразрушенной землянке, что нашли парни Ссашшиллессы, — то ли разбойники в ней обитали, то ли еще кто.

— Архимаг нас тут не прихватит? — поинтересовался я.

— Не должен… — неуверенно ответила Олграна. — Иди спать.

— Еще и десяти нет… детское время.

Но на меня так посмотрели, что я сдался и поплелся в убежище. Вымотался я действительно очень сильно, несмотря на все свое рассарство. Побегать пришлось изрядно, и я в этой компании оказался самым слабым звеном: без меня мои подружки бежали бы еще долго.

Я так и видел перед собой строгую тетку в очках из одноименного ток-шоу, что тыкала в меня пальцем и издевательски произносила свою коронную реплику. Да и от общения с суккубом еще не отошел до конца.

Стоило о ней подумать, как сверкнула вспышка и в землянке оказалась она во всей своей похотливой красе.

— А вот и я! Ты ждал меня, кролик? — проворковала соблазнительно.

— Помяни черта — он и явится, — усмехнулся я невесело. — В моем случае в прямом смысле этого слова…

В следующую секунду в землянке стало тесно от народу, так как влетели сразу: Ссашшиллесса с обнаженными мечами, Лития с занесенным для удара посохом и Олграна с бубном.

— Привет, девочки, — помахала им ручкой демонесса. — решили присоединиться? Хм-м, я в общем-то не против, даже интересно будет, но потянет ли нас всех кролик? Я в этом не уверена… Да и делиться ни с кем даже малой толикой причитающейся мне энергии я не собираюсь. Так что прошу покинуть помещение.

— Это ты убирайся, отродье бездны! — воскликнула Олграна.

— Не раньше чем получу то, что мне причитается, — уже совсем не соблазнительно, а очень даже грозно, что даже меня пробрало, произнесла суккуб, частично обернувшись в свой истинный облик: появились рожки, крылья и хвост.

— Девушки, только без глупостей, — остановил я начинающуюся свару. — У нас проблем и так хватает. Выйдите, а я поговорю с…

— Зовите меня Хайллейсой, — представилась суккуб.

— А я поговорю с Хайллейсой.

— Знаем мы эти разговоры… — проворчала шаманка.

— И все же…

Мои подружки нехотя покинули землянку.

— Боевые у тебя спутницы, — проворковала суккуб и стала приближаться ко мне своей фирменной возбуждающей походкой.

— Погоди…

— Опять?!

— Не опять, а снова…

— Тебе не отвертеться от исполнения договора, зайчик, даже не надейся!

— Никто и не собирается отказываться! В конце концов у меня есть в запасе еще тридцать дней до его исполнения!

— Еще бы ты отказался! — обворожительно усмехнулась суккуб. — Знал бы ты, как много людей пожертвовали своими жизнями, только чтобы провести с нами ночь!

— Неплохой способ самоубийства, — согласился я. — Все лучше, чем в петле давиться…

— Так в чем дело, зайчик?

— Дело в том, что у нас архимаг сидит на хвосте…

Хвост суккуба стремительно обвил мне шею и сдавил.

— Я в фигуральном смысле этого слова… — сдавленно прохрипел я.

— Я так и поняла, — с улыбкой сказала демонесса, лишь немного ослабив хватку. — Продолжай, мой сладкий…

— Так вот, если я сегодня исполню договор, то завтра буду никакой. Им в буквальном смысле придется меня тащить на руках. Сама должна понимать, что с таким грузом моим спутницам далеко не убежать и архимаг нас настигнет. А когда он это сделает, то ты можешь забыть о получении с меня маны в дальнейшем. Думаю, он воспользуется услугами другого суккуба или, что вернее, найдет другой способ выкачки с меня энергии, учитывая, что я могу изменить договор. Так, может, стоит немного потерпеть и дождаться, пока мы уйдем достаточно далеко и окажемся в безопасном месте, не рискуя спалиться в самое ближайшее время?

— Что ж, твои доводы логичны… — нехотя признала демонесса.

Суккуб наконец оставила мою шею в покое, напоследок погладив меня по щекам шипом на его конце.

— А если нам уйти от погони через твой мир? — предложил я.

— Уйти через мой мир вы сможете, а вот вернуться уже нет.

— Почему?

— Потому что я могу здесь появиться достаточно свободно, только из-за того, что здесь есть якорь в виде тебя, а точнее, договора, нас связывающего…

— А если из них кто-то останется? И потом проведет ритуал призыва?

— Можно… Но не уверена, что смогу обеспечить твою безопасность в своем плане. Иначе бы я с радостью согласилась… Так что придется вам выпутываться здесь. Что ж, я ухожу и наведаюсь чуть позже, а пока дай мне одну сотую…

И прежде чем я успел что-то сказать, возразить, демонесса приникла ко мне и поцеловала взасос, высасывая ману.

— До встречи, мой зайчик! — помахала она мне ручкой и исчезла.

А я отрубился, заснув крепким сном. Лишь краем сознания еще успел заметить, как в землянку вошли мои подруги, положив что-то под голову и укрыв одеялом. А Лития пристроилась рядом, вроде как непосредственная телохранительница, совмещая приятное с полезным.

Да уж…

Утром я проснулся отдохнувшим и полным сил. После легкого завтрака вновь потащились по лесу. Вампиры работали разведчиками, заранее предупреждая обо всех вероятных опасностях и возможных нежелательных контактах с местным населением: охотниками, собирателями, лесничими, что могли стукануть кому-нибудь о нашем присутствии, а дальше информация пойдет как круги на воде и достигнет нужных ушей.

Так мы двигались до самой границы королевства в течение пяти дней, пока не уперлись собственно в границу в виде широкой полноводной реки.

Но перебираться мы через нее не стали, а направились в портовый город Коргарон, практически не уступающий размерами столице, а то и превосходивший ее.

— Зачем нам в город? — удивился я. — Спалимся ведь ни за грош! В нем наверняка есть глаза и уши архимага!

— Однозначно есть, — кивнула Лития.

— Тогда зачем? Тем более что Олгране в городе делать нечего…

— Я и не пойду.

— А как же тогда?

— Подожду на берегу, вы там наймете небольшой кораблик…

— На какие шиши?

— У нас есть немного, — сказала Ссашшиллесса, кивнув на своих подопечных. — На фрахт небольшого судна хватит.

— Допустим. Но почему бы не поступить проще и не перебраться через реку на плоту, на лодке наконец? И пойти дальше как шли…

— Это граница, Киррил, — сказала Лития. — Она довольно серьезно охраняется. На той стороне куча пограничных разъездов с магиками. Не думаю, что ты горишь желанием обзаводиться новыми «знакомствами». Тем более что новые знакомства могут подтянуть старые. Риск, конечно, есть, но он меньше, чем если мы попытаемся пересечь реку самостоятельно. Тем более мы решили, что на корабле удастся довольно быстро добраться до пограничных баронств. Пройдем дальше на север и высадимся в районе Трезубца — это гора такая, а там до Топи рукой подать, всего три баронства пройти.

— Что ж, вам виднее, — не стал я спорить с приведенными доводами, тем более что им действительно лучше знать, что да как. — Зачем тогда мне в город тащиться и рисковать? Я мог бы с Олграной посидеть.

— Для заключения договора фрахта нужен мужчина, — сказала Лития.

Ну да, у женщин здесь прав не больше, чем у… немного их, в общем. Исключением являются магини или магессы, не знаю как правильно, но светить Литию как обладательницу Дара — не самый лучший вариант, учитывая, что она некромант, а это уже подозрительно (ну не любят их), а если выяснится, что она еще и лич, то вообще тушите свет.

— А твои ребятки что, не мужчины? — повернулся я к вампирессе.

— Мужчины, но то, что они вампиры, распознают в один момент, и начнется охота.

— А то, что я рассар, не распознают? Амулета-то у меня, подменяющего ауру, нет, и начнется еще более рьяная охота…

— Не распознают, потому что амулет у тебя есть, — хмыкнула Олграна, протянув мне кругляш с фениксом. — Запасной.

Запасливые вы мои.

— Отдайте его кому-нибудь из них…

— Он настроен на тебя, твою ауру и на них не сработает. Тем более что они останутся с Олграной. В город им лучше не соваться.

— Понятно.

В общем, в город мне пришлось идти старой компанией — с Литией и Ссашшиллессой. По-моему, не самое умное решение, так как мы именно таким составом засветились в столице.

Впрочем, надолго задерживаться не планировалось. С ходу двигаемся в порт и нанимаем корабль.

Сие оказалось нелегко. Свободных кораблей просто не нашлось! Все используются по назначению, забиты грузом, снуют туда-сюда по реке, и пассажиров брать никто не хочет даже за очень приличные деньги. Совсем уж невменяемо большую плату предлагать не стали, так как это может привлечь к нам лишнее внимание.

— Однако, — выдал я, почесав тыковку. — Кто бы мог подумать! Что делать будем?

— Ждать, — пожала плечами вампиресса. — Ситуация действительно несколько неожиданная, но думаю, в ближайшее время подходящий вариант определенно подвернется.

— Твои бы слова да какому-нибудь богу в уши… Что ж, идемте искать приличную гостиницу. И Олграну предупредить надо.

— Я предупрежу, — кивнула Ссашшиллесса. — Ночью как раз наведаюсь.

Приличную гостиницу нашли без труда — их в Коргароне пруд пруди, не высший класс, но и не притон. Взяли две комнаты. Управляющий подумал, наверное, что мне одну и девушкам одну… Ну а как на самом деле жильцы перемешаются…

Вечером спустились в едальный зал. Грех упускать возможность нормально поесть. Да и меню можно рыбкой да раками всякими разнообразить.

Ссашшиллесса на ужин не осталась, а сразу мотнулась в лес к Олгране и своим приемышам. Пользоваться амулетами связи не решились.

Мы с Литией заняли свободный столик у стены, куда нам и подали заказ. Все бы ничего, но раздражал вонючий рыцарь, занявший соседний столик. И не пересесть никуда, народ только прибывал. От этого благородного дора разило как от последнего привокзального бомжа, аж глаза резало. Ну вот что ему помешало помыться как нормальному человеку? Я вот, например, сразу, как только заселился, купальню потребовал. Разве что нищета?

Выглядел рыцарь и впрямь несколько… подержанным, что ли. Думаю, его история мало чем отличается от сотен подобных. Пятый-седьмой сын в семье, с наследством обломился, все, на что смог претендовать, это старые латаные-перелатаные доспехи, зазубренный в боях меч, ржавый шлем и полудохлая кляча в качестве боевого коня. Вот и весь начальный капитал, с помощью которого либо иди и выбейся в люди, либо сгинь без следа в неизвестном краю.

Но неужели ему жаль пяток бронзовых монет на бочку подогретой воды и кусок мыла. Если он из «скупых рыцарей», то речка близко. Вода в ней вроде нормальная…

В общем, этот рыцарь испортил мне весь аппетит. Я уже хотел побыстрее свалить из зала, но остановил меня странный человечек, все время заискивающе кланяясь, подсевший к этой вонючке. Подобное вообще-то не принято, за такое рыцарь может и приголубить… булавой.

Лития чего-то при виде этого пройдохи изрядно напряглась.

— Не угостит ли благородный дор рыцарь бедного…

Но рыцарь повел себя как истинный дор:

— Чего надо, смерд?! Говори сразу, или я прикажу тебя вздернуть на заднем дворе!

— Не извольте гневаться, господин! Я лишь хочу спросить, ведомо ли вам, что собирается армия из свободных рыцарей под знаменем благородного дора рыцаря Армирана лес Ларсконского?

— Вот как? И куда же он собирается двинуться? — заинтересовался рыцарь.

Пройдоха красноречиво покосился на кувшин вина. Дескать, плата вперед, а то знаем мы вас, благородных доров, вам все обскажи, а вы в награду в зубы норовите двинуть…

— Бери, смерд, но прежде ответь на вопросы.

— Я счастлив это сделать, благородный дор рыцарь, счастлив!

— Итак, на кого собирается идти с мечом дор Армиран?

— На восток, господин.

— В вольные баронства?!

— Дальше, господин… Там за Топью…

Я от этих слов подавился вином и надсадно закашлялся.

Там за Топью живу я!!!

К счастью, на меня почти не обратили внимания — ну поперхнулся человек, с кем не бывает?

— Там за Топью появился владетель, господин.

— И что с того? Очередной барончик решил основать собственный дом на ничейных землях… Сдается, ты меня обманул, смерд!

— Никак нет, господин! Разве стал бы ради какого-то барончика достойный дор Армиран собирать под свои знамена свободных рыцарей?!

— Тоже верно… Так что слышно о том владетеле, смерд?

— Что он безмерно богат…

— Очередная замануха…

— Нет, господин, то, что тот владетель отбил две атаки орков, о чем-то да говорит. Орки в набеги всегда идут в богатые земли. Я не знаю, правда это или нет, но говорят, что он использовал против них мифриловые стрелы!

М-да, все-таки не все стрелы мы подобрали, подумал я. Что-то ушло на сторону…

— Чушь! — рыкнул рыцарь. — Кто в здравом уме станет использовать мифрил в стрелах?!

— Тот, у кого этого мифрила полным-полно, господин! И то, что достойный дор Армиран собирает войско, только подтверждает правдивость подобной информации. Подумайте, всего пара наконечников, впившихся в ваш щит, — и несколько лет безбедной жизни вам обеспечено!!!

— Хм-м… Где дор Армиран собирает отряды? — спросил рыцарь задумчиво.

— Близ города Рамнон, господин!

— И много ли он уже собрал?

— Одних только рыцарей уже за тысячу перевалило, господин!

Я опять едва не поперхнулся.

Тысяча рыцарей! Далеко не все они такие же нищие, как этот. Наверняка к войску присоединились и прочие ловцы удачи, более состоятельные, у которых еще есть оруженосцы да «телохранители» из десятка-другого бойцов.

Кроме того, к такому войску обычно присоединяется всякая бандитствующая шваль. Наемники, коим все никак не найдется работа по специальности (воевать вроде никто не спешит), и они ищут ее сами в надежде прибарахлиться. Для таких один впившийся в щит мифриловый наконечник не то что несколько лет безбедной жизни, а обеспеченность до конца дней! Учитывая их не слишком большую продолжительность жизни.

Так что минимум тысяч пятьдесят ко мне в гости припрется. Убивать замучаюсь…

Домой, надо срочно домой!

Хм-м… домой. Это я сейчас о каком доме, собственно, думаю?

Ладно, конкретизируем: в замок, надо срочно в замок!!!

Я допил вино и поспешил в комнату.

— А ты чего так напряглась в самом начале? — спросил я Литию, видя все еще сумрачное состоянии спутницы. Хотя поводов для веселья нет, больше для горести.

— Этот пройдоха…

— Что с ним?

— Его запах…

— Да, запашок тот еще, — согласился я, поморщившись и пытаясь продуть нос, где, кажется, этот запах просто поселился. — Так и тянет еще раз помыться. Кажется, что я извозился в дерьме…

— Нет, я не про этот запах…

— А какой еще есть?

— Аурный… Долго не могла понять, но веяло чем-то до боли знакомым. А теперь вспомнила, что такой же был у тех почитателей Неназываемого. После того как их жрец всадил в меня жертвенный нож, я теперь всегда узнаю.

— Хм-м, вот оно как, значит… То есть ты хочешь сказать, что слуги этого Неназываемого натравливают на нас этих рыцарствующих голодранцев?

Лития кивнула.

— Что ж, в этом есть логика. Если меня сметут, полукровки вновь окажутся беззащитны и опять станут беспомощным жертвенным скотом. Проклятье, нужно срочно возвращаться. Завтра во что бы то ни стало нужно найти корабль.

Все-таки надо было поискать логово этих сектантов, авось нашли бы? Хотя сомнительно… Ну в самом деле, где их там искать, на территории размером почти с Европу? Надо знать хотя бы примерное место, а для этого нужен язык.

Язык?!

— Лития!

— Что, Киррил?

— Давай-ка побеседуем с тем проходимцем — почитателем Неназываемого. — Авось чего интересного узнаем?!

Лития только усмехнулась, и мы поспешили вниз.

Адепт Неназываемого уже успел покинуть ресторан, но Лития не зря говорила о запахе. Это для нее действительно было сродни запаху, и она шла по нему столь же уверенно, как какая-то ищейка по следу преступника.

След привел в схожую гостиницу, где все тот же пройдоха обрабатывал очередного рыцаря без страха и упрека.

И скольких этих рыцарей только этот паршивец сбил с пути праведного? Ну пусть не праведного, а просто настропалил на дорожку ко мне. А сколько их всего, этих совратителей, в данном королевстве, да в соседних?! И какая армия в итоге выступит против меня?!

Мать моя женщина! Да только одних рыцарей будет несколько тысяч!!!

Засады ублюдок не ждал, а потому стоило ему только выйти из ресторана, как мы его взяли под белы рученьки, предварительно я его оглушил ударом по маковке, и поволокли в темный переулок.

— Я буду злым полицейским, а ты — добрым, — напутствовал я напарницу.

— Вы кто?! — взвизгнул адепт Неназываемого, как только очнулся.

— Дед Пихто и бабушка Никто…

— Что вам надо от меня?!

— Вопросы задаю я! Где ваше логово, мерзавцы?!

— О чем вы говорите?! Какое логово?! Помогите! Стража! Отпустите меня! У меня ничего нет, я бедный…

— Адепт Неназываемого, — закончил я за него.

Прохиндей после этих слов неуловимо изменился, и из ничтожества он превратился в этакий кремень, словно даже ростом больше стал. Перестал вести себя как забитая мышка и посмотрел на нас так надменно, словно это мы жалкие пресмыкающиеся. И я отчетливо понял, что дело пахнет керосином.

— Приди, Господин!!! — утробно прогремел его голос.

— Убей его!! — завопил я истерично, так что дал петуха, аж самому противно стало.

Лития медлить не стала и нанесла магический удар из своего арсенала некроманта.

Фига с два! Магическое плетение слетело с адепта шелухой, как с гуся вода. А адепт тем временем трансформировался, его начала окутывать какая-то тьма.

Я, хоть и хотел убежать куда подальше, но все же взял себя в руки и нанес удар гаду кинжалом в сердце. Но и это его как-то не сильно взволновало. Более того, засмеялся!

Но, черт возьми, сколько в нем энергии! И кто-то потянул на себя мою силу, словно сдирая с меня кожу. Я хотел отстраниться и разорвать аурную связь, но не тут-то было, меня словно приморозило! Пришлось срочно вспоминать свои навыки круговорота с Олграной. Страх придал мне сил, и я со всей дури потянул «одеяло» на себя.

Казалось, мы тягались целую вечность, верх брал то я, то мой противник, установилось шаткое равновесие, как затишье перед бурей… а потом все кончилось. Это Лития снесла голову адепту, а вместе с ней ушел… Неназываемый.

Да, определенно это был он. Но вот кто он, собственно, такой?!

Ответа я не знал. Как-то не до разговора нам было. И дать его мне никто не мог.

— Уходим…

И как с такими фанатиками работать, скажите мне, пожалуйста?

Хайллейса. Суккуб, что все никак не может получить желаемое

— О господи! — испуганно вскрикнул рассар, даже подскочив и схватившись за сердце в момент моего появления. — Фу ты… Хайллейса, ты что, смерти моей хочешь?!!

— Ни в коем случае, зайчик…

— А получишь однажды мой трупик, если и дальше станешь так же внезапно, да еще со спины, появляться… Хоть бы предупреждала, что ли?

— Это как я тебя предупредить могу о своем появлении? — поинтересовалась я с усмешкой.

— Не знаю… вам демонам, снующим между мирами, должно быть лучше известно.

— Увы, таких средств нет.

— Жаль. А то если я и не умру, то заикой точно однажды стану.

— Это не страшно.

— Ну да… можно не говорить, а петь…

— Ладно, зайчик, пора выполнять договор… — двинулась я на него, распуская обольщающие чары.

— Погоди…

— Опять?! — взъярилась я не на шутку.

— Не опять, а сн… хр-р… — не договорил он свою присказку, когда я придушила его своим хвостом. — Хайллейса…

— Ну?! В чем дело на этот раз?! Ведь от архимага ты оторвался!

— Оторваться-то я оторвался, хотя это еще доподлинно неизвестно, но тут такое дело, мне на хво… в смысле, появился другой враг еще более могущественный, чем маг.

— И кто же это?

— Без понятия… его называют Неназываемым. Я повздорил с его адептом, тот призвал в свое тело своего хозяина, и я потягался силушкой уже с ним… Ты о нем ничего не знаешь?!

— Нет.

— Тем не менее, он знает, кто я, и скорее всего сюда отовсюду уже спешат его адепты. Завтра я должен быть полон сил, чтобы суметь унести от них ноги, а заодно и от погони архимага. Так что каждый день промедления может стать фатальным…

Я держала этого человечка и не знала, что делать. Ведь не врет, сволочь, действительно находится в смертельной опасности. Неназываемый этот какой-то еще… я чувствовала привкус его «запаха» в ауре рассара, действительно потягался с ним маной, но кто это — не понимала. Никогда такого не видела, хотя что-то знакомое от демонического определенно есть. Но не демон, это точно.

Что касается рассара, то если так и дальше пойдет, то он все время станет из одной беды в другую встревать, а я буду оставаться без маны!!!

— Возьми одну сотую в качестве компенсации за… ложный выезд, как тогда, через поцелуй, — вдруг предложил человек.

Все-таки он меня хочет. Но нельзя…

— И вообще, раз такое дело, то можешь приходить и целовать меня на ночь… — пошутил он.

Но это он думал, что пошутил! С демонами шутки плохи!! Я так и буду делать!!!

— Хорошо…

Я поцеловала рассара, вытянув жалкие крохи в качестве компенсации, и опустила его, заснувшего, на кровать.

— Спокойной ночи, малыш, и добрых снов, — посмеялась я.

Хотела уже возвращаться обратно на свой родной план, как почувствовала, что со мной что-то не то… В животе закрутило. Была бы человеком — подумала бы, что несварение желудка. А я — демон… Да это же… да я же… Проклятье!!!

В ярости я схватила лежащего на кровати человека за шею и приподняла.

— Что ты делаеш-шь?! — прохрипел он сквозь сон, не в силах проснуться окончательно.

— Так и быть, живи… муженек.

— Чего?! — пробормотал человек, на несколько мгновений полностью придя в себя. — Нет… только не это…

— Тут я с тобой согласна… но уже ничего не поделаешь.

Я швырнула рассара обратно. Что случилось, то произошло.

Берегла себя, берегла, копила ману, чтобы однажды занять максимально высокое место и родить первенца от какого-нибудь князя, но…

Впрочем, с таким источником маны я действительно сама могу стать лордом… лордессой, и уже не столь важно, от кого рожу, хоть от самого захудалого гоблина, не то что от рассара, так что прежние планы по определению устарели…

Ладно, пора домой…

И вновь помеха, на этот раз внешняя. Кто-то лез в окно номера.

Хм-м, пара-тройка душ никогда не помешает…

И где эта ходячий полутруп бродит? Охрана называется…

Когда троица воров, нет, слишком хороши они для воров, оснащены самыми мощными амулетами сокрытия, наверняка люди Тара, влезла в спальню рассара, я схватила двух руками за шеи, еще одного хвостом — и переместилась на родной план.

О, как они заорали, когда поняли, куда угодили!.. Музыка да и только!!!

А не надо лазить к моему… мужу. Это прямой путь в ад!!!

Глава 16

Кирилл. Пятиженец…

Мне вдруг подумалось: а что, интересно, я в перспективе поимею от демонессы?

От орчанки получил силу, ну и… достоинство, коим, как и негры, славятся орки. От вампирессы — сверхскорость. От гоблинки — хм-м… система выделения твердых отходов. От лича… С ней мы были всего один раз, и вряд ли этого достаточно, чтобы что-то получить, и неизвестно, будет ли у нас еще хоть раз…

«А так ли уж нужна непосредственная близость?» — вылезло с вопросом мое второе «я».

То есть?

«Да, может, то, что она постоянно в твоей ауре ошивается и ты не воспринимаешь ее как врага, а значит, открываешься полностью, идет в зачет, как если бы…»

Хм-м, а ведь верно. Стоит учитывать и такую возможность. Важен ведь не сам процесс… а именно соприкосновение аур. Но я вроде ничего такого с нее получить не хочу, так как не вижу ничего такого особенного.

«Кроме того, что она ходячий мертвец!»

Давай уже не будем об этом! Тем более что в последнее время она живет полной жизнью.

«Ну да…»

И мертвецом, даже личем, мне точно становиться не интересно.

«Логично».

Тогда что может перепасть от демонессы?

«Хвост, рога и копыта!!!» — заржало мое второе «я».

У нее нет копыт…

«Зато все остальное есть! А еще крылья! Будешь рогатым и хвостатым, как черт!»

«Не-не, только не хвост, и тем более не рога!» — закричал я в мыслях, невольно представив себе свой возможный вид. Ужасть!!!

«Это — да, рогоносцем быть как-то не в кайф! Особенно если рога как у оленя… — продолжала стебаться надо мной моя вторая сущность. — Уж не думаешь ли ты, что суккуб будет хранить тебе верность?! Гы-гы!!! Так что лучше быть некрофилом! И еще зоофилом для, так сказать, полноты комплекта, чего уж теперь привередничать…»

Да иди ты! Уж на зоофилию меня точно не развести!

«Чья бы корова мычала?!! Про некрофилию ты так же думал! Так что не зарекайся, ха-ха-ха!!! Все у тебя еще впереди!»

Мы же договорились, что это… не совсем так. Она жила, а значит…

«Совсем, не совсем… — пренебрежительно отмахнулось мое второе «я». — Нельзя быть немножко беременной! Тут или-или, третьего не дано!»

Тьфу ты…

Открыв глаза, я обнаружил подле себя Литию, смотревшую отрешенно-задумчиво на меня. Такие взгляды меня несколько нервируют… Выглядела она… странно. Какой-то потерянно-растерянной, что ли, словно не знает, плакать ей или смеяться.

— Что с тобой? — спросил я обеспокоенно. — Что случилось?

— Я… у меня…

Да что же это такое-то?! Я мысленно завопил.

Кажется, у меня на эту тему уже дар чтения мыслей появился.

— Ты беременна?

— Да… Меня вчера стошнило…

То-то ее не было, не прибежала на помощь, когда демонесса заявилась. Маялась, бедняжка.

Вот же…

«Чего уж теперь, — гаденько хихикнула моя вторая сущность. — Одним больше, одним меньше, от лича или суккуба…»

Твою ж, еще ведь и суккуб эта!

Я потер шею.

Интересно, каким будет ребенок от меня и суккуба?

«Вылитый черт!!!»

Сдохни…

«На крайняк тифлинг — полукровка от демонов и людей… — не унималось мое второе «я». — А поскольку мать суккуб, то на дочери пробы будет негде ставить, а сын станет таким ходоком, что…»

Сдохни, я сказал…

В комнату влетела вампиресса, разрушив повисшую тягостную паузу.

— Чего это вы такие… не такие, — произнесла она и замолчала, не в силах подобрать определение нашему состоянию.

— Все нормально… Как дела у Олграны?

— Нормально.

— Это хорошо. Потому что нам надо сегодня кровь из носу, но нанять любой корабль, за любые деньги, и как можно быстрее убраться из этого города!

— Отчего такая категоричность? — удивилась вампиресса.

Я рассказал о случае в ресторане, как на нас натравливают свободных рыцарей, и последующем убийстве жреца Неназываемого, со всеми припевами, прихлопами и притопами.

— Это плохо, это очень плохо, — обеспокоилась Ссашшиллесса. — То, что ты поцапался с самим Неназываемым, пусть и через его жреца, только это тебя, наверное, и спасло, да еще Лития голову ему снесла, — это очень плохо. Теперь он знает, кто ты, и если ему нужны жертвы, а точнее, мана от жертвоприношения, то ты для него просто подарок Судьбы, и он во что бы то ни стало захочет тебя заполучить.

— Это я уже сам понял, потому говорю, что надо смываться.

— Вот что ты за человек такой, Ксиррел, а? — всплеснула руками вампиресса. — Стоит тебя на минутку оставить без присмотра, как ты обязательно во что-нибудь вляпаешься.

— Вообще-то я был не один…

— Вот именно! Ты куда смотрела?! — накинулась вампиресса на Литию.

— Стоп! — остановил я нападки. — Ругани только мне не хватало для полного счастья… Надо сваливать. Идемте в порт.

Там мы вновь стали ошиваться по причалам, интересуясь судами, двигавшимися на восток или свободными от фрахта. Последние как вид отсутствовали в принципе, все стояли на долгосрочных контрактах с расписанным графиком дежурств на весь сезон навигации. Остальные пассажиров брали очень неохотно, вообще не брали. Ведь пассажир, как бы благообразно он ни выглядел, это потенциальная угроза типа троянского коня, что может подорвать безопасность изнутри. А пиратов всех мастей на реке тоже хватает.

— Если ничего не найдем в течение часа, придется захватывать силой, — сказала вампиресса.

К счастью, силой захватывать ничего и никого не пришлось. На самом краю причала, можно даже сказать, вне его территории, нашлась-таки свободная от заказов шаланда, приставшая прямо к берегу. Правда, в другое время я бы на палубу такой развалюхи даже ступить не рискнул. Уж больно потрепанный вид она имела — такое впечатление, что борт можно пальцем проткнуть. Как эта посудина еще не потонула, лично для меня оставалось загадкой. Но по крайней мере эта лоханка точно на плаву, то бишь на ходу…

Или все же правильнее в данном случае сказать, что именно на плаву, потому как судно больше похоже на кусок дерьма, а не на судно.

В общем, это плавсредство еще может бороздить просторы реки, а не гнить тут, потому как вчера этого недоразумения здесь еще не стояло.

— Эй, на… борту, — выкрутился я с определением плавсредства. — Есть кто живой?! Или слегли уже все от дизентерии?!

Поскольку никто не отвечал, пришлось постучать палкой по борту, отбивая от досок трухлявые щепки.

— Чего надо? — выполз на свет, скорее всего, капитан и владелец лохани, такого же кошмарного вида, что и судно.

Пьяный, мятый, растрепанный и вонючий. Над ним реально мухи витали, целый рой. Воды, что ли, боится этот горе-капитан, что все никак помыться не может?

— Нанять твое корыто.

Никакому капитану не понравится, когда над его судном издеваются, но этот и ухом не повел. Совсем пропащий.

И что, собственно, на этом корыте в последнее время возили. А то воняет как-то совсем уж не пойми чем… Навоз, что ли, пополам с тухлятиной?

— Куда, чего, сколько?

— К Трезубцу, только пассажиры, восемь человек. И как можно быстрее.

— Пятьдесят золотых.

— Ты совсем ох… охамел, капитан? Да вся твоя плавающая помойка не дороже пятака стоит в базарный день!

— Так я же и не продаю…

— Пять золотых! И не вздумай утопить нас, иначе клянусь богами, вырву твою душу из лап самого царя морского!

— Согласен…

— Тогда отдавай концы и — поплыли.

— Плавает дерьмо…

— Так эта твой байда оно самое и есть. Пошевеливайся.

Мы стали взбираться на борт по опасно прогибающемуся и трещавшему трапу.

— Так вас только трое…

— По дороге остальных подберешь.

Капитан пожал плечами — дескать, барину виднее, — свистнул в дудку, и на палубу вылез десяток мятых субъектов в рванье, от которых довольно прилично разило дешевой бормотухой, и, пошатываясь, они начали что-то делать с канатами: отцеплять, тянуть, крутить… при этом матерясь вполголоса. Ну никак они не рассчитывали на столь быстрый наем. Раньше, наверное, неделями от безделья маялись в ожидании контракта. Что неудивительно с таким кораблем. Связываться с ним себе дороже выйдет.

Наконец они кое-как поставили парус, но лодка двигаться упорно не желала.

— Интересно, когда они догадаются якорь поднять? — с тяжким вздохом задал я риторический вопрос, глядя на всю эту пародию на судно и команду к нему.

Наконец до кого-то дошло, что якорь все еще томится на дне речном, и его принялись поднимать, тупо тянуть все разом веревку, так как никакого механизма и в помине не было. То есть раньше он имелся, но видать пропили.

Вместо якоря, ясен пень, у такого судна оказался просто здоровый камень.

— Зашибись… Впрочем, чему удивляться?

Судно, названия которого я так и не смог прочесть из-за загаженности птичьим пометом, наконец тронулось с места и начало выписывать зигзаги удачи, переваливаясь с борта на борт, и по палубе катался всякий хлам вроде бутылок и еще не пойми чего. А что поделать, если капитан пьяный, то и судно будет идти соответствующим образом, каким он сам ходил бы по суше.

А может, капитан издевался над нами и пытался вызвать в нас дурноту? Не дождется! Лично у меня хороший вестибулярный аппарат. У вампирессы тем более, да и лич даже ухом не вела. В общем, блевать за борт никто не спешил. А вот часть команды очень даже… причем не всегда за борт.

В какой-то момент чуть не произошло столкновение с другим кораблем — рыбацкой шхуной. Нас, естественно, обматерили морскими загибами, из печатного я услышал только один выкрик:

— Когда же ты наконец потопнешь, Рамсорон, выродок морской свиньи и устрицы?!

Но, как известно, это самое не тонет…

А потом нас в порыве праведного гнева даже забросали рыбой, и я едва сдержался чтобы не прибить капитана и всю его долбаную команду. Остановило только то, что тогда самому придется управляться со всей этой оснасткой, в чем я вообще ни в зуб ногой, а эти хоть и пьяные в узел, но все же чего-то соображают.

— Может, я их обращу? — предложила вампиресса, скрипя от гнева зубами.

А как иначе, одна рыбешка прилетела ей прямо по лицу. Не уберегла ее хваленая сверхскорость. Да и как уберечься под таким градом?

Я даже подумал, что, может, капитан специально на имитацию тарана пошел, как раз ради того, чтобы его забросали морепродуктами? А что, на обед рыбы у нас теперь просто завались!

— Или лучше я из них зомби сделаю, — выдвинула в свою очередь предложение Лития, на чью голову приземлилась какая-то медуза. — Тем более что эти индивидуумы от них почти ничем не отличаются, а так станут полноценными… а твои обращенные на солнце быстро погорят.

— Согласна, — кивнула вампиресса. — Пусть она их в зомби превратит.

— Дадим им шанс, — пробурчал я, сплевывая на палубу. — Каждый имеет право на вторую возможность и исправление…

Дались мне эти слова особенно тяжело, так как в меня угодили речным ежом, по самому филейному месту, а иголочки у них острые, так что я был на капитана и команду очень зол, как Ссашшиллесса и Лития вместе взятые.

Суденышко, названия которого я так и не узнал и узнавать желанием не горел, прозвав для себя соответственно тому, что как известно не тонет, вышло из пределов города и пошло в сторону мыска, где сидели в ожидании нас Олграна и вампиры.

— Не разбей только свою шаланду о камни…

— Все будет в порядке, вашмилсь… — пообещал мне капитан и икнул.

Похоже, во время этого короткого плавания он все же протрезвел на свежем воздухе, или, что вернее, оказалась справедлива поговорка, что опыт не пропьешь, но вскоре движение кораблика стало более ровным, а к мысу подходили вообще идеально.

За пассажирами сгоняли привязанный за кормой шлюп, и мы поплыли дальше. Команда благоразумно сделала вид, что орчанку они в упор не видят.

— М-да, — только и сказала Олграна, осмотрев наше плавсредство.

— Извиняйте, лучшего ничего не нашлось, — развел я руками.

— Я так и поняла. Что ж, во всем надо видеть хорошее, — на этом недоразумении я могу быть свободна в передвижении, а не сидеть в трюме до конца пути замотанная тряпками по самую макушку.

— Хорошая философия, — кивнул я.

Команда навела порядок, но чище палуба от этого выглядеть почему-то не стала. Ну и ладно, нам бы до Трезубца добраться, а там это убожество хоть гори, хоть тони, хоть все вместе.

Движение на реке довольно вялое — это в том смысле, что никто не носится, как угорелый, на моторных лодках, водных скутерах и байках. Все под парусами, идут неспешно, и тем явственнее обозначились две лодки-маломерки схожего с нашей проекта, что неслись нам вослед, и что еще больше привлекало внимание, так это отсутствие у них парусов.

— Как же они такую скорость развивают? — удивился я.

— Магия, — ответила Олграна, так же лаконично и таким же тоном, как один киноперсонаж сказанул: «Стреляли…»

— У меня такое впечатление, что они по наши души, — заметил я, глянув на вероятных преследователей в бинокль, а потом передал его всем желающим, начиная с шаманки.

На что Олграна только кивнула и достала из сумы бубен.

— Будем отрываться? — спросил я, готовя винтовку к бою.

— Бесполезно, да и как оторваться на таком…

— Ну да, — согласился я, невольно усмехнувшись.

Особой ходкостью наше судно не отличалось, в то время как суденышки преследователей изначально заточены именно как быстроходные суда, почтовые клиперы, на коих изначально не предполагалось возить много тяжелого груза.

Олграна традиционно начала с огня, тем более что нет ничего страшнее для корабля, чем пожар, хоть он и на воде, — но файерболы уходили в сторону, отклоняемые вражескими магами, и с шипением, исторгая клубы пара, исчезали в волнах.

Ответили вражеские маги, обрушив на нас сразу с двух бортов ошеломляющий огонь. Олграна держала их удары, тем более что вроде как ничего сверхмощного не использовалось — видать, хотели кого-то живьем взять (это я про себя любимого), но судно все же пострадало.

В нескольких местах оказался пробит борт, и что еще хуже — разбита единственная мачта. К счастью, упала она вперед, к носу, и нас не задело, ну и паруса в клочья разорвало. И без того небыстрое движение застопорилось полностью. Погоня стала стремительно приближаться, а там нас наверняка ждал веселый абордаж.

Тут уже я выдал длинную очередь из винтовки, но ничего не добился.

— Можно что-нибудь сделать? — спросил я, с надеждой глядя на орчанку.

— Только принять бой, — флегматично пожала плечами ша— манка.

Собственно бой уже начался. Вампиры стали обстреливать противника из своих легких арбалетов, ну и я еще добавил ледяными иглами.

Капитан с матросами давно спрятались в трюме, от греха подальше.

— Ч-черт…

Я увидел, как Ссашшиллесса заряжает свой арбалет болтом с наконечником, в котором использовалось хладное железо, то бишь подшипник, только уже шариковый, от мотоцикла. Поскольку как-то переделывать это железо нельзя, нагревать и перековывать, это сразу лишит его всех удивительных свойств, то для подшипника сделали специальный трехгранный полый наконечник, внутрь которого его и поместили. В итоге получилась своеобразная стрела с каленым сердечником, потому как при ударе о цель «клетка» из граней наконечника раскрывалась и подшипник продолжал движение вперед, уходя глубже в плоть, так, что если даже и вынуть стрелу, то хладное железо останется в теле.

Моя придумка!

— Олграна, поставь щиты на максимум, не дай им нас потопить!

— Что ты задумал?!

— Некогда объяснять!

— Хорошо…

— Сашуль, еще есть болты с хладным железом?! — обратился я уже к вампирессе.

— Дюжина. И сотня с мифриловыми.

— Отлично. Прикажи своим ребятам освободить мачту от всей оснастки, а ты дай мне болт с подшипником…

Вампиресса не стала задавать лишних вопросов, а отдала соответствующие приказы своим подопечным, и те быстро лишили обломок мачты всяких устройств и веревок с обрывком паруса, получив обломок бревнышка длиной примерно три метра.

— И что теперь?

Вместо ответа я в расщеп мачты, вставил наконечник с хладным железом, ну и для верности четыре мифриловых.

— Олграна, твоя задача — запулить этот болт в противника!

Шаманка только усмехнулась, она все поняла и, подгадав момент, когда враги перестали нас обстреливать, что-то отшаманила с бубном и приказала:

— Бросьте это бревно в воду наконечниками вверх, когда скажу… давайте!

Мы тут же отправили «болт» за борт. А в следующий момент он как баллистическая ракета типа «булава», запущенная с подводной лодки, взмыл в воздух и, пролетев по параболе, врезался точно в одно из преследовавших нас судов.

Наконечник из хладного железа пробил все магические щиты, мифриловые, дорвавшись до цели, сработали как и положено: два на огонь и еще два на тление. Само бревно прошило кораблик сверху донизу, пробив палубу и корпус, так что у них там, ко всему прочему, началась еще и течь.

Суденышко сразу потеряло ход.

— Так-то же!

— Руби остатки мачты!!! — тут же приказала вампиресса своим приемышам, увидев эффективность… ракетной атаки.

Вампиры снесли ее в считанные секунды.

Ну и второй «болт» я снарядил схожим образом.

— Второй раз вряд ли получится, — с сомнением покачала головой шаманка. — Отразят.

— А ты пусти под водой! — предложил я. — Будет им торпедная атака!

Олграна, хохотнув, осознав задумку, принялась камлать, призывая элементалей или еще чего. Наконец когда корабль преследования подошел уже так близко, что можно было добросить до него камень, Олграна скомандовала:

— Бросай наконечниками в воду!

Второе бревно а-ля торпеда «шквал» пролетело за борт.

Маги на втором судне напряглись, ожидая вылета подарка с последующим обрушением его им на головы, но подарок явился совсем не оттуда, откуда ждали, — из-под воды! Второе суденышко сотрясло ударом, в борту образовалась дыра, быстро увеличивающаяся из-за магии тления от Литии, и в нее хлынула вода. Ну и пожар от Олграны.

— Да!!!

Впрочем, радоваться было еще рано.

Мы все потеряли ход — они не могли нас больше эффективно преследовать, а мы — убегать.

Преследователи оказались ребятами весьма упертыми и, как-то локализовав повреждения, продолжили идти на сближение. Скорости, конечно, были смешными, так что мы изрядно повеселились, их обстреливая. В основном я, перемежая пальбу очередями ледяными иглами и мифриловыми пулями. Парочку вроде подстрелил…

— Ну, вы сами напросились, — кровожадно заметила Ссашшиллесса, когда первый корабль преследователей подошел достаточно близко, чтобы начать абордаж.

Вот только неизвестно, кто против кого его проведет, учитывая возможности вампиров. И вампиры не подвели — перешли в туман и перетекли с борта нашего на борт преследователей.

И обломались.

Враги не желали умирать, падая мумиями, не иначе архимаг озаботился защитой своих людей специальными амулетами. Абордажная команда, числом с полсотни (больше просто не поместится) плюс десяток магов с криками кинулась к нам со своего полузатопленного корыта, и нам пришлось взяться за мечи.

Вампиры, не добившись успеха в применении своего главного оружия, перешли в нормальное состояние, и началась бешеная сеча с применением магии сразу на двух судах.

Резня шла просто дикая. Нас спасало только то, что противники мешали друг другу и нам не могло противостоять сразу больше чем десять-пятнадцать человек, и, конечно же, мифриловые амулеты. Ну а меня конкретно спасало только то, что хотели взять живым: доспехов-то на мне нема. Но не значит, что целым. Рассар без рук или ног все равно остается рассаром. Так что, может, меня и не хотели убить, но покалечить весьма и весьма жаждали.

Я только отстраненно беспокоился за Литию. Как рукопашник она совсем никакая. Да, она неплохо вертела своим посохом некроманта, но это все же…

Краем глаза я заметил, как ее пронзили мечом и она рухнула как подкошенная.

Даже не знаю, что в этот момент я почувствовал. Она ведь была живой в момент схватки. Вдруг ее убили совсем?

А если не убили? Все же лич, и как это отразится на ребенке при смерти матери?

Мы отступили, Литию практически затоптали, и она оказалась внутри порядков атакующих. И то, что они посчитали ее погибшей, стало для них самой большой и последней ошибкой в жизни.

Лития оказалась в бешеной ярости от того, что ее убили и, возможно, навредили ребенку. Восстав, она буквально разметала центр врагов, пробив сразу двух противников своим посохом.

— Встать!!! — приказала она. — Убить!!!

И раньше убитые нами враги, около дюжины, поднялись и кинулись на своих, бывших еще живыми товарищей. Подоспевшая нам такая вот своеобразная подмога значительно снизила накал давления. Нападавшие вынуждены были отвлечься на зомби Литии, ну и мы, не будь лохами, уже сами перешли в контратаку и довольно быстро покончили с вражеским десантом, особенно когда Олграна оттеснила меня от схватки и я получил возможность воспользоваться винтовкой. Пара длинных очередей практически в упор по простым солдатам, и мифриловые пули для магов посадили их щиты и закончили схватку в нашу пользу.

Сильно пострадавшие в заварушке вампиры (противники, что ни говори, оказались весьма достойными, прямо спецназ какой-то!) торопливо осушали тяжелораненых, восполняя силы и залечивая раны.

А торопиться есть отчего. Вторая лодка, что поразили «ракетой», шла на таран. Судьба первой команды не остановила их. Накачавшись по брови всякими эликсирами, сам видел, как они торопливо заглатывали какую-то дрянь из колбочек, они с криками берсеркеров ринулись в атаку, стоило только корабликам столкнуться бортами.

С десяток я, наверное, повалил из винтовки, еще по одному забрали болты из арбалетов вампиров, а потом вновь пришлось взяться за мечи.

Зомби продержались недолго, но Лития поднимала свежих, и это изрядно досаждало врагу и давало нам лишние секунды, а в данном случае лишняя секунда — жизнь.

И вновь меня закрыли своими телами мои женщины. Даже как-то неудобно стало… особенно когда Литии опять досталось, на этот раз гораздо серьезнее: ей обрубили руку и почти разрубили бедро. Кошмар просто.

Вампиры крутились на сверхскорости, так что летели брызги крови как их противников, так и их собственной.

Бились магией маги противника и Олграна.

В общем, самая настоящая свалка, в которой уже практически ничего не разобрать.

Но я все же не остался в стороне, и опять в ход пошла винтовка. Все-таки архимаг недооценил ее возможности, а это его люди, хотя, если судить по рассказам вампирессы, не мог не знать о некоем скорострельном оружии: ведь она его применила в городе.

«Теперь дооценит, как дооценил новые возможности вампиров, и примет соответствующие меры», — «успокоило» меня мое второе «я».

В общем, мы всех победили, всех порешили…

Вот только судно превратилось в то самое, уже без всяких кавычек. Все никак не тонет, несмотря на повреждения, но и плыть уже не в состоянии.

А те два кораблика затонули-таки.

Я поспешил к самому пострадавшему члену нашей группы, но был ею остановлен:

— Не подходи! Дай ранам срастись…

— Понял…

Если рана на бедре и в груди зажили почти сразу, то рука прирастала медленно.

Потом я вдруг осознал, какую же боль она испытала бы, окажись в моей ауре с такой чудовищной раной! Самого ведь гончая из Проклятых земель в свое время покусала, опыт есть. Бр-р… Думать своей башкой надо хоть иногда перед тем, как что-то сделать, а не после.

Вампиры вновь насыщались кровью, и их с виду еще более кошмарные раны зарастали на глазах.

Тоже хочу такую регенерацию!

«А кровь ты тоже при этом пить хочешь?» — поинтересовалась моя шизофрения.

Хм-м… даже не знаю…

«А ты узнай! Да и чего, собственно, такого? Кровь и кровь, просто густой соленый сироп, с привкусом железа…»

Но, может, кровь заменить собственной жизненной энергией? Все равно ее девать некуда…

«Ну… наверное, и так можно, — с большим сомнением согласилось мое второе «я». — Так что хватай вампирессу на ближайшей стоянке и трудись во благо своей вампирской регенерации!»

Вот же, все переведет в пошлятину…

«Я — это ты, так что не надо ля-ля, будто я — не я, и лошадь не моя…»

Но со мной явно что-то не то… подумал я. Слишком уж самостоятелен у меня мой внутренний голос. Не завелся ли кто во мне?

«Завестись могут глисты от употребления грязных продуктов…»

Так, может, ты и есть такой глист? Какой-нибудь энергетический паразит. Мало ли, мир магический, чего только не бывает!

«Но-но, прошу без оскорблений!»

Так, к черту это все… а то реально можно до шизофрении с самим собой договориться.

Олграна тоже изрядно пострадала в битве, если судить по разрезам на ее одежде и кровище — хотя большая часть наверняка чужая, — но она уже успела себя подлечить.

Ну, а я вообще без единой царапинки.

Хоть сам себя режь, чтобы таким вызывающе целеньким не выглядеть…

Глава 17

Кирилл, он же Кийррейл, названый муж суккуба

Плавание продолжилось. Для этого, правда, пришлось хорошо постараться. Сначала привести в чувство команду, успевшую обделаться от ужаса и, похоже, не только в переносном смысле этого слова, если судить по запашку в трюме… Потом почистить палубу от тел (за исключением тех, что пошли на скелетонов для Литии), крови и всего прочего, что вывалилось из людей в момент смерти, ну и подлатать кораблик. Кое-как припарковались к берегу — элементали воды под управлением шаманки толкачами поработали, там команда непотопляемого судна под охраной вампиров, чтобы не сбежала, срубила подходящую лесину, быстро ее ошкурила, присобачила все необходимое, поставила не без помощи магии Олграны куда следует — и наконец мы подняли парус. Проживет такая мачта недолго, но на наше плавание хватит.

Пока занимались всеми этими ремонтными делами, ко мне с настороженно-озабоченным выражением лица приблизилась девушка-лич, приживившая себе отрубленную руку. Хлебнула моей крови из маленькой фляжки, села рядом, погрузившись в мою ауру, и начала оживать…

— Ну как ты? — спросил я.

— Я-то нормально… а вот…

Лития положила руки на свой живот и через несколько мгновений, улыбнувшись, облегченно выдохнула.

— И с ним все хорошо…

Я обнял внезапно расплакавшуюся девушку. С ней я готов быть некрофилом даже не по пьяному делу, а осознанно, и плевать на все. Орчанка и вампиресса сейчас нас «не замечали».

— А чего сам архимаг не появился? — поинтересовался я, когда под вечер мы все-таки побежали по волнам. — Стоило ему вмешаться — и все, наша песенка спета.

— Испугался, — сказала Лития. — Мы в его замке хорошо пошумели. А чем дольше живешь на свете, тем ценнее становится собственная жизнь, и умирать совсем не хочется, тем более если можно послать умирать кого-то вместо себя.

— Согласна, — кивнула Ссашшиллесса, — тут можешь мне поверить. Я пожила достаточно долго на этом свете, не стану говорить сколько, чтобы не ранить твою чувственную натуру, — фыркнула она, — но умирать мне совсем не хочется.

Да уж, Киркоров и Галкин мне обзавидовались бы черной завистью, узнав, с какой «бабушкой» я состою в связи. Не удивлюсь, если она постарше трехсотлетнего архимага будет… Гы-гы. Ну а то, что она еще юная девица, для потенциально бессмертных вампиров ничего не значит, важен сам срок прожитого времени!

— Да, испугали мы его крепко, — подтвердила шаманка. — Думаю, мифриловые стрелы его заставили очень сильно понервничать.

— Кстати, я заметил один момент. В прошлый раз некромант, да и песик из Проклятых земель, когда я им засадил мифриловые подарки, буквально выгорели цветным пламенем и взорвались! А эти померли довольно обычным образом. А архимаг так и вовсе от ран оправился. Чего это так?

— Так ты стрелял из этой своей ракиетеницы… — сплюнула на последнем слове орчанка. — Там был горючий состав, вот он и сыграл свою роль в том, что их разорвало огнем.

— Точно, не подумал…

По сути, тогда некроманта и гончую спалило термитным зарядом. Конечно же, я сразу подумал о создании таких убойных составов в промышленных масштабах. Собственно, кое-какой опыт уже есть, это я о салюте, что устроил на собственный день рождения. Но, подумав более плотно, в конце концов отказался от этой идеи. Лучше, если такой способ убийства магов и магических существ останется тайной, как мое оружие последнего шанса, или при убийстве наверняка. Потому как при массовом использовании рано или поздно секрет станет известен всем, и его или начнут повторять, или, что еще хуже, найдут способ противодействия и защиты, и я потеряю лишний аргумент в противостоянии на магической арене, а это есть плохо, потому как в магическом плане я ноль без палочки. Что-то уже могу — вытягивать силу да менять магические плетения уже осознанно, бить сырой силой, — но этого слишком мало.

Наша посудина бодро скакала по волнам, и мы, то и дело обгоняли тяжело груженные ладьи. На некоторых маячили рыцари со своей свитой — пополнение армии некоего Армирана. Кто он вообще такой, мать его?! Такой же долбодятел, что и тот вонючка-рыцарь, используемый втемную, сманенный посулами о богатстве, или же адепт Неназываемого?

— Эй, капитан!

— Д-да, ваша милость?..

— Ты в курсе, кто такой дор Армиран?

— Конечно, ваша милость!

— И кто он такой?

— Глава ордена Ольера Светозарного!

— Что за орден? — поинтересовался я у подруг.

Они только пожали плечами.

— Впервые о таком слышу, — сказала Лития.

— Я — тоже, — подтвердила Ссашшиллесса.

— А я подавно не в курсе — в степи жила, — сказала Олграна.

Понятно, от жизни все отстали, в замке просидев по три десятка лет, стало быть, орден этот — структура новая.

— Ну с вами все понятно, а как насчет твоих приемышей? — спросил я у вампирши.

— Точно! Оннакасс!

— Королева? — почти мгновенно, как Сивка-бурка, возник один из вампиров.

— Ты что-нибудь знаешь об ордене Ольера Светозарного? В чем его суть и вообще…

— Конечно, королева, — кивнул вампир. — Этот орден возник лет пятнадцать-двадцать назад. Его главой является некто Армиран, поговаривают, что он незаконнорожденный сын короля…

— А чего они хотят? — вклинился я, так как мне глубоко фиолетово, кто чей сын. Понятно, что взлететь кто-то так высоко не мог без поддержки кого-то влиятельного.

— Выступают против некромантии, а также в последнее время против полукровок.

— Чем им не угодили полукровки?

— Выступают за чистоту человеческой расы.

— Упс, а вот и местные фашисты… И как они, популярны?

— Весьма.

— Очень интересно, очень…

— Ты думаешь, что этот орден и Неназываемый как-то связаны? — спросила вампиресса.

— Есть такое мнение, — кивнул я. — Популярность в народе и поддержка в кругах знати обеспечивает средства, за счет которых и финансируется поход против нас. А раз так, то полукровки — только цветочки, как говорится, аппетит приходит во время еды, и ягодки будут впереди…

— О чем ты? — не поняла орчанка.

— О том, — стала отвечать Ссашшиллесса, — что когда покончат с полукровками, возьмутся за вас, за гоблинов, гремлинов, троллей, огров, гномов, эльфов, оборотней, как уже практически полностью извели нас, вампиров.

А вот еще один корабль. И тоже с рыцарем на борту. Руки так и чесались начать их отстрел прямо сейчас, но увы, убийство даже десятка рыцарей погоды не сделает, а внимание к нам привлечет. Так что придется их валить в «честном» бою. Хотя насчет честности ничего не обещаю. Я в конце концов просвещенный человек! А просвещенному человеку как-то ближе удары исподтишка, засады, ловушки, отравленные колодцы, ядовитые газы… а те, кто воюет честно, — тупые варвары.

Больше нападений на реке не было. То ли люди у архимага кончились, то ли, что вернее, он решил подготовиться на порядок лучше.

Ждал нападения почитателей Неназываемого, но тоже тишь да гладь да божья благодать. Наверное, еще не успели собраться в достаточном количестве, и потом, нас еще найти надо, а значит, ждать их тоже стоит несколько позже.

С горе-корабля на берег мы сошли спустя неделю путешествия, прямо напротив Трезубца — горы с тремя вершинами. Капитан, похоже, был готов отчалить от берега даже не получив платы, лишь бы оказаться как можно быстрее подальше от нас, но я честно заплатил оговоренную сумму и даже набросил пару золотых за материальный ущерб.

А где-то там, на другой стороне, под патронатом ордена Ольера Светозарного собирается армия вторжения из свободных рыцарей…

Своеобразный крестовый поход против меня.

Надо спешить. Эта армия не может долго находиться на одном месте — она сжирает слишком много денег без какой-либо пользы, еще несколько дней — и они тронутся в путь, получая пополнение уже в дороге, что затянется на несколько недель. А мне еще надо подготовиться! А ничего практически не готово!!!

Задерживаться не стали. Пообедали и двинулись в путь. Во время путешествия на суденышке наотдыхались.

Наверное, мы выглядели слишком слабыми, ничем другим не объяснить нападения, которое случилось, едва мы отошли от берега, даже походного порядка не успели организовать, то есть вампиры не умчались в охранение. Ну как же, всего пять мужчин и три женщины, одна из которых орчанка. Что мы можем против двух десятков разбойников?

В нас, я имею в виду именно мужчин (женщин, похоже, хотели захватить в плен и употребить по назначению), из леса полетели стрелы, успешно сбитые воздушной волной шаманки, а потом на нас со всех сторон выскочила банда… уродов.

Я как-то говорил уже, что полукровкам оборотней приходится тяжелее всего, что время от времени рождаются те, кто застыл в состоянии человек-зверь, и при этом ни туда и ни сюда превратиться уже не могут.

Вот на нас и напала такая банда уродцев из разных помесей волков, медведей, кошачьих с людьми и между собой. Одетые все в рванье, в то, что поснимали с убитых, а также в одежду собственного производства: грубо выделанные шкуры с мехом, какие-то грубые ткани а-ля мешковина из шерсти (возможно, даже собственной) и какой-то волокнистой растительности. Тела защищали элементы доспехов и кольчуги.

Я даже винтовку вскинуть не успел, как пришлось схватиться врукопашную, так быстро они приблизились, хоть и «инвалиды».

Вампиры тут же перешли в туман, и на этом схватка, собственно, закончилась. Клыкастые, правда, еще метнулись вперед, зачистить лучников и арбалетчиков, что и проделали без особых проблем, притащив в качестве доказательства мумии. Я только порадовался скоротечности схватки. Ребятки эти хоть и неполноценные с точки зрения своей оборотнической природы, но они все равно сильные и быстрые, а значит, опасные противники.

— Где-то должно быть их логово, — сказала вампиресса.

— И чего? — не догнал я.

— Они тут не первый день промышляют разбоем, — продолжала говорить весьма прозрачными намеками Ссашшиллесса.

Тут уже и до самого тупого дойдет: она намекала на хабар, что успели награбить эти уродцы.

— Предлагаешь по пути сходить поживиться честно награбленным добром?

— Почему бы и нет, лишним не будет. Мы ведь так ничего и не заработали ни на мифриле, ни на музыке. Грех упускать такую возможность. А тратиться им, думаю, особо негде и не на что.

Мне отвлекаться не хотелось — враг в затылок дышит, — но один день на поиски выделить можно. Что касается врагов, то основную боевую силу мы, думаю, положили здесь, и большого противодействия во время экспроприации не предвидится…

— Согласен.

Ссашшиллесса отдала приказ своим приемышам, и те исчезли в лесу в поиске следов недооборотней. Скоро они вернулись с положительным результатом, и мы пошли в логово.

К моему большому удивлению, логово оказалось довольно близко — в Трезубце, в одной из пещер.

— Посидите пока здесь, — указав на уютную полянку, сказала вампиресса, — а я с ребятками там немного развлекусь…

Я пожал плечами.

— Да бога ради. Развлекайся…

Вампиры свалили драться за хабар. Мы им, таким крутым, действительно больше помеха, чем подспорье. Шаманка тут же обошла полянку с бубном, поставив охранный контур, мы же запалили костерок: время ужина подошло.

«И вампиры тоже едят», — мерзко хихикнуло мое второе «я», вызвав у меня легкий спазм тошноты, потому как их «развлечение» действительно можно расценивать как питание.

Вдруг Олграна насторожилась, развернувшись куда-то на северо-восток.

Встала в боевую стойку Лития. Ну и я перехватил винтовку.

— В чем дело?

— К нам кто-то быстро приближается… одна метка, точнее, две, и за ней еще с дюжину. Расстояние между ними шагов сто — и быстро сокращается.

— Не похоже на нападение… по крайней мере на нас.

Орчанка согласно кивнула, но боевой тревоги не отменила.

И тут на полянку выскочила волчица, зажимая в зубах щенка… Точнее, ребенка… а если еще точнее, то помесь щенка и ребенка — тельце человеческое, а голова волчья.

Волчица тяжело дышала, заслюнявила всего ребенка, посмотрела по сторонам, начала пятиться, издавая угрожающее рычание, потом обернулась назад, видимо вспомнив, что сзади тоже небезопасно.

Олграна что-то метнула в волчицу, и та, выпустив ребенка из пасти, упала на землю, после чего начала обращаться в человека.

— Не убивайте… — выдохнула она, тяжело привстав и взяв ребенка на руки.

«А оборотни обращаются голяком, в отличие от вампиров», — отметило мое втрое «я».

Меня это сейчас интересовало меньше всего, хотя формы у оборотнихи весьма и весьма…

Додумать не дали появившиеся на границе леса и поляны волки.

Женщина, поняв, что ее убивать никто не собирается, поспешила к нам, подальше от своих сородичей. Остановилась рядом со мной, наверное, из-за того что я мужчина и вроде как должен защитить слабую женщину. Всю жизнь мечтал… тем более от такого количества. Конечно, положить их всех не проблема, одна очередь из винтовки — и гори они все пламенем. Проблемы начнутся потом, когда на нас ополчатся все оборотни…

Из леса на поляну вышел человек в набедренной повязке.

«Где он ее взял?!» — удивилось мое второе «я».

Меня и это волнует сейчас меньше всего. Может, они все же, как и вампиры, могут таскать при обращении какой-то минимум вещей… или просто хитрыми ремешками крепятся, так что не спадают в момент обращения. А еще слышал что одежда, сшитая из шерсти и кожи-шкуры самого оборотня не рвется, а преобразуется вместе с телом.

— Отдай нам ее, человек…

Ну и чего теперь? Я вроде как никого не забирал, но отдать эту женщину-оборотня на растерзание этим ребятам я тоже вот так просто не мог. Вроде как она попросила у меня защиты, и отказать ей в этом — ниже всякого достоинства.

— В чем, собственно, дело? Может, все-таки для начала представимся друг другу? Я — Кирилл, барон Гаремский, а это мои подруги Олграна и Лития. А вы кто такие?

— Я — Быстрый Ветер, вождь рода Острый Клык, — представился вожак. — Эта женщина… беглянка, Кхеррэлл.

— Ну сбежала, и чего такого? Может, ей у вас не понравилось…

— Она сбежала не потому, что ей не понравилось, посмотри на ее ребенка.

Я еще раз посмотрел на ребенка. Ну да… уродец.

— Он неполноценный, и его следует убить.

— Прошу вас, не дайте им этого сделать, — со слезами на глазах упала на колени женщина.

М-да, вождя тоже можно понять, особенно в свете сегодняшнего нападения этих уродцев во взрослом виде: и этот вырастет таким же. Но и чувств матери тоже не отбросить, она в муках родила ребенка, а кто-то хочет его взять и убить.

Хотя говорят, что животные не страдают сентиментальностью и достаточно легко оставляют больное потомство умирать. Сам по телику видел, как тигрица отказалась выкармливать больного слепотой котенка. Зачем тратить силы на нежизнеспособное потомство?

Но оборотни все же не звери, а разумные, а значит, и поведение у них отлично от животных, ближе к человеческому. И наше поведение в этом случае нельзя назвать таким уж разумным — ведь милосерднее было бы действительно убить, чтобы не мучился и других в будущем не лишал жизни.

Я, сам не зная почему и зачем, взял поскуливающего ребенка на руки. Женщина, не сопротивляясь, отдала мне его. И тут на меня что-то нашло…

Мягкая Лапа. Оборотниха-беглянка

Не отдам, никому не отдам… пусть он не такой, как все, но я его не отдам. Лучше уйду к отверженным, там он будет среди таких же, как он, а значит, сможет обрести счастье!

Лишь бы успеть… но силы… сил почти нет, челюсти свело судорогой… не перекусить бы шею моему щенку… так я сделаю то, что от меня хотят родичи. А логово отверженных одновременно так близко и так далеко! Погоня все ближе… я уже слышу их, начинают обходить меня со всех сторон.

Увлекшись отслеживанием погони, я совсем забыла о пути перед собой и, выскочив на полянку, очень растерялась, увидев на ней человека, орчанку и еще одну человечку со странным посохом. А орчанка явно шаманка, если судить по бубну.

Проклятье…

Через них не пробиться, обходить слишком долго… и тут шаманка меня приложила шокирующим заклинанием. Я выронив щенка на землю, упала сама и стала обращаться в основную форму.

Не убивают…

Может, помогут? Собственно я ничего не теряю… Мне остается надеяться только на их заступничество перед стаей. Хотя вряд ли они его окажут, но все же, все же…

А вот и вождь. Потребовал моей выдачи. Человек, посмотрев на меня, явно начал затягивать время со знакомством, решая для себя, что ему делать, — вроде как он посторонний и ввязываться в чужие свары ему точно не с руки, но раз благородный, назвался бароном, то и просто пройти мимо не может. Настоящий благородный, иные сами бы убили, особенно такого щенка, как у меня.

Я, упав на колени, с надеждой посмотрела на человека, и он, протянув руки, взял моего щенка. Я не противилась. Сама не зная почему. Просто почувствовала, что он не причинит ему вреда.

В руках человека мой щенок вдруг перестал скулить и ворошиться, успокоился, задышал ровнее…

Что происходит?! Вроде бы все хорошо, но… непонятно и потому тревожно.

А с человека тем временем ручьями покатился пот, сам побледнел, его начало потряхивать…

Что происходит?! Я хотела крикнуть, но не смогла выдавить ни звука. Мой щенок! Он меняется!!!

Из неполноценного, с головой волка и телом человека со слегка трансформированными ногами, он превращался в обычное с виду человеческое дитя!!!

Как такое возможно?!

Человек, закатив глаза, вдруг стал падать. Я забрала своего пронзительно закричавшего щенка из ослабевших рук, а самого мужчину подхватили на руки орчанка и вторая человечка.

— Кэррэл! — затормошила человека орчанка и применила что-то из своей магии, чтобы он очнулся.

— А-а?..

— Бэ!

— Что произошло?! — воскликнул Быстрый Ветер.

— А я откуда знаю?! — вызверилась шаманка. — С ним вечно какие-то… Кэррэл, хватит в обморок падать!!!

Остальные оборотни рода, перекинувшись все вместе — ничем другим, кроме как потрясением, их действие не объяснить, — подошли поближе посмотреть на результат действия странного человека. Ведь то, что он сделал, невозможно!

Шаманка опять воздействовала на человека, и на этот раз он почувствовал себя лучше. По крайней мере, вновь падать в обморок не торопился.

— Благодарю, великий чародей! — сделала я попытку поцеловать его руку.

— Олграна… дай ей что-нибудь… прикрыться…

— Что, похотливый ты самец! Сам едва шевелишься, того и гляди вырубишься, а все туда же!

— Олграночка! Миленькая, давай только не сейчас, а?

Шаманка, фыркнув, покопалась в своем мешке и, вытащив кусок зеленой ткани, бросила его мне.

— Прикройся… Не видишь, что ли, ты его возбуждаешь.

— Олграна!!!

— Молчу-молчу…

Человечка тоже только фыркнула.

— А теперь можешь объяснить, что ты сотворил? — спросила орчанка, как только я обмоталась куском ткани.

— Нам бы это тоже хотелось узнать, — кивнул вождь.

— Честно говоря, я сам плохо понимаю… — поморщился человек. — Я ведь как-то изменял уже существующие плетения…

Орчанка согласно кивнула.

— Так вот, я почувствовал что-то родственное в структуре ауры этого ребенка… неправильность — и решил изменить.

— А спросить не мог?

— Честно сказать, испугался, что это состояние понимания, как и что делать, исчезнет, и если отвлекусь, то уже не смогу сделать то, что сделал.

— А что ты, собственно, сделал? Он хоть превращаться в волка сможет или ты его чисто в человека превратил? — задала, пожалуй, самый важный для нас вопрос орчанка.

— А вот тут я сам без понятия, — пожал плечами человек, глянув то на меня, то на вождя. — Я исправил ошибку в его информационном поле… ну ауре. Узнаете со временем. Но думаю, если останется чисто человеком, то это все лучше, чем то, кем он был бы без изменения.

— Это правда… — согласился вождь.

— Значит, убивать вы его не будете? — спросил человек.

— Конечно, нет! Это же чудо! Как можно взять и уничтожить чудо?! Тем более что это открывает такие возможности по… простите, — опомнился вождь, осознав, что слишком сильно раскатал губу и человек ничего не обязан оборотням, чтобы реализовать для нас такую возможность исправления неполноценных оборотней. — Прошу вас, господин, принять мое приглашение и погостить в нашем клане…

Человек оглянулся на своих спутниц. Те попеременно пожали плечами.

— Почему бы и нет, — сказала человечка.

— Я в принципе не против, только у нас еще есть несколько членов…

— А мы уже здесь…

С другой стороны поляны появилась… вампирша! И еще четыре вампира.

Все оборотни, за исключением вождя, обернулись в волчью ипостась и, попятившись, угрожающе зарычали. Сам вождь едва не начал трансформацию. Да и у меня инстинкты взыграли, но я оказалась для этого слишком слаба.

— И чего это тут такое происходит, а? — поинтересовался человек.

— Вампиры… — прорычал вождь.

— Ну вампиры, и что? Вы вот вообще оборотни, она — орчанка, мы — люди…

— Простите, господин Кхеррэлл… просто это на уровне инстинктов…

— Кажется, я начинаю понимать, — произнес человек, посмотрев то на нас, то на вампиров, а потом на моего ребенка. — Но думаю, старую вражду, начатую к тому же без вас, однако при вашем участии, можно оставить.

— Согласна, — кивнула вампирша, с неудовольствием отреагировав на слова человека.

— Хорошо… — согласился вождь и дал знак остальным, чтобы прекратили скалиться и отошли назад. — Я повторяю свое приглашение… даже для вампиров.

— Вообще-то мы спешим… мое баронство в опасности, и я должен как можно скорее оказаться в своих владениях, чтобы подготовиться к отражению угрозы.

— Господин, это не займет много времени, а что касается опасности для вашего баронства, то если мы договоримся, мы готовы оказать вам всяческую военную поддержку.

— Интересно… Это вы сейчас про это хотите договориться? — спросил человек, кивнув на моего щенка.

— Да, господин. В последнее время неполноценные начинают рождаться не только от связи оборотней с людьми, но и между оборотнями. Что и случилось с моей сестрой Мягкой Лапой.

— Вот оно как…

— Думаю, все из-за того, что мы слишком сильно смешали кровь оборотней с иной… раньше это не проявлялось, наша оказывалась сильнее, и рождались чистые оборотни, но сейчас, похоже, наступает пик, и вы как я только что сам видел, можете это исправлять.

— Со взрослыми это вряд ли получится… я и от исправления новорожденного ребенка чуть ноги не протянул.

— Я это понимаю и на большее не рассчитываю. Даже исправление новорожденных — уже огромный шаг к исправлению ситуации в целом, и мы в какой-то момент не выродимся. Ведь нас не так уж и много. Всего дюжина кланов волчьих и по три-четыре клана остальных: медвежьих и кошачьих.

— Что ж, думаю, можно погостить… Ведите нас в свой… свое…

— Логово, господин, — усмехнулся вождь. — И давайте поспешим. Здесь как раз обитают изгои, к коим спешила моя сестрица… не хотелось бы сейчас с ними сталкиваться.

— Уже не обитают, — улыбнулась вампирша.

— Вот как?

— Угум… — кивнула вампирша, облизнувшись, и… рыгнула.

— Са-аша! — поморщился человек.

— Извини.

— Нашли хоть чего-нибудь?

— Гроши… — отмахнулась вампиресса, кивнув на своих помощников, тащивших за спиной по мешку, в которых что-то позвякивало.

— Ну-ну…

Олграна. Шаманка, потрясенная открывшимися удивительными возможностями рассара

Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно, — вот так взять и за минуту исправить живое существо?! Даже величайшим архимагам это не под силу! А Кэррэл взял и сделал. Но он рассар… у них иная магия.

— А ты сможешь повторить проделанное, если что? — спросила я, когда мы направились в логово этого клана оборотней.

— Смогу.

— Уверен?

— Да. Как говорится, опыт не пропьешь, а опыт я получил.

А эта оборотниха… Мягкая Лапа, пфыр… мне не нравится… чувствую, что…

— Что ты там говорил насчет нашей вражды с оборотнями? — угрожающе зашипела вампирша.

— Это лишь мое мнение… — пошел на попятную человек.

Я мысленно посмеялась, так как поняла, что именно имел в виду Кэррэл.

— Говори свое мнение! — не отступала вампирша.

— А оно тебе надо? Что изменится для тебя в глобальном смысле?

— Ничего…

— Ну так чего теперь?.. И кстати, как дело обстоит с добычей в реальности?

— Да я же говорю: гроши. Три десятка килограммов серебра в виде посуды разной: тарелки, кубки, ложки с вилками и ножами, да золота немного…

— М-да… сервиз хоть полный? Пригодный для использования по назначению в торжественной обстановке?

— Вроде да…

— И на сколько персон?

— На дюжину.

— Нормально. Можно еще…

Я двинула Кэррэла в бок, заставив его подавиться словами, а вампиресса отвесила ему легкий подзатыльник… Лития, похоже, тоже хотела отвесить пендель, но постеснялась — благородное воспитание помешало.

— На господина руку подняли?! — дурашливо разгневался Кэррэл сдавленным голосом, чтобы нас не слышали оборотни. — Трепещите! Вот вернемся, и кара моя будет страшна! Вы будете молить меня о пощаде, но я буду неуто… то есть неумолим!!!

— Ждем не дождемся, — фыркнула вампирша.

— А можно я тебя тоже ударю, чтобы получить наказание? — очень смутившись, аж зарделась вся, тихо пискнула Лития.

— Но сначала его накажет Зеленоглазка… — сказала вампиресса, похоже, не имея ничего против лича.

Да и я тоже…

— М-да… пожалуй, это мне придется молить о пощаде… учитывая еще и Хайллейсу. Ох-хо-хох!

— Вот-вот, а ты еще кого-то на недостающие наборы хотел найти, — фыркнула я. — С имеющимися управься.

— Ничего-то от вас не скроешь… горе мне бедному, горе…

Логовом оборотней оказалось обычное стойбище, чем-то похожее на наше орочье. Женщины хлопотали по хозяйству: чесали, пряли, ткали, шили, готовили. Мужчины занимались своими мужскими делами: кто-то потрошил оленя, но большей частью бездельничали.

Играли дети. Кто в человеческом облике, а кто в зверином.

Только жилища были немного другой формы, Кэррэл обозвал их индейским фигвамами. Не хватало только полукровок и рабов.

После того как вождь объявил, кто мы такие и чем прославился человек, на нас сбежались посмотреть все оборотни от мала до велика. Ну а заодно и на объект изменения — ребенка этой Лапы.

Потом начался пир — куда уж без него… И на пиру составлен договор, по которому клан переходил на службу барону Гаремскому за плату (а платить придется мне созданием различных амулетов! По крайней мере, на первых порах, золота все равно нет), а также лечением неполноценных оборотней, если такие появятся в дальнейшем.

— А в качестве подтверждения договора я даю тебе… — запнулся вождь, посмотрев на нас троих, — …в наложницы свою сестру Мягкую Лапу!

Что?! Кэррэлу… всучили еще одну!!! Так я и знала, что этим кончится!

— Э-э… Быстрый Ветер… это будет несколько лишним. Обычного договора на бумаге, думаю, более чем достаточно… — попытался отказаться Кэррэл, покосившись на нас.

— Барон, бумага вещь такая… прах… а вот живое свидетельство договора… да еще скрепленное потомством, — вот это да, нарушить такой договор очень трудно. В конце концов, это традиция, освященная веками…

— А м-м… отец ребенка… муж Мягкой Лапы… противиться не станет? А то не хотелось бы…

— Он не против, потому как сам отказался от жены из-за ущербного потомства…

— А сама… Мягкая Лапа? А то, может быть, мы разрушаем великую любовь, и все такое…

— Удел женщины делать то, что велят ей мужчины, старшие в роду, а я говорю…

— И все же, Быстрый Ветер, я бы не хотел вставать между двумя любящими друг друга лю… то есть любимыми, в общем.

Все посмотрели на смутившуюся оборотницу.

— Я не против… — сказала она, опустив глаза.

— Что ж, против традиций, освященных веками, не попрешь, — пьяно кивнул Кэррэл. — На традициях держится жизнь…

— Верные слова, барон…

По знаку вождя Мягкая Лапа села рядом с Кэррэлом, с ребенком на руках.

— Ути-пути… — пощекотал живот теперь уже приемного сына (мало ему собственных детей!) пальцами Кэррэл. — И как нас зовут?

— У него еще нет имени…

— Будет Вольфом… Черный Вольф.

— Как скажешь… — смиренно согласилась эта Лапа.

А когда она пошла к нему в… фигвам, я аж чуть зубы себе не стерла от злости.

Правда, звуки там раздались далекие от ожидаемых!

Сначала раздался испуганный вскрик Мягкой Лапы.

— Чего это она там такого страшного увидела? — хохотнула вампиресса.

Лития фыркнула и залилась краской так, что даже в неверном свете огня стало видно.

Я тоже посмеялась, хотя, как и остальные, почувствовала, что это сработал портал. Дергаться не стала, потому как узнала его — с нижнего плана гостья пришла.

— Упс… промашка вышла. Забыл предупредить… Мягкая Лапа, знакомься… это Хайллейса — суккуб, у меня с ней тоже договор. Хайллейса, это Мягкая Лапа, она…

— Вот, значит, как?! — раздался разъяренный голос демонессы, и оставалось только гадать, что там происходит, в этом фигваме, учитывая что демоны и сдержанность — понятия плохо совместимые. — С оборотнихами всякими ты можешь, а со мной — нет?!

— Ну, Хайллейса, дорогая, — «дорогой» суккуба Кэррэл назвал только спьяну, — сама же понимаешь, мне же в замок нужно скорее добраться, а если я с тобой… это самое, то выпаду из реальности на сутки. А сейчас время важнее всего. Тут как в сельском хозяйстве: день — год кормит…

— Р-р… но от поцелуя на ночь ты не отвертишься!

— Это — всегда пожалуйста…

Думаю, вряд ли у него с оборотнихой ночью после явления суккуба и ее поцелуя что-то будет! Хи-хи…

Кирилл. Шестиженец… правда, пока без закрепления сего высокого звания соответствующим действом

Правду говорят: ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Вот сделал доброе дело — исправил врожденный дефект неполноценному оборотню — и нате вам: рядом со мной идет мое наказание — оборотниха из клана Острый Клык по имени Мягкая Лапа — и несет теперь уже моего, пусть и приемного, сына Вольфа, которого я, собственно, и излечил.

Навязанная жена, правда, немного настороженная идет, то и дело бросая на меня быстрые взгляды. Но оно и понятно — после вчерашнего случая в вигваме, когда уже собирались закрепить заключенный договор… специфическим смешением крови, с появлением в будущем братика или сестрички у Вольфа, а то и не одного, появилась суккуб, чтоб ее… от меня впору бежать без оглядки.

С другой стороны, Хайллейса меня вроде как спасла от…

«Да ладно тебе, — вылезло мое второе «я», — ну какая тут зоофилия? Вот если ты станешь с ней… дела делать, когда она будет находиться в зверином облике, вот тогда да, и то… как и в случае с личем, будешь максимум недозоофилом… хотя, конечно, подобного варианта лучше избегать, ха-ха-ха!!!»

Я сплюнул и не стал поддерживать общения со своей шизофренией. Все-таки не мешало бы показаться психиатру, а то как бы до раздвоения личности не дойти. Все-таки попадание в другой мир, что ни говори, — как ни храбрись, сильный стресс для организма, его психического здоровья. Но увы, с психиатрами здесь худо, и неизвестно когда появятся, и появятся ли вообще.

В пути нас охранял отряд из дюжины оборотней. В своей звериной ипостаси они носились вокруг нас, разведывая путь. Ведь, несмотря на то что вампиры зачистили логово отверженных, мелкие группки этих инвалидов перекидывания, вышедшие на промысел раньше и не успевшие вернуться к побоищу, могут мотаться в округе. В принципе они нам не страшны, но охранять нас — для вождя все равно что признак правила хорошего тона, ну и договор начал соблюдать, типа уже стал оказывать нам военную поддержку, и намек — дескать, и ты не отлынивай от взятых на себя обязательств.

Что касается военной поддержки, то я с ним договорился, что как таковые бойцы-оборотни мне не нужны. Да и маловато оборотней как таковых… И на поле боя от них в зверином виде толку будет немного, а вот как полевая разведка — что называется, то, что доктор прописал.

Что касается переселения, то в данном случае вопрос остро не стоял. В принципе оборотни как индейцы, на которых они так похожи по образу жизни и даже одеждой с жилищами, являлись кочевниками, перемещаясь с места на место в зоне своего ареала, и пока в Вольных баронствах им особых притеснений не чинили. С ними просто связываться себе дороже: тронь одного — и все, на следующий день на тебя, твое селение или даже замок, если такую оплошность совершил благородный, нападет весь клан, а там ради хорошей поживы могут и другие подтянуться. Это не разобщенные полукровки, коих могут третировать все кому не лень и при этом не получить сдачи.

Но если все же гонения начнутся, а первые признаки их все же появились, например в королевствах оборотням житья уже не стало, пойманного оборотня могут и камнями забить, утопить, сжечь на костре, — то всегда милости просим.

Одновременно с созданием войсковой разведки я, естественно, задумался о создании внешней и агентурной разведки. Как показывает опыт, нужно знать, что творится в королевствах. А то ведь, не случись моего похищения, спасения — и не узнал бы, что против меня готовится поход свободных рыцарей. Вот так приперлись бы они в гости, а у меня ни столы не накрыты, ни программа развлечений не подготовлена… конфуз, однако.

Так что этим нужно непременно заняться. В конце концов я становлюсь правителем не какого-то там захудалого баронства, а в перспективе настоящего королевства с сотнями тысяч подданных и их нужно защищать, причем не в последний момент когда враг уже у ворот, а превентивно путем разрушения всяких заговоров против меня, подкупами, угрозами, для чего необходимы соответствующие службы.

Одно плохо: я в этом дуб дубом. Ну не работал я в разведке, и не готовил меня никто Штирлицем быть перед засылкой в параллельный мир. Правда есть несколько моментов в книжках на компе. Но какова реальная ценность такой художественной информации о работе спецслужб? То-то и оно. Но, как говорится, за неимением гербовой… будем пользоваться имеющейся, с подключением собственных мозгов на полную катушку. Ну и вампиресса в этом что-то должна понимать. Как-никак королевой целого гнезда была, а аж королеве сами боги, или во что там вампиры верят, велели всеми тайными делами заниматься да интриги интриговать.

Вот, кстати, ей и поручим службу внешней разведки!

А что, по-моему, неплохая идея!

Я мысленно представил себе структуру управления будущим королевством.

Ссашшиллесса — начальница СВР и контрразведка. Сделаем им эмблему «Плащ и кинжал». По-моему очень в тему.

Олграна — министр магии.

Лития — воздушная разведка и куратор спецопераций. Будет работать скелетоновским спецназом.

Зеленоглазка — министр финансов. Да-да, у моей гоблинки оказались недюжинные таланты к математике, кои выяснились при управлении ею замком! Подсчеты вела — только шум стоял (не без помощи компьютерного калькулятора, но тем не менее…). Все же не зря в некоторых книгах гоблины фигурируют как финансисты наравне с гномами. Просто здешние гоблины еще слишком дикие.

Есть еще Мягкая Лапа. Тоже не мешало бы к делу приставить, но увы, пока не знаю ее талантов. Но навскидку можно поручить ей полевую разведку, а еще лучше — министерство внутренних дел. Оборотни будут отличными сыскарями.

«Ха-ха-ха! Га-га-га! — заржало мое второе «я», даже не предпринимая попытки объяснить, что его так рассмешило. — Ох-хо-хох!!! Я не могу, сейчас подохну от смеха!»

Немного подумав, я понял, в чем дело. Оборотни… в погонах. М-да, действительно…

«А еще суккуба забыл, — напомнило мне про еще одну «жену» мое второе «я», отсмеявшись. — Ее к чему приставишь?»

Приставишь ее, как же… Скорее она меня к чему-нибудь приставит, а точнее, приложит, после чего особо жестоким образом… с применением кляпов и плеток.

«Предлагаю назначить ее министром по делам семьи».

Это с чего это?!

Я прямо ошалел от такого предложения.

Сдурел?! Ты хоть понимаешь, что предлагаешь?! Похотливую суккуба, коей переспать с кем-то все равно, что высморкаться, ставить во главе такого института отношений, как семья?! Да она такого накуролесит!

«Чего она накуролесит? Как воздействует своей суккубской магией, так все любить друг друга кинутся! Сразу взрыв рождаемости…»

Ну на фиг… отказался я. И потом у нас с рождаемостью полный порядок. Это не моя родина… аборигенам по двадцать золотых за каждого второго ребенка платить не надо, сами настругают, так что ограничивать еще придется как в Китае…

«Тогда куда?»

Да никуда! Она вообще жительница другого плана, и поручать ей дела этого мира — последнее дело.

«Правильно, дела этого мира поручать ей не будем, поручим ей дела ее мира».

Это какие?

«Честно говоря, сам без понятия, но что-нибудь придумаем… в крайнем случае сделаем ее советником по сношению с нижними демонскими планами».

А на кой мне с ними сношаться?

«Без понятия… На худой конец мифрилом торговать можно. Надо только узнать, имеет ли алюминий ценность на нижних планах».

Хм-м, в принципе реально, согласился я. Но это дела совсем отдаленного будущего.

«Угум… А что касается насчет дел ближайшего будущего, то, может, армию демонов призвать?! — осенилась идеей моя шизофрения. — Кстати, неплохой вариант в нынешнем положении! На нас ведь вот-вот рыцари, науськанные Неназываемым, навалятся, можно пару тысяч наемников с демонского плана призвать. Говорят, отличные вояки. Суккуб выступит как посредник нанимателя, и эти рогато-копытные бойцы разметут в пух и прах…»

Ага, а чем платить этой армии собираешься? И ладно если бы наемники были женщинами, еще туда-сюда, за пару лет, может, и расплатился бы, а то… И после этого ты еще смеешь говорить, что мы одно целое?! Были бы одним целым — ты бы такие гадско-извращенческие идеи не предлагал! Так что пошел ты лесом, шизофрения!!!

«Это да, с оплатой неувязочка получается… Извини, — покаялось мое второе «я». — Мы с тобой не из этих, так что такой вариант неприемлем. Хотя чего проблемы на ровном месте искать? Суккуб выступает посредником, она и расплатится! Сначала снимает с нас, а потом передает все наемникам. А уж как она станет с ними расплачиваться, будет она их просто поцелуем одаривать или с каждым в полный контакт — это нам без разницы».

Вариант тоже так себе, заметил я.

«А сейчас-то чего не нравится?! Ты вообще никаким местом… боком в окончательных расчетах не при делах…»

Да если она в полный контакт с двумя-тремя тысячами вступит, это каких размеров и ветвистости у меня рога появятся, с учетом того что я вроде как теперь ее муж?!

«Бу-га-га!!!»

Сволочь… лишь бы поржать. И потом, вряд ли демоны будут воевать с оплатой в рассрочку. Им подавай все и сразу.

«Ну да… с демонами-наемниками мы в полном пролете, — согласилось мое второе «я». — Придется отбиваться своими силами. Что ж, совсем на крайний случай поставим ее публичными домами заведовать, когда они у нас появятся, а они обязательно появятся, это лишь вопрос времени. Будем держать этот один из самых доходнейших бизнесов в своих руках. Государственная монополия такую сферу услуг, в отличие от всех остальных, не разрушит, отсутствие конкуренции стагнации не вызовет. Введем наши новшества вроде стриптиза…»

Эта работенка ей точно по специальности, полностью согласился я.

Глава 18

Тарногар. Архимаг, жаждущий вернуть себе величайшую ценность, так нелепо выскользнувшую из его рук

Рассар! У меня в руках находился рассар! Последний зафиксированный случай за четыреста с лишним лет! И я его так бездарно профукал!!! И кто его у меня украл?! Ладно бы если стотысячная армия подступила к стенам моего замка при поддержке тысячи магов и сотни архимагов, и то им пришлось бы изрядно постараться… Так нет, поражение от орчанки, вампирши, суккуба и этой бездари-лича!!!

О, боги! За что вы надо мной так жестоко посмеялись!

И ведь мало того что они прорвались в мой замок, украли рассара, так они еще и выйти без проблем и потерь смогли! О боги, если кто-то об этом узнает — я навеки стану посмешищем всего Даронара!

Рассара необходимо вернуть. Но — увы, если Судьба в плохом настроении, то это надолго. Неудачи шли одна за другой. Сначала без следа исчезла тройка лучших «теней» способных украсть корону с головы короля во время приема так, что этого никто не заметит, а потом полегли почти все оставшиеся мои бойцы во время попытки абордажа нанятого ими судна. И ведь там тоже не пальцем деланные маги и бойцы были! Лучшие из лучших!!!

А теперь придется все делать самому, ибо больше просто некому!!!

Правильно однажды сказал Ольер Светозарный, отправляясь в свою последнюю схватку с порождением хаоса: если хочешь, чтобы дело было сделано, — сделай его сам. Правда, надо постараться сделать его так, чтобы не повторить судьбы Светозарного. А то пошел добивать порождение тьмы, победить-то он победил, инфернальная тварь была уничтожена и вход в преисподнюю закрыт, но и сам Ольер пропал…

Впрочем, у меня в противниках не Князь Тьмы, а всего лишь рассар.

В одиночку, конечно, ловить его не дело, хотя бы просто потому, что с ним его… спутницы, они могут тупо помешать, а значит, ими должен кто-то заняться. Впрочем, этого мяса всегда в достатке. Легче всего, конечно, набрать простых солдат. С магами сложнее. Сдергивать со своих мест уже сколько-нибудь известных — слишком долго и заметно: могут заинтересоваться как коллеги, так и в королевской тайной канцелярии. Значит, берем «казенных» выпускников с боевого курса, то есть тех, что обучаются за счет казны.

Дюжина точно у меня в кармане. Возможно, еще человек шесть удастся завербовать из талантливых предвыпускников. Пообещаю всем высшие баллы, тем более что бездари мне не нужны, и тепленькие места при распределении. Ну и мне понесенные потери за счет них восполнить не помешает.

Разведчик сообщил, что рассар высадился у Трезубца и направился на восток.

А что ты там забыл? Хочешь скрыться от меня в болотах? Не самая умная идея. Там я тебя в один миг отыскал бы, даже если бы не сидел плотно на хвосте. Вряд ли ты этого не понимаешь…

И почему, собственно, тебя несет в Топи? Ты мог проплыть чуть дальше на север и высадиться в непосредственной близости от Проклятых земель, откуда, если тебе верить, ты и пришел ко мне, где ты спас Литию и где мне достать тебя было бы на порядок сложнее. Проклятые земли опасны даже для архимагов…

Так почему ты идешь в Топи, а не туда, где мне тебя будет трудно достать? Значит, ты держишь путь к тому неизвестному магу, что расколошматил орков. Решил предложить ему свою рассарскую силу? Думаешь, он отнесется к тебе по-человечески?..

Я невольно скривился. В принципе я и сам мог предложить ему своеобразный договор. Но увы, не смог сдержаться… ведь предо мной сидел рассар, на расстоянии вытянутой руки! О чем тут говорить?! Хватать надо! Вот я и схватил… хотел получить все, но не получил ничего.

Ладно, прочь лишние мысли о правильности или неправильности поступков. Нужно исправлять положение и вновь заполучить рассара, устроив ловушку у него на пути.

Вопрос в том, где он пойдет. Точно не по дороге. А троп великое множество.

Попробуем достать его в горах, отделяющих Топи от Вольных баронств. Там тропинок ограниченное количество и легко узнать, где именно он решит пройти.

И как хорошо, что мне все же удалось завалить костяного дракона, а то ищи их свищи. Хотя надо признать, он получился у Литии, хоть она и бездарь, очень мощным. Очень!

Сильнейшее заклинание против нежити, которое я запитал просто сверх меры, не обратило его моментально в прах, как я рассчитывал (с последующим падением рассара и его подруг в подготовленную «подушку»), большая часть его разрушительной силы была отражена, но и прошедшего сквозь щиты все же хватило на поражение. Но они улетели, и им удалось скрыться от моих следопытов.

Этому рассару просто невероятно везет… иногда кажется, что боги за ним приглядывают. Но это вряд ли, давно уже боги не вмешивались в дела мирские. Со времен Войны. А значит, он сам по себе, и мне опасаться нечего.

Но у всякого везения есть свой предел, и его предел подошел к концу.

Вот еще вопрос… а где и как этой полумертвой девчонке удалось создать такого дракона? Это же ведь надо просто огромное количество свежей некроманы! Где она смогла столько получить?!

Загадка… Или как раз нет ничего загадочного? Где в последнее время случилась хорошая война с большими жертвами? Битвы между людьми сразу отбрасываем, там маги все контролируют и точно не дали бы ей создать дракона.

Остаются орки… Так это что же получается?! Рассар и есть тот самый маг, что начистил рыла этим зеленокожим?! Но он же рассар и почти ничего не умеет! Зато умеет его подружка-орчанка… как-то они смогли объединить свои возможности. Лития опять же. Вампирша… туманница. Даю медяшку против тысячи золотых, что без рассара тут не обошлось. Это из-за него наш мир вновь увидел переходящих в туман вампиров!

Вот оно, значит, как… Но это ничего не меняет.

— Господин, по тропе движется группа разумных, — доложил командир отряда. — Описания совпадают. Но есть дополнение.

— Что именно?

— Дюжина оборотней.

— Конкуренты? Они собираются напасть?

— Скорее они заодно. Оборотни выполняют роль разведки.

— Нас они не засекут. План остается прежним. Просто увеличилось количество устраняемых объектов.

— Понял.

И вот он, рассар, в окружении своих подруг. Ха-ха, их количество увеличилось! Да, парень время зря не теряет! Во всех смыслах — она уже с ребенком! Ну ты быстр!!!

Вот они все выходят на небольшой пятачок каменистой площадки в горах, где обычно останавливаются на отдых, — отличное место для засады. Кругом куча следов, так что этим оборотням нас никак не засечь.

Все, ловушка захлопнулась! Осталось только схватить добычу!

— Начинаем…

Некто, нечто, негде. Оно же Неназываемый, страдающий энергетической ломкой

Жертв! Нужны жертвы!! Нужно много жертв!!!

Но все их, по крайней мере большую часть, может компенсировать рассар! О, как сладка и насыщена его мана!!!

А ведь я мог его упустить! Если бы не ответил на призыв одного из своих адептов-фанатиков. Другое дело, что призыв случается не так часто, и неудивительно — ведь он заканчивается смертью призвавшего. Но именно из-за редкости явления я и ответил, несмотря на испытываемый в последнее время недостаток сил. И, как оказалось, ответил не зря. Один из адептов напал на след рассара! Правда, это плохо для него кончилось…

Схватка через призвавшего совсем не то, что тет-а-тет, и я не смог выкачать его энергетическую составляющую, более того — рассар оказался достаточно силен, чтобы противостоять мне, и это делает его еще более ценным!

Ах, если бы не девчонка, срубившая башку моему адепту!..

— Кантопус!!!

— Повелитель?! — в страхе за свою жалкую шкуру, бухнулся на колени перед моим троном верховный жрец и принялся оправдываться: — Простите, Повелитель, но мы не смогли…

— Заткнись! Я дам тебе шанс исправиться. Один из моих адептов напал на след рассара. Его нужно обнаружить и захватить. Захватить любой ценой!!! Ты меня понял?!!

— Так точно, Повелитель!

— Держи указующий артефакт…

Мне стоило больших сил создать этот артефакт, но оно того стоило. Когда рассар будет у меня, он восполнит мне все потери, затраченные на его поиск и захват, с лихвой!

На пол упал черный кругляш со светящейся стрелкой, похожий на компас, что пользуются моряки.

— Поисками и захватом рассара ты займешься лично! А в момент захвата будешь моими глазами и ушами…

— Повелитель!.. — козлом, ведомым на заклание, проблеял Кантопус, будучи в курсе, что случается с призвавшими мою сущность.

— Не трясись! Ты останешься жив, при условии что рассара удастся захватить. Его энергии будет достаточно, чтобы разорвать связь без потерь для тебя и с прибылью для меня. Ступай!

И вот пришел зов от Кантопуса.

— Повелитель…

— Слушаю.

— У нас большие неприятности, Повелитель…

— В чем дело?

— За рассаром ведут охоту люди архимага Тарногара, более того — он сам здесь.

Это плохо. Стоит засветиться перед магами, тем более магом такого уровня — и у меня начнутся большие проблемы. И если архимаг узнал бы о моем существовании без фактора рассара, еще можно было бы что-то придумать, даже договориться, но укравшему рассара из-под его носа неприятности обеспечены. Архимагу рассар нужен не меньше, чем мне. Но отдавать рассара архимагу — слишком дорогой подарок.

Придется пойти на риск.

Только забирать рассара нужно не под носом у архимага, а уже из его рук, когда он ослабнет в схватке с рассаром. А я думаю, он ослабнет, и сильно, если уж мне в схватке с ним досталось…

Разъяснил изменение плана Кантопусу и принялся ждать.

Впрочем, ждать пришлось недолго. Архимаг расположил своих людей вокруг пятачка, используемого странниками в качестве привала. Все внимание его людей было сосредоточено на цели, чтобы они не заметили засаду и в свою очередь не заметили, как их самих окружили мои адепты. А я хоть и слаб, но кое-что все же могу, в том числе укрыть своей силой от любых сканирующих заклинаний.

Архимаг сделал первый ход. В спутников рассара полетели различные боевые заклинания, настоящий шквал заклинаний, в иных условиях способных в считанные мгновения перемолоть сотни людей в фарш. Но сопровождение у рассара оказалось не таким простым.

Шаманка поставила непробиваемый щит, девчонка-некромантка с посохом (из мифрила!) готовилась ударить в ответ, исчезли тенями из виду вампиры, а в оборотней в их звериной ипостаси еще попасть нужно, а от случайных попаданий защищают амулеты.

Хорошо, что я не ввязался с ними в прямое противостояние, невольно подумалось мне, еще неизвестно, удалось бы мне самостоятельно его взять… Потери архимаг понесет большие. Но ему на своих людей плевать, а вот мне моих жрецов приходится беречь…

Кирилл. Он же Кхеррэлл

Через баронства до границы с Топью прошли без проблем. Оборотни провели нас по лесным тропкам в обход всех таможен и уберегли от встреч не только с владетелями (один из них охотился и мог выскочить на нас случайно во время погони за кабанчиком), что на свою голову могли потребовать с нас плату за проход по их владениям, но и простых селян, занимавшихся в лесах своими делами. Осталось только преодолеть естественную границу в виде горного хребта — и мы уже в болотах. Потом пересечь болота — и мы уже дома…

Проклятье, как же мне хотелось побыстрее оказаться в замке! В моем убежище, где меня никто не достанет. Ну, достать-то меня, может, и достанут, если сильно захотят, а враги, что ведомые — архимаг, что неведомые — Неназываемый, они захотят, но все равно, мой дом — моя крепость, а в моем случае моя крепость — мой дом. В общем, я очень хотел оказаться за крепкой каменной стеной.

На ночь решили остановиться на уютного вида каменной площадке среди гор — это каменный мешок, где стихают злобствующие в горах холодные ветра. Завтра уже будем по ту сторону…

Но не успели мы развести огонь, как Олграна, ударив в бубен, вскрикнула:

— К бою!!!

И тут вокруг нас заблистали вспышки, забухали взрывы, но, к счастью для нас, шаманка успела поставить щит, и все, что летело в нас, отскакивало от него как от стены горох.

Мы попали в примитивную засаду. Хотя насчет примитивности можно было бы, конечно, поспорить, ведь помимо оборотней прилегающее пространство контролировали вампиры, но и они, с их сверхчувствительностью, проворонили врага. А значит, противник подготовился очень серьезно.

Со щитом орчанки все оказалось не так безоблачно, как виделось на первый взгляд.

— Давление слишком мощное, я не продержусь долго… — прохрипела Олграна под градом атакующих плетений.

Я положил руки ей на плечи. Круговорот…

Орчанка благодарно кивнула.

Моя энергия рекой потекла в ауру шаманки, и начавший скукоживаться щит, а я видел, что он стал уменьшаться, по приближающимся отблескам вспышек магических конструктов, вновь раздулся до прежних размеров.

Готовила что-то убойное Лития, нашептывая слова в череп посоха, точно в микрофон. Еще музычку добавить — и получился бы магический рэп…

Наконец первая волна атаки стала стихать. Кто бы нам ни противостоял, их энергетический потенциал не бездонен, а количество боевых амулетов не бесконечно.

Что касается оборотней, то трети из них не повезло — достали, и они лежали дымящимися кучками, другие смогли увернуться от атак, или их защитили амулеты, в том числе работы Олграны: решили начать снабжать новых союзников средствами защиты.

А вот вампиры сразу испарились, уйдя из-под огня на своей сверхскорости. Конечно же, они не сбежали, более того, нападающим сейчас будет весьма кисло, особенно это касается стрелков, что забрасывают нас зачарованными стрелами.

Как я и предполагал, вслед за магической атакой последовала обычная, то есть на нас понеслась куча всяких гадов с колюще-рубяще-режущим оружием.

Сказала свое слово Лития, махнув-указав посохом в самую крупную группу:

— Умрите!

Даже я увидел, как навстречу атакующим, увешанным кучей всяких защитных амулетов, волной рванула серая пелена, позади которой оставался только прах. Казалось, даже камень превращался в песок. Что уж говорить о плоти? С десяток боевиков просто развеяло в невесомую пыль, защитные амулеты их не спасли, только мигнули щиты, подарив их носителям одно мгновение жизни, а волна смерти пошла дальше.

Вступили в схватку уцелевшие оборотни, рвя зубами врагов.

Подключился к битве и я, засадив длинную очередь из файерболов, хотя энергетическая составляющая после подпитки Олграны, ее щита, у меня сильно просела, но сейчас не до экономии, и я превратил свою винтовку практически в огнемет.

Только подумал об этом — и со ствола вырвалась струя пламени как у настоящего ранцевого огнемета времен ВОВ. И если до этого момента нападавшие отражали мои шарики файерболов, то, оказавшись в струе огня, они сгорели моментально.

Но и меня это выжало досуха, так что я чуть пошатнулся — и пришлось переключиться на стрельбу обычными пулями.

Шесть выстрелов — шесть трупов, но перезаряжаться уже некогда, враг просто завалил нас живой массой, и пришлось хвататься уже за меч.

Даже не знаю, как долго бы я продержался в этой рубке, не будь у меня силы орка и скорости вампира. Думаю, и десятка секунд не прожил бы. А так я махал мечом, то и дело совершая выпады на сверхскорости, компенсируя ею недостаток фехтовального мастерства, и каждый выпад означал чью-то смерть, но врагов оказалось слишком много, просто невероятно много, и нас оттесняли к стене.

Слева от меня билась Лития, справа — Олграна, сзади то и дело давала о себе знать Мягкая Лапа, закинувшая ребенка себе за спину с помощью специальной сумы, — она отстреливала противника из охотничьего лука.

Не знаю, почему ее назвали именно Мягкой Лапой, но руки у нее были весьма твердые, если судить по тому, как ловко и четко она орудовала луком, посылая стрелы в зазоры между нами, стоящими в первой линии, так что стрелы иногда касались оперениями наших ушей и даже шей…

Правда, ее выстрелы получались далеко не всегда стопроцентно результативными — противника спасали защитные амулеты, — но они зачастую являлись тем отвлекающим врага фактором, что давал нам возможность успешно контратаковать.

Но врагов слишком много… В ход помимо стали шла магия, и если мы стояли за счет силы и качества защитных амулетов из мифрила, то враг брал количеством. Хотя его численность постепенно сокращалась, но и наш потенциал неуклонно падал. И все же нам казалось, что мы выстоим, несмотря ни на что, перебьем всех врагов, и вот когда мы уже решили, что осталось всего чуть-чуть, еще немного и враг будет разбит, нанес сокрушительный удар главгад, он же архимаг Тарногар.

Он просто в какой-то момент с помощью телепортации появился позади своих цепных псов, махнул своим посохом — и нас просто размазало по стене скалы.

Оставшиеся в живых наемники начали нас сноровисто вязать зачарованными цепочками.

— Привет, дор Киррил, барон Гаремский, по совместительству рассар, — выдал он добродушно, правда, улыбка его не предвещала ничего хорошего.

Тут принесли связанную Ссашшиллессу и двух ее сильно потрепанных приемышей. Судя по кровоточащим ранам этих двух, почему-то никак не срастающихся (может, из-за цепей?), еще двоих я больше никогда не увижу. Вампирессе тоже изрядно досталось.

Я архимагу отвечать не стал. Да и что тут ответишь, тем более когда на тебя навалилась такая жесткая апатия? Ведь теперь нас никто не спасет. Не на Зеленоглазку же надеяться!.. Да и демонесса вряд ли чем сможет помочь. А архимаг больше ни одной оплошности не допустит, и мы не сбежим…

Неназываемый, решивший воспользоваться плодами чужой драки

Ну и устроили они тут битву! Прямо эпического размаха!

А девчонка-некромантка сильна… Послала волну смерти — даже до моих адептов докатилось и в прах парочку развеяло… Шальные потери. Даже не знаю, выжил бы я сам, попади под такую в своем истинном виде? Не уверен.

Но, пожалуй, пора и мне выйти на сцену этого балагана! Архимаг одолел рассара и его подруг, того и гляди сейчас возьмет и исчезнет, ищи его потом свищи.

— Атакуй, Кантопус…

— Вперед! — скомандовал мой верховный жрец, являющийся сейчас моими глазами и ушами, а также проводником моей мощи, посылая адептов с их уродцами в бой.

Завязалась новая схватка.

Мои адепты внезапным ударом буквально ополовинили оставшихся в живых после сражения с группой рассара людей архимага и начали их давить дальше. Бойцы архимага достаточно быстро опомнились, да и сам архимаг среагировал оперативно, так что вскоре битва приняла более плотный характер, и я начал нести большие потери в своих рядах. Но плевать на них, главное — это рассар!

Я атаковал.

— Кто ты такой?! — воскликнул архимаг в безмерном удивлении.

Ну, никак он не ожидал третьего участника действия, в его представлении рассчитанного на игру дуэтом.

— Смерть твоя!!! — захохотал я и нанес через Кантопуса удар силой хаоса.

Удар, удар, еще удар… Архимаг отбивал атаки, но с большим трудом. Моя магия изначальна и оперирует силой хаоса и смерти, и такие вот щиты на основе плетений, пусть они безмерно сильны, их держать долго не могут. Архимаг это и сам понял, а потому, даже не сделав попытки контратаковать — ведь для этого пришлось бы раскрыться, пусть на ничтожно малое мгновение, но раскрыться и рискнуть, а рисковать такие люди не хотят, он закричал как раненая гарпия и с хлопком исчез, оставив всех своих людей мне на поживу.

— Спасибо! Из магов получаются отличные жертвы! Очень питательные!!!

Хотя то, что архимаг ушел, плохо. Он непременно захочет мне отомстить, натравит на меня всех магов Даронара. Но меня в Проклятых землях еще надо найти, а пока отыщут, я вознесусь с помощью рассара на такой уровень могущества, что все маги этого проклятого мира станут мне до фонаря!

— Рассар…

Кирилл. Рассар, переходящий из рук в руки, точно призовой кубок, но оставаться таковым не желающий

Вдруг все изменилось, встав с ног на голову, но это не значит, что наше положение стало от этого изменения комфортнее… В общем, на сцену вышел новый игрок. Его я узнал сразу. Правильно сказала Лития, от него шел запах… запах на магическом уровне. Аж затошнило.

Неназываемый.

До этого торжествующий архимаг стремительно побледнел, и неудивительно — ведь всех его людей практически уничтожили и методично добивают остальных существа в черных балахонах.

— Кто ты такой?! — воскликнул архимаг.

— Смерть твоя!!! — захохотал Неназываемый.

И началось избиение. Архимаг только защищался, и я понял, что времени у меня с гулькин нос, а то и меньше.

То, что я против Неназываемого ничего не могу противопоставить, ведь в той схватке через его адепта, не вмешайся Лития, он бы меня одолел, а уж теперь, когда до прямого противостояния силой дело вряд ли дойдет, — тем более, ничего не меняло, инстинкты требовали сопротивляться, и я сопротивлялся.

Чертова цепь не желала рваться. Тонкая с виду, но сверхпрочная за счет добавления зачарованного мифрила, она не поддавалась орочьей силе.

— Врешь… не возьмешь!!! — засипел я с надрывом, призывая не только физическую силу, но и магическую.

Никак.

— Ну же!!!

Я замычал, как буйвол, и как у буйвола в момент ярости у меня покраснело в глазах от налившейся крови.

— А-а-а!!!

Цепь больно впилась во вдруг раздувшееся тело, мышцы звенели от напряжения, казалось, меня сейчас разорвет. И действительно начало рвать, но только не меня, а одежду на мне.

Р-раз — и сопротивление исчезло. Цепи на мне звонко лопнули, и я моментально обрел прежний вид. Да и менялся ли я? Спала красная пелена, лишь слабость клонила к земле. Но разлеживаться некогда.

Я прав. Архимаг позорно слинял, бросив своих людей на произвол судьбы, которых начали сноровисто вязать схожими цепочками.

Я подполз к куче нашего оружия, потянул к себе винтовку и пояс со всеми боеприпасами и дрожащими руками вставил новый барабан.

— Рассар…

Ко мне приблизился человек, от которого так и «воняло» Неназываемым.

Он повел рукой и сказал:

— Брось эту игрушку, теперь она неспособна причинить мне вред.

— Почему это? — прохрипел я.

— Я только что лишил ее всех магических свойств и она не сможет выпустить в меня…

— А это мы сейчас проверим…

Я нажал на курок. Второй, третий, четвертый, пятый и шестой, с каждым выстрелом приближаясь к расстреливаемому на шаг.

Вместилище Неназываемого с непередаваемо удивленно-обиженным выражением лица содрогался от каждого выстрела. Этого, конечно, недостаточно для убийства, и я добавил «десерт» в виде ракетницы, выстрелив в упор ему точно в рот.

И как в случае с некромантом, жертва моего нетрадиционного использования осветительных ракет полыхнула огнем. Только не цветным, а каким-то черным.

Я, естественно, поспешил свалить подальше, и тут как жахнуло!

Ударная волна оказалась будь здоров! Приложило знатно. Причем не столько на физическом уровне, все же не мина какая-то или там бомба взорвалась, сколько на магическом.

Но если меня только немного контузило, то адептов Неназываемого, оглушило напрочь. Они попадали кто где стоял, кто-то бился в припадке как эпилептик.

Что ж, пока они в таком состоянии, надо с ними разобраться. Но это без проблем, пуль у меня на всех хватит. А на кого не хватит давления в баллоне, пригвозжу посохом Литии.

«А лучше сразу им начать работать, чтобы душ побольше набрать и не тратить давление в баллоне, — в более ответственный момент пригодиться может», — вылезло с рационализаторским предложением мое второе «я».

— Тоже верно…

Взял посох Литии, сама она, как и остальные мои подруги, все еще находилась без сознания (вот он, побочный эффект жизни), и пошел проводить контроль, держа винтовку наготове — вдруг кто придет в себя раньше времени.

Опасался, что посох не станет в чужих руках душами питаться и будет работать просто как мифриловый лом, но нет, глазки в черепе при каждом ударе алчно вспыхивали.

Добил не только адептов Неназываемого — надеюсь я его убил, хоть и сомнительно, главгады так просто не подыхают, — но и людей архимага.

Печально, однако… когда я сюда попал, то даже орка после боя вряд ли смог вот так хладнокровно добить. А сейчас иду и людей дырявлю…

Остается надеяться, что это не я таким черствым стал, а шок после битвы.

Ну вроде всех оприходовал.

Помог раненым оборотням. Этим парням досталось по полной. От дюжины осталось всего четверо. Амулеты на них обратил, теперь дело за Олграной, когда очнется.

Стало быстро темнеть, и я разжег костер из прихваченных с собой дров.

Что касается цепей, то их удалось снять довольно легко, просто взял и тюкнул по замку посохом Литии, они и открылись.

Раны у вампиров стали быстро заживать. Действительно заклинания на цепях мешали регенерации.

Огонь, похоже, сработал как будильник, все тут же зашевелились и стали удивленно озираться по сторонам.

— Но как?! — удивилась Олграна.

— О! Это была великая битва сил добра и зла… — приготовился я вешать лапшу на уши и даже устроился поудобнее.

Честно сказать, меня самого несколько удивило игривое настроение. Кругом трупы валяются, дважды чуть не похитили, а я тут дурью маюсь. Думаю, это своеобразная защитная реакция психики, попытка смехом выдавить из души ужас.

Но меня уже знали как облупленного и потому дурью маяться не дали.

— Кэррэл! Киррил!! Ксиррел!!! — крикнули мои подруги хором, только Мягкая Лапа промолчала — еще недостаточно вжилась в наш коллектив и не знает, как реагировать на те или иные моменты, но чувствую, это ненадолго, и вскоре мне придется совсем худо.

— Ну ладно-ладно… Когда нехороший дядя архимаг Тарногар нас приложил, так что вы вырубились и его люди спеленали наши тушки, пришел другой плохой дядя, известный как Неназываемый, и прогнал первого плохого дядю. А потом я прогнал второго плохого дядю…

— Кэррэл! Я тебя сейчас придушу, честное слово!!! — действительно схватила меня за горло орчанка и начала душить, с силой мотая из стороны в сторону мою тушку. — Рассказывай толком!

— Хр-р… хорошо… только пощади… — взмолился я. — А то мозги взболтаешь в гоголь-моголь… и я вообще ничего не расскажу, превратившись в дебила.

Олграна меня отпустила, но смотрела многообещающе, на тот случай если я вновь начну выделываться.

— И как, демоны тебя подери, ты смог избавиться от цепей?! — в изумлении спросила Ссашшиллесса, кивнув на цепочки, валяющиеся рядом с нами.

— Это интересный вопрос…

— Ну и?

— Похоже, как раз без демонского влияния не обошлось, а именно — кажется, даже разовой связи с демонессой хватило, чтобы я…

— Ты обрел демоническую силу?! — ахнула Лития.

— Угум…

Все посмотрели на меня как на чудо-юдо. Наверное, искали рога, копыта и хвост.

Действительно, подумалось мне, появились ли у меня хоть намеки на их наличие в момент, когда ко мне прилила демоническая сила?

«Вряд ли, ты же не демон», — с сомнением высказало свою точку зрения мое второе «я».

— Так что там с Неназываемым? — напомнила орчанка. — Как ты его победил? Только давай без великой битвы. Не поверю.

— Так же, как и некроманта, — похлопал я по кобуре с ракетницей.

Все, кроме Мягкой Лапы и вампиров-приемышей, понимающе хмыкнули.

— Вопрос только в том, убил я его окончательно или…

— Вряд ли ты его убил, — сказала вампиресса. — Ранил, сильно ранил, это без сомнений. Вот если бы ты его в истинном виде поразил, а не через призывающего, то да… и то сомнительно. А так…

— Что ж, никто не говорил, что будет легко, — кивнул я с легким сожалением. — Олграночка, спали, пожалуйста, всю падаль… нервируют они меня как-то, ну и оборотням помоги, а то совсем забыли про них. Нехорошо…

— Без проблем.

Олграна пошла заниматься санитарными делами, и тут с легким хлопком, чуть не словив смертельные подарки от всего нашего отряда, кто на что горазд, появилась Хайллейса за причитающейся ей дневной нормой маны.

— О! А чего это у нас тут такое творится? — удивилась она, озираясь, демонстративно при этом не замечая наших приготовлений по отражению возможной угрозы.

Поле боя в сгустившихся сумерках и впрямь впечатляло. Вокруг десятки трупов. Из-за темноты казалось, что их многие сотни.

— Да, самое интересное ты пропустила… Была великая битва…

— Кийррейл, я тебя умоляю, — отмахнулась демонесса и присела рядом со мной, страстно ко мне прижавшись.

— Ну вот, никто не дает мне попробовать себя в роли великого сказителя, — печально вздохнул я, отстраняясь… особенно от ее волос, что в истинном виде никакие не волосы…

— Зеленоглазке потом напоешь о великой битве, — фыркнула вампиресса.

— Она тоже не поверит…

— Зайчик… — напомнила о себе демонесса.

— Сегодня я тебе тоже не дам, так что коленки мои и то, что выше, своим хвостиком не тревожь, — сказал я и заржал, осознав, насколько идиотски это прозвучало.

Смех подхватила вампиресса, Лития и даже орчанка. Все они слышали песню группы «Балаган Лимитед».

Получив свою долю — я при этом старался не вспоминать, как реально выглядит Хайллейса и чем являются ее волосы, но получалось не ахти, — демонесса ушла на свой план.

Олграна элементалем огня сожгла трупы, кроме тех, кого выбрала себе Лития на создание скелетонов (она была приятно удивлена прибавлением душ в посохе, да еще таких сильных), помогла оборотням, за коими стала более плотно ухаживать Мягкая Лапа, и поставила охранный периметр.

— Посмотри еще мою винтовку… А то Неназываемый все заклинания с нее стер.

— Завтра сделаю как было… и даже лучше.

Я только кивнул. Нет худа без добра.

А врагов сегодня, после такого побоища, вряд ли стоит ждать.

Глава 19

Мягкая Лапа. Новая обитательница замка Гарем

— Если хочешь вернуться обратно в клан после того, что случилось, и того, что еще случится, то я не обижусь, — сказал Кхеррэлл. — Тем более что мы еще не были близки, и значит, ты…

— Нет, господин мой, я твоя наложница по договору, и мой долг идти вслед за своим господином, несмотря на все трудности, — ответила я.

Кхеррэлл только вздохнул и посмотрел на своих… любовниц.

Но они меня не волнуют.

— Что ж, это твой выбор, и он достоин уважения. В путь.

И мы пошли. За полдня преодолели остатки горного перевала и оказались в Топи. Мои соплеменники, сопровождавшие нас от нашей стоянки, попрощавшись с нами и пожелав удачи, повернули обратно. Клан во вчерашней нежданной схватке понес тяжелые потери, но договор есть договор, и они выполнили свой долг до конца.

Впереди шла шаманка из племени орков и, чуть постукивая в бубен, общаясь с духами, выбирала для нас безопасную тропу.

Иногда появлялись «островки» с твердой почвой. Видно, что тут еще совсем недавно жили: остались брошенные жилища, а все куда-то снялись и ушли.

Во время остановок орчанка продолжала камлать, сидя с отрешенным видом, и однажды она заявила:

— За нами погоня…

— Проклятье, — ругнулся Кхеррэлл, беря в руки свое странное оружие. — Сколько их?

— Две дюжины.

— Маги, шаманы?

— Не вижу… похоже, что нет… есть пара одаренных, но они не инициированы…

— Если так, то они нам не страшны.

Через час появились преследователи. Я испытала смешанные чувства — ведь это отверженные неполноценные оборотни, к которым я совсем недавно сама хотела перебежать, но теперь…

Группа преследователей остановилась шагах в ста, и вперед вышел их предводитель с веткой мира в руках. Выглядел он почти как человек, но в нем явственно прослеживались звериные черты: чуть вытянутая морда, наполовину волчьи уши, мощная шея с волосами, переходящими ниже в шерсть, руки тоже наполовину трансформированные в звериные.

— Приветствую, — сказал он, подойдя вплотную. — Прошу прощения, если мы заставили вас понервничать.

— Пустое, — отмахнулся Кхеррэлл. — Зачем вы идете за нами?

— Прежде чем я отвечу, позволь узнать — ты ли тот чародей, что исправил неполноценность новорожденного оборотня?

При этом он посмотрел на меня и моего ребенка на руках.

— Допустим…

— Меня зовут Говорящий, там моя стая, если ты действительно тот, кто исправил врожденную неполноценность оборотня, то мы готовы присягнуть тебе и верно служить…

— Как я понимаю, в обмен на то, чтобы я исправил ваши отклонения?

— Да.

— Послушай, Говорящий, даже излечение новорожденного ребенка, у которого его изменения еще не закрепились и он был податлив как сырая глина, далось мне очень тяжело. Что уж говорить о вас, взрослых, полностью сформировавшихся?

— Мы понимаем и не требуем невозможного. Даже если тебе удастся изменить их до моего состояния, они будут бесконечно счастливы и преданы тебе. А уж если ты сможешь исправить детей до нормального состояния, и пусть они смогут перекидываться лишь частично, то преданности не будет границ. Мы ведь тоже давим своих детей, здоровые у нас не рождаются, не желая им своей участи, а все хотят продолжения своего рода.

— Что ж, если вы это понимаете, то я готов принять вас на своих землях.

— Благодарю, вождь! — упал на колено Говорящий. — Ты не пожалеешь!

— Надеюсь…

— Мы придем! — вскочил Говорящий и с воем и тявканьем (так он объяснял тем, кто не мог нормально разговаривать, результаты переговоров) бросился к своей банде.

Вскоре они начали все радостно скакать, выть и лаять, а потом понеслись обратно, чтобы как можно скорее донести весть до своего логова.

— Утечка у вас произошла, — сказал Кхеррэлл. — Кто-то поддерживает связь с отверженными.

— Какая-нибудь мать, — сказала я. — Или любовница…

— Наверное…

Остаток пути по болотам ничем примечательным не выдался. И через неделю пути мы оказались в замке моего господина. Да, это неприступная твердыня… отличное логово.

— Кирриэл! — бросилась на шею Кхеррэлла гоблинка из опустившейся платформы.

Что меня удивило, так это одеяние гоблинки. Она оделась в довольно смелое платье, с глубоким вырезом спереди и сзади…

Вот только на остальных это не произвело особого впечатления. Хотя то, что гоблинка вообще ходит в платье, должно было шокировать само по себе!

— Наконец-то ты вернулся!

— Здравствуй, Зеленоглазка! — закружил он ее на руках. — Как поживаешь?! Как дети?

— Хорошо, все хорошо… — расплакалась она. — Я так волновалась…

— Ну полно тебе, это вредно для малышей…

— Да… но я ничего не могла с собой поделать, хоть и знала, что с тобой все в порядке, — показала гоблинка какой-то амулет, видимо сигнальный.

Я видела, как шаманка время от времени работала со схожим, стало быть они парные, значит, передавала сообщения.

— А это кто? — хмуро спросила гоблинка, показав на меня.

Остальные любовницы Кхеррэлла дружно прыснули.

— Это… — начал Кхеррэлл, похоже, не зная, как меня представить.

— Это, моя лопоухая подруга, — сказала орчанка, — меньшая из наших проблем, собственно даже не проблема, всего-то и придется нам немного потесниться…

И это вызвало новый приступ сдавленного веселья.

Что ж, по крайней мере, они меня приняли, и больших проблем ждать не стоит.

— А что же тогда большая проблема? — удивилась гоблинка.

— Суккуб.

— Я не виноват, дорогая, честно, — стал оправдываться под изумленно-осуждающим взглядом гоблинки Кхеррэлл.

— Ладно уж… главное, что ты в порядке. Пойдем…

— Ее зовут Мягкая Лапа, она оборотень, — представил меня Кхеррэлл.

— Полный комплект…

Действительно, согласилась я. Гоблинка, орчанка, вампирша, человек, теперь еще я — оборотница. Для действительно полного комплекта не хватает только гномы и эльфиек… Но какое его время, может, еще появятся? Похоже, боги решили немного посмеяться над этим человеком…

— Идем, Мягкая Лапа, я покажу тебе твою комнату, — с вздохом сказала гоблинка. — Но, Кирриэл, этаж не резиновый, еще несколько таких… приобретений…

— Я постараюсь больше этого не делать! — засмеялся Кхеррэлл.

— Твои бы слова да духам в уши, — хмыкнула орчанка.

Впрочем, поднялись мы на верхний этаж замка, где обитал Кхеррэлл со своими любовницами, вместе и все разбрелись по своим покоям.

Гоблинка привела меня к одной из дверей и, открыв ее, нейтральным голосом (ревнует) сказала:

— Это будет твоя… Я прикажу подготовить ее как следует, поставить кровать и все такое… А пока переночуешь в гостевой. Пойдем, покажу наш детский сад, где будут заниматься с твоим ребенком.

Мы пошли вниз, когда навстречу нам выскочила костяная гончая. Я от неожиданности вскрикнула и обернулась в волка.

— Р-р-р…

Костяная собака зарычала в ответ.

Тут в коридоре появились запыхавшиеся дети: гоблины-квартероны.

— Я вам сколько раз говорила не носиться по коридорам! — налетела на них гоблинка.

— Ну, ма! — хором заныли они.

— Хотите поиграть — идите во двор!

— Хорошо, мам… Косточка…

Костяная гончая, чуть мотнув головой на призыв, стала отступать назад.

— Прими нормальный вид, — обратилась ко мне гоблинка, когда костяная собака и дети убежали вниз. — Это просто дети играют…

Я приняла человеческий облик, подняв своего даже не пискнувшего малыша с пола.

— Играют с костяной тварью?! — изумилась я.

— Я сначала тоже была несколько… удивленной, но теперь привыкла. И потом, им пока не с чем и некем играть, они мои первенцы, и пока подрастут остальные… Идем.

И мы пришли в… детский сад, что располагался этажом ниже.

Я остановилась в изумлении. Столько детей! И таких разных! Кто-то уже активно ползал и играл с игрушками, кто-то все еще лежал в кроватках…

— Райяна! — позвала гоблинка одну из девушек-полукровок с гномской кровью.

— Госпожа?..

— Возьми ребенка и позаботься о нем.

— Конечно, госпожа…

Я отдала своего Вольфа в заботливые руки нянечки.

— Идем, надо бы тебе что-то подобрать из одежды нормальное.

— У меня есть…

— Значит, будет еще. Как приведешь себя в порядок и переоденешься, приходи в малую залу на ужин. На первое время, пока не освоишься в замке, приставлю тебе слугу из гремлинов…

Кирилл. Дом, милый дом!

— Пармер, что у нас сегодня по программе? — спросил я у управляющего, садясь на трон.

Ко мне чуть шаркающей походкой подошел седой как лунь Пармер (и неудивительно, мой управляющий должен был умереть еще лет десять назад, но оздоровительные амулеты Олграны творят настоящие чудеса) и протянул планшет.

— Ваш распорядок дня на сегодня, ваше величество…

Да-да, на каждый день приходится составлять вот такие подробные планы, чтобы что-нибудь тупо не забыть сделать. Все дела-дела… Так много дел, и каждый день возникают новые, что могут отодвинуть на второй план старые, а это может привести к тяжелым последствиям, так что все вопросы нужно решать вовремя и откладывать их на потом под напором новых нельзя.

Тяжела работа короля, кто бы только знал! Для настоящего короля, а не какого-нибудь раздолбая, за которого все делают советники-воры… Молоко бесплатно за вредность нужно давать.

Собственно, вот оно…

Я взял бокал со свежим, еще теплым парным молоком и отхлебнул.

Что-то не то… не так… не…

Но вот Пармер буквально под нос сунул мне планшет.

— Спасибо, Пармер…

— Ваше величество, — поклонился управляющий гремлин-полукровка.

— Так, что тут у нас сегодня…

«7.00–7.30 — завтрак».

— Что у нас на завтрак?

— Овсянка, сир.

Бэрримор, блин…

Ненавижу овсянку… но для кишок полезно.

«7.30–8.30 — зарядка с Сашшиллессой».

Ну эти два пункта кочуют из одного плана в другой без изменений… разве что овсянку меняют на другие каши. Вампиресса продолжает гонять меня в хвост и гриву, никак с ней не справиться даже на сверхскорости…

«8.30–9.30 — ухаживание за Зеленоглазкой».

Этот пункт тоже традиционен, только имена меняются… Зеленоглазка, Олграна, Ссашшиллесса, Лития, Мягкая Лапа…

Идем дальше.

«9.30–10.30 — игра с детьми в возрасте от двух до пяти лет».

«10.30–11.30 — игра с детьми в возрасте от пяти до 10 лет».

Какое счастье, что старшие могут сами развлечься… Собственно, их Ссашшиллесса со своими вампирами гоняет до потери пульса, боевым искусствам обучают, а потом еще оборотни подключаются. А потом еще Олграна и Лития с ними шаманством и магией занимаются. Так что развлечений у них выше крыши!

Смотрим дальше.

«11.30–12.30 — просмотр отчета по финансам».

Хотя чего его смотреть? Зеленоглазка лучше меня во всем разбирается. Но да ладно, может, найдется какое другое дело на это время… Может, кто чего учудит?

«12.30–13.00 — обед».

— Пармер, что у нас сегодня на обед?

— Уха, ваше величество.

Я поморщился. Нет, на рыбалку я на выходной к ближайшей речке сходить не дурак, но вот почему-то саму рыбу есть не люблю.

— Могло быть и хуже…

«13.00–14.00 — прием посольства от светлых эльфов».

Ненавижу светлых эльфов… всю душу вымотают своими идиотскими ритуалами. И из часа, отведенного на прием для решения какого-нибудь вопроса, тоже, как правило, ерундового, хорошо если минут десять останется.

«14.00–14.30 — культурная программа. Выступление группы “Мумия”».

Вот же выбрали название, оболтусы… Ну, послушаем, чего они на этот раз насочиняли. Все-таки Зеленоглазке стоило поменьше играть на гитаре во время беременности… и слушать тяжелый рок. Чего на нее тогда вообще нашло?! Это ж надо, слушать во время беременности тяжелый рок?!

Или это она так специально делала, чтобы разделять музыкальные сферы? Кому классика, кому рок-н-ролл, кому попса, кому рэп с техно, кому чистый хэви-металл? Надо поинтересоваться…

Хотя вроде «Мумия» у гномов хорошей популярностью пользуется… любят эти коротышки заводные песни.

А гоблины с орками от рэпа тащатся… А эльфы от классики балдеют.

«14.30–15.00 — прием присяги у големов».

«15.30–16.00 — прием присяги у скелетонов».

«16.00–16.30 — прием присяги у переселенцев».

«16.30–17.00 — ужин».

— Что у нас на ужин, Пармер?

— Картошка жареная с грибами, ваше величество.

— Ну хоть с ужином живем!

«17.00–17.30 — работа над законами».

«17.30–18.00 — сеанс терапии по исправлению врожденных уродств у оборотней».

«18.00–19.30 — киносеанс».

— Пармер, а чего сегодня показывать будут?

— «Битва на Картаре».

— А Картар — это…

— Та гора, где вы с женами схлестнулись сначала с архимагом, а потом с Неназываемым, ваше величество.

— Ну-ну, посмотрим, чего там эти оболтусы Лукасы-Ханжонковы-Михалковы понапридумывали… что аж на полтора часа растянули то, что заняло максимум пятнадцать минут.

Но тут я сам виноват, будем справедливы. Я все же, будучи серьезно под мухой, как-то поведал эту историю как сказку на ночь в мифологическом ключе, то бишь как бились мы с супостатами три дня и три ночи, а на четвертый день пришел Великий Писец… Видать, очень запала эта история им в душу, и они ее экранизировали в полуторачасовую эпопею.

«19.30–21.00 — общение с семьей».

«21.00–21.30 — обход всех детей, рассказать сказку на ночь младшей группе».

Этот пункт тоже без изменений. Давно пора его пропечатать прямо в «Плановом листке», чтобы лишний раз не прописывать.

«21.30–22.00 — составление плана на следующий день».

«22.00–23.30 — исполнение супружеских обязанностей с Литией и Ссашшиллессой».

Вот такой вот облом ждет сегодня Хайллейсу! После этих двух я уже вряд ли буду на что способен даже при воздействии на меня демонической магией обольщения! Но договор есть договор! Гы-гы!!!

— Приказывай подавать завтрак, Пармер.

— Один момент, ваше величество…

— Ваше величество! — с криком вбежал в малый зал Пармер.

— Что такое?!

— Сир, ваш сын Дмитр упал с быка и его сильно потоптали!

— Что! Как?! Бегу!!! — сорвался я с трона, чтобы оказаться рядом с седьмым сыном от Олграны.

— Ваше величество!..

— Что такое Пармер?!

— Кенар вызвал на дуэль Леонида!

— Ну я им сейчас устрою дуэль! — воскликнул я и побежал разнимать сыновей Ссашшиллессы и Мягкой Лапы.

Вечно между их детьми какие-то терки, ну дня не проходит, чтобы не повздорили… не иначе генетическое что-то, ведь и те, и другие чистыми получаются, а не полукровками.

— Ваше величество!

— Ну что на этот раз, Пармер?!!

— Ваша дочь Лиона сбежала с конюхом!

— Вот же! Ну я этому конюху глаз на задницу натяну и пипетку выдерну! А ей… всыплю по первое число, так что обратно девицей станет! Причем в буквальном смысле! Моя рассарская магия это позволяет!

И побежал догонять двадцать восьмую дочь от Зеленоглазки.

— Ваше величество!

— Да твою мать, Пармер! Ты дашь мне сегодня поработать спокойно?!

— Но, сир, Максимуса похитили орки и требуют выкуп!

— Да? А зачем мертвецам выкуп?

— Сир? — беспомощно заморгал Пармер. — Орки… плен…

— Наплюй. Сами поймали, нашли приключения на свою задницу, пусть сами и выпутываются. Или ты забыл, чьим сыном является Макс?

— Литии, сир…

— Вот и ответ. А он весь в мамочку… живых упокаивает на раз, а на два их поднимает, на три снова упокаивает и так до тех пор, пока ему не надоест. Будет теперь у него собственная свита. Думаю он сам подставился, чтобы его похитили и получить законный повод поразвлечься.

— Ваше величество!

— Чего? — спросил я, не поднимая головы от свитков.

— Гномы идут на нас войной!

— С какого бодуна? — немало удивился я, все же оторвавшись от дел. — Они там что, пива перекисшего упились?!

— Хан… погулял с гномской принцессой.

— Вот инкуб недоделанный… он развлекся, а мне война! Предложи им брачный союз.

— Предлагали, сир…

— И?

— Отказываются, ваше величество!

— Ну, да тогда я сам их всех в особо извращенной форме!.. — воскликнул я и помчался на войну с бородатыми коротышками.

— Ваше величество!

— Ась?..

— Тормунд попал в тюрьму!

— За что?!

— За финансовые махинации! Оказывается, это он организовал финансовую пирамиду «ЛЛЛ»!

— Вот же негодник! Я и сам погорел на ней… Ничего, пусть посидит немного, авось ума наберется, — решил я пока не вытаскивать сына от гномы из застенков.

Сына гномы?..

— Ваше величество!

— Ну?

— Арзалетел сбежал в Проклятые земли!

— Вот же негодник!

Я помчался в погоню за сыном от темной эльфийки.

Темной эльфийки?!

— Ваше величество!

— Да, блин… чего?

— Саргермелел тайно вырастил ракету и готовится к полету на Луну!

— Вот же… полузвездорожденный… он у меня долетается! Так долетается, что только летать и придется, потому как сидеть неделю не сможет!

Я помчался останавливать обратный отсчет и вытаскивать сына от светлой эльфийки.

Светлой эльфийки?!

— Ваше величество!

— Ну, что на этот раз?.. — вяло поинтересовался я.

— Вашу дочь обесчестили!

— Как?! Что?! Какую именно?! — вскочило мое величество с трона.

— Хайнессару, сир…

— Фу ты, е-мое… испугал. Она сама кого хочешь обесчестит, даром что мать суккуб… — рухнул я облегчением обратно на трон. — С чего вообще взяли, что ее обесчестили, а не она кого-нибудь, по своему обыкновению? Как, к примеру, на прошлой неделе одного барончика совратила…

— Э-э, сир…

— Говори уже, не мычи как теленок, ведомый на кастрацию.

— От нее сразу двое выходило… сир.

— М-да…

А что тут еще сказать?

— Ваше величество! Ваше величество!! Ваше величество!!!

Я вскочил с кровати в холодном поту и с бешено бухающим сердцем в груди.

— Ф-фу ты… приснится же такое…

Гнома, да еще эльфийки всякие… Это что, подсознательное желание их заиметь?

«Поменяй предлог «за» на «по»! — вылезло мое второе «я». — По крайней мере, так вернее по Фрейду!»

К черту Фрейда и прочих Ламброзо!

«И потом, чего, собственно, лишним наборам сервиза простаивать да стульям за столом пустовать?!»

Это все демонесса виновата, подумал я, стараясь не обращать внимания на комментарии внутреннего голоса, — дорвалась-таки до комиссарского тела, стоило только вернуться в замок, тут уже не отвертишься — в безопасности. Да и времени порядочно прошло, сроки по контракту поджимали, пришлось делать это самое… Ну и последствия соответствующие — вырубился на сутки, местное солнце уже садится, отсюда и сны такие вот своеобразные.

Поплелся в малую залу, используемую еще как столовую.

— Это я удачно зашел… — пробормотал я, поприветствовав взмахом руки своих ужинающих жен… то есть подруг. Эк меня сон вставил!

А может, действительно стоит оформить как-то наши отношения?

«Ты же домой хочешь! — напомнило мне о моем желании мое второе «я». — Если возьмешь в жены и потом свалишь, то… это будет как-то не фонтан. Или уже не хочешь к родимому компостирующему мозг зомбоящику?»

Ну-у…

И действительно, как-то вначале острое желание попасть домой со временем поблекло. Я скорее уже заставляю себя не забывать о том, что надо вернуться назад. В этом мире, несмотря на угрозу жизни, как-то интереснее… Опять же я здесь не нищий какой-то, а цельный барон, или уже скорее граф. А дома…

«Какашка на палочке!»

Убил бы!

«Ну так удавись!»

— Чего это ты такой хмурый? — ехидно поинтересовалась Олграна. — Или суккуб оплошала?

— Да нет, она показала все, что знала, да я еще ее многому научил…

В меня полетело надкусанное яблоко, но я успел увернуться от снаряда на вампирской сверхскорости.

— А если серьезно?

— Да поводов для веселья особо нет, — намекнул я на предстоящую войну со сборной рыцарской солянкой.

— Это еще когда будет, а хмурый ты сейчас, — сказала Зеленоглазка.

— Ничего-то от вас не скроешь…

В общем, я рассказал им о своем сне, тем более что помнил его до мельчайших подробностей.

Жены… то есть подруги ржали минут пять, особенно сильно разошлись, когда речь зашла о заскоках детишек от демонессы.

— А неплохая все-таки это идея составлять подобный план, — сказала вампиресса.

— В будущем — может быть, но не сейчас. Кстати, по планам… касаемо как раз пункта семнадцать, да и по времени как раз совпадает — семь часов вечера, а именно «Общение с семьей»…

— А что этот пункт вообще подразумевает? — поинтересовалась Мягкая Лапа. — А то как-то слишком неопределенно звучит.

— Разбор полетов и мозговой штурм…

— Перевожу, — с усмешкой отвлекла на себя подзависшую оборотницу орчанка. — Кэррэл имеет в виду, что мы должны будем отчитаться о проделанной за день работе, а также совместно обдумать и найти решение тех или иных вставших труднорешаемых вопросов. Я верно перевела, о мой господин?

— В точку, — улыбнулся я. — Ты меня очень хорошо понимаешь, прямо как… но да ладно.

На что подруги только фыркнули.

Спелись.

— Так, что касается разбора полетов… То, что я сегодня бездействовал, — на то у меня уважительная причина имеется… А вы что успели сделать? Зеленоглазка?

— Послала гонцов по деревням с вестью о начале сбора ополчения, а также сборщиков, что должны принести камни душ для Олграны.

Камни душ — это как раз те самые амулеты, в которые должна помещаться душа умершего, при условии, что это добровольный жест потенциального… донора. Даже не знаю как назвать такого разумного.

— Много вообще получится?

— Не очень. Хорошо если пара сотен наберется…

— Ладно, по капельке да и чашу наполним…

— Еще приказала ускорить производство деревянных големов.

— Хорошо. Олграна? Какие у тебя успехи?

— Поставила в строй двадцать два голема.

— Серьезно…

— Да, выжало это меня изрядно. Но думаю, такой темп удастся сохранить вплоть до вторжения, особенно если ты не будешь забывать меня иногда…

— Не забуду, — усмехнулся я невольно. — Сегодня передохну от этой хвостатой… Извини, Мягкая Лапа, это я не о тебе…

— Я поняла, — хохотнула оборотница. — Но и обо мне забывать не стоит.

— Не забуду… — повторил я под общий хохот.

Затр… заездят меня. Ох, заездят. Так что к черту этих эльфиек и гному!

— Говорю же, план надо нормальный составить, — вставила шпильку вампиресса, откровенно улыбаясь от уха до уха. — А то забуду — не забуду… это как-то несерьезно. Посмотрели в план и сразу поняли, чья очередь, и никаких обид, если что. А ты говоришь, что планирование — дело отдаленного будущего…

— Так, все! Закрыли тему! — не выдержал я напора в этом щекотливом вопросе, чуть не завыв как самый настоящий оборотень, хотя с оборотницей у меня все еще ничего не было. — Будет вам план… Про что мы вообще сейчас говорили?

— Про очередь к тебе, — напомнила шаманка.

— Да, блин! Сказал же, закрыли тему! До очереди про что болтали?!

— Про големов…

— Ага… и?

— И собственно все. Проблема в количестве душ. Я, конечно, пожертвую на деревянную армию по максимуму, тем более что они хорошо себя зарекомендовали, но в зависимости от того, как долго будет добираться до нас армия Армирана, я смогу поставить тебе до тысячи солдат.

— Мы еще постараемся задержать их в болотах и выиграть как можно больше времени.

Олграна понятливо кивнула.

— Это все?

— Поставили первую партию твоих самострелов для големов…

Ах да, был такой заказ. Мне еще в первом сражении с орками подумалось — а почему не вооружить големов луками или, на худой конец, арбалетами? Чего они стоят без дела, когда могут еще на дальней дистанции несколько врагов положить. В функциональном плане в этом проблем не возникло, как в случае со сложной работой, потому и сделал заказ.

Правда, арбалеты заказал необычные, а двухдуговые. Если к обычному арбалету присобачить еще одну дугу, он будет стрелять минимум в полтора раза дальше. Взвести, правда, такой арбалет — настоящий гемор.

Но у меня ведь големы, силушки у них немеряно. Так что я им заказал усиленные арбалеты с дугами в два раза большего размера, и их еще две штуки будет. В теории такой арбалет станет бить в три раза дальше обычного. Собственно, завтра посмотрим, выйдет ли из этой затеи вообще какой-то толк.

— Еще потихоньку обучаю учеников, но они вряд ли смогут что-то показать в предстоящей войне.

— Ясно. Лития? Как у тебя дела с твоими скелетонами? Есть прогресс?

— Я смогла довести уверенный контроль над тридцатью тремя скелетонами, но этого явно недостаточно.

— Это да… Послушай, Лития, я чего-то не понимаю, а как твой… приятель мог контролировать такую кучу мертвяков?

— Ну, он был сильнее меня, целый магистр, а я так… кроме того, таких ходячих мертвецов изготавливают не из уже мертвых, как я, а из еще живых со сложным и очень мучительным для жертвы ритуалом… Вряд ли вы пойдете на такое, даже с преступниками.

— Это да, не пойдем, — поспешил я ответить, видя, что никто особо против не возражает.

Совсем уж в монстра я превращаться не хотел. Я и так что-то стал слишком спокойно относиться к смерти… чужой. То есть я не хочу сказать, что мои подруги монстры, они такие, какие есть, дети своей суровой эпохи, где еще ничего не слышали о правах чел… разумного.

— В общем, твоя задача, как и в прошлый раз, поднять пораженных мифриловыми стрелами.

— Это я смогу.

— Отлично. Ссашшиллеса? Ты чем можешь порадовать?

— Да, собственно, ничем. Но если прикажешь всех приговоренных к смерти людей отдать мне на обращение, то получишь минимум сотню неплохих бойцов.

— Так много приговоренных к смерти? — немало удивился я. — Чего они все такого натворили?

— Работорговцы, — пренебрежительно махнула рукой Зеленоглазка. — Все лезут к нам, но тут не болота, уйти у них после кражи подданных чисто не получается. Особенно после того как деревни получили возможность связываться друг с другом по амулетам и координировать свои действия по отлову этих дураков.

— Понятно. Что ж, Сашуль, они твои. Всех остальных, кого приговорят к смерти, тоже тебе на обращение.

Неожиданно дверь в залу распахнулась, и внутрь влетела гончая Литии, а за ней с криками и визгами первенцы Зеленоглазки, квартероны, один с арканом, другой с сетью, они уже достаточно развились для таких активных игр.

Я как-то сразу вспомнил сон и тяжко вздохнул. Ох-хо-хох, что ж мне ждать в будущем?

Косточка, сделав пару кругов вокруг стола, выбежала из зала, уведя за собой гомонящих детей.

— Загоняли бедную, — сказала Лития без особой, впрочем, жалости к своему творению, скорее с весельем.

«А ведь еще прибавление скоро будет», — ехидно напомнило мне мое второе «я».

Да ваще пипец! Надо срочно изобретать резину…

Глава 20

Кирилл. В роли великого тактика и стратега

Оборотни отлично выполняли роль разведчиков. Так, по их сведениям, переданным через амулеты связи от Олграны, армия рыцарей и примкнувшие к ней отряды всякого отребья переправились через реку и вошли на территорию Вольных баронств.

Вольные баронства, ясен пень, против такой силищи дергаться не стали и пропустили армию через свою территорию. Более того, многие отпрыски владетелей присоединились к ней, наслушавшись побасенок о моем богатстве. Ну а как же, если уж стрелы мифриловые, то сколько злата и драгоценных камней должно храниться в моей сокровищнице?!

Итого армия под стягом Армирана, перешедшая через злопамятный перевал и втянувшаяся в Топь, насчитывала около тридцати пяти — сорока тысяч человек, из них пять-шесть тысяч непосредственно рыцарей. Отменные рубаки, как правило, хорошо защищенные как физически — доспехами, так и магически — родовыми амулетами, какими бы нищими они ни были. Сила весьма и весьма серьезная. Адепты Неназываемого расстарались на славу.

Что я мог им противопоставить?

В основном ополчение из переселенцев. Реально я могу рассчитывать тысяч на десять бойцов. Хорошие лучники, но весьма посредственные воители, если придется столкнуться лицом к лицу. Если против пехоты противника, набранной из таких же крестьян и проходимцев, они еще туда-сюда, серьезную проблему составят только профессиональные наемники, то вот рыцарская кавалерия их сметет одном ударом, так что на лобовую сшибку рассчитывать мне в любом случае не приходилось, по крайней мере пока количество противника останется на прежнем уровне.

Будь это профессиональные солдаты, как в лучшие время легионеры императорского Рима, так же превосходно оснащенные, я бы не колеблясь вышел и с такими силами в чистое поле. Но увы, у меня плохо оснащенные и вооруженные, не имеющие понятия о дисциплине, и тем более о тактических перестроениях, ополченцы. Мясо.

Еще у меня есть казаки. Сейчас я уже мог рассчитывать на две тысячи всадников на буйволах. Эти ребятки реальные воины (с дисциплиной у них тоже не ахти, орки с ней не шибко дружат, но в индивидуальном плане солдаты хоть куда), но их катастрофически мало. Лобовой сшибки с рыцарями им не пережить не только из-за меньшей численности, но и худшего бронирования.

Совсем в ауте по магической составляющей. Реально я мог противопоставить врагу в магическом плане только Олграну и Литию. В то время как, по данным разведки, в составе армии вторжения двигалось порядка тысячи магиков разной силы и несколько десятков сильных мастеров и магистров. Мне эти магические звания мало о чем говорили, но я понимал, что это в любом случае реальная сила, на магическом фронте уверенно перевешивающая наши возможности.

Что еще я мог противопоставить врагу?

Конечно же, големов — дрова войны, чуть ли не в прямом смысле этого слова… Сейчас их уже порядка пятисот, и чем больше времени удастся выиграть, тем больше их станет, и каждый лишний день — это двадцать с лишним «деревяшек». Но как бы много времени я ни выиграл, количество деревянной армии не превысит тысячи «полешков», просто из-за недостатка душ.

Еще можно рассчитывать на творения Литии. Но она, собственно, могла развернуться во всей красе только непосредственно на поле боя и поднять уже павших. Но с учетом магов в армии врага, на это ставку, как в случае с орками, делать не стоило. Просто неизвестно, сыграет этот фактор в полную силу или нет.

Еще Ссашшиллесса со своими двумя приемышами и сотней обращенных. Реальная сила, но, как и Лития со скелетонами и зомби, далеко не панацея, учитывая что три истинных высших вампира стоят всей сотни обращенных. Тем более что обращенные могут действовать только ночью, а битва состоит в дневное время, и на солнце они просто сгорят.

Олграна как шаманка весьма ценна, но в предстоящих боевых действиях ее участие не предусматривалось. Сначала она взбрыкнула, но согласилась с тем доводом, что она должна остаться на охране замка, — мало ли что магики противника удумают? Не забываем про злопамятного архимага и не менее мстительного Неназываемого, так что ухо надо держать востро. Ну и големов надо поднимать регулярно и как можно в больших количествах.

И на этом все.

Имея такие силы, естественно, я даже не рассматривал варианта прямого столкновения лоб в лоб. По крайней мере, пока наблюдается столь подавляющее превосходство в численности врага. А вот если ее хорошенько сократить и довести соотношение хотя бы до одного к двум, то чем черт не шутит, может, и устроим им генеральное сражение. Для этого можно даже какую-нибудь деревушку в Бородино переименовать.

В общем, на семейно-военном совете было решено попытаться сократить численность вражеского войска партизанскими методами — ударами из засад и различными ловушками.

— Итак, противник идет через болота мелкими отрядами до сотни человек в каждом. Как правило, это три-четыре рыцаря с оруженосцами, их личные отряды и приданные им под командование отряды из охотников за удачей и прочих псов и шакалов войны. Больше одновременно по тропе просто не пройдет, она превращается в трясину. Вот такие мелкие отряды и станут нашей главной целью. Быстрая атака, нанесение максимального ущерба и отход, не принимая боя. Противник будет тащиться через болота не меньше месяца. В идеале мы должны атаковать их каждые два дня. Атака, отход на новое место, маскировка и вновь атака нового отряда. Но вот как получится в реальности, я просто не знаю. Олграна, на тебе маскирующие амулеты, чтобы магики противника нас не засекли до самого последнего момента.

— Сделаю.

— А кто будет сидеть в засадах? — спросила Ссашшиллесса.

— Основная тяжесть засад в условиях болот ляжет на нас. Я имею в виду себя, тебя, Ссашшиллесса, с твоими приемышами, Литию и учеников Олграны.

— А почему не привлечь тех, кто жил в болотах? — спросила Мягкая Лапа. — Они знают их вдоль и поперек.

— Знать-то они, может, их знают, но против магиков они уже ничего сделать не смогут… Олграна вряд ли сможет обеспечить всех амулетами, по крайней мере в ближайшее время…

— Это так, — кивнула шаманка. — Амулеты надо делать мощными, а значит, маны на них уйдет неимоверное количество. Да и разряжаться они станут быстро. Подзарядить их сможет только Кэррэл или я. Но я буду здесь и далеко от линии фронта, ко мне не набегаешься, а значит, вам придется время от времени встречаться. Для ополченцев это не вариант, слишком широка линия, на которой им придется действовать.

— Понятно, — кивнула оборотница.

— Кроме того, в каждом отряде есть как минимум один сильный маг или два-три послабее, — продолжил я. — Они ведут отряды через топи и защищают от магического воздействия и могут атаковать сами. Конечно, ополченцы будут участвовать в нападениях, но издалека и мелкими группами, обстреливая врага из луков. В плотный контакт они вступать не станут. Противник, естественно, понесет потери от стрел, но незначительные. Однако тут, как говорится, курочка по зернышку клюет, а курочек этих будет много, так что в целом я надеюсь на серьезный результат… клевания. Мы же должны выбивать свои отряды практически под ноль. Таких истребительных отрядов я вижу… сколько у тебя достаточно сильных учеников, что могут уже хоть что-то делать сами? — обратился я к Олгране.

— На дюжину можешь рассчитывать смело, — сказала шаманка. — Я выбирала самых талантливых и сильных. Амулетами их оснащу опять же, что они сами смогут заряжать.

— Итого я вижу дюжину отрядов из учеников Олграны, с придачей каждому в качестве основной боевой силы двух десятков големов. Три вампирских отряда, сами там разделите своих обращенных.

Вампиресса кивнула.

— Лития со скелетонами… как же все-таки жаль, что костяная драконша не в деле.

— Это да, — с грустью вздохнула Лития.

— Кстати, сколько она еще будет восстанавливаться?

— Еще месяца два…

— М-да… ну и я.

Проклятье, какой шум поднялся!

— Это не обсуждается! — хлопнул я рукой по столу и чуть не отбил ладонь. — Не собираюсь я лезть на рожон, постреляю и сбегу. Вы же меня знаете… я очень трусливый.

На этом шум прекратился.

— Итого семнадцать отрядов. Плюс ополченцы. Думаю, мы зададим им серьезную трепку!

— Еще рогатая могла бы принять участие, — буркнула Зеленоглазка. — А то как ману с тебя тянуть — она тут как тут, а как защищать — так в кусты…

— Увы, об этом в договоре ничего не сказано, — развел я руками. — Да и вряд ли это хорошая идея. Так у нас вроде как война привычных разумных, помашем мечами, друг друга на кусочки порубим, постреляем из луков, магией еще попользуемся и разойдемся миром, и совсем другое дело — обвинение в призыве армии демонов. Нам тут же припомнят ту Войну, и тогда на нас навалятся всерьез, уже на государственном уровне, а это совсем другой коленкор. Битв с регулярными армиями сразу нескольких королевств и их архимагов— боевиков мы точно не переживем.

Зеленоглазка понимающе кивнула.

Дор Ювентус. Рыцарь без страха и упрека…

Проклятое болото… Проклятая мошкара… Проклятые ползучие твари…

Уже двое подохли от укусов змей, и это только на третьем дне пути, а нам еще тащиться и тащиться, сколько еще отправится к своим богам? И демоны с этим отребьем, но чем больше их подохнет, тем меньше останется сил в случае нападения…

— Арх Дедолонр, может, вы все же сделаете что-то с этим проклятым гнусом?! — не выдержав, со звонким ударом по собственной щеке, размазав очередную тварь, успевшую напиться крови, обратился к магу дор Ленром — один из двух моих спутников, совсем бедных рыцарей, у которых не было не то что своего отряда, но даже оруженосцев, если не считать за таковых старых дедков, ухаживающих за их лошадьми и помогавших при облачении в доспехи.

— Верно, — поддакнул второй, дор Теур. — Иначе к концу пути из нас поучатся высушенные мумии…

— Вы предпочитаете добраться до конца болота высушенными мумиями или потонуть в этой жиже вполне целеньким?

На это им ответить оказалось нечего. Маг иногда с трудом находил пригодную для движения тропу, и если он отвлечется еще и на разгон комарья, то есть большая вероятность того, что весь отряд в какой-то момент сгинет в этой Топи.

Маг нам достался не очень сильный, потому выбранный им путь дополнительно проверяли два человека с шестами. Если это вообще можно назвать тропой! Ноги людей то и дело проваливаются по щиколотку. Но если люди обули болотоходы, то лошадям приходилось просто невероятно трудно. А еще надо протаскивать через эту жижу телеги с провизией и амуницией!

О боги, как медленно!

Мой боевой конь, настоящий боевой конь, а не клячи, как у моих спутников, вдруг заржал.

Я привычно обмахнул его круп веткой, с другой стороны то же самое сделал мой оруженосец — видать, опять слепень злобный укусил (какие они тут огромные!), — но нет, никаких насекомых тварей нет, да и следим мы за этим пристально, чтобы его не кусали. Снизу тоже ничего.

— Спокойно, Ронк, скоро привал, там тебя напоят, накормят и почистят.

Я похлопал коня по шее, но Ронк не то что не успокоился, а вовсе встал на дыбы, вырывая поводья из рук солдата из моего личного отряда.

— Да что такое?!

— Смотрите, дор! — крикнул сержант Ангор, показывая рукой на север.

Там из жижи вдруг появился человек, от которого во все стороны летели брызги болотной дряни, с какой-то штукой в руках, похожей на арбалет, только не хватает плечей. Но несмотря на отсутствие этого важного элемента для арбалета, она все-таки чем-то стреляла. По крайней мере, маг вскрикнул от боли, согнулся пополам и упал в грязь.

— Тревога! — гаркнул сержант.

А потом на отряд обрушилась волна из ледяных игл. Люди начали падать под этим ледяным градом и стали разбегаться кто куда, но спасения никто не находил. Человек все стрелял и стрелял, поводя своим убийственным артефактом из стороны в сторону.

Только мой отряд остался без потерь. Бойцы быстро сориентировались и успели выставить щиты, кои тут же оказались утыканы этими ледяными иглами. Но несколько штук все же нашло щели в стене обороны и разбились о кирасу. Настоящий рыцарь ее никогда в походе не снимает, как раз вот на такой случай засады.

Впрочем, дору Теуру, тоже настоящему рыцарю, хоть и нищему, не повезло: ледяная игла попала ему в глаз.

— Вперед! — приказал я своему отряду.

Самый боеспособный отряд в нашей толпе ринулся в атаку. Ее поддержал второй мой благородный спутник дор Ленром.

Неизвестный, несмотря на нашу атаку, продолжал поливать всех ледяными иглами — а чего ему нас опасаться, ведь бойцы то и дело проваливались чуть ли не по пояс в жижу, и общая скорость атаки оказалась до обидного смешной.

На атакующий отряд негодяй обратил пристальное внимание только после того, как перебил большую часть толпы приданного нам быдла.

Но иглы ничего не могли поделать со стеной щитов, что бойцы продолжали держать. Тогда в нас полетели огненные файерболы. От гостинцев, летевших ко мне, меня защитил амулет, а вот моим людям не повезло. Их амулеты не смогли выдержать столь массированной атаки, и они с дикими криками боли заметались по болоту горящими факелами.

— Убью!!! — заорал вырвавшийся вперед дор Ленром, замахиваясь мечом.

У него тоже оказался на удивление неплохой защитный амулет. Но на его пути вдруг встал железный голем, точнее, деревянный и просто обитый железом, стремительно заработавший огромным палаческим топором.

Несколько секунд, пара звонких ударов — и голова дора Ленрома упала в вонючую лужу и стала погружаться в нее.

Мой родовой амулет по-прежнему меня отменно защищал, и я готовился разрубить человека, устроившего нам столь губительную засаду. Голем, отвлеченный в сторону дором Ленромом, его защитить не успевал, тоже увяз в трясине, как человек, сказав: «Рэмбо сделал свое дело, Рэмбо может уходить», — пробормотал какое-то слово, и из-за его спины и спины голема вырвались куски белой материи на веревках, а потом их унесло в воздух.

— Проклятье…

Я оглянулся на устроенное этим неизвестным побоище и содрогнулся от ужаса. От более чем сотни человек осталось не больше десятка. Куча раненых. Кто-то, сумев убежать слишком далеко от тропы, тонул, дико вопя, чтобы его спасли.

Маг убит…

От моего копья из дюжины бойцов остался только один солдат и сержант. Остальные сгорели.

А вокруг бескрайняя Топь…

Бонгот. Командир наемного отряда «Стальной кулак»

Такого трудного похода на моей памяти еще не было. Случалось, что двигались через болота, и не раз, но не так долго и не через столь топкое. Но что поделать, работы в более приемлемых условиях нет, войны нигде в ближайшее время не предвидится, а питаться на что-то надо, так что предложение ордена Ольера Светозарного пришлось как нельзя кстати.

Правда, платили эти орденцы сущие гроши, но обещали богатую добычу. Пришлось согласиться на такой не совсем типичный контракт. А почему бы и не согласиться и не поверить в богатую добычу и реальность ее получения в случае победы, если в качестве доказательства предъявили наконечники стрел с мифрилом! Да даже если и проиграем, несмотря на такую огромную армию, что собрал орден, хотя в это невозможно поверить (но полководцы бывают разные, и не с такими силами случались поражения), то даже если просто насобираем таких наконечников, можно прожить несколько лет, гуляя от рассвета и до заката!

— Что-то не то, — с озабоченным видом подошел арх Оттерм, отрядный маг.

— Что именно? Ведущие маги ничего не показывают…

— Не знаю…

— Отряд, приготовиться, — приказал я своим людям, доверяя чутью Оттерма, которое спасало нас множество раз: хоть он и недоучившийся маг, но мог дать фору многим дипломированным за счет жизненного опыта.

— Бонгот, в чем дело? — спросил рыцарь дор Шарген, от кого, а точнее, его солдат не укрылись наши приготовления.

Наверное, подумал, что мятеж хотим устроить, вон как его ребятки напряглись, за оружие схватились.

Движение всего отряда остановилось.

— Наш маг почувствовал что-то подозрительное, дор рыцарь.

— Но ведущие…

— Я знаю, но больше доверяю своему, дор Шарген, с которым прошел множество схваток.

И тут болото впереди по маршруту вспухло брызгами трясины.

— Засада!

— Нападение!!

— К бою!!!

Из завесы болотной жижи выскочили… скелеты!

А за их спинами виднелась девушка с посохом.

— Некромантка!

Маги начали что-то магичить, но не успевали — некромантка ударила первой, и два мага, ведших отряд через Топь, упали иссохшими мумиями, и тут три десятка скелетов врубились в рыцарские отряды. Понеся потери, они все же пробили брешь в строю и хлынули во внутренние порядки, рубя направо и налево.

Не оставалась в стороне и некромантка — также вклинившись в строй солдат в попытке добраться до рыцарей, она ловко орудовала своим посохом, то и дело пронзая им кого-то из своих противников ударом в грудь, при этом глаза черепа на навершии вспыхивали огнем.

— Она забирает души! — крикнул кто-то.

— Спокойно!

Казалось, что все обойдется, ее отряд из скелетонов быстро редел, бойцы в копьях рыцарей что надо, сам в таком служил пять лет, но тут некромантка отступила назад и, всадив посох в землю, приказала:

— Встать!!!

Тут уже стало нехорошо даже мне. Только что убитые солдаты из отрядов рыцарей начали подниматься.

— Зомби!

— Вперед!!! — скомандовал я.

Лучше занять людей боем, тем более пока зомби еще не пришли в себя, чем мои люди превратятся в трясущихся от страха задохликов.

Началась рубка с зомби. Свежаки, вошедшие в силу, самые опасные, они еще очень хорошо помнят все приемы и двигаются достаточно быстро, так что разделаться с ними весьма непросто.

Некромантка же продолжила охотиться за рыцарями, пытавшимися атаковать ее боевыми амулетами и достать мечом или из арбалета, но все было бесполезно. Защита у некромантки оказалась лучшей, ничто ее не брало.

И вот первый рыцарь слег с пробитой грудью.

Второго она обратила в прах магией, а третьего — дора Шаргена — даже убивать не пришлось, сам сдох, свалившись с испугавшейся мертвяка лошади.

Вот и все, понял я, добивая одного из последних зомби, когда некромантка, обратила взор на нас. Сейчас махнет своим посохом — и мы сляжем мумиями.

— Ой! — вдруг пискнула она, приложив свободную руку к животу, и… улыбнулась.

Чего это с ней?

Установилось шаткое равновесие, которое нарушил какой-то придурок, выстрелив из арбалета. И что удивительно, болт достиг цели, не иначе зачарованным оказался, пробив грудь некромантки прямо напротив сердца.

Девушка упала в болотную жижу.

Вдруг она вскочила и, выдернув из тела болт, с яростью махнула в нашу сторону посохом.

— Умрите!!!

Серая волна накрыла всех широким веером. Все вокруг стали падать, упал и я, хоть меня и защитил один старый трофейный амулет.

Лич…

Уничтожив практически весь отряд, она вновь замерла на месте, положила руки на живот и замерла, словно прислушиваясь к себе.

— Стучит… — облегченно улыбнулась она и, пошарив на поясе, достала фляжку и быстро и жадно хлебнула содержимого.

И вот ставшая пергаментной кожа вновь приобрела естественный цвет.

— И мое… — вздохнула она, положив левую руку на только что пробитое сердце.

Подняв несколько трупов, она приказала им стаскивать тела в кучу. И чем больше становилась куча, тем быстрее она погружалась в трясину.

Я постарался сам закопаться, чтобы стать незаметным, и мне это удалось. Меня не замечали. Это было все же странно, но, думаю, все дело в амулете — он не только защищает от магических атак, но и скрывает ауру! Хорошо, что я его не продал и не проиграл… а то слег бы со всеми, и сейчас меня тащили бы в общую кучу, и вряд ли ради достойных похорон.

Некромантка всадила свой посох в жижу, куда только что навалили кучу тел, и что-то прошептала. Пошла минута — и жижа разлетелась брызгами, и из ямы выскочило кошмарное костяное чудовище, больше похожее на ящерицу, только размером с большую собаку, которая подошла и принесла некромантке в зубах ее посох.

— Нарекаю тебя Кроком…

Чудовище удовлетворенно зашипело.

— Иди, ищи идущих на восход и атакуй!

Чудовище вновь зашипело и умчалось на юг, к параллельно с нами идущему отряду.

Некромантка же, произнеся странное слово, вдруг взмыла в воздух и улетела.

— Думаю, лучше пойти на запад…

Валанкар. Мародер

Проклятая булава, всю ногу себе ею уже отбил. Синячище нальется… Как только с ними остальные ходят? Как ни цепляю, все равно бьет. Щит кое-как приладил, но тоже ремнем уже все плечо отдавил… Но и расстаться с этой дубиной нельзя — ведь какой солдат без оружия? И хоть я не солдат, но надо соответствовать тем, с кем идешь в одном строю, хоть этот строй — бредущая толпа.

Вот только в бой я все равно не пойду, это удел для тупоумных придурков, что пыхтят рядом со мной. В сражении ведь и убить могут, а мне это совсем ни к чему! На встречу с Создателем я совсем не тороплюсь. А что касается богатства, так его иначе получить можно — обобрать убитых, уже получивших свою долю. Или вон тех доров— рыцарей. Может, они в большинстве своем не слишком богаты, но мне хватит, особенно если обобрать трех-четырех. Чего только их оружие стоит. Остается лишь надеяться, что их хорошенько проредят…

— К бою! — раздался чей-то истошный крик.

Впереди раздались звуки и отсветы магического сражения, а на походную колонну, выскочив из болота и разбрызгивая жижу и тину, рванули какие-то огромные монстры.

— Големы!!!

Проклятье! Засада!!!

Врубившись в орущую на разные голоса толпу, големы начали крушить всех, кто попадался им под ятаганы, топоры и булавы, и им никто практически не мог ничего противопоставить. Только маги и рыцари со своими отрядами смогли быстро сориентироваться и начать отбиваться.

Бросив мешающее оружие (ну куда с этой моей дубиной против голема?!), я метнулся прочь от преждевременно начавшейся войны, в которой и не думал участвовать. Но и бежать было особо некуда, и как показательный пример — такой же беглец, отбежавший от тропы всего на двадцать шагов и уже утонувший по грудь.

Притвориться мертвым?

Мне повезло: один голем, идя как горячий нож сквозь масло, прошел совсем рядом, круша всех направо и налево. Я, подхватив падающее тело, упал на спину, прикрывшись мертвецом. Надеюсь, его затухающая аура прикроет мою…

Големы продолжали косить ничего не способных поделать с ними дезориентированных, впавших в панику людей.

Но вот маги, то ли разобравшись с магом врага, то ли отогнав его, обратили свой взор на прочих деревянных големов. Их удары не наносили големам урона — вспыхивала их защита, и они продолжали рубить разбегающихся людей.

В какой-то момент один голем вспыхнул под тройным магическим ударом, пробившим его защиту, и тут же все остальные вдруг взмыли в воздух с помощью вырвавшихся у них из-за спин кусков ткани. Горящий голем упал в жижу и, сбив огонь, тоже унесся ввысь, оставляя за собой дымный след.

Я вылез из-под трупа и осмотрелся. От колонны в полторы сотни человек осталось едва треть, и по большей части это были дружинники рыцарей, всех остальных големы покрошили как капусту.

Повсюду стонали тяжелораненые, коим выжить не светило. Молили о спасении тонущие, но и им помочь было некому.

«Похоже, надо сваливать», — подумал я, осознав, что затеряться в столь сильно поредевшей группе мне не светит, а значит, поставят в строй, где меня уже точно прибьют.

Об обогащении мародерством точно можно забыть.

Арх Таукерн. Маг

— Я уже жалею, что согласился на этот поход, — присев рядом, пожаловался второй маг в группе, арх Феирт.

Весь отряд встал на ночевку на «островке». Маги, проведшие отряд по тропе, проделали всю необходимую работу по установке охранного периметра и повалились на свои тюфяки без сил.

— Никто не говорил, что будет легко, Талт, — сказал я. — Но ты ведь хочешь закончить обучение?

Я окончил Академию еще год назад, а Талт остался еще как минимум на год. Учился на свои средства, но их надо еще откуда-то брать. А много недоучка заработать не может. Нет диплома — нет состоятельных клиентов, а в деревнях много не наскребешь за свои услуги. Прожить можно, и в каком-то смысле даже неплохо, но для этого нужно мотаться по всей стране в поисках заказов, потому как к нам, недоучкам, заказы сами не плывут.

Можно, конечно, доучиться и за счет казны, но тогда придется батрачить на короля многие годы за гроши, выполняя сложную и энергозатратную работу, за которую другие обычно платят полновесным золотом.

— Но не до такой же степени!

— Лучше, чем жаловаться, приглядел бы за своим сектором.

— Куда поперлись, безмозглые уроды?! — вскочил на ноги Талт Феирт, побежав к группе из трех человек, направившейся к отдаленным кустам. — Вам же всем было ясно сказано, чтобы не пересекали эту линию! Там охранное плетение! Мало того что порушите нашу работу, так и сами сдохнете! А вы куда смотрите?! То же мне часовые! Вот же бестолочи…

Солнце село за горизонт, и сразу стало как-то неуютно. Похолодало. Застрекотали какие-то насекомые, заквакали жабы, кто-то завыл, еще какая-то тварь противно «засмеялась»…

Талт Феирт, ругаясь под нос на тупых олухов, вернулся к костру магов.

— Лерм, а ты зачем в поход пошел?

— Мне нужен мифрил. А этому царю полукровок его, похоже, некуда девать, если он его даже на наконечники для стрел расходует.

— Вот уж точно…

Похолодание воздуха закономерно способствовало образованию тумана — испарению хорошо прогретых за день болот.

— Смотри, какой туман… странный какой-то…

— Это болото, Талт. Чего в нем странного? Обычный туман…

— Вокруг — да, обычный туман, а я вот про то пятно небольшого размера и… кажется, оно движется к нам.

Я привстал и посмотрел на указанное пятно более пристально.

Пятно действительно чуть гуще, но… болота ведь. Или все же от греха подальше чем-нибудь в него засадить?

Пока думал, странное пятно преодолело охранный периметр, и я все же решился бросить огнешар. Но стоило только начать формировать плетение, как странное пятно тумана быстро уплотнилось, и ко мне стремительно метнулась тень.

Секунда — и кто-то врезал мне в челюсть, так что я свалился с сильным сотрясением, но все же видел, что произошло дальше.

— Трево… — попытался закричать Талт, но его схватили за глотку, а потом…

Потом в его шею впились зубами.

Вампир! Да к тому же туманник!!!

Тревога все же поднялась, начали вскакивать люди, но это уже ничего не могло изменить. Сквозь прорванный охранный круг проникали враги — вампиры, они начали рубить не ожидавших нападения полусонных людей.

Кого-то выпивали…

Рядом со мной присел вампир… точнее, вампирша. Очень красивая… несмотря на то, что вся измазалась в крови.

— Хочешь жить, дружок?

— Д-да… — вырвалось у меня.

Жить хотят все, особенно узрев кошмарную смерть других.

— Тогда подставляй шейку, мой сладкий, и молись, чтобы я не сорвалась: уж очень сладка кровь магов, хотя до кое-какой ей далеко… Можешь даже гордиться — тебя обращает сама королева…

И я подставил, а в следующий момент в нее впились зубы вампирши. Королевы.

Теперь я тоже стану вампиром. Обращенным… Что ж, могло быть и хуже, особенно если сравнивать с высушенным Талтом. А так я, как добровольно согласившийся, возможно, останусь при своей памяти.

Рихманг. Адепт ордена Ольера Светозарного

Наконец-то мы изведем этих недостойных полукровок, а не просто изгоним их из людских земель! Но надо идти дальше и уничтожить не только плод смешения людей с низшими, но и людей, что позволяют себе не только сношаться с инородцами, но и рожать подобных ублюдков!

А потом и самих инородцев извести под корень! Всех этих гоблинов, орков, троллей, огров и даже гномов с эльфами! Даронар — мир людей!!!

И вот когда до изничтожения полукровок оставался всего один шаг, выясняется, что они создают собственное государство в горах за Топью! Этому не бывать!!!

— Тревога! Лучники!!!

С неба и впрямь посыпались стрелы.

Проклятые выродки, устроили засаду, да так, что их не заметили до самого последнего момента!

Пришлось обратиться к Силе, чтобы защититься от напасти. Стрелы вязли в щите и безвольно опадали. Бывалые солдаты также по большей части успели прикрыться щитами, а вот те, кто пошел в поход за добычей впервые, запаниковали, заметались, и их хорошо «покусало». Появились убитые и раненые.

Рыцарские солдаты рванули в атаку, сами рыцари остались на месте — любое их отклонение с тропы неизбежно приведет к утоплению, — благо лучников было немного, всего десятка два, и с ними справится даже небольшой отряд.

Но полукровки боя не приняли — сделав еще несколько выстрелов по атакующим и не нанеся им вреда, быстро рассеявшись на местности, исчезли с глаз долой.

Похоронив погибших и оказав помощь раненым, отряд продолжил путь.

Но стоило только пройти минут десять, как в хвосте колонны раздались крики ужаса и боли.

— Что там происходит?! — спросил один из рыцарей.

— Арх Рихманг, сделайте же что-нибудь! — крикнул другой, посылая своих людей на выручку атакованным.

Я, подозвав брата Ортара, побежал на звуки.

Пробежав едва половину пути, увидел, как хвост колонны буквально рвет на части порождение темной магии. Какая-то костяная тварь металась среди людей, разрывая их своими чудовищными когтями, откусывая головы, подсекая хвостом, так что ломала жертвам ноги…

— Бей! — скомандовал я брату, и мы ударили чистой концентрированной силой, словно кинжалом.

Тварь вскрикнула, попав под удар, но это ее не убило. Более того, извернувшись, она схватила человека за руку и, сделав длинный прыжок, подняв фонтан брызг, скрылась в болотной жиже.

Еще три десятка мертвецов и куча искалеченных…

Глава 21

Кирилл. В очередной раз в роли великого полководца

Партизанская тактика, постоянные нападения на отряды противника из засад, себя оправдала если не на сто процентов, то на девяносто точно. Конечно же, особенно результативными получились первые атаки, когда отряды выбивались процентов на семьдесят— восемьдесят, а то все сто, как в случае с Литией или Ссашшиллессой, — они работали весьма чисто и, более того, с прибытком.

Так, Лития создавала всяческих тварей, что кошмарили противника уже самостоятельно, и пополняла свои редеющие в битвах отряды скелетонами. В конце концов делала простых зомби, закладывая их как мины на пути последующих групп противника. Их эффективность оставляла желать лучшего, но вот боевой дух врага подтачивали, отнимали силы у магов, особенно если им все же удавалось прихватить с собой на тот свет пару-тройку человек.

У Ссашшиллессы с пополнением дела обстояли еще лучше. Высшие вампиры своей способностью переходить в туман могли бы без особых проблем уничтожать отряды, осушая их до капли, но они действовали иначе, нападая с участием обращенных, чтобы пополнить ряды последних.

Так, за очень короткое время количество обращенных перевалило за две тысячи. Настоящая армия. Жалко только, что она способна действовать лишь ночью. Впрочем, они и действовали ночью, атакуя стоянки противника. Так они несли серьезные потери — все же обращенные в начале своего пути мало чем отличались от простых людей, становясь только чуть сильнее и быстрее, да регенерация усиливалась, но высшие вампиры тоже не сидели без дела.

В общем, путь армии вторжения, собранной орденом или, наверное, все же правильнее сказать Неназываемым, был усеян трупами. Отряды подвергались постоянным атакам. Это заставляло их укрупняться и усиливаться магами, но это в свою очередь сильно замедляло скорость движения. Последние группы в таких укрупненных колоннах шли буквально по колено в болотной жиже…

Но вот безумно измотанная армия вторжения добралась до границ моих владений.

— Сколько их осталось? — спросил я на очередном военном совете.

— Чуть больше тридцати тысяч, — ответила Мягкая Лапа, координировавшая разведывательную сеть из своих соплеменников, что действовали больше по ту сторону Топи, и пришедших неполноценных оборотней, работавших разведчиками на моей стороне болот.

Оборотни, кстати, тоже неплохо порезвились, уничтожая еще в Вольных баронствах опоздавшие отряды.

— Неплохо, — кивнул я. — Около десяти тысяч выбили. При этом собственные потери просто смешные. Всего два десятка лучников и сотня големов. Твоих потерь я не учитываю, Лития, ты их восполняла так же быстро, как и теряла, как и твои, Сашуль.

Девушка… да какая она к чертям девушка, с таким-то животом?! Будущая мама-лич и такая же будущая мама-вампирша с не менее округлой талией согласно кивнули.

В этом плане боевые партизанские операции закончились весьма вовремя.

У Литии, кстати, просто огромная радость. У ребенка забилось сердце, еще во время первой операции. Я по этому поводу хотел отстранить ее, да и вампирессу, от участия в партизанских рейдах, но они настояли, выдвинув ультиматум, что откажутся от рейдов, только если и я откажусь. А я отказаться, понятное дело, не мог. Уж больно результативна моя винтовка, когда я как какой-то Рэмбо выскакивал с ней наперевес из воды… то бишь болотной жижи, весь обвешанный тиной, словно водяной, и открывал огонь… или засыпал всех ледяными иглами, под прикрытием Буратино — Железного Дровосека. А потом сваливал.

Что касается столь массовых убийств, а угрохал я просто тьма-тьмущую народу… Скажем так, я никого из них в гости к себе не звал, тем более с оружием, так что особого груза на своей совести не чувствовал. Они знали, на что идут, что могут погибнуть в сражении, и погибли.

— Отряды армии ордена собираются здесь, здесь и здесь, — продолжила отчет Мягкая Лапа, указывая точки сбора на подробной карте. — Примерно в равных количествах, то есть тысяч по десять.

— Попробуем атаковать одну из таких групп? — предложила Ссашшиллесса. — Силы сопоставимы.

— Это было бы заманчиво, — тяжко вздохнул я. — Такая идея мне тоже пришла в голову, но не думаю, что это реально. Они слишком близко друг от друга. А наши передвижения обязательно заметят и успеют прийти на помощь друг другу, и мы столкнемся как минимум с противником, вдвое нас превосходящим. Не стоит недооценивать врага, особенно после того как мы заставили его себя уважать.

Ссашшиллесса согласно кивнула.

— Тогда можно попробовать атаковать лагерь ночью. Если мои обращенные дорвутся до их лагеря, то можно считать, что лагеря больше нет.

— Этот вариант мне нравится гораздо больше, но ты думаешь, они к этому будут не готовы?

— Думаю что в первую очередь именно против атак вампиров они и готовятся обороняться каждую ночь, — усмехнулась Ссашшиллесса.

— Тем более…

— Ну и что? — пожала плечами вампиресса. — Более того — это необходимо сделать, так или иначе.

— О чем ты?

— О том, что поголовье вампиров, так или иначе, надо сокращать. Две тысячи обращенных — слишком много. Их ведь кормить нужно. А где я возьму столько крови на прокорм? Еще немного — и они начнут сходить с ума от голода, а это сам понимаешь к чему может привести…

— Хм-м, не подумал. Что ж, гони своих обращенных на убой и постарайся, чтобы они при этом захватили с собой как можно больше врагов.

— Слушаюсь и повинуюсь!

Я только хмыкнул.

— Может, тогда и я со своими скелетонами и прочими тварюшками приму участие? — спросила Лития.

— И мне тогда тоже дай размяться, а то засиделась уже в замке, — вставила свое слово Олграна.

Я только поднял глаза к потолку.

Но ее замечание справедливо. Шаманка увеличила количество деревянных солдат до полутора тысяч. Последние пять сотен были изготовлены по упрощенной технологии, то есть никаких суставов им не делали, просто к бревну приколотили четыре палки рук и ног, руки соответственно с ветвями-пальцами. Также в них не подселялись души, то есть это тупой расходный материал для одного броска. Жрали такие големы просто огромное количество маны. Но я мог это себе позволить.

Другое дело, что я представил себе этих беременных генеральш, управляющих сражением, и мне стало смешно. Да-да, Олграна тоже отсвечивала объемным животиком. Но смеяться нельзя — обидятся. А обиженные беременные женщины, да еще в таком количестве… Лучше смерть.

Лишь Мягкая Лапа да Зеленоглазка, родившая всего две недели назад, выглядели нормально. Но, похоже, именно что только выглядели.

— Добро, — сказал я.

В конце концов все равно меня уломают и сделают по-своему. Так чего нервы трепать? Не можешь остановить движение? Ну так возглавь его! Что я, собственно, и собирался сделать.

— Возьми в качестве своей боевой силы этих неотесанных чурок, а то как-то все с армией идут, одна лишь ты только с бубном. Непорядок.

— Конечно, мой господин!

И чего они надо мной издеваются? Не иначе беременность так на них влияет.

— Только при моем участии. Прикрою вас, если что, а то есть у меня одно подозрение…

Тарногар. Архимаг, охотящийся на рассара

— Приветствую, архир Тарногар, — поздоровался глава ордена Ольера Светозарного, выходя навстречу из-за стола, заставленного яствами, в походном шатре.

Глава ордена себе ни в чем не отказывал, в то время как простые воины и даже братья перешли чуть ли не на подножный корм, жаря в углях змей, лягушек, ящериц и прочих болотных тварей.

А что поделать, ведь половину обозов просто потеряли — либо из-за трудных условий марша, либо же в результате нападений. Опять же переход оказался длиннее, дольше и тяжелее, чем предполагалось и соответственно бралось продовольствие.

— Какими судьбами у нас?

— Решил присоединиться к вашему воинству со своими учениками, — сказал я.

— Вы шутите?

— Ничуть.

— Но зачем? Вряд ли вас интересуют богатства этого… предводителя нечестивых.

— Может, я по идейным соображениям?

— Не смешите меня, — криво улыбнулся дор Армиран. — Магам такой силы все идеи становятся до фонаря. Главным для вас становится личное могущество, его увеличение.

— Как бы то ни было, мы присоединяемся к вашему воинству.

— Что ж, досточтимый архир, какими бы ни были истинные причины, приведшие вас сюда, мне будет просто грех отказываться от вашей силы. Мы потеряли очень много как простых воинов, так и рыцарей. Понесли серьезные потери среди магов и братьев ордена.

— А вот с этого момента поподробнее, — попросил я. — Кто и как нападал? Предвосхищая ваш вопрос, отвечаю, что мне нужно знать, кто нам противостоит, чем располагает и какими магическими силами обладает.

Вопрос в свете недавних событий по поимке рассара действительно не праздный. С кем придется столкнуться? С рассаром или…

— Я понимаю. Основные потери мы понесли от вампиров, скелетонов, големов и загадочного стрелка, косившего людей из странного артефакта. Спасения не было даже для магов и братьев, потому как он в них стрелял странными… наконечниками из мифрила и свинца. Вот…

Глава ордена показал то, чем убивали магов и адептов Ордена.

Это он!!!

Все-таки это рассар возглавил полукровок. Что ж, это лучше, чем то… тот… неизвестный, также открывший сезон охоты на рассара. И если судить по тому, что рассар активно участвует в отражении своего… своего домена, он этому неизвестному не достался! Как-то сумел выкрутиться и на этот раз, хотя я был уверен, что неизвестный взял его в плен, — ведь я сам его сковал зачарованными цепями!

Но как он сумел вырваться из его рук, если даже я ничего не смог с ним поделать?! При этом сам рассар от меня никуда бы не делся! Что за ирония?! Рассар проигрывает мне, я проигрываю неизвестному, но при этом неизвестный проигрывает рассару! Ну разве не смешно?!

И еще этот неизвестный, со своей страшной силой. Кто он? От него явственно тянет тьмой, смертью, чистым злом и опасностью. Опасностью для всего мира. Его нужно найти и уничтожить. Но одному это мне не по силам. Можно сообщить остальным великим магам, и я это, конечно же, сделаю, но прежде получу дополнительные силы, а для этого мне нужен рассар.

— Также некоторый урон нанесли костяные твари и лучники, — добавил дор Армиран.

— Ясно.

— Не желаете со мной отужинать? Заодно поговорим. Я хотел бы знать, на что могу рассчитывать с вашей стороны.

— С удовольствием…

Ужин изрядно затянулся. К главе ордена то и дело приходили донесения, которые он после прочтения давал ознакомиться мне. В основном сведения носили разведывательный характер, но пока ничего существенного накопать разведчикам не удалось. Их самих беспокоили разведчики врага, то и дело обстреливая.

Когда стемнело, сработал амулет связи дора Армирана.

— На нас напали!!! — завопил из него истошный голос.

— Кто?! Сколько их?!

— Вампиры! Много!!!

— Проклятье! — ругнулся дор Армиран.

— Где это? — спросил я. — Похоже, мне придется вступить в сражение несколько раньше.

— Это лагерь графа Ваунтера, в пятнадцати километрах севернее…

— Разрешите? — я указал на амулет связи. — Это позволит определить мне координаты с точностью до десятка метров.

— О! Конечно!

Я коснулся амулета связи и определил место, откуда пришло сообщение.

— До встречи, дор Армиран, — сказал я и, не дожидаясь ответа, произвел телепортацию.

Миг — и вот я в схожем пустом шатре, а вокруг крики, звон стали…

Откинул полог и увидел, как по огромному лагерю мечутся фигуры людей. Тут и там завязываются скоротечные схватки. Но долго вампирам противостоять невозможно. Только рыцари со своими отрядами создают островки стабильности, ну и еще профессиональные наемники. Они, встав в строй, сдерживали натиск даже стремительных вампиров. Правда, это удавалось им еще за счет магов, действовавших под их защитой.

Постепенно рыцари со своими отрядами сливались в единый монолит, но тут в схватку вступили големы. Они словно тараны пробивали строй, и в эту брешь вклинивались другие, и начиналась рубка. Големов действительно приходилось рубить на куски.

Помимо големов, лагерь атаковали скелетоны и костяные твари.

Они здесь, решил я. Другое дело, здесь ли рассар? Хотя куда он денется. Но где же он? Ауру он хорошо закрыл, пока не начнет стрелять из своего артефакта, не узнаешь.

Надо его выманить. Но как? Разве что создав действительно крепкий орешек, который он попытается раскусить своим оружием? Что ж, попробую…

Я начал жечь големов и упокаивать нежить. Благодаря этому строй рыцарей и их солдат больше не подвергался проламыванию.

Ну же, это не могло тебя не заинтересовать!

Минута — и в нас из ближайшей рощицы полетели файерболы, буквально накрыв строй. Защитные амулеты пока спасали солдат, да и маги старались…

Это он!

Я переместился вплотную к позиции рассара. То, что рядом с ним оказались знакомые все лица — Лития, вампиресса и орчанка, — меня даже не удивило. Разве что их округлые животы немного поразили.

Но прежде чем нанести удар, я с удивлением обнаружил в своей груди арбалетный болт. А вслед за первым впилось еще два!

Как же так?! Мои щиты непробиваемы! По крайней мере для зачарованных болтов, подумал я, вспомнив неизвестного. Но даже он не мог пробить мои щиты мгновенно!

Хладное железо!!!

Я вырвал болт из груди, но это не помогло! Хладное железо осталось внутри меня!!! Аура продолжила разрушаться! Как же больно!!!

А в довершение к этому меня стали нашпиговывать мифриловыми наконечниками из артефакта рассара! И они не простые, а с закладками на тление и огонь! Проклятье!!!

Тут рассар что-то снял с пояса и с поганой ухмылкой направил в меня…

Надо бежать, ведь он сейчас убьет меня, это же видно по его самодовольной роже!

Проклятье, кто кого поймал в ловушку?!

Собрав все силы, не занятые в блокировании хладного железа и мифрила в своем теле, я в последний момент, когда из артефакта в руке рассара уже вырвался странный файербол, произвел слепую телепортацию, лишь бы подальше от рассара!

Оказавшись демон знает где, я на последних каплях собственной маны, а также маны из камней силы, выдавил из своего тела все, что в меня всадили.

— Ты заплатишь за это, рассар…

Кирилл. Командующий

Ночная атака на один из лагерей армии вторжения удалась на славу. Из пяти сотен големов не вернулся никто. Собственно их возвращение не предусматривалось, они ведь были простейшими не только по конструкции, но и по наполнению, то есть драгоценных душ там не было — тупые машины.

Скелетоны также погибли все. Как и костяные твари.

Из двух тысяч обращенных вернулось только три сотни. Даже это много, но да ладно. Не уничтожать же их теперь самим? Собственно работы им еще предстоит много, будут делать ночные вылазки по принципу «хочешь жрать — иди и пожри».

Еще повидался со своим пленителем архимагом Тарногаром, но пообщаться не удалось, да и он как-то на разговор настроен не был, разве что только после моего повторного пленения, но мне это совсем ни к чему. Увы, я промахнулся. Архимаг свалил раньше, чем осветительная ракета успела достичь цели и порадовать нас цветным огнем с последующим фейерверком из кусков плоти мага.

Что касается результатов атаки, то в принципе они оправдали наши ожидания. Из двенадцати тысяч в живых осталось чуть больше трех, в основном рыцарей и их дружинников. Вот что значит массированная атака вампиров! Жаль только, что такие бойцы обходятся так дорого, а то можно было бы повторить веселье. И не раз! Но — увы, чтобы прокормить такую ораву клыкастиков, нужна реально река крови!

Теперь нам противостояла армия максимум в двадцать пять тысяч человек. Все равно много. Двойной перевес в живой силе, а также в профессиональном отношении, и черт знает какой перевес в магическом плане.

Но выбора у нас, кроме как встретиться с противником в чистом поле, не было. Или мы разбираемся с ними в большом сражении, или мне придется распустить большую часть моей армии и запереться в замке. Замок, конечно, суперский, обычным штурмом его фиг возьмешь, но думаю, обозленный до предела архимаг извернется и найдет способ нас из него выкурить. Так что проблему надо постараться решить, не загоняя себя в угол.

Подходящую для сражения долину, мимо которой враг просто не пройдет — справа река, слева труднопроходимые горы, — я нашел достаточно быстро. Осталось только подготовиться.

Собственно, все приготовления сводились только к установке тяжелого вооружения. На этот раз я подтянул почти всю свою артиллерию — тридцать метательных машин, по пятнадцать баллист и катапульт.

Несмотря на то что противник превосходил нас всего лишь в два раза по числу солдат, а не в десять как в случае с орками, я нервничал на порядок сильнее. Все дело в магах. Если Олграна знала возможности своих соплеменников, их слабые и сильные стороны, и соответственно могла действовать на опережение, то вот с человеческими магами таким знанием она не обладала. Да и многовато этих магов. Но больше всего беспокоит архимаг.

Со строем тоже мудрить не стал. На первую линию выставил големов.

Дальше шли лучники, то есть практически сто процентов всего ополчения, гы-гы. На флангах по тысяче казаков на буйволах. Сзади — метательные машины. Единственное нововведение, что не было при битве с орками, — то, что големов вооружили двухдуговыми арбалетами.

— Идут… — сказала Олграна, находящаяся в легком трансе, осматривая окрестности с высоты птичьего полета.

Да, армия противника после того ночного нападения все же слилась в одну толпу, и нападать на такую ночью уже не имело смысла. Хотя вампиры продолжали пасти это человеческое стадо, как стая волков отару овец, и хватали всех, кто рискнул выбраться за пределы лагеря.

Неполноценные оборотни работали днем, перехватывая разведчиков. Так что очень скоро армия вторжения двигалась практически вслепую, но все же в верном направлении — значит, они точно знали, где находится замок. Откуда, спрашивается? Имелись на этот счет некоторые мысли, но сейчас они не имели особого значения.

И вот первые отряды стали выходить в горную долину, быстро растекаясь в стороны по ее западной части.

Я ждал, когда появятся все.

И вот наконец в долину втянулась вся эта разношерстная толпа — серые простолюдины и разрядившиеся, как клоуны, знатные воины-рыцари. Реяли стяги, шли последние приготовления. Враги чувствовали себя достаточно свободно — ведь по всем параметрам они находились вне зоны обстрела как простыми средствами, так и магией. Но окончательного построения войск противника я ждать не стал — я хотел показать им, что они в корне не правы.

— Големы, пли!

Тысяча големов слаженно, как один, я аж засмотрелся на их синхронную работу, натянули тетивы своих арбалетов, вложили по болту, взяв их из настоящей «охапки хвороста», лежащей перед ними, прицелились и спустили скобы.

Первая волна пошла в воздух. Но прежде чем она успела преодолеть половину расстояния, достигнув верхней мертвой точки, големы успели сделать еще один, не менее слитный залп, а потом еще, и еще.

Чувствовавшие себя в безопасности люди на другом конце долины оказались неприятно удивлены дальнобойностью моих деревянных стрелков. Сразу несколько сотен человек слегли на землю, прошитые тяжелыми болтами насквозь.

Началась суматоха, кто-то что-то заорал, приказывая поднять щиты, впрочем, люди и сами спешили воспользоваться единственной возможностью защититься от дождя из болтов, но это помогало слабо. Тяжелые болты с легкостью пробивали эти деревянные дощечки, если уж даже стальные рыцарские пробивало. Убойная сила, конечно же, падала, и тем, кто имел доспехи, опасаться уже было нечего, но солдат с хорошей амуницией насчитывалось крайне мало, ведь большинство защищало свое тело дешевыми кожаными доспехами, едва способными защитить от рубящего удара, да войлочными жилетками…

А болты все падали и падали, продолжая косить запаниковавших, бесцельно бегающих в разные стороны солдат, кои нигде не могли найти спасения от губительного дождя.

С опозданием вступили в дело маги, ставя щиты. Запоздание наверняка связано с тем, что они хотели в тиши и спокойствии подготовить какие-то магические пакости, но не тут-то было! Да ведь и болты не простые, а зачарованные — зря, что ли, над этой «грудой хвороста» несколько часов камлала Олграна? И поставленные наспех силовые щиты пробивались так же легко, как и бумага.

Но вот к делу защиты живой силы подключились маги посильнее, также вынужденные отвлечься от магических приготовлений, и последующие волны болтов стали сгорать или сбиваться воздушными кулаками. Процент достигших цели посланцев стал стремительно сокращаться — и вскоре упал практически до нуля.

Тысячи четыре положили, подумал я, отменяя последующие залпы. Снаряды надо беречь.

В бинокль было хорошо видно, как солдаты поднимали болты и внимательно разглядывали наконечники, а потом с разочарованием отбрасывали в сторону.

Ха! Мифрил ищите?! Будет вам мифрил! Но чуть позже…

— Баллисты и катапульты, пли!

В выявленных магов полетели дротики и камни, естественно, зачарованные.

Такие массивные объекты уже просто так было не сжечь и не отбить воздушными кулаками. Впрочем, и попаданиями похвастаться особо ни один расчет не смог. Хотя я и не рассчитывал на снайперскую стрельбу, а больше на постоянное беспокойство магов. Ну никак нельзя дать им время приготовить убийственные штучки! Если не можем противостоять им в астрале, будем бить в реале.

Камни и дротики, прошедшие сквозь щиты, зашибали простых солдат, и вскоре командующему это дело надоело, и, дождавшись пока солдаты под постоянным обстрелом примут хоть какое-то подобие строя, скомандовал атаку.

То, что нужно!

В движении маги почему-то работают на порядок хуже, чем когда они стоят на месте. Грех таким не воспользоваться, и по моему приказу големы вновь открыли частую стрельбу, опять начав косить солдат противника многими десятками за залп.

Солдаты заорали и бросились бежать… на нас. Големы как раз израсходовали заготовленные для них запас болтов, скосив еще несколько тысяч человек, когда атакующая армия неприятеля достигла зоны обстрела из простых луков.

Вот когда в небо взметается почти десять тысяч стрел, это, я вам скажу, что-то с чем-то! Мать-перемать, небо реально закрыла черная туча! Честное слово, на поле даже легла самая натуральная тень!!!

Жаль только, что результат подкачал…

Маги, чтоб им пусто было! Такую лавину загубили!!! Нет, примерно четверть потока добиралась до цели, и многие десятки падали на землю, щиты прочих превращались непонятно во что, утыканные десятками стрел, но это все было не то.

А в небо взлетали все новые и новые волны палочек с острым зачарованным жалом впереди и оперением в хвосте.

Но результат все равно оставался дохленьким, и, видя такое дело, я послал вперед големов. Уж они-то зададут сейчас жару!

— Что за черт?.. — пробормотал я, видя, как моих големов сжигают, словно они простые деревяшки без какой бы то ни было защиты.

Хорошо если половина успела добраться до противника и врубиться в толпу вражеских солдат. Но маги доказали, что свой хлеб они жуют не напрасно, и количество моих деревянных солдат быстро сокращалось.

Весь план сражения рушился на глазах. Противник объективно сильнее.

— Лития! Поднимай своих!

— Хорошо!

То, за чем пришло подавляющее большинство этих людей — наконечники из мифрила, — они все же получили, да так что умерли от полученного подарка и сейчас им предстояло ожить, чтобы его отработать.

Позади основной толпы стали подниматься зомби, но в очень небольших количествах. Все же маги хорошо поработали, сжигая и сбивая подарки, да и люди щитами прикрылись, кто-то обогатился немеряно…

Но, похоже, этого от нас ждали. Только что вставшие жмуры, еще не успев как следует развернуться, стали умирать повторно.

А потом случилась сшибка: сильно поредевшие солдаты противника, но все еще находясь в численном превосходстве, может, один к полутора, дорвались до моих полукровок, и началась сеча. И если бы только сеча… По всей линии соприкосновения блистали и грохотали срабатывающие боевые и защитные амулеты.

Олграна очень постаралась и снабдила армию и тем и другим. Но амулеты ничто по сравнению с магами. В итоге мои полукровки, неся потери, стали отступать.

Навстречу моим казакам, чтобы они не потрепали простых пехотинцев, устремилась рыцарская конница.

Четыре тысячи закованных в железо всадников против двух. Сшибка. Десятки, даже сотни человек и моих полукровок тут же оказались на земле большей частью без движения. Тех, кто оказался просто сброшен или легко ранен, затоптали копыта лошадей и быков.

Быки, кстати, не остались в схватке безучастными, как те же кони, а весьма сноровисто орудовали своими длиннющими рогами с железными и бронзовыми насадками, пронзая скакунов и переводя рыцарей в разряд пехотинцев, а потом поддевая этих пехотинцев, переводя их в разряд трупаков. В общем, там случилась жуткая свалка, в которой уже ничего не разобрать.

Я потерял всякий контроль над происходящим и мог только смотреть на это чудовищное побоище… Ни один мой приказ сейчас просто не достигнет адресата, а если и достигнет, то выполнить его будет невозможно.

— Отступаем!!! — отдал я все же один приказ, который требовался не столько для управления войском, сколько для подтверждения начавшегося процесса бегства.

Вот и вся битва… Никаких многочасовых рубок, кои так любят описывать некоторые авторы. И сам я не на белом коне… то бишь быке (собственно, бык даже не белый), не собирался скакать вперед и переламывать ход битвы личным участием, окунувшись в самую гущу. Потому как это, на мой взгляд, глупость несусветная. Ну чего умного в том, чтобы подставлять свою шкурку под залпы десятков магических плетений, что пробьют даже мою непробиваемую защиту?

Нет, битва еще не вся. А где же финальная схватка между главным героем и его антагонистом? А вот она… в двух десятках шагов заклубилась сфера портала… сейчас оттуда кто-то выскочит…

Я перевел режим винтовки на огонь файерболами, и как только из сферы появились первые фигуры, открыл массированный огонь. Причем не просто шариками, а реально как из огнемета — новая функция, сам видоизменил плетение Олграны.

Но это не помогло. Вышедшие выставили щиты, и поток огня просто обтекал их, как вода камень.

Перевел огонь на мифриловые пули. И тоже ни фига! Они замедлялись в щитах, как в желе, и падали на землю.

Вдарила Лития, но и ее магия смерти не оказала никакого влияния. Щиты, конечно, у врагов просели, но не лопнули.

Чем-то угостила Олграна, и тоже безрезультатно. Противник превосходно подготовился к схватке с нами.

А потом обрушил удар на нас.

Теперь уже нам пришлось показать все, на что способны наши щиты. Точнее, защитная магия Олграны. Я, как всегда, поспешил к ней, чтобы подпитать ее, хотя, казалось, ей это не требовалось.

Ну конечно, ее и прошлая беременность изрядно усилила, а вторая и того подавно. Но все равно в какой-то момент энергия потекла из меня, чтобы усилить щит.

Но вот натиск спал.

— Эвакуация!!! — приказал я.

И вновь облом!

— Что за черт?!

— Они прогнали духов… — сказала орчанка.

Видя такой паритет в магии, нас атаковали физически. Три десятка магов-воинов ринулись к нам. Я успел сделать еще шесть выстрелов, ранив шестерых, да Ссашшиллесса со своими двумя приемышами сделали по выстрелу из арбалетов болтами с наконечниками, содержащими подшипники, свалив еще троих, а потом пришло время мечей и прочего ручного холодного оружия.

Вот это мы попали…

И армия моя уже не отступала, а именно бежала…

Один из вампиров перешел в туман, но это ничего не дало, более того — кто-то из атаковавших чем-то кастанул, и перешедший в туман вампир вернулся в исходное состояние, причем уже будучи без сознания, и его тут же разрубили на десятки кусков.

— Каррон! — с рычанием выкрикнул единственный оставшийся из принятой Ссашшиллессой четверки вампиров.

Нас спасала только сверхскорость… и, похоже, у нападавших не было приказа прикончить нас во что бы то ни стало. Действовали они не так активно, как могли бы. Правда, в этом случае и их потери увеличились бы на порядок…

И вот добившись того, что нас связали боем по рукам и ногам, то есть физически и магически, на сцену вышел главный злодей.

— Архимаг… все никак не уймешься…

— Это невозможно… Сдавайтесь.

— Зачем? Чтобы стать рабом в золотой клетке?

— Это лучше, чем смерть.

— Для кого как…

Архимаг, пожалуй, не был расположен к долгим разговорам. Он что-то прошептал, взмахнул руками — и нас придавило… сжало со всех сторон. Каждое действие давалось с большим трудом, и казалось, чем больше сил прикладываешь, тем труднее становится.

— Не сопротивляйтесь…

— Кэррэл… — прохрипела орчанка.

И я ее понял. Пора бы уже включить мозги и вспомнить, что я рассар со странными способностями.

И как в случае с договором с демоницей, его переписыванием на себя с изменением некоторых условий, у меня произошел очередной качественный скачок. Сложно описать, что именно я сделал, если при этом сам ничего не понял, просто действовал на инстинктах, но, напрягшись, я не просто изменил плетение, я его полностью разрушил, и мы все разом получили свободу.

Жахнула магией смерти Лития, и половину бойцов архимага как корова языком слизала, на остальных на сверхскорости набросились вампиры.

Архимаг, увидев, что пахнет жареным, вновь попытался свалить, но меня разобрала такая злость, ярость, что я атаковал выбросом чистой силы, моментально сбивая все настройки телепортации.

— Врешь, не уйдешь!

А потом начал бить, бить и бить…

Архимаг отступал, держа щиты, но судя по его перекосившейся роже, в которой отражалось изумление и страх, это у него получалось все хуже и хуже.

Еще удар — и щиты архимага разлетелись в клочья.

И еще удар.

Архимаг отлетел метров на десять и грохнулся на землю без движения.

«Помнится, по первоначальному плану мы хотели взять какого-нибудь архимага в плен», — напомнило мне второе «я».

Думаешь, он жив?

«Такие сволочи так просто не дохнут! Это же закон!» — усмехнулась моя шизофрения.

Верно…

«И цепочки у нас есть подходящие, его же собственные».

И это верно.

Цепочки архимага мы действительно таскали с собой — так, на всякий случай, — и вот, похоже, пригодились.

— Пеленаем его и сваливаем! — сказал я.

Архимага мы быстро опутали цепями, всеми, что имелись в наличии, для большей надежности.

Тут вдруг Лития улыбнулась и сказала:

— В бегстве уже нет надобности…

— О чем это ты?! — удивился я. — Нас сейчас сметут!

Противник подошел вплотную.

Вместо ответа Лития указала посохом в небо, точнее, куда-то в сторону вершины одной из сопок на востоке.

Я с остальными посмотрел туда — и тут из-за вершины показалась огромная фигура птицы… да какой к черту птицы! Это летела Волга!!!

Костяная драконша подошла над лесом на бреющем полете и дыхнула. Долину разрезала на две части полоса смерти, разделяя две армии.

«Ну надо же, как в самом хреновом боевике, в самый последний момент прилетает кавалерия и спасает безнадежное положение», — съязвило мое второе «я».

Лично я этому рад!

Разворот — и новый проход…

Бегство моей армии при подходе такой поддержки прекратилось (кому принадлежит это костяное чудовище, они прекрасно знали), и тех солдат противника, что увязались за полукровками вплотную, быстро порубили.

Настал черед бегства армии ордена.

Костяную драконшу, конечно же, атаковали маги, но она сделала еще три прохода, после чего ее отозвала Лития, пояснив:

— Ее защита и мана для атак на исходе…

Я понимающе кивнул.

— Она сделала достаточно.

Противник действительно оказался полностью дезориентирован и продолжал драпать.

Эпилог

Кирилл. Попаданец, почивающий на лаврах победителя и производителя

Потери я в этой битве понес очень большие — по сути, я потерял половину армии, около пяти тысяч ополченцев и около тысячи казаков. То, что от почти сорокатысячной армии вторжения ушло меньше десяти тысяч, меня ничуть не радовало, как и то, что весьма и весьма немногие из этого числа вернутся домой через болота: лучники и оборотни продолжат их драть.

Хотя для аборигенов подобный уровень потерь не являлся чем-то запредельным. Полукровки искренне радовались победе, особенно учитывая то, сколько всякого хабара удалось взять, даже не подозревая, что она вышла совершенно случайной, для них появление Волги именно в тот момент, в какой она появилась, — моя задумка. Типа все прошло по плану, и господин, то бишь я, великий полководец, и за мной как за каменной стеной.

Наивные…

Ну да хорошо то, что хорошо кончается. Это главное.

А еще хорошо то, что у меня наконец появилось время вплотную заняться своим не то графством, не то уже герцогством. Пора наконец действовать как настоящий обыкновенный попаданец и начинать развивать всяческие ремесла и внедрять технические новшества.

Начну, пожалуй, с бумаги… туалетной. Мне она особо не нужна, но думаю, спрос будет, особенно в королевствах людей. Подтираются люди кто чем. Ну и писчую бумагу, конечно же, делать станем. Ее много потребуется. Бюрократия держится на строгой отчетности.

Вторым пунктом идет, понятное дело, стекло.

Ну и, как водится, внедрю виноделие в том смысле, что сделаю перегонный куб и буду гнать коньяки. Не оставлю вниманием мыловарение и еще по мелочи, что только смогу вспомнить и почерпнуть из книг…

Напрягает только то, что люди меня, а точнее, мое владение вряд ли оставят в покое даже после учиненного разгрома армии ордена. Но время есть, как минимум сезон дождей, а за этот период я добуду столько мифрила, что хоть всех своих солдат смогу в мифриловые доспехи облачить. Ну и самих солдат, конечно, надо подтянуть в профессиональном плане.

В этом смысле я, пожалуй, сформирую пару профессиональных легионов. Любым делом должны заниматься профессионалы, в том числе защищать свою новую родину. От ополчения отказываться не стану, но они будут выполнять вспомогательную роль.

Еще больше меня напрягал Неназываемый, что наверняка продолжит охоту лично за мной, а стало быть, и все, кто меня окружает, подвергнутся опасности. Но сидеть и ждать, пока он меня поймает? Глупо. Как говорится, лучшая оборона — это нападение. Надо как-то мне самому его найти, пока он не оправился от нанесенных мною ран, и добить гада. И поможет мне в этом мой пленник.

«Реализовался первоначальный план по захвату местного архимага», — хмыкнуло мое второе «я».

Да уж, и смех, и грех…

Архимага я разместил со всем комфортом в комнате, где в свое время томилась Лития, естественно, заковав в цепи: пусть прочувствует, что я чувствовал, разве что суккуба ему вызывать не буду. Но общение с ним пока особо не складывалось — гордый, но пусть посидит, промаринуется в собственном соку — и запоет.

Да и не до него мне сейчас — спутницы рожают!

Да-да, все разом!!!

Вот сидели они все в зале, занимались кто чем, и вдруг у всех как по команде начались схватки! Такой переполох начался!

Первой разродилась Зеленоглазка, уже второй раз принеся три малыша, по моей программе снижения рождаемости… а то по восемь детишек — это как-то явно перебор. Если первый раз родились две девочки (квартеронк) и мальчик (половинчатый полукровка), то сейчас два мальчика (квартероны) и девочка серединка на половинку.

Вторым номером пошла Мягкая Лапа. Оказывается, срок беременности у оборотней значительно меньше, чем у людей, хоть и побольше, чем у гоблинов. Она принесла двух девочек и двоих мальчиков. Чистые оборотни.

Третьей пошла орчанка. Она, как и Зеленоглазка, принесла тройню, в том же составе и в той же пропорции смешении крови.

Четвертой родила Ссашшиллесса. Мальчик-вампиреныш. Уже с клыками!!!

Последней рожала Лития. С ее ребенком было больше всего пересудов. Кто родится? Обычный карапуз или… или кто-что? Но все страхи оказались напрасны, и родилась обычная девочка.

«Во сне был мальчик», — отметило мое второе «я».

Будет еще мальчик, какие наши годы…

— Вы что, сговорились, что ли?! — приглушенно, чтобы не испугать детей, вскричал я, когда все роженицы пришли в себя и, оправившись от родов, собрались все вместе во второй малой зале, которую переоборудовали как раз для таких вот посиделок с детьми.

— Есть немного, — улыбнулась вампиресса, кормя своего смесью молока и крови — моей крови.

Вдруг заклубилась знакомая сфера портала, и в зале появилась демонесса. Причем не одна, а с двумя свертками в руках.

— Всем привет, — поздоровалась она. — А вот и я! Не ждали? Как видно, нет… А я смотрю — удачно зашла! — сказала, оглянувшись и узрев моих подруг со своими новорожденными.

— Это ты сейчас о чем? — заподозрил я неладное, косясь на свертки.

— Об этом!

Суккуб протянула мне один сверток, который оказался… в котором оказался… ребенок! Настоящий чертенок!!! Рожки… хвостик (точнее, даже два — в смысле, мальчик)… разве что копытцев нет. Натуральный тифлинг.

— И ты?!

— И я. А чем я, собственно, хуже?

— Но ты-то как успела?! — поразился я.

— Да были у меня дела в одном плане, где время течет несколько быстрее, чем здесь, вот и выносить успела.

— А сюда чего их принесла? — не унимался я.

— Папаше показать! — засмеялась Хайллейса. — И потом, они не демоны — тифлинги, и на демонском плане им, по-хорошему, делать нечего, мой статус еще недостаточно высок, чтобы обеспечить безопасность полукровкам, — хочу у тебя оставить, буду к ним регулярно наведываться и кормить. Или прогонишь?

Остальные подруги с обостренным материнским инстинктом посмотрели на меня так, что даже если бы я и хотел от них избавиться (особенно в свете проблем, что они доставили мне во сне), то все равно не смог бы.

— Нет, конечно… Назвать уже успела?

— Нет. Имена дает отец.

— Второй ребенок — девочка?

Демонесса кивнула.

— Так я и думал… — вздохнул я тяжко. — Что ж, будет Хан и Хайнессара.

— Мне нравится. Да будет так.

Суккуб сдала мне девочку.

— Ну, пока, а у меня еще дела, — сказала демонесса и, помахав рукой, исчезла, оставив меня полностью огорошенным.

Вот так и сидели мы с детьми на руках, переглядываясь между собой.

Но ничего, жизнь продолжается…

III. РАССАР

Пролог

Кирилл. Попаданец обыкновенный

Меня зовут Кирилл. Кирилл Мясищев. Я — попаданец, самый что ни на есть обыкновенный. Как подтверждение, я уже барон. Барон Гаремский. Да, собственно, какой к черту барон?! Берите выше! Как минимум граф, а то и вовсе герцог. Еще немного — и вовсе стану королем!

А еще я рассар — это мой попаданческий рояль. Но об этом чуть позже…

Все-таки правду говорят, что как корабль назовешь, так он и поплывет. Вот дернул меня черт обозвать свой замок, а заодно и владение, Гаремом — так оно и пошло-поехало…

Правда, первые жительницы замка в лице гоблинки Галлогалы-Зеленоглазки, орчанки-шаманки Олграны и вампирессы-королевы Ссашшиллессы появились до того, как я выкинул фортель с названием. Собственно, их наличие аж в трех экземплярах и подвигло меня на такой изврат с наименованием.

Но по порядку и чуть подробнее.

Гоблинку Галлогалу, чаще зову ее Зеленоглазкой, я спас в лесу от стаи волков, и она отказалась покидать меня. Правда, идти ей было некуда, кроме как только со мной, поскольку стала отверженной, из-за того что бросила вызов матриарху своего племени, но проиграла. Она зовет меня Кирриэлом.

Орчанку-шаманку по имени Олграна я тоже спас, но уже совершенно случайно. Вообще-то, обнаружив какой-то странный ритуал на дне кратера, именуемого орками Чашей, я хотел сделать ноги, но отпускать меня шаманы на свою голову не захотели. Пришлось их всех завалить из своей винтовки. Орчанка зовет меня Кэррэлом.

Кстати, насчет винтовки. Это мощное пневматическое оружие калибра девять миллиметров. Позже Олграна «прокачала» мне винтовку, так что она стала стрелять ледяными иглами и огненными файерболами.

Шаманка привела меня в замок некроманта, решив этого некроманта по примеру лисички выгнать, как зайчишку из теремка. Некромант, правда, напал первым, когда мы того совсем не ждали, и пришел бы к нам северный пушной зверек, тем более что орчанка и гоблинка схлестнулись в решающую минуту между собой, но у меня оказался дополнительный аргумент в схватке в виде ракетницы. Ну, я засадил в некроманта ракетой — тот и вспыхнул бенгальским огнем из-за того, что в конструкции ракеты есть алюминий, он же мифрил…

В общем, прибрали мы к рукам этот замок, как то орчанка изначально и планировала, пусть и несколько иным способом. А в нем томилась вампиресса по имени Ссашшиллесса, королева гнезда без собственно гнезда, она зовет меня Ксиррелом. Ее я тоже освободил, предварительно получив гарантии, что она меня не обратит. Нет у меня ни малейшего желания пить чью-то кровь и как простому обращенному обгорать на солнышке до обугленной головешки, знаете ли… А вот ей моя кровушка очень даже нравится. Ее с моей крови реально плющит, так что злоупотреблять не стоит.

А как иначе, если я рассар! А рассар — это что-то вроде прапорщика. То ли переделанный обычный человек, то ли недоделанный маг. В общем, ману я вырабатываю, как атомная станция электричество, просто в диких количествах, а вот сам воспользоваться ею для создания заклинаний не могу, — а все из-за «открытой» ауры. Не держится во мне эта мана, «фоню» ею как радиоактивные отходы от этой самой атомной станции. В лучшем случае могу бросаться сырой силой.

Собственно, и Олграна со мной стала жить именно из-за того, что я рассар и, занимаясь с ней этим самым, мог прокачать ее Дар, значительно его усилив. Вообще если смотреть в корень, то я ее пленник, сидящий в золотой клетке.

Хотя если бы не она, все могло оказаться намного хуже. Как оно чуть позже и вышло…

Только гоблинке от меня ничего не требуется.

И стали мы жить-поживать да добра наживать. Ну и детишек заодно… особенно старалась гоблинка, принося по восемь отпрысков за один раз, каждые четыре месяца! Очуметь можно!!! Впрочем, чуть позже снизили ее производительность до трех детишек, и я пытаюсь потихоньку увеличить разрыв по срокам, скажем, до полугода.

Но надо признать, что рассарство оказалось не столь уж и бесполезным роялем. Сам не заметив как, я изменился. Для начала получил гоблинскую систему выделения твердых отходов. Очень уж я завидовал гоблинке, коей туалетная бумага совсем не требовалась. А как не завидовать, если подтирочный материал кончился, а заменить его практически нечем? Вот и перестроился мой организм в одном месте по типу гоблинского…

От орчанки получил силу с соответствующим объемом мышц. Ну и еще одну мышцу прокачал, коей орки славятся… на радость самой орчанке, да и остальным тоже, хы-хы…

От вампирессы досталась сверхскорость.

Меняясь сам, менял и своих подруг под свой вкус. Особенно досталось Зеленоглазке. Она из довольно звероватого вида существа стала ну очень миленькой. Орчанка тоже похорошела, помягчела, что ли. А вампирессу изменять — только портить, потому осталась как есть.

Ну вот, а поскольку их трое, то я больше в шутку назвал замок Гаремом. А как сказано чуть выше, как корабль назовешь…

В поиске потайного хода из замка — вдруг ноги придется из него срочно делать, тем более что на нас уже один раз орки малой ордой ходили, еле от них отбились, — я нашел тайную комнату, а в ней обнаружил еще одну пленницу покойного некроманта. Ею оказалась девушка-лич. Полумертвец. Я от нее чуть по кумполу не получил, но спасли амулеты Олграны, а также сверхскорость от вампирессы.

Девушку зовут Лития, а она меня называет Киррилом.

Увы, еще никто из живых не произнес мое имя правильно… Только големы, коих я, как какой-то Урфин Джюс, понаделал взамен живых солдат, которых мне взять негде было, почему-то не коверкали.

Девушка-лич тоже осталась в замке. Идти ей в таком состоянии некуда, а если бы и имелось такое место, то все равно не ушла. Ведь в моей ауре она стала чувствовать то, чего была лишена почти тридцать лет, что провела в заточении. А употребив мою кровь, и вовсе оживала на некоторое время, так что начинало биться сердце и восстанавливались прочие функции организма… Правда, ожила она уже после того, как мы, хм-м… в общем, в каком-то смысле меня можно считать некрофилом. Но ведь она не полноценный труп, ведь так?!

И сидеть бы мне в окружении прекрасного пола в собственном замке, тем более что и от повторного набега орков отбились, и земли мои стали заселяться подданными, но замучила меня хандра, что провел я в этом мире уже год, а к поиску пути домой не приблизился ни на шаг. И я сделал этот шаг.

Уж лучше бы не делал… и сидел бы дальше тише воды, ниже травы, и не отсвечивал ни в прямом, ни в переносном смысле. Но — увы, увы.

Архимаг, с которым я решил поговорить по поводу путешествия по мирам, несмотря на всю мою маскировку, все же догадался, что я рассар, и, не удержавшись (беззащитный рассар для мага — все равно что бесплатная доза для наркомана, страдающего от ломки), взял меня в плен.

И стал качать из меня ману… к счастью, не самолично, а воспользовался посредником, призвав демонессу-суккуба по имени Хайллейса. Она зовет меня Кийррейлом. И быть бы мне ею затр… заезженным до смерти, но меня спасли мои подруги, почувствовав, что со мной что-то произошло, а я, воспользовавшись своим рассарским даром менять существующие плетения, «переписал» договор между архимагом и демонессой на себя.

Кстати, она, как и все остальные, что имели со мной… дело, не избежала залета.

Пока бегали от архимага, познакомились с оборотнями. Ну и как результат — заключили договор о взаимопомощи. Они помогают как разведка, а я исправляю новорожденных уродцев, тем более что опыт есть. В нагрузку мне дали оборотниху — дескать, традиция такая, — чьего сына я как раз и вылечил. Ее зовут Мягкая Лапа, а она меня зовет Кхеррэллом.

Что касается плюшек, «бонусов», какие я в свое время получил от связи с гоблинкой, орчанкой и вампирессой, то явный результат есть только от суккуба — демоническая сила. Что прилетело мне от лича и оборотницы, до сих пор не в курсе. Да и чего с них можно получить? От оборотнихи разве что повышенной волосатости… Шутка. Наверное, сам смогу оборачиваться в волка… но пока не пробовал, да и пробовать, честно говоря, желанием не горю.

Чего ждать от лича, даже не подозреваю… Но что-то наверняка перепадет.

На этом, собственно, все.

Боюсь, что только пока… Ведь истины с названием корабля еще никто не отменял.

Переименовать мне свой замок, что ли?

Да, еще один штамп вылез…

Во время всей этой беготни по королевствам, Вольным баронствам и болотам выяснилось, что мне, как самому настоящему попаданцу, нужно спасать мир от главгада (ну какой попаданец обходится без сильного персонального врага, обязательно жаждущего подмять под себя весь мир, утопив его в крови?), тем более что я не знаю, как из этого мира свалить и можно ли это сделать в принципе. Да и с желанием как-то уже не все ясно…

От кого спасать? Да столкнулся я с одним типом, что Неназываемым зовется. Пересеклись с ним пару раз, настучали по тыковке друг другу, но разошлись краями. Даже армию свободных рыцарей и прочего отребья он на меня натравил, но кое-как отбились, слава богам…

Однако он мною очень плотно заинтересовался… Да не в этом смысле! Я ведь рассар, как-никак, а ему для чего-то, подозреваю, для поддержания жизни и обретения истинного могущества с последующим захватом власти над всем миром нужно море энергии, что я как раз вырабатываю.

Так что столкновение с ним просто неизбежно, и это дико напрягает…

Глава 1

Кирилл, барон Гаремский. Скорее даже граф, а то и вовсе герцог…

Пришла осень, от нее никуда не деться — как ни крути, кругооборот природы, но в этот раз я искренне радовался наступившему хмурому сезону дождей (второму для меня в этом мире), этим низким тучам и противной мороси или ливневых дождей, заставляющих все живое прятаться под крышей.

Во-первых, в сезон дождей ко мне никто не припрется, в том смысле чтобы мечами позвенеть да магическими заклятиями покидаться. А во-вторых, и это самое главное, небеса закрыли тяжелые тучи.

Ведь тучи — это дожди, дожди — это грозы, грозы — это молнии, а молнии — это мифрил, а мифрил — это мифрил, стратегический материал широкого спектра магического применения. Дорогой к тому же.

Вот и сейчас Олграна, сидя на соседней горке, камлает, стягивая со всей округи тучи поплотнее, увеличивая электрический потенциал, и вызывает молнии, что сопровождается оглушающими ударами грома. Но от этого никуда не деться — издержки производства.

А меня что-то опять придавила хандра. Даже к детям не пошел — наплодили мне их подруги, особенно Зеленоглазка старалась… хотя я не прочь повозиться с ними. Но с таким настроением я им не радость принесу, а уныние. Они меня хорошо чувствуют — я ведь рассар, аура нараспашку, мне радостно — и у остальных хорошее настроение, мне плохо — и остальные впадают в тоску.

Ба-бах! Раздался очередной раскат грома.

И стук в дверь.

— Кирриэл…

В кабинет зашла Зеленоглазка. Приобняла меня сзади, после чего, обойдя, устроилась на моих коленях.

— Что с тобой? Обычно когда шаманит Олграна, ты играешь с детьми…

— Извини, сегодня что-то не в настроении.

— Что-то случилось?

— Да как тебе сказать… в частности — ничего, а в целом…

— Расскажи, что тебя гнетет, Кирриэл, может, вместе мы найдем решение проблемы… — попросила меня моя зеленушка.

— Да нечего рассказывать, Зеленоглазка, — я поцеловал гоблинку в нос. — Это меня депрессия опять прихватила. Я тут уже два года и за это время успел встрять в два крупных сражения, одно мелкое — и поучаствовать в куче драк. И в каждом меня могли прибить. Все бы ничего, но, как правило, лимит удачи ограничен, а ничем, кроме как удачей, тот факт, что я после всех этих перипетий остался жив, я объяснить не могу. Все бы ничего, но в будущем вряд ли будет так же. Я более чем уверен, что нам предстоит как минимум еще одна битва с людьми, и на этот раз придут регулярные армии и настоящие боевые маги, а не то отребье, что сунулось к нам пару месяцев назад. Это вторжение можно расценивать как разведку боем… И то чуть не проиграли: если бы не костяная драконша Литии, прилетевшая в последний момент, — то все… Для меня это тревожный звоночек. Лимит везения начинает исчерпываться, скоро наступит черная полоса, и не стоит испытывать судьбу. А тут еще Неназываемый наверняка отметится. Я ему нужен, очень нужен.

Зеленоглазка меня крепко обняла, полностью осознавая тяжесть нашего положения.

— Все будет хорошо…

— Как говорится, на богов надейся, а сам не плошай. Вот я и сижу, пытаюсь придумать какую-нибудь вундервафлю, что обеспечит нам превосходство над противником. Но что-то ничего в голову не приходит…

Ба-бах!!!

Зеленоглазка вздрогнула всем телом в моих объятиях от очередного раската грома и, поджав уши, приникла ко мне еще сильнее.

— Я вообще удивляюсь, как что-то может прийти в голову под такими ударами! — сказала она. — Наоборот, все выбивает напрочь!

Я только засмеялся.

— Почему ты не хочешь защитить кабинет пологом тишины?!

— Мне не надо. Я не гном, чтобы грома бояться!

— И все же я верю, что все будет хорошо, — продолжила гоблинка. — Ведь с архимагом ты разобрался…

— Разобраться-то я с ним разобрался, только это победа из серии «сначала находим себе проблему, а потом героически ее преодолеваем».

Гоблинка прыснула смехом.

— Если бы сам не обратился к нему, и разбираться бы не пришлось. А теперь голову ломаю, что мне с ним делать…

Архимаг Тарногар все это время томился в тайной комнате моего замка, где в свое время провела тридцать лет Лития, и я действительно не представлял, как его использовать в… хозяйстве. Ведь стоит его только освободить от цепей, как он тут же попробует нанести удар. Можно, конечно, подстраховаться, нацелив на него винтовку, заряженную мифриловыми пулями, навести арбалеты с болтами с хладным железом, но все равно это враг, и плодотворное сотрудничество с таким человеком вряд ли получится.

Да и не знаю я уже тем для сотрудничества.

Возвращение домой? Чтобы он настроил портальный камень? Так этот камень еще где-то надо найти. Известные порталы не подойдут, они все под контролем, а мне лишние глаза ни к чему. А потом, разве можно довериться врагу в таком вопросе?! Это же каким надо быть наивным, или лучше сказать, идиотом! Как пить дать засандалит меня куда-нибудь к демонам… в прямом смысле этого слова.

Кроме того, откровенно говоря, домой как-то уже и не тянуло… Вроде как и тут хорошо, и может стать еще лучше. Все зависит от меня. А дома… Случаются, конечно, острые приступы желания возврата на Землю, но потом проходят.

Что касается архимага, то с ним рано или поздно придется что-то решать. И лучше рано, чем поздно. Держать мага такой силы, пусть и скованного антимагическими цепями, у себя под боком — не дело. Это все равно что крокодил на поводке. Равно или поздно может случиться неприятность.

— Может, его Олгране или Литии отдать на изъятие души? — предложила Зеленоглазка, любительница простых решений, по принципу: нет разумного — нет проблемы. Святая, дикарская простота.

— Я уже думал об этом, — усмехнулся я. — Олграна с ним вряд ли сможет совладать, у нее еще опыта мало. Что касается посоха Литии, то тут тоже не все так просто. Тарногар вполне может вырваться. Слишком он силен. А вырвавшись… даже думать об этом не хочу.

— Тогда пусть его обратит вампирша.

— Ну, это вообще не вариант. Обращенный получится просто невероятной силы, как бы не сильнее самой королевы! Его не сдержат никакие подчиняющие заклятия.

— Тогда просто убить.

— Грех разбрасываться таким ценным ресурсом. Жаба давит. Но на крайний случай, если ничего не придумаем, так и поступим.

— Ну, вроде закончила, — сказала Зеленоглазка, прислушавшись.

И правда, гром давно прекратился.

И вновь, как в прошлом году, весь получаемый продукт шел на внутреннее потребление, а точнее, все шло на «оборонку». Из мифрила делались мощные боевые, защитные и целебные амулеты для армии. Усиливалась пробивная способность ручного оружия, клепались тысячи наконечников…

В общем, весь получаемый мифрил немедленно шел в дело, никаких запасов стратегического назначения создать не получалось. Жалко только, что Олграна быстро выдыхалась с его производством: вызывать молнии — для нее задача непростая. Она хоть изрядно прокачала свою силу, но все равно еще оставалась далека от совершенства. Хотя говорят, что нет предела совершенству… так что мне приходилось стараться, но оно того стоило!

Плакаться дальше в жилетку Зеленоглазки я не стал. В конце концов, я не баба… А то мог бы ей сказать, что как и любой вменяемый и, прямо скажем, несколько трусоватый человек (ну не герой я, совсем не герой, грудью на амбразуру точно не попру, все в обход, в обход…), я очень дорожу собственной шкуркой, она мне дорога как память, если хотите, и рисковать ею лишний раз никак не тянет.

Ну никак мне не улыбается заполучить в свою тушку зачарованный болт или мощное боевое плетение. Бронька у меня, конечно, знатная, из шкур проклятых гончих из Проклятых же земель сделанная, а их шкура покрепче металла, к тому же обладает естественными защитными от магии свойствами от магии. Плюс ее зачарованным на защиту мифриловым украшательством усилили, превратив доспех в очень надежную защиту для тела на поле боя. Но все равно мне этого казалось мало. Как-то неуютно было стоять на поле боя, даже в своей супер-пупер навороченной броньке… голым себя ощущал. Как вспомню, так дрожь пробивает.

По-хорошему, чтобы чувствовать себя в относительной безопасности, мне требовался танк. Танк с такой толстенной броней и таким же калибром пушки с бесконечным боезарядом. И стоило мне только подумать о такой защите боевого назначения, как меня осенило. Ну конечно же, а почему бы, собственно, и не сделать?!

Правда, через минуту более детального разбора идеи от колесно-гусеничной машины я очень быстро отказался. Магия магией, но требовался какой-то движок, и помощнее. Можно, конечно, поставить магический паровик, всего-то и надо что котел установить, привязать к нему с запиткой от меня или накопителей элементалей воды для поставки соответственно воды из атмосферы или ближайших источников, что попадутся на пути, и элементаля огня для испарения этой воды в котле с передачей рабочего пара на механизм.

Двигун сделать вполне реально. У меня есть отличный кузнец — гномий квартерон Гонглир, самородный инженер, ему только подай идею, опиши, что хочешь получить, подскажи — и в итоге он все сам сообразит и сделает, как переделал замковые подъемники.

Но все же, по моему мнению, механизм получится слишком сложным и ненадежным, несмотря на укрепляющую магию (если поломается во время боевых действий, ремонтировать будет некогда и придется бросать технику на поругание врагу).

Можно, конечно, сделать через педальный привод — механики проще не бывает! Посадим в двигательный отсек дюжину големов — и вперед на врагов, с ветерком и с песней! Опять же в случае чего, из них получится отличный десант. Правда, износ коленных суставов выйдет запредельным, но это как раз быстрорешаемая проблема.

Нет, все это, конечно, глупость. Сама по себе колесная техника — чистой воды туфта. Хороших дорог в моем баронстве-графстве-герцогстве никогда не было и неизвестно когда появятся, а значит, колесная техника просто нигде не пройдет. Так что вариант с танком крайне неэффективен.

Я уже было приуныл, осознавая, что такая шикарная идея накрылась медным тазом, как меня повторно торкнуло.

Ну конечно же! Вчера только просматривал библиотеку на ноуте, выбирая, что бы такое почитать детишкам на ночь, — и наткнулся на книги из серии «Баттлтех», это про шагающих роботов, если кто не в курсе.

Я даже поразился тому, как я сразу о такой просто невероятно очевидной возможности не подумал. А ведь должен был! Тем более что в папке картинок обоев для рабочего стола у меня есть несколько рисунков этих шагающих машин! Недавно же просматривал!!!

В конце концов, у меня на вооружении стоят деревянные големы! Всего-то и стоило подумать об увеличении размера такого голема!!!

Но голем в чистом виде такого огромного размера мне не требовался. Он будет также неэффективным, даже если в него внедрить душу сильного мага, им стандартные тела вполне подойдут. А мне требовалась защита в бою для всей моей драгоценной рассарской тушки! А значит, в корпусе-туловище требовалась кабина.

Я схватил лист из стопки и принялся быстро рисовать.

Пара слов о бумаге. Листик этот — из первых партий. Пока далек от совершенства, толстый, серый, ломкий, так что складывать их пополам не рекомендуется, а то получится два листика… но это уже результат! Сейчас доводим до ума технологию — и можно выходить на рынок.

— Что это ты рисуешь? — спросила Зеленоглазка, все еще восседающая у меня на коленях. — Новый вид голема?

— Что-то вроде того…

— А чем старые плохи?

— Это не совсем голем, это такой… големный доспех для меня.

С энергией на запитку и передвижение такого огромного монстра, а я планировал построить голема-шагающего робота, под четыре метра высотой, а это очень немаленькая масса, учитывая, что основу придется делать из железного дерева: оно само по себе совсем не легкое. Все подвижные части должны быть откованы из лучшего железа, ну и все это обито алюминием-мифрилом. Его, конечно же, зачаруют на защиту.

В такой броне меня даже бог войны не сразу свалит, не то что архимаг или даже сотня этих магов!!! Растопчу и пошинкую на кусочки, как докторскую колбасу!

Конечно, сделать робота целиком из мифрила было бы куда лучше, но — увы, производительность оставляла желать лучшего. Олграна и так выматывается практически до предела, вызывая молнии, — ведь чтобы получить мифрил из глины, помимо кислоты, нужно много электричества. Для начала хотя бы такой деревянно-алюминиевый вариант построить, а в будущем — кто знает, может, сделаю из чистого мифрила.

В таком доспехе я реально должен стать непобедимым на поле боя, тем более что вооружение будет запитано как от меня — генератора маны, — так и от мифриловых же накопителей.

Я немного отвлекся и посмотрел на Зеленоглазку.

— Пожалуй, стоит сделать его двухместным. Хотя бы просто на всякий случай. А как вариант, второй пилот может взять на себя часть вооружения, а то я сам вряд ли за всем смогу уследить.

Я быстро внес поправки в конструкцию.

— На крайний случай просто прокачу тебя…

Кататься гоблинка любила, а потому заинтересовалась рисунком всерьез.

— А как же он двигаться будет? Он ведь большой и тяжелый получится… А ты сам вряд ли сможешь его сдвинуть…

— Я и не собираюсь этого делать. Подселим в него душу, завяжем ее на меня — и эта душа станет своеобразным искусственным интеллектом, считывая мои желания, будет двигать моего голема.

— Здорово! — воскликнула Зеленоглазка, уже знакомая с понятием ИИ из книг.

— А если что, так и самостоятельно может работать, как обычный голем. Надо только поинтересоваться у Олграны, реально это или нет… Ну вот, что-то такое должно получиться, — отстранился я от листка с чертежом. — Пойдем, надо навестить кузнеца и раздать пару указаний!

Зеленоглазка весело соскочила с моих ног, радостно воскликнув:

— Я же говорила, что ты обязательно что-нибудь придумаешь!

— Спасибо, — я еще раз поцеловал гоблинку, и мы пошли вниз.

В общем, недолго думая, я послал рабочих найти и свалить достаточно большое и толстое железное дерево. Я хотел сделать торс из цельного бревна. Так оно надежнее получится. Ну а если не найдут, то придется обойтись сборной конструкцией. Тоже ничего выйдет…

И еще надо, начиная с сегодняшнего дня, грести весь получаемый мифрил под себя, теперь основным его потребителем должен стать я, точнее, мой ШаР, то бишь шагающий робот. И хоть производительность удалось повысить до трех килограммов с тонны глины, этого все равно выходило катастрофически мало, учитывая, что я задумал сделать из этого металла.

На подходе к кузнице меня немного напряг кружащий прямо над головой личный питомец Олграны — молодой орел. Как-то сразу вспомнился случай первой тренировки езды на лошадях, что проводила со мной Ссашшиллесса, и чем это все закончилось. Там тоже птичка присутствовала… Ох, не к добру!

И стоило только об этом подумать, как за спиной громко хлопнуло, так что я замер на месте. Не обделался я исключительно потому, что внутренне подготовился к чему-то такому. А вот Зеленоглазку предупредить о возможной пакости со стороны шаманки не успел, потому она с криком подскочила.

— Что, испугались, мелкая?! — жизнерадостно воскликнула появившаяся из ниоткуда орчанка и засмеялась.

— Я убью тебя, если ты еще раз так сделаешь! — набросилась на шаманку Зеленоглазка.

Орчанка легко и со смехом отбивалась от полутораметровой гоблинки.

— Телепортация? — спросил я в общем-то очевидную вещь.

Что это еще может быть? Разве что просто какая-то шутка…

Я вспомнил первый случай, когда столкнулся с телепортацией. Орочий шаман так переместился со дна Чаши, где, кстати, хотели вынуть душу Олграны и заточить ее в бубен, что она сейчас держит в руках, наверх, мне за спину и соответственно прихлопнуть меня как муху, но не на того напал… Но тогда это произошло беззвучно. Или, что вернее, это она специально так сделала, чтобы появиться с большим эффектом и напугать заодно. Не зря ведь за спиной появилась, высматривая нужную точку телепортации через своего орленка.

— Она самая! Отстань от меня, мелкая!.. А то уши оборву!

Я обхватил за плечи совсем разошедшуюся Зеленоглазку и оттащил ее от орчанки. В моих объятиях она наконец успокоилась, только поджав губы, и, тяжело дыша, злобно, что твой буйвол, стреляла глазами в шаманку.

— Поздравляю с успехом.

— Спасибо, Кэррэл! Мне это действительно далось непросто.

Телепортация… Заманчивое средство перемещения, однако!

— Кстати, какова эффективность? — поинтересовался я с прицелом на использование.

— Да не ахти, — тут же погрустнела шаманка. — Метров сто максимум… И энергии телепортационное заклятие жрет немеряно. Но это пока!

Значит, можно рассчитывать только на эвакуацию, и то не слишком далеко, понял я возможности орчанки.

Но тут я вспомнил о своем новом проекте. Эвакуировать ШаР с помощью элементаля воздуха, думаю, будет ой, как затруднительно! Это же какой ему парашют придется сшить, да и самого элементали по силе вызвать! А эти нематериальные ребята весьма капризны, и чем они сильнее, тем капризнее и дороже обходятся… Так что телепортация — весьма неплохой выход из положения.

— Олграна, а телепортироваться можешь только ты сама или…

— Могу и еще кого-нибудь прихватить. Но сам понимаешь, чем больше груз, тем меньше расстояние перемещения.

— Это понятно. А можешь сделать телепортационный амулет?

— Телепортационный амулет?! — изрядно изумилась Олграна.

Но изумление быстро прошло, и она погрузилась в задумчивость, обдумывая мою неожиданную мысль на предмет реализации.

— Ты знаешь, Кэррэл, думаю, это реально… Мне, конечно, придется хорошенько поработать, чтобы все действовало как надо… Но даже по грубым прикидкам сам амулет получится ну очень большим и очень энергоемким…

Я только улыбнулся.

— Ну да, — кивнула она, тоже усмехнувшись. — Про энергоемкость можно забыть. Мифрил плюс ты, как рассар… Но все равно размерчик получится внушительным у такого амулета. Замучаешься его с собой таскать. Разве что реально щит из него сделать? Но нет, малейшее физическое повреждение, и… неизвестно что случится, хорошо если ничего не произойдет.

— Какой размер?

— Да с большой поднос, что у нас в зале на столе стоит! Не меньше!

Я вспомнил размер большого серебряного подноса. Да уж, это действительно настоящий древнегреческий щит гоплита, тарелка около метра в диаметре.

— Делай.

— Что?!

— Делай, — повторил я с улыбкой. — Рассчитывай на массу телепортируемого объекта… ну, давай возьмем с запасом… три тонны.

— Три тонны?! — ошалела шаманка. — О духи! Но зачем?! Ты хоть представляешь, каким получится амулет?! Что ты задумал, Кэррэл?!

— Увидишь!

А Зеленоглазка показала орчанке язык. Она-то знает, зачем мне амулет с такими характеристиками.

— Кэррэл!

Но мы с Зеленоглазкой только усмехнулись и пошли дальше. Это будет нашей маленькой местью за появление за спиной!

— Ну, Кэррэл!

— Вечером сразу всем расскажу! — сжалился я над ней.

Поняв, что большего от меня не добьется, Олграна пошла по своим делам.

И даже если обидится, в чем я сомневаюсь, все-таки она не дура, а весьма умная женщина, и прекрасно поняла нашу месть за свою выходку, то мне ничего не грозит. В том числе самое страшное женское наказание всех времен и народов — отлучение от тела — ко мне неприменимо. Ей это больше нужно, чем мне!

У меня этих «тел» еще вон скока! Целый гарем. Зеленоглазка та же с удовольствием в любой момент займет место орчанки.

Хорошо я устроился, да?

Вот и я так думаю. Устаю только очень…

Мне не помешала бы эльфийская выносливость. Ну, или на худой конец гномская. Только без самих эльфиек и гномих, а то я даже с такой стальной выносливостью ноги протяну!

Гонглира нашел на его рабочем месте, то есть в кузнице, где он с сыном колдовал над очередным шедевром. Пояснив ему на пальцах и в рисунках, что я хочу получить, оставил его в глубоком офигении прорабатывать свой очередной заказ — когда от шока отойдет, естественно.

Сам направился в «тайную комнату». Надо наконец поставить точку в истории с архимагом. На входе меня поприветствовал часовой — обращенный вампир.

— Как он сегодня? Не буянит? — поинтересовался я больше в шутку.

Архимаг уже давно не скандалил.

— Как обычно, господин. Тихий.

— Это хорошо. Открывай.

Вампир выполнил приказ, и я вошел в гости к архимагу.

— Что, опять позлорадствовать пришел? — спросил архимаг, сидя в кресле.

В антимагических цепях он за прошедшее время довольно сильно сдал. Этим магам, перешагнувшим естественный рубеж человеческой жизни, а Тарногару уже больше трехсот лет, требовалось регулярно обращать на себя целую тучу различных оздоровительных заклинаний, чтобы жить дальше. Причем именно самим на себя. Если это будет кто-то другой, то эффект получится не таким сильным, да и нет у нас других магов, кто мог бы ему помочь.

А что касается злорадства — грешен. Не сдержался в свое время. Сразу после пленения и заточения в комнате пришел к нему наведаться именно с этой целью — дескать, был я твоим пленником, а теперь ты стал моим, ну и как ощущения? И в том же духе нес какую-то околесицу… некрасиво, в общем, вышло, до сих пор неудобно.

Приходил позже, даже извинялся, но архимаг долго и упорно отказывался со мной разговаривать. Видно, пытался освободиться, но безуспешно. Я тогда на разговорах особо не настаивал. Но не сейчас. И похоже, сам архимаг, раз первым открыл рот, не прочь поболтать — ведь еще месяц-два, и загнется к демонам. Как говорится, не прошло и полгода…

— Нет, злорадствовать не стану. Да и о том случае сейчас жалею. В конце концов против вас, несмотря ни на что, я ничего не имею.

— Вот как?!

— Ну да…

— Чего же не отпустишь?

— Эк разбежались! — засмеялся я. — Я так сильно похож на дебила?! Как бы то ни было, нас свела судьба, и мы стали врагами. Отпустить вас просто так — это значит в скором времени поиметь большие проблемы.

Архимаг только хмыкнул, что подтверждало нехитрый, сам собой напрашивающийся вывод.

— Так что мне нужны гарантии, архир.

— То есть, получив гарантии, ты все же меня отпустишь?!

— Да. Но клятву вы мне дадите самую нерушимую из возможных. Такую, что станет вашей неотъемлемой частью, когда даже мысль о нанесении вреда мне, моему окружению и даже моим владениям — будет сопровождаться чудовищными страданиями. Ну и раз уж угораздило вас попасться, то свободу надо заработать.

— И как же мне это сделать? — усмехнулся архимаг. — Камни на руднике ворочать?

— Неназываемый… — не принял я его саркастического тона.

Архимаг даже вздрогнул. Напугал этот некто архимага, очень напугал.

Он и на меня как-то время от времени схожим взглядом смотрел…

— Что — Неназываемый?

— Вы поможете мне его найти и убить. Думаю, это не только в моих интересах, но в интересах всего этого мира.

— Что мне за дело до мира…

— Вот только не надо, а? — поморщился я. — Вы часть Даронара, а значит, все, что касается этого мира, касается и вас. Или вы, как запахнет жареным, предпочтете смыться в какой-нибудь сопредельный мир? Вы, в отличие от подавляющего большинства населения, это можете.

— Хорошо. Я согласен на все твои предложения и помогу найти и убить Неназываемого, — пробормотал архимаг.

— Отлично! — я не смог сдержать возгласа удовлетворения. — Завтра проведем обряд клятвы, а сегодня мне надо еще составить ее текст, чтобы ни-ни…

Архимаг только понятливо усмехнулся.

Мне действительно придется помучиться с текстом клятвы, чтобы ни одной лазейки для нанесения удара мне в спину этому старикану не оставить. Но в идеале — сделать из него если не друга, то добровольного союзника, даже партнера.

Глава 2

Кирилл. Привет от Неназываемого

Вечером я под напором Олграны рассказал подругам об идее создания оригинального голема — шагающего робота с пилотом внутри.

— Оригинально! — одобрительно кивнула вампиресса. — Никогда не слышала ни о чем подобном. Хотя казалось бы чего в этом такого, что никто другой до этого не додумался?!

— Олграна, как думаешь, удастся внедрить душу так, что она будет действовать в связке со мной как с пилотом, выполняя все мои мысленные приказы? — задал я один из беспокоящих меня больше всего вопросов. А то если нет, то вся идея псу под хвост.

— Без проблем.

— Отлично!

— Так вот зачем тебе такой мощный амулет телепортации! — понятливо воскликнула шаманка. — Но если честно, я не уверена, что потяну такую сложную работу. Сама только-только научилась перемещаться. А чтобы записать это плетение в амулет… Извини, Кэррэл.

— Ничего страшного. Если не получится у тебя, сделает архимаг.

— А он с какого перепугу станет это делать?! — удивилась Лития, знавшая архимага лучше всех остальных.

Пришлось рассказывать о достигнутых договоренностях с пленником.

— Ну наконец-то с ним все прояснилось, — сказала она. — А то меня эта ситуация уже начала напрягать.

— Она всех напрягала, — сказала Ссашшиллесса.

— Так давайте проведем мозговой штурм и составим текст клятвы, — зарядил я всех на работу.

Ну мы и взялись с жаром за дело. Текст после пары часов «штурма» оказался расписан на десяти листах… мелким почерком. За основу взял три закона робототехники Азимова.

Да уж, архимагу придется изрядно поработать голосовыми связками завтра, читая наш опус…

Ночь прошла в… прокачке Олграны.

А утром начался обряд клятвы. Архимага вывели скелетоны Литии, держа опутанного цепями Тарногара за концы этих цепей, как какого-то дикого животного. Впрочем, архимаг гораздо опаснее любого дикого животного… Если что — в округе не останется ничего живого, как от взрыва вакуумной бомбы, за исключением его самого.

Тарногара завели в подготовленный Олграной заклинательный круг, и только нацелив на него весь арсенал как физический, то есть арбалеты с болтами, содержащие подшипники хладного железа, а я — винтовку, заряженную мифриловыми пулями, так и магический, — стали освобождать от цепей.

Скелетон подал пленнику кипу бумаг с текстом клятвы.

— Да уж, вы постарались, как я погляжу, — усмехнулся архимаг.

— Что есть, то есть, — кивнул я. — Начинайте, архир, не будем терять время.

Архимаг кочевряжиться не стал и, войдя в состояние «принесения клятвы», принялся читать текст. Когда закончил, его аура вспыхнула, и… Я повернулся к Литии и Олгране с немым вопросом — дескать, получилось или нет?

— Вроде получилось, — сказала шаманка.

Лития только кивнула.

— Ну что, убедились? — спросил Тарногар.

— Убедились, — неуверенно кивнул я.

Паранойя вдруг закричала, что мы, наверное, что-то пропустили и архимаг сейчас нас раскатает в блин. Но разойтись я ей не дал, задушив в зародыше.

— И когда собираетесь начать искать Неназываемого?

— Я понимаю, что вам не терпится убраться отсюда и вернуться в родной замок, но не так быстро. Для начала приведите себя в порядок, да и нам надо подготовиться как следует. Кстати, могли бы оказать в помощь в подготовке.

— И что же мне нужно делать?

— Ну, вы наверняка в курсе заклинаний, что преобразуют мифрил в сверхпрочный сплав…

А что? Сначала я хотел обить своего робота обычным листовым алюминием, зачаровать его на защиту, но раз есть возможность сделать ему сверхпрочную броню, то почему бы и нет?!

Рядом сдавленно пискнула вампиресса.

Ах да, надо и ей мечи сделать, как и всем остальным до кучи. Ну и броню, естественно, также на всех, в том числе Зеленоглазке!

— Знаю, — кивнул архимаг.

— Превосходно! Что ж, архир, приводите себя в порядок, занимайте гостевую комнату, если вам прежняя разонравилась…

Я прикусил язык, но поздно: слово не воробей… Но архмаг лишь усмехнулся. На такие мелкие шпильки он не обращал внимания.

— …И нас ждут великие дела, — закончил я поспешно.

Говорят, что от любви до ненависти один шаг. Также говорят, что верна и обратная зависимость. Я в это очень хотел верить. Любовь архимага мне, конечно, не требовалась, но вот получить в его лице достаточно надежного союзника, что будет действовать с тобой сообща не из-под палки клятвы, было бы очень неплохо.

После проведенной процедуры все стали расходиться по своим делам, настороженно поглядывая на архимага. Но тот чудить не стал и направился в подготовленную ему комнату для гостей. Этакий очень толстый намек, что он гость и как только все договоренности будут выполнены, его никто не станет задерживать.

Я зашел на кузню проверить, как продвигается работа, может, чего подсказать надо Гонглиру по конструкции ШаРа, но тот даже не заметил меня, весь загруженный бумагой, увлеченно что-то черкая в своих схемах.

Сын хотел встряхнуть отца — дескать, господин пришел, — но я только рукой махнул: пусть работает, не надо сбивать с творческого настроя.

Дальше все пошло по плану. То есть я был бит вампирессой на учебном поединке.

Потом обласкан Зеленоглазкой в купальне. Эту привилегию она никому не уступала, и глядя на ее решительный вид, этого права никто не оспаривал.

Потом меня выловила Лития.

— Разведчики с южной границы передают о странном движении. Не хочешь смотаться поглядеть, что там к чему?

Я только улыбнулся. Да уж, Лития не упустит возможности урвать шанс посидеть в моей ауре, даже после того как получила место в расписании на пользование моей тушкой в ночное время. Гы-гы.

— Конечно! — согласился я. — Развеяться мне по-любому не помешает. Сейчас только всех предупредим — и вперед.

Предупредить всех не составило труда. Благо новые амулеты связи а-ля рации, доведенные до ума моею рассарской магией, есть у всех.

Хотя я, как человек из технически развитого общества, недавно подсказал более дешевый способ связи, а то, что делает Олграна, все же несколько излишне энергозатратно. А именно — я предложил мембранный способ, то есть одна мембрана отвечает за прием, а другая за передачу звука. И все это завязано на элементале, в данном случае воздуха, раз эти нечто всегда везде и нигде, а также когда. Мгновенная связь.

Шаманка в свободное время доводит этот тип амулета связи до ума. Проблема только в привязке элементаля, оплате его услуг, но думаю, этот вопрос она решит.

Предупредив всех о своей отлучке, я, облачившись в доспех, поднялся с Литией на крышу, где нас уже ждала костяная драконша по имени Черная Молния, я же зову ее Волгой, иногда ГАЗ-21, или просто Двадцать Первая. Личная десантная группа из двух десятков скелетонов уже внутри, там же Косточка — костяная поисковая собака.

Кстати, после последней битвы с людьми Лития изрядно продвинулась в своем искусстве, а может, тут, как и в случае с Олграной, свою роль сыграл растущий ребенок, и он усилил ее мощь, но она довольно чувствительно усилилась и могла уже контролировать значительно большее количество скелетонов.

А благодаря тому что под прямой контроль попали души, обладающие Даром (я ведь хорошенько пополнил посох душами там, на перевале, когда дрался сначала с архимагом, а потом с Неназываемым), то общее количество подконтрольных скелетонов рывком выросло до тысячи. Все потому, что напрямую контролируемые «лейтенанты» в свою очередь контролировали до двадцати пяти простых скелетонов. А поскольку этих «лейтенантов» Лития могла контролировать порядка пятидесяти, вот и получалась армия из чуть более тысячи костяных солдат. Причем три сотни из них сделали кавалеристами, тоже на скелетоновых скакунах.

Оставалось только жалеть, что Олграна не может обеспечить мне деревянной кавалерии.

Стоило нам только занять свои места на хребте, как Волга тут же ухнула вниз.

— Сделай круг, — попросил я.

— Хорошо.

Костяная драконша, повинуясь хозяйке, заложила широкий вираж, делая облет замка. В мертвой зоне видимости замка за одной из сопок расположилась деревня гномских полукровок — родичей Гонглира. Хотя какая к чертям деревня! Это уже небольшой городок! Количество домов явно прибавилось, стало быть, весь клан Гонглира переселился ко мне. Кроме жилых зданий, присутствуют мануфактуры по производству бумаги, стекла, ткацкое производство, производство различных орудий труда, серной кислоты и еще по мелочи. Готовая продукция и сырье хранилось в многочисленных складских сараях.

Надо заняться развитием зарождающегося города, не пускать все на самотек, подумал я. А то сейчас отстроятся, кто как хочет и где хочет, без всякого плана, и с течением времени вообще получится не пойми что. Лучше сразу сделать как надо, провести улицы, канализацию и все прочее, чем потом все ломать и строить заново. Как вернемся, так и займусь вплотную…

Тем временем Волга взяла курс на юг. Я вздохнув обнял Литию за талию. Хотел я ее как-то оживить полностью, сделать что-то вроде того, что сотворил с сыном Мягкой Лапы, но не получилось. В случае с личем это не «сбой программы», хотя, с другой стороны, тоже ведь магическая структура — ведь чтобы стать личем, надо обратить на себя соответствующее заклинание, срабатывающее в момент смерти, которое я в теории могу изменить. Но пока данная структура оставалась для меня слишком сложна и энергозатратна. Я просто не потяну преобразования, а разбить процесс на этапы нельзя.

Через три часа полета, когда мы достигли границы с владениями гномов, Волга пошла на снижение и вскоре приземлилась на небольшой полянке. К нам сразу же поспешил один из пограничников — лейтенант, оборотень из числа неполноценных, застывший между человеком и медведем. Их ко мне много пришло! Я, честно сказать, даже удивился их количеству, и еще больше удивился массовости прихода: будто сговорились. Хотя кто их знает, может, и сговорились…

Я их всех распихал по границе, большую часть отправив на север караулить Проклятые земли. Если границу со степью стерегут казаки, то всю остальную оставлю на неполноценных оборотней, повелев создать им небольшие поселения-заставы.

Еще появилось довольно много истинных вампиров, скрывавшихся все это время по глухим местам и среди людей. С ними разбиралась Ссашшиллесса. Не всегда у нее получалось гладко, кто-то бросал вызов, желая взлететь на самый верх, и закономерно получал по зубам с фатальным исходом. Королева с такими прыткими ребятами не церемонилась и собрала довольно внушительное ожерелье из клыков. Ей даже не всегда требовалось переходить в туман.

Я так и задумывал: решил сделать из клыкастиков внешнюю разведку. Так что после инструктажа и финансирования (мифрил шел еще и на это дело, оборонка ведь) их засылали обратно к людям. Штирлицы… кровососущие.

И потом, зачем мне под боком столько вампиров? Их ведь не прокормишь…

При виде лейтенанта я с трудом подавил так и просившуюся на уста улыбку. И есть отчего. Когда поставили первую ткацкую мануфактуру и выпустили первые рулоны шерстяной ткани, я, чтобы она не простаивала, все же рынок в моих владениях не слишком емкий и возможности вывозить продукцию в королевства людей тоже весьма ограничены, сделал там первый госзаказ на пошив головных уборов, сиречь беретов.

Вот пограничники и щеголяли в зеленых беретах с кокардой в виде феникса.

Неполноценный оборотень, коего я немного подправил своей рассарской магией, излечив от косолапости, поприветствовал меня, ударив кулаком правой руки в грудь.

— Господин, — прорычал он, склонив голову. — Лейтенант Бурый Клок.

— Докладывай, лейтенант.

— Со стороны гномов в сторону Топи движется группа из двух десятков разумных… опознать их не удалось, но не гномы, это точно. Вроде гремлины… или даже гоблины. Передвигаются быстро и скрытно. Предположительно в составе группы есть три мага. И самое главное: неизвестные тащат груз — сверток по размеру подходит для переноски разумного. Версия подтверждается тем, что обращаются с грузом очень осторожно. Не бросают, а именно кладут. Через два часа, если не изменят темпа и направления движения, они войдут на территорию владения Гарем.

У меня в голове тут же зазвенел тревожный колокольчик.

— Благодарю за службу, лейтенант. Эта группа действительно очень подозрительна, и ты не зря нас вызвал.

— Служу господину.

— Взлетаем, Лития, посмотрим на этих поганцев. Чувствую, гадость нам какую-то готовят.

Волга взяла разбег и взмыла в воздух.

Бинокль Олграна мне тоже прокачала. Теперь он не просто приближал объекты в силу оптических свойств, но и позволял засекать ауры. Этакий ауровизор получился. Впрочем, ауру могли скрыть, что, собственно, делал я сам, чтобы не светить своей рассарской сущности, — в этом случае имелась функция захвата движения. Вот последняя функция бинокля и позволила мне засечь группу в двадцать голов, в маскировочных одеждах.

— Лития, давай приземлимся по ходу их движения, вон там…

— Может, их сразу…

Все любят простые решения… Я тоже. Но, как правило, лучше действовать по принципу: зачем просто, когда можно сложно. Потому как простые решения в отдаленной перспективе могут принести намного больше проблем, чем решение этой проблемы «по-сложному».

— Не может. Они что-то несут, и судя по бережливости — заложника. А учитывая, откуда они идут, заложником стопудово является гном. А мне проблемы с этими хмурыми бородатыми коротышками совсем ни к чему. Нас ведь во всех грехах обвинят.

— Так, может, ну их, пусть сами разбираются… зачем нам встревать? Или тоже «не может»? — хмыкнула Лития.

— Может-может, — засмеялся я. — Но не похоже, что коротышки смогут с этой проблемой справиться самостоятельно. Погони что-то не видать, и у этих уродцев по ходу хорошая фора. Уйдут, как пить дать уйдут.

— Ну а нам какая печаль?

— Да никакой в принципе, — хмыкнул я. — Но было бы неплохо установить хоть с кем-то дружественные отношения. Ты не находишь?

— Нахожу, — кивнула Лития.

— Ну вот… А они наши ближайшие соседи, не считая орков, конечно. Но с орками у нас жесткие терки и в ближайшее время этого не изменить, с людьми тоже не все ладно. Так что если окажем услугу гномам, можем получить хороших торговых посредников, пока сами не наладим торговую сеть. А на это потребуется много времени.

— Ясно…

Волга в режиме «стелс» ушла вперед и приземлилась за ближайшим холмом, через который придется двигаться уродцам-похитителям.

— Я беру на себя магов, — сказал я, распределяя цели и проверяя свою винтовку. — Ты кладешь всех остальных. Драконша палит всех, кто разбежится, если они, конечно, побегут.

— Я поняла.

Мы замерли в засаде, выбрав поросшую кустарником неглубокую балку: чистый окоп, кустики только мешают, но они не проблема.

Застыли скелетоны.

А вот и уродцы показались. Я чертыхнувшись сплюнул.

— Так я и думал…

— Что?

— Это слуги Неназываемого.

Лития, вглядевшись, шепотом выругалась и зашептала наговор в череп своего посоха. Противник у нас серьезный.

Я невольно потрогал кобуру с ракетницей. Как бы этот некто-нечто опять не проявился через своего адепта. Дважды мне удавалось от него отбиться, но в третий раз может и не повезти… У меня осталось всего пять ракет, что на удивление хорошо убивают всех, в ком есть магическая составляющая, будь то маги или просто магические существа. В принципе можно и самому сделать что-то подобное, но не уверен, так что осветительные ракеты берегу.

Вот мимо пробежала тройка разведчиков, но нашей огневой точки не заметила. Дальше шла основная группа с грузом. Вот они приблизились на оптимальную дистанцию для стрельбы.

— Давай… — кивнул я.

Лития, что-то прошептав, повела рукой, и кусты, закрывающие обзор, опали прахом. В следующую секунду я открыл стрельбу мифриловыми пулями по магам, а Лития жахнула по крайним уродцам, чтобы не попасть в груз.

Первый маг тут же свалился с пулей в башке, с пяток уродцев упали иссохшими мумиями.

Второму магу мне пришлось бить в торс, потому как в голову попасть уже не представлялось возможным, а это раны не смертельные, хоть и выводят на время из строя. Беда в том, что третий маг уже атаковал и его поддерживали боевыми амулетами оставшиеся в живых уродцы, одновременно кинувшись на нас в атаку со своим расчленяющим инструментом.

— Блокируй мага!

Лития кивнула, атаковав своей магией смерти адепта Неназываемого, заставляя того защищаться, а я перевел огонь на ледяные иглы и выдал пулеметную очередь по атакующим. Амулеты у уродцев оказались приличными, и большая часть игл разлетелась в ледяное крошево.

Зарядил в них файерболами. На этот раз пяток уродцев сгорел в огне, а там мне уже пришлось браться за меч и вступать против десятка уродцев врукопашную.

Лития послала мне в помощь скелетонов.

Сама начала магическую дуэль с магом.

— Кажется, он призывает Неназываемого! — воскликнула она, посылая в оставшегося боеспособного одно магическое плетение за другим, но с того все стекало как с гуся вода.

— Ч-черт!!!

Я перешел на вампирскую сверхскорость, рубя последних уродцев, неожиданно легко разделавшихся с большей частью костяных солдат, и рванул к магу, выхватывая ракетницу, но стрелять не спешил: еще слишком далеко… а потом и вовсе стрелять передумал. Увернется — ученый уже.

— Рассар!

Мы схлестнулись на мечах, зазвенела сталь. Неназываемый кружил возле груза, не отходя от него далеко, чтобы не получить от подоспевшей драконши, спалившей разведчиков. Противник из Неназываемого оказался очень хороший и стал давить меня…

— Ложись! — крикнула Лития у меня за спиной, и я не раздумывая в то же мгновение распластался на земле.

У меня над плечом всего в десятке сантиметров от головы пролетел посох Литии, но цели не достиг. Неназываемый смог отбить его мечом, но это стало отличным отвлекающим фактором, которым я не замедлил воспользоваться, атаковав снизу, всаживая клинок в тело противника.

— Ах-р-р…

Потянулся за ракетницей.

— Мы еще увидимся, рассар! — в духе кинозлодеев высказался Неназываемый. — И эта встреча станет последней!

— Очень на это надеюсь, урод, а то ты меня уже достал! — ответил я в том же пафосном стиле.

Неназываемый исчез прежде, чем я в него выстрелил из ракетницы, оставив тело своего адепта нам на растерзание.

Ну, мы его и растерзали — я ему срубил башку. Добили и второго мага. Точнее, его душой завладела Лития, пополнив коллекцию в своем посохе.

Разделавшись с врагами, подошли к грузу. Лития его всячески проверила: с этим Неназываемым шутки плохи, может, он меня как раз ради этого и выманил из замка, чтобы я, разделавшись с его бандой и посчитав себя в безопасности, прокололся на такой мелочи. Но ничего опасного не нашла. И все равно не подпустила меня к свертку.

— Лучше я… мне-то все равно, если что, — сказала она, грустно улыбнувшись.

Кончиком посоха она обратила в прах шнуровку и откинула край свертка.

— М-да, — хором выдали мы в потрясении, увидев, какой именно груз захватили.

Грузом оказалась гномка, гнома или гномиха… не знаю, как правильно.

Невысокого роста, может, с Зеленоглазку, но массивнее моей гоблинки раза в три так, коренастая. Лицо, что называется, квадратного типа, но при этом симпатичное. Глаза большие, как в мультфильмах аниме, хоть они сейчас и закрыты, но это и так видно. Что интересно, кожа не белая, как можно было бы ожидать от жителей подземелья, а довольно смуглая. Каштановые волосы уложены в компактную прическу. И бороды у гномских женщин нет. По крайней мере, у молодых…

Одета в зеленую сорочку, поверх кожаная толстая куртка. На ногах шерстяные коричневого цвета штаны и высокие черные сапоги. Плюс серый плащ с капюшоном.

Сама гномка спала и просыпаться не собиралась, мерно вздымая весьма объемную грудь, размером коей, наверное, могла потягаться с Олграной. Третий-плюс размер точно есть.

— Хм-м… что-то тут не то, — пробормотал я, выбросив из головы все пришедшие на ум пошлые глупости.

— О чем ты?

— Зачем она Неназываемому?

— Действительно… — озадачилась Лития. — Разве что из-за Дара?

— Мощный у нее Дар?

— Да не особо…

— Тогда тем более неясно, зачем такой геморрой с похищением гномы, что само по себе, наверное, было весьма непросто, учитывая где они живут, когда для жертвоприношения можно наловить целую кучу одаренных в человечьих королевствах.

— Действительно…

— Может, она чего прояснит? Заодно скажет, куда ее доставить. Ты можешь снять с нее сонные чары?

Лития опустилась рядом со спящей гномкой, поводила руками, каким-то амулетом и, встав, отрицательно качнула головой.

— Тут что-то странное… я не могу разобраться. Может, Олграна разберется или лучше архимаг.

— Ясно. Вот же… спящая красавица. Поцеловать ее, что ли, чтобы проснулась?

— После этого тебе придется на ней жениться, — хмыкнула Лития. — У гномов с этим строго!

— Ну на фиг!

— Что так?! — дурашливо изумилась подруга-лич. — Она вполне ничего собой.

— Мне вас выше крыши, — махнул я рукой над своей головой. — Ладно, шутки в сторону. Что будем с ней делать?

— Придется взять с собой. Давай полетаем над горами гномов, может, увидим кого, да сдадим ее с рук на руки.

— Отличная мысль, так и поступим!

Я взял гному на руки и понес к Волге. Лития трансформировала несколько позвонков своей питомицы, превратив их в своеобразную клетку, куда и поместили гному. Наверное, ей не слишком удобно, но ничего не поделать, потерпит, в конце концов они дети камней…

Поначалу казавшаяся прекрасной идея оказалась провальной. Мы никого не увидели внизу, чтобы сдать нашу ношу. Не зря же гномы называются подгорным народом, а не горным. И конечно, мы в принципе не знали, где искать входы в пещеры гномов. Ни указателей, ни дорог они на поверхности не держат.

— Скоро начнет темнеть, — сказала Лития.

Я обернулся на гному, продолжавшую изображать из себя спящую красавицу.

— Летим домой, — вздохнул. — Приведем ее в чувство и вернем…

«Вряд ли ты так легко отделаешься», — хмыкнул мой внутренний голос.

Думаешь?

«Уверен! Ты и сам это поймешь, — если возьмешь за труд подумать хоть минутку, то станет абсолютно ясно, что это какая-то хитроумная подстава со стороны Неназываемого, и ты вляпался в эту ловушку по самое не балуйся!»

Проклятье!!!

А ведь так оно и есть! Странное похищение гномы, наверняка не простой труженицы кирки и молота, или чем там гномки занимаются у себя в подгорном царстве… ну да не суть. След ведет ко мне, наверняка Неназываемый подкинет кому надо какие надо улики — и вот все гномы ополчаются против меня!

Гадство!!!

Надо срочно вернуть девчонку туда, где ее взяли, иначе эти коротышки мне устроят веселые деньки! Ведь этим упертым ребяткам фиг докажешь, что я тут не при делах!

Остаток пути я провел в паршивом расположении духа.

— Это чего это тут, а? — поинтересовалась Олграна, ткнув пальчиком в сторону гномы, как только мы приземлились.

Я закатил глаза к небесам. Сейчас начнется…

Все остальные прыснули со смеху.

— Нет, Кэррэл, тебя определенно нельзя никуда отпускать. Из прошлой, с позволения сказать, прогулки ты вернулся с оборотницей и демонессой. Кого ты притащишь в следующий раз, интересно бы знать? Эльфиек? Сразу светлую и темную для полного комплекта? Или дриаду где подцепишь?

Крышу замка сотряс взрыв откровенного хохота.

Я даже не стал пытаться что-то ответить, как-то оправдаться. Тем более что Олграна надо мной явно стебается — понимает же, что я ни при чем… как всегда.

— Три раза «ха»… — буркнул я. — Лучше посмотри, что с ней. Лития говорит, что на ней сонное заклятие, и это не по ее части.

— Посмотрю, куда мне деваться…

Шаманка действительно подошла к гномке и давай ее сканировать во всех диапазонах, даже в бубен стучала. Закончив, она отошла и с несколько удивленным выражением лица развела руками.

— Хм-м, я тут тоже ничем помочь не могу…

— Что ж, похоже, архимагу с первого дня придется начать отрабатывать свою свободу…

Я послал одного из гремлинов за архимагом. Тарногар не заставил себя долго ждать. Олграна разве что осветила площадку осветительными файерболами, так как стемнело уже порядочно, но уходить с крыши и переносить гному внутрь мы не спешили.

— Решили пополнить коллекцию гномкой? — поинтересовался он, узрев «спящую красавицу».

— Архир, я вас умоляю… Лучше посмотрите, что с ней не так.

— Хм-м, странное плетение на основе сонного заклятия… никогда не сталкивался ни с чем подобным.

— Но вы можете его убрать?

— Сейчас попробуем…

Архимаг стал водить над телом девушки руками, и с каждой секундой его лицо становилось все более сосредоточенным.

Похоже, дело еще серьезнее, чем он предполагал, подумал я с беспокойством.

— Все…

— Вы сняли заклятие?

— Да…

Архимаг легонько похлопал гномку по щекам, и та открыла свои большущие карие глаза.

Я приготовился к истеричному крику, но его, к счастью, не последовало.

— Кто вы?.. Где я?.. — непонимающе спросила гнома, оглядываясь. — Кто я?..

— Пипец… — пробормотал я.

Если первые два вопроса вполне логичны, хотя мне не понравилась некоторая отрешенность в голосе, то третий уже был из ряда вон выходящим и сулящим большие проблемы.

— Меня зовут Пипец? — с изумлением переспросила гнома. — Странное имя…

Как бы ни была трагична ситуация, но этот вопрос заставил всех, кроме меня и архимага, прыснуть.

— Нет, мы не знаем, как вас зовут…

— И если вы ничего не помните, то почему решили, что это имя странное?

— Не знаю… просто такое чувство. Что происходит?! Где я? Почему я ничего не помню?!

Гнома наконец догнала, что ситуация несколько нестандартная, заметалась, в голосе появились первые панические нотки.

— Успокойтесь, дойра… мы не знаем, что произошло, но здесь вам ничто не грозит, и мы попытаемся во всем разобраться. А что касается того, кто вы и где, думаю, об этом можно поговорить внутри замка. Тем более что, кажется, дождь собирается. Идемте…

Я приглашающее махнул рукой в сторону входа.

Гнома, несколько затравленно оглядываясь на нашу весьма колоритную компанию, сделала несмелый шаг следом…

Глава 3

Гнома, родства не помнящая

Я последовала за человеком вниз, наверное, не столько потому что поверила ему, хотя краем сознания понимала, что я в полной его власти, и если он захочет, то загонит меня внутрь силой, сколько из-за давящего чувства открытого пространства вокруг. Вся моя сущность стремилась поскорее убраться из-под открытого неба, чтобы между ним и мной появился добрый камень…

Но почему мне это так важно?

Стоило задаться одним вопросом, как за ним последовала еще куча других, вызывая чувство безысходности и паники.

К демонам вопросы… Нужно оставаться спокойной, не терять голову…

Я сжала кулаки и постаралась отвлечься на что-нибудь еще, чтобы не сойти с ума. Потеря памяти — сильное потрясение.

Решила повнимательнее присмотреться к обитателям замка.

Странная компания… Два человека-мужчины и куча женщин разной расовой принадлежности: гоблинка, орчанка, человечка с посохом некроманта, еще одна человечка… нет, это оборотница! И вампирша!

Правда, старик держится несколько обособленно… и еще он маг.

«А ведь я тоже обладаю даром! — вспыхнула мысль. — А что еще я о себе знаю?!» — тут же спросила себя, надеясь, что память начнет раскрываться, но — увы, этот вопрос остался без ответа.

Я на инстинктах перешла на истинное зрение и чуть не ослепла от сияния ауры второго человека. Уж как ярка аура мага-старика, но аура молодого человека просто затмевает ее!

Кто он?!!

Мы всей толпой спустились на платформе и, пройдя маленький коридорчик, оказались в зале. Длинный стол уже накрыт для вечерней трапезы. В качестве прислуги — гремлины.

— Спасибо, Пармер, — поблагодарил человек полукровку-гремлина.

— Господин, — отвесил тот легкий поклон.

— Присаживайтесь, дойра, — указал мне человек через одно место от себя по правую руку.

Сам он сел во главе стола. Между ним и мною расположилась некромантка. После меня устроилась оборотниха.

По другую сторону стола сели гоблинка, орчанка и вампиресса. На другой стороне стола, напротив молодого человека, устроился маг.

— Давайте немного поедим и поговорим уже на сытый желудок… Но сначала представлюсь сам и всех присутствующих. Меня зовут Кирилл, барон Гаремский. А это мои…

Женщины почему-то усмехнулись этой заминке.

— Мои боевые подруги: Галлогала, Олграна, Лития, Ссашшиллесса и Мягкая Лапа. А также мой… гость архир Тарногар.

Человек приподнял бровь, как бы намекая, что и мне не мешало бы представиться, но я ничего не могла сказать, так как абсолютно ничего не помнила.

— Я не помню, как меня зовут…

— Не получилось…

Кэир… Киэрриэл явно опечалился. Понятно, он хотел как-то непроизвольно разбудить мою память, чтобы я ответила машинально…

— Что ж, давайте мы вас будем звать… дойра Амнезия. Вы не против, дойра?

И вновь его так называемые боевые подруги улыбнулись, хоть и постарались скрыть это, правда, улыбки были не злыми, значит, ничего такого обидного в имени нет. Тем более что имя довольно красивое…

— Не против, дор Киэрриэл.

Минут десять мы ели в молчании, украдкой разглядывая друг друга.

— Ну что же, теперь можно и поговорить, — сказал человек, когда гремлины унесли грязную посуду.

— Вы меня похитили? — задала я с самого начала мучавший меня вопрос.

— Вас действительно похитили, но не мы. Мы отбили вас у шайки адептов Неназываемого…

И вновь пристальный взгляд, смешанный с ожиданием.

— Мне ничего не говорит это имя…

— Жаль.

— А откуда мне знать, что вы не врете и не придумали все?

— Да хотя бы потому, что вряд ли бы мы стали ужинать с вами за одним столом. Согласитесь, это было бы как минимум странно.

— Да, действительно… — согласилась я с доводом, чувствуя, что это и вправду было бы странным. Хотя кто знает? Все зависит от того, какие цели преследуются. Но этого я говорить не стала.

— Что последнее вы помните до того, как очнулись здесь, на крыше моего замка?

— Эм-м…

Я погрузилась в себя, но абсолютно ничего не вспомнила, ни одного образа. Аж плакать захотелось, но я подавила это желание в зародыше. Никто не увидит моих слез!

— Ничего…

— М-да, дело совсем дрянь… Архир, а что вы можете сказать по этому поводу?

— В ее ауре осталось какое-то плетение. Но я его убрать не смогу, чтобы при этом не оставить дойру Амнезию совсем безмозглым растением.

— Ясно…

— Я слышала, что гномы широко практикуют такие блоки в сознании, что блокируют память, если кого-то из их племени похищают, чтобы они ничего не рассказали о своих секретах, — сказала Олграна. — Это почти то же самое, как у наших воинов, чтобы, если пленят, их нельзя было сделать рабами.

Киэрриэл вопросительно посмотрел на архимага.

— Вполне может быть, — задумчиво кивнул тот. — Тогда вопрос решается очень просто. Надо всего-то передать ее гномам, и они уже сами снимут блок, или он сам перестанет действовать, как только она окажется в безопасности, среди своих.

— Отлично! — обрадованно воскликнул человек. — Завтра же разбросаем листовки в горах, чтобы гномы определили место встречи, скажем, дымовым сигналом, — и все дела!

Услышав это, я очень обрадовалась. Значит, все хорошо, меня вернут домой, и ко мне вернется память!

— Ну вот, дойра Амнезия, если мы правы, то скоро все вернется на круги своя. Завтра мы попробуем установить связь с вашими соплеменниками, и уже послезавтра вы будете дома, со своей памятью.

— Спасибо!

— Что ж, дойра, несмотря на то что вы проспали большую часть сегодняшнего дня, а может, и не только сегодняшнего, все зависит от того, когда именно вас похитили, но все равно позвольте проводить вас до вашей спальни.

— Благодарю, дор Киэрриэл, тем более что, несмотря на, как вы и заметили, сон от сонного заклятия, я ощущаю сильную усталость, и мне не мешало бы отдохнуть.

— Тогда идемте…

С нами пошли все остальные… боевые подруги, только маг отправился в противоположную сторону.

— А как вы собираетесь установить связь с моими сородичами?

— Напечатаем с тысячу листовок и разбросаем их тут и там в горах вашего царства с просьбой обозначить место встречи дымом.

— Понятно…

Неожиданно нам навстречу выскочили два маленьких ребенка, гоблины-квартероны, и резко остановились, пристально на меня взглянув. Один из них вдруг спросил:

— Пап, а эта тетя — твоя новая подруга?

— Она будет жить у нас или, как тетя Хайллейса, станет только изредка появляться? — спросила уже девочка.

— Нет! — со смехом ответил Киэрриэл, подхватывая на руки мальчика.

Девочку со смехом подхватила гоблинка, добавив:

— И надеюсь, не станет!

Сзади раздался смех остальных женщин.

— Хотя не удивлюсь, если все же станет!

Теперь уже стоял откровенный хохот.

— О чем вы говорите? — спросила я, нахмурившись.

Мне не понравилось, что говорят обо мне, да еще в таком ключе, да еще столь бесцеремонно.

Странный человек, да и подруги его не менее странные, раз живут с одним человеком, хотя все из разных рас.

— Извините, дойра… долго рассказывать, да и ни к чему вам, — ответил Киэррэл. — Идемте…

Меня наконец проводили до моей спальни. Рядом с дверью стояла гремлинка-служанка.

— Ну вот, это ваша спальня. Вам будет прислуживать Лайли.

— Благодарю…

Несмотря на происшедшее со мной и тревогу за свое будущее, за свою память, усталость взяла свое, и я, едва раздевшись, рухнула на кровать. Из последних сил старалась бороться со сном: ведь со мной сонной могут сделать все что угодно…

Впрочем, быстро осознала, что и с бодрствующей смогут сотворить все, что пожелают, и я не смогу сопротивляться. А осознав это, не то чтобы успокоилась, но перестала дергаться и позволила себе уснуть. Веки и так стали уже неподъемными…

Кирилл. Спаситель гномы

Да уж, денек выдался непростой, подумал я, устраиваясь спать. Сегодня у меня «выходной».

А уж детишки чего отчебучили! Это ж надо… Необходимо с ними побеседовать на эту тему, чтобы больше таких неловкостей не возникало.

«Чего на детей бочку катишь?! Сам виноват, тоже мне, пример для подражания…» — усмехнулся мой внутренний голос.

Да уж… пример для подражания из меня никакой, вынужден был я признать. Но разве я виноват, что все так получилось?

«А кто?!»

Ну…

«Ты еще на судьбу свали. Дескать, я не я, и лошадь не моя… Как эти зэки жалостливые песенки поют — мол, судьба во всем виновата. Можно подумать, она им нож или пистолет в руку вложила и послала грабить или убивать. Так что не надо ля-ля!»

Хорошо, я во всем виноват…

«Так-то же!»

И что теперь делать?

«А надо что-то делать?» — глумливо удивилось мое второе «я».

Хм-м… И правда, а есть ли смысл что-то менять? — подумал я в задумчивости. Все получилось так, как получилось, и незачем что-то переделывать и искать проблем на пятую точку. Их и без того хватает. Пускай все движется своим чередом.

Я уже начал засыпать, когда дверь в мою комнату чуть приоткрылась.

— У меня сегодня выходной, — сонно сказал я, укрываясь одеялом с головой. — Или вы хотите меня до смерти заездить? Или мне расписание прямо на своей двери вывесить?..

Но дверь открылась еще шире, и в мою спальню проникла невысокая фигура.

— Зеленоглазка…

Но нет, при ближайшем рассмотрении выяснилось, что это не гоблинка. Ушей больших нет, да и фигура для нее слишком массивная.

— Э-э…

Я, немного ошалев, поспешно включил свой электрический свет, что подтвердило догадку о личности ночной незваной посетительницы. Да, это пришла гнома в наряде Евы.

В моей голове диким галопом пронесся просто табун мыслей — от фривольных до… того, что какой же я все-таки непроходимый дурак.

Пожалел, видишь ли, бедную гномскую девушку, попавшую в такой переплет из-за Неназываемого, приютил, спать практически под боком уложил… И пропустил самый опасный момент: что в этом деле замешан Неназываемый, что это его подстава и нужно постоянно ждать неприятностей!

Нет, о том, что это его подстава, я догадался в самом начале. Но подумал, что основная идея завязана на столкновении моего владения с царством гномов. А может быть, все намного проще, и эта лежащая на поверхности угроза — лишь обманка, чтобы, быстро вычислив ее, я успокоился (и я успокоился!), а есть еще как минимум второй слой?!

Может, эта гнома — камикадзе?! Вот сейчас подойдет ко мне и тюкнет кулачком по носу, так что вгонит его в мозг… ну или еще куда-нибудь так, что я просто вырублюсь, а потом сделает со мной что хочет, а точнее — что приказал Неназываемый.

«Убийство — это вряд ли, ты Неназываемому нужен живым, как батарейка, — напомнило мне мое второе «я». — Тут наверняка что-то поизящнее приготовлено. Может, скопирует на тебя беспамятство и программу автономного действия во время этого самого процесса, когда ауры сливаются максимально полно, и ты сам поскачешь к Неназываемому! Возможно, неподалеку уже ждет группа его адептов, что доставит тебя к своему хозяину в кратчайшие сроки».

Вот же, едрить!

— Эй-эй, дойра… Амнезия, — стал отстраняться я вдвое активнее, отползая на другую сторону кровати.

Но гнома никак не реагировала на мои слова, продолжая двигаться ко мне, соблазнительно покачивая широкими бедрами, мило улыбаясь, глядя на меня «стеклянными» глазами, что выдавало ее запрограммированность.

Неужели Неназываемый решил, что я настолько озабочен и такой слабак, падок до женского тела, что не сдержусь и вот так вот допущу к себе ее только потому, что она сама на меня полезла?

«Это немудрено, при таком-то гареме, причем состоящем из разных представительниц населяющих мир рас, — вот он и посчитал тебя этаким коллекционером, и как результат притаранил тебе еще один из недостающих экземпляров», — мерзко хохотнул мой внутренний голос.

Хорошая попытка, признал я. Но меня голыми… руками уже не возьмешь.

«Тут, если ты не заметил, не только руки голые, но и все остальное», — продолжал глумиться надо мной мой внутренний голос.

Тьфу ты…

Что же делать-то?

«Кричи!»

Что кричать?! — удивился я, слезая с кровати, кою уже оккупировала гнома, двигаясь по ней игривой кошкой.

«Спасите! Помогите!! Насилуют!!!» — лошадью заржало мое второе «я».

Да, блин, чертова шизофрения!!!

Но звать кого-то придется, потому как я не знаю, что с ней делать. Разве что пощечину залепить, чтобы очнулась? Но не факт, что это поможет. Она ведь не лунатик даже, а действует под магическим заклятием. И потом все равно придется рассказывать о происшедшем остальным. Не в тайне же сей инцидент держать…

Но, кажется, я несколько затянул с принятием решения. Видимо, в действие вступил новый протокол, раз первоочередная цель не достигнута и меня не удалось соблазнить. Гнома резко встала и кастанула в меня чем-то.

Магический удар выдержал защитный амулет, и тут уже я действительно заорал, только не то, что предлагала мне моя шизофрения, а:

— Тревога!!!

Первой в мою спальню на сверхскорости ворвалась вампиресса. Оно и понятно: ночью она не спит. Честно сказать, я вообще иногда удивляюсь ее режиму бодрствования — кажется, что она не спит вообще.

«А ей почти не надо спать, твоя аура и кровь ее бодрит», — прокомментировало отвлеченную мысль мое второе «я».

Ну да…

Гнома попыталась что-то кастануть и в Ссашшиллессу, но была жестко сбита с ног и мгновенно связана каким-то ремешком, каких полно в одеянии вампирессы, да и в прическе наверняка что-то есть, в том числе колющее.

В следующий момент в моей спальне стало не протолкнуться от посетителей. Все побывали тут…

Даже архимаг заявился.

— Так-так, и что это у нас тут? — завела старую пластинку Олграна.

— Покушение на мое рассарство… — буркнул я, и пока они не начали надо мной изгаляться на все лады, выложил им свои мысли по поводу внедрения гномы.

— Очень даже может быть, — согласилась вампиресса.

Гнома тем временем мирно уснула. Видимо, заложенная программа осознала провал операции и перешла в «спящий режим», чтобы попробовать выполнить поставленную задачу потом при первой же возможности. Но вряд ли она самоуничтожилась.

— И что нам с ней делать? — оценивающе поглядывая на гному, наверное, прикидывая, как ее можно использовать в своем некромантском искусстве, спросила Лития.

— Убить, — предложила Зеленоглазка, зло сверкнув глазами на обнаженную гному.

— Не самый лучший вариант, — не согласился я. — Может, архир что-то предложит?

— Увы…

— Но как-то заблокировать ее плетение можно?

— Не уверен…

— А если ей, скажем, какой-нибудь антимагический браслет надеть?

— Хм-м… попробовать можно, — кивнул архимаг. — В крайнем случае, не будет магичить.

— И то благо.

Я отнес гному в спальню и попросил подруг ее одеть. Имелась у меня уверенность, что поутру она ничего не вспомнит, так что не стоило ее напрягать отсутствием одежды, когда проснется, а то понапридумывает черт знает что… вовек не отмоешься от гнусных подозрений.

— Архир, а что вы вообще можете сказать о происшедшем? Что заставило ее так поступить? Понятно, что это какое-то заклинание, но вы ведь его не обнаружили…

— Когда имеешь дело с Неназываемым, его магией, ни в чем нельзя быть уверенным, — сказал маг, странно стрельнув в меня глазами. — Так что я мог это просто не заметить из-за иных принципов построения плетений. Они очень хорошо замаскированы. И даже сейчас, зная об их наличии, я не могу найти этих плетений, наложенных на разум девушки.

— Проклятье… Придется ее тупо скинуть родичам, и пусть они уже сами разбираются, если даже архимаг умывает руки.

Откровенно сказать, такое решение мне не нравилось — пованивает оно, но что я еще в такой ситуации мог сделать?

Разве что…

Я подошел к гноме и, положив руки на ее голову, постарался сосредоточиться на ауре, как это делал с детьми неполноценных оборотней, — и ничего. Все забивала блокировка на разуме гномы, и стоило только ее коснуться, как она начинала «сжиматься», грозя уничтожить разум девушки.

Но чужеродное плетение я все же почувствовал только, наверное, потому, что имел непосредственный контакт с Неназываемым и знал что искать. Оно сплелось с блокировкой, став его частью, и как-то уничтожить его не представлялось возможным.

Впрочем, я еще ни одного заклинания уничтожить не мог, иначе бы уже давно разорвал контракт с демонессой, раз в месяц выпивающей все мои соки, в переносном смысле, конечно. Но и изменить это плетение мне тоже не удавалось.

Значит, надо тренироваться на уничтожение заклятий, решил я.

— Ничего, — удрученно мотнув головой, ответил я на вопросительные взгляды.

— Теперь мы тебя одного не оставим… — с усмешкой сказала вампиресса.

— Только не все разом! Двух мне будет более чем достаточно! Ну, максимум три… Ты как, Сашуль, не против, если тебе компанию составит Мягкая Лапа?

— Удушу!

Оборотница только фыркнула.

Гнома. Она же дойра Амнезия, пока не вспомнит своего настоящего имени

Я проснулась от дикого грохота, раздавшегося, кажется, над самой головой. От него хотелось сжаться в комок и провалиться сквозь землю.

И правда, обнаружила я себя на полу, да еще под кроватью.

— Не бойтесь, госпожа, это камлает шаманка Олграна, — сказала мне служанка-гремлинка.

Я поспешно вылезла из-под кровати, пунцовая как помидор. Надо же так опозориться.

— Я никому не скажу, госпожа…

Я только кивнула. А что еще можно сделать? Не убивать же ее!

Странные у меня мысли… осознала я с удивлением и даже тревогой. Почему мне надо было ее убить? Чтобы никто не узнал о моем позоре? Ну и что с того?..

— Господин просил вас прибыть в малую залу на завтрак, госпожа.

— Хорошо…

— Господин преподнес вам в подарок несколько нарядов… Желаете что-то надеть?

— Нет, я буду в своем костюме…

Я быстро оделась в свой дорожный костюм и, следуя за гремлинкой, направилась в малый зал.

И вновь раздался гром. Но на этот раз я все же смогла сдержать свои порывы куда-нибудь спрятаться.

— Как спалось, дойра?

— Хорошо, господин барон.

Странно, чего это он улыбнулся как-то ехидно? А остальные его подруги, кроме отсутствующей здесь орчанки, так и вовсе фыркнули.

— Присаживайтесь, дойра, позавтракайте с нами.

— Благодарю…

Я присела на указанное место, и слуги тут же стали подносить блюда.

— Дойра, заранее прошу прощения, но прошу вас надеть эти браслеты.

Человек пододвинул мне простую шкатулку. Открыв ее, я увидела в ней два простых стальных браслета.

— Что это?

— Антимагические браслеты. Вы ведь обладательница Дара…

— Да, но я не собираюсь применять магию!

— Мы в этом нисколько не сомневаемся, но это вопрос безопасности. Еще раз прошу прощения.

— Хорошо…

Я не стала спорить. В конце концов он хозяин этого замка, и ему устанавливать правила. Я надела браслеты на руки. Хотя мог надеть их еще вчера. Странно…

— Благодарю за понимание, дойра.

— А как продвигаются дела с листовками? — решила я сменить тему, отметив явное облегчение на лице барона от моей покладистости.

— Они уже готовятся.

— И ради этого нужно вызывать гром?! — поразилась я.

— При чем тут гром? — удивился Киэрриэл.

— Ну, такое большое количество листовок можно изготовить, только если или посадить десятки писцов, что сомнительно, либо магически…

— Ах, вот вы о чем! Нет, камлания шаманки никак не связаны с печатью листовок. Олграна занимается совершенно другим делом…

— Но как же тогда…

— Это лучше показать, чем объяснить. Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

— Вы мне покажете? — удивилась я.

— Как только закончим завтрак, — подтвердил человек.

Я, позабыв о браслетах, со странным нетерпением ждала, когда все наконец закончат есть и мы пойдем смотреть на то, как можно изготовить сотни листовок без применения магии.

Наконец трапеза подошла к концу, и мы всей толпой, за исключением мага, пошли смотреть, как делают листовки.

Остановившись перед одной из дверей, Киэрриэл сказал:

— Здесь у нас небольшая замковая типография. Прошу…

Дверь отворилась, и я увидела, как несколько рабочих-гремлинов работали с большим деревянным механизмом. Один крутил колесо то в одну сторону, то в другую, а второй подкладывал под пресс листы бумаги и время от времени подкрашивал валиком то, на что клался лист и к чему прижимался прессом. Все предельно просто, удивительно, что никто из нас, гномов, до этого раньше не додумался!

— Удивительно…

— Что именно?

— Вот такая печать…

— Все-таки какой-то массив информации у вас открыт, — задумчиво сказал Киэрриэл. — Забыли вы только про себя… Ладно, дойра, идемте, устрою вам небольшую экскурсию по замку.

— А я вам не слишком мешаю? Наверняка у вас есть свои дела…

— Откровенно сказать, я этому даже рад, — хохотнул человек, глянув на вампирессу.

— Не сильно радуйся, Ксиррел, — усмехнулась она в ответ. — Когда это все закончится, я загоняю тебя до полусмерти и заставлю за один раз наверстать упущенное!

— Вот такие вот у меня подруги. Пьют мою кровь… в том числе в буквальном смысле!

Я покосилась на вампирессу. Та в ответ мне плотоядно улыбнулась и тронула кончиком языка свои удлинившиеся клыки.

— И не только она!

— Вы шутите?..

— Какие тут шутки!

Ужас! Куда я попала?!

— Но не пугайтесь, вам ничто не грозит, да и мне тоже, — засмеялся барон.

Сумасшедший! Все они тут сумасшедшие!!!

Тем временем мы выбрались из замка во внутренний двор. Здесь тоже шла работа. Рабочие-полукровки топорами обтесывали ствол железного дерева.

— Что это вы делаете? — поинтересовался Киэрриэл у полукровки-гнома.

— Руки, господин… — ответил полукровка, с удивлением покосившись на меня.

— Не смотри так на дойру Амнезию, — с легким смехом сказал Киэррэл. — Она здесь ненадолго!

— А я и не подумал ничего такого, господин… — смутился полукровка.

Что это он обо мне подумал?! Что я новая… боевая подруга барона?! Да я его за это!..

— Ну-ну… Так, дамы, подождите меня немного, я поговорю с Гонглиром, а то он, похоже, убежал вперед телеги… Заносит нашего мастера иногда, приглядывать за ним надо.

Человек ушел, а я оглянулась. На стенах стояли… деревянные големы!

Ба-бах!!!

Я не выдержала и вздрогнула. Это не осталось незамеченным, но смеха не вызвало. Более того, гоблинка, также чуть вздрогнув и прижав свои большие уши, недовольно проворчала:

— Что-то долго она сегодня камлает…

— Видать, сильнее стала, — сказала вампиресса. — Да и Ксиррелу надо миф… металла больше на его задумку, вот и старается изо всех сил. И чем больше старается, тем сама знаешь чего больше получит…

На что гоблинка только поморщилась, а остальные тихо посмеялись. Похоже, недолюбливает она орчанку, подумала я…

Человек тем временем вышел из кузни вместе с гномом-квартероном, держа в руках большой лист бумаги, так что едва хватало размаха рук, чтобы его держать растянутым, и о чем-то разговаривали, водя пальцами по рисунку.

Поговорив с кузнецом, дав какие-то указания, он вернулся к нам.

— Так, с этим разобрались… Что бы вам еще такое показать, дойра… в общем-то, особо и нечего.

— Ничего, господин барон, главное я увидела, а именно то, что листовки печатаются.

— Хорошо, тогда давайте вернемся в замок, а то на улице несколько сыровато.

Я с удовольствием вернулась в здание, хотя громыхать уже перестало.

— Одного не могу понять — как вас вообще сумели выкрасть из подземелий…

— И я…

— Разве что без предательства не обошлось.

— Или затуманивания разума, — сказала Лития.

— Все может быть, — кивнул барон.

С хлопком перед нами появилась шаманка с мешком в руке, который она бросила одному из полукровок, выбежавшему из кузни.

— Всем привет, — поздоровалась она и, глянув на меня, точнее, на мои руки и увидев на них браслеты, удовлетворенно кивнула.

— Сколько? — спросил Киэрриэл, мотнув головой в сторону кузни, где скрылся полукровка с мешком с загадочным содержимым.

— Четыре килограмма.

— Спасибо, Олграночка! Ты просто чудо!

— «Спасибом» от меня не отделаешься!

— Ну само собой! Все компенсирую и сверху накину.

— То-то же!

— О! Я придумал, чем нам заняться. Пойдемте макет города создадим. Олграна нам как раз рельефный макет местности сделает…

Создание макета города неожиданно увлекло. Сначала гремлины натаскали много земли, после чего покамлала орчанка, и элементаль земли создал точную копию гор с северо-восточной стороны от замка.

Домики, размером с ноготь, предполагалось лепить из глины.

Не принимала участия только вампиресса. Она сразу ушла, стрельнув в меня глазами, сказала:

— Мне сегодня ночью еще дежурить…

Остальные… боевые подруги барона тоже то уходили, то приходили, но при этом он ни разу не остался один на один со мной. Интересно, что все это значит?..

При строительстве макета города учитывалось все, вплоть до канализации, не говоря уже про парки и даже фонтаны.

Провозились с макетом в спорах, что где ставить, как и какого размера, до самого вечера, пока в зал не вошел полукровка-гремлин по имени Пармер и не сказал:

— Господин, листовки отпечатаны в указанном количестве.

— Спасибо, Пармер…

— Ну что, я полетела, — сказала Лития, вставая из-за стола.

— Давай, и будь осторожна…

— Конечно!

— Ну что, дойра, завтра, если все пойдет как надо и ваши сородичи подадут знак, вы будете дома.

— Благодарю!

— Да не за что. Это наш долг — помочь попавшей в беду девушке…

Глава 4

Кирилл. Он же Киэрриэл

После того как сделали примерный макет города и Лития полетела разбрасывать над горами гномов листовки, развлек гному играми в шахматы, благо она быстро выучила правила и ей понравилось. А вот город получился у нас террасным, в три-пять уровней, в зависимости от высоты гор. Но, как известно, нет предела совершенству, и мы могли бы его еще долго доводить до ума, устанавливая тут и там мосты между склонами да срезая некоторые возвышенности и стесывая склоны для создания площадей, или формируя тут и там каскады небольших озер с водопадами.

Осталось только название ему придумать. Но не Гарем!!!

Поболтали о том, о сем. Я написал несколько посланий подгорному князю (первому среди равных подгорных князей, где княжество — группа гор, а каждая из них соответственно аналог человеческим баронствам, графствам и герцогствам, в зависимости от размера) с предложением сотрудничества, чтобы гнома передала их кому надо.

Почему бы и не воспользоваться подвернувшейся оказией? Тем более что гнома явно из знатного рода, более того, есть у меня подозрение, что она ни много ни мало, а цельная принцесса (попаданцам другие отчего-то не попадаются). Так что послание достигнет адресата достаточно скоро.

В соответствующий час все пошли спать. Но вопреки ожиданиям, никаких инцидентов, связанных с гномой, не произошло. То ли охрана в лице выспавшейся днем Ссашшиллессы тому стала причиной, то ли браслетики антимагические помешали сработать внедренным заклинаниям Неназываемого. А может, и впрямь внедренная программа самоликвидировалась после первой неудачи. Но последнее можно установить точно, только повторно обследовав ауру девушки.

Однако на исчезновение закладки от Неназываемого я бы надеяться не стал. Этот паразит, живущий на энергии жертвоприношения, умен, и наверняка у него есть план на любой случай жизни. Он не я, что поперся к архимагу, не продумав такого варианта, что могу попасться по чистой случайности, и не распланировав действий на этот случай. Наверняка есть второй вариант поведения, третий, четвертый… Так что от гномы надо избавляться и как можно быстрее. Ну не в том смысле, что ножичком по горлышку и в прорубь… а вернуть ее родным — и пусть они сами мудохаются.

На этот раз гнома проснулась до первых раскатов грома и буквально прибежала в зал.

— Дойра Лития уже вернулась?! — спросила она, едва заскочив в помещение, оглядываясь в поиске некромантки.

— Да, еще ночью. Сейчас она отсыпается… Присаживайтесь, позавтракаем.

— Спасибо… И когда мы отправимся?!

— Дадим вашим соплеменникам немного времени для доставки листовки соответствующим лицам, потом немного времени на принятие решения… Так что после обеда полетим, и к моменту, когда долетим, надеюсь, все будет готово.

— Кстати, господин барон… а на чем мы полетим? — спросила она вдруг, замявшись.

И я ее понимал. Если уж открытое пространство вызывает у гномки откровенный дискомфорт, то что с ней станется во время полета?!

— На костяной драконше, — все же ответил я.

— Э-ам…

— Понимаю, что вам будет неприятно, но придется немного потерпеть.

— Я справлюсь… — ответила гнома, прикусив губу и сжав кулаки.

— Вот и прекрасно. А пока давайте позавтракаем, и завтракайте плотно, потому как обедать я вам не дам… сами понимаете почему.

Гнома, то побледнев, то покраснев, кивнула.

Невольная гостья все извелась и не находила себе места. Отвечала невпопад и все интересовалась, когда подадут обед… понятно, что интересовало ее совсем другое.

Я же занимался своим боевым шагающим роботом, коего уже успел прозвать Тираном. Для начала занялся изготовлением инструмента для лучшей обработки железного дерева. Точнее, напряг для этого архимага. Сам ведь признался, что умеет преобразовывать сырой мифрил в сверхпрочный. Вот пусть и отвечает за свои слова.

— Вот, архир, это надо преобразовать, — протянул я вызванному ради такого дела Тарногару алюминиевый топор.

Архимаг, искоса взглянув на меня, чему-то усмехнулся и, кивнув, сказал:

— Хорошо…

И начал магичить. Я почувствовал какой-то подвох в его словах, но было уже поздно. Алюминиевую заготовку окутало сияние, и когда оно спало, в руках архимага лежала какая-то игрушка размером с ладонь, вчетверо меньше, чем изначальная заготовка.

— Это чего это такое, а? — проблеял я, беря в руки полученный результат.

— Преобразованный мифрил. Попробуйте, он остер, и при этом его не затупить, и прочен настолько, что ничем не сломать.

— Но… Вы ведь знали, что он ужмется, ведь так?! — вспылил я — ведь столько ценного материала израсходовано зря.

— А вы разве нет? — усмехнулся архимаг.

Я только сплюнул. В конце концов я мог просто догадаться о таком повороте событий, физику ведь в школе учил… даже четверки, бывало, получал. Сам виноват.

— Гонглир, дальше делай только рабочие элементы лезвий, с учетом ужимания материала.

Гном-квартерон понятливо кивнул, тоже недобро посмотрев на архимага, хоть в мелочи, но напакостившего.

— Обратно можно преобразовать? — спросил я без особой надежды на положительный ответ.

— Нет.

Я только еще раз сплюнул. Что ж, я это ему еще припомню. А что касается топорика… в принципе можно сделать метательным или Зеленоглазке подарить. Ей как раз по руке.

Кузнец быстро отлил лезвия с учетом ужимания, и архимагу пришлось изрядно потрудиться, чтобы преобразовать все заготовки заодно. Это и стало ему наказанием. Энергии-то истратил кучу, а преобразовывать мифрил — это вам не насморк лечить.

Таким обрабатывающим инструментом железное дерево резалось и пилилось как обычная древесина обычным железным. Дела по изготовлению деталей к ШаРу пошли гораздо веселее.

Деревянные детали, а именно к рукам и ногам, рабочие, наловчившиеся стругать обычных големов, мне сделали за считаные часы. В кузнице уже вовсю шла работа по отливке железных деталей — суставов. Сначала я хотел их сделать тоже из мифрила с последующей обработкой в сверхпрочный металл — ведь ему сносу не будет, — но быстро передумал, подсчитав, сколько мне для этого придется потратить алюминия, да еще с учетом ужимки.

Что касается заготовки для корпуса, то, как мне сообщили, подходящее дерево уже нашли и начали его рубить. Я в помощь лесорубам послал мифриловую пилу. А то обычными топорами и пилами они будут валить это дерево минимум неделю. А я так долго ждать не хочу и не могу, мне нужно быстрее. Я вообще нетерпеливый человек, а уж в условиях постоянной внешней угрозы и подавно.

Олграна после камлания на горе принесла еще четыре кило алюминия. Сказала, что может и больше, но перерабатывать я ей запретил, чтобы не надорвалась.

Так за хлопотами прошло время, и, пообедав, мы отправились в полет. Гнома, правда, долго не могла заставить себя сесть на драконшу, а когда Волга ухнула вниз, визжала так, что у меня чуть барабанные перепонки не лопнули: чистая сирена. Успокоившись, она схватила меня сзади так, что чуть не раздавила, и уткнулась лицом мне в спину, в рюкзак с парашютом, чтобы ничего не видеть.

Конечно, посадить ее себе за спину — решение не слишком мудрое, в конце концов она оказалась в моей ауре, и тут уже всякое могло случиться — ведь Неназываемый, кажется, именно этого изначально и добивался, посылая ее ночью ко мне в спальню. Но меня снабдили мощными защитными амулетами, да и сам я находился настороже. И потом, не сажать же ее в ящик! Встречающие могут не понять такого обращения со своей соплеменницей, да еще предположительно принцессой, когда мы сядем и примемся выгружать пассажирку.

Столб густого черного дыма я увидел первым, и сориентированная Лития направила к нему Волгу. Естественно, мне в этом помог бинокль. Стекольщики, кстати, уже делают первые подобия моего бинокля, но пока результаты, прямо скажем, скромны, точнее — мутны и расплывчаты. А чтобы сделать какие-то точные приборы, и вовсе пока остается только мечтать. Но думаю, через годик-другой мастера все доведут до ума и можно будет сделать настоящий микроскоп, чтобы доказать всем, а особенно детишкам, почему нужно мыть руки перед едой и не тянуть всякую пакость в рот, чтобы попробовать на вкус.

Ну и маги, может, как-то воспользуются результатом открытия микромира. Как именно, мне остается только гадать.

Я как мог объяснил Олгране и Литии про клетки, атомы с нейтронами и протонами, законы мироздания, про «Е», которое равно «м», умноженное на «с» в квадрате. Тоже что-то экспериментируют… может, что и получится. Лишь бы не Хиросима… о чем доходчиво объяснил.

— Ну вот, дойра, кажется, все сладилось…

Гнома наконец смогла оторвать лицо от моей спины — и все равно без вскрика не обошлось, а из меня, от еще более сильных объятий (а мускулатура у нее, как я заметил еще позапрошлой ночью, ого-го, как у хорошо накачанной бодибилдерши), чуть «паста» снизу из полупереваренного обеда не полезла.

Еще несколько минут полета — и мы пошли на посадку буквально на вершину самой высокой в округе горы — княжеских владений.

Сначала облетели ее, так сказать, для исключения всех возможных инцидентов, но ничего подозрительного не заметили. Пришлось наконец приземляться.

Комитет по встрече состоял из полусотни с ног до головы закованных в железо коротышек с ростовыми щитами, вооруженных кто чем: мечами, молотами, секирами, клевцами, булавами, еще чем-то… Доспехи, надо сказать, все индивидуальные, настоящие произведения кузнечного искусства. В общем, унификация вооружения и оснащения у гномов явно не в чести.

Этот, с позволения сказать, хирд, выстроившись кругом, защищал еще трех гномов. Один — также закованный в железо, но с золотой отделкой. Второй — в просторной темно-коричневой мантии и с посохом, вполовину выше ростом, видимо, маг. Третий — просто воин-знаменосец и по совместительству трубач, с огромной такой трубой, согнутой в круг, как у римлян.

Если учитывать, что у гномов с магами почему-то напряженка, нас встречали на самом высоком уровне, отмеренном не только по высоте горы.

Но больше всего меня нервировал даже не маг, а десяток стрелков из тяжелых стрелометов типа «скорпион», стоящих на треногах. Причем механизмы уже взведены и заряжены. И надо полагать, что стрелы там совсем не простые, а очень даже зачарованные. Мой доспех может и не выдержать. Точно не выдержит.

Как-то у меня, надо признаться честно, даже заиграло…. Не самый радушный прием. Мелькнула даже мыслишка свалить подобру— поздорову и чихать на все.

Наконец Волга села. Тут же между гномами и нами стеной встал наш десант из скелетонов. Хотя вряд ли они продержатся хоть сколь-нибудь долго против этих коротышек, да еще превосходящих количеством. Но пару секунд выдержат, а нам больше и не надо, чтобы вновь вскочить на драконшу и резко сделать ноги. Правда, надо учитывать, что и сама Волга как боевая единица весьма сильна. Плюс маги с обеих сторон, так что силы примерно равны.

Гномы при виде драконши и скелетонов явно напряглись, набалдашник в посохе мага замерцал коричневым светом, но вроде пока все оставалось спокойно, тем более что в листовках мы предупредили о виде транспорта и просили не дергаться — в более дипломатичных выражениях, конечно.

— Оставайся на месте, — сказал я Литии, слезая со спины Волги. — Дойра…

Я помог гноме спуститься на землю, что та и сделала на негнущихся ногах.

— Приветствую… Меня зовут Кирилл. Я — барон Гаремский…

Я все никак не мог себя повысить в звании не то что до герцога, но даже до графа. Все барон да барон. Наверное, по старой русской привычке прибедняюсь, чтобы меня слишком богатым не посчитали и не попросили поделиться, как того якобы требовал бог. Хотя, с другой стороны, поздно пить боржоми, когда почки отвалились, ведь мифриловые стрелы, что я использовал, уже широко разошлись… Так что можно себя смело звать хоть королем.

— Мы знаем, кто ты, — пробасил вышедший вперед гном в золоченых доспехах, хмуро глядя на меня из-под своих кустистых бровей.

Щит у него отсутствовал, но массивную и столь же искусно изготовленную секиру, тоже наверняка зачарованную, держал наготове.

Маг остался стоять в круге.

— Зато я не знаю, кто вы, — буркнул я обиженно, отметив, что у коротышек, похоже, неплохо налажена разведка.

И неудивительно. Ведь горы — их стихия, а я живу в горах. Сосед, как-никак. Не удивлюсь, если вся моя территория пронизана ходами.

«В таком случае они могут появиться у нас под самым носом в самый неожиданный момент», — вставил мой внутренний голос.

Угум…

— Чего ты хочешь? — грубо спросил гном, и не думая представляться.

— О чем вы?! — ошалел я.

Да и грубость гнома меня как-то сбила с панталыку. Это нормально для гномов? Или же что? Ведь как бы ни были плохи отношения, переговоры все равно ведут нормальным тоном, даже с улыбками, пусть перед тобой трижды враг. А между нами и вовсе никакой вражды нет.

— Чего ты хочешь за освобождение девушки?! — уже откровенно прорычал гном, того и гляди впадет в ярость.

А в ярости, как мне успели поведать, это настоящие берсерки, что щиты свои жрут, причем стальные… В таком состоянии их даже магия почти не берет, разве только высшая. Может, потому среди них так мало магов?

— Ничего я не хочу! В листовке же ясно было сказано, что…

— Ну так отпусти ее, раз тебе ничего от нас не надо за нее!

Тьфу ты!

Я едва удержался, чтобы не выругаться и не сплюнуть от досады, а это было бы сильным оскорблением для гномов, но портить отношения с ними мне не хотелось. Разговора с бородатыми коротышками как-то не получалось. Да уж, подгорные жители славятся своим «дружелюбием», но не настолько же, чтобы даже не представиться!!!

— Ступай… — я подтолкнул слегка оробевшую гному, все еще стоящую рядом со мной, из-за чего сложилось впечатление, что я ее удерживаю.

Гнома подошла к «золоченому», и тот быстро увел ее в круг. Я с высоты своего роста хорошо видел, как гному подвели к магу и тот, что-то прошептав, коснулся ее лба рукой. Та слегка покачнулась, но ее поддержал «золоченый», и, открыв глаза, она оглянулась и вскрикнула:

— Папа!

Ну, хоть выполнили свою миссию и доставили гному по назначению, подумал я с облегчением. И у нее действительно стоял гномский ментальный блок, а то я уже начал думать, что это проделки Неназываемого. У меня прямо отлегло от сердца.

Потом начались обнимашки.

— Как ты, Тамгария?

— Хорошо!

— С тобой ничего такого не делали? — продолжал расспросы папаша, косо глянув на меня.

На что этот коротышка намекает?!

«На это самое!» — отозвался внутренний голос.

— Н-нет…

Маг, что-то пошептав и поглядев, подтвердил, что, дескать, действительно не попортили красну девицу.

Я, честно говоря, даже не знал как реагировать, все как-то шло через орган на букву «ж». Хотя оставалась надежда, что папаша, убедившись, что с дочкой все в порядке и под его защитой, сменит гнев на милость, и мы сможем наконец поговорить, как… разумные, без брызганья слюной из серной кислоты.

— Давайте попробуем еще раз… — начал я, когда все успокоились и напряженность несколько спала. — Меня зовут Кирилл, барон Гаремский…

— Нартирн, сын Торнара, князь Серебряной горы, — через паузу представился-таки «золоченый». — О каком Неназываемом, чьи адепты якобы похитили мою дочь, идет речь?

Якобы?! Он мне еще и не верит! — возмутился я в праведном гневе.

«Ну, его можно понять: вдруг это твоя многоходовая комбинация с неизвестными целями? Как правитель, он должен просчитывать все варианты», — заступилось за гнома мое второе «я».

Логично…

В общем, я рассказал этому Нартирну, сыну Торнара (хорошо, что он для меня, как человека скорбного памятью, представился коротким именем, а не перечислил всех предков минимум до седьмого колена, за что я ему был искренне благодарен), почему на меня взъелся Неназываемый, дескать, хочет снова загнать всех пришедших под мою руку полукровок — свое жертвенное мясо — в болота, а то в горах, да еще под моей охраной, их сложно стало воровать.

Но умолчал о своем рассарстве. Незачем об этом знать кому не следует. Даже от гномского мага закрылся амулетом, создающим ложную ауру. С самой Амнезией-Тамгарией, правда, кажется, прокололся… но будем надеяться, что обойдется.

— Вот он и людей даже на меня натравил и, не добившись успеха, решил натравить на меня вас, через похищение вашей дочери с выводом следа на меня, и ему это чуть не удалось, — закончил я свое повествование.

— Ясно, — медленно кивнул князь Серебряной горы. — Мы примем во внимание ваши сведения…

— Предлагаю установить между нами прямую связь для решения всяческих вопросов, да и вообще установления добрососедских отношений и торговых начинаний. Вот, возьмите этот амулет…

Вместо князя амулет принял один из воинов и отнес его магу. Тот, просканировав изделие, кивнул — дескать, чисто.

— Хорошо…

Установилась неловкая тишина.

Что ж, домой не приглашают посидеть за кружечкой пивка, подарков, жадины, не дают за спасение дочурки, значит, пора и честь знать.

— Что ж, до связи, — кивнул я и отступил к драконше.

Влез на ее хребет, десант занял место внутри, нарастив щитами ей «плоть», и мы под прицелом «скорпионов» вспорхнули в небеса и взяли курс домой.

Вот же черт, самое важное-то забыл сказать, вдруг вспомнил я, когда мы отлетели уже на порядочное расстояние.

Я даже хлопнул себя по лбу от переизбытка чувств. А все эти коротышки чертовы, так наехали с первой секунды, что меня аж закоротило. А сказать забыл про то, что на гномке все же есть какое-то плетение Неназываемого.

Только почему его маг не заметил? Тоже не его епархия? Ну, допустим, убрать он не может, раз уж не в его силах и знаниях, но заметить-то всяко должен был. Или нет?

Я стал искать амулет связи, чтобы связаться с князем и исправить досадную ошибку, что может привести к неприятным последствиям дипломатического плана. Но меня опередили: амулет завибрировал в руке за секунду до того, как я его хотел активировать…

Нартирн, сын Торнара, гном. Князь Серебряной горы

Наконец этот человек улетел на некромантском чудовище.

— Зачем ты с ним так грубо? — спросила дочь. — Он же спас меня…

— Этого мы не знаем, доча…

— О чем ты, отец? Хочешь сказать, что это все-таки он меня похитил?!

— Может, не он, а может, он…

— Но он же вернул меня!

— Вернуть-то вернул, но может быть, это только один из шагов в многоходовой партии… Политика — дело такое запутанное, что то, что кажется белым, на самом деле черное. Нам надо хорошо все продумать и проверить.

Но какое же дерзкое похищение, кто бы его ни провернул! Украсть принцессу подгорного княжества прямо из цитадели! Кто бы это ни сделал, это очень серьезный противник. И ведь следов никаких нет — как ни искали, ничего не нашли, даже маг. Если кто что и сможет прояснить, так только дочь…

— Что-то мне нехорошо, отец…

Тамгария оперлась правой рукой о стену, а левую приложила к голове.

— Что с тобой?! Ормор, что с ней?!

— Я не знаю… — в растерянности ответил маг, осмотрев магическим зрением Тамгарию. — Какое-то заклятие…

— Так сними его!

— Не могу!

— Как это не можешь?! Ты же один из величайший магов подгорного царства!

— Я не всесилен!

— Проклятье!

Дочь угасала прямо на глазах. Вот она опала на мои руки, потеряв сознание.

— Она умирает! И я с этим ничего не могу поделать! — признался маг.

— Проклятье!!! Дайте мне амулет для связи, что дал этот человек!!!

Один из воинов поднес продолговатый амулет для связи, изготовленный из железа, с рисунками уха и рта на разных его концах.

— Барон!!! Как тебя там! Если ты немедленно не излечишь мою дочь, я найду тебя, где бы ты ни скрылся, и разрублю на тысячу мелких кусочков!!!

— Я возвращаюсь… — послышалось в ответ.

— Всем назад! Возвращаемся на поверхность! Живо!!!

Жизнь медленно покидала дочь, дыхание становилось все реже, а сердцебиение слабее. Ормор вливал в нее свои силы, но сила исчезала словно вода в бездонной пропасти.

И вот этот человек летит назад на своем костяном драконе.

— Ну наконец-то!

Как же сильно мне хотелось отдать приказ Ормору, чтобы он его уничтожил, но всему свое время… Наказания этот возомнивший о себе непонятно что человечишко не избежит в любом случае.

— Барон!

— Поверьте, князь, я здесь ни при чем! — начал оправдываться человек, соскочив с дракона.

— А я думаю, что очень даже при чем!

— Это все Неназываемый…

— К демонам Неназываемого, я о нем никогда ничего не слышал! Это все твои уловки!

— Отец… что со мной случилось? — спросила вдруг очнувшаяся Тамгария. — Барон Киэрриэл?.. А вы почему здесь?.. Вы же улетели…

Я бросился к очнувшейся, даже более того — ожившей дочери.

— Ну вот, что и требовалось доказать! Стоило только тебе вернуться — и она пришла в себя!

— Это все Неназываемый! — заверещал человек. — Он хочет рассорить нас, чтобы вы меня уничтожили…

— И я тебя уничтожу, если ты немедленно ее не излечишь!

— Но я не могу! Я даже не маг! В конце концов, зачем мне это?!

Действительно… все же подумал я через пелену ненависти. Давно на меня так не накатывало, что того и гляди приступ ярости начнется. Но это моя любимая дочь!

— Чтобы заполучить в свою коллекцию принцессу Тамгарию! — рявкнул Ормор. — У тебя ведь уже есть по женщине почти от каждой расы, только гномы с эльфийками не хватает! И мелочиться ты не стал, похитив принцессу!

— Верно!!! — согласился я со словами своего лучшего друга и советника.

— Вы говорите полную ерунду! Я не коллекционирую женщин! И гномки с эльфийками мне даром не нужны!

— За тебя говорят твои дела! — продолжил Ормор. — И по делам я вижу, что коллекционируешь! А если нет, то излечи принцессу и докажи, что она тебе не нужна!

— Но я не могу! Слышите?! Не могу!!! Как мне еще вам это доказать, что не я повинен в ее состоянии, а Неназываемый?!

— Что ж, человек, советую тебе найти способ ее излечить, иначе я приду войной и разрушу твой замок! — сказал я, едва сдерживая себя.

— Хорошо… но мне придется забрать ее с собой…

— Что и требовалось доказать, князь! — воскликнул Ормор.

— Что?! — взревел я, не переходя в ярость только потому, что меня схватила за руку дочь. — Чтобы моя Тамгария попала в твой вертеп как еще одна твоя подстилка?! Да я тебя за это живьем в лаву брошу! Ты излечишь ее здесь — или пеняй на себя! — перехватил я секиру.

— Князь, надо захватить его в плен, — едва слышно прошептал мне Ормор на гномском. — Раз принцесса рядом с ним чувствует себя хорошо, то если он будет в нашей власти, я, возможно, с течением времени сумею разгадать, в чем тут дело… или же он сам снимет заклятие, чтобы не познать во всей красе мастерства заплечных дел мастера…

— Делай!

И Ормор атаковал…

— Человека брать живьем!

Кирилл. Попавший попаданец

Чертовы непрошибаемые коротышки! Они все никак не могли поверить в то, что не я заколдовал Тамгарию, а Неназываемый. Наверное, князя как отца еще можно понять, у него ум за разум от беспокойства за дочь заходит, потому и несет всякую околесицу, но вот маг… он только подливал масла в огонь. Такой же непрошибаемый, или…

— Осторожно, Киррил! — вскрикнула Лития на драконе.

Да я и сам увидел, как коротышка-маг направил свой посох с ярко вспыхнувшим коричневым камнем — наверное, горным хрусталем — на меня, и с него сорвалось какое-то мутное сероватое облако.

Что-то по-гномски гаркнул князь, и на нас рванули закованные в железо коротышки.

В Литию устремилось несколько болтов из «скорпионов», но поскольку чего-то подобного из-за нервозности обстановки, когда может случиться всякое, мы ждали, она сумела отбиться от них, метнув что-то навстречу из своего посоха, и, даже будучи зачарованными, болты рассыпались прахом.

Как хорошо, что они хладного железа не использовали, подумал я с облегчением, оно бы пробилось сквозь эту защиту с самыми печальными последствиями.

Правда, эти бородатые ублюдки через секунду повторили залп. Четыре болта приняла на себя костяная драконша, просто подняв голову и прикрыв хозяйку, но один протиснулся меж костей черепа и угодил наезднице прямо в грудь. Лития, выронив посох, безвольной куклой упала со спины Волги на землю.

— Лития!!!

Я попробовал метнуться к ней, но меня сковала магия коротышки. Возникло такое ощущение, что на меня нагрузили целую гору мешков с землей.

Скелетонов между тем, как я и предполагал, гномы разметали на отдельные косточки буквально в считанные мгновения, не понеся потерь даже ранеными.

То, что меня сковало, также чем-то походило на веревки, нематериальные разве что, ну и я на инстинктах разорвал их, поднатужившись, как если бы рвал веревки обыкновенные, только сейчас вместо мышц путы рвала моя аура.

Подбежавших гномов, только что разделавшихся со скелетонами, я осыпал ударами своего меча, но эти зачарованные доспехи попробуй пробей, даже если у тебя не менее зачарованный меч. Тут требуется оружие из преобразованного мифрила, оно порежет все эти по сути артефакты в лапшу… но увы, сейчас у меня такого оружия нет. Ну кто бы мог подумать, что оно пригодится во время дипломатической миссии?! Даже топорик дома оставил.

Тем не менее, то, что я стал подвижен, сбросив с себя магию удержания, заставило коротышек сбавить напор, и я смог отступить к телу Литии.

Князь и маг что-то кричали воинам на гномском, и воины попытались отсечь меня от моей боевой подруги, не желая, чтобы я ей помог.

Обломитесь! На что мне сверхскорость?!

И на сверхскорости я добрался до Литии, все еще без движения лежащей с болтом в пробитой насквозь груди.

— Бородатые скоты!

Я ножом быстро отсек часть болта с жестким оперением и, схватив за наконечник из спины, вытащил застрявшую в теле деревяшку.

Все это я проделал на сверхскорости, так что гномы ничего не успели сделать, чтобы как-то мне помешать.

Все, теперь нужно только немного времени… А чтобы восстановление прошло быстрее, добавил своей энергии, преобразуя ее в некроману, благо наловчился уже с Олграной, да и с Хайллейсой тоже, что дальше некуда, да и с самой Литией опыт уже есть немалый, так что знаю, что и как делать.

— Князь, я заставлю тебя сожрать собственную бороду за это! — заорал я, делая выпады и пиная ногой в щиты коротышек так, что их буквально вбивало внутрь строя.

А бородатые коротышки из стрелков за спинами своих товарищей продолжали крутить воротами, взводя свои стрелометы. Дело дрянь…

Увидев это, пнул по морде костяную драконшу, что находилась в нокдауне, как и хозяйка.

— Вставай, чертова костяшка!

Вот почему ее тоже вырубает, а?! Ведь скелетоны остались в строю и бились, несмотря ни на что. Хотя, может, все дело в том, что в костяках сидят чужие души, а в драконше частичка души самой Литии, вот и плющит ее по обратной связи… Из-за этого, кстати, число таких тварей, что может создать некромант, весьма ограничено.

Князь опять что-то проорал, и гномы вновь атаковали, причем не только меня, но и валяющуюся драконшу, начав наносить по ней удары своим оружием, стремясь разломать нашу основную ударную и летающую силу.

— Вот гады!!!

Я, заскочив на хребет Волги и выхватив из чехла винтовку, открыл сверху шквальный огонь. Первым делом залив огнем стрелометы, уже готовые к стрельбе, благо успел первым. Несколько болтов все же сорвались, но прицелиться гномы не успели, и выстрелы ушли в никуда.

Кстати, надо отметить тот факт, что регулярная выкачка сил демонессой, так что я потом сутки валяюсь пластом, принесло неожиданные (хотя, если подумать, не такие уж и неожиданные, а вполне прогнозируемые в своей логике) результаты. Заключались они в том, что я стал несколько более энергоемким.

Условно говоря, я таким жестким тренингом накачал мышцы своей энергетической составляющей. Они и раньше при работе с Олграной накачивались, но не так заметно, а тут прямо рывком все происходило. И если раньше я мог сделать под сотню выстрелов файерболами без особого для себя ущерба, то сейчас уже мог отправить все сто пятьдесят. И сохраняющаяся тенденция увеличения мощи мне нравится.

Даже возникла мысль сделать такую выкачку более частой — скажем, два раза в месяц. Нет-нет, не поймите меня неправильно, все это я хочу исключительно ради развития своего энергетического потенциала, а не из-за… ну вы поняли.

Жаль только, что вся моя огненная мощь оказалась бесполезной. У этих ребят на оснащении стоят очень мощные защитные амулеты. Огонь стекал с гномов как вода. Все, чего я сумел добиться, это того, что они отступились от драконши, закрываясь щитами от огня. Впрочем, это мне и требовалось в первую очередь. Уничтожение противника — вторичная задача.

А вот маг все никак не успокоится. Готовит мне очередную пакость… и готовит ее по-гномски медленно, основательно, чтобы сработала так же надежно и убойно. В то время как человеческий маг провел бы уже с полдюжины магических атак.

Я переключился на первоначальную функцию своей винтовки и быстро разрядил в мага шесть мифрилово-свинцовых пуль, прежде чем его успели прикрыть щитами телохранители, никак не ожидавшие такого подвоха. Правда, первые три пули, как я понял, он сумел отразить своим магическим щитом, но остальные, пробив его, достигли цели, причем последнюю, шестую пулю мне скорее случайно, чем специально, удалось загнать ему прямо в башку.

Гномский маг, получив серьезное ранение, выронил посох из рук и упал. Но так как он продолжал шевелиться, я понял, что пуля ему лобной кости не пробила. А жаль. Однако главное — что маг на некоторое время выбыл из игры.

Чем-то магическим попытались достать меня воины, стреляя из своих боевых амулетов, но мой защитный мифриловый амулет оказался на высоте и пока держал их атаки. Ну и я в свою очередь пострелял в них магией из своих боевых амулетов-колец. А потом вновь перешел на винтовку, то буквально засыпая их ледяными иглами, то заливая огнем.

Князь бесновался, орал, что-то приказывая, но без мага все было тщетно.

А вот Лития наконец начала приходить в себя. Первым делом схватила свой лежащий рядом посох.

— Ну все, ждите в гости полярную лисичку! — хохотнул я, помогая Литии, вновь ставшей полноценным личем с кожей пергаментного цвета, взобраться на также ожившую Черную Молнию.

Гномы поняли, что сейчас запахнет жареным, причем в прямом смысле этого слова, и быстро, сохраняя строй, отступили, но недостаточно далеко и менее резво, чем требовалось: коротенькие ножки подвели.

Лития отдала приказ — и вышедшая из комы Волга дыхнула огнем, испепеляя в прах первые ряды и сажая магический заряд в защитных амулетах вторых и третьих рядов.

Драконша отомстила, саданув по уцелевшим хвостом, а потом потопталась лапами на упавших, валя разбегающихся.

Я тем временем перезарядился и всадил еще шесть пуль в начавшего вставать гадского мага. А он все никак не желал подыхать. Живучие, твари.

Черная Молния сделала еще один выдох, заставляя гномов, понимающих, что им нечего противопоставить такой машине смерти, сотворенной магией смерти, в панике разбегаться кто куда.

Я достал ракетницу. Этому магу по-любому не жить. Не понравился он мне с самого начала. Скользкий какой-то… а еще говорят, что гномы все очень открытые ребята. Может, и так, но, как известно, нет правил без исключений.

— Лучше отдай его душу мне, — сказала Лития, заметив мое движение. — Зачем добру пропадать?

— Для тебя, дорогая, — все что угодно!

Лития, усмехнувшись, склонилась со спины драконши и всадила свой посох в спину магу. В черепе посоха яркими факелами полыхнул огонь.

— Сильный маг, — довольно сказала Лития, также отметив этот эффект. — Можно будет из него рыцаря смерти сделать!

О! Высшее умертвите, если я правильно помню. Очень трудноуничтожимая тварь, но при этом сам может свободно потягаться с сильными магами, в том числе на магическом поприще. Хорошее приобретение.

— А он не сбежит?

— Нет! Сейчас он, после того как ты его изранил мифриловыми пулями, — слабый очень. А потом поздно станет трепыхаться!

— Ясно.

Драконша тем временем подцепила посох мага пастью и передала его Литии. Правильно, такой трофей лишним не станет.

Ну вот, собственно, и все. Хорошие у нас переговоры получились при сдаче похищенной родным. Хоть стой, хоть падай…

Меня привлек плач. Осмотревшись, я увидел, как Тамгария тормошит обгоревшее тело в золоченых доспехах.

Ну и что мне делать прикажете? Сваливать? Так умрет ведь без меня…

«Одним косяком больше, одним меньше, — отмахнулось мое второе «я». — Думаешь после случившегося, пролившейся с обеих сторон крови возможны нормальные отношения с гномами, даже если тебе как-то удастся спасти эту гномку, будь она хоть трижды принцессой?»

Ты же вроде моей совестью должен работать, удивился я. В прошлый раз, в случае с Галлогалой, говорил, что мы ответственны за тех, кого приручили, и все такое, а тут сам предлагаешь оставить ее умирать под воздействием магии Неназываемого…

«Ну… как говорится, с кем поведешься…»

Вот только не надо на меня все валить…

— Принцесса… — позвал я.

Но меня, естественно, не услышали.

— Тамгария!

Только сейчас гнома отвлеклась от тела своего отца и обратила свой взор на меня. В нем быстро сменилось несколько эмоций — от недоумения до ненависти.

Я с тяжким вздохом слез с Волги. Добрый я…

— Не подходи ко мне!

— Я не хочу вам зла, принцесса…

— Что тебе нужно?!

— Ничего…

— Не подходи!!!

— Успокойтесь. Я только проверю, жив ваш отец или…

— Чтобы добить его?!

Тамгария схватила лежащую рядом секиру отца.

Если честно, такое желание в наличии имелось, но мне удалось его перебороть. Зачем совсем сжигать все мосты?

— Нет… мне не нужна его смерть. Если бы хотел добить, то для этого мне не требуется все делать самому, достаточно еще одного дыхания драконши. Если вы не забыли, это не я начал драку. Я даже помогу ему. У меня есть целебный амулет.

Аналогичные гномские амулеты либо уже отработали свой ресурс, либо сгорели.

Приведенные доводы заставили девушку ощутить неуверенность.

— Ну же, принцесса… решайтесь.

— Хорошо…

Я подошел к князю, как там его… попробовал проверить пульс на шее, но мешала обгорелая борода. С руками тоже облом, все в доспехах. В общем, я обратил на него целебный амулет без проверки.

От ноздрей с земли при выдохе отлетело облачко пыли и пепла.

— Как видите принцесса, ваш отец жив.

— Спасибо…

— Теперь что касается непосредственно вас…

— В смысле?

— В смысле, что без моего присутствия вам не выжить. Думаю, ради этого ваш отец и пошел на конфликт, желая взять меня в плен, чтобы я и дальше находился подле вас, но в ваших владениях. На вас адепты Неназываемого наложили какое-то хитрое заклинание, завязав вас как-то на меня. И стоило мне улететь — вы через какое-то время начали умирать.

— И что же теперь делать?

— Я вижу только один выход — лететь со мной в надежде, что мне удастся разобраться с внедренной в вас пакостью.

— А как же отец?

— С ним ничего не случится. Его жизнь уже вне опасности. Вскоре после нашего отлета разбежавшиеся солдаты вернутся и помогут вашему отцу.

— Он ведь все равно пойдет на вас войной, — потерянно сказала Тамгария. — Соберет свою армию, призовет союзников… Не поверит, что я добровольно с вами улетела, даже если напишу ему письма или по амулету связи свяжусь. Подумает, что меня околдовали…

— Тут уже ничего не поделать, горбатого только могила исправит. Но ведь не умирать же вам из-за этого недоразумения? А там, глядишь, мне удастся вас излечить, вы вернетесь домой, и возможно, все еще обойдется. А вот если вы останетесь и умрете, то никаких вариантов на положительный исход вообще нет.

— Хорошо, дор Киэрриэл, я лечу с вами…

— Тогда прошу…

Мы заняли свои места, и Волга, взяв небольшой разбег вниз по склону, дельтапланом взмыла в небеса.

Глава 5

Кирилл. Напасти старые и новые

В замок прилетели только глубоким вечером, когда уже зажглись огни на «посадочной площадке». Все-таки Лития после ранения зачарованным болтом чувствовала себя не очень хорошо, а это в свою очередь влияло на Волгу. К концу полета, правда, она полностью восстановилась в моей-то ауре, а крови хлебнув, так и вовсе ожила.

Подлетая к замку, я заметил, как в его сторону транспортируют большой ствол железного дерева.

Это очень кстати, подумал я. Строительство Тирана надо максимально форсировать. Чувствую я, гномы нам очень скоро дадут прикурить… Да и производство простых големов тоже не мешало бы ускорить, но тут все больше от пропускной способности Олграны зависит, чем от производственных мощностей.

И вообще черт всех подери! Дадут мне наконец спокойно пожить?! Осенью — война, весной — война! Летом — сам себе неприятности нахожу…

Неназываемый, тебе крышка! Вот разберусь с гномами — и тобой самым плотным образом займусь. Терпеть от тебя неприятностей я больше не намерен. Отыщу нору, в которой ты засел, в какой бы глубокой заднице она ни находилась, и порву!

Волга, зависнув на месте как сокол перед пикированием, плавно села на крышу замка.

Нас уже встречали.

— Как слетали? — практически хором спросили встречающие.

Но тут увидели гному и удивились.

— Что, не встретили?! — удивилась Ссашшиллесса.

Ну да, я ведь им просто сказал, что мы возвращаемся. Вести пространные разговоры по амулету связи не слишком удобно — не телефон все же.

— Встретили! Еще как встретили! — вырвалось у меня в раздражении. — Так встретили, что следом придут и еще раз встретят!

— Что случилось? — озабоченно спросила Олграна, на этот раз опустив свои шуточки, а то ведь наверняка могла что-нибудь ввернуть — типа я не захотел отдавать красу, либо мне ее назад отдали.

— Идемте в зал, за ужином все расскажу… — вздохнул я, помогая спуститься гноме.

— И правда! — согласилась Зеленоглазка.

За едой настроение немного выправилось, и я вполне спокойно поведал о том, что произошло при передаче Тамгарии.

— Вот же… духи… и… всех… пополам! — с чувством выдала Олграна, когда я закончил повествование.

— В связи с этим у меня вопрос: как быстро армия гномов появится у нас под стенами?

Все посмотрели на гному. Ну да, кому, как не ей, знать ответ на этот вопрос!

— Я не знаю… — тихо ответила она, потупив взгляд.

— Ну примерно. Неделя, две, месяц? — настоял я на ответе.

— Недели три. С одной своей дружиной отец вряд ли выйдет. Все-таки тысяча воинов — это маловато для захвата такого замка. Да и сильнейшего в княжестве мага больше нет…

— А сколько примерно союзников он может привлечь?

— Около десяти, если будет спешить. А если проявит терпение, то и все двадцать откликнутся.

— Вот же ешки-матрешки! — воскликнул я. — От десяти до двадцати тысяч закованных в сталь гномов, каждый из которых стоит десятка солдат-людей! Я уже молчу об эффективности их доспехов и амулетов! Плюс неслабые маги! Твою ж…

— Плюс железные големы, — добавила соли на рану Тамгария.

— Сколько?!

— Отец выставит не меньше сотни.

— И остальные наверняка не меньше выставят! — взвыл я, схватившись за голову. — Итого от тысячи до двух железных големов!

И хоть я не видел железных големов не то что в бою, но вообще вживую, однако по своим деревянным я примерно представлял всю их сокрушительную мощь. Будет большой удачей, если мне удастся разменять на одного стального десять своих целлюлозных… Но у меня столько нет даже в проекте! М-мать!!!

Да одних железных големов хватит, чтобы раскидать всю мою армию, состоящую из големов, скелетонов и живых разумных. А десяток тысяч гномов просто пройдутся и втопчут все, что осталось, в землю.

Еще не надо забывать о гномских метательных механизмах. Вот уж в чем они доки! Даже если замок устоит под напором чистой магии, Олграна и Тарногар постараются, его просто разрушат из катапульт.

Пипец! Что же делать-то?!

«Вешаться!» — заржало мое второе «я».

Ненавижу!

«Я тебя тоже люблю!»

Впрочем, решение вопроса на самом деле находится на поверхности. Всего-то и нужно — «излечить» Тамгарию и вернуть ее папочке до начала боевых действий.

«Скорее уж на недосягаемой глубине: учитывая, что с проблемой не справился даже архимаг, то куда уж тебе, несмышленышу, с ним тягаться в области магии!» — подгадил внутренний голос.

Ну не вешаться же теперь, в самом деле?! — взвыл я, понимая всю правоту своего второго «я». Немного времени все же есть, может, что получится, если долго мучиться…

«А времени как раз и нет!»

— Олграна, архир, вам задание: создать несколько разных по сложности амулетов…

— Каких? — спросила шаманка.

— Не суть важно… Главное, чтобы они были разного ранга сложности и силы.

— Сделаем.

— Зачем? — спросил уже архимаг.

— Буду тренироваться не изменять уже существующие плетения, а разрушать их.

— Понятно…

Все посмотрели на гному.

В принципе архимаг тоже мог спокойно разрушить плетение, но только вместе с мозгом пациента. Особенность магии Неназываемого. Я же… Возникло у меня чувство, когда коснулся этого плетения в голове гномы, что я как раз могу убрать его без причинения вреда здоровью Тамгарии. В конце концов, я мог исправлять уродства новорожденным неполноценным оборотням, что не под силу величайшим магам современности. Рассар я или где?!

— Только с этим надо быть осторожнее, — сказала орчанка. — При разрушении плетения амулет, как правило, тоже… разрушается.

Все вновь посмотрели на Тамгарию, наверное, представляя, как ее всю разрывает на кусочки.

— Вот и буду тренироваться сначала на амулетах, чтобы добиться разрушения плетения без разрушения основы. Потом перейдем на животных, ну и…

Все в третий раз посмотрели на не находящую себе места от возможных перспектив Тамгарию.

Ба-бах!!!

Очередной амулет взорвался мелким каменным крошевом.

— Ч-черт…

Что-то я делаю не так. Не получается у меня разрушить плетение без разрушения основы, на которую оно нанесено.

Вот видоизменить функции плетения в амулете — это пожалуйста! Могу даже заставить амулет делать прямо обратное действию, на которое его создавали. Скажем, амулет должен оздоравливать — значит, будет, наоборот, отнимать здоровье. Должен амулет что-то заморозить (кстати, проблем с холодильниками нет, по крайней мере у тех, кто может себе позволить заплатить за амулет и доплачивать за подзарядку) — значит, будет разогревать. И так далее. Но вот просто разрушить без последствий — облом.

Плюнув на эксперименты, я решил немного освежиться, пройтись по замку…

И тут на меня налетел глава бригады лесорубов, отвечавших за доставку железного дерева для кабины Тирана.

— Господин!!! Там… там эта… — бригадир явно находился на грани паники.

— Чего — эта? — встряхнул я полукровку, сам заражаясь паникой.

Что могло произойти?! Почему на меня вечно валятся всякие неприятности?

— С детьми что-то?!

— Не! Там… мы эта… ствол дотащили, начали его распиливать, а оно возьми да тресни… а в нем… в нем!..

— Успокойся! — я для эффекта добавил в голос строгости и встряхнул мужичка еще раз. — Говори толком наконец!

— Я и говорю, господин… девка там… вот… голая в бревне лежит… и мертвая… вроде бы…

— Какая еще девка?! Да еще в бревне! Ты че несешь! Пили?

— Ни-ни, господин! Как можно?! Мы тока когда дело закончим… выпиваем вечерком… но пива. Вино только в выходные…

— Пойдем глянем, что вы за девку в бревне нашли. А ты рассказывай, рассказывай…

— Так ить нечего рассказывать, господин! Пилим бревно, что вчерась доставили, значится… и чую, значится, бревно дрянное попалось, гулкое, если стукнуть, думаю — сгнило изнутри… а потом хрясь… и раскололося бревно! А из него, значится… девка выпала…

Слухи о девке, выпавшей из расколовшегося бревна, естественно, в один миг облетели замок, и все столпились у подъемника, чтобы спуститься вниз, где как раз находились мастерские по изготовлению големов. Тирана вообще-то планировалось делать полностью наверху, на закрытой площадке рядом с кузней, для вящей секретности, но первоначальную обработку материала по ошкурению и распиловке проводили внизу.

Не обошла вниманием весть и моих гражданских жен.

— Похоже, это тоже бесполезно, — хмыкнула Олграна.

— Что — бесполезно? — не понял я.

— Держать тебя в замке. Из прогулки ты возвращаешься с девками, и в замке сидишь — все равно пополнение появляется…

Я только чертыхнулся под смешки своих подруг.

Все-таки повезло мне с ними. Скандалов не устраивают, сцен ревности тоже. Если подумать, то это очень странно.

«Чего странного-то?! — удивилось мое второе «я». — Не хочешь, чтобы они тебе сцены закатывали, — вот и не закатывают. Ты же рассар, так тебя разэтак. Вот и сделал всех своих любовниц лучшими подругами».

Хм-м… а ведь эта мысль имеет право на существование.

На лифтовую платформу вошел только я с подругами, да с Буратино — Железным дровосеком, ну и прораба команды лесорубов захватил. Остальных выгнал прочь.

Спустившись вниз, скорым шагом добрался до мастерской, где на площадке вокруг развалившегося пополам ствола железного дерева собралась целая толпа рабочих, что-то живо обсуждающих.

— Никак дриада! — шептался один.

— Не… — отвечал другой. — Какая-то она не такая…

— Какая еще не такая? Ты что, много дриад видел, чтобы их опознать? А она раз в дереве сидела, значит, дриада.

Я наконец пробрался сквозь толпу, Буратино ледоколом пробил путь мне и моим гражданским женам. Меня с сопровождением наконец заметили и посторонились, чуть кланяясь.

— Еще одна спящая красавица… — пробормотал я, покосившись на гному.

А параметры «спящей красавицы» меня особо не впечатлили. Ростом она примерно чуть выше Зеленоглазки и Тамгарии, но по телосложению даже субтильнее гоблинки, не говоря уже о гноме. К ней, как ни к кому иной, применимо определение «худосочная»: кожа да кости.

Но, может, это последствия сидения в дереве? Хотя если она действительно дриада, в чем я практически не сомневался, по описаниям они именно такие, то вроде так и должно быть.

Грудь — хорошо если первый размер есть, в общем, едва угадывалась. То ли дриада по своим меркам молодая, то ли просто не повезло, то ли они только такие и водятся.

Как-то невольно вспомнился анекдот, когда парочка занимается любовью, а мужик активно лапает спину женщины. «Что ты там ищешь?» — спрашивает она, когда ей это надоело. «Грудь» — отвечает он. «Но почему на спине?!» — удивляется женщина. «Спереди искал — не нашел», — отвечает мужик.

Лицо… да вполне обычное: нос, рот, глаза, уши, правда, чуть остроконечные, никаких ужасов, хотя в лице угадывались черты чуть ли не всех рас, населяющих Даронар, но на вид вполне симпатичное.

Даже цвет кожи — зеленовато-коричневый — не портил впечатления. Я в этом отношении закаленный. Чего только мои зеленушки стоят.

Волосы, как и кожа, имели зелено-бурый окрас, только темнее и по структуре напоминали… ну знаете, хиппи-косячники любят волосы с начесом делать, а-ля Децл, — вот такие же росли у нее. Но на вид это не отталкивало, тем более что помимо тонких бровей больше нигде волосяного покрова не наблюдалось.

Но в целом не в моем вкусе… не привлекает меня такая худосочность.

«В дриадоеды записался? — хмыкнуло мое второе «я». — Так она не растение, так что вегетарианцем тебе в ее случае не стать».

Я даже отвечать на этот бред своей шизофрении не стал. Шиза — она и есть шиза.

«Ну и, как говорится, о вкусах вообще-то не спорят, — ничуть не обиделось на мое молчание второе «я». — К тому же в твоем случае это не проблема, несколько… хм-м… сеансов любви — и переделаешь на свой лад, как гоблинку…»

Это да, вынужден был признать я, могу… но не буду сеансов любви устраивать.

«Да куда ты денешься!»

Хм-м… а как это будет называться с дриадой?

«Да хрен его знает! Может, дендрофилия?!»

«Это когда партнерша в постели — бревно бревном?» — поинтересовался я.

Моя шиза весело заржала.

Архимаг накрыл обнаженную дриаду своим плащом. Вот же, блин, и чего раньше никто не додумался это сделать, пялятся все… озабоченные. Да и я тоже хорош…

— Надо бы ее отнести…

И посмотрел на меня. Дескать, старый я дедулька да немощный, триста годков мне, поносите-ка вы ее, юноша. Ну а мне поднять эту худосочную вообще не проблема, весит наверняка не больше тридцати кило. Совсем себя диетой замучила… Чем они вообще питаются? Древесными соками?

Но вот, лучше бы я это не делал…

Стоило только прикоснуться к дриаде, как меня словно током ударило, а в глазах помутилось от «падения напряжения в сети», из меня рывком выкачали большую часть энергии, и я все-таки пошатнулся и упал на… ягодичные мышцы.

А в следующий миг лежавшая бревном дриада резво вскочила на ноги и, выпучив на нас в безумном взоре свои почему-то синие глаза, начала творить всяческое непотребство…

В нас живыми щупальцами, вырвавшись из земли, полетели лианы, в миг скручивая не ожидавших ничего такого окружающих разумных. В том числе и в меня с подругами.

Рабочих скрутило в один миг, они даже пикнуть не успели, а также Зеленоглазку, Тамгарию и Мягкую Лапу. Сопротивляться этим живым веревкам смогли только Олграна, Ссашшиллесса, Лития и я с архимагом.

Оборотница попыталась обернуться в волчицу, да куда там…

Вампиресса лихо рубила лианы в своем боевом танце. Орчанка сжигала кидающиеся в нее лианы, а Лития обращала их в прах. Но они едва справлялись, так густо и быстро перли лианы.

Архимаг раскидывал хищные растения своей магией, а я просто рвал руками — обретенной благодаря суккубу демонической силой.

— Да вырубите ее кто-нибудь! — закричала Зеленоглазка с болью в голосе.

Оно и понятно, лианы продолжали сдавливать своих жертв и скоро начнут рвать кожу с мышцами и ломать кости.

Попыталась что-то метнуть шаманка, кажется, файербол, но и ее удар не достиг цели.

Дриада выставила щит из сгустка лиан.

Как пропали усилия Литии, также подготовившей удар. Ее облако праха наткнулось на аналогичный мгновенно сплетенный травяной щит.

Несогласованные атаки женщин привели к тому, что они сами пропустили удары и оказались опутаны хищными лианами.

Тарногар также попытался что-то кастануть, но защита у этой дриады оказалась на высоте, и даже удар архимага пропал втуне, разбившись о щит из коры, и ему опять пришлось перейти к обороне. Причем дриада, опознав в архимаге самого сильного противника, атаковала его дополнительными средствами в виде острых щепок-стрел и кольев-копий, так что ему пришлось уйти в оборону.

Сама дриада облачилась в броню из коры от железного дерева и листвы с травой.

— Проклятье… — пробормотал я, встав сначала на колени, благо архимаг занимал все внимание этой чокнутой, а потом на ноги, продолжая срывать неугомонную зелень, что упорно пыталась спеленать меня в кокон и прижать к земле.

В конце концов я находился ближе всего от дриады, всего в паре шагов, но эти два шага дались мне с чудовищным трудом. Но я сделал эти два чертовых шага и… в общем, никогда не бил женщин, недостойно это мужчины (схватка с Литией в тайной комнате не в счет, я тогда не знал, кто мне противостоял), но тут пришлось. В общем, я ей врезал со всей души, и не просто двинул, а вложил в удар еще и свою рассарскую ману:

— Хэк!

Дриада закатила глазки и, отлетев метра на два, грохнулась в нокауте. Не помогли ей никакие щиты и броня.

Активность зелени тут же прекратилась, и мои подруги, обладающие магией, смогли избавиться от пут, а потом освободили всех остальных, помогая тем, кто успел получить серьезные травмы.

— Я ее не убил часом? — поинтересовался я у архимага, подходя с ним к поверженной. — Удар получился сильным, как бы я ей чего не поломал…

— Так ей и надо, если поломал! — вставила Зеленоглазка, страдальчески морщась.

Впрочем, амулеты здоровья уже действовали.

— Ну, спорить не стану…

Касаться этой дивы второй раз, чтобы проверить пульс, у меня не возникло ни малейшего желания. А то вдруг опять вскочит и начнет лианами кидаться?

— Жива… — посмотрев магически, дал заключение Тарногар.

— И чего с ней теперь такой буйной делать? — поинтересовался я.

— Тебе решать, — пожал плечами архимаг.

— У кого какие предложения?

Я осмотрел подруг.

Так, Зеленоглазку спрашивать бесполезно, ее ответ на подобные вопросы я и так знаю, и злобный взгляд, обращенный на спящую красавицу, это лишь подтверждает.

Взгляды остальных подруг также были далеки от излучения добра и всепрощения. Но и отвечать они не спешили, зная уже, что такого ответа-предложения к исполнению я не приму.

— Понятно… Кто-нибудь, принесите носилки!

— Ты хочешь взять ее в замок?! — зашипела Олграна.

— А что с ней еще делать? Отнести в лес и бросить ее там умирать? — удивился я.

— Она — дриада, лес — ее дом. Выживет.

— Точно? А то я где-то слышал, что они связаны со своим деревом-вместилищем, и если оно погибает, а мы его вообще к чертям срубили, то и дриада, живущая в нем, гибнет.

— Тогда ты ей тем более уже ничем не сможешь помочь.

— Что ж, тогда пусть она хотя бы умрет в комфортных условиях, достойно, а не брошенная в какой-нибудь овраг, как… не знаю кто.

С этим доводом согласились все. Все же я не только отрицательно влияю на гражданских жен…

Наконец принесли носилки, и дриаду положили на них с большой осторожностью, подцепив ее веревками за руки и ноги, чтобы не касаться открытых частей тела, и вновь накрыли плащом.

— Продолжаем работать! — прикрикнула на толпящихся работников Зеленоглазка.

Все тут же поспешили рассосаться и срочно найти себе занятие. Нрав у Зеленоглазки еще тот, и под ее горячую руку попадать никто не желал. А уж когда она в плохом настроении!..

Дриада, обреченная на смерть

Как же долго я спала…

И что это со мной? Какое-то странное ощущение…

И это мелькание образов боя…

Что случилось?

Где я?!

Я вскочила с чего-то мягкого. Но меня всюду окружает только камень, ни одного растения! Разве что есть несколько мертвых деревяшек.

Я заметалась по каменному мешку, освещенному огнем одной большой свечи.

Остановиться меня заставил голос, раздавшийся из странного камня, лежащего на небольшом столике, и враз навалившаяся усталость. Неоткуда взять сил… И что с моим домом?!

— Прошу вас не пугаться и успокоиться, вам ничто не угрожает… Вы меня понимаете? Ответьте…

— Д-да…

— Вы не будете нападать, если я приду к вам лично?

— Н-нет…

— Точно?

— Да… тем более что вы постарались лишить меня всего, чем я могла бы себя защитить…

— Это вышло ненамеренно… В общем, я сейчас приду, и мы поговорим тет-а-тет.

Прошло совсем немного времени, когда открылась выложенная камнем железная дверь и в помещение вошли два человека в сопровождении сразу пяти женщин разных рас.

— Извиняюсь, но обеспечить тет-а-тет не получилось, — сказал молодой человек, с усмешкой глянув на сопровождающих.

— Знаем мы эти тет-а-тет, — ворчливо сказала орчанка.

— Зачем вы меня пленили? — спросила я.

— Как таковой речи о плене нет, как я и сказал, все получилось ненамеренно…

— Мое дерево?!

— Увы, мне жаль, но его спилили…

Я рухнула на это нечто мягкое, на чем лежала до пробуждения. Все потеряно…

— Почему ты не показалась лесорубам и не остановила их? — с обвинением в голосе спросила гоблинка.

— Я спала…

— Не слишком ли крепкий у тебя сон, что аж проспала момент, когда свалили твой дом? — спросила оборотниха.

— Нет… все дело в том, что несколько циклов назад я была сильно ранена… и мне пришлось погрузиться в особый лечебный сон.

— Кто тебя ранил?

— Это была молния, она попала в мой дом, когда я в нем находилась…

— Теперь все понятно… — сказал молодой человек со вздохом. — Мы можем как-то помочь тебе?

— Нет… это невозможно.

— Совсем?!

— Да.

— Поселиться в новое дерево?

— Это невозможно…

— Но почему?

— Мы с деревом, выбранным в качестве дома, становимся единым целым… мне трудно это объяснить вам. Даже будучи полной сил, я не смогла бы перестроить дерево под себя, ни тем более измениться под него. Единение с деревом происходит в очень раннем возрасте, когда аура дриады еще нейтральна…

— Хорошо, принимаем на веру. Сколько у тебя времени, до того как…

— Немного… дней пять-шесть. Я не оправилась от ранения, мои силы практически истощены и продолжают стремительно таять.

— Ну, я бы не сказал, что вчера ты испытывала истощение, очень даже лихо нас потрепала…

— О чем вы? — не поняла я.

— Сразу после пробуждения, когда ствол твоего дерева разломался, ты нас атаковала.

И правда… эти образы боя. А потом удар.

— Странно… я не могла высвободить столько силы… так действовать я могла, только будучи здоровой.

— А если так…

Человек протянул ко мне руку. Я отшатнулась назад.

— Не бойся, никто не хочет причинить тебе вреда. Просто коснись меня рукой.

Терять мне было нечего, и я исполнила просьбу человека.

О! Сколько силы!!!

— Хватит! Хватит!!!

Человек поспешно разорвал со мной связь.

— Лучше?

— Да, но эта энергия мне не подходит… она словно огонь выжигает все внутри.

— Но как долго ты сможешь протянуть на моей подпитке?

— Около четверти цикла…

— А цикл — это?..

— Период, когда заканчивается полный кругооборот времен года…

— Значит, около трех месяцев. Неплохо. Думаю, кое-что все же можно сделать. А если не получится, то есть один способ, как видоизменить мою энергию на более легко усваиваемую… Правда, кое-кому это может не понравиться, — сказал человек, оглянувшись на своих спутниц.

— О чем ты? — спросила гнома.

— К какой части сказанного этот вопрос? — чему-то хмыкнул человек.

— К обеим.

— Начну с последнего. О преобразовании энергии можешь поинтересоваться у Литии, или еще лучше у Олграны. Этому я у Хайллейсы научился…

— Пфыр, — отозвалась орчанка.

Женщина-человечка с посохом с навершием из черепа тоже усмехнулась.

— Что касается первой части сказанного, то… Мичурина на вас нет, — со смехом ответил человек. — Лития, немедленно лети к месту, где было срублено ее дерево, и подбери как можно больше обрубленных ветвей.

— Зачем?

— Потом объясню.

— Олграна, отыщи с помощью своего орла ближайшее достаточно крупное железное дерево, и потом тебя к нему доставит Лития, и ты его выкопаешь вместе с корнями — и привезете в замок.

— Зачем?!

— Сказал же, что потом объясню.

— Тамгария, тебе поручаются строительные работы. Не против?

— Буду только рада хоть чем-то заняться.

— Тогда берешь строителей — гномских полукровок — и перестраиваешь часть крыши, так чтобы получился этакий бассейн со стороной пять на пять метров.

— Хорошо…

— Чего стоим? Кого ждем?! За работу! — захлопал в ладоши человек, и названные женщины стали покидать комнату. Повернувшись ко мне, сказал: — Все будет хорошо.

— И все-таки что ты задумал, Кирриэл? — спросила гоблинка.

— Сделать дриаде новый дом.

— Но я же сказала, что это невозможно!

— Ха! Для Кирриэла нет ничего невозможного! — ответила гоблинка, обняв человека.

— Ну, ты все же немного хватанула через край, Зеленоглазка! — засмеялся человек. — Я все-таки не бог! И даже боги не всесильны.

— Я в тебя верю!

Гоблинка сказала это с такой уверенностью, даже убеждением, что и я поверила…

— Что ж… кстати, как мне вас звать? — спохватился человек. — Меня зовут Кирилл.

— Дриандарилакунариол.

— Ах-х… м-да, — закашлялся человек, замявшись на первом слове, покосившись на оборотницу. — А можно как-то покороче?

— Это и есть короткое имя.

— Еще раз ах-х… А совсем короткое? Не против, если мы будем звать тебя Дрианда?

— Хорошо.

— Что ж, Дрианда, если вы обещаете вести себя хорошо, ни на кого не нападать, опутывая лианами, и не делать ничего такого, что потом придется переделывать, то можно покинуть это место и выйти наружу.

— Я обещаю. Тем более что здесь я бессильна… нет никаких растений, на которые я могла бы воздействовать.

— Тогда идем.

С какой же радостью я покинула этот каменный мешок, который, казалось, сам по себе тянул из меня силы!

На движущемся полу мы поднялись на самый верх каменного дома и оказались на крыше.

— Дерево я уже нашла, — сказала орчанка, шаманящая на крыше.

— Отлично. Сейчас прилетит Лития, и вы полетите за ним.

— Как скажешь…

Через некоторое время появилась гнома с гномскими полукровками.

— Ваша задача, — обратился к ним человек, — разобрать вот здесь крышу и поставить стенки от пола чердака до собственно крыши, даже чуть повыше — по пояс примерно. Все ясно?

— Яснее некуда, — кивнула гномка. — До вечера управимся.

— Отлично! Приступайте.

В небе тем временем появилась костяная драконша с охапкой веток от моего дерева-дома.

— Лития, сгрузи все ветки в ручей, — связался с женщиной человек по амулету связи.

— Поняла.

Драконша спикировала вниз и к замку прилетела уже без веток. Без лишних слов орчанка села на драконшу, и они вновь улетели.

— Идемте к веткам. А то здесь сейчас станет шумно…

На земле, да среди деревьев, утечка силы снизилась до минимума, но вобрать в себя я ничего не могла без своего дома.

При виде веток от моего дерева с увядшими листьями меня всю перевернуло.

— Они еще живы? — спросил человек.

— Да, но это ненадолго, и вода их не спасет.

— Но до вечера протянут?

— Да…

— Больше и не требуется…

Наконец настал вечер, который, казалось, не настанет никогда. Я прямо вся извелась, не понимая, что хочет сделать человек. Но он проявлял уверенность, и я очень хотела ему верить, ибо он — мой единственный шанс.

— Бассейн готов, — раздался из амулета связи голос гномки.

— Отлично. Олграна, Лития, как у вас дела?

— Давно закончили, — ответила шаманка. — Дерево выкопано.

— Тогда везите его в замок и грузите в подготовленный бассейн.

— Вылетаем, — ответила уже странная женщина, которая вроде живая, но при этом и не живая…

— Ну и нам в замок пора.

Гоблинка как раз привела рабочих, что взяли ветви и понесли их в замок.

На крыше мы оказались все сразу. Костяная драконша осторожно поместила дерево в яму на крыше и, сгрузив наездниц, улетела прочь.

— И что теперь? — поинтересовалась шаманка.

— Теперь засыпаем подготовленную землю в яму.

Рабочие по знаку гоблинки стали быстро работать лопатами, и вскоре дерево было прикопано. Залили также заранее подготовленные ведра воды.

— А теперь что?

— А теперь — собственно то, для чего все делалось… Нервных просим не смотреть и не делать глупостей, — добавил он, посмотрев на меня.

С этими словами человек стал обрубать ветки посаженного дерева.

Приказав, чтобы унесли обрубленные, он стал брать те, что остались от моего дома.

— Вот здесь мне потребуется ваша помощь. Нужно приживить ветви к этому дереву.

Никто уже ничего не стал спрашивать.

— Дрианда… у вас получится лучше всего. Запитайтесь от меня и приживите их.

— Хорошо…

И я, черпая силу из этого странного человека, обжигаясь ею, стала приживлять ветви от своего дома к чужому дереву.

— Отлично, — устало сказал человек, чуть пошатнувшись.

Я тоже вымоталась.

— И для чего это все было сделано? — спросила я. — То, что мы приживили ветви от моего дерева к этому, не сделает это дерево моим домом.

— А это мы сейчас посмотрим…

Человек подошел к дереву, положил одну руку на ствол, а другой взялся за самую крупную приживленную ветку.

— И он сказал: «Поехали!..»

И что-то начало происходить… Дерево стало меняться — не внешне, а на аурном уровне. Едва различимая аура с веток моего дома сначала напиталась силой и стала внедряться в чужой ствол.

Не может быть!

Но это происходило…

Человека стало потряхивать, и в какой-то момент его буквально отбросило назад, но начатое дело по трансформации ауры дерева он закончил.

— Кирриэл! — первой бросилась к человеку гоблинка.

— Ч-черт, это оказалось ничуть не легче, чем с неполноценными оборотнями… — пробормотал он.

Дом! У меня опять есть дом!!!

Я подошла к дереву, и оно приняло меня.

Кирилл. Мичуринец-любитель

Мой план с домом для дриады был несколько рискованным — в конце концов, я просто еще ни разу не пробовал работать с растительной природой, и сразу такой эксперимент. Но с другой стороны, если бы не получилось, то мы ничего не теряли, кроме потраченных сил и времени. Но все получилось, это стало ясно в тот момент, когда дриада подошла к дереву и словно растворилась в нем. Дерево без проблем приняло ее.

— Ну что, вот и выполнил третье условие по жизни… Дом построил… ну пусть не построил, а отобрал, порешив прежнего владельца, сына родил, и не одного, а кучу, и дерево наконец посадил!

— Вот только зачем его было сажать на крыше?! — влезла в светлые мысли орчанка.

— А где еще?

— В лесу!

— Там его опять срубить могут. Она все еще слаба и опять не заметит, как лишится жилища.

Я встал и подошел к дереву, постучав по стволу:

— Тук-тук, есть кто дома?

Дриада отозвалась практически сразу, вывалившись наполовину из ствола.

— Как домик, не слишком тесный? А то твой старый был побольше…

— Это практически не имеет значения. Мне подходит.

— Вот и ладушки.

— Только у него очень плохая связь с окружающим лесом…

— И как это исправить?

— Надо как-то соединить его посредством земли. Камень для этого не подходит…

— Олграна, сможешь это сделать, используя один из запасных вентиляционных ходов?

— Сделаю… Куда я денусь!

— Спасибо!

— Благодарю Кирдрилд, — сказала Дрианда, высунувшись еще сильнее из своего нового дома, после чего быстро поцеловала меня и вновь скрылась внутри, и тут же обильно полезли новые листья.

— М-да…

«Думаю, одним поцелуем она вряд ли ограничится, — усмехнулось мое второе «я». — Так что министр сельского хозяйства у тебя, можно сказать, уже есть! Осталось заполучить министра по строительству! Ха-ха-ха!»

Тьфу ты…

Глава 6

Кирилл. Он же Кирдрилд

Ба-бах!

Очередной амулет разлетелся вдребезги.

Ну что за гадство! Почему у меня ничего не получается?! Амулеты от Олграны и архимага Тарногара взрываются одинаково превосходно. Хоть гранаты из них делай!

Хм-м… а это идея. Хотя что-то такое известно, но не пользуется популярностью из-за неудобства использования и нестабильности. Чужой маг может дотянуться до плетения и активировать…

Гномы наверняка уже собирали армию и вот-вот двинутся на меня, а мне, если уж на то пошло, им даже противопоставить нечего и некого. Единственный способ избежать войны — это вернуть дочурку князю Серебряной горы без всяких внедренных плетений от Неназываемого, чтобы она не отбрасывала коньки в мое отсутствие. А то я ведь даже замка дальше чем на километр покинуть не могу, чтобы она не начала умирать, разве что только с собой брать. Куда такое годится?

Отложив в сторону эксперименты, спустился вниз, к кузнице, где происходила сборка Тирана. Руки и ноги уже собрали и оснастили железными узлами. Ноги для более мягкого хода снабдили амортизаторами от мотоцикла, для чего пришлось разобрать бричку, но ее и так не использовали — негде, так что потеря невелика.

Ствол дерева, в котором раньше жила дриада, все же пошел в дело. Работали сразу две бригады. Одна трудилась над внешним корпусом, строгая снаружи и вытачивая изнутри, а вторая — над капсулой, что могла бы эвакуироваться из Тирана парашютным методом в случае смертельной угрозы и без возможности телепортации всего робота.

Архимаг, кстати, обещал создать соответствующий амулет, когда появится материал, а с ним большая напряженка. Ему же следовало зачаровать главные орудия Тирана на стрельбу файерболами и ледяными копьями. На пушки материал уже наскребли.

А еще я задумал сделать два пулемета. Один курсовой и еще один кормовой. Кормовой можно отдать на управление стрелку или даже ИИ, а то пилоту точно за всем не уследить.

Над конструкцией голову ломать особо не пришлось. Мир магии в значительной степени упрощает все эти механические извращения. Так что я сочинил ну очень простой механизм. Четыре ствола соединены в ротор, к нему на устройство подачи через «улитку» движутся лентой патроны.

Поскольку с порохом мне связываться не хотелось просто до жути — в конце концов, можно подорваться по чистой случайности, а не из-за диверсии магов, — я решил проблему, на мой взгляд, более безопасным и элегантным способом. Вместо пороха я… залил воду. Ага, самую простую водичку. А стрелять она станет за счет элементаля огня, что будет испарять жидкость в одно мгновение.

Калибр пулемету оставил девять миллиметров — просто потому что уже налажено производство пуль такого калибра к моей винтовке.

Конечно, с механизмом, даже с таким простым, пришлось изрядно повозиться, но он заработал. Пули, правда, предполагалось использовать свинцовые, а не мифриловые, так как на эти «проглоты» — так я назвал получившиеся пулеметы после первой пробной стрельбы — алюминия не напасешься. Максимум, что я мог обеспечить, — это небольшую капельку драгоценного металла на наконечник, чтобы заложить в них «бронебойную» магию.

Оружие, естественно, получилось эффективным до ужаса, так что на очереди оснащение таковым армии, а также самого замка, но калибром побольше, эдак с двенадцать, а то и все четырнадцать миллиметров.

Даже удивительно, что ничего подобного не придумали до меня. Ведь все довольно просто как не знаю что. Ну хотя бы однозарядные-то могли сделать! Наверное, все дело в косности мышления и традициях. Ну и магия все же доступна далеко не всем, а значит, пользоваться таким оружием простые смертные не смогут по определению, разве что получить камень силы, но это дорого и неэффективно. А магам проще пользоваться магией без таких вот «костылей» — чистой энергией, оформленной в плетения. Отсюда техническая застойность.

В ожидании вторжения армии гномов усилили патрулирование границы с подгорным царством. Туда я перебросил дополнительные подразделения пограничников из зверолюдей — так я стал называть неполноценных оборотней. Они же минотавры, хотя «быков» среди них не было.

На дальних подступах воздушной разведкой занималась Лития на своей Черной Молнии, на ближних — Олграна с помощью своего орла. Она же проверяла через элементали земли почву на наличие подземных ходов, чтобы затопить их к едрене фене. Но безрезультатно. То ли они просто отсутствовали, то ли слишком хорошо защищены от сканирования…

Ну и селянам было сказано, чтобы они сразу же докладывали обо всем подозрительном, что заметят в зоне своего проживания. Но пока все оставалось тихо.

Мало-помалу очертания Тирана приобретали завершенную грозную форму. Наконец внутрь корпуса вложили собственно кабину, закрепили, поставили двери, установили конечности — и все это дело принялись обшивать сырым листовым мифрилом с последующим зачарованием на защиту. На то, чтобы обить моего монстра физически почти непробиваемым преобразованным, драгоценного металла просто не хватало, учитывая, как он ужимается в процессе изменения. Преобразованным мифрилом защитил только кабину.

Что касается обзора, то тут пришлось помучиться. Не оставлять же окошки-бойницы, в самом-то деле?! Мне через такое отверстие какой-нибудь снайпер сильно зачарованный болт в башку забьет. Я поступил иначе и обставил кабину экранами кругового обзора. Экраны сделал из стекла с добавлением мифрила, с выводом каждого экрана на «глаз» типа объектив. Имелись и запасные «глаза», закрытые «веками».

Экраны, естественно, мне промагичили, чтобы они работали, как требуется, и передавали видеопоток в нужном масштабе и разрешении. Пришлось тут архимагу попыхтеть…

Потом, когда все закончили, над Тираном пошаманила Олграна, подселив в него душу — ИИ.

Как я и заказывал, ИИ сам мог управлять Тираном в отсутствие пилота в соответствии с ранее полученными инструкциями, то есть работать в режиме простого голема, как тот же Буратино — Железный дровосек. А также «подключался» ко мне, управляя Тираном уже в соответствии с моими желаниями.

В общем, вышел я в очередной раз после серии неудачных опытов над разрешением плетений в амулетах и увидел довольно улыбающегося Гонглира.

— Сделали, господин!

— Ну наконец-то! Спасибо, Гонглир, награда будет щедрой, ты меня знаешь, за мной не заржавеет.

— Благодарю, господин! Сама возможность работы над таким творением — уже награда для меня!

— Да?! — дурашливо удивился я. — Ну, тебя за язык никто не тянул, а мне — экономия… Шучу я, Гонглир, шучу! Будет награда.

— Я в этом нисколько не сомневаюсь, господин!

Я, завернув за угол, узрел стоящего Тирана в полной боевой готовности.

Надо сказать, зрелище все же впечатляло. Особенно учитывая, что он как какой-то рыцарь опирался руками на меч. Да-да, на самый настоящий меч.

Поскольку мои возможности в выработке маны все же ограничены, а значит, пользоваться только дальнобойным крупнокалиберным энергетическим оружием я постоянно не смогу, если даже после пары очередей файерболами из винтовки мне становится дурно, то основным оружием боя следовало сделать какой-то инструмент прямого физического воздействия.

И моему Тирану сковали меч. Пока один. На второй тупо уже не хватало материала — не то что ценного мифрила, а уже простого железа. Сделали его весьма оригинальной формы. Дабы уменьшить вес (Тиран хоть и голем, но и ему большая масса противопоказана, хотя бы для уменьшения инерции движения), меч сделали из двух полос железа пяти сантиметров шириной и сантиметром толщиной, соединенных между собой крестовой «арматурой» и образующих просвет в восемнадцать сантиметров, а лезвия соответственно из преобразованного мифрила, всего в сантиметр шириной и пяти миллиметров толщиной в основании. Итого общая ширина меча составляла тридцать сантиметров и… два метра в длину! При четырех метрах высоты Тирана меч выглядел не таким уж и большим…

В теории это реальная коса смерти, которая без проблем может разрубить как хворостинку ствол столетнего железного дерева. Что уж говорить о плоти. В общем, демонический девайс. Зачарован опять же.

— Тиран! Три шага вперед!

ШаР сделал три шага по направлению ко мне и остановился.

— Приготовиться к посадке!

Тиран сел, и я смог взобраться внутрь голема.

— Управление на меня…

В глазах чуть помутилось, и я стал буквально чувствовать всего голема как самого себя. Я несколько раз присел, помахал руками и мечом. Ни малейшего запаздывания в реакции.

По-хорошему, следовало походить по пересеченной местности, но — увы, секретность прежде всего. За моим замком наверняка наблюдает пара гномов, так что раскрывать им свою единственную козырную карту я не хотел.

А вот попугать можно. В смысле провести стрелковые испытания. Силой мысли я переключился на пушки и выдал в воздух очередь файерболами из главного калибра. Они пронеслись по параболе и накрыли лысую вершину ближайшей горы.

На десятом файерболе размером с баскетбольный мяч мне стало дурно.

Поднапрягшись, я сделал пять выстрелов ледяными копьями.

В принципе я показал расчетные показатели. Больше мне на данный момент из себя не выжать. Либо десять-пятнадцать файерболов, либо тридцать-сорок ледяных копий.

Ситуацию могли бы исправить аккумуляторы с полным запасом энергии. Пазы под них готовы, а вот самих аккумуляторов пока нет, потому как нет достаточно мифрила для их изготовления. А если бы они даже и присутствовали, то это все равно в предстоящей войне ничего бы не изменило. Я просто не представляю, сколько времени может понадобиться, чтобы их все зарядить. Неделя? Две? Три? А то и месяц…

А сколько придется корпеть над зарядкой амулета телепортации?! И все ради одного прыжка на полкилометра от места старта. Или два-три перемещения на меньшее расстояние. Увы, тут ничего не поделаешь.

Потом, когда все заряжу, станет полегче, ну а вначале придется раскорячиться.

— Пап! Пап! Покатай нас! Покатай! — запрыгали вокруг Тирана мои детки.

Все гражданские жены тоже высыпали наружу — посмотреть, отчего замок сотрясает. Только гнома внутри осталась. Поскольку она не моя… боевая подруга, лишнего видеть ей не стоит. В замке даже окна, выходящие в сторону кузни, были закрыты.

Ну и дриада в своем дереве осталась сидеть. А может, сверху смотрит.

— Запрыгивайте! — открыл я им люк.

Парочка в один момент вскарабкалась по роботу и оказалась внутри, усевшись на заднее сиденье, и я двинул Тирана по кругу.

— Ух ты! — восхищенно вздохнула Рита.

— Я тоже такой хочу! — воскликнул Рома.

— И я! И я!

— Почему бы и нет?.. — ответил я, немного подумав. — Будете хорошо учиться — получите на день рождения по голему.

В конце концов мне мотоцикл на транадцатилетие тоже купили с той же целью, чтобы хорошо учился. Правда, не шибко помогло…

— У-у! — сразу же скисли они.

Что поделать, учебу они воспринимали как пытку, так что подарок станет хорошим стимулом.

Хайллейса. Суккуб

— Всем привет! — махнула я рукой собравшимся подругам Кийррейла.

А в следующую секунду, заметив движение чего-то большого, опасного чудовища, я проявила крылья и со вскриком взлетела в воздух.

Лишь каким-то чудом не перешла полностью в свой истинный облик, запоздало осознав, что если уж эти все любовницы муженька не испытывают страха, то и мне бояться нечего.

Ну вот, теперь они будут каждый раз при моем появлении вспоминать этот досадный эпизод, подумала я с недовольством и приземлилась перед… огромным големом.

Его верхняя часть отошла вверх, и из внутренностей голема, вышел сам Кийррейл и выскочили два его ребенка от гоблинки.

— Привет, тетя Хайллейса! — поздоровались они хором.

— Привет… — потрепала я их по головам.

Забавные ребятки и будущие сильные маги…

— Давно тебя не было видно, — сказал Кийррейл. — Я даже беспокоиться уже начал.

На что орчанка с гоблинкой прыснули от смеха, да и остальные улыбнулись.

— О, я польщена твоим беспокойством! Но можешь не волноваться, уж раз в месяц я обязательно приду, чего бы мне это ни стоило, мой зайчик.

— Не сомневаюсь…

— Но пойдемте внутрь, а то я как-то не люблю дождя…

Держать под моросью меня не стали, и мы поднялись в один из залов. Там я обнаружила скучающую гному, занимающуюся вышивкой.

— А я смотрю, ты тоже времени даром не теряешь, муженек, — кивнула я на новенькую. — Продолжаешь гарем пополнять…

Та возмущенно насупилась, но говорить мне ничего не стала. Побоялась, разглядев мои рожки да крылья, что я забыла убрать.

— Это не то, что ты думаешь…

— Да мне, собственно, по барабану… так, кажется, ты говоришь?

— Подумать только, я научил плохому даже демоницу!

— Ты недооцениваешь Кэррэла, суккуб, — хмыкнула орчанка под смех остальных, даже гнома улыбнулась.

— Да?! А кто еще? Я больше новеньких среди вас не вижу!

— Дриада там, на крыше! Спит в своем дереве… хотя оно что-то подозрительно быстро растет. За две недели стало в полтора раза толще и почти в два раза выше, — добавила шаманка, глянув на Кийррейла, приподняв правую бровь.

— Э-э… — замялся Кийррейл, чем выдал себя с головой.

— Действительно недооценила, — усмехнулась я. — Слушай, муженек, а у тебя часом в предках инкубы или суккубы не затесались? Я бы не удивилась…

Теперь мы смеялись уже все.

— Тьфу на вас!

— А что касается моего долгого отсутствия, то дела-делишки…

— Понимаю, — усмехнулся Кийррейл, заходящий в зал последним. — Интересно, какой ветвистости у меня после твоих, женушка, дел-делишек рога стали? В дверь-то хоть пройду?

Я засмеялась, будучи в курсе шутки с рогами. Просветил он меня как-то на этот счет, когда рассказывал какую-то короткую историю под названием «анекдот».

— Не бойся, я — примерная жена.

— Смешно…

Это в каком-то смысле действительно смешно, потому как правда! Но говорить ему об этом не стала.

— А это что там за чудище? — указала я, имея в виду голема, обитого сырым мифрилом, которого так испугалась в первый момент.

— Да у нас тут, понимаешь, пока ты болталась неизвестно где, войнушка очередная намечается. С гномами.

— Ты что, ее украл? То-то я думаю, чего это гнома тут делает… они обычно строгих нравов.

— Нет, не украл, но ее папаша думает иначе, и ничем его не переубедить, даже тем, что я его оставил в живых.

— Понятно. А ты весело проводишь время!

— К демонам такое веселье!

— Вот именно! Демоны только и делают, что воюют, это их смысл жизни, ведь война — это сила, власть, новые территории, богатства, статус…

— Мы не демоны. И потом, такое веселое времяпрепровождение начинает уже приедаться. Кроме того, мы как никогда на пороге проигрыша. Даже война с людьми была не столь безнадежной, хоть и в тот раз мы едва не потерпели поражение. Сейчас шансов на победу практически нет.

— Даже с этим големом?! — удивилась я. — В нем ты уже сейчас можешь сразиться с кем-нибудь из младших лордов!

— Даже с ним! В конце концов, даже самого большого и сильного демона порвет многочисленная стая мелких и слабых чертей. Так и со мной. Как говорится, один в поле — не воин. И давай не будем больше про это… — добавил Кийррейл, стрельнув глазами в сторону гномы.

— Ясно…

— Слушай, суккуб, — опять влезла орчанка, — раз уж война — любимое времяпрепровождение демонов, то, может, подсобишь? Повеселишься заодно, раз война вам в радость.

— Это не моя война… и мне от нее ничего не перепадет. Одни потери.

— А ничего, что твои дети в замке живут?

— Заберу… к тому же они не только мои, но и Кийррейла. Это его прямая обязанность — защищать детей.

— Ты настолько повысила свой статус, что детям уже ничего не грозит на твоем плане? — не поверила орчанка.

— Нет… но защитить уже могу.

— Так что тебе мешает защитить их здесь — и дальше мотаться как тебе вздумается, не обремененной лишним грузом и постоянным приглядом за детьми?

— Хм-м… ты права, шаманка, — признала я, немного подумав. Действительно, носиться по разным планам с детьми на руках будет как минимум неудобно. — Но беда в том, что большой помощи я все равно оказать не могу. Я как боевая единица по демонским меркам довольно слаба, у меня другая… специальность. Да и свита моя тоже особой силой похвастаться не может. Она скорее статусная.

— Ты уже набрала свиту? — удивился Кийррейл.

— Да, десять низших демонов. Надо же с чего-то начинать… Благодаря этому я поднялась на еще одну ступеньку выше в иерархии, но все равно нахожусь в самом низу этой лестницы. Впрочем, если хочешь, я могу их вызвать — правда, в открытом столкновении их лучше не использовать. Маги их быстро порвут. Вот в помещениях, если гномы все же ворвутся в замок, они, пожалуй, смогут показать все, на что способны.

— Понятно. Но если гномы ворвутся в замок, это в любом смысле будет означать проигрыш. Их уже не выбить. А если с гномами каким-то чудом все же обойдется, то возможности твоей свиты, как бойцов в закрытых помещениях, я буду иметь в виду…

Я лишь кивнула, чувствуя, что моим ребяткам придется однажды поработать в этом мире…

Кирилл. Вроде как уже семиженец…

Как ни напрягалась разведка, а появление гномов все равно проморгали.

— Идут! Гномы идут! — раздался вопль одного из учеников Олграны, поставленного в «среднем круге охранения», чтобы они наблюдали за территорией, полагаясь на свой дар.

Я когда услышал это полупанический возглас, только грустно усмехнулся.

— Чему ты улыбаешься? — удивилась сидевшая напротив нахмурившаяся Лития.

— Да так…

Я вспомнил другой возглас: «Русские идут!»

Говорят, что один американский сенатор, у которого, похоже, имелись некоторые проблемы с головой, когда услышал этот возглас по радио, так перепугался, что выбросился из окна высотного здания. Наверное, брехня… Во всяком случае, я летать вниз головой с крыши своего замка не собирался.

Что касается гномов, то они внезапно появились в дневном переходе от замка. Вряд ли это работа телепортации. Скорее все дело в умении гномов незаметно ходить по горам даже в таком большом количестве. Плюс прикрытие со стороны их магов, как раз специализирующихся больше на магии земли.

— Лития, давай на уточняющую разведку.

— Хорошо.

— Олграна, ты тоже осмотрись…

— Естественно.

Как-то закрутились в делах после возвращения от гномов, и я даже про одну детальку важную забыл, а именно — о возможности допроса плененной души гномского мага. Спросил у Литии, и она подтвердила, что сделать это можно.

Ну а раз так, то тянуть не стали. Впрочем, ничего нового не узнали, я только получил подтверждение своим догадкам. Ормор продался Неназываемому, и именно он являлся пособником похищения принцессы, или все же правильнее — княжны. Тамгария оказалась возмущена до глубины души — ведь этот маг был для нее почти как родной дядя, тем более что действительно родственник, пусть и не близкий.

И опять-таки эту информацию никак не передать князю, а если и можно, то не поверит. Так что не остается ничего другого, кроме как воевать.

Глава 7

Нартирн, сын Торнара, гном. Князь Серебряной горы, возглавляющий антигаремский поход

Союзники откликнулись на удивление быстро, никто из них не стал рассусоливать, что-то выторговывать за свое участие в походе — и армию собрать удалось без проблем. Главенства тоже никто оспаривать не стал, несмотря на отсутствие у меня верховного мага. То есть старого верховного мага, ибо это место занял один из его помощников.

Впрочем, частично такая скорость и готовность князей объяснялась просто — они все страдали смертельной скукой, их так затянула рутина правления, что даже пиры давно стали не в радость, а тут такой повод развеяться! Война!!! Причем, судя по всему, быстрая, легкая и победоносная. Тем для разговоров и поводов для пиршеств на сто лет вперед наберется.

А что до того, что не стали ничего выторговывать, скажем, по снижению пошлин, снижению цены за руду, что можно добыть в Серебряной горе, и так далее и тому подобное, то, собственно, и торговаться было особо не за что. Был бы противник силен и опасен — другое дело, насели бы так, что без штанов бы оставили, а так — этот человечек не представляет особой угрозы, силы его малы как в смысле армии, так и магические.

Хорошая драка — что может быть лучше, особенно если у противника нет возможности тебя сильно потрепать. Ведь когда была последняя война между гномами и кем-либо еще? Четыреста, пятьсот лет назад? А сколь давно не воевали между собой сами гномы? Две с лишним тысячи лет…

Гномы сильны, особенно на своей территории, где даже горы за нас, и связываться с нами никто не желает. Разве что дроу могли бы крови попортить, но они далеко, и общих границ у нас нет, слава Великому! Из-за этого боевую форму приходится поддерживать, сдавая хирды внаем в человечьих королевствах. Но берут наемников из подгорного царства неохотно — слишком дорого, хоть мы того стоим, что признают сами люди. Еще эльфы хотят нанять, против тех же дроу, но тут уже мы сами отнекиваемся. Что ни говори, а противник серьезный.

И тут впервые за столь долгое время реальный конфликт, который может остаться без последствий. Потому и откликнулись так быстро.

Да я сам должен был с них деньги требовать за участие в моем походе против этого человека!

— О, Нартирн! Как я тебе благодарен! — воскликнул первый приведший своих солдат князь Оловянной горы Рорик, сын Хорха, при встрече. — Ты даже не представляешь, как ты меня выручил! А то моя старая карга меня уже всего запилила — то ей не так, это ей не этак! А благодаря походу я хоть на месяцок-другой от нее избавлюсь! А еще лучше — на все три! Так что прошу тебя, особо не спеши…

— У меня дочь в плену у этого человека…

— Это да, сочувствую твоему горю… Но ведь обратно-то можно не спешить, ведь так? Может, к оркам еще заглянем на огонек?..

— Нет.

— Жаль. А то до меня дошли слухи, что их хорошо потрепали, и риска практически никакого…

И вот, собрав достаточно сил из дружин ближайших союзников, я выступил в поход против этого похитителя. Если он хоть пальцем тронул мою дочь, то будет умирать долго и страшно!

Каждая дружина для увеличения скорости и незаметности передвижения шла своим маршрутом под прикрытием магов. То и дело появлявшаяся в небе некромантка на костяном драконе улетала ни с чем. Стоит гному замереть среди камней — как он сам становится камнем. В этом мы схожи с эльфами, они тоже, если замрут в лесу, сливаются с любым растением…

Единственное, что нас могло выдать, — это железные големы или небольшой обоз с деталями для осадных машин. Но тут постарались маги, прикрыв их от воздушного наблюдения.

Скрывать свое передвижение приходилось для того, чтобы на нашем пути не устроили ловушек. И хоть устроить западню для гномов в горах практически невозможно, все равно не стоило пренебрегать техникой безопасности.

В единый кулак армия слилась в суточном переходе от замка этого самозваного барона Гаремского. За оставшееся время он просто ничего не успеет сделать на нашем пути, так что теперь можно двигаться открыто.

Дошли до замка без проблем. В поселение входить не стали — там в принципе нечем поживиться, и кроме того, там могли остаться хорошо замаскированные ловушки. Все же совсем противника, особенно имеющего магический дар, недооценивать не стоит.

Укрепиться решили на горе, в «слепой зоне». Бойцы споро ставили палатки, маги помогали с земляными работами, возводя валы и углубляя траншеи. Кроме того, маги ставили многочисленные ловушки по периметру лагеря, оставляя свободными только узкие тропинки. Так что внезапного нападения противника можно не опасаться. Прежде чем он доберется до лагеря, потеряет кучу солдат, а пока он будет добираться, мы успеем облачиться и встретить супостата со всем нашим радушием молотами и секирами по кумполу.

На орла, наматывающего круги над головой, явно соглядатая шаманки, просто не обращали внимания. Ну летает и летает, сбить его все равно невозможно ни болтом, ни магией, слишком высоко. Тем более что скрывать нам нечего. Наоборот, пусть понервничают при виде нашей мощи!

Как ничего не скрывает противник. Но ему нас не запугать, ибо силы у него хиленькие! У подножия выстроились пять тысяч деревянных големов и тысяча скелетонов. Живых солдат не видно, в том числе в самом замке. Как докладывали разведчики, этот барон их в принципе не созывал. Ну и правильно — эти полукровки, вчерашние болотники, ничего не смогут противопоставить закованным в сталь подгорным воинам.

Как ни торопился я атаковать, тем более что вот она, цель, перед глазами стоит, и освободить дочь, захватив при этом человека, без присутствия которого она тут же начнет умирать, но солдатам требовался отдых после столь длительного марша, и я выделил на восстановление сил целых три дня. За это время успели собрать метательные машины.

На третий день я все же предпринял попытку договориться миром с требованием отпустить дочь, предварительно ее исцелив. Но в ответ получил все те же лживые заверения, что он, дескать, ни при чем и во всем виноват некто Неназываемый.

Меня терзала только одна мысль — будет он прикрываться Тамгарией, пообещав жестоко ее пытать в случае начала штурма, или нет. От людей всякого можно ожидать. Подавляющее большинство непременно воспользовалось бы такой возможностью.

Но вот что делать мне в таком случае?

Конечно, ее могут умертвить маги. Более того, в теории я даже могу снять осаду, но… оставить дочь в плену у человека?! Да меня же все станут презирать! Ведь я оставил собственную дочь укравшему ее без мести! Нет, этому не бывать. Или я ее освобожу, или… убью ее и умру сам. Третьего не дано.

— В качестве жеста доброй воли и подтверждения того, что я не похищал вашу дочь, готов ее отпустить из замка, — послышался голос человека из разговорного амулета.

— Отпускай!

И правда, платформа с одинокой фигурой стала спускаться вниз. Тамгария, свободно пройдя сквозь ровные ряды скелетонов и големов, побежала в нашу сторону.

А вот и третий вариант, подумал я, неожиданно ощутив досаду. И что мне теперь делать?

И в то же время появилось чувство облегчения, что дочь не станет разменной монетой, ее не станут пытать, тем самым пробуя остановить штурм.

— Донгарм, встреть ее… и проверь, — послал я нового верховного мага — ученика старого Ормора.

Кивком обозначив поклон, Донгарм выдвинулся навстречу дочери, остановив ее в ста шагах от нас. Проверил магией и кивнул, тем самым показав, что она чиста.

— Отец, не делай этого! Ты совершаешь большую ошибку! — буквально закричала Тамгария.

— Он тебя приворожил, дочь моя…

— Но маг…

— Не магией, просто ложью… хорошим отношением… есть такие типы, что… влюбляют в себя наивных дурочек…

— Я не наивная и не дурочка! А если это действительно не он и все на самом деле так, как говорит Киэрриэл?

— Думал и даже проверял все возможные данные, но никто ничего не слышал ни о каком Неназываемом, а значит, исходя из принципа, что верно то предположение, которое подтверждается фактами, похитил тебя этот человек! Все, не спорь! Отведите принцессу в мою палатку. Мы начинаем.

— Отец! Не делай этого! Он не виноват!

— Вперед!!!

Тысяча железных големов и десять тысяч гномов слитно сделали первый шаг.

— Боюсь, нашим воинам даже сталью помахать не дадут! — хохотнул князь Изумрудной горы Барг, сын Ромгнара. — Наши големы сейчас порубят в щепу этих деревяшек, а потом костяшек покрошат!

В ставке засмеялись.

— Не стоит недооценивать этого человека, раз уж он смог выкрасть мою дочь, — заметил я, напряженно вглядываясь в сторону замка, не понимая, что задумал этот похититель.

— Да не похищал он меня!

— Молчи, дочь!

Кирилл. Попаданец на осадном положении

— Облом… не получилось, — пробормотал я, увидев, как вся эта железная масса двинулась на нас. Впечатляющее зрелище, надо признать.

Как я и предполагал, каждый железный голем также оказался выполнен по индивидуальному проекту и представлял собой произведение кузнечного, художественного и инженерного искусства. Каких только големов там не было! Чего не было точно — так это двух одинаковых. Низкие и высокие, толстые и тощие, с нормальным количеством конечностей и многорукие, а уж сколько иной раз суставов только на одной руке встречалось — это просто жуть! В общем, над своими терминаторами гномы извращались кто во что горазд.

— А на что ты надеялся? — хмыкнула Олграна.

— На чудо, наверное…

Но если честно, я прекрасно понимал, что шансов на то, что князь решит не штурмовать замок, получив назад дочь, нет. Разве что действительно где-то глубоко в душе надеялся, хотел надеяться на такой исход событий. Но не судьба.

Отпустил Тамгарию я скорее с целью, чтобы она не пострадала при возможном штурме от рук своих же соплеменников. Ну не зверь я, чтобы держать и прикрываться заложниками, тем более что это по сути ничего не изменит. А если вдруг ситуация все же как-то утрясется, то мой жест доброй воли в будущем оценят по достоинству.

Хотел отослать и остальных, тем более что сделать это легче легкого, по «воздушному» мосту, но они уперлись рогом, не желая покидать замок, даже те, кто в принципе ничем помочь в обороне не мог, как, например, Зеленоглазка или Мягкая Лапа.

Глупо, конечно, но достойно уважения.

Опять же в замке куча народу из поселения, все они стоят с оружием на стенах, так что вывоз гражданских жен мог плохо сказаться не только на их боевом духе — дескать, я проиграл битву еще до ее начала, в своей душе. Пострадала бы моя репутация, а значит, и лишился бы доверия в будущем. Если это будущее, конечно, будет.

— Эх, хорошо идут! Щас бы в них из «града» или, на худой конец, из «катюши» врезать, — мечтательно вздохнул я, разглядывая плотные ряды наступающих под десятью стягами да сотней штандартов. — Объемным взрывчиком… всех бы как корова языком смело.

— А чего не делал эту свою «катюшу»? — поинтересовалась Мягкая Лапа.

— Сложно и очень дорого. Само изделие относительно простое, но для его изготовления, да еще в больших количествах, надо разворачивать настоящее производство, добывать в разы больше железа. Я это просто не потянул бы. Мы и так на пределе своих возможностей работаем.

Тем временем гномы вошли в зону уверенного поражения метательными машинами.

— Пли! — скомандовал я, и в небо взлетели три десятка камней.

Когда камни, достигнув верхней мертвой точки, устремились вниз, сработали гномские маги, и я понял, что стрелять по гномам камнями было самой бредовой идеей. Камень и гном, гном и камень… В общем, на гномов осела кучка песка.

Стрелометы также ничего не выбили: стрелы просто сбили в полете взрывающимися камнями.

Одновременно с этим сработали мои деревянные големы, слитным залпом послав в противника тысячу стрел.

По поводу количества деревянных големов. Вообще-то их пять тысяч штук удалось сделать. Откуда столько душ надыбал? Все просто: в прошлую войну с людьми каждому солдату выдавался амулет — поглотитель души.

Я сначала боялся, что ополченцы откажутся, ведь у нас во время Великой Отечественной солдаты во время воинствующего материализма из-за суеверия даже капсул с личными данными носить не хотели — дескать, смерть этим накликивают.

Мне предлагали амулеты всунуть втихомолку, но я решил быть перед солдатами, защищающими в том числе и меня, честным. В конце концов рано или поздно обман раскроется, и тогда пострадает моя репутация.

И, к моему большому облегчению, аборигены отнеслись к подобному с пониманием, и большинство взяло эти камешки. Тем более что в случае их смерти кто-то из братьев освобождался от призыва в ополчение, если в будущем на нашу землю вновь придет враг. А в том, что враг придет, никто не сомневался. Отсюда такая повышенная сознательность, и как результат — у Олграны полно душ в бубне.

Лития для скелетонов тоже собрала души от раненых солдат противника, коим излечение все равно не грозило, в свой посох на том поле боя… м-да, то еще было зрелище. Не для слабонервных… но таково жестокое время и нравы.

Ну и шаманке дополнительно на практику поглощения души материала перепало… все равно там такой сброд, что жалеть, за редким исключением, в принципе некого.

Живых солдат на защиту замка я даже созывать не стал. В лучшем случае их кровь послужит причиной для возникновения ржавчины железных големов…

Первый легион, набранный на постоянной основе, только-только приступил к обучению и еще толком не может построить даже «черепаху», не говоря о более сложных маневрах. Я уже молчу об оснащении. Его просто нет! Даже щиты на учениях используются плетеные. Про владение мечом и говорить нечего. В общем, Первый легион в лучшем случае будет готов к сражению с равным по численности врагом с шансами на победу пятьдесят на пятьдесят (что меня в принципе не устраивает) только где-то через год.

Что касается выпущенных големами стрел, то я понял, что этот номер тоже не пройдет. Так и оказалось. Магические щиты стрелы с мифриловым наконечником пробили, а вот обычные солдатские щиты оказались для них непреодолимой преградой. Какие-то щиты, может, и пробивали, но никого убить им было не суждено, ведь на гномах еще доспехи отменные. Все зачаровано.

— Это полная задница, — сплюнул я, отменяя приказ на второй залп.

Чего, собственно стрелы переводить? Тут нужны наконечники из преобразованного мифрила… Но — увы, нету.

Сделали свой залп из катапульт и стрелометов гномы.

Камлающая на крыше Олграна отбила каменные снаряды элементалями воздуха, и стокилограммовые глыбы разлетелись в стороны. Парочка даже на гномов срикошетила, но их маги также обратили собственные камни в безобидный песок.

— Кхеррэлл, почему ты не сокрушишь их в своем големе? — поинтересовалась оборотниха.

— Да эти железные ребята меня порвут как свора собак, сколь бы сильным я ни был!

— Но остальных можно занять деревянными големами, а ты будешь уничтожать их мелкими группами…

— В итоге я останусь без деревянных големов, даже если мне удастся вывести железных. Итого тысяча скелетонов против десяти тысяч гномов. Мягкая Лапа, если бы ты видела, как лихо разобрались гномы со скелетонами во время миссии по передаче Тамгарии папаше, — ты бы поняла, что шансов у них нет ни малейших. Даже если выпустить рыцаря смерти. Нет, такой вариант размена неприемлем, мы не в шахматы играем… Фигур на поле не вернуть и партии заново не начать.

Что делать, я просто не представлял. Если до последней минуты ничего не придумаю, то придется устраивать лобовую сшибку, пробив клином ряд железных големов в надежде, что деревянные солдаты окажутся покрепче костяных и хорошенько настучат гномам по головам. Но как-то в это плохо верилось.

А в том, что мне все равно придется вступить в безнадежный бой, я нисколько не сомневался. Альтернатива — сдача, что неприемлемо.

— Зажигательные! — скомандовал я, увидев знак, что машины готовы к работе.

В чаши катапульт поставили кувшины с маслом.

— Пли!

Оставляя дымный след, сосуды с маслом улетели ввысь. И опять гномские маги оказались на высоте. Несмотря на то что снаряды зачарованы как архмагом, так и шаманкой, им удалось отбить большую часть кувшинов в стороны, а те, что не смогли, разбили в воздухе. На гномов пролился огненный дождь, и я уже думал, что сейчас их хорошенько прожарит, но фига с два! Гномы вновь построили «черепаху», и масло не добралось до цели, налипнув на щиты. Более того, гномы стряхнули горючее вещество со своих щитов, словно это вода, и пошли дальше с неумолимостью лавы, медленно, но верно, даже не сломав строя! Эффектно.

Отбитые кувшины, тем временем разлетевшись в стороны, со вспышками огня рухнули среди деревьев. Начался пожар.

— Кто жжет мой лес?!! — раздался позади пронзительный, полный боли и ярости крик.

В следующее мгновение высунувшаяся наполовину из дерева дриада окончательно выскочила из своего жилища.

Во дает! Уже, блин, ее! Только поселилась — и все ее стало, невольно подумал я со смешанным чувством.

— Кирдрилд?!

— Это все они! — перевел я стрелки на гномов, лишь бы она не взялась за меня.

Дрианда прямо-таки зарычала как разъяренная пантера и покрылась шипами, превратившись в какую-то колючку. Да, дриада в гневе — это страшно, так что неудивительно, что я солгал.

— Они пожалеют, что…

— Постой! — остановил я дриаду, чувствуя, что она готова броситься в безнадежный бой. — Что ты собираешься делать?

— Я их всех удавлю лианами!

— Я полностью разделяю твой гнев, Дрианда, но боюсь, одна ты там ничего сделать не сможешь. У них больше сотни сильных магов, они быстро расправятся с тобой…

— Но ты ведь мне поможешь, Кирдрилд? Горит мой лес, и мне больно…

— Конечно помогу! Тем более что гномы пришли к нам войной, и я должен их победить. Но действовать будем по моему плану…

— Хорошо. Что мне делать?

А план у меня родился в одну секунду. Даже странно, что я раньше не продумал такой возможности. Наверное, все дело в том, что дриада для меня все еще оставалась слабой и беспомощной, тем более что и на вид она такая хрупкая… хотя благодаря мне же это давно уже было не так, о чем свидетельствовало ее сильно разросшееся за последнее время дерево. Ну и кое-что другое тоже в размере увеличилось до второго номера… хи-хи…

Кстати, в постели дриада совсем не бревно… а та еще затейница-искусница. Даже удивительно, откуда она все это знает и умеет, если всю свою жизнь провела в лесу? В голову приходил только один вариант — считывала все мои желания из моей же головы.

— Тогда все слухайте сюды…

Мне потребовалось всего полминуты, чтобы разъяснить предельно простой план действий своим… даже не знаю, как их в данном случае назвать, — соратницам?

Наконец-то забрезжил свет в конце тоннеля. Похоже, дриада стала той самой соломинкой, что переломит хребет верблюду.

— Я с тобой! — крикнула Зеленоглазка, и я не стал спорить.

Это ее выбор, и это ее право. Тем более что мы немного потренировались, и бортстрелок мне не помешает.

И вот мы заняли свои места в Тиране. В следующий момент с небес прямо на нас спикировала Волга, все это время кружившая над замком в режиме «стелс», и подхватила ШаР лапами за расставленные в стороны руки.

Тиран для костяной драконши слишком тяжел, чтобы она его куда-то достаточно далеко могла переместить, но вот спланировать с грузом она могла без проблем, что мне, собственно, и требовалось, так как спускаться на лифте слишком долго, да и у всех на виду как минимум глупо — гномские маги успеют отойти от шока и как-то отреагировать. А в данном случае полностью сработает эффект неожиданности. И лететь долго не надо: железные големы уже в сотне метров от первых рядов своих деревянных собратьев и продолжают неумолимо сближаться.

В будущем же костяную драконшу для быстрого перемещения на короткие дистанции ради создания эффекта неожиданности заменит амулет телепорта…

И вот после десяти секунд полета с быстрым снижением мы с Зеленоглазкой оказались на левом фланге железных бойцов. И в тот же миг, как Тиран коснулся ногами земли, вступила в игру Дрианда. Земля буквально взорвалась под ногами железных големов от выскочивших из нее толстых колючих лиан, что стали споро опутывать ноги бездушных солдат.

И вот тут-то и сказался недостаток бездушных железных големов перед моими деревянными. Мои «одухотворенные» деревяшки тут же бы принялись рубить лианы и собираться в кучу, чтобы образовать охранный круг, который смогли бы организовать командиры, десятники, сотники и тысячники, то есть души с Даром. А потом такой толпой навалились бы на меня и порубили в стружку и щепу.

А эти железяки тупо пытались сделать очередной шаг вперед — ведь инструкций по порядку действий на подобную уловку они не имели. Они, конечно, сильны, но разорвать пут не могли, а если и рвали, то их вновь пеленали.

Дараконша же пролетела дальше, высадив на правом фланге из своего нутра рыцаря смерти… Вообще изначально я его планировал забросить в штаб гномов, чтобы он там порезвился, но передумал. Слишком уж ценный кадр. А в штабе полно магов — завалят и развеют душу.

В общем, пока железяки тупили, мы начали жатву. Я выхватил двухметровый меч и начал им махать слева направо и справа налево, и големы, зачарованные практически на все случаи жизни, валились на землю, перерубленные наискось. Мифрил резал железок словно масло.

На противоположной стороне строя работал рыцарь смерти. Мне с высоты роста Тирана было хорошо видно, как увлеченно он работал, прямо шаолиньский монах-ниндзюк. О, это настоящая машина смерти! Своей алебардой, выполненной из посоха, коим владел гном-маг до того, как стал рыцарем смерти, он косил железных големов с такой же легкостью, что и я, может, даже быстрее, и неудивительно — ведь его лезвие метровой длины также исполнено из преобразованного мифрила, причем не жалкой сантиметровой полоской, а полностью. В последний момент его успели вооружить. Ну и плюс личная магия…

Я невольно подумал: а кто бы вышел победителем из схватки, если бы мы столкнулись друг с другом чисто холодным оружием? И вынужден был признать, что победителем, скорее всего, вышел бы этот высший скелетон, просто в силу своей большей юркости. Так что оставалось только радоваться, что он на моей стороне.

Гномы, надо сказать, на некоторое время пришли в ступор и встали при виде того, как лихо летит стружка от их железных големов, и явно не спешили попадать под раздачу. Против нас требовались маги, хотя пока они не появились, рядовые бойцы попытались атаковать нас личными боевыми амулетами, но конкретно мне это сродни комариным укусам — защита держалась. Старались арбалетчики, но мне это тоже как об стену горох, — хоть болты магическую защиту пробивали, но и только.

Как я видел, рыцарь смерти тоже особо на эти булавочные уколы внимания не обращал, продолжая крушить железных големов. Им наконец дали новые команды, и жестянки пытались освободиться от лиан, но куда там, очень злая дриада опутывала их пуще прежнего, и мы продолжали их методично крушить, двигаясь навстречу друг другу. Я даже не знаю, с чем сравнить такое методичное уничтожение…

А вот и маги гномов подоспели. Они встали по всей линии фронта двадцатью группами по пять магиков, в том числе и за спиной — так я успел серьезно продвинуться к центру, порубив уже не меньше сотни гномских терминаторов. С другого конца не меньшее количество жестянок положил рыцарь смерти.

— Давай, Зеленоглазка, твой выход!

И Зеленоглазка вдарила из кормового пулемета, а я из курсового. Сотни пуль накрыли сразу две группы магов. Мифриловые капельки на наконечниках пуль, соответствующим образом заговоренных, пробили магические щиты и принесли ранения и даже смерти.

А вот рыцарь смерти хоть и обладал магическими способностями и мог наравне противостоять сильному магу, против большого количества магов явно не плясал, так что его быстро растерли бы в костную муку, но и тут я подсуетился, жахнув из главных орудий, то есть послав в магов, что хотели укокошить высшего скелетона, огненные шары и сосульки, сбивая им настройки и заставляя сосредоточиться на защите. Против огненных файерболов и ледяных копий они держались хорошо, ну и ладно — главное, что не атакуют.

Но ничего, и до них очередь дойдет!

Я переводил прицел пулеметного огня с одной группы на другую, буквально выкашивая группы магов. Их пытались защитить простые воины своими щитами, но когда в тебя врезается огромная сосулька, щит буквально выбивает из рук, и в образовавшуюся брешь тут же врывается десяток-другой пуль, валя еще одного мага.

Один я, конечно же, не справился бы с таким количеством магов — слишком их много и сильны для меня, но и шаманка с архимагом и личем не бездействовали, завязав на себя большую часть таких групп.

Олграна атаковала их воздушными, водными и огненными элементалями, запуская вокруг магов воронки минисмерчей из воздуха, воды и огня. Разве что элементали земли не использовались, но оно и понятно: применять против гномов их родную стихию — напрасная трата сил. Гномским магам явно пришлось несладко.

Да, сильна орчанка стала, ничего не скажешь. Прокачал я ее на славу! Плюс личное место силы…

Архимаг Тарногар бил какими-то своими заклятиями. Сверкали молнии…

Надо бы его на выработку мифрила посадить, невольно подумалось мне.

Не отставала от него и Лития, работая магией смерти.

На простых солдат Дрианда натравила лавину различных насекомых, стянутых со всего подконтрольного ей леса, мешая гномам прицеливаться в нас. Я им даже посочувствовал — ведь этим маленьким хитиновым тварям не составит труда пробраться между пластинами доспехов и покусать гномью шкуру.

Хотя, с другой стороны, можно посочувствовать и насекомым. Ведь под доспехом, поди, тот еще духан стоит, по сравнению с которым дихлофос — освежитель воздуха, и они там, бедные, дохнут десятками…

И хоть расход сил шел просто колоссальный, они обеспечили нам время, необходимое для уничтожения железных големов. Кроме того, архир, шаманка и лич ослабляли магов противника, которых мы с Зеленоглазкой выбивали из пулеметов.

Но все это было бы невозможно без магии Дрианды.

Все! Големов мы окончательно добили!

— Вперед!!! — отдал я приказ генералу своей деревянной армии.

И теперь уже мои деревянные големы, сделав синхронный шаг, двинулись на врага несокрушимой стеной. Ну точь-в-точь как дроиды Торговой федерации из «Звездных войн».

А вслед за ними, повинуясь уже приказам Литии, шагнули скелетоны. На фланги выскочила костяная же кавалерия. А с неба спикировала Черная Молния.

Ну и мы с рыцарем смерти, порешив последних железных терминаторов, развернулись к строю гномов, тем самым обещая им много незабываемых и непередаваемых ощущений.

В общем, какими бы бесстрашными и упертыми ни были гномы воинами, но даже они очень хорошо сообразили, что к ним на огонек с улыбкой заглянул пушной зверек. А улыбка у него далека от милой. Скорее, она ехидно-кровожадная. Дескать, попали вы, ребятки, как куры в ощип, и будут вас сейчас драть в хвост и гриву так, что мама не горюй…

Но на самом деле наше положение являлось отнюдь не столь блестящим…

Наверное, мы смотрелись очень грозно. Тиран с истыканным болтами левым боком, так что мне выбили целых четыре «глаза», причем два под «веками», то есть запасных, и ему хоть бы хны. Но этот наш грозный вид был обманчивым.

Я находился в полуобморочном состоянии, выложившись на все сто процентов, и сейчас не смог бы выпустить даже осветительного файербола, ни самой махонькой ледяной иглы. Короба под боеприпас опустели. Магическая защита упала до опасно низкого уровня… Так что как боевая единица я сейчас являл собой титана на глиняных ногах: поднажми — и я сам упаду.

Рыцарь смерти выглядел не лучше. Железные големы его все же доставали своими мечами, секирами и булавами, о чем свидетельствовали порезы и вмятины на его доспехе и шлеме. Это до меня с моим двухметровым дрыном они дотянуться не могли. Кто-то своротил ему нижнюю челюсть… Ну и магически его сильно истощили, так что как боец он тоже стоил немного.

Как мне передали по разговорнику, Дрианда также извела себя до предела и скрылась в своем дереве спать и восстанавливать силы. Сейчас она своими лианами не смогла бы удержать даже ползущего из последних сил паралитика, не то что многие сотни полных сил гномов.

Архимаг, Олграна и Лития также не избежали упадка сил, блокируя гномских магов, чтобы они меня не поджарили как курицу-гриль.

Навались на нас сейчас гномы — и они, не без потерь, конечно, мечом помахать мой голем сможет даже в автономном режиме под управлением ИИ, в крайнем случае управление может взять на себя Зеленоглазка, — порубить они нас при поддержке магов вполне могли. Нам осталось бы только эвакуироваться и тем самым показать всю свою беспомощность.

Но, к счастью, они оказались настолько деморализованными столь легким уничтожением железных големов и гибелью больше половины магов, а тут еще Волга над головой маячит, что ни о чем подобном даже не подумали.

Затрубил рог, забили барабаны, гномы пришли в движение, но не вперед, — а наоборот, отошли назад, хотя дальше отступать не стали.

Бородатые коротышки больше не помышляют о нападении, а ушли в глухую оборону, подумал я с удивлением.

— Бинго!!! — воскликнул я. — Первый раунд за мной.

Еще одна победа, вырванная чудом!

— Стой! — отдал приказ големам, и те синхронно остановились всего в двух десятках шагов от первой линии гномов.

Я, вложив меч за спину голема, шагнул вперед, и солдаты после еще одного звукового сигнала расступились, давая дорогу.

Что ж, попробуем поговорить… еще раз.

Глава 8

Нартирн, сын Торнара, гном. Князь Серебряной горы, уже почуявший запах победы и вдруг познавший горечь поражения

Вначале казалось, что слова князя Изумрудной горы станут пророческими и железные големы действительно сметут всю эту жалкую армию человека, но, как я опасался, человек преподнес неприятный сюрприз. Сначала лианы сковали движение железных големов, а потом появился огромный голем человека с рыцарем смерти — и вдвоем они уничтожили авангард моей армии. Начался кошмар в магическом противостоянии…

— Похоже, вы оказались правы, Барг сын Ромгнара… — произнес я.

— В чем?! — вскрикнул князь Изумрудной горы.

— Похоже, нашим воинам и впрямь сегодня не удастся помахать мечами…

Как бы ни душила меня ненависть по отношению к человеку, но терять так глупо из-за нее простых воинов я не мог и потому отдал приказ о сдаче. И никто из князей не оспорил его. Оно и понятно: если эта махина с такой легкостью разделалась с железными големами, то что уж говорить о простых солдатах?! Просто втопчет в землю, передавит как каких-то муравьев, и они даже пошевелиться не смогут, опутанные лианами!!! Нет, столь позорной смерти никто не желает.

— Он идет сюда! — вскрикнул кто-то.

Огромный голем и впрямь двинулся к нам, солдаты спешили расступиться, образуя коридор. Ну хоть разбегаться в панике никто не стал…

— Вы — мои пленники, — гулко прозвучало из огромного — мифрилового!.. — голема.

Если у кого-то еще имелись сомнения в том, что стоило сдаться, то сейчас они все исчезли.

— Гости вы незваные, потому в замок никого, кроме князя Серебрянной горы и его дочери, не зову. Да и вас, князь, зову только за тем, чтобы обсудить условия сдачи. Идите за мной.

Сказал и, развернувшись, зашагал обратно.

Мне не осталось ничего другого, как последовать за ним, провожаемым хмурыми взглядами князей-союзников. Все прекрасно понимали, что «прогулка» с целью развеяться от повседневных забот вышла несколько дороговатой. А в том, что с нас сдерут огромный выкуп, никто не сомневался. Вот уж действительно сходили развеяться…

Сперва наверх в замок поднялся мифриловый голем, а потом платформу спустили для нас.

— Еще раз здравствуйте, князь, — вышел мне навстречу этот барон Гаремский, окруженный своей коллекцией женщин. — Надеюсь, на этот раз наше общение выйдет более… продуктивным. Прошу в замок.

Человек первым вошел внутрь, за ним я. Мне так и хотелось всадить ему в спину кинжал, но смысл, если без него умрет и Тамгария? А кроме того, за мной пристроился обитый железом деревянный голем (именно деревянный, обитый железом, а не полностью железный, это я определил сразу) с огромным палаческим топором. Полностью из железа у него был только странный длинный нос.

Следом пристроилась его свита из женщин: орчанка, оборотница, гоблинка, человечка-лич, вампирша, еще какая-то очень красивая женщина, про которую ничего не знал, не видно только дриады, о которой услышал только сегодня от дочери. В эту кучу влилась и Тамгария. Они там о чем-то оживленно защебетали и даже засмеялись!

Это меня привело в ярость: ведь она там ведет себя как одна из них — подстилок этого человека!

— Тамгария!!!

— Отец?..

— Иди рядом со мной!

— Хорошо, отец…

Мы пришли в один из залов. Человек занял место во главе уже накрытого стола. Его спутницы также быстро расселись по своим местам. Хотела и Тамгария, но не посмела в моем присутствии.

— Присаживайтесь. В ногах правды нет. Поужинаем заодно, а то из-за этой войны прием пищи пропустили, а это, как говорят врачи, не есть хорошо. Питаться нужно вовремя…

Издевается еще, гад… Но делать нечего, не стоять же мне, когда они будут жрать?! И я занял место в торце стола напротив барона. Присела и Тамгария рядом с оборотницей.

— Мы что, будем о делах говорить при них?! — удивился я.

— А почему нет? Мы сейчас не в подгорном царстве, где женщины не имеют политического веса, разве что ходят как разменная монета при заключении торговых договоров и политических союзов с созданием династических браков. В моем баронстве Гарем несколько другие порядки. И раз уж женщины принимали участие в обороне замка, рисковали жизнью, то они имеют полное право принимать участие и в обсуждении результатов войны. Надеюсь, возражать против таких доводов вы не станете?

— Нет… вы здесь хозяин, ваши порядки.

— Отлично. Что касается результатов этой глупой войны. Отпустить вас так — вы сами меня не поймете. Безнаказанность — она, знаете ли… порочна. А потому с вас денежная компенсация.

— Сколько?

— Возьму по-божески, — улыбнулся человек. — Я все еще не теряю надежды наладить с подгорным народом хорошие отношения. Итак, давайте посчитаем… Начнем с того, что все железные големы остаются у меня. Это честный трофей. Вы там себе еще наклепаете… По поводу доспехов и оружия. Вы их выкупаете, скажем, по тысяче монет — золотых, конечно.

Сколько?! Ну уж нет! Доспехи человеку без надобности! В лучшем случае он сможет оснастить ими только гномских полукровок, но их у него немного, а значит, большая часть доспехов ляжет мертвым грузом. Переделать их под другую комплекцию будет непросто! И очень дорого! Так что надо исходить из цены как за железный лом!

— Они столько не стоят, — ответил я. — Нам дешевле себе новые сделать… Десять золотых максимум. Ну и за оружие, так и быть, девяносто.

— Да? — усмехнулся человек. — Сто монет с носа?! То есть солдаты, да и вы, князья, предпочтете опозориться по полной, вернувшись домой голяком, в одних подштанниках?

Я заскрипел зубами. Как бы ни были мы бережливы, но лучше остаться без медяшки в кошеле, чем опозориться так сильно на все подгорное царство.

— Хорошо…

— Отлично. Идем дальше. За голову каждого простого воина… давайте тоже по тысяче. За десятника — две, за сотника — три, за тысячника — четыре, за мага — пять, ну а за князя все десять. Вы же себя дешевле не оцените?

— Нет…

— Наверное, даже дороже можно взять, — продолжил изгаляться человек, — но, как я и сказал, мне нужны хорошие отношения с подгорным народом. В конце концов, взять за князя дешевле, тем более отпустить бесплатно, это сравни оскорблению, не правда ли?

— Д-да! — буквально сплюнул я.

— Итого… в общем потом посчитаем точно, сколько у вас магов осталось…

Я кивнул. В этом нелепом сражении мы потеряли в основном только магов!

— Но по-любому выходит не меньше, чем… м-м…

Человек задумался, пытаясь в уме подсчитать общую сумму выкупа. Но куда там… Я лично даже считать боялся, потому как навскидку выходила просто астрономическая сумма.

— Не меньше двадцати шести миллионов ста тысяч, — неожиданно выдала гоблинка.

Половина присутствующих, после мгновения абсолютной тишины, вдруг надсадно закашлялась и принялась ожесточенно дубасить друг друга по спинам.

Даже человек выглядел слегка ошарашенным. И лишь то, что он буквально за миг до этого проглотил кусок, уберегло его от конфуза.

Одна белокурая девица и вовсе расхохоталась так, что чуть со стула не упала.

Я и вовсе дар речи потерял. Немыслимая сумма!!!

— Точно? — недоверчиво переспросил человек, видимо, тоже впечатлившись результатом подсчетов.

— Угу… можно проверить на калькуляторе…

— Не надо… Я в тебе не сомневаюсь.

— Спасибо, Кирриэл, но эта сумма еще без учета магов. Я так посмотрела, их там не меньше сорока выжило, а это значит, что к общей сумме надо прибавить еще не меньше двухсот тысяч.

— Неслабо… Это же сколько в тоннах получается?

Одна золотая монета — это примерно три грамма золота. Двадцать шесть миллионов триста тысяч умножаем на три, делим на тысячу… и еще раз на тысячу, получаем… семьдесят восемь тонн и девятьсот килограммов.

— Зашибись! Почти семьдесят девять тонн! Впрочем, так много золота в чистом виде мне не надо. Две трети суммы вы можете отдать различными товарами, сырьем и трудовыми ресурсами. То есть металлами, драгоценными камнями и выполненными в ваших мастерских заказами. Или у меня на месте строители поработают. Город будут строить… Но с этим мы тоже разберемся чуть позже. Сейчас я просто не готов дать точный ответ, чего и в каком объеме и на какую сумму мне требуется.

Я только и мог, что кивнуть. Даже если разделить всю сумму на десятерых, получалось очень много.

А ведь эти союзнички постараются всю финансовую ответственность спихнуть на меня! Да еще компенсацию за погибших магов и потерянных големов стребуют! Дескать, я повел их в поход — мне и отвечать за результат! Сволочи! А ведь добейся мы победы — добычу делили бы поровну!

О, великий Тор!!!

Я же разорюсь! По миру пойду!

— Князь! Кня-азь! — позвал меня человек.

— Отец! — пихнула под столом ногой дочь.

Я встрепенулся, осознав, что выпал из реальности. И это не удивительно, учитывая, что придется очистить свою сокровищницу чуть ли не до последнего медяка!!!

— Да?.. Что?

— Хочу вернуться к теме о вашей дочери…

— Сколько?! — прорычал я.

— Эк вас, князюшка, закоротило на бабках! — засмеялся человек, и остальные подхватили хихиканьем. — Простите, не хотел вас обидеть, даже более того, понимаю ваши проблемы, но уступать в этом вопросе не буду. За ошибки надо платить… в другой раз умнее будете. Так вот, возвращаясь к вопросу о вашей дочери, я имел в виду не выкуп, так что не беспокойтесь… Я хочу продолжить разговор, прерванный в тот день на вашей горе, во время передачи Тамгарии.

— Опять будешь врать о Неназываемом?

— О нем, негоднике, но не врать. Об этом гаде расскажет вам ваш же маг… точнее, его душа.

У меня потемнело в глазах. Душу Ормора действительно похитили, она не пошла на перерождение, это установили доподлинно.

— Лития…

Лич кивнула, и спустя несколько мгновений в зал вошел скелетон — рыцарь смерти. Посох Ормора, переделанный в алебарду, я узнал без труда. А значит…

Лич коснулась посохом рыцаря смерти, и он осыпался костной пылью. В посох втянулась светящаяся субстанция — душа моего товарища и верховного мага княжества.

— Намусорила тут, — поморщилась орчанка.

Шаманка хлопнула в бубен, и вся эта костная пыль улетела в маленьком смерчике в окно.

— Как вы уже поняли, это был ваш в прошлом верховный маг. Не хотите задать ему пару вопросов?

— О чем?!

— Ну, мало ли… можете побеседовать, молодость вспомнить… А лучше спросите его о том, кто такой Неназываемый и кто, собственно, поспособствовал похищению вашей дочери. Согласитесь, выкрасть принцессу вообще непросто, а уж гномскую принцессу из подземелий — так и вовсе невозможно. Если кто-то не поспособствовал изнутри…

На что это он намекает?! Что Ормор как-то причастен к похищению?!

— Откуда я знаю, что вы предъявите мне душу именно Ормора, а не еще чью-нибудь под его видом?

— Спросите его о чем-нибудь таком, что знаете только вы двое. Думаю, парочка тайн все же найдется, учитывая, что вы были друзьями детства. Какое-нибудь шалости… вам должно быть виднее, князь.

— Эти тайны вы тоже могли вызнать!

— Можно дождаться ваших магов, его учеников, и они проведут опознание души. Уж вам должно быть известно, что ауру души ни подделать, ни скопировать невозможно.

— Хорошо… — сдался я. — Призывайте!

Лич что-то прошептала и стукнула посохом об пол. Вспыхнули глаза в черепе, и из пасти вырвалась дымка души, зависнув чуть светящейся сферой над макушкой черепа.

— Ормор, сын Гарлина, ты ли это?

— Я…

Светящийся шар чуть трансформировался, и проявилось лицо моего погибшего товарища.

Я не стал задавать вопросов для опознания души, это действительно лишнее, лучше тогда действительно пригласить мага на опознание ауры.

— Ты знаешь, кто такой Неназываемый?

— Да…

— Кто он?

— Неназываемый…

— Кто такой Неназываемый? — уточнил я, вспомнив, что душам нужно задавать максимально конкретные вопросы.

— Дух…

— Вы так с ним долго о Неназываемом беседовать можете, — сказал человек. — Ормор не знал Неназываемого лично, он просто вступил с ним в союз, и конкретика о природе союзника ему неведома. Лучше спросите о дочери.

— Ормор, сын Гарлина, ты действительно вступил в союз с Неназываемым?!

— Да…

— Зачем?!

— Неназываемый обещал мне могущество и бессмертие…

— Ясно… Стало быть, ты действительно поспособствовал похищению моей дочери Тамгарии?

— Да…

Я махнул рукой. Больше говорить, собственно, не о чем, и так все ясно. Я действительно очень сильно ошибся, и ошибка встала мне в огромные деньги. Будут и политические потери, их пока даже оценить трудно, но в любом случае потери будут большими, моим мнением по любому вопросу станут интересоваться в последнюю очередь, если вообще станут интересоваться…

Лич тем временем загнала душу Ормора обратно в свой посох. Туда ему, предателю, и дорога. М-да, не ожидал, что он мог так скурвиться…

— И что теперь? — спросил я.

— Да ничего… Возвращайтесь в свое княжество, начинайте готовить денежки.

— А дочь?

— Я делаю все возможное… И не надо за нее беспокоиться, я не стану на нее посягать, даже если она сама предложит.

Большинство женщин за столом, кроме белокурой, прыснули в кулаки.

— Что ты себе позволяешь, человек?! — вскочил я из-за стола.

За такое оскорбление в подгорном царстве его бы уже на дно самой глубокой пропасти скинули!

— Извините, князь… это было неуместно, согласен.

Мне не оставалось ничего другого, как, оставив дочь на попечение этого… этого проходимца, не имеющего ни малейшего понятия о благородстве, покинуть замок.

Кирилл. Практически миллионер

А война, оказывается, может быть весьма прибыльным делом! С прошлых сражений я по большому счету ничего не поимел, несмотря на одержанные победы, только потерял кучу мифрила да поданных. Ну не считать же за прибыль всякий хлам из плохого железа! А тут, смотри-ка, двадцать шесть лимонов с хвостиком слупил! И без единой потери! Даже противник не особо пострадал.

Вообще следовало бы немного отдохнуть перед переговорами, себя в порядок привести, помыться, переодеться, а то запашок от меня еще тот стоял, точно не фиалками благоухал, да и промок весь от пота, но решил действовать согласно поговорке: куй железо, пока горячо. А то пройдет совсем немного времени, гном оправится от потрясения — и его уже фиг уломаешь. А так взял тепленьким…

«Надо остальные княжества гномов развести на бабки! Точнее, спровоцировать их на войну, а потом, настучав по кумполу, ободрать как липку!!!» — обратившись в агрессивного хомяка-мутанта (не иначе близость Проклятых земель сказывается), обзаведясь при этом совсем уж неуемным аппетитом до чужого злата, завопило мое второе «я».

Честно говоря, я сам припух от получившейся итоговой суммы контрибуции. Ведь вроде действительно божеские расценки озвучил, чего только стоит жалкий десяток тысяч золотых монеток за князя. За князя! Хотя, по-хорошему, за каждую их голову по сотне тысяч как с куста рубить надо, а то и весь мильен!!!

А как гном спал с лица! То бледнеет, то краснеет, то сереет… Казалось, того и гляди его сейчас кондрашка хватит, вот будет мне конфуз. Но нет, крепкий мужик оказался, даром что гном.

Думал, он как истинный жадный бородатый коротышка сейчас за каждый золотой будет торговаться, вроде даже как попытался в самом начале, но потом что-то притух. Все же моя стратегия с «ковкой горячего железа» сработала на все сто.

Даже поддавшись жалости (я вообще жалостливый человек, милостыни, правда, никому и никогда не давал, но так жалел, так жалел…), хотел было дать задний ход и снизить сумму раза так в два хотя бы, но тут уже взыграла жаба, и готовые сорваться с уст слова застряли в горле, мне даже реально дышать трудно стало… как есть жаба прихватила.

Ну да ладно, денег действительно много не бывает. Более того — есть подозрение, что и глазом моргнуть не успею, фигурально выражаясь, как я стану вновь бедным, будто церковная мышь. Все потрачу… главное, большая часть бабла вернется тем же гномам. Так что не надо ему так на меня глазами сверкать…

Ну и наконец-то я наполню экономику своих владений «живыми» деньгами. А то все бартером расплачиваюсь — амулетами от Олграны. Перед Гонглиром уже неудобно, столько ему задолжал за его работу, и не только ему…

Распрощавшись с дочерью, кинув напоследок в меня убийственный взгляд, князь Серебряной горы покинул наше общество.

Вместо него явился на ужин архимаг Тарногар. Присутствовать на переговорах он не пожелал — наверное, чтобы не мозолить своим видом глаза князю и не портить отношения с гномами, а заодно в порядок себя привел.

— Ну ты отжег, Кийррейл! — вновь засмеялась демонесса. — Не отсыплешь мне от своих щедрот камений драгоценных?

— Зачем тебе? — как самый настоящий скряга, проскрипел я.

— Вот именно! — вскинулась Зеленоглазка, что как казначей становится замковой жабой — в переносном смысле, естественно: хоть она и зелененькая, но без пупырышков… — Ты еще ничего не сделала для общего дела, а уже драгоценности требуешь!

— Ну, во-первых, муж обязан содержать свою жену, — усмехнулась суккуб. — Во-вторых, не требую, а прошу, а в-третьих, драгоценности мне нужны как раз на тот случай, если потребуется что-то сделать на общее дело… Оружия для своих прикуплю с доспехами, магических амулетов…

— Для начала давай подумаем, что можно сделать собственными силами и средствами, — сказал я. Мне идея разбрасываться добром направо и налево только потому, что его много, тоже активно не понравилась. — Скажем, как тебе десять комплектов брони и оружия из преобразованного мифрила? Плюс на тебя, естественно.

— Это было бы неплохо!

— Ну вот, через месяц будут тебе доспехи и оружие, и обойдутся они в разы дешевле, чем если бы это все где-то покупала. Камней подкину только на магическое зачарование доспехов и оружия, по вашему усмотрению.

— Эх, а я еще хотела парочку нарядов прикупить…

— И на это подкину.

— Лады. Кстати, а чего гнома… Тамгария осталась? — полюбопытствовала демонесса.

— Во мне плетение Неназываемого, и если я удалюсь слишком далеко от Киэрриэла, то начну умирать, — ответила она.

— Бедняжка. Но должна заметить, это не самая худшая компания, особенно Кийррейл. Или ты еще не в курсе?!

— Хайллейса! Попридержи язычок, — попросил я скривившись, увидев, как густо покраснела гнома.

— Как прикажешь, муж мой! А что за плетение, чего не снимешь?

— Не получается… даже архимаг оказался бессилен. Я тренируюсь на амулетах, но результат пока плачевный — взрываются.

— Хм-м, интересно, очень интересно. Не против, если я посмотрю на плетение?

И, не дожидаясь ни от кого разрешения, демонесса встала и подошла к дернувшейся гноме.

— Не трепыхайся, я же тебя не есть собралась…

Демонесса на несколько мгновений застыла статуей, при этом ее глаза стали черными как уголь, вглядываясь в ауру гномы, а потом отошла.

— Действительно интересно, и знаешь, я заметила кое-что знакомое в энергетике этого плетения…

— То есть?

— Как бы тебе сказать, в общем-то ты вполне можешь его снять.

— Но я же сказал, что у меня ничего не получается. Амулеты, с которыми я тренируюсь по снятию плетения, взрываются. Представляешь, что будет с Тамгарией?!

— Ничего с ней не будет. Я ведь не просто так про энергетику плетения сказала.

— Поясни…

— В общем, она очень похожа на твою.

— Э-э… это ты сейчас про что вообще?! — немного опешил я. — И с чего ты это взяла?!

— Ну, мне ли не знать про твою энергетику!

— Давай только без этого!

— А я как раз без так называемого «этого»! — засмеялась суккуб. — Посмотри на мою печать договора, который ты изменил, а потом на плетение Неназываемого.

Меня буквально вынесло из-за стола. Я подбежал к демонессе и вгляделся в ее ауру, а точнее, печать договора, а потом на плетение Неназываемого в ауре гномы. Что-то схожее действительно было.

Процедуру повторили все, кто обладал даром: Олграна, Лития и архимаг.

— И правда… — согласилась орчанка. — Они похожи, но как бы разной полярности — «плюс» и «минус», белое и черное.

— И теперь понятно, почему ты не можешь наскоком убирать без последствий наши плетения, — сказала Лития. — Эта магия словно какого-то другого сорта…

— Эй, вы чего это, а?! — воскликнул я невнятно. — Вы что, хотите все мне сказать, я и Неназываемый — одного поля ягоды?!

— Очень на то похоже, — кивнула демонесса.

— А вы что скажете, архир? — обратился я к архимагу как к третейскому судье.

— Мне тоже так кажется, — кивнул Тарногар и после короткой паузы добавил: — Уже давно…

— В смысле?..

— Помнишь, как ты атаковал меня своей силой?

— Конечно…

— Очень похоже действовал Неназываемый через своего адепта. И суккуб права: энергетика схожая, очень схожая…

— Вот оно, значит, как?..

Я сел на первый попавшийся стул. Ноги отчего-то перестали меня держать.

— Что с тобой, Кирриэл?! — бросилась ко мне Зеленоглазка.

— Все нормально, крошка… просто как-то неожиданно все, и не знаю, как реагировать.

— Почему вы раньше об этом наблюдении не сказали, архир? — насела на бывшего учителя Лития.

Тот только пожал плечами и с хмурым видом принялся есть — дескать, когда я ем, я глух и нем.

— Ведь Киррил мог бы снять заклятие с Тамгарии, и не было бы войны с гномами! — продолжала наседать Лития.

— А также контрибуции? — напомнила демонесса. — Эти деньги ой, как не помешают для развития владения! Получается, что ни происходит — все к лучшему!

Боялся, сволочь, подумал я о причинах молчания архимага, не обращая внимания на треп гражданских жен, вспомнив бросаемые время от времени Тарногаром на меня взгляды. Точно боялся…

«Ну вот, ты реализовал еще один попаданческий пунктик», — хихикнуло мое второе «я».

О чем ты, шиза? Какой еще к чертям попаданческий пунктик?!

«Ну как же, бароном ты стал?.. Стал! Это — первое. Даже выше брать можно на несколько ступеней. Герцог, а в будущем, причем не столь уж и далеком, — король. Город-столицу только отстрой. Но и за этим не заржавеет, при таких-то финансовых и трудовых возможностях! Название только надо придумать… Второе: принцессы в любовницах есть?.. Есть! Хотя Зеленоглазка и Олграна как принцессы довольно сомнительное приобретение, ну еще оборотниха тоже вроде как принцесса, но это тоже не высший сорт… но да не суть важно — главное, что принцессы. И хоть крутейшим магом по третьему пункту ты не стал, и неизвестно, станешь ли вообще, но архимаги, по крайней мере в лице Тарногара, при виде тебя чуть ли не мочатся от страха!!!»

Внутренний голос опять заржал дикой лошадью.

Тьфу ты…

— Это что же получается, Неназываемый — рассар?! — тем временем в удивлении воскликнула Мягкая Лапа.

— Похоже на то, — кивнула шаманка, — только как бы рассар наоборот: то есть он не вырабатывает ману, как Кэррэл, а поглощает ее… С ним что-то случилось, и теперь для поддержания жизни ему требуются жертвы.

— Его надо срочно искать, — сказала демонесса. — Потерпев очередное поражение, он наверняка задумает очередную пакость, и рано или поздно ему однажды удастся задуманное.

— Да понимаю я… Кстати, примерный план поисков уже намечен, и в его реализации ты со своей свитой мне изрядно пригодишься. Как раз доспехи и оружие пойдут в уплату работы.

— А что ты задумал, если не секрет?

Я только указал глазами на гному. Дескать, девочка вне ближнего круга, так что секрет.

Демонесса понятливо кивнула в ответ.

— Я пойду… — сказала Тамгария, почувствовав, что стала несколько лишней.

— Подожди… Раз уж мы выяснили, что я и Неназываемый — коллеги, и энергетика наша схожа, то надо попробовать все-таки снять с тебя это гадское плетение. Рискнешь?

— Прямо сейчас?

— А чего тянуть? — пожал я плечами. — Что касается моих сил, то времени прошло достаточно, и я уже восстановился. Но если что, архир Тарногар меня подстрахует.

Архимаг кивнул.

— Ну, если вы так считаете, то почему бы и нет?.. Я готова. Что мне нужно делать?

— Ничего… Расслабься.

Я подошел к гноме и положил руки на ее голову, одновременно входя в некое подобие транса.

Ну… лишь бы не взорвалась ее головушка, а то тут все мозгами забрызжет.

А может, действительно не стоит спешить? Нет, стоит, иначе я уже сам не смогу — растеряю всю решимость. А в этом деле очень важен настрой, и сейчас он у меня очень силен. А потому я решил рискнуть сейчас, чем будучи полным сил, но без уверенности.

С этими мыслями я с задержкой дыхания, точно ныряя в темный холодный омут с головой, «погрузился» своей энергетической сущностью в ауру гномы и сразу же атаковал тот сгусток тьмы в ней. Плетение, словно какой-то хищник-паразит, рвануло навстречу: ведь я выполнил одно из важнейших условий для его активации — слился с гномой аурами, но этого я ожидал, и контратака не стала для меня фатальной.

По крайней мере, в первое же мгновение… Потому как борьба развернулась неожиданно активная и серьезная. Эта гадость в ауре атаковала меня как какая-то черная клякса, обволакивая всю мою сущность… ближайшим аналогом визуального действа мог бы послужить эпизод из фильма «Человек-паук», когда главного героя «жрал» «черный костюм». Вот так же «жрали» и меня.

Я сто раз успел пожалеть, что связался с этой гадостью, но и вырваться уже не мог. Начался лавинообразный упадок сил. Плетение-паразит откачивало энергию, набухая, как какая-то пиявка от крови.

Это ухудшение моего состояние, конечно же, не осталось незамеченным, и архимаг хотел меня подстраховать, но ничего не вышло. Он не смог «подключиться».

— Не выходит!

Клякса плетения, напившись моей силы, перескочила на меня.

— Кэррэл! Борись!

В меня потекла энергия из орчанки. Ей ко мне «подключиться» удалось без проблем. Думаю, причина тут одна…

В следующий момент началась подпитка от Литии.

— Держись, Киррил!

— Не вздумай подыхать, Кийррейл! — рыкнула суккуб, делясь своей энергией.

Дальше влила свою силу оборотниха.

Не отстала от нее и вампиресса.

И даже отдала крошку сил Зеленоглазка.

— Кирдрилд!

Потекла энергия от дриады, иссушая тем самым лес вокруг замка.

И я, собрав всю вливаемую в меня силу, нанес сокрушительный удар по кляксе-плетению Неназываемого, буквально сжигая ее.

— Все-все, хватит, мои дорогие…

Я повалился в обморок, но на последних мгновениях, пока еще находился в сознании, понял, каково это — быть Неназываемым и питаться чужой энергией, потому как никакое это было не плетение, а самая что ни на есть часть самого Неназываемого, плоть от плоти его в аурно-энергетическом смысле…

Глава 9

Тамгария. Гнома, получившая исцеление от плетения Неназываемого

Как же сильно я перепугалась, когда Киэрриэлу во время снятия с меня плетения стало плохо и по окончании процесса он упал в обморок, и над ним захлопотали все его подруги. А ведь не должна, он мне никто, более того — если подумать, то и вовсе враг… ну не то чтобы враг, но он буквально обобрал княжество моего отца, а значит, и мое, а также наших союзников. Но ненависти я не ощущала, в конце концов он не виноват в происшедшем, это все Неназываемый, что пытается зачем-то напакостить Киэрриэлу. А он, оказывается, рассар, вот почему его аура такая яркая!

Более того, я вдруг осознала, что из замка мне уходить почему-то не хочется, словно меня действительно околдовали. Даже на пару слезинок вдруг пробило… здесь так уютно.

Это все потому что дома меня после всего случившегося ничего хорошего не ждет… Хоть действительно оставайся.

Но нет, остаться я, конечно же, не могла. Так или иначе, но вернуться все же придется. Лишь переночевала в замке.

Киэрриэл, когда очнулся утром, предложил не сбивать ног, а домчаться с ветерком на Черной Молнии, но я отказалась. Еще одного такого перелета я не перенесу!

Думала, он попросит или даже потребует под магическую клятву, чтобы я молчала о том, что услышала о нем, что он и Неназываемый, как он сказал, «одного поля ягода», но не стал. Тогда я уже поинтересовалась этим моментом — все же мне не хотелось вольно или невольно причинять вред тому, кто не сделал мне ничего плохого и вообще спас и всячески оберегал.

— А смысл? — ответил Киэрриэл. — Конечно, мне хотелось бы подольше остаться инкогнито, но рано или поздно правда все равно выплывет наружу, причем скорее рано, чем поздно. Тот же Неназываемый через своих последователей обо мне может растрепать, чтобы создать кучу проблем, раз уж сам дотянуться не в состоянии. Да и тебе придется как-то объяснить свое исцеление.

— Скажу, что это работа архимага, что он в последний момент нашел решение…

— Можно и так, — кивнул человек. — И я буду благодарен, если ты так скажешь, но ничего требовать не стану.

— Я так и сделаю.

— Спасибо. И извини, если что не так…

Распрощавшись со всеми, я покинула замок Гарем и присоединилась к отцу. Солдаты уже сворачивали лагерь. Некоторые отряды и вовсе выступили. Несмотря на то что почти никто из них не пострадал, выглядели бойцы хмурыми и недовольными. Над всеми довлела тяжесть поражения, первого за много сотен лет. Если об этом станет известно во внешнем мире, а рано или поздно информация просочится, то их репутация как непревзойденных бойцов сильно пострадает. А значит, упадут заработки наемных отрядов…

Оставалось только догадываться, что творилось в ставке, когда отец озвучил князьям сумму контрибуции.

— Отец…

— Тамгария? Что ты здесь делаешь?! Пришла проводить меня?

— Нет, я иду с тобой домой. Меня исцелили от заклинания Неназываемого…

— Проклятье!

— Я думала, что тебя, отец, это, наоборот, обрадует…

— А? А! Да! Конечно! Прости меня, дочка… Это я по другому поводу… Ну почему он не мог сделать это еще вчера, до битвы?!

Я на это ничего говорить не стала. А то ведь что мешало ему подождать эти несколько часов?

— Ладно, чего уж теперь… тут, дочка, вот еще какая напасть приключилась…

— Что?

— Твоя помолвка с Сардаром, сыном Гограна, расторгнута.

— Почему? — поинтересовалась я.

Я особо расторжению этого союза не расстроилась: любви между нами нет. Мы и виделись-то всего пару раз. Этот союз, как и водится в правящей верхушке, больше политический. Хотя против Сардара, сына князя Железной горы, я тоже ничего не имела. Но расторжение помолвки — это все же неприятное известие и очень большая редкость среди подгорного народа, ведь слово гнома крепко, как камень. А тут такое…

— Э-э… из-за твоего пребывания в плену у человека.

— И что?

— Ну…

— Они думают, что я порченая?! — взбесилась я. — Так пусть маги проверят!

— Не в этом дело… Мы знаем, что это не так, они это знают, в крайнем случае с помощью магов убедятся, что это не так, но остальным-то ничего не докажешь. Слухи все равно пойдут, а это урон репутации. Не будет же твой будущий муж каждому встречному и поперечному давать удостовериться, что ты не порченая… Это, наверное, скажется на репутации еще сильнее. Устраивать дуэли?

— Ну и демоны с ними!

— Так-то оно так, да только…

— Никто меня в жены брать не захочет, — поняла я. — Ну и пусть. Пойду в жены к какому-нибудь мастеру.

— Боюсь, что даже мастера побрезгуют, — вздохнул отец.

— Значит, в жены к подмастерью! — топнула я ногой в ярости. — Да хоть к ассенизатору!

Ишь, какие брезгливые все стали!

— Этого уже я не допущу! Это урон уже моей репутации!

— Значит, останусь девой!

— Нет, девой ты тоже не останешься…

— Это ты сейчас о чем, отец?

— Есть один вариант…

— Отец? Говори и не отводи при этом глаз!

— В общем… я наскоро успел переговорить о твоем замужестве с…

— Ну, говори же!

— С Баргом, сыном Ромгнара, князем Изумрудной горы. И предварительное согласие уже получено…

— Что?! Ты хочешь отдать меня за этот поросший мхом валун?! — окончательно взъярилась я. — Он же в двадцать раз старше меня!!! Ему почти четыреста лет! И ты хочешь отдать меня за него?! За этого вонючего борова, у которого в венах течет уже не кровь, а пиво!

— Тамгария!

— Что Тамгария!

— Не забывайся! Я твой отец и ответствен за твое будущее!

— Такого будущего мне не надо! Лучше уж остаться старой девой!

— Тамгария!

— А что же, он не опасается за урон своей репутации?

— Нет. Никто не посмеет усомниться в твоей чистоте, если ты выйдешь за князя Изумрудной горы.

— Дескать, потому что уж кто-кто, а он точно бы не стал брать в жены порченную человеком девку?!

— Тамгария…

— Ясно… Только ты забыл назвать мне еще одну причину столь поспешных переговоров… — вздохнула я.

— Какую…

— То, что ты продал меня ему, как какую-то вещь! А еще говорил, что я твоя любимая дочь!

— Тамгария! Как ты можешь…

— Во сколько ты меня оценил, папочка?

— Тамгария!

— Один миллион? Два?!

Отец под моим напором как-то разом сдулся. Значит, действительно продал, и, несмотря на его вид, как у побитой собаки, жалости к нему я не испытывала. Его, конечно, можно понять, из-за этой войны он понес большие финансовые потери, но и я не вещь, пусть даже столь дорогая, чтобы продавать меня, точно… постельную рабыню!!!

— Так сколько?

— Три…

— Лучше я буду восьмой у этого человека, чем разменной монетой!

— Что ты такое говоришь, Тамгария?! — вскинулся отец.

— Что слышал! Я не пойду с тобой домой, я вообще домой не пойду!

Я выскочила из отцовского шатра и побежала назад, в замок.

— Охрана! Схватить ее!

Несколько воинов из личной охраны отца бросились за мной вдогонку, еще пара устремилась наперерез, но задние не успевали — слишком неповоротливы и медлительны в своих доспехах, а что касается тех, что бегут наперерез, то… Я скастовала свое любимое заклинание, выложившись почти полностью, и земля перед ними превратилась в зыбучий песок, в который они и угодили, погрузившись по грудь.

— Одумайся, Тамгария!!! — звучал мне вслед отцовский глас.

— И не подумаю!..

Кирилл, остро понимающий, что победа в сражении, не означает победы в войне

— Ты готов? — поинтересовалась у меня Зеленоглазка.

— К чему?

— Как к чему? К первой брачной ночи! — засмеялась Олграна, проявившаяся на месте растаявшей, как мираж, гоблинки.

— С кем?!

— Как это с кем? — удивилась Мягкая Лапа, занявшая место орчанки. — С Иггогоной!

— Это еще кто?

— Как кто? — изумилась Ссашшиллесса, сменившая оборотницу. — Кентавриха!

— Кто?!!

— Кентавриха… — подтвердила Тамгария. — Или ты думал, что на ней только ездить будешь? Или воду возить?

— Да, раз оседлал ее, то по их обычаям ты теперь ее муж, — кивнула уже Лития.

— Никого я не оседлывал! Да еще кентаврих! Это же вообще ни в какие ворота не лезет!

— В несознанку пошел? — деланно удивилась Дрианда.

— О чем вы вообще?! Какая еще к демонам кентавриха?! Не знаю никаких Иггогон!!!

— Самая натуральная… спас ты ее, так что надо, Киря, надо… — заливисто засмеялась Хайллейса.

— А на очереди тебя ждет огра, троллиха, ламия… — начали перечислять закружившиеся вокруг меня хороводом мои гражданские жены.

— А-а-а-а-а!!! — заорал я, схватившись за голову руками.

Я проснулся с диким криком и в холодном поту, чуть не сверзившись с кровати.

— Ф-фу ты… — встряхнул я головой, прогоняя сновидение. — Приснится же такое, а…

Чес-слово, лучше бы меня доставали более традиционные кошмары… ну, там, пускай за мной зубастые чудовища гоняются, Неназываемый на алтаре ржавым ножом потрошит, еще что-то… На это хоть пожаловаться остальным можно. Но не рассказывать же всем, что меня в действительности терзает!

— Никого больше спасать не буду! Хватит! — пробормотал я. — Тем более кентаврих, троллих и огрих… с прочими ламиями и русалками. К черту…

Причем мне это почему-то всегда снится после сильного истощения. Обычно в нем виновата суккуб, но в этот раз она ни при чем…

Остается только надеяться, что этот сон точно не пророческий. А то кентаврихи, огрихи да троллихи… это же каким достоинством надо обладать, чтобы их удовлетворить?! Я же просто реально буду в обморок падать, не говоря уже о том, что существа эти далеки от самых непритязательных норм привлекательности. Удавиться можно.

Так, стоп. Что-то меня совсем не в ту степь с этим сном занесло… думаю о всякой чуши, оборвал я себя. Эк меня торкнуло…

Я лег обратно на кровать и попытался добрать оставшиеся до общей побудки часы. Надо только порадоваться, что комната звукоизолирована и моих криков ужаса никто не слышал. Хотя звукоизолировали эту комнату, чтобы не слышали совсем других криков. Ну да ладно…

Утром гнома ушла, а для меня все началось по-старому, с тренировки с Ссашшиллессой, и то, что я вчера несколько перетрудился, сначала сражаясь с железными големами гномов и их магами, а потом исцелял Тамгарию, так что в итоге выпал в осадок, в расчет не принималось. Когда об этом заикнулся, желая выбить себе еще один выходной, я получил в ответ:

— На ногах стоишь?

— Стою…

— Значит, здоров и к бою готов! Защищайся!

И на меня обрушился град ударов — и тут волей-неволей начнешь защищаться, чтобы не получить болезненных синяков и порезов. А режет Сашуля филигранно… Потом целебными амулетами лечит.

Поблажку вампиресса мне все же сделала, отменив занятия верховой ездой. Гномы все еще стояли лагерем, и мало ли кому что в голову взбредет? Вдруг кто-то, посчитав себя ну очень сильно оскорбленным большой суммой выкупа, захочет решить проблему самым кардинальным способом, в том смысле что нет человека, то бишь меня, — нет проблемы. Тем более что вот он я, красуюсь почем зря.

— К нам гости, — сказала Олграна, на всякий случай приглядывающая за лагерем гномов через своего орла.

— Кто? Они решили взять реванш?! — «подорвался» я, поспешив к стене.

— Нет, реваншем тут и не пахнет, а вот возможными проблемами — вполне.

Подбежав к стене, я быстро взобрался наверх по лестнице и понял, о чем, собственно, шла речь. К замку бежала Тамгария, а следом куча воинов.

— Ну и что мне теперь делать?

Вампиресса и телепортировавшаяся с крыши орчанка синхронно пожали плечами.

Я направился вниз встречать гостей. Тамгария подбежала к замку аккурат к моменту остановки лифтовой платформы и заскочила на «палубу».

— Хм-м, и как это понимать, дойра?

— Не отдавайте меня им!

— Им я вас, конечно, не отдам, но вот отцу…

— А отцу тем более не отдавайте!

— В чем, собственно, дело?

— Он меня продал!

— Э-э… как это?

— За три миллиона сосватал с князем Изумрудной горы! А я что, рабыня, чтобы меня продавать?!

— Так, стоп, давайте с самого начала…

В общем, через пять минут я понял, в чем дело. Что ж, девушке можно только посочувствовать. Ее подложили под старый «мшистый валун». Счастьем там точно не пахнет. Этот старпер, из которого уже песок сыплется, нет-нет да станет ее попрекать пленом, в запале какой-нибудь ссоры будет называть человечьей подстилкой. Какое уж тут счастье в личной жизни? А то еще и бить станет…

Ну а мне-то что делать?!

«Выкупи ее! — со смехом предложило мое второе «я». — Денег у тебя куры не клюют!»

Да я бы, может, и выкупил, но папаша не «продаст», упрется рогом, на принцип пойдет. Его же потом свои задолбают за это. Князь подгорного народа продал свою дочь за человека, которому проиграл битву, чтобы не платить контрибуции. Да от него же камня на камне не оставят! Так что пусть платит…

И потом, ну останется она у меня — и что мне с ней делать?

«Вестимо что — детишек! Ха-ха-ха!!!»

Тьфу ты…

К замку тем временем уже двигалась процессия во главе с князем Серебряной горы.

— Не отдавайте меня, Киэрриэл… все равно я стану отверженной среди своего народа. Тогда лучше стать еще и вне народа, чем…

Тамгария едва сдерживала слезы, но и так все понятно. Ей можно только посочувствовать. Попала, так попала. И пусть косвенно, но я в этом тоже виноват.

— Отдай мою дочь, человек!

— Снова заново… — тяжело вздохнул я. — Вы еще скажите, что я ее околдовал и заставил сбежать от вас… Очень вас прошу, не наступайте на одни и те же грабли второй раз.

Князь только насупился. Как мыслящий разумный, он понимал, что это не так, что сам сильно прокололся с этим сватовством. Ему бы подождать пару-тройку не то что лет, а хотя бы месяцев, — и, глядишь, все прошло бы как по маслу.

Но тут даже мне стало ясно, что ситуация безнадежна. Тамгария не захочет возвращаться туда, где ее все будут тихо презирать, вплоть до слуг, а то и открыто.

Несмотря на свою упертость, как видно, это понял и сам князь. Да и кто пожелает такой незавидной судьбы своему ребенку?

— Присмотри за ней… — сказал он, посмотрев на спрятавшуюся за меня дочь, враз осунувшись.

Развернувшись, князь поплелся обратно.

— Поднимаемся…

«Кажись, сон в чем-то все же оказался пророческим!» — усмехнулся мой внутренний голос.

Хм-м…

«И министр строительства у тебя все же будет! Как уже есть министр сельского хозяйства!»

С последним не поспоришь.

Гномы наконец снялись и ушли на юг, к своим горам. Олграна сопровождала их отход через своего питомца, эстафету готовилась подхватить Лития на Черной Молнии.

Зеленоглазка определяла Тамгарию на ПМЖ в одну из еще свободных комнат.

Остальные возились с детьми.

А я пытался вникнуть в дела своего баронства-графства-герцогства. Получалось как-то не очень, хотя появившиеся финансовые возможности открывали просто запредельные горизонты. Но тут главное не надорваться. Все нужно делать постепенно и последовательно, а не хвататься за все сразу.

Первым делом, конечно же, надо начать возводить нормальный город. Город — это показатель статуса моего владения. Надо оснастить армию и прямо сейчас озаботиться в первую очередь детским образованием. Дети — наше все, будущая опора власти. Хотя, как и в любом деле, тут надо не переусердствовать, чтобы они на эту власть, то бишь меня, класть с прибором не стали. Для чего построить школы — как обычные, так и магические, — для чего где-то нанять магов-учителей. Но кто пойдет сюда, в эту глухомань, учить, да еще полукровок?!

«Вопрос лишь в цене», — цинично заметило мое второе «я».

Тоже верно… Даже если заплатим втридорога, оно все равно будет того стоить. Появятся обученные маги, а в этом мире маги — это все. Архимаг как раз поможет с программой обучения — зря, что ли, он ректор Королевской магической академии?

В зал вошла вампиресса.

— У нас проблемы, Ксиррел.

— Кто бы сомневался… — вздохнул я. — В чем они заключаются?

— Как сообщает наша разведка, три королевства, в которых сильнее всего закрепился орден Ольера Светозарного, договариваются о союзе, с совместным военным походом против нас.

— Гадство…

— К этому союзу может присоединиться еще парочка королевств поменьше, полдюжины великих герцогств, ну и вольные бароны, коим про нас наплели демон знает что…

— Примерная численность сил, что может выступить против нас?

— Больше ста тысяч человек. Это минимум — объединенная армия трех королевств.

Я так и обмер. Это много, это просто дико много. Обычно государства тут сражаются армиями, численность которых доходит едва до сорока-пятидесяти тысяч. Меня сметут так же легко, как смел бы американский футболист тщедушного дистрофика.

— Да уж…

— Думаю, к весне они утрясут последние нюансы договора и выступят.

— Чтоб их… То одно, то другое. Спасибо, Сашуль.

Сто тысяч… И не абы кто, а регулярная армия! Профессиональные солдаты и не менее профессиональные маги! Боевые маги!!! Их там не меньше десятка тысяч наберется. Черт бы их побрал! Да у меня населения немногим больше, это с бабами и детьми.

Но где наша не пропадала!

Придется наращивать тупую ударную мощь из самых простых големов с максимальной защитой, так как в прошлый раз големы показали себя не с лучшей стороны. А это вновь куча мифрила уйдет в никуда!

Я, конечно, в Тиране — сила, но меня быстро раскатают в блин! Там ведь с десяток крутых архимагов обязательно найдется.

Остается надеяться, что их удастся хорошо прижать в болотах. Но тут тоже не все гуд. Наверняка командующие учтут опыт похода армии ордена и примут все меры для защиты.

Ладно. Надо отдать приказ, чтобы начали заготовку древесины для ускоренного строительства големов.

Трофейных терминаторов Гонглир с бригадой кузнецов уже латают. Благо мы вдвоем с рыцарем смерти их не сильно потрепали. Всего-то и надо, что склепать получившиеся половинки друг с другом при помощи железной полосы да конечности, какие обрубили, на место присобачить. Олграна их потом душами оснастит — и получатся действительно эффективные бойцы, а не то, что было раньше.

Не стоит забывать и про старого знакомого. Неназываемый как пить дать попытается половить рыбку в мутной воде. Я даже не хочу гадать, что он может предпринять. Да все что угодно, вплоть до похищения кого-то из моих… жен.

Может, стоит как-то оформить отношения? Но, честно говоря, слабо представляю себе церемонию…

«Да черт с этой церемонией! Это сущий пустяк, — вновь заржало мое второе «я». — Ты о брачной ночи подумай!!!»

Ой-йо!!!

«Ножки у кровати хоть выдержат их общий вес?! Я уже о вместимости молчу! Разве что их поперек кровати штабелем впритирку друг к дружке приложить!!!»

Я поспешил прогнать мысли о дальнейшем процессе исполнения супружеских обязанностей. Очень уж это получалось… да ни в какие ворота не получалось! Изврат в чистом виде!

Но можно же в разных спальнях по очереди… осенило меня.

«Ага-ага, — продолжал смеяться надо мной мой внутренний голос. — А теперь посчитай, сколько времени на это уйдет. От заката до заката!!! Да тут даже эльфийской выносливости не хватит, даже если виагру жрать тоннами!»

Блин… Но тогда можно разнести церемонию на несколько дней.

«А порядок какой установишь?! По алфавиту, что ли?! Обидятся ведь и порвут тебя на британский флаг!»

Все честно, по мере поступления… Сначала Зеленоглазка, потом Олграна…

«Ну, можно и так… Вот только боюсь, что к концу недели «топливные баки» уже опустеют, и сорвешься ты в крутое пике, а у тебя на очереди парочка неудовлетворенных жен останется, если к этому времени еще кого-нибудь не спасешь, с тебя ведь станется! Гы-гы-гы!!!»

Так, к черту все… Это не к спеху! Надо сосредоточиться на деле…

Я пошел отдать приказ лесорубам начать в массовом порядке заготавливать древесину.

Но стоило только лесорубу сделать первый удар топором по дереву, как ко мне в зал ворвалась разъяренная дриада.

— Кирдрилд! Немедленно останови вырубку леса! — вскричала Дрианда.

— Я, конечно, остановлю, раз ты так настаиваешь, но они рубят засохшие деревья…

— Они не умерли! Лишь глубоко заснули, и я их разбужу!

— Ясно… но понимаешь в чем дело, Дрианда, мне нужны големы, много големов, потому как по весне к нам придет враг, и с ним придется сражаться…

Дрианда немного успокоилась и присела за стол.

— Я могу вырастить тебе големов.

— Вот как?

— Да…

Вот это да! Биороботозавод! Я невольно представил себя грядки с големами… Да уж, это что-то с чем-то!

— Отлично! Это просто прекрасно!

— Такого сложного механизма я сделать не смогу, — показала она на моего Буратино. — А вот такой, пожалуй, осилю…

И вновь показала на моего телохранителя-знаменосца.

— Что-то я не понял… — признался я.

— Ну у него два разных способа соединения… Один вон какой сложный…

Я подозвал Буратино, моего деревянного первенца, на котором отрабатывал различные системы сочленения, и Дрианда показала на карданный способ, когда идет соединение через «вилки».

— А вот это смогу, — дриада показала на «шаровой» способ.

— Это просто замечательно! И как быстро они смогут вырасти?

— Все будет зависеть от количества выращиваемых и силы, какой я смогу располагать…

— Их нужно много, как можно больше… А вот что касается силы, то тут придется поговорить с остальными… в частности, с Олграной и, возможно, с Хайллейсой. Слушай, а ты можешь вырастить что-то подобное?!

Я быстро нарисовал на листочке бумаги… ракету. Самую примитивную конструкцию с небольшими стабилизаторами как в голове, так и в хвосте. Обычный цилиндр, разделенный на три секции. Самая маленькая — одна четвертая часть — сопло движка, самая большая — половина размера — топливный отсек. Правда, я еще не придумал, что можно использовать в качестве топлива. Но вариантов хватает… Можно воду вкупе с элементалем огня. Можно какой-нибудь горючий газ, болотный, к примеру.

Ну и голова — боевая часть. Чем ее снаряжать, тоже пока не придумал. Но варианты есть. Тот же болотный газ… Со взрывчаткой связываться не хотелось.

— Размером эта штука с мой рост… и примерно такого диаметра, — показал я руками калибр, — а вот эти части нужно сделать полыми…

— Да без проблем…

На этот раз я представил поле, засаженное ракетами, и рабочих, спиливающих мне уже «созревшие» экземпляры. Не выдержав, расхохотался в полный голос. Это же полный сюр! Бред сумасшедшего!!!

— Почему ты смеешься? — нахмурилась дриада.

— Не обращай внимания, — сказал я, утерев слезы. — Просто представил себе картину роста ракет…

— И чего в этом такого?

— Просто в моем мире это сложнейшее производство, а здесь это одно из разрушительнейших средств убийства будет расти, точно какая-то капуста! Ладно, забудь… Раз мы можем выращивать ракеты… хы-хы… тогда к черту големов. Точнее, пусть тоже растут, но так, без огонька, на будущее… Для них все равно душ нет, мне бы на железных наскрести… без душ они слишком тупы и легкоуничтожимы.

Глава 10

Кирилл. Оружейный новатор и не только…

Через неделю началась плотная работа над новым видом вооружения. Дрианда при интенсивной подпитке с моей стороны энергией… да нет, просто передавал ману через руки, ну разве что пару раз было… ускоренным темпом вырастила мне дюжину ракет из железного дерева, а также две трубы направляющих из обычной древесины. А уж как удобрять почву пришлось, чтобы ростки-заготовки не зачахли! Весь навоз в округе выгребли.

Я все же невольно представил, как мне придется расстараться, чтобы вырастить несколько сот ракет, и… ну что ж, ради дела придется постараться! Да и грех жаловаться на такой-то труд!

Сейчас как раз шла посадка соответствующих образом закодированных дриадой ростков. И правда, целое ракетное поле получится.

Выращенные же ракеты избавили от лишних веточек и коры. Теперь осталось оснастить их топливом и тем, чем будет поражаться противник. Не в том смысле что удивляться, а в смысле убиваться, хотя те, кто останется жив, наверняка изумятся преизрядно.

Для обсуждения по начинке для ракет собрались все мои гражданские жены, ну и архир Тарногар присоединился.

— Итак, у кого какие мнения по поводу топлива для ракет? — спросил я. — По мне, есть два варианта: вода и болотный газ. Но у обоих видов топлива есть и свои недостатки.

— Какие? — спросила Ссашшиллесса.

— Болотный газ опасен сам по себе, а стоит провести кому-то диверсию — так жахнет, что даже представлять страшно.

— А у воды?

— А с водой та беда, что элементаля огня на конечном этапе полета могут прогнать, и тогда наши ракеты будут просто бревна с водой. В то время как ракеты с топливом из болотного газа можно в теории запустить самостоятельно. Нужно только немного поработать с движком…

— Тут и думать нечего, закачаем болотный газ, — сказала Олграна.

— Больше предложений нет? — осмотрел я подруг и взглянул на архимага.

Но никто ничего не сказал.

— Что ж, переходим к боевой части. Тут тоже как вариант рассматривается болотный газ. Вода уже не котируется: как я понял, элементаль огня не может испарить всю воду сразу, а мне нужен взрыв, и мощный взрыв.

— Алхимический порошок? — предложил архимаг.

— Его ведь могут подорвать и другие маги…

— Как и болотный газ.

— Тоже верно, — согласился я.

— И потом, ты ведь не собираешься эти свои ракеты совсем без защиты оставлять?

— Естественно…

— Ну так чего, собственно…

— Да уж, действительно. Больше предложений нет?

— А обязательно нужны взрывы? — спросила дриада.

— Хм-м, а что ты хочешь предложить?

— Можно начинить голову семенами ядовитого плюща.

— И?

— И стоит семенам упасть на землю, как они в считаные мгновения превратятся во взрослые растения, опутают всех, до кого смогут дотянуться, исколов ядовитыми шипами.

— Хм-м, а это неплохая мысль! — согласно покачал я головой, вспоминая, как Дрианда атаковала нас лианами, а потом так же держала железных големов. — Принимается!

— Можно было бы еще земляное масло использовать, — несмело предложила Тамгария.

— Напалм? И это принимается. Еще у кого какие варианты есть?

Ответом послужило молчание.

— Что ж, призываю всех подумать на эту тему, может, еще что надумается. Потом проведем сравнительные испытания мощности взрывов болотного газа и алхимического порошка и всего того, что еще в голову придет. А пока давайте сделаем то, ради чего мы, собственно, здесь собрались. Постреляем, то есть проведем полетные испытания! Олграна… заряди обе ракеты.

Шаманка кивнула и забила в бубен, призывая элементалей воздуха, коим предстояло немного поработать насосами и закачать в ракеты болотный газ из ближайшего болота. Для них расстояние все равно особой роли не играет… Ну и, естественно, надо призвать элементаля огня, что сработает как инициатор зажигания на пуске и как детонатор на подрыве в момент удара боевой части о землю или на заданной высоте.

Боевые части ракет оснастили «шлемами». То есть ячеистыми конусами из чугуна. Понятно, что это поражающие элементы.

— Готово!

— Первая — пли!

Правда, немедленного старта не получилось.

Олграна вновь ударила в бубен, из сопла заструился дымок. Это элементаль огня прожигал деревянную пробку, но вот ему это удалось, и из сопла вырвался факел огня, а в следующую секунду ракета, вырвавшись из направляющей трубы, стремительно взмыла в небо и унеслась вперед.

Честно сказать, я боялся, что она рванет прямо на старте… для чего все по моему настоянию отошли подальше, да и архимаг прикрыл нас всех магическим щитом, но, к счастью, все прошло как надо.

Все, кроме сдержанного мага, радостно загомонили.

Но все же без косяков не обошлось. На последнем этапе полета ракета зарыскала из стороны в сторону и в конечном итоге сильно отклонилась от заданного курса. Тем не менее, когда она врезалась в землю, грохнул неслабый взрыв. Дальность полета составила примерно полтора километра. Весьма и весьма неплохо, на мой взгляд, для такого творения.

Что касается рысканья, то я особо не расстраивался — чего-то такого ожидал, в конце концов это первые образцы, да и технология производства та еще… Хоть дриада и запрограммировала растения на развитие определенной формы, природа все же берет свое. А у нее прямые линии не в чести, вот и перекосило где-то стабилизатор, так что на глаз и не разглядеть сразу. Но это все решаемые вопросы. Каждую ракету будут доводить до ума. Это я с первыми образцами поторопился… торопыга я.

— Олграна, запускай вторую, только на этот раз с системой наведения.

Шаманка кивнула, и из сопла второй ракеты также заструился дымок. Опять факел огня и стремительный полет. Только на этот раз полет корректировал элементаль воздуха, и стоило только ракете вновь начать своевольничать, как управляющий элементаль быстро выправлял курс, и ракета продолжила лететь точно по заданному маршруту.

Падение и взрыв.

— Вот это другое дело!

— Да, это действительно впечатляет, — согласился архимаг. — Особенно если представить, что стрельба будет вестись сразу десятками ракет… Даже странно, что раньше никто не придумал ничего подобного. Ведь это же так просто… так очевидно…

Вы еще много чего столь же простого и очевидного не сделали, подумал я.

— Теперь нам никакие враги не страшны! — засмеялась Зеленоглазка.

— Не то чтобы не страшны, но им придется хорошо постараться, чтобы нас одолеть, — кивнул я.

Я прекрасно понимал, что, несмотря на то что в будущем ракеты оснастят магической защитой, а также «бронебойными» плетениями, далеко не все посланцы будут достигать цели. А уж если уничтожат пусковые установки, то вообще…

Но, как обычно водится, одна идея цепляет другую. Так случилось и на этот раз.

— А если очень постараться, то как далеко вы сможете забросить объект, скажем, размером и массой с… человека?

Размер и массу я на всякий случай взял с небольшим запасом.

Архимаг с подозрением посмотрел на меня.

— Что ты задумал?

— Сначала ответьте на вопрос, архир.

— Не знаю…

— Ну, вот ваш ученик, что обитал в замке, мог переместиться километров на двадцать аж с полусотней своих зомби. А вы?

— Я могу и дальше, и взять при этом больше раза в три. Но это если перемещаюсь сам, а ты хочешь, чтобы я перебросил некий объект, при этом сам оставаясь на месте.

— А что, есть разница?

— Конечно!

— И в какую сторону? Это сложнее или, наоборот, проще и можно закинуть дальше?

— Сложнее. Ведь маг сам инициатор перемещения, он — центральная точка в энергетической структуре… Впрочем, я не хочу объяснять прописных истин, просто примите на веру.

— Хорошо, — разочарованно вздохнул я, увидев кивок Литии, подтверждающей слова архимага. — Так каков ответ на вопрос?

— Километров на десять…

— Это если по-простому, да?

— Да.

— А если с помощью этих ваших кругов? Они ведь вроде как значительно облегчают процесс телепортации…

— Ну, раз в десять.

— М-м… сто километров… маловато будет, но в принципе можно попробовать… особенно если организовать «эстафету», а орбиту поднять за счет движков до двухсот километров.

— Зачем это тебе, Кэррэл? О чем ты вообще сейчас бормочешь? — спросила недовольным тоном ничего не понявшая орчанка.

— Подожди, Олграна, я все объясню чуть позже… А вот еще какой вопросец, архир: а как далеко можно растянуть связь между «глазом» и «экраном», что стоят у моего Тирана?

— Я так понимаю, что тебе нужно не меньше двухсот километров? — усмехнулся архир Тарногар.

— Угум… — кивнул я. — А лучше — больше!

— В принципе можно.

— Замечательно!!!

Я даже хлопнул в ладоши, хлопок получился неожиданно громким, как выстрел из пистолета, чем заставил всех вздрогнуть от неожиданности.

— А теперь объясни — чему ты так рад? — настояла шаманка.

— Помните, я вам рассказывал о доме в пустоте, что построили в моем мире над планетой?

— Конечно, — кивнула вампиресса. — Так ты что, хочешь построить дом там, в космосе?!

— Хм-м… — невольно задумался я.

А что? Почему бы и нет?! Как ни странно, осуществить свою детскую мечту и полетать в космосе можно как раз в магическом мире!

Скажем, Дрианда вырастит мне корабль, или из алюминия можно склепать, заодно хорошо его зачаровав, создадим телепортационную площадку, что закинет его на орбиту, а там уж движки врубаешь — и летаешь!

Супер! Обязательно этим займусь, как только разберусь со всеми делами и наконец наступит мир и процветание на этой земле, что волею случая досталась мне.

Эк меня торкнуло, аж высоким штилем понесло…

— Можно, конечно, попробовать, но не сейчас…

— А что сейчас? — спросила Зеленоглазка.

— Спутник. Маленький спутник-шпион. Я вообще-то надеялся на гораздо большую дальность заброса.

— Какую? — поинтересовался архимаг.

— Примерно сорок тысяч километров, — с невинным видом ответил я.

Архимаг раскатисто расхохотался.

— Да уж, молодой человек, умеете вы удивлять. Сорок тысяч километров… Даже на десять тысяч километров придется собирать круг из десятка сильнейших архимагов плюс сотни магов послабее. А уж сколько маны истратить — даже представить страшно! И зачем такая большая дальность заброса?

— На таком расстоянии находится так называемая геостационарная орбита, и если поместить на нее объект и придать ему соответствующую скорость, то он будет словно висеть на одном месте над планетой.

— Хм-м… очень интересно… Но даже если бы мы смогли закинуть на эту орбиту этот спутник, то вот магическую связь с ним обеспечить уже точно невозможно.

— Да, жаль… Потому придется делать «эстафету», запускать несколько спутников, что будут крутиться на низкой орбите, желательно все же несколько повыше, чем сто километров, и приглядывать за интересующим нас участком.

Архимаг Тарногар

Удивительно, как много знает этот рассар… А чего только стоит идея организовать слежку за Проклятыми землями через… спутник-шпион! И почему только раньше никто не додумался до этого?

— А этот спутник не упадет? — поинтересовался я.

— Упадет, конечно, если мы не придадим ему необходимой скорости.

— И какую скорость?

— А вот этого я не знаю… — вздохнул рассар. — Больше десяти километров в секунду точно.

— Так быстро?!

— Боюсь что даже еще быстрее. Так что спутник придется оснастить ракетным движком. Точнее, это будет по сути своей одна ракета с «глазом». Плюс блок корректирующих движков. Но с этим проблем нет. Главное — как его запустить и вовремя заглушить? Олграна говорит, что на элементалей можно не рассчитывать: не их среда обитания. Придется делать настоящую систему управления из амулетов.

Но в том, что все получится, этот Киррил, похоже, был полностью уверен, так как уже дал распоряжение изготовить ему «глаз» и большой «экран», на что ушла куча мифрила.

И откуда он его только берет, да еще в таких количествах?! У него там что, вся сокровищница этими мифриловыми слитками забита?!

Но задача, надо признать, интересная, хотя не так уж и сложна. Всего-то и надо установить зависимость от скорости, от высоты и направления, и как только высота начнет падать, тут же включить тот или иной корректирующий двигатель. Если бы эта шаманка еще не громыхала на соседней горе битый час, сбивая с мысли… Что она там делает? Давно бы посмотрел, но мне прямо запретили это делать.

Через неделю нам общими усилиями наконец удалось создать мифриловый спутник в виде орла — кузнец постарался. Форма в принципе не имела значения, тем более что крылья там вообще не нужны, но они использовались как аккумуляторы. Я лишь связал магией «глаз» и «экран» диаметром в два метра, что повесили на стену, и можно запускать.

Запуск решили проводить ночью.

— А почему именно ночью? — поинтересовалась гоблинка.

— Чтобы сразу увидеть, получилось или нет.

— Думаешь, можно увидеть такую штуку с расстояния в сто километров? Да ее же уже на удалении в километр из виду потеряешь!

— Поверь, Зеленоглазка, увидим! Разве что «пип-пип» не услышим. Поехали, архир!

Поехали, так поехали… Благо сил полно, плюс в моем распоряжение мифриловые накопители. Так что проблем с забросом спутника на… орбиту нет.

Минута подготовки, активация заклинания с напиткой силы — и на крыше замка полыхнула яркая вспышка сработавшего телепорта.

Рассар тут же посмотрел на небо, благо шаманка постаралась и разогнала тучи. Я тоже закинул голову кверху, хоть из-за этого чуть не упал: все же сил пришлось потратить изрядно. Остальные повторили наш жест.

В небе сверкнула вспышка, словно родилась новая звезда. И она начала движение.

— Получилось! — засмеялась гоблинка. — Правда ведь, Кирриэл?!

— Похоже на то! И вот интересно, что подумают ваши астрономы, углядев такое?

Я только усмехнулся. Что подумают эти чудики, даже представить невозможно. Наверняка всякие ужасы напророчат — дескать, знамение: звезда начала кружить вокруг Даронара.

— Ладно, идемте вниз, посмотрим на результат…

Мы всей толпой поспешили в зал, где повесили большой круглый «экран».

Рассар подошел к нему, постоял с минутку со сведенным от напряжения лицом и включил. «Экран» вспыхнул, показав темную муть. По залу прокатился разочарованный вздох.

— Облака…

Человек тем временем стал двигать руками в стороны от центра, с усмешкой сказав:

— Планшетник, блин…

Я же немало удивился. Ведь ничего такого я не зачаровывал в функцию «экрана»! Значит, это все сделал рассар! И вскоре в центре появилась черное пятнышко, что с каждым новым движением рук рассара становилось все больше.

— Так, режим ночного видения…

Черный фон превратился в серый с контрастными черными линиями.

— А вот и мы…

Рассар еще несколько раз развел руками в стороны по «экрану» — и действительно появилось легко узнаваемое изображение замка и маленьких точек, то есть нас на крыше. Точки превратились в столь же легко узнаваемые фигурки с задранными кверху лицами. Он попытался еще больше увеличить изображение, но оно вдруг стало размываться.

— Все-таки получилось! С разрешающей способностью, правда, можно еще поработать, но и этого на первый раз достаточно.

— А ты разве сомневался? — удивилась гоблинка.

— Немного… Не зря же говорят, что первый блин выходит комом. Что ж, архир Тарногар, все получилось как нельзя лучше, тем более для первого раза. Осталось сделать еще штук пять-шесть спутников — и, думаю, на этом можно остановиться. Как только облачность уйдет, мы займемся самым плотным исследованием Проклятых земель.

— Они слишком велики, чтобы логово Неназываемого можно было найти с помощью этих спутников.

— А кто сказал, что я буду искать непосредственно логово? Он наверняка хорошо схоронился и уж конечно не озаботился надписью «Добро пожаловать». Но есть ведь и косвенные признаки, которые невозможно сокрыть.

— Это какие?

— Караваны с жертвами. Вот их и будем искать. А они приведут нас к цели.

— И правда…

Неназываемый, переживающий очередное поражение от рассара

Проклятье, еще немного — и мне придется впасть в спячку, как какому-то медведю! Только медведи спят лишь зиму, пока не сходит снег, а я вырублюсь на тысячу лет!!! И при этом не факт, что мне удастся проснуться. Не только из-за недостатка сил, но просто потому, что я сильно засветился и этот рассар попытается найти меня, не найдет он — найдут другие, кому он обо мне расскажет, тот же архимаг…

И гномы не справились. Уж против них-то у рассара не было ни единого шанса, но ведь вывернулся как-то. А значит, и та армия, что собирается сейчас, причем уже без моего вмешательства, его, скорее всего, не прошибет.

Против рассара нужен какой-то другой враг, гораздо более сильный и могущественный. Больше полумерами я обходиться не могу… Лишь в этом случае рассар станет трофеем этого новоявленного противника, если, конечно, одержит над ним победу, а не моим, и я с него в любом случае ничего не получу… Да и противника ему надо подобрать такого, чтобы при этом самому в переплет не попасть. Но это не проблема, есть у меня на примете парочка…

Однако все же жаль, что рассар выступит в качестве платы-добычи. Его придется уступить… Проклятье, я становлюсь каким-то жалким падальщиком!!!

Но, похоже, у меня просто нет выбора… Демоны с этим рассаром, мне бы обычную жертвенную ману как раньше получать!!!

Да вот ведь какое гадство: чтобы призвать достойного противника рассару, нужно еще туже затянуть пояс, потому как в этом случае без обильного жертвоприношения не обойтись…

Но ничего… как только с рассаром будет покончено, я быстро возьму свое. Благо все полукровки так компактно расположились. Я устрою настоящее пиршество!

Что ж, решение принято, нужно начинать подготовку… до конца сезона дождей должен управиться.

Глава 11

Кирилл. В думах и делах по защите владений

Закончился сезон дождей.

В очередной раз родила Зеленоглазка… принеся еще одну тройню.

На подходе Мягкая Лапа. Тоже тройня.

Ну и остальные тоже в положении… тоже по тройне. А чего теперь мелочиться? Исключение составила Тамгария. А как бы она залетела, если мы с ней ни-ни?..

Но и особого желания тащить ее в постель не имелось. Папаша ее мне этого не простит и головенку оторвет… ну вы поняли какую. А оно мне надо? Точнее, конечно, надо, в том смысле, чтобы при мне и дальше оставалась.

Доспевали ракеты. Окончательно определился с топливом и начинкой. В дело пошло все, кроме напалма. Огонь, конечно, штука весьма эффективная, но месторождения нефти поблизости нет, а таскать его за тридевять земель слишком дорого.

Как только стали сходить тучи, я, глядя на первые «снимки», осознал, что, похоже, несколько переоценил возможности спутниковой разведки для зондирования Проклятых земель.

И чем я раньше думал?

Проклятые земли — это ведь не пустыня и даже не степь, как можно было бы подумать. Нет, там хватает всяких голых от растительности пятен, но по ним по определению никто шататься не станет, так как с почти стопроцентной вероятностью там обитает какая-нибудь магическая аномалия, и если туда сунуться, то можно голову сложить ни за грош. Они ведь потому так и назывались — Пятна смерти.

В целом же Проклятые земли представляли собой лесной массив с тут и там встречающимися руинами древних городов и замков. Ну и конечно же озера, реки, горы, поля и долины, все это присутствовало, как и в любом другом месте Даронара. Тут только живность сильно от привычной отличалась — магически преобразованная.

Ну и как в этой «зеленке» найти даже достаточно крупный караван слуг Неназываемого с жертвенными пленниками? То-то и оно… дохлый номер.

В итоге такая куча времени, сил и средств, потраченных на строительство и запуск полудюжины спутников с постепенной заменой падающих метеорами по мере выработки топлива и магического ресурса, потрачено впустую.

В плюсе только то, что точная карта Проклятых земель получилась. Лития уже перерисовала ее. Но стоило ли оно того, если учитывать, что примерно половина магических аномалий являются аномалиями гуляющими? Хотя, конечно, большие аномалии, что легко фиксируются последним запущенным нами спутником, имеющим такую функцию, можно отследить, но вот мелкие или «спящие» он фиксировать отказывался.

Облом… Придется Неназываемого искать как-то иначе. Но как?

— Заседание Гаремсовета объявляю открытым, — дурашливо объявил я во время очередного вечернего сбора, когда подводились итоги проделанных за день работ, разве что молотком по столу не стукнул.

Мои гражданские жены чуть слышно фыркнули.

— На повестке дня последние новости, доставленные разведкой, а именно: сводная армия трех королевств, а также экспедиционный корпус из Пантергорда, ну и армии шести великих герцогств и дружины еще двух десятков баронств выдвинулись по направлению к нам. Общая численность армии, согласно разведанным, — я кивнул в сторону Ссашшиллессы и Мягкой Лапы, что курировала полевую разведку своих сородичей, — сто пятьдесят тысяч человек. Спутниковая разведка это подтверждает…

Я достал камень, на котором хранился снимок, и вставил в «экран», миг — и на нем появилось изображение с одного из спутников, переориентированных на слежку за неровно дышащими в отношении нас королевствами. На снимке хорошо виднелись армейские колонны, запрудившие все дороги.

— Через две недели они доберутся до границы с Топью и начнут ее форсирование. На переход по Топи им понадобится месяц. Так как шансов на ослабление противника партизанскими методами я не вижу — во-первых, их слишком много, а нас как прежде, а во-вторых, они лучше подготовлены, учли ошибки Армирана и подобраться к себе вплотную не дадут. Потому нужно действовать иными методами. У кого какие предложения?

— Расстреляем их ракетами — и дело с концом! — махнула рукой орчанка.

— Предлагаю оставить «катюши» на крайний случай. А то растратим этот боезапас сейчас, а когда следующий созреет, неизвестно. Кстати, этот-то урожай хоть успеет вызреть, или лучше все же часть перевести на естественный рост? — поинтересовался я у дриады.

Уж больно большое поле засеяли. Шутка ли, три тысячи ракет…

Я, кстати, решил перевооружить замковую артиллерию, убрать баллисты и катапульты, у которых со скорострельностью просто беда, и поставить минометы. С минометными снарядами вообще дичь полная получалась. Они реально росли как желуди на перепрограммированном дубе! Представьте себе ветку, а с нее свисает дюжина мин!!! Хоть стой, хоть падай…

— Успеют, — заверила меня Дрианда.

— Ладно…

— Так как мы людей останавливать будем? — спросила гнома.

— А у вас никаких идей нет?

В ответ молчание.

— Эх-х… правду говорят, что война — не женское дело.

— Кто такое говорит?! — вскинулась вампиресса.

Она — да, мечами помахать любит.

— Тот, кто это сказал, давно мертв…

— Так ему и надо…

— Тьфу ты… возвращаемся к нашим баранам. Раз ни у кого идей нет, слушайте мои. Олграна, тебя это в первую очередь касается… поработать придется изрядно.

— Все на мне… — вздохнула тяжко шаманка.

— В общем, противник пойдет по вот этим маршрутам, — показал я несколько вероятных направлений. — Вот здесь у подножия наших гор течет река, тебе надо сделать дамбу, вот здесь, примерно километровой длины, но это самое узкое место. И сделать ее как можно выше…

— Это будет тяжело…

— А кто сказал, что будет легко? Но ты справишься?

— А куда я денусь… особенно если ты подсобишь.

— А куда я денусь! — усмехнулся я в ответ. — Подсоблю чем смогу!

— Тогда сделаю. А вот в прошлом году не смогла бы…

— Задача остальных — не дать прознать про дамбу разведчикам противника.

За столом воцарилось оживление. Все поняли, что если идея удастся, то армию противника смоет на фиг! А те, кто спасется, — уже не противник. Те, кому не повезет оказаться на нашем берегу, будут порублены големами и скелетонами, сожжены костяной драконшей, а те, кто останется на другом берегу, станут не менее легкой добычей, когда авангард будет разбит и вода спадет. В итоге мы имеем классическое уничтожение противника по частям.

— Так, с этим решили… Теперь касаемо Неназываемого. Пока его не изничтожим, покоя нам не видать. Только где же его искать, этого Фантомаса?

Я заменил снимок на «экране» на карту Проклятых земель.

— Как видите, найти вот так визуально караваны не представляется возможным. Магически они тоже прикрыты. К тому же магический фон аномалий засвечивает все вокруг. Если мы и обнаружим слуг Неназываемого, то только случайно, а на случайность рассчитывать не стоит.

— Значит, остается только орден? Ты действительно думаешь, что он связан с Неназываемым? — с сомнением спросила Ссашшиллесса.

И ее можно понять, так как само название ордена не предполагает никаких связей с тьмой. Но для меня это не показатель: ведь какого только прикрытия не придумаешь для темных делишек.

— Да. В совпадения я не верю. По крайней мере не такие, хоть и остается вероятность того, что он использован втемную. Неназываемый на этом собаку съел. Но, как показывает практика, кто-то в ордене, и довольно высокопоставленный, должен быть связан с ним. Больше ниточек у нас все равно нет. Твои орлы уже пронюхали про него?

— Да, они нашли штаб-квартиру ордена, тем более что ее и искать-то не пришлось, они все на виду. Вот план замка, что составили разведчики, но я немного пошаманила с твоим изобретением и сняла его со спутника.

Вампиресса заменила камень со снимком Проклятых земель на снимок замка — штаб-квартиры ордена Ольера Светозарного.

Все с удивлением переглянулись. И есть отчего. Чего только стоит тройное кольцо стен. Но это еще что, там ведь не только внешний, но два внутренних рва с водой есть. Не стоит также забывать, что любая закольцованная система — это еще и магическая защитная структура. В общем, замучаешься штурмом брать.

— Нехилый такой замок отгрохали…

— Да, и боюсь, взять его нам, как замок архимага, не удастся. Орденцы знают о наших возможностях и учли их.

— Это, конечно, не есть хорошо, но про другую нашу возможность они, думаю, не в курсе, хи-хи…

— Это про какую?

— Про демонессу и ее свиту. Нужно только попасть за охраняемый периметр, а дальше… А вообще по уму, конечно, надо брать Армирана на выезде, а не в его логове. Не может же он сидеть в замке безвылазно!

— И тем не менее, это так, — кивнула вампиресса. — С момента возвращения он не покидал замка. По крайней мере явно. Не иначе мести нашей боится… А если он делал это инкогнито, да еще по тайным ходам, то мы об этом ничего не знаем.

— Значит, придется штурмовать.

— И когда будем атаковать? — спросила Олграна.

— Даже не знаю, — пожал я плечами. — С одной стороны, чем раньше, тем лучше, а с другой, у нас тут армия вот-вот подойдет, да еще Неназываемого можем спугнуть. Так что я считаю, что сначала надо разобраться с армией этих королевств, потом шмонаем замок ордена и сразу прижимаем к ногтю Неназываемого, если данные о местонахождении удастся получить. А пока будем готовиться ко всем трем этапам…

Все же совсем бесполезной спутниковая разведка не оказалась. Если знаешь, где искать и что именно искать, то обязательно найдешь. Вот и лазутчиков объединенной армии, просочившихся сквозь заслоны зверолюдей, удавалось засечь именно благодаря такому поиску. Ну а дальше их методично уничтожали всеми доступными средствами, от засад недооборотней до пролета Черной Молнии. Никто из них не должен увидеть, и тем более сообщить командованию, о возводимой Олграной со своими помощниками дамбе.

Сил при работе с элементалями земли, да еще в условиях болот, у нее уходила прорва, так что мне пришлось изрядно постараться, чтобы восполнить их, хе-хе… Но работа шла, и дамба росла, мало-помалу уровень воды начал подниматься, обещая весьма веселое купание рыцарям-вонючкам.

Армия вторжения продолжала медленно, но неуклонно двигаться к границе моих владений, разделившись на пятнадцать колонн. Поскольку в этом походе принимали участие королевские маги, а не недоучки всякие, набранные с бору по сосенке, они не просто находили тропы, но значительно их укрепляли, чтобы все люди могли пройти и последние отряды не погружались по горло в жижу.

Чтобы противник лишний раз не нервничал и не заподозрил какой-то каверзы с моей стороны, я все же провел несколько ожидаемых по прошлому вторжению партизанских атак, и, как сам это прогнозировал, их легко отбили полноценные боевые маги. Собственно, все засадные позиции легко обнаруживались и уничтожались превентивно.

Ну и ладно — главное, что противник успокоился и увидел, что ничего более серьезного я им противопоставить не могу, и пусть совсем чуть-чуть, но расслабился. А мне только того и нужно.

Но я все же продолжал атаковать, даже устроил небольшое полноценное сражение с двумя колоннами, что вырвались значительно вперед. Мне требовалось, чтобы реку вся армия форсировала более-менее одновременно. Для этого пришлось также нападать на инженерные части возводящих переправы, что тоже замедляло форсирование реки, но только до тех пор, пока переправу не брали под надежную охрану в первую очередь маги.

Добиться поставленной задачи на сто процентов мне не удалось, одна колонна все равно обогнала все прочие на сутки и форсировала реку. Ее я даже притормаживать не стал — бесполезно.

Но две колонны задержать мне все же удалось. В итоге общая масса состояла из семи потоков. Остальные сильно отстали, и как их подстегнуть, я просто не представлял.

Что ж, могло быть и хуже.

Но вот первые отряды из «основной массы» уже прошли по спешно возведенным мостам, построенным в полутора-двух километрах друг от друга.

— Пора… — сказал я Олгране.

Мы спрятались на небольшой горе и наблюдали за переправой в бинокль.

Что касается моей армии, то она осталась за ближайшим перевалом. Ее время придет, когда с основной массой противника будет покончено. А с теми, что уже успели форсировать переправу, мы разберемся без особых проблем, учитывая моего полностью законченного Тирана. То есть все аккумуляторы в наличии и заряжены по максимуму, хотя ради этого пришлось доводить себя до истощения. Даже телепортационный амулет в наличии и заряжен под завязку.

Шаманка кивнула и, достав бубен, стала отстукивать ритм. Ей предстояло разрушить то, что она так долго строила.

— Все…

Я посмотрел на планшет — доску с зачарованным стеклом. На ней отобразился снимок дамбы, секунда — и появился следующий кадр, где отчетливо стало видно, что сразу в пяти местах дамбу прорвало и огромная масса воды, что скопилась за преградой, хлынула в образовавшиеся бреши, в одно мгновение снеся остатки преграды.

Воды могло бы быть и больше, но в последний момент пришлось все же часть ее стравить, чтобы заполнить русло. А то отсутствие воды могло бы всполошить противника: как это так — в прошлом река имелась в наличии, а сейчас ее нет. Переход мог бы и не состояться, до тех пор пока не выяснили, что к чему, и тогда все пошло бы прахом.

Чистая вода очень скоро превратилась в мутную жижу — селевый поток, ее скорость и напор из-за того, что она растеклась по большой площади, сильно упала, но это все равно оставался смертельно опасный поток.

Минуты текли за минутами, и вот эту грязевую массу уже можно наблюдать собственными глазами. Жуткое и страшное зрелище… Естественно, угрозу заметили не только ее создатели, но и те, для кого она предназначалась.

На переправе суматошно забегали солдаты — кто-то вперед, кто-то назад, в надежде выбраться из зоны затопления. Засуетились маги, готовя какие-то плетения. Хотя что можно противопоставить такой волне?!

Первую переправу снесло, тысячи людей, облаченных в железо, по обе стороны от моста мгновенно оказались скрыты в мутной жиже с головой. Настал черед второй переправы. Но там маги успели немного подготовиться, и в сторону потока полетели плетения заморозки.

Но магов оказалось слишком мало. Возникавшая ледовая корка тут же трескалась, и волна грязи продолжала накатывать на мост, также скрывая под собой значительные площади по обе стороны от русла реки, так что убежать могли только либо те, что находились в самой голове, либо в самом хвосте колонны.

Второй мост разлетелся на бревна, и еще почти десяток тысяч человек перестал существовать.

Третий мост.

Здесь маги успели подготовиться еще лучше и выкладывались на полную. На этот раз грязевую волну останавливали гораздо более продуманно. Маги каким-то образом толкнули воду в речке от себя, создав волну навстречу селевому потоку, и когда она достигла метровой высоты, резко ее заморозили.

Заморозка шла также по площади, и надо думать, что еще и вглубь, чтобы заякорить получившуюся стену. Уровень селевого потока быстро поднялся и начал переливаться через ледяную стену, но эту грязь так же быстро замораживали, в результате чего высота и толщина стены только росла.

На этот раз ледяная корка ломалась не так охотно, как на второй переправе, к тому же напор воды уже изрядно ослаб. Более того, к ним спешили маги с других переправ, с ходу включаясь в борьбу, образовывая своеобразную эстафету: когда первые маги уже выдохлись, в работу вступали полные сил.

Вода все равно перехлестывала через преграду, пробивалась ручейками через образовавшиеся под напором трещины, но она уже не имела никакой разрушительной силы. Третий мост лишь покачнулся, вода подобралась к самому его краю, но не опрокинула и не потопила людей, разве что совсем уж нерасторопных неудачников да неповоротливый обоз. А потом напор и вовсе иссяк, и жижа стала стекать в русло реки.

— Проклятье! — сплюнул я, не веря своим глазам. — Столько труда коту под хвост!

— Тебе-то что? — усмехнулась Олграна. — Или со мной — это для тебя уже тяжкий труд?!

— Нет, — невольно хохотнул я. — Более того, я готов это повторить, и с радостью, но все равно ловушка-то не сработала. Смыло всего две переправы… каких-то жалких две переправы, хотя должно было смыть всех!

— Ну, не все получается так, как мы задумываем…

— Так-то оно так, но что я теперь с этой оравой буду делать?! Их же еще не меньше ста тридцати тысяч! У нас просто нет шансов…

— Совсем?

— Похоже на то…

— Так что, мне начинать закачивать болотный газ в ракеты?

— Болотный газ… — пробормотал я.

В голове забрезжила смутная идея.

А что касается болотного газа как топлива для ракет, то его в целях безопасности закачивали незадолго до стрельб. Все-таки дерево, пусть и «железное», — это не железо, и с долгим хранением в нем под давлением взрывоопасного топлива лучше не шутить.

— Кэррэл?

— Нет!

— Почему?

— Не хочу я тратить наш последний шанс, особенно когда следующий урожай поспеет — ой, как не скоро… да и не сможем мы серьезно покрошить ракетами столь многочисленного противника.

— Но что же тогда делать?

— Есть одна идейка… Как у тебя с силами?

— Порядок… Ломать — не строить.

— Это хорошо, потому что тебе сейчас придется постараться, очень постараться…

— Что нужно делать?

— Нужно собрать болотный газ.

— Сколько?

— Сколько сможешь! Тяни отовсюду на пределе сил, да я еще сброшу тебе по максимуму. Но так, чтобы они там не догадались о нашем маневре до самого последнего момента.

— Не догадаются, — сказал архимаг. — Они очень сильно потратились на остановку этого потока и обессилены.

— Вот и отлично, — кивнул я.

— Это же сколько получится?.. — попыталась она прикинуть количество газа, что ей придется собрать.

— Много! Очень много! Но боюсь, что даже этого количества может не хватить.

— Даже так?!

— Ага…

— Надеюсь, ты знаешь что делаешь?

— Вполне… — ответил я не слишком уверенно.

Ну откуда я знаю, какой нужен объем для того, что я задумал?

Орчанка кивнула, устроилась получше, запалила свою наркотскую траву и начала камлать.

Над нами как раз проходил спутник, способный обнаруживать магические проявления. Центр моего планшета оказался прямо-таки засвечен остаточным фоном магического проявления, когда маги замораживали грязевую волну. Вместе с тем на удалении от этого пятна закружились стремительные многочисленные вихри. Это работали призванные шаманкой элементали воздуха, они отовсюду собирали так необходимый мне болотный газ.

— Кэррэл…

— Сейчас…

Я положил руки на плечи Олграны и принялся сливать всю ману, какая имелась у меня в наличии, оставив себе ровно столько, чтобы не упасть в обморок.

Элементали воздуха, получив дополнительную весьма щедрую плату, с утроенной энергией продолжили сбор болотного газа.

Сколько же сотен тысяч, а может, и миллионов кубометров газа мы собрали, подумал я с тревогой. Как бы слишком много не оказалось. Тут поговорка, что кашу маслом не испортишь, несколько неприменима. Может получиться одно лишь масло…

— Все… В пределах досягаемости мы собрали все, что было, — устало сказала Олграна. — Да и с оплатой проблемы.

— Тогда веди все сюда.

Шаманка кивнула, и смерчи со всех сторон стали быстро приближаться к войску, сливаясь и танцуя друг возле друга.

Какие к черту смерчи?! Это были настоящие торнадо, протянувшиеся в высоту от земли до небес!!!

— Твою ж…

Когда смерчи оказались в пределах видимости, засуетились маги.

— Кэррэл, они сейчас прогонят элементалей…

— Плевать! Пусть двигаются к цели, пока могут. Архир…

— Да?

— Сваливаем отсюда!!! Берите нас и переносите в точку сбора!

— Сейчас?

— Да! Немедленно!!!

Архимаг поднапрягся, сработал телепорт — и мы оказались за перевалом, перед выстроившимися в ровные коробочки големами и скелетонами, а также моим первым легионом, двумя тысячами всадников и ополченцами-лучниками.

Тут же стояли «катюши», запряженные тягловыми быками.

— И что теперь? — поинтересовался он, мало что понимая.

— А теперь…

Я хотел попросить кого-то из них создать дальнобойный файербол и запустить в сторону врага, пока маги не развеяли ветром облако болотного газа, но стоило мне только открыть рот, как на западе сверкнула ярчайшая вспышка света.

— Уже ничего… — сказал я.

И в следующий миг громыхнуло. И не просто громыхнуло, а сотряслась земля, да так, что вся моя деревянно-костяная армия попадала как костяшки домино. Присели-упали полукровки, замычали-запрыгали быки, скидывая наездников, и все со страхом вглядывались в небо, в котором быстро расходились в сторону редкие и все еще низкие облака.

Прошло еще немного времени, и пришла ударная волна. Перевал защитил нас от всей ее разрушительной мощи, но через гребень летел всякий древесный мусор. Некоторые стволы деревьев лишь совсем чуть-чуть не долетали до нас. А вот сорванной ударной волной землей неплохо так присыпало. Хорошо, что камни не вырвало…

— Интересно… сколько там в килотоннах жахнуло? Может, вся мегатонна? — в полной прострации пробормотал я, наблюдая, как встает легко узнаваемый гриб из перегретого пара и пыли.

Зажав нос и продув на манер подводников уши, поскольку сам себя не услышал — все же перепад атмосферного давления получился неслабым, — я сказал:

— Похоже, Олграна, мы с тобой слегка перестарались…

— Это ты называешь слегка?! Интересно, мы там вообще хоть кого-то найдем живыми?

— Детка, из тех, кто вовремя прибыл на переправу, не то что живых не найдем, мы там вообще никого не найдем! Их сожгло в пепел! Вон они все, невесомыми кучками праха к небесам взлетели…

— Сильные маги могли выжить, — не согласился архимаг.

— Ну, если только они. Но сколько их там было, сильных, способных выжить в таком аду? — пожал я плечами. — А если кто-то рассчитывал на хабар и ценных пленников, то об этом можно сразу забыть.

Мы пошли смотреть, что там да как.

Разрушения, вызванные взрывом, сопоставимым по мощности с ядерным, выглядели ужасающе. Поваленные, вырванные с корнем деревья. Пожары тут и там. Обнажившийся до скального основания грунт…

— Я даже боюсь представить, какие о тебе легенды пойдут после такого… — махнув рукой, засмеялась шаманка.

Я с досадой сплюнул. А ведь верно. Одним ударом стереть без следа почти сто тысяч человек! И радоваться тут совершенно нечему. Впору, наоборот, плакать.

«Да здравствует Темный Властелин!!!» — заорало дурным голосом мое второе «я».

Я опять сплюнул. Ведь шиза права. Не иначе как Темным Властелином меня назовут, а это, ребятки, проблемы. Большие проблемы!

«Зато теперь не сунутся!»

Может, и не сунутся, да только легче от этого мне не станет.

«Ну, а сейчас-то что тебе не так?»

А то… Если раньше я для всех был просто владетелем, богатым, возможно сильным магом, то сейчас… сейчас я угроза для всех, такая же, как Неназываемый. Другое дело, что про меня знают все кому не лень, а про Неназываемого — нет. И вместо того чтобы охотиться на реального противника, начнут охоту за мной. Такой вот выверт.

И ведь не объяснишь же им, что я жахнул не супер-пупер-мегасильным магическим плетением массового поражения, а лишь подорвал собранный элементалями воздуха болотный газ. Люди, твари такие, да и не только они, склонны видеть худшее, раздувать из мухи слона, вот и предстану я в самом что ни на есть черном свете.

У-у-у!!!

Хоть вешайся. Ведь в покое меня теперь в принципе не оставят. Наемных убийц всяких будут подсылать.

Пипец… Что же делать-то?

В общем, от армии противника и вправду ничего не осталось. Тут и там, правда, все же встречались тела, обожженные и разбитые в лепешку, — это солдаты той части армии, что первыми успели перейти через реку и встали лагерем в относительном отдалении, уже на сухой земле.

А маги и вправду выжили, но тоже далеко не все. Только выглядели они едва лучше мертвецов, так что их быстренько вязали. Олгране и Литии пригодятся их души.

Тамгария. Гнома, новая постоянная жительница замка Гарем, в печали…

Как обычно, я со всеми возилась в детском саду, ухаживая и играя с детьми Киэрриэла и его, как он иногда выражается, гражданских жен. Все они также находились здесь, кроме дриады и демонессы.

Быстрее всего развивались дети от гоблинки, и с ними было больше всего хлопот.

— Ты чего такая хмурая, Там? — спросила Мягкая Лапа. — Вот уже неделю прямо сама не своя…

Остальные также посмотрели на меня.

— Ничего, — буркнула я в ответ и невольно нахмурилась еще сильнее.

— Расскажи, — сказала гоблинка. — Может, мы сможем тебе чем-то помочь.

— Не думаю…

— А ты расскажи, может, и впрямь чем поможем? — настояла уже орчанка.

Ага, как им рассказать, что я обижаюсь на Киэрриэла за то, что он мною пренебрегает?! Особенно орчанке… она ведь очень негативно отнеслась к моему появлению в замке.

— Опять тоска по дому накрыла?

— Это связано с Ксиррелом? — спросила вампиресса.

Я невольно вздрогнула, и это не осталось без внимания, причем всех, так как они все вместе засмеялись.

— Значит, из-за него, — кивнула некромантка. — Что, обижаешься на него за то, что не ухаживает… с продолжением?

И вновь тихий незлобливый смех. Я насупилась еще сильнее.

— Не обижайся на нас за этот смех…

— Я не обижаюсь.

— Что, материнский инстинкт проснулся? — подмигнула орчанка. — Или просто чувствуешь себя ущербной, оттого что одна среди нас нетронутая?

— Олграна! — недовольно нахмурилась гоблинка.

— Боюсь, детка, что пока ты не сделаешь первого шага, тебе ничего не светит, — продолжила орчанка под новый приступ всеобщего смеха.

— Почему? Я для него некрасивая, да?

— Не в этом дело. И ты вполне в его вкусе, уж в этом можешь нам поверить…

Кивки остальных подтвердили слова шаманки.

— …Так что в этом отношении не бери в голову. А если бы что-то ему и не нравилось, то он это с легкостью переделал бы на свой вкус, я с Галлой — тому свидетельства.

— Тогда почему?

— Ну, во-первых, ему нас хватает, выше крыши…

— А во-вторых? — спросила я, не обращая внимания на приглушенные смешки.

— А во-вторых, так получилось, что мы Киррила разбаловали своим вниманием… — сказала некромантка.

И опять всеобщий смех.

— Он ведь и не стремился как-то нас всех окучивать, — продолжила вампиресса, — это мы… лезли на него. Он разве что руками и ногами не отбивался! Даже дриада взяла его нахрапом! Сам бы он для этого в дерево точно стучать не стал бы.

И вновь смех, теперь уже несдерживаемый, в полный голос.

— Так что если хочешь его внимания, тебе придется самой сделать первый шаг.

— А вы… — прошептала я чуть сжавшись, осмотрела всех гражданских жен человека, задержав взгляд на орчанке.

— А что мы? — с усмешкой пожала плечами Олграна. — Мы подвинемся. Не в первый раз. Все равно мы уже не в форме, Галла еще не в форме… так что сейчас он в каком-то смысле отдыхает от нас, но, видно, недолго!

И опять смех.

Я же густо покраснела. Все же тема про ЭТО у нас, гномов, как-то не обсуждается так открыто. А еще женщины никогда не делают в этом направлении шагов первыми.

А я вот возьму и сделаю! В конце концов, я не дома и буду действовать так, как они говорят, иначе действительно до конца жизни останусь старой девой. Все-таки надо признать, что орчанка в оценке моих мотивов оказалась права… Ну и нравится мне Киэрриэл.

Кирилл. Вроде как гражданский восьмиженец…

— Кэррэл… — прорычала Олграна, притерев меня к стенке.

Вот шел себе, шел, никого не трогал — и вдруг нападение, причем практически всего состава женсовета.

— Ась? Вы чего?

Я стал лихорадочно вспоминать, где я мог накосячить, но вроде нигде не прокололся. Хотя кто их, женщин, знает, мы-то можем думать, что все тип-топ, а вот у них на этот счет совсем другое мнение — дескать, забыл, какой сегодня день?! И виноват в любом случае будешь ты.

— Ты заметил, что Тамгария ходит как в воду опущенная?

— Угум…

— И почему бездействуешь?

— Извиняюсь, но я не клоун…

— При чем тут клоун?

— Веселить ее не нанимался. Да и как тут ее развеселишь? Она лишилась своего привычного мира, будущего… вся ее жизнь встала с ног на голову, тут тупыми шутками дело не исправить.

— Ох, уж эти мужики, — усмехнулась вампиресса, закатив глаза к потолку.

Ее поддержали смешками.

Я наконец отвлекся от своих дум по планированию военной операции против ордена и более пристально осмотрел гражданских жен.

— Так, я чего-то не догоняю?

— И очень сильно, — подтвердила Мягкая Лапа.

— Об чем, собственно, речь?

— Почему ты ее игнорируешь?

— Игнорирую?..

— В постель не тащишь! — припечала меня к стене шаманка.

Я от такого выверта аж дар речи потерял.

— Ну вы даете! Особенно ты, Олграна… То прессуешь меня, что все новые появляются, то сама их мне подкладываешь!

— Да какая теперь разница? Одной больше, одной меньше.

— Да что на вас нашло?! — изумился я, увидев брошенные на меня обвиняющие взгляды подруг.

— Ничего. Но раз уж принял ее в своем доме, то будь любезен относиться к ней как ко всем остальным.

Я реально прибалдел.

«Гормоны», — тоном знатока заявило мое второе «я».

Не иначе… согласился я. С катушек все полетели.

— А она-то согласна? — спросил я, чувствуя себя идиотом.

— Давно! — хохотнула Олграна. — Так что будь сегодня у себя и никуда не отлучайся!

— И постарайся как следует! — погрозила пальчиком вампиресса.

— Нет проблем…

Гражданские жены, посмеиваясь, двинулись дальше по своим делам, оставив меня в совершеннейшей прострации.

— И что это сейчас было? Так они мне реально какую-нибудь троллиху подложат…

Глава 12

Кирилл. Типа Темный Властелин!

После победы над объединенной человеческой армией рассиживаться и почивать на лаврах победителя было некогда. Я буквально всем своим естеством ощущал, как словно вода стремительно утекает драгоценное время. И чем больше я его теряю, тем больше времени у Неназываемого, чтобы подготовить мне какую-то пакость. Следовало действовать быстро и желательно на опережение. Но этого гада еще требовалось найти.

Так что не прошло и трех суток после большого «барабум», как я вновь собрался на войну.

Правда, Тирана пришлось оставить в замке. Нет, там, куда я направлялся, думаю, он мог бы пригодиться, но — увы, доставка его — слишком долгая и трудоемкая операция.

Вместо «шагающей брони» я получил вполне привычного вида доспех, почти копию моего кожаного из гончей Проклятых земель, но исполненного из преобразованного мифрила. Все уязвимые места и сочленения закрыты кольчугой также из преобразованного мифрила. Из сырого мифрила навешаны всяческие украшательские финтифлюшки, выполняющие роль дополнительной защиты, но уже в магическом плане.

Естественно, и оружие сделали из преобразованного мифрила. В общем, легче сказать, что из него в оснащении не сделано.

Понятно, что и все мои гражданские жены получили свои комплекты их этого металла. Особенно сильно доспехам и оружию радовалась вампиресса. Кто бы сомневался…

Получили комплекты суперброни с оружием и спецназеры. Как свита вампирессы, так и свита демонессы, а также свита лича.

Лития заменила скелетонов на бойцов более высокого порядка — зомби. Пришлось ей провести не совсем приятный обряд, но чего не сделаешь ради общего блага? По силе они получились чем-то средним между простыми скелетонами и рыцарем смерти, этакие капитаны смерти. Сделала она их из плененных магов, выживших после «ядерного» взрыва. Также Лития «прокачала» свою Черную Молнию, скармливая ей костную муку с алюминиевой стружкой. Дорого, но на обороне лучше не экономить. Если она и дальше продолжит такую «прокачку», то очень может статься, что костяная драконша превратится в мифриловую… Ну да ладно.

И не стоит забывать про мою свиту из големов. Выделил себе десяток из гномских терминаторов достаточно вменяемого вида, после ремонта обшив их мифрилом и подселив души магов с сильным даром. Плюс Буратино. Я ему тоже железные пластины на мифриловые заменил. В итоге у меня под рукой получилось четыре десятка спецназа на все случаи жизни. С такими силами я решил идти на штурм цитадели ордена Ольера Светозарного.

Судя по спутниковому наблюдению, дор Армиран по-прежнему оставался внутри (вампирская разведка его ни в каком другом месте не фиксировала), спасаясь от моего гнева за тремя кольцами стен. Только в своей резиденции он мог чувствовать себя в безопасности. Но так ли это? Это мне и предстояло выяснить.

Хотя должен признать, что Армиран мог быть и не связан с Неназываемым, и наша атака на него пустая трата времени и сил, к тому же смертельно опасная. Но если это так, то я решил для себя, что это будет своего рода местью за первый поход.

— Ну вот, архир Тарногар, настало время исполнения наших договоренностей, — сказал я. — Мне требуется ваша помощь в штурме этой крепости.

— Вы слишком многого от меня хотите, молодой человек, — холодно ответил архимаг. — Этот замок невозможно взять столь малыми силами, я имею в виду в первую очередь себя. Чтобы пробить тройную защитную сферу, нужно минимум десяток архимагов, да еще сотню мастеров и магистров, чтобы нас не отвлекали защитники…

— Об этом не беспокойтесь, архир. Пробитие защитных сфер я беру на себя.

— Твоя рассарская магия, конечно, уникальна и сильна, дор Киррил, но не думаю, что она сможет проделать брешь… достаточно быстро, до того как защитники уничтожат нас.

— А кто говорит о магии?

— Тогда как?

Я лишь хмыкнул и показал стрелу с подшипником внутри наконечника.

— Ах, вот оно что…

— Угум. Ваша задача состоит только в том, чтобы расширить получившуюся брешь в защите. Тут, я думаю, ваших возможностей хватит с лихвой.

— Расширить смогу, но очень ненадолго.

— А надолго и не надо. Хватит пары-тройки секунд.

— Что ж, это реально.

— Тогда за дело!

Медлить с проведением спецоперации я не стал. Как только все стало готово, я скомандовал выступление. В смысле вылет. Все силы погрузились в Волгу и отчалили.

А то сижу прямо как на иголках. Честное слово, нервный стал как не знаю кто. Олграна, пошептавшись о чем-то с архимагом, пришла к выводу, что это во мне одна из рассарских функций говорит.

— Что еще за функция?

— Что-то вроде предвидения, — сказала шаманка.

— Я что теперь, провидец-оракул?

— Нет, конечно! Хотя… хотя кто знает, если будешь развивать в себе этот дар, то…

— Ну его к черту! Не хочу я зреть в грядущее, тем более что, исправляя в одном месте, мы можем сделать намного хуже в другом, за всем не уследишь, всех вариаций не посмотришь. «Эффекта бабочки» никто не отменял. Нет, пусть все идет своим чередом.

— Значит, у тебя останется только интуитивное восприятие большой угрозы.

— А это не помешает… — кивнул я.

Становиться пророком действительно ни капли не хотелось. Это только в теории хорошо видеть будущее, а на практике с ума сойти можно от открывающихся бессчетных множеств вариаций в зависимости от того или иного действия и даже слова. Бр-р…

И мы, за исключением Хайллейсы, полетели. Демонесса, во-первых, сама может летать, хе-хе, а во-вторых, ей и летать не надо, я могу призвать ее к себе в любом месте, так как я для нее маяк. А она уже своих бойцов вызовет.

В реальности, а не через спутниковые снимки, цитадель ордена выглядела еще более внушительно и неприступно.

По самым скромным подсчетам, только защитников из солдат, рыцарей и новобранцев насчитывалось от полутора до двух тысяч человек. Подсчитать их точное количество просто невозможно. Еще хуже дела обстояли с подсчетом магиков. Их количество колебалось от пятисот до тысячи как опытных бойцов с преподами, так и новых адептов.

Наверное, можно подумать, что я сошел с ума, решив штурмовать такую хорошо во всех смыслах защищенную крепость всего с двумя десятками бойцов? Да-да, вначале штурмовать будет всего два десятка: зомби Литии и мои големы.

Вампиров Ссашшиллессы я решил оставить снаружи замка, чтобы они контролировали его подступы и не дали уйти Армирану по подземному ходу, если он все же решит слинять. Для этого я и саму королеву гнезда, несмотря на ее ярко выраженное и даже высказанное недовольство, отлучил от штурма. Так оно надежнее будет. Я, конечно, заслужил за такой поступок ее обиду, но переживу как-нибудь.

К тому же их, если уж на то пошло, всегда можно бросить и спастись бегством, чего по отношению к себе истинные вампиры не поймут, хотя сами они, когда начинало пахнуть жареным, нередко кидали обращенных — расходный материал…

Не все ясно до самого конца с демонессой и ее бойцами. Смогу я ее призвать изнутри цитадели или нет? Так что расчет штурма в одной из вариаций плана строился на двух десятках бойцов.

К вопросу о слетевшей крыше… Я ведь в конце концов не собирался биться со всеми воинами и магами цитадели. Мне только и надо, что стремительно ворваться, добраться до цели, взять ее в плен и слинять. Для этого вполне достаточно и двадцати бойцов плюс мы, то есть я, Лития, Олграна и архимаг. Примером мне служила группа «Вымпел», что в момент своего рождения также всего несколькими десятками бойцов взяла штурмом дворец Амина. Так это они еще с боем прорывались сквозь внешнюю линию обороны — хорошо простреливаемую открытую местность, пусть и при поддержке бронетехники, чего я надеялся избежать.

Летели высоко, так высоко, как только могла подняться Волга с грузом. И высоту на последнем этапе набрали порядочную, Олгране даже пришлось призвать элементаля воздуха, чтобы тот обеспечивал нам нормальное давление и мы не откинули коньки от недостатка кислорода. Летели в режиме «стелс», и облака внизу нас прикрывали. Подгадали время так, чтобы обрушиться на врага ночью, когда он сладко спит и видит сны.

Кстати, когда летели через Топь, видели возвращающиеся уцелевшие благодаря своей задержке «к раздаче» полки. Лития хотела их поджарить, да я не дал. Не столько пожалел, сколько не хотелось светиться раньше времени.

Но вот после двух суток полета (драконша из-за перегруза летела медленно) внизу показался замок с тремя кольцами стен и рвов.

— Все готовы? — спросил я и, обернувшись, посмотрел в первую очередь на архимага, сидевшего последним за орчанкой.

Тот кивнул с сосредоточенным видом.

— Тогда начали…

Черная Молния, в тот же миг сложив крылья, камнем начала падать вниз, навстречу расцвеченному факелами и осветительными файерболами замку…

Сзади что-то невнятно пробормотал архимаг. Да чего уж там, даже мне, привычному, такое стремительное падение явилось изрядным испытанием, к горлу откуда-то из кишок подкатил плотный комок… Только Лития да Олграна держались на удивление прекрасно, шаманка, похоже, вообще кайф ловила. Ну да, ей привычно так падать, правда, только через сущность своего орла, а тут — наяву.

— Архир! Готовность!

Находившийся в грудине драконши Буратино по моему мысленному посылу нацелил двухдуговый арбалет в сторону донжона крепости.

— Я готов…

Выстрел. Болт с хладным железом ушел к цели. Черная Молния тут же замедлила падение, так как до крепости оставалось чуть больше сотни метров, но расстояние продолжало сокращаться. Вступил в работу маг, расширяя проделанную хладным железом брешь в защите внешнего купола.

Второй выстрел.

Третий…

Внизу как ошпаренные забегали люди, магики начали вразнобой атаковать Волгу, но защита у нее после апгрейда будь здоров, тут нужно уже что-то посерьезнее, чем жалкие файерболы, ледяные копья да воздушные молоты.

— Готово! — вскрикнул архимаг.

Черная Молния тут же ухнула вниз, изрыгая из пасти на крышу донжона факел всепожирающего темного пламени, обращая в прах всех, кто там находился в этот несчастный для них момент.

Десант сразу после посадки на очищенную от вражеских персов крышу тут же покинул нутро костяной драконши. Сама драконша продолжала изрыгать сгустки пламени куда-то вниз, на бегающих в панике людей, поджигала казармы и прочие строения, внося как можно больше хаоса и смерти.

— Хайллейса, призываю! — воскликнул я, своей силой обратившись к связующей нас структуре, в простонародье называемой «печатью».

На крыше несколько мгновений спустя замерцала сфера и появилась суккуб в полудемонической форме.

— Привет, милый!

— И тебе не хворать, дорогая… Где твои бойцы?

— Ах! А я-то, наивная, тешила себя надеждой, что в эту ночь…

— Хай! Хватит придуриваться! Каждая секунда на счету!

— Как скажешь, дорогой…

Демонесса послала зов, и на крыше замерцало еще десять сфер межмировых порталов. Легкие хлопки — и вот на крыше донжона появилось десять полноценных демонов. Те еще уроды… низкие и высокие, толстые и тощие, волосатые и лысые, с шипами и без, а уж раскраска… имелся даже один желтый, но все же превалировал красный, черный и зеленый цвет.

Честно сказать, я от этой злобно зыркающей на нас адской братии на несколько мгновений впал в ступор. В чувство меня привел прилетевший снизу навесом файербол и ответный плевок драконши вниз и чей-то полный боли крик.

— Отлично. Работаем по плану…

Все мы, за исключением, понятное дело, костяной драконши, бросились вниз. Нужно как можно быстрее найти главу ордена, пока они не очухались. Жаль только, что неизвестно где конкретно спит глава, так как внутреннего плана замка нам достать так и не удалось. Оставалась надежда на пленных, иначе придется проверять его весь.

Нам навстречу уже спешили защитники замка. Но у них не имелось ни единого шанса против моих терминаторов. Почему? Да потому что я вооружил их самым настоящим терминаторским оружием. Ага, роторными шестиствольными пулеметами. В общем, стоило только на лестнице появиться толпе этих солдат, рыцарей и магов, как со свистом вырывающегося пара заработал пулемет одного из железных големов, выдав очередь на сотню патронов, и всех «встречающих» просто издырявило. Не спасали ни доспехи, ни магия, потому как и пули не простые, а магобронебойные.

Убиты, правда, несмотря на шквальный огонь (или все же в моем случае пар?) оказались далеко не все, но это даже к лучшему. По моему мысленному приказу Буратино поднял одного такого подранка за шиворот.

— Где находится Армиран?! — спросил я.

— Иди к демонам! — плюясь кровью, засмеялся раненый пленник.

— Ненавижу фанатиков… и времени нет допросы вести. Может, вы, архир?

— Мне тоже потребуется время…

— Дайте я, — сказала демонесса и, подойдя к смеющемуся пленнику, всадила ему шип на своем хвосте в грудь.

Пленник тут же выгнулся дугой, перестал орать, и на его лице появилась блаженная улыбка.

— Где Армиран? — спросила она.

Пленник попытался сконцентрироваться и ответить в прежнем духе, но демонесса вновь уколола его шипом, всадив еще одну дозу яда, да не простого, а сродни наркотику.

Пленник задергался в конвульсиях блаженства.

— Хочешь еще?

— Д-да!

— Тогда скажи, где Армиран!

— Не знаю!

— Тьфу ты! — сплюнул я, и Буратино отшвырнул страдающего жестокой любовной страстью пленника в сторону. — Продолжаем!

Пройдя четыре верхних этажа донжона, мы оказались в основном здании замка.

— Хайллейса, начинай зачистку сверху. Лития, пусть твои ребятки блокируют лестницу, ну а я начну зачистку снизу.

Впрочем, этого можно было и не говорить, так как вступил в действие план «Б». План «А», понятно дело, подразумевал немедленный захват главы ордена после получения данных о его местонахождении от пленника. Но не срослось.

Мы быстро прорвались на первый этаж, пулеметным огнем загасив еще несколько мелких дежурных отрядов орденцев.

Только бы Армиран не успел слинять!

— Ты, ты и ты, — я указал на трех големов, двое из которых вооружены пулеметами, — никого не впускать и не выпускать!

Големы встали у двери, и один из них тут же начал стрелять скупыми очередями во двор. И слава всем богам, что дверь в это здание только одна, без всяких «черных» ходов!

— Начали!

И мы начали проверку замка одновременно с зачисткой. То есть сначала оставшаяся под непосредственной командой тройка пулеметчиков валила всех, кто находился в коридоре, после чего вперед шли терминаторы без пулеметов (увы, всем сделать не успели, я ради такого дела даже с Тирана оба пулемета снял), и они выбивали двери какие ногами, а если что покрепче попадалось — то и собственным корпусом. А если и так двери не открывались, в ход шла магия.

В открывшиеся комнаты врывались стремительные зомби Литии и работали уже мечами и магией, если было кому сопротивляться. Фишку с гранатами я решил не реализовывать. Себе только сделал четыре штучки…

Чисто… Чисто… Чисто…

Ну, насчет чистоты, конечно, можно было бы и поспорить, големы и зомби нарубили кучу народу, но то оказались в основном слуги, а вот тот, кто мне требовался, все никак не находился.

— Хай, что у тебя?!

— Чисто!

— Проклятье, да где же он?! Саша, как у тебя?! — связался я с вампирессой.

— Тихо.

Вскоре все здание было проверено и зачищено, но Армирана не нашли. Конечно, он мог слинять по тайному ходу, тут их наверняка тьма-тьмущая, как мышиных ходов в старом погребе, но сомнительно. Все-таки это не наши власть имущие и воротилы, что при первых же признаках угрозы тут же линяют, здесь несколько иные традиции. Естественно, я не ожидал, что Армиран сам ринется на нас в первых рядах с мечом наголо, но он наверняка останется до последнего момента в каком-то укромном месте и будет руководить нашим выкуриванием. Вот только где он, собака такая? Где его логово?!

Внизу послышались звуки отчаянной, заполошной стрельбы. Обратившись к голему, я его глазами увидел массированную внешнюю атаку. Рыцари и солдаты уже очухались, вооружились, облачились в доспехи и стали действовать более продуманно. Правда, им это все равно не помогло, пулеметчик быстро покрошил первые ряды наступающих, но звоночек тревожный. Солдат тут еще много, на всех банально может пуль не хватить! А уж если что-то умное придумают…

Стоило моим терминаторам отбить внешнюю атаку, как последовала внутренняя.

— Откуда?! — возопил я. — Все вниз!!!

Второй пулеметчик тем временем положил этих «чертиков из табакерки».

— Нужно проверить подвал!

Как-то этот момент мы не особо проработали, подумал я с горечью. Ну действительно, откуда можно было бы предположить, что в подземелье находятся рыцари и солдаты в полной боевой готовности? В лучшем случае тюремная стража.

Вслед за первой мыслью прилетела вторая — что раз Армиран отсутствует ночью в своей спальне, то он находится как раз в подвале. Вопрос: а что он там забыл, на ночь глядя?

«Так давай сходим и глянем!» — предложило мое второе «я».

Ничего другого не остается.

— Спускаемся.

Выстроив походный ордер из големов, два пулеметчика впереди, один сзади, зомби и демоны вперемешку в центре, ну и мы, как особо охраняемые лица, в самой середке, начали спуск.

Буквально сразу же застучали пулеметы, накрыв еще одну группу солдат-орденцев.

Преодолев еще пару пролетов, мы оказались в неожиданно широком, метров десять, и высоком, под три метра, коридоре со сводчатым потолком. Такие размеры вряд ли соответствовали замковым подземельям, где все должно быть миниатюрным. Лично у меня сложилось впечатление, что замок построили на фундаменте чего-то более древнего и более масштабного, а это значит, что подземелья могут быть очень большими и проверить каждый закоулок за сколько-нибудь короткое время не представляется возможным.

Впрочем, нам не оставалось ничего другого, как идти вперед. Правда, выбор был невеликим совсем недолго. Буквально через полсотни метров мы оказались на перекрестке. Причем имелся еще и спуск вниз.

— Ну и куда теперь? — пробурчал я.

— Вниз, — сказала Лития.

— В принципе логично, — кивнул я, — но все же хотелось бы услышать хоть один довод в пользу этого направления.

— Смерть… оттуда исходят самые сильные эманации смерти…

Что ж, в этом лич дока.

— М-да, светозарностью здесь и не пахнет, — подтвердила Олграна.

— Идем вниз…

Но прежде чем големы успели сделать первые шаги, со всех сторон послышался очень неприятный шорох и какие-то резкие щелчки.

Я запустил из винтовки в один из коридоров осветительный файербол, и как только он его осветил, тут же перевел винтовку на боевой режим и открыл уже ураганный огонь. А как иначе, если все пространство коридора занимали какие-то жуткого вида твари, отдаленно похожие на скорпионов.

Открыли стрельбу пулеметчики.

Сказали свое слово маги, да только все оказалось без толку. Пули, несмотря на свою магобронебойность, рикошетили от панцирей тварей, — несколько выбитых глаз не в счет, они только добавили тварям ярости, — стекала с них и магия. Послала волну праха Лития, первые ряды окочурились, не выдержав напора, но остальным хоть бы хны. Даже архимаг, пускавший молнии что твой джедай, с ними почти ничего не мог поделать. В общем, КПД магического воздействия оставлял желать лучшего. Олграна даже пытаться не стала, глядя на эти потуги.

— Прекратить стрельбу… — скомандовал я терминаторам и сам последовал собственному приказу. — Руби!

Вслед за скорпионами появились пауки, что сноровисто бегали по потолку, и какие-то летающие монстряки.

А вот мечи, секиры и прочее оружие из преобразованного мифрила, что и наша свита имела на вооружении, крошили панцири и отсекали клешни этих тварей на раз! А вот они, сволочи, наших доспехов прогрызть не могли!

Ну а раз такое дело, то отступать я смысла не видел, тем более что эти твари появились как-то и с тыла, и мы, прорубаясь через этот хитиновый завал, пошли вниз. Я только барабан в винтовке сменил, вставив снаряженный пулями из преобразованного мифрила.

Без устали работали железные големы, прокладывая дорогу сквозь самых крупных тварей размером с теленка, зомби рубили тех, что помельче и более юркие, проскакивавших мимо мечей и секир терминаторов, настоящими обезьянками скакали демоны, стремительно разрубая ползающих по потолку и летающих гадов.

Но вот в какой-то момент твари кончились, но это не значит, что мы получили передышку: нас моментально атаковали маги числом в дюжину и очень сильные маги. Первый их удар в один момент, несмотря на мощную защиту, обратил моих терминаторов, шедших в авангарде, в ржавчину, только мифриловые накладки посыпались. Так что я в секунду лишился сразу двух пулеметчиков вместе с пулеметами. Оставалось еще двое наверху, продолжавших сдерживать орденцев, и один в арьергарде, но он сейчас вне игры и не может хорошей очередью наказать этих сволочей — мы ему мешаем. Также осыпались прахом четыре зомби и растекся зловонной жижей один из демонов.

Тут уж начался настоящий ад! К делу подключился архимаг Тарногар, Лития, Олграна, и даже Хайллейса что-то швыряла. Я с демонами, зомби и големами поспешил отойти назад. Правда, от участия в схватке отказываться не стал и постреливал из винтовки время от времени мифриловыми пулями. Не знаю, имелся ли в моей стрельбе толк, но противника мы все же выдавили из коридора и ворвались в огромный зал, настоящий ангар, где наверняка мог бы без проблем разместиться большой авиалайнер.

Посреди этого зала стоял большой жертвенный алтарь в виде плиты из какого-то черного камня, а вокруг валялось множество тел разумных — десятки, многие десятки, даже сотни принесенных в жертву. Позади алтаря с черным ножом, весь измазанный в крови, стоял обнаженный по пояс дор Армиран.

Мы смотрели на него, он смотрел на нас… и все молчали.

«А вот и босс уровня…» — прямо-таки проблеяло подавленным голосом мое второе «я», что было не похоже на мой внутренний голос, обычно задорный и похабный.

Отчего-то у меня возникло ощущение, что, несмотря на то что он остался один, а нас много, дело пахнет керосином. Судя по всему, все мои сподвижники ощущали что-то подобное. Ну а поскольку я почти провидец, я решил довериться возникшему чувству и отработанным движением (да, движение это я отрабатывал долго и упорно, так что стал настоящим ковбоем) выхватил ракетницу и выстрелил.

Облом. Шашка, что плевать должна на всякие магические воздействия и пробивать все щиты, была отбита магией и улетела к высокому потолку. И вновь разгорелся магический бой, и, как быстро стало ясно, первоначальное ощущение меня не подвело.

Я засаживал пулю за пулей, барабан за барабаном в этого гада, перемежая ударами сырой силы, но ему все как об стену горох. Архимаг, лич, шаманка и демонесса также ничего не могли с ним поделать. А Армиран, несмотря на то что оказался в окружении, мог и делал. Так, он мимоходом завалил последнего моего терминатора-пулеметчика, превратив его в лужицу расплавленного железа, и я сдуру решил ввести в схватку и почти всех зомби. Демоны же, не будь дураками, сразу свалили из зала…

Не помогали даже стрелы с хладным железом, выпущенные из сверхмощного арбалета Буратино. Армиран, как какой-то ниндзюк, со смехом просто перехватывал их руками!

По виду моих помощников было хорошо заметно, что долго они не протянут, ведь их запасы маны не бесконечны, а вот Армиран, похоже, недостатка сил не испытывал. Но почему?

«Алтарь! Идиот! Он черпает силы из него, вон сколько народу положили! — возопил мой внутренний голос. — Надо оторвать его от алтаря!»

Вот только как?!

«Думай! Тебе голова дадена не для того чтобы жрать! И быстрее думай, времени совсем не осталось!»

Но как что-то вообще можно придумать в этом хаосе энергий?!

Подгадать момент, когда я выпадаю из виду? Нереально! Маг такого уровня ощущает окружающее пространство как само себя, ему не надо видеть, что происходит за спиной, он узнает о любом моем резком движении в тот же миг! И вообще то, что я почти не получаю от него тумаков, заслуга моей слабости: меня не принимают в расчет.

Прости, Буратино…

Я послал последнего оставшегося в строю голема в атаку, и этот маневр, как и ожидалось, не остался без внимая Армирана: в тот же момент в моего телохранителя-знаменосца прилетело какое-то плетение, но главное было сделано — противник отвлекся, всего на долю мгновения, но этого хватило мне, чтобы начать действовать.

Резко перейдя на вампирскую сверхскорость, я ринулся в противоположную сторону от Буратино, успев выхватить из его колчана один из болтов с хладным железом, а потом сменил курс, направившись прямо на Армирана, вскочившего во время битвы на алтарь, получая от него энергию через прямой контакт. Подключив демоническую силу, ушел в резкий прыжок, замахиваясь болтом как копьем.

Вряд ли этот маневр смог бы достичь цели, но он не остался незамеченным не только Армираном, но и моими помощниками, что из последних сил увеличили мощность магических атак.

Армиран все же развернулся ко мне и перехватил меня в полете, зажав руку с болтом в своей руке, а другой схватив меня за глотку, тут же ее сдавив и перекрыв мне доступ к кислороду.

Про ноги только забыл… а я — нет. Ибо я цивилизованный человек, а врезать между ног — цивилизованному человеку первейшее дело. Хм-м, как-то двусмысленно звучит, но в любом случае верно!

И я, оправдывая звание цивилизованного человека, как врезал со всей дури, вкладывая в удар не только демоническую силу и сверхскорость вампира, но и собственную рассарскую энергию, надеясь, что адепты Неназываемого не проходят процедуры кастрации. Вдруг они свои фаберже в своеобразную жертву приносят во время обряда посвящения? Дескать, отдаем самое дорогое, что есть, в обмен на могущество, ну и чтобы естественные желания не отвлекали от стяжания этого могущества…

— Н-на!!!

Жаль только, что не проверил этот момент, ведь имелись же возможности, сколько адептов Неназываемого попадало нам в руки. Но кто же знал, что мне однажды придется спасать жизнь через удар в пах, а посему нелишне знать о полноте комплектации тел адептов…

— А-а-а!!! — заорал Армиран, оторвавшись от алтаря, рухнув со мной на пол.

Ничто не смягчило его падения, все тела, что раньше лежали подле алтаря, уже давно обратились в прах.

«Не проходят и не жертвуют!» — радостным возгласом заметило мое второе «я».

И это отрадно.

Да уж, будь ты хоть трижды величайшим магом с маной выше крыши, но вот если тебе засандалить между ног, тут уже, батенька, ничто не поможет, загнешься как самый обычный смертный.

Я сноровисто, перевернув скрючившегося гада, стал вязать его специальной антимагической цепью, что хранилась у меня в мешочке за спиной.

— Кто бы мог подумать, — хихикнула суккуб, вместе со всеми подходя к нам.

— Да уж, способ завершения схватки действительно по меньшей мере оригинальный… — согласилась Олграна.

Лития только хмыкнула, и даже архимаг криво усмехнулся.

Я тем временем, закончив пеленание, перевернул Армирана на спину и спросил:

— Где логово Неназываемого?!

Пленник только засмеялся в голос. Стало ясно, что спрашивать по-доброму тут бесполезно.

— Архир?

Архимаг откликнулся на приглашение — ведь он в том числе должен был выяснить, где находится убежище Неназываемого. Обхватил ладонями голову Армирана, поднатужился и… отвалился под еще более громкий и заливистый смех пленника.

— Не могу…

— Может, ты, Хай?

Суккуб с готовностью всадила жало на конце хвоста Армирану в грудь. Но и это не возымело эффекта.

Хохот тем временем претерпел изменения, став более раскатистым. Все тут же отшагнули назад, так как все почувствовали явление Неназываемого в оболочку своего адепта.

— Тебе конец, рассар! Конец!!!

И вновь захохотал как сумасшедший.

Лития всадила в грудь Армирану свой посох. Смех тут же оборвался, а тело задергалось в конвульсиях.

— Я держу его!

— Архир, пеленгуйте его!!! — заорал я, перезаряжая ракетницу.

Если не убью, так хотя бы причиню ему много «приятных» минут.

Архимаг опять предпринял попытку вычислить своими методами через астрал логово Неназываемого, но, кажется, получалось это у него не очень.

— Он вырывается!

Я вставил ствол ракетницы Армирану в рот и выстрелил.

— Сваливаем!

Тело знакомо занялось черным пламенем и рвануло кусками плоти.

— Архир?

— Нет, — отрицательно мотнул он головой. — Я слишком ослаб во время схватки…

— Совсем ничего?!

— Только примерный район… а он размером с королевство.

— Ну, это все же лучше, чем искать на площади размером с пятнадцать королевств… но хуже, чем на площади размером с баронство.

— Это точно…

Мой взгляд упал на обугленные останки Буратино. Руки и ноги сгорели совсем. Он еще дымился… При моем приближении голем зашевелился.

В принципе его можно починить. Но…

— Ты верно послужил мне, выполнил поставленную задачу, и я отпускаю тебя.

— Благодарю, командир Кирилл… — ответил Буратино голосом, в котором явственно прозвучало облегчение пополам с благодарностью, и затих, после чего окончательно превратился в кучку золы.

Обстановка наверху тем временем нормализовалась: понеся большие потери, рыцари и солдаты с магиками взяли паузу, наверное, думая, как им действовать дальше, — ведь умирать никто не хотел. Ирония заключалась в том, что боезапас железного голема-пулеметчика подошел к концу, еще один натиск — и орденцы прорвались бы и уничтожили заслон и вполне могли доставить нам большие неприятности: ведь мы все изрядно ослабли.

Поднимаясь наверх, суккуб приказала своим демонам прошвырнуться по коридорам и посмотреть, что там.

— Там склады…

— Там клети для монстров… пустые.

— Там камеры для пленников… большинство тоже пустые.

— Придется освобождать, — сказал я, отреагировав на «большинство», направившись в сторону узилищ.

Ну не демонам же приказывать освобождать пленников?! Пленники просто не поймут, что их освобождают, скорее уж наоборот…

— А может, ну их? — отмахнулась Олграна.

— Нет…

К счастью или к несчастью — это как посмотреть, — пленников оказалось не очень много. Всего десятка два. И к счастью, на этот раз обошлось без роялей, баянов и прочих музыкальных инструментов, что так любят валяться в кустах. Это я про то, что там не оказалось никаких принцесс — ни эльфийских, ни еще каких. Правда, троллиха и огриха все же в наличии имелись, но… На фиг их, на фиг!!!

— Сашуль, как обстановка? — связался я с вампирессой.

— Спокойно все…

— Ну и ладушки.

— А у вас как?

— А мы повеселились.

— Я тебе этого никогда не забуду!

— Вроде бы взрослая девочка, а все туда же — мечами махать… — вздохнул я.

— О вампирша, ты многое потеряла! — подлила масла в огонь орчанка. — Видела бы ты, как Кэррэл Армирана свалил!

Вампиресса выдала в «эфир» что-то нечленораздельное.

— Олграна! Ну что ты будешь делать, а?! — воскликнул я, обрывая связь.

— Кийррейл…

— Что, Хай?

— Вы уже улетаете?

— Ну да.

— Значит, я больше не нужна?

— Ну да, а что?

— Развлечемся маленько, — кивнула суккуб в сторону выхода. — Там еще столько магиков — и не попытаться пленить их души?! Это слишком расточительно!

— Да ради бога, развлекайтесь…

С пленными, правда, пришлось изрядно повозиться, убеждая их занять места в чреве драконши, напирая на мое прогремевшее имя. Лишь когда самым упертым предложили остаться и выбираться из замка самостоятельно, все разместились в Волге, и она стартовала. К счастью, прорываться наружу с боем так же, как внутрь, не пришлось.

Когда мы уже поднялись в воздух, у меня зазвонил дальнобойный амулет связи.

— Привет, Зеленоглазка, — поздоровался я, так как звонить могла только она.

— Кирриэл, у вас все хорошо?

— Да. Уже возвращаемся. Если сейчас проходит над нами спутник, ты нас даже увидеть можешь.

— Отлично! И правда вижу!

Я, посмотрев в небо, действительно заметил проходящую по небосводу звездочку и помахал рукой.

— Что-то случилось? — поинтересовался я, уловив странные нотки в ее голосе. И потом, отзвониться должен был я.

— Не знаю… я смотрела картинку Проклятых земель со спутника, и там произошло что-то странное…

Я достал свой планшет (подумав, что вообще-то ничто не мешает наладить видеосвязь с замком), но ничего странного не заметил.

— Картинку с какого спутника смотрела?

— Того, что магический фон отображает…

А он прошел, подумал я, невольно посмотрев в еще черное небо.

— Перешли мне этот кадр.

— Ага, сейчас… вот. Получил?

Экран моего планшета мигнул, и я получил другую картинку Проклятых земель.

— Спасибо, получил.

То, что так насторожило Зеленоглазку, я увидел сразу. Действительно, какое-то бурое пятно размером с баронство. Таких я еще не видел, и его появления ничто не предвещало.

— Кто-нибудь понимает, что это? — спросил я, показывая планшет остальным.

— Прорыв инферно, — выдохнул архимаг. — Увеличь это пятно!

Я быстро выполнил просьбу и, не сдержавшись, грязно выругался. Ругнулись Олграна и обычно сдержанный архир.

— Что там? — спросила Лития.

Я показал планшет, и «водитель» выдала не менее интересный загиб. И есть отчего. Из этого пятна — прорыва инферно — выскакивали демоны. Десятки, сотни демонов…

— Теперь понятно, отчего Неназываемый так веселился, — пробормотал я. — Чтоб его…

Пленников быстро высадили, на борт погрузили только Ссашшиллессу, без ее вампиров: пусть тоже сами добираются, мне сейчас как никогда важна скорость. Вампиресса, узнав, в чем, собственно, дело, возражать не стала.

— Архир, а где примерно сам Неназываемый затихарился? — вспомнил я о главгаде.

— Дай посмотрю твой планшет.

Я передал устройство, и архимаг, немного поработав с ним, изумленно выдал:

— Однако!

— Что там?

Я получил назад свой девайс.

— Видишь вот эту черную точку? — спросил Тарногар.

— Угу…

— Она в самом центре определенного мною района, где примерно должен находиться Неназываемый.

— То есть вы хотите сказать, что…

— Да, это несомненно он!

Я быстро просмотрел память планшета и на других картах ничего подозрительного не увидел.

— Что же его заставило так засветиться, причем в буквальном смысле?! Связь с Армираном?

— Вряд ли, слишком заметно…

— Тогда что?

— Вспышка боли! — сказала Олграна. — Ты ведь вновь его застрелил из этой своей штуки!

— Точно! Ну все, гад, вот ты и попался!

— С демонами только сначала надо разобраться, — напомнила Лития.

— Ну да…

Глава 13

Кирилл. Демоноборец

Прорыв инферно — это серьезно. И действовать нужно быстро. Так что я еще в полете в замок раздал все необходимые приказы. В частности, Лагрошу — командиру казаков — дал распоряжение подготовить пять десятков плотов, потому как единственный способ быстро добраться до границы Проклятых земель — это река. Нет, големы и скелетоны вполне могут достичь ее и по суше на своих двоих, и даже быстрее, чем по реке, ибо двигаться будут напрямик и круглые сутки, но вот «катюши» по горам не потаскаешь. Для ракетных установок и нужны плоты. И отдал приказ армии големов и скелетонов выдвигаться на север.

Армия демонов — это, пожалуй, самая серьезная угроза, с которой нам предстояло столкнуться. Плохо только то, что численность защитников составляла всего шесть тысяч, а демонов в десять раз больше. Вроде как нам не привыкать биться с численно превосходящим противником, и именно в десятикратном превосходстве, но демоны — это демоны. Один даже довольно слабый демон, что состоит в свите Хайллейсы, стоит пяти десятков человек.

А в той армии тьмы, как я понял из пояснения суккуба, находятся не только такие слабачки, но и весьма серьезные бойцы. Хватало и летающих тварей…

Правда, и големы не простые солдаты из плоти и крови. Один деревянный стоит пяти простых солдат, а железный терминатор — пяти деревянных големов. Но все равно силы просто несопоставимы. Вся надежда на «катюши».

Поставив установки и загрузив боеприпас на подготовленные плоты, мы тут же отбыли на север. Течение, конечно, дело хорошее, но демоны передвигались очень быстро и через двое суток должны были уже добраться до границы Проклятых земель с моим владением, так что плоты пришлось ускорить. Движителями работали элементами воды, призванные Олграной. И ей пришлось изрядно нюхнуть наркотского дымку и чуть ли не порвать бубен, но оно того стоило. Буквально за день мы добрались до границы Проклятых земель и даже чуток углубились в них, чтобы занять выгодную позицию.

А чтобы армия тьмы не прошла мимо нас, мне пришлось «засветиться» перед демонскими разведчиками, для чего снял скрывающий ауру амулет. А эти крылатые демоны не заставили себя долго ждать, и стоило им только меня увидеть, как они повернули назад и помчались на доклад к своему лорду-командующему.

Теперь осталось только ждать. Первое — прибытие големов, второе — прибытие демонов. И хотелось бы, чтобы первые прибежали быстрее вторых.

Странно, но страха не было. Не знаю в чем дело. Устал бояться? Или все дело в том, что я могу в любой момент слинять? Вместо страха появилось чувство раздражения. Достало… все достало. Вечно лезут ко мне какие-то уроды. Дайте наконец пожить спокойно!!!

«Покой нам только снится!» — тут же вылезло мое второе «я».

И ты достал, гад, хуже горькой редьки!

Мои големы прибыли все же раньше демонов, всего на шесть часов, но это не суть важно, усталости они не знают. А вот и демоны… они несколько замедлились и начали группироваться, так как во время пути изрядно растянулись. Вдруг в центре армии сработал телепорт, и там появился самый настоящий сине-зелено-красный монстр пяти метров в высоту, рогатый и крылатый, со светящимся трезубцем в качестве оружия.

— Лорд Рамсуран, — сказала суккуб, когда я показал ей его снимок.

— Знаешь его?

— Рассматривала в качестве мужа… пока ты не подвернулся.

— Понятно… То-то я и смотрю, у него рога какие выросли! Олень!

Несмотря на серьезность ситуации, раздались смешки.

— Как он по силе?

— Не то чтобы сильный, но и не слабый. Крепкий середнячок.

— Ну да, Неназываемому смысла слабого звать нет — убью. Сильного тоже звать не стоит: с ним не договориться, он и Неназываемого бы схрумкал на завтрак…

Суккуб кивнула.

С появлением командующего армия демонов ринулась в атаку. Эти твари преисподней перемахивали через холм на горизонте, точно лава через дамбу, и продолжали сближение.

Хорошо, что со мной нет обычной армии. Сейчас солдат не сдержали бы никакие амулеты подчинения. Вон даже в качестве обслуживающего персонала «катюш» работали скелетоны Литии.

В небе порхали крылатые демоны. Пожалуй, они самые опасные и неуязвимые для моих бойцов, но благо, что их относительно немного. Всего-то около тысячи…

— Олграна, первый удар по летунам.

Шаманка понятливо кивнула и вместе с учениками продолжила камлания под ритмичные удары бубнов и пляски, задавая «системе самонаведения» первоочередные цели.

— Пли!!!

Пятьдесят установок типа «катюша», с двадцатью пятью пусковыми трубами каждая, начали изрыгать из себя ракеты.

Завораживающее зрелище! Десятки, сотни ракет взмыли в воздух в течение считанных секунд. А скелетоны тут же начали перезаряжать «катюши». Жаль, что боеприпаса хватит только еще на один залп. И даже если бы боеприпасов было больше, третий залп сделать уже просто не успевали — противник доберется до нас раньше. Точнее, то, что от него останется после второго залпа.

Элементали воздуха подводили ракеты к крылатым демонам, как бы те ни маневрировали и ни отбивались магией (ракеты ведь защищены, я опять извел на вооружение все запасы мифрила, что Олгране удалось выработать), и боезаряд подрывался.

С неба на землю стали падать разорванные в клочья демоны. А чего вы хотите? Шрапнель ведь не простая, а с мифриловой закладкой, зачарованной на пробитие щитов. Конечно, не все демоны погибли, но основная масса крылатых с разорванными крыльями упала на землю, прямо под ноги своим сухопутным собратьям. В общем, их там просто затоптали свои же… В небе осталось хорошо если сотни две. Да и те по большей части уже не бойцы, с оборванными перепонками крыльев. Что и показала схватка с ними костяной драконши. Волга походя жгла этих подранков, наконец полностью зачистив небо.

Тем временем основная масса демонов уже преодолела половину расстояния до моей големной армии.

— Олграна…

— Я не успеваю задать цели!

— Плевать! Тут не промахнешься! А за точность ракет уже можно особо не волноваться!

Шаманка кивнула и отдала распоряжение элементалям огня на пуск.

Несколько секунд молчания — и второй залп сотряс воздух ревуще-свистящим звуком стартовавших ракет.

Первые ракеты стали падать в самой гуще адовой армии. И сейчас результат получился гораздо более впечатляющим. Ведь если в первом залпе одна ракета сбивала одного демона, то на земле одна ракета ранила уже не меньше десятка этих тварей!

Тут и там взбухали взрывы, разбрасывая поражающие элементы, а где взрывы отсутствовали, там стремительно разрастались настоящие зеленые пятна ядовитого плюща, что хватали сразу двух-трех демонов. Как оказалось, их яд действовал и на тварей нижних планов.

Но армию демонов это все равно не останавливало. Потеряв чуть ли не половину своей численности убитыми и ранеными, они продолжали стремиться вперед. Упорные ребята, что есть, то есть…

— Огонь!!!

Заработали три крупнокалиберных пулемета. Всего три. Но зато как! Первые ряды демонов сразу же споткнулись, словив пятнадцатимиллиметровую пулю, и, понятно, не одну…

«Молотобойцы» работали превосходно. Одно плохо — что боезапас у них маленький, всего по десять тысяч пуль на пулемет. А ведь большая часть боеприпаса расходуется впустую, вон фонтанчики по земле пляшут, но, несмотря на это, результат получился выше всяких похвал.

Не стояли без дела и големы, поголовно вооруженные двухдуговыми арбалетами. Они каждые десять секунд посылали залп за залпом зачарованные болты с наконечниками из преобразованного мифрила. Правда, их всего на пять залпов успели заготовить, и все пошло в дело. Последние болты выстреливались практически в упор.

И еще неизвестно, что нанесло противнику больший урон, — пулеметный огонь или арбалетная стрельба.

В итоге от шестидесяти тысяч пехоты после работы «катюш», «молотобойцев» и арбалетного обстрела осталась едва четверть, причем большая часть ранена. Доспехи у простых бойцов оказались так себе… Но и этого для моей армии все равно слишком много. Однако деваться все равно некуда.

— В атаку!!! — приказал я големам и сам, сидючи в Тиране, рванул на острие волны, размахивая теперь уже полноценно мифриловым мечом, а не тем недоразумением, что мне сделали в самом начале.

Демоны и големы схлестнулись друг с другом. Что называется нашла коса на камень… Началась дикая сеча.

Прорвавшихся сквозь големов по второму разу израненных и ослабленных демонов принимали скелетоны Литии и ее рыцарь смерти. А тех, что пробились и сквозь скелетонов, жгли уже маги: архир Тарногар, лич Лития и шаманка Олграна.

Не прекращала своей работы и костяная драконша. Спалив всех крылатых, она начала жечь пехотинцев, работая на флангах и в тылу…

Я же, как какой-то комбайн, без устали работая мечом и курсовым пулеметом, пробивался ледоколом сквозь толпу демонов, нацелившись на лорда. Нужно его завалить, во что бы то ни стало!

Лорд избегать схватки не стал и тоже устремился ко мне, с криком размахивая своим трезубцем.

Удар, нацеленный мне, а точнее — Тирану, в грудь, я отбил мечом, и завязалась уже полноценная схватка с применением магии. Лорд бил чем-то в меня, я же засаживал в него то файерболом, то ледяным копьем, тоже, впрочем, без особого успеха. Пули из пулемета просто не пробивали его шкуры, а повреждения в его крыльях зарастали практически мгновенно. Тоже мне Халк…

Демон время от времени взмывал в воздух и атаковал сверху.

Понимая, что так мы можем биться долго, пока кто-то из нас не допустит грубой ошибки, и этим кем-то, скорее всего, стану я, поскольку и так уже больше работаю в обороне, я решил пойти на расход драгоценного боеприпаса — хладного железа.

Тирана несколько модернизировали, вставив два пусковых устройства по три ствола, заряженных стрелами. Трехгранный полный наконечник у стрел из преобразованного мифрила, а в «клетке» соответственно подшипник. Стрелки, конечно, безумно дорогие, но, как говорится, жизнь дороже.

Первый выстрел получился удачным. Стрела попала демону в глаз, и следующим ударом меча я чуть не снес этому рогатому монстру его башку. Но увы, лорд смог отбить удар, и лезвие беспомощно царапнуло его доспех на груди. Мифрил его не взял! Что, впрочем, логично — лорд все-таки, и барахла не носит.

Демон тем временем вырвал стрелу из глаза вместе с глазом и вытряхнул подшипник из глазницы. Да и глупо было рассчитывать, что удастся пробить кость такого монстра и добраться до его мозга. И не факт, что это помогло бы…

Миг — и на месте провала появился новый глаз, так и сверкающий злобой. Взревев, лорд усилил давление, хотя, казалось бы, куда уж больше, и мне действительно осталось только защищаться.

Еще один выстрел, только на этот раз не в лицо, а в колено. Демон споткнулся, и мне вновь не удалось реализовать преимущество. Меч опять оказался отбит. Правда, на этот раз так легко залечить ранение лорду не получилось. Стрелу-то он вырвал, а вот подшипник вытряхнуть из себя уже не получалось. Так он и скакал прихрамывая, помогая себе крыльями.

Третью стрелу я решил засадить в локтевой сустав, но — увы, получился досадный промах. Слишком мелкая и подвижная цель. Да и защищена получше — кольчугой.

Осталось всего три стрелы…

Несмотря на то что все внимание было сосредоточено на битве с лордом, краем глаза я заметил, что демоны все же одержали в основной битве верх. Они смяли всех моих големов, железных и деревянных, а также покрошили скелетонов. Олгране с учениками, Литии и архиру Тарногару не оставалось ничего другого, как отступить. Архимаг перенес их на вершину высокого холма по соседству, откуда они могли, как с балкона, наблюдать за моей битвой с лордом.

Их телепортация подарила мне одну идейку. У меня ведь тоже есть телепорт! Вот только его не обязательно использовать по назначению, то есть для бегства! Можно немного иначе… И, недолго думая, я, заранее занеся для удара меч, активировал телепорт, в одно мгновение оказавшись за спиной у лорда, и рубанул.

Демон среагировал недостаточно быстро, но все же успел немного сместиться — в итоге я, вместо того чтобы раскроить гаду черепушку, срубил ему половину правого рога и правое же крыло.

— А-арх-х!

И тут же всадил еще одну стрелу, что попала ему в шею.

Далее последовала расплата. Демон так врезал мне, что я отлетел на добрый десяток метров и покатился кубарем. Увернуться от добивающего удара трезубцем удалось в последний момент, и три жала, проскрежетав по моей броне, оставив глубокие борозды, соскользнув, впились в землю. А придись удар напрямую — наверняка пробил бы…

Пятая стрела попала ему под нижнюю челюсть, что заставило лорда отшатнуться назад, а мне дало время встать на ноги.

— Умри!!! — рыкнул демон и, стремительно сблизившись, заключил меня в крепкие объятия.

В следующее мгновение меня словно вывернуло наизнанку, а когда пришел в себя, я обнаружил, что падаю. И не куда-нибудь, а в озеро лавы.

Точнее, даже не озеро, а своеобразный ров, окружающий грандиозный по своим масштабам и сумасшедшей архитектуре замок.

Впрочем, любоваться замком было некогда, до столкновения с лавой оставались считаные мгновения. Однако катапультироваться я не спешил. Это даст мне лишь пару мгновений жизни. Вместо того чтобы покинуть Тирана, я включил прыжковые движки на ногах. А что, такой девайс есть у всех легких и у части средних боевых роботов, вот я и себе поставил.

Демон, наматывавший вокруг меня круги на одном крыле, взревел удивленно-разачарованно, попытался сблизиться со мной и нарушить мой полет, но последняя стрела, впившаяся ему в лицо, заставила пересмотреть свое решение и отлететь подальше.

А я тем временем переместился на край озера-рва и едва не скатился по очень высокому и крутому склону. Лорд, как выяснилось, устроил свой замок на вершине вулкана. Псих.

— Да уж, долго я здесь в любом случае не протяну… — пробормотал я, понимая, что снаружи просто чудовищно высокая температура, а про атмосферу, непригодную для дыхания простых смертных, и говорить нечего.

Демон неловко приземлился в десятке метрах от меня, чуть скользнув по краю ногой и прихрамывая, стал приближаться с твердой решимостью меня добить.

Вот же… и чего теперь? Честно справиться с ним в поединке нет и одного шанса из миллиона.

Я трезво оценивал свои шансы на победу и откровенно не видел их. Да, этот демон ранен, но ранения легкие, хоть и нанесены хладным железом. Собственно, ему даже не нужно больше со мной бороться, достаточно просто столкнуть меня с этой кромки либо в пропасть, либо в лаву.

«А если нечестно?!»

Как?

«В пропасть, — сказал мой внутренний голос. — Ты нужен ему живой, собственно, только потому ты еще жив».

Верно. Надо быть честным перед самим собой: то, что я еще жив, — не моя заслуга, а таково желание демона.

— Сдавайся, рассар! Здесь у тебя нет ни единого шанса! — пробасил демон.

— Да пошел ты…

Я не стал ждать атаки противника. Схватки от обороны еще никто не выигрывал, недаром говорят, что лучшая защита — это нападение. И я атаковал. Всадил огненный файербол под ноги лорду, заставив взрывом взлететь пылевую взвесь, закрывающую демону обзор, и ринулся в атаку, продолжая атаковать ледяными копьями с пулеметной скоростью.

Атаку мечом демон отбил своим трезубцем, а вот от меня уже никуда не делся. Удар. Я вошел в состояние клинча, обхватив противника руками, демон просто не мог его избежать — с одним крылом особо не полетаешь, — и, немного довернув, свалился вместе с ним в лаву.

— Держи его, Тиран… Эвакуация!

Меня выбило из тела Тирана, оставшегося удерживать демона, погружаясь вместе с ним все глубже и глубже. Хорошо, что дерево использовалось «железное», оно очень плохо горит, зато хорошо тонет, ибо тяжелое.

Лорд бился, захлебывался лавой, пытаясь вырваться из крепких объятий загоревшегося Тирана, но подселенная в него душа до последнего выполняла мой приказ, обеспечивавший ей вскорости свободу.

Капсула со мной тем временем взлетела ввысь, и как только начала падать, раскрылся парашют. Вот только вместо того, чтобы замедлить мое падение, он еще выше поднял меня за счет восходящих потоков.

Лорд все-таки избавился от Тирана и начал выбираться. И кто знает, может быть, ему это удалось бы, но тут раздался взрыв. Ничего взрывчатого в моем Тиране не имелось, так что это детонировал явно не боекомплект… разве что какой-то амулет накрылся при физическом разрушении, произведя выброс энергии.

Лорда подбросило взрывной волной, и он вновь упал в лаву, и неконтролируемый выброс энергии, кажется, его хорошо приложил. Рамсуран плескался в лаве и дико ревел: все же не зря ею ров заполнили, и она вряд ли является аналогом воды у людей. Внешне это напоминало кадры из фильма «Терминатор-2», когда в расплавленной стали плескался «жидкий» терминатор, правда, без последующей смены образов.

В конце концов лорд утонул и даже пустил пузыри…

А мой взлет продолжался недолго. Сильный жар быстро воспламенил парашют, и я начал падать с огромной высоты.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, подумал я как-то отстраненно, наблюдая, как начинают приближаться камни, о которые я через считаные мгновения расшибусь в лепешку…

«Ну и кого ждем, чего тупим?» — как всегда, язвительно поинтересовалось мое второе «я».

А что тут можно сделать? — безмерно удивился я.

Паника уже начала захлестывать душу, и вот-вот вырвется крик ужаса перед неизбежным концом.

«Ты рассар или так, погулять вышел?!»

При чем тут это?! Тут же летать надо уметь!!!

«А кто тебе сказал, что ты не умеешь?!»

Э-э-а?

«Б-э-а. Лети давай, тупица».

Но как?!

«Каком кверху!!! Соображай, твою душу! Ты рассар и получил возможность от оборотницы оборачиваться!»

И чем мне поможет волчья ипостась?! В виде волка я разобьюсь ничуть не хуже, чем…

«Вот же идиота кусок! — изумилось мое второе «я». — С кем приходится жить! Ну скажи мне, при чем тут именно волчья ипостась, а?! Ты можешь принять любую форму, чья матрица была скопирована твоей аурой! Ну же, не разочаровывай меня, некрофил недоделанный!!!»

И я понял, чего от меня добивается мое второе «я»… И хоть я ни разу не трансформировался, но жить захочешь — и не так раскорячишься. Опять же стрессовые ситуации очень способствуют прогрессу, в чем я множество раз убедился на собственном опыте.

В общем, сам не зная как, чисто на инстинктах, но я принял образ орла… Несколько раз держал в руках птичку Олграны, пока ее мои детишки по голове гладили да кормили. Крылья только почему-то кожистыми получились… а перья какими-то получешуйчатыми, хоть и говорят, что они изначально из чешуи развились, что подтверждено генетиками, но в моем случае, думаю, все объясняется несколько проще — влиянием демонессы.

Собственно, если бы еще подумал, мог бы обернуться в чистого демона, ведь дыхательный аппарат получился демоническим, так как дышу свободно этой гадкой атмосферой. Правда, на лишние раздумья времени не оставалось, каждое мгновение на счету, потому и получилось в итоге то, что получилось. Впрочем, не столь важно, что именно получилось, главное, что получилось, и я смог, расправив крылья, разминуться с камнями в самый последний момент. Едва не распорол себе брюхо с соответствующими последствиями об один выпирающий из земли, словно тесак, острый камешек.

Летать и привлекать к себе лишнее внимание я смысла не видел, а потому, узрев первую же подходящую для посадки площадку, пошел на снижение.

«А над посадкой надо поработать», — засмеялось мое второе «я», когда я остановился и пришел в себя после «пробежки»…

Как только себе ничего не поломал, а тем более шею не свернул, так и не понял. Покувыркался я знатно.

И что теперь?

«Вот же досталось мне… Эвакуатор, блин, вызывай!»

О чем ты, шиза? Какой еще эвакуатор?

«Демонессу свою ненаглядную зови, придурок! Может, она чего умное придумает, раз у тебя мозгов кот наплакал. Все-таки ее план бытия…»

И правда… че-то я действительно туплю не по-детски. В принципе меня можно понять — не каждый день с лордом-демоном дерешься и в инферно проваливаешься. Шок и все такое…

«Шок — это по-нашему!»

А шиза все крепчает…

Поднатужившись, я сменил свой несуразный облик чешуйчатого орла с перепончатыми крыльями на более приличествующий образ, взяв за основу своего противника. Рогов-короны только не стал воспроизводить…

Неподалеку обнаружил останки моей капсулы, и как же я обрадовался, когда нашел среди них совершенно неповрежденную винтовку. Повезло.

— Призываю, Хайллейса!

Хайллейса. Суккуб, наместница рассара в «аду»

Сначала я думала, что у рассара нет ни малейших шансов на победу, особенно когда выяснилась численность легиона лорда Рамсурана и сколько против него решил выставить големов и скелетонов мой муж. Поняла только, что ставку он делает не столько на свою армию, сколько на странное оружие, прозванное им «райкейтами»…

Но когда они «заговорили» и начали свою жатву, я поняла, что шансы есть, и немаленькие. Вот только было бы их еще больше и мощнее!

Если вооружиться такими, подумала я, то можно уже хоть сейчас обзаводиться своим доменом!

Тем временем Кийррейл схватился с Рамсураном.

— Сделай же что-нибудь! — потребовала от меня орчанка.

— Что?

— Помоги ему!

— Как?

— Не знаю! Но этот сейчас убьет Кэррэла!

— Скажу тебе честно, захоти он это сделать — Кийррейл уже погиб бы! А так он нужен лорду живым, и в этом есть шанс для Кийррейла!

Демоны тем временем смяли последние отряды големов и скелетонов, порушили «кайтиюши» и ринулись на нас. Нам не осталось ничего другого, как бежать на отдаленный холм. Оттуда мы продолжили наблюдение за схваткой, но недолго. Лорд схватил Кийррейла и исчез.

Послышались вскрики, и даже я издала сдавленный стон.

— Хайллейса! — хором крикнули лич, орчанка и вампиресса.

— Что?!

— Помоги ему! — потребовала уже лич.

— Да я бы с радостью, да не могу!

— Почему?! — спросила вампиресса. — Ты же знаешь, где этот лорд обитает! Сама же сказала, что хотела стать его…

— Знать-то я знаю, вот только в его домен от моей точки привязки попасть сразу не смогу! На это уйдет не меньше месяца! И тем более не смогу вытащить его из цитадели. Единственный шанс, если Кийррейл сам меня призовет!

И надо же, призыв пришел! О чем я и сообщила безмерно обрадовавшимся «боевым подругам» Кийррейла.

— Так чего же ты медлишь?!!

— Уже лечу…

Отозвавшись на призыв, сформировала портал и переместилась. Ожидала, что мне придется с ходу вступить в схватку с лордом, против которого у меня нет ни единого шанса, но какое же я испытала удивление, когда выяснилось, что Кийррейл один, а лорда нигде нет, как и големного доспеха.

Что касается самого Кийррейла, то его можно было узнать только по ауре. Внешне он принял облик демона, чем-то похожего на Рамсурана, только без рогов. На рога у рассара явное отторжение, ха-ха!

— Привет, Хай, — махнул рукой Кийррейл, опуская свое оружие. — Узнала?

— Да. Где Рамсуран? — спросила я, настороженно оглядываясь.

На переход могли среагировать, и сейчас сюда вполне мог спешить отряд охраны. Следовало убираться как можно скорее и как можно дальше. Лорд опять же…

— В лаве утонул, вместе с моим Тираном…

— Ты убил лорда?!

— А не должен был?

— Превосходно!

— Согласен. Как насчет возвращения?

— Я как-то тебе уже рассказывала, что не смогу тебя вернуть в твой мир, если ты попадешь на мой план, так как именно ты являешься тем маяком, что позволяет мне свободно перемещаться к тебе туда…

— Да-да, помню… Но что теперь делать? Мне тут, откровенно говоря, не нравится.

Да и какому нормальному человеку понравится в аду?

«Ну, насчет того, что ты нормальный человек, с какой стороны ни посмотри, я бы заикаться не стал», — усмехнулось мое второе «я».

Я только мысленно сплюнул.

— Есть пара способов.

— Я тебя внимательно слушаю.

— Первый — меня призывает архимаг, и я утаскиваю тебя с собой.

— Отлично!

— Но это произойдет еще не скоро. Архимаг сильно ослаб во время битвы, и пройдет немало времени, прежде чем он окрепнет достаточно для проведения призыва.

— Плохо… За это время нас тут десять раз сожрут. Но ты вроде говорила о паре способов?..

— Да. Второй — мы можем вернуться через портальный тоннель, устроенный для армии Рамсурана Неназываемым. Он ведь все еще работает.

— Точно! И где этот тоннель искать?!

Я показала на вулкан.

— В цитадели лорда. Так что полетели!

Кийррейл с сомнением посмотрел на свои кожистые крылья и пару раз ими неуверенно взмахнул.

— Рожденный ползать… если очень захочет, то может и полететь…

Кийррейл, разбежавшись, усиленно замахав крыльями и прыгнув, действительно оторвался от земли и полетел.

— Полетели!

И мы полетели, набирая высоту.

Нас попробовала атаковать стая из полудюжины гарулов — местных хищных демонических «птиц», но Кийррейл их быстро отогнал, выстрелив несколько раз из своего оружия.

Магический щит над цитаделью отсутствовал. Как видно, лорд отключил его при появлении здесь вместе с рассаром, чтобы тот не пострадал от охранной системы. И сейчас это позволило нам вплотную приблизиться к стенам.

На стенах, естественно, забегали стражники — низшие, слабейшие и туповатые демоны, коим ничего другого, как стражу, и поручить нельзя. Тем не менее, они подняли тревогу и даже попытались атаковать.

Кийррейл без моих подсказок атаковал первым и буквально снес стражников со стены.

Я приземлилась на башне. Рядом неуклюже плюхнулся Кийррейл.

— Это оно и есть — портал на Даронар? — спросил он, указав на воронку в центре плаца во внутреннем дворе замка.

— Да…

На плац тем временем выбегали солдаты замкового гарнизона.

— Принимай замок под свою руку! — сказала я.

— Чего?

— Объяви замок своим по праву победителя! Иначе у нас будут проблемы. Войск тут всего ничего, но оставшиеся отряды могут нам попортить крови. До портала мы точно не доберемся.

— Понял… — кивнул Кийррейл и, подойдя к краю площадки, во весь голос гаркнул: — Так, уроды, все слушать сюда! Я по праву победителя объявляю замок своим! Кого это не устраивает, может валить на все четыре стороны!

Это устроило всех. Демоны стали преклонять колена. Оно и понятно: лучше находиться на службе, чем стать «свободным» без средств к существованию. А лорд регулярно платит, а какой именно лорд это будет делать — им без разницы.

— Чего дальше?

— Надо перехватить управление замком, вернуть остатки армии и принять у них присягу.

— Тогда пошли… Слушай, Хай, а ты вообще как, сможешь удержать власть в замке?

— Ты хочешь отдать его мне? — все же удивилась я, хотя где-то в глубине души надеялась на нечто подобное.

— Ну да… В конце концов, я не демон, и этот мир не по мне. А так ты сможешь прикрыть меня от атак из своего плана реальности. Так как, сможешь?

— Я сделаю для этого все возможное. Правда, мне потребуется много оружия… и этих «кайтиюш».

— Будет. Это не проблема…

— Тогда оставляй меня в качестве наместника.

— Вот и договорились. А теперь давай поспешим, а то они там наверняка все изнервничались из-за нашего долгого отсутствия.

— Хорошо…

Олграна. Орчанка-шаманка

Суккуб исчезла, откликнувшись на призыв Кэррэла, а мы тем временем стали отбиваться от демонов, что настойчиво пытались покончить с нами. Архимаг несколько раз переносил нас с вершины на вершину, и демоны каждый раз атаковали наше новое пристанище, хоть и несли потери. Но ведь и у нас силы не безграничны, а их еще многие сотни.

А сбежать мы не можем. Костяная драконша, что могла бы нас унести прочь, попала под массированный магический удар, да такой силы, что ее защита не выдержала и она была повержена. Демоны быстро растащили Черную Молнию по косточкам…

— Я смогу переместить нас еще пару раз… — устало сказал архир Тарногар.

Да, это конец. Осталось только подороже продать свои жизни. Суккуб не сможет вытащить Кэррэла назад, разве что архимаг мог бы ее призвать, ведь собственно он ее и призвал тогда… но ему сейчас не до призыва, да и не изменит это ничего. Как ни странно, там, на демонском плане, у него больше шансов на выживание, чем здесь.

Перемещение. Последнее.

Демоны, взвыв от досады и злости, с яростью бросились на штурм очередного холма…

Лития полностью выдохлась, как и архимаг, да и я уже находилась на пределе, в отчаянии атаковав демонов душами из бубна. Демонов это, конечно, убивало, но и я теряла души. И ладно бы один к одному, в этом случае я бы разделалась с остатками армии демонов, — так нет, уничтожение одного демона обходилось мне в потерю двух-трех духов. Впрочем, чего теперь экономить, когда демоны вот-вот разорвут нас на клочки?.. Плохо только, что на всех не хватит…

Но вот, когда демонам оставалось преодолеть несколько десятков метров, они вдруг застыли, а еще несколько мгновений спустя начали окутываться сферами портального перехода. Минута — и ни одного живого демона в округе…

— Что это было? — удивилась Лития.

— Их отозвали, — сказал архимаг.

— Что же случилось с Ксирррелом? — прошептала вампиресса.

— Как наберемся сил — узнаем, — сказала я.

— Как? — удивилась Лития.

— Архир призовет суккуба, и она нам все расскажет. А если все в порядке, то и Кэррэла вытащит!

Мы все без сил рухнули где стояли. Разве что лич побрела куда-то в поле — наверное, к останкам своей драконши.

И правда. Присев возле расколотого и обожженного черепа, она что-то зашептала, и над полем стала сгущаться тьма.

Понятно… сейчас она возродит свою Черную Молнию, подпитавшись некроманой.

Все так и вышло. Подняла несколько сотен демонов, сделав их простыми зомби, и они стали стаскивать остальных в кучу, заваливая череп Черной Молнии телами. Получился огромный курган, на который она взобралась и воткнула свой посох, после чего сбежала.

Тьма окутала курган плотной пеленой, впиталась, началось жуткое шевеление тел, потом все провалилось внутрь, а в следующий миг взорвалось, раскидав зловонные ошметки.

В небо взлетела возрожденная Черная Молния, только теперь она получилась раза в три больше и какой-то еще более хищной.

А чему тут удивляться? Тела-то и энергетика демонская, вот и костяная драконша получилась демонической…

Заработал амулет связи.

Наверняка лопоухая, подумала я с тоской. Объясняться с ней по поводу пропажи Кэррэла не хотелось, но надо.

— Алло, — произнесла я слово, коим любил начинать общение по амулетам связи Кэррэл.

— Алло-алло, прекрасная маркиза… — послышалось в ответ.

— Кэррэл?! — изумилась, я не веря своим ушам, ведь амулеты связи между мирами не работают. Разве что он их как-то модернизировал, с него станется. — Но как?! С тобой все в порядке? Ты где?

— Не гони лошадей… сейчас все объясню. Сначала скажи — как вы?

— У нас все нормально!

— Ну и прекрасно.

— А как ты?

— У меня тоже все хорошо.

— Отзыв демонов — ваша работа?

— Да. Подмяли под себя замок лорда.

— Значит, демон…

— Да, он мертв. Мне удалось его завалить, и Хай взяла управление в свои руки.

— А где ты сейчас, там или…

— Здесь я, здесь.

— А где конкретнее?! Мы сейчас же полетим к тебе!

— Возле прорыва инферно…

— Жди нас там и никуда не уходи! Мы летим к тебе!

— Никаких полетов — это слишком опасно, и привлечете к себе лишнее внимание! У меня есть идея получше. К вам прибудет Хайллейса вместе с отрядом демонов, что соберут оружие и доспехи, а уже она прихватит вас к себе в замок, а оттуда все вернемся на Даронар через прорыв инферно.

— Хорошо, ждем суккуба.

Глава 14

Кирилл. Лорд-демон

В «аду» управились довольно быстро. Как только Хайллейса попала в святая святых цитадели, она тут же прибрала его к рукам и отозвала остатки армии, кои тут же привели к присяге новому обладателю домена, то есть мне.

Ну а потом, как и обещал, передал этот замок суккубе, как не то управляющей, не то наместнице. В общем, один… корнеплод.

— Благодарю, Кийррейл! На получение собственного домена — осуществления моей мечты — я не могла рассчитывать ближайшую тысячу лет! А без тебя так и вовсе…

— Мечты сбываются… только почему-то не у меня, — вздохнул я в ответ. — Как мне выбраться из этой… филейной части?

— Пойдем, я проведу, — усмехнулась она.

Демонесса провела меня к раскручивающейся темной воронке и шагнула в нее, утянув меня за собой. Миг — и мы вывалились на другой ее стороне, в мире Даронара.

— Закрыть ее сможешь? — спросил я, оглядываясь.

Вокруг портала белым и красным порошком была выведена какая-то масштабная фигура вроде пентаграммы. Вокруг валялись тела разумных, принесенных в жертву, чтобы запитать их энергией жизни и смерти эту мерзость, пробившую врата в нижний план.

— Без проблем… правда, из замка. Ну и я хочу, если позволишь, забрать оружие и доспехи убитых. Мне они ой, как пригодятся. А здесь они в принципе бесполезны. По крайней мере, большая часть.

— Да бога ради, — кивнул я.

Оружие, а тем более демонские доспехи, и вправду не подойдут ни одному нормальному разумному. Разве что демонские кинжалы, что можно выдать за мечи…

Как только появился в Даронаре, поговорил по амулетам связи с Олграной и опять вернулся в «ад», дожидаться. Пока демонесса сгоняет за доспехами и вернется вместе с остальными, чтобы мы уже отсюда начали двигать домой.

Во время второго сеанса связи успокоил Зеленоглазку, что с Дриандой, Мягкой Лапой и Тамгарией осталась в замке. Они наверняка наблюдали за ходом битвы в режиме реального времени через спутники, а значит, видели мое исчезновение. Сделал я это вовремя, потому как гоблинка находилась уже на грани истерики, а ей это вредно… рожать скоро, как бы выкидыша не случилось. А так настроилась на прорыв инферно, увидела меня и обрадовалась.

Мелькнула мыслишка, что я в принципе сам себе эвакуатор, мог бы сейчас обратиться в орла и полететь домой, но быстро отбросил эту мысль. Силы оборотничество у меня отнимает изрядно — на десяток километров полета меня хватит, а потом упаду и буду целый день приходить в себя. Пешком быстрее получается. Все же это не моя природная способность, как у истинных оборотней, а приобретенная. А кроме того, я со стопроцентной вероятностью вляпаюсь в какую-нибудь магическую аномалию — и поминай как звали. Так что лучше доверить свою эвакуацию профессионалам, а не скакать по минному полю, будь оно хоть трижды воздушным.

А с Неназываемым надо кончать, и как можно скорее. Даже представлять не хочу, до чего его извращенный ум еще может додуматься в попытке если не взять меня в плен, так уничтожить. А потому, как только вернусь к себе, набираемся сил, готовимся и сразу же возвращаемся назад, в Проклятые земли — и гасим Неназываемого.

Остается только надеяться, что он никуда не сбежит. Ведь он же не в курсе, что его логово обнаружено…

Эх-х… сейчас бы баллистическую ракету вырастить, снарядить боеголовку чем-нибудь убойным — и как садануть!

Мечты-мечты…

«А если он в бункере?» — поинтересовалась шиза.

Скорее всего…

«То-то и оно. Его даже ядерный взрыв не возьмет. Так что придется самим его валить. Как говорится, хочешь, чтобы дело было сделано, — сделай его сам!»

Сделаю… Куда мы на фиг денемся.

Через два дня появились Лития, Ссашшиллесса, Олграна и архир Тарногар. Ну и суккуб, само собой.

Чуть не раздавили меня в объятиях.

Задерживаться в «аду» не стали, провел только небольшую экскурсию по «своему» замку — и проследовали к воронке.

— Как переберемся, закрывай ее на фиг, — сказал я Хайллейсе.

— Будет сделано, мой лорд, — дурашливо откозыряла она мне.

И правда, стоило только нам оказаться на Даронаре, как прорыв инферно схлопнулся.

— Домой, — сказал я.

Ничего интересного в путешествии по Проклятым землям я не увидел. Более того, пришлось изрядно удлинять и без того неблизкий путь, обходя всяческие аномальные зоны и прочие пятна. Оставалось только порадоваться, что появился я не в этих местах, а в гоблинских лесах. Здесь если бы не сожрала меня какая-нибудь тварь, то обязательно угодил бы либо в Пятно смерти, либо еще в какую гадость, став зомби. Остается только надеяться, что относительно разумным зомбаком — рассар ведь как-никак, а это что-то да значит.

Кстати, по поводу местной живности и нежити. Ее мы, по моему распоряжению, родившемуся из-за обострившейся паранойи, тоже старались избегать и не вступать в противостояние. А то мало ли как оно на самом деле обстоит? Вдруг все эти твари — лишь глаза и уши Неназываемого? Уж за столько сотен, а то и тысяч лет, что он обитает, как паук, в центре Проклятых земель, точно это его паутина, уже прибрал к рукам всех его обитателей, заставив служить себе. Как говорится, береженого бог бережет… а кое-кого конвой из адептов-жрецов стережет.

Время от времени на нашем пути попадались развалины городов. Но мы в них предпочитали не заходить, огибая широкой дугой: слишком опасно. Если в лесу довольно просторно и видно достаточно далеко, то в развалинах полно стен, серьезно закрывающих обзор, сами улицы могут стать ловушками, я уже молчу о разных ямах-подвалах.

Что касается самих городов, то ни время, ни природа не пощадили их. Большинство зданий успели разрушиться под воздействием дождей и ветров, а улицы заросли деревьями и кустарником, и особо разглядеть там издали что-либо не представлялось возможным.

А вот одного из попавшихся на пути городов мы не миновали. Он словно длинная стена перегородил нам путь. Город оказался слишком большим, чтобы его обходить десятой дорогой, легче пройти насквозь.

Но — увы, засветло мы его пройти не успели, из-за того что осторожничали, проверяя и перепроверяя путь, при этом магией стараясь не пользоваться, потому пришлось вставать на ночевку.

— Если не ошибаюсь, это столица королевства Тарон — Доугорд. Когда-то в ней жило больше пяти миллионов разумных…

Вампиресса и Олграна недоверчиво посмотрели на архимага. Оно и понятно, нынешние столицы могли похвастаться численностью населения не больше полумиллиона, и это много, дико много.

Я же только хмыкнул. Тоже мне пять миллионов. В Москве минимум в два раза больше народу обретается. Я уже молчу про Мехико с населением за двадцать миллионов.

— Как тут насчет аномалий? — спросил я своих спутников.

— Да вроде ничего… — ответила Олграна, немного покрутившись на месте с закрытыми глазами и даже, кажется, принюхивалась. — По крайней мере в ближайших окрестностях.

— Архир?

— Я тоже не чувствую особых возмущений магического характера… Здесь довольно чисто, и можно разбить лагерь.

Медлить мы не стали. Лагерь разбили возле небольшого ручья, протекавшего прямо по улице. Я так подозреваю, что по бывшему канализационному каналу… Можно, конечно побрезговать, но уж за столько-то тысяч лет тут все вымыло, так что водичку можно смело брать на все хозяйственные нужды, как и искупаться в небольшом озерце, раскинувшемся дальше на месте площади. В его центре до сих пор обелиск стоит. Хорошо поставили: не упал от проседания грунта.

Под жилье выбрали один из наименее разрушенных домов, проверив не только его, но и соседние здания, включая подвалы. Благо большая их часть либо уже обвалилась, либо их затопило дождями или грунтовыми водами, а значит, никто в них не прячется. Разве что какие-то водные монстры вроде жаб…

Но часть подвалов все же оказалась на удивление целой, и мне идея остановиться в городе, и без того казавшаяся не слишком удачной, теперь откровенно не нравилась. Мало ли какие твари прячутся там, а потом выходят побродить по улочкам ночью! Но дергаться уже поздно: даже если выскочим из города, то уйти слишком далеко все равно не успеем, так что лучше остаться под защитой хоть каких-то стен, чем вообще в голом поле.

Ну да ладно, где наша не пропадала! Тем более что домишко мы выбрали крепкий, и оборонять его легко. К тому же сидеть будем как мышки — тихо-тихо… авось пронесет.

На этот раз первым на часах выпало стоять мне. Помахал ручкой в небо пролетающей над нами точке спутника. Зеленоглазка с остальными наверняка сейчас за нами подсматривают…

Реалити-шоу в прямом эфире, е-мое.

Вглядываясь во тьму ночи, едва подсвеченную крупными звездами и луной, я в которой раз пожалел об отсутствии камеры. Там у меня есть режим ночного видения…

«Все-таки ты безнадежен», — со вселенской скорбью вздохнуло мое второе «я».

Ну что опять не так?

Этот мой внутренний голос меня начал доставать. Хотя бы просто потому что он, на мой взгляд, слишком самостоятелен для внутреннего голоса. Ощущать себя чокнутым как минимум неприятно. А ведь это шиза, и крепкая шиза…

А может, в меня действительно кто-то вселился, и я страдаю своего рода одержимостью?

М-да, пожалуй, это еще хуже и опаснее, чем просто шизофрения.

«Вот скажи мне, человече, кто лучше всего видит в темноте?» — тем временем вопросил меня мой внутренний голос.

Кошка?..

«Сам ты кошка, точнее, мартовский кот… Из твоих подруг кто лучше всего в темноте видит? Сам догонишь или пинка под задницу для ускорения мыслительного процесса дать?»

Я едва не лишил себя сознания ударом руки по голове. Удара слегка с досады не рассчитал — вот и двинул себе в лобешник с орочьей силушкой.

«Правильно, мозги надо периодически встряхивать, раз иначе не получается заставить их работать. Но все же будь с этим полегче, а то вообще вытряхнешь их на фиг!» — засмеялся мой внутренний голос.

Может, я тебя хочу вытряхнуть!

«Не майся дурью, а пробуй, врагов кругом видимо-невидимо… и для тебя они по определению невидимы, гы-гы…»

Я вынужден был согласиться с шизой — с ней ругаться бесполезно, никуда она просто так не уйдет, и долбать себя по голове бесполезно, только сотрясение мозга заработаю. Лучше действительно заняться делом…

Расслабившись, вновь позволив инстинктам взять над собой верх, я сформировал желание… и тьма стала отступать. Становилось все светлее и светлее, даже краски на черно-сером фоне стали проявляться…

«Закругляйся, а то сверкнет где какая вспышка и ослепнешь к чертям», — посоветовало мне мое второе «я».

И я последовал совету, даже чуть притушив яркость, убрав краски. Но видимость все равно оставалась прекрасной. Вампирское зрение рулит. Круто…

Стал думать над тем, а чего же я еще такого вроде бы очевидного упускаю из возможностей, коими обладают мои подруги?

Что, например, мне перепало от гномы? Такое впечатление, что ничего.

«А если подумать?» — не согласилось мое второе «я».

Но что? У них нет никаких ярко выраженных особенностей, кроме малого роста и… бороды.

«А чем тебе борода не нравится?! Будет до пупа, а то и ниже. Вдруг одежды лишишься, а срам твой борода прикрывает!»

Тьфу ты…

«Чувство камня. Вот скажи, почему ты выбрал именно этот дом, а не тот, что напротив? А ведь с виду тот покрепче будет…»

И правда. Домик напротив выглядел куда как монументальнее. Олграна, например, хотела занять именно его. Да и вампиресса тоже склонялась к его заселению. Но я волевым решением постановил остановиться в этом доме. И вот сейчас сижу и понимаю, что внешность обманчива. Дом напротив — колосс на глиняных ногах. Стоит хорошенько ударить в стену — и она осыплется.

«Осталось научиться читать камни сознательно. А не инстинктивно…»

Согласен.

Есть еще дриада. Что перепало от нее? Сам собой напрашивается вывод, что плюшка каким-то образом связана с растениями. Хотел попробовать что-то вырастить, аж руки раззуделись — наверное, способности прорываются (или просто плохо помыл), — но пересилил себя. Слишком сильная магическая активность. Как-нибудь в другой раз.

Интересно, у кого лучше всего слух?

«У вампирши».

А по-моему, у Зеленоглазки…

«Верно! Хоть что-то полезное с нее получишь, окромя системы выделения твердых отходов! Вот только как бы у тебя после этого ушки такими же большими не стали!»

Это верно… Перебарщивать не стоит, но чуть-чуть усилить слух не помешает.

И я усилил. Стали слышны шорохи, до этого моими ушами не улавливаемые, стрекот насекомых, какой-то писк в траве, шелест листвы и шум воды…

«Можно еще обоняние проапгрейдить».

А у кого оно самое лучшее?

«Ну ты и дурак!»

Согласен…

И правда, чего тут думать? У оборотнихи, конечно же.

Стал вести прокачку по обонятельным рецепторам. Пару раз приглушенно чихнул от щекотки в носу, и нос тут же заполнили запахи, до этого практически неразличаемые, в основном запахи растительности, а еще… мочи.

Фу ты… Оказывается, соседний домик, что я побрезговал занять, используют как пограничный столб местные твари, активно его поливая. Как его мои спутницы раньше не учуяли? Может, из-за ветра, что тогда дул от нас?

«А как насчет вкусовых качеств? Да и осязание тоже можно прокачать…»

Давай хоть что-нибудь от человека оставим, а? В конце концов, как я только что убедился, некоторые возможности лучше не развивать до максимального предела… не уверен, что хочу чувствовать все. Особенно осязание.

«Дело твое…»

Осталось только получить объемное восприятие окружающего пространства, хотя бы метров так на тридцать-пятьдесят… в радиусе, чтобы никто со спины незаметно не подкрался.

«Ну, это вы, батенька, размечтались», — поддело меня мое второе «я». — Такое даже архимагам не под силу. Это уже божественный уровень».

А как же Армиран? Он чувствовал все вокруг. Казалось, что для лучшей концентрации он даже глаза закрывал. Я уверен в этом.

«После обильных жертвоприношений и отбора своей дольки за работу у него случилось пресыщение энергией, вот его аура и распахнулась так, что заняла весь объем того помещения. Это то самое могущество, к которому они так стремятся, служа Неназываемому. Правда, получают они его лишь кратковременно, но хотят закрепить на постоянной основе, что заставляет их приносить жертвы вновь и вновь. Ведь это же такой кайф — быть практически всемогущим, хотя бы на короткое время!».

Ну, это не уберегло его от удара ногой по причинному месту, с последующим выпадением в осадок…

«Это да! — развеселилось мое второе «я». — Врезал ты ему будь здоров! Всмятку!!!»

Насчет способностей неужели все так плохо?

«Ну, разве что с богиней переспишь!» — заржало мое второе «я».

Тьфу ты…

В момент, когда я хотел уже будить Литию, коей предстояло сменить меня на часах, от сверкнувшей яркой вспышки и грохота, раздавшегося в паре-тройке кварталов от нас, я чуть не ослеп и не оглох. Слегка переборщил с усилением, да и непривычно просто, так что я вернул все как было, решив пользоваться обостренными способности по мере необходимости, а не на постоянной основе. Разве что чуть-чуть усилю то да се…

Поднимать по тревоге никого не пришлось. Все вскочили самостоятельно, в один момент перейдя в полную боевую готовность.

— Что случилось?! — спросила Ссашшиллесса.

— Спроси чего полегче…

Грохот и треск магических воздействий тем временем только начал набирать обороты.

— Кажется, там кто-то с кем-то схватился… — пробормотала Олграна.

Я понятливо кивнул. Не иначе местные сталкеры шумят. Вопрос только — чего они так расшумелись, что мертвых поднять можно.

«Так, может, от мертвяков и отбиваются!» — хихикнул мой внутренний голос.

Усмехнулся и я. И такое может быть…

Тем временем сверкание и грохот стали смещаться, и смещаться в нашу сторону.

— Проклятье, ну почему они не могли выбрать какое-нибудь другое направление для отступления?! — воскликнул я в раздражении. — Вон сколько их!

— Судьба, — хмыкнула вампиресса.

— Сидим или уходим? — спросил я.

— Рекомендую остаться, — сказал архимаг. — При передвижении наследим, и если некто связался с местными тварями, они могут взять наш след. А так они еще, может быть, отвернут в сторону, и все обойдется.

Не обошлось… Впрочем, я ничего иного и не ожидал. Если уж судьба вляпаться в какую-то кучу, то мы в нее обязательно вляпаемся, и никуда от этого не уйти.

Я перехватил винтовку, а остальные — арбалеты. Все же мы до самого последнего момента не хотели привлекать к себе внимания магией.

Но вот появились сталкеры. Группа из шести разумных… уже из пяти… с боем отступала по улице, отбиваясь от атак тварей, знакомых нам по штурму подземелий цитадели ордена.

Ну и жильцы в городе!

Кстати, до сих пор не могу понять, зачем они там были нужны. Разве что Армиран готовил такую вот монструозную армию для нападения на меня? Или еще чего? Можно, например, повысить собственную популярность в народе (она ведь изрядно пошатнулась, когда я настучал им по голове), убивая этих тварей на виду у всех, что другим сделать не под силу… Предварительно наслав их на какую-нибудь деревню.

Уйти от этих тварей не получится, и я, сменив барабан на тот, что снаряжен пулями из преобразованного мифрила, как сменили боеприпас остальные, кивнул:

— Бей!

Четыре болта вмиг пробили сверхпрочный хитин тварей… А вот внутри этих гадов магия очень даже хорошо работает, что и показали сильные взрывы, буквально разнесшие этих жутких пауко-скорпионов на куски.

Мои пули тоже с легкостью пробивали хитин тварей, правда, в магическом плане они получились послабее за счет меньшего количества используемого во внутренней полости пули сырого зачарованного мифрила, потому стрелял в головы, снося их напрочь. Зато я работал быстрее! Пока мои подружки с архимагом зарядили арбалеты по второму разу, я уже израсходовал барабан, завалив шесть тварей, и вставлял второй.

Несмотря на помощь с нашей стороны, группа сталкеров попала в окружение, потеряв еще одного своего члена, перекушенного гигантской клешней пополам. Своей магией сталкеры лишь держали тварей на отдалении, но они все же прорывались и атаковали. Зачарованное оружие, а с простым в Проклятые земли давно никто не ходит, помогало слабо, хорошо если кому-то удавалось обрубить клешню, лапу или хвост с шипом, прямо-таки сочащимся ядом.

Еще одного сталкера, влепившего по твари хлыстом, из-за чего раздался резкий щелчок и вспыхнула яркая вспышка, постигла страшная участь: прорвавшийся монстр откусил ему ногу, за это он тут же лишился головы, но его место заняло очередное начисто лишенное инстинкта самосохранения чудовище, что и порвало калеку на кусочки. Крик стоял такой, что кровь в жилах стыла…

Мы стреляли и стреляли, но не выходя за пределы своей маленькой крепости. Все-таки это не наша война, и рисковать нам в рукопашной схватке с этими тварями смысла нет. Помогаем, и ладно.

Сталкеры стали пробиваться к нашему зданию, осознав, что только здесь у них есть хоть какие-то шансы на спасение, кто бы это спасение ни предложил и какую бы плату впоследствии ни затребовал.

Еще одного разумного схарчили твари, но и им постепенно приходил конец. Все-таки монстров оказалось не слишком много, и мы хорошо сокращали их уродливое поголовье.

Последний член команды буквально вжался в дверь нашего убежища, и архимаг впустил страждущего, хорошо саданув магией, отшвыривая последних тварей от дома.

Сталкер, ввалившись внутрь, тут же грохнулся без сознания. Видно, полное магическое истощение заработал и последние минуты держался лишь исключительно на силе воли.

Ну а я, сменив барабан, завалил последних уродцев.

— Кажись, все… — сказал я, осматриваясь.

Поблизости тварей не наблюдалось. Но мы очень сильно нашумели, так что это ничего не значит. Оставаться здесь нельзя.

— Ну что ты будешь делать, а?! — хохотнула Олграна.

— Чего там?

— А ты сам посмотри! — засмеялась уже вампиресса.

Лития только фыркнула.

Я посмотрел на спасенного, то бишь спасенную платиновую блондинку.

— Понятно…

Ростом с человека, стройная, размера груди, правда, не разобрать, но похоже, не шибко большой, хорошо если второй, но думаю, что меньше… намного меньше. Лицо… красивое, с тонкими аристократическими чертами, и я бы сказал, что оно отражало задорный характер. А еще внимание привлекли острые кончики ушей с пирсингом из золотых и серебряных колечек с висюльками из жемчуга и небольших разноцветных камений, пробивающиеся сквозь локоны волос. Правда, цвет кожи какой-то серый…

Маскировка или?..

Одежда облегающая, из всего снаряжения в глаза бросался хлыст, повисший на руке…

— Кстати, это то, кто я думаю?

— Если ты думаешь, что это дроу, то да, ты правильно думаешь, — сказала Лития, сама во все глаза разглядывающая гостью.

Остальные, впрочем, тоже проявляли безмерное любопытство, так как народ этот очень скрытен — еще более скрытен, чем их извечные антагонисты эльфы.

— Вот же…

«Вот кто тебе устроит отменное садо-мазо! И плеточка есть! А то демонесса как-то оказалась не по этой части!» — заржало мое второе «я».

Зазвонил «телефон».

— Зеленоглазка… — недовольно ответил я, подняв лицо к небу в поиске пролетающего спутника и с легкостью нашел несущуюся по небосводу звездочку, — я же просил сохранять…

— Уходите оттуда, Кирриэл!!! Они вас окружают! И их много, очень много! Тысячи!!!

— Сваливаем!

Я подхватил дроу и перевалил ее через плечо. Не оставлять же ее на съедение, раз уж один раз спасли! Придется и дальше спасать.

— Куда?! — удивленно воскликнула Олграна.

— Не знаю! Но здесь нам точно каюк! Ищи какое-нибудь убежище! Лучше подземное! Хотя неизвестно, можно ли от них скрыться под землей, ведь они сами явно подземные твари… Но в любом случае нам нужно пересидеть до рассвета в надежном убежище. Есть у меня чувство, что эти твари днем прячутся от солнца.

— Поняла…

Глава 15

Кирилл. Спаситель дроу

— Зеленоглазка, в какой стороне их меньше всего?! — сам выйдя на связь с замком, запросил я спутниковые разведданные, а то очень не хотелось угодить в самую гущу этих тварей.

— Так сразу и не сказать… но вроде на севере… Но вот где их больше всего, так это на юге!

— Понял.

На ближайшем перекрестке я повернул на север. Меня обогнала Лития, на фланги пристроились Ссашшиллесса и Олграна, а замыкал шествие архимаг. Ему вменялось держать небо — защищать нас от летающих гадов, хоть их пока и не видно почему-то. А если повезет, то и не увидим…

А вот и первые твари… Пока такая же небольшая группа, какая сожрала этих сталкеров-дроу. Лития с ходу атаковала их магией, и хоть убила всего лишь парочку, но остальных хорошо оглушила, и это дало нам время без проблем пустить в ход холодное оружие, вскрывая их хитиновую броню, словно яичную скорлупу. А самых активных и крупных, кому магия оказалась по барабану, завалили из арбалетов.

Мне особенно понравились действия Литии, она махала своим посохом точно метлой. Правда, посох как-то так зачаровала, что эти монстры прямо-таки отлетали в разные стороны как от удара кувалдой.

Я же пока в схватке не участвовал — на мне дроу, с ней на плече особо мечом не помашешь, хорошо если стрельба удастся. Но и пули я пока берег. У меня их все же не бесконечное количество, и опять-таки перезаряжать винтовку с грузом неудобно. Так что надо бить только в самом крайнем случае.

Не успели мы пробежать и сотни метров от пущенной в расход первой группы монстров, как дорогу нам преградила вторая, а с левого фланга, протискиваясь сквозь деревья, подходила третья. И дальше будет только хуже.

— Олграна?

— Ничего не получается, Кэррэл! Проклятый элементаль земли! Не удается с ним на ходу работать, мне нужно время, хоть немного, чтобы сосредоточиться…

— У нас его нет. Пробиваемся вон к тому холму с развалинами. Похоже, там какой-то храм раньше стоял… Я не я буду, если там нет подземелья.

— Только оно может принадлежать как раз этим тварям, — сказала вампиресса.

— Вытурим. Нам все одно с ними драться… так какая разница где?

Скорректировав движение и пробившись через вторую группу тварей так же, как через первую, мы направились к возвышенности. Его я выбрал еще и потому, что, во-первых, это ближайшая достойная цель, а во-вторых, на возвышенности подземелья точно не затопит грунтовыми водами. Правда, они могут быть разрушены временем, но тут как повезет. Оставалось надеяться, что храм строили на совесть и так просто времени он не сдался.

А вокруг раздавался специфический шум движения тварей: цокот лап, шум трения хитина, щелчки клешней и хруст жвал, а также какое-то жужжание. Впору было жалеть об улучшенном слухе… потому как пробирало до жути.

С третьим заслоном пришлось вступить в дело мне, потому как их уже стало слишком много. Завалил, правда, всего двух — стрелять из-за дроу на плече неудобно, — но остальных серьезно ранил, так что добить их не составило труда. А потом еще и мечом стал махать.

Вступил в дело архимаг. «Авиация» все же появилась. Воздушными кулаками он отгонял их от нас, но напор усиливался, и вскоре атаки начнут достигать цели.

Лития, и без того плохо восстановившаяся после битвы с демонами, быстро выдохлась, и мне пришлось выйти на первый план, атакуя магией.

Хотела выйти вперед Олграна, но я ее осадил:

— Назад! Береги силы, они нам потребуются для поиска хода в подземелье или создания такового, а также защиты!

Только своей собственной сырой силой я разбрасываться не стал, до последнего решив сохранять инкогнито, а то вдруг Неназываемый как-то сможет засечь применение родственной магии, потому работал с помощью винтовки, буквально забрасывая тварей огненными файерболами. Огонь обтекал тварей как вода, но все равно хоть на считаные мгновения, но заставлял их замирать, а нам только того и требовалось, чтобы прорубиться сквозь стену из этих преобразованных насекомых.

А вот и цель путешествия — холм с развалинами.

— Ч-черт! — ругнулся я, когда клешня монстра чуть не откусила мне руку, но лишь соскользнула с наруча.

Дальше уже я обрубил мифриловым мечом эту гадскую клешню, а следующим ударом лишил твари головы.

Мы стали с боем пробиваться наверх.

— Может, стоит суккуба вызвать?! — скорее предложила, чем спросила Лития.

Тварей действительно многовато. По сути мы оказались в плотном море этих пауко-скорпионов, и все они хотели почикать нас своими клешнями на кусочки. Так что положение у нас и впрямь оказалось незавидным, и десяток бойцов с мифриловым вооружением, пусть и демонов, тут явно не помешал бы. Но — увы…

— Бесполезно…

— Почему?!

— Как только они появятся, их тут же разорвут на мелкие кусочки! Первые мгновения после перехода они дезориентированы, и этого времени тварям хватит, чтобы расправиться с нашим подкреплением.

Олграна все же ослушалась и применила магию, вызвав три элементаля воздуха, что, закружив смерчиками вокруг нас, стали раскидывать в стороны тварей, прочистив нам хорошую такую тропу, по которой мы и вбежали на самый верх. Элементали очистили нам руины и продолжили наматывать круги.

Я положил дроу на землю и, перезарядив винтовку, начал отстреливать самых больших и тяжелых тварей, на кого элементали воздуха почти не могли воздействовать, так как они крепко цеплялись за все, что только могло их удержать от взлета. Бошки взрывались одна за другой. Лития с Ссашшиллессой работали посохом и мечом соответственно, кончая тех, кто успевал проскочить к нам, пока элементали резвились в другом месте и кого-то пропускал архир.

Но всего этого оказывалось недостаточно, периметр продолжал быстро сужаться, и в любой момент мог произойти прорыв, который нас сметет.

«Может, попробуем плюшку от дриады?» — предложило мое второе «я».

А это мысль!

Я сосредоточился, и… растения начали цеплять прорвавшихся сквозь периметр за лапы, удерживая на месте. Вот только сил это отнимало дико много, но зато работало достаточно надежно. А много времени и не требовалось.

Олграна тем временем, присев в центре руин и забив в бубен, принялась взывать к элементалю земли. Он должен показать ей, где тут есть подземелья и собственно вход в них, а если его нет, то проделать самостоятельно. А если нет подземелий, то сотворить достаточно большую яму.

Олграна стала очень сильной шаманкой, и долго взывать ей не пришлось.

— Здесь есть подземелье, ход засыпан, но я сейчас сделаю другой… — сказала она и вновь сосредоточилась на ритме ударов в бубен.

Холм слегка задрожал.

Но если с крупными тварями мы справлялись, то вот летающие…

Одна из таких крылатых бестий всадила мне жало в ногу, в сочленение между пластинами доспехов, при этом разорвав мифриловые кольца кольчуги! Каково, а?! За это она поплатилась жизнью, но этих прорывающихся сквозь заслон гадов становилась все больше, и они продолжали атаковать нас.

— Готово!

И мы стали отходить к открывшемуся в земле темному зеву прохода. Подхватив дроу, я скользнул вниз вслед за вампирессмой. Да, проход получился слишком крутым, настоящей горкой.

Следом за мной съехали остальные, последней появилась Олграна, дав команду элементалю земли замуровать вход. Что он и сделал, заодно похоронив в земле несколько тварей, опрометчиво сунувшихся за нами следом.

Архимаг зажег осветительный файербол.

— Думаю, они сунутся следом, — сказал он, прислушиваясь.

— Непременно, — согласился я, осматриваясь по сторонам.

Мы оказались в низком и узком коридоре, выложенном идеально отесанным белым камнем.

— Вопрос в том, сколько у них уйдет времени, чтобы докопаться до нас.

— Так ли это важно? — пожала плечами Олграна. — Я всегда смогу их похоронить в ими же вырытых ямах.

— Верно… Но давайте поищем более подходящее помещение. Никогда не жаловался на клаустрофобию, но в этом тесном коридоре мне не слишком комфортно.

— Там дальше есть комната, — сказала шаманка.

И мы пошли в указанном направлении, каждое мгновение ожидая нападения тварей, — в конце концов этот ход мог быть прямо-таки изрыт их тоннелями, но нет, на нас никто не нападал. В стенах коридора не зияло дыр, кроме той, что проделали мы.

Архимаг шел впереди, зондируя путь на наличие магических ловушек. Но тоже ничего угрожающего не находил.

Мое же воображение рисовало картину, что мы сейчас попадем в сокровищницу, доверху заполненную золотом и драгоценными камнями.

А чем не рояль, достойный попаданца? Все ведь находят! Чем я хуже? Тоже такой хочу!

Увы, сыграть на таком рояле мне, видно, не судьба, по крайней мере не сегодня. Комната оказалась обыкновенным складом, в котором за прошедшие тысячелетия все хранимое имущество обратилось в прах.

Мы подчистили себе небольшой пятачок, где и устроились, начав заниматься своими ранами. К счастью, ни у кого ничего серьезного не обнаружилось. Дроу тоже обошлась лишь царапинами, которые тут же залечили.

Ее, впрочем, аккуратно, но надежно спеленали, чтобы если вдруг очнется, не прибила нас в порыве горячей благодарности…

Все, осталось дожидаться рассвета, чтобы покинуть сей оказавшийся столь негостеприимным город.

Почистили оружие.

— Может, я ей энергии подкину? — предложил я, кивнув на дроу.

Олграна фыркнула и сказала:

— Вот так при всех будешь?! Все-таки это несколько не похоже на тебя…

— Связанную, да еще обморочную?! — сделав большие глаза и приложив руки к груди, в притворном ужасе ахнула Лития.

— Ну, мы можем в коридорчике посидеть, — засмеялась Ссашшиллесса. — А что до того, что связанная, то говорят, дроу это любят! Те еще затейники! Правда, они как раз мужчин любят связывать и истязать… А то, что обморочная, — это на любителя!

— Вот же… — только и смог тяжко вздохнуть я на эти подколки. — Уйду я от вас… злые вы…

Они мне не поверили, о чем свидетельствовал заливистый хохот.

Даже архимаг фыркнул.

— Для такой подзарядки нужно предварительное полное добровольное слияние аур, — сжалилась надо мной Лития. — А с обморочной этого добиться невозможно… даже таким методом! — все же не удержалась она от подколки под смех подруг. — Если начнешь закачивать ей свою энергию, то можешь больше навредить, чем помочь. Помнишь, как Дрианда попросила прекратить подпитку, когда ты ее начал делать в первый день, еще до того как… познакомился с ней поближе?

— Угу…

— Ну вот, — перехватила эстафету в пояснениях Олграна. — Она тогда еще себя контролировала, а дроу в беспамятстве, и ты рискуешь просто сжечь ее энергоканалы чужеродной… как ты говоришь, неформатной энергией.

— Ладно, я понял, не дурак…

«Ой ли?!» — хихикнуло мое второе «я».

Предатель…

— …Дурак бы не понял, — продолжил я, чуть запнувшись, и добавил: — Пусть сама приходит в себя.

Мы немного подкрепились: все-таки ночка выдалась жаркой и затратной в плане физических и эмоциональных сил, а ничто не компенсирует силы так хорошо, как еда.

Несмотря на усталость, ведь помахать мечом и побегать пришлось изрядно, спать совершенно не хотелось. Нервишки…

Архимаг почти сразу вырубился. Вампиресса тоже уснула. Олграна ушла проверять, как там наши землеройки. Я махнул рукой Литии, тоже очень сильно уставшей.

— Спи и восстанавливайся, тебе сейчас не до дежурства. Я покараулю.

Она отказываться не стала и, приняв позу эмбриона, тут же засопела.

Скукотища… Смотреть не на что. Кругом одни стены и мусор на полу. И заняться нечем.

Хотя… можно ведь протестировать способности гномов. Недолго думая я встал и очень тихо начал обходить склад, проводя ладонью по камню кладки, время от времени постукивая пальцем и прислушиваясь к себе.

Удивительное и странное ощущение. Я действительно чувствовал камень и теперь лучше понимал, как Гонглир, мой кузнец и гном-квартерон, нашел мне тайную комнату и потайной ход. Лучше бы, конечно, молоточком постукивать, но ведь разбужу всех. А мне и так хватает, тем более что моя аура помощнее будет, чем у Гонглира.

Тук-тук, тук-тук…

Что за черт?

Я вернулся немножко назад, где в ощущении камня прошла какая-то пустота.

Неужели ниша? Ход?

«Клад!!!» — завопило мое второе «я».

Я простучал стенку более тщательно. Да, для простого закутка, а значит, и клада в нем площадь пустоты слишком большая, она где-то полтора на три метра, при неизвестной глубине. Скорее, это какой-то ход. А ходы нам здесь совсем ни к чему!

Будить или не будить остальных?

Решил не будить. Угрозы вроде нет, если что, я успею задержать противника, кем бы он ни был, а там и остальные проснутся и наваляют незваным гостям. Стал дальше простукивать каменную кладку еще более тщательно.

Где-то слышал, что в любой структуре, даже самой прочной, есть точка напряжения, к коей приложив относительно невеликое усилие, можно ее — эту структуру — разрушить. Вот и я стал искать такую точку.

Поиски меня увлекли, так что я даже не заметил возвращения Олграны.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Ищу точку напряжения, чтобы разрушить стену и узнать, что за ней находится.

— За ней ничего нет.

— Уверена?

— Да. Элементаль земли мне все показал. Только этот склад остался невредимым, остальные подземелья либо частично, либо полностью разрушены.

— Хм-м…

В этот момент я, кажется, нащупал нужную мне точку.

— Спорим?

И не дожидаясь ответа, что есть силы ударил кулаком по обнаруженной точке напряжения. Стена вздрогнула и прогнулась, а в следующую секунду стала осыпаться.

Досталось и мне: несмотря на мою вампирскую скорость, отскочить не успел. Краем прекрасно отшлифованного камня порезал себе руку, защищаясь от камнепада.

Все, кто спал, тут же вскочили, моментально изготовившись к бою.

— Киррил!

— Все нормально, Лития…

Я отряхнулся от пыли.

— Вечно с тобой что-то происходит, — проворчала вампиресса.

Все подошли ко мне и взглянули в обнаруженную нишу. Архимаг запустил туда светляка, и свет магического файербола осветил стоящую статую.

— Надо же, — усмехнулась Олграна. — Ты теперь не только живых девиц собираешь, но еще и статуи…

Что сказать, я никогда не являлся знатоком скульптуры, но эта статуя меня впечатлила. Идеальное тело, ни прибавить, ни убавить, открытое и, я бы сказал, теплое выражение лица с притягательной легкой улыбкой. Я даже подошел поближе, чтобы разглядеть получше, и, забыв о порезе, облокотился на какую-то тумбу, стоящую перед статуей, обмазав ее кровью.

— Ч-черт…

— Дай сюда… горе ты наше, — проворчала шаманка, и когда я протянул ей руку, она залечила порез, хотя он и так уже стал затягиваться.

А статуя — да, она была красива и как живая. Того и гляди вот-вот сойдет с постамента. Светло-розовый камень делал скульптуру еще более живой и теплой. Волосы сияли позолотой. Глаза выполнены из белого камня с золотыми колечками радужки, с черным горным хрусталем зрачков.

Больше никаких ценностей в нише не оказалось. Прятали только статую. Почему?

— Ксиррел, мы ведь и приревновать можем, — усмехнулась Ссашшиллесса. — Тебе нас мало, ты теперь еще на голых каменных баб будешь пялиться? Это уже ни в какие ворота не лезет…

Я встряхнул головой, прогоняя странное оцепенение. Красиво, конечно, и восхитительно, но это только скульптура, а общаться лучше с живыми. Хотя… думаю, на обратном пути ее можно прихватить с собой. Поставлю где-нибудь — ниш в замке, как раз для скульптур или доспехов, полно. Или все же не стоит? А то вон как на меня зыркают… Драконша наверняка «уронит» груз. Они вон даже, кажется, не против новой «подруги» в лице дроу, но делить меня еще и со статуей…

— Кто-нибудь знает, кто это? — все же спросил я.

Все пожали плечами.

— Скульптура какой-то богини, — сказал архимаг Тарногар. — А какой?.. — Архир вновь пожал плечами.

Понятно. Богов раньше, до Войны, было что грязи. Это сейчас их не больше дюжины. Во время Войны многие оказались либо убиты, либо изгнаны, третьи просто забыты… и исчезли.

— Ладно, давайте спать, — вздохнул я. — Завтра нам надо выбраться из этого города. Кстати, что там с нашими монстрами?

— Роют, — сказала Олграна. — Самых активных я похоронила, а остальным времени докопаться до нас не хватит.

— Ясно.

Я устроился на своем месте и прикрыл глаза. Надо поспать… Завтра нам предстоит много дел, а у нас еще груз в виде дроу нарисовался. Все еще не пришла в себя…

Некто. Нечто. Негде…

Что это было?..

Если бы я была простой смертной, то сравнила бы испытанное ощущение: как от удара плетью.

Но это меня разбудило. Вырвало из лап Небытия.

О вечность! Сколько прошло времени?..

Много… По меркам смертных — так и вовсе прорва… Смертные забыли меня практически сразу после Битвы…

Как же мало осталось сил… Еще немного — и я растворюсь в Эфире навсегда, как растворились в нем другие… причем гораздо более сильные, чем я. Храмы разрушены, якоря притяжения разбиты, нет больше потоков маны от верующих.

И у меня нет, но есть якорь… всего один, и именно он не дал мне развеяться и окончательно исчезнуть, как остальным.

Кто выиграл Битву? Армарий или Трасскор?

Если первый, то мне лучше не высовывать носа — убьет, если второй, то… тоже лучше не показываться, пока не наберусь сил, чтобы со мной можно было считаться, иначе сделает меня своей ипостасью — еще одним ликом, а это немногим лучше смерти.

Что же делать? Из следующей спячки я уже не выйду. А сил можно набрать, только имея верующих…

Придется рискнуть…

Итак, где и кто меня разбудил?

Верховный храм… уже лучше, якорь все еще крепок, как нигде. Статуя цела — еще лучше, не придется тратить и без того крохи сил на создание материальной аватары.

Кровь… кровь рассара… теперь понятно, откуда ощущение удара. Кровь — это не ко мне, это к богу войны.

Подношений нет… значит, он разбудил меня случайно… ну да, поранился, разбивая кладку, и измазал кровью якорь — алтарь.

Но выбора нет, мне нужны силы, и только он может мне их дать, даже без веры. Хотя как только увидит меня в проявлении, то тут же поверит, хи-хи…

Воплощение в аватаре…

На воплощение ушло на удивление много сил, но оно и понятно: статуя давно растеряла намоленность, остались лишь следы…

Я спустилась с постамента… Хм-м, странная компания… Спите дальше… и пусть вам приснятся хорошие сны.

Рассар…

Человек вздрогнул и открыл глаза… и опять вздрогнул. Удивление и страх… Страх мне не нужен… он доставляет мне боль, я не богиня Ужаса, чтобы получать от него силы.

— Не бойся меня, человек…

— К-кто ты?

— Арсилена, богиня красоты.

Страх из человека быстро ушел. Я не лгу — я не богиня Лжи.

— Э-э… чем обязан… прекрасная?

И он не лжет. Я чувствую его восхищение, и столь сильное, что оно наполняет меня силой, пусть всего лишь махонькими капельками, но будь на его месте обычный человек, не получила бы ничего. Однако этого мне все же бесконечно мало…

— Ты разбудил меня, выдернув из Небытия.

— Э-э… это хорошо или плохо?

— Это хорошо… не сделай ты этого — и еще через пару тысяч лет, а может, и раньше, случись здесь катастрофа и разбейся алтарь со статуей, я не проснулась бы никогда и исчезла…

— Ясно…

— Кому ты посвящен?

— Никому.

— Совсем? — удивилась я.

— Совсем. Раньше я вообще был атеистом. Но теперь…

— Удача…

Обо мне никто из ныне живущих богов тот же час через своего последователя не узнает. Он вообще, оказывается, не верил в богов! Ну надо же! Кто бы ни победил, они что, совсем мышей не ловят, оставив без пригляда рассара? Ведь из него можно сделать не просто паладина, коих можно слепить из простого смертного с Даром, а настоящего Героя! Удивительная слепота… или они совсем зажрались, что рассары толпами бродят, и они придирчиво выбирают лучших? Сомнительно…

Жаль только, что мне не воспользоваться им… Даже богине любви он подошел бы. Она могла бы сделать из него… Героя-любовника, хи-хи! Хотя, если судить по этой парочке-троице, что прижалась к нему, он и без нее справляется, ха-ха!

Интересно, Малаина выжила в Битве? Впрочем, чего я гадаю, вот же передо мной источник информации!

— Как тебя зовут, рассар?

— Кирилл…

— Кирьиил… какое необычное имя…

Присев, я коснулась лица рассара.

Как интересно! Иномирец… владетель… почти король государства полукровок. Трасскор…

Значит, все же Трасскор вышел победителем. Все лучше, чем Армарий.

А это еще что за Неназываемый?

Ладно. Все вопросы потом. Мне нужна сила… и как можно больше.

— Кирьиил, мне нужна твоя помощь.

— Все, что в моих силах…

— Это в твоих силах! Собственно твоя Сила мне и нужна.

— Хм-м… и как мне ее передать?

— О, ты в этом мастер! Этот способ мне вполне подойдет!

— Понятно, — усмехнулся человек. — Вот только…

Он посмотрел по сторонам на своих подружек, а также еще двух возможных свидетелей.

— Они нам не помешают, — улыбнулась я, и мы оказались одни в прекрасном саду.

— Где мы?

— Это не так важно… иди ко мне — и сделай это красиво…

— Постараюсь…

Кирилл. Он же Кирьиил

У меня чуть сердце из груди не выскочило, когда я увидел перед собой ожившую статую с сияющими золотом глазами и сверкающим золотом же волосами. Почему не заорал, сам не пойму. Наверное, угрозы все же не почувствовал, ведь захоти она — прибила бы сразу.

Немного поболтали, и выяснилось, что… Ну знаете, девушки обычно обвиняют мужчин, что им-де от них только одного и нужно. Ну вот и девушкам, как оказывается, даже богиням, от меня только одного и нужно… Но, в отличие от девушек, я по этому поводу особо горевать не стал (ибо не девушка, гы) и исполнил все в лучшем виде. Сам себя превзошел… ну оно и понятно, богиня все же, тут в грязь лицом никак упасть нельзя. Наизнанку вывернулся!

Ожидал, что вырублюсь к чертям, как после забав с Хайллейсой, и не на сутки, а хорошо если на неделю, тут все-таки богиня из меня силы выкачивала, а не какая-то демонесса. Поздновато, кстати, об этом аспекте вопроса подумал, когда уже все закончилось, но тут сами понимаете, у нормального мужика при виде красивой девушки мозг отключается напрочь, и включается кое-что другое… Но ничего подобного. Возникло странное противоречивое ощущение слабости и силы. С одной стороны, чуть с ног не валился, а с другой — меня переполняла энергия.

— Благодарю, Кирьиил, — сказала Арсилена, поцеловав меня в губы. — Возьми вот это…

В ее руке появилась какая-то офигительно красивая финтифлюшка с большим бриллиантом на золотой цепочке.

Так и захотелось сказать, что, дескать, гусары с дам денег не берут…

Богиня заливисто расхохоталась.

Проклятье! Да она мои мысли читает!!!

— Не читаю я твоих мыслей, хоть и могу, — все еще смеясь, сказала богиня.

— Э-э…

— У тебя все написано на лице. Нет, это не плата. Это своего рода мой якорь.

— Э-э… зачем?

— Я прошу тебя создать в своих владениях храм в мою честь.

Значит, платить придется мне… И весьма нехило: храм стоит ого-го сколько!

Богиня только усмехнулась.

— Пошляк. Богиня любви, если бы она снизошла до тебя, за такие мысли тут же прибила.

— Э-э… прости. И я с радостью построю храм в твою честь. Моим… подданным такая покровительница не помешает.

— Это точно!

А что тут скажешь? Увы, в подавляющем своем большинстве полукровки оказались далеки от идеала красоты в моем понимании. Так что влияние на них богини красоты точно лишним не станет. И у нее появятся самые искренние почитатели с очень жаркими молитвами, что обеспечит ей особенно сильный поток маны.

— Что мне с ним делать?

— Просто вставишь в алтарь.

— А скульптура?

— Если не сможешь забрать эту, то сделай новую, не принципиально.

— Точно такую же?

— Любую, только как можно более красивую. Я потом при воплощении доведу ее до идеала.

— Ясно…. Я надеюсь, ты не хочешь, чтобы я стал верховным жрецом?

— Это было бы неплохо, — улыбнулась богиня, — но — нет. Первыми жрицами станут те, кого я осеню своей благостью.

— Сделаешь из гадкого утенка прекрасного лебедя?..

— Что-то вроде того… На пару чудес сил хватит… а дальше пойдет мана от верующих. Благодарю, Кирьиил, за то, что вернул меня к жизни.

— Да не за что… Если что — сил там на очередное чудо не хватит, храм новый построить — всегда рад помочь…

Богиня вновь расхохоталась.

— Я запомню! Ну а теперь тебе пора…

Глава 16

Кирилл. Избранник богини красоты

Ф-фу ты… приснится же. Хотя сон приятный, с этим не поспоришь.

Сев, я с силой растер лицо руками, почесал грудь — не мешало бы помыться — и так и застыл. На груди болтался подарок богини.

Значит, не сон…

— Ты чего как пыльным мешком стукнутый? — поинтересовалась Олграна.

Шаманка только что вошла в зал склада из коридора. Вновь проверяла, как там глубоко к нам докопались твари.

— А? Нет, ничего…

— Точно?

— Точно-точно, — кивнул я, поспешно застегивая рубашку. — А как там эти твари?

— Никак. Докопаться они до нас не смогли, а с рассветом и вовсе разбежались по темным норам, как ты и предполагал.

— Уже рассвело? Значит, пора выбираться и уматывать из города.

— И я о том же.

От нашего не слишком-то тихого разговора стали просыпаться остальные.

— Какой красивый сон мне приснился… — потянулась Лития с блаженной улыбкой.

— И мне, — кивнула вампиресса.

— Вот как? — вздернула бровь шаманка. — Хм-м, странно…

Я зацепил взглядом архимага, тоже выглядевшего как «из-за угла пыльным мешком стукнутый». Впрочем, я прекрасно знал, чьих рук это дело. Вон она стоит, на постаменте…

Тарногар подозрительно оглядывался по сторонам, и, судя по отстраненному взгляду, смотрел он истинным зрением, и взгляд в конце концов остановился на мне.

Что-то почуял, подумал я. Да и не удивительно — все же божественная финтифлюшка на груди болтается. Остается надеяться, что она фонит не слишком сильно и не привлечет тварей.

— Чего странного? — удивилась Лития.

— Наверное, ей тоже что-то красивое снилось, — сказала Ссашшилллесса.

— Правда?

— Правда, — подтвердила Олграна. — А тебе, Кэррэл, что приснилось? А то при пробуждении видок у тебя был такой… наверняка чем-то со сном связанный.

— Киррил?

— Ксиррел?

— Да что вы пристали ко мне с этими снами… нормальный мне сон приснился… обычный. Собственно, даже не помню о чем.

— Врет, — категорично заявила вампиресса.

— Однозначно, — согласилась Олграна.

— Ну, Киррил?!

— Да ладно, если не хочет говорить, пусть молчит, — махнула рукой орчанка. — Что ему, мужику, могло присниться красивого… Просто странно это все… хорошие сны после такой «горячей» ночки. Это ненормально. Тут впору кошмарам сниться.

— У меня кошмары снятся только после, хм-м… Ладно вам, приснилось красивое и приснилось, давайте собираться… — сказал я.

— Слушайте, а вам не кажется, что со статуей что-то не так? — вдруг заявила Ссашшиллесса, осматривая скульптуру, при этом склонив голову набок.

Все подошли к статуе.

— А чего с ней не так? — разыграл я удивление.

— Да как будто поза чуть изменилась…

И правда…

— Да ничего подобного… как у статуи вообще может измениться поза? Это же статуя! Просто освещение немного не там, как раньше, отсюда и оптический обман, и нам кажется, что поза изменилась.

Краем глаза я заметил, как архимаг усмехнулся. Он, как видно, что-то хотел сказать, но, напоровшись на мой хмурый взгляд, решил от греха подальше промолчать.

— Лучше давайте подумаем, что с этой… статуей делать, — показал я на дроу, все еще находящуюся в бессознательном состоянии.

— Да ничего, — сказала Олграна, — хватай ее да пойдем.

Пожав плечами, я только нагнулся, чтобы подхватить дроу на руки, как она открыла глаза, и в следующий момент я от удара ногами в грудь отлетел к противоположной стене.

— Не прикасайся ко мне своими грязными лапами, мерзкий чел!

Дроу. Глава группы охотников за артефактами

Какое трудное пробуждение… И неудивительно после полного магического истощения.

Эти твари… как же они нас учуяли?

Драйкст… Шарстер… Нитрейла… Майла…

Голоса… чужие голоса… Чужие!

— …Хватай ее да пойдем…

Кто-то склонился надо мной, чужой, и попытался схватить… а я связанная! Я в плену! Но никто и никогда не сможет похвастаться, что пленил дроу! По крайней мере, легко!

Стремительно извернувшись, я ударила обеими ногами чужака в грудь.

— Кхыр…

— Кэррэл, как ты?! — спросила человека орчанка.

Глаза наконец приобрели необходимую четкость восприятия.

— Да вроде в норме… — ответил тот, приложив руку к груди через доспех, а потом, поморщившись, тяжело перевалился на живот и встал на ноги.

Мне в грудь уперся посох человечки, как видно, некромантки, а к шее прикоснулось острие меча вампирессы, длинные клыки показали ее суть.

Рядом появился еще один человек и, если не ошибаюсь, довольно сильный маг.

Я попала в плен к конкурентам. Правда, странные они какие-то, ну да чего только не бывает в Проклятых землях. Вполне могла собраться и такая необычная группа.

— А ты лежи спокойно и не дергайся, неблагодарная черная пещерная плесень! — прикрикнула на меня орчанка. — Если бы не он, если не прикасался бы к тебе, таща на себе, то быть тебе разорванной на сотни кусочков и сожранной теми тварями, что на вас напали! Я уже молчу о том, что вы всполошили всех тварей в городе и нам самим пришлось спасаться.

Тут я вспомнила, что когда мы отступали, нам действительно помогли. И, видно, помогли именно они. И очень интересно, чем они нас прикрывали, что этих тварей рвало на куски, а мы со своей мощной магией хорошо если только могли их оглушить, а заговоренные мечи их почти не брали!

— Ладно, девочки, потише… я так понимаю, она не со зла, а чисто на рефлексах при пробуждении на чужака среагировала, — сказал человек, которого я ударила. — Ведь я прав?!

— Да… Я прошу прощения, что напала… и за свои слова. Еще кто-нибудь спасся из моей группы?

— Нет. Больше нам спасти никого не удалось.

— Благодарю… Чего вы хотите за мое спасение?

— В смысле?

— Выкуп какого размера вас устроит за мое освобождение? — повторила я, демонстративно шевельнув связанными руками, непонятливому человеку. Или он надо мной издевается?

Тот неожиданно фыркнул и сказал:

— Это так, для страховки, как раз на тот случай, если ты проснешься, увидишь чужаков вокруг и, не разобравшись, спросонья начнешь нас всех живота лишать, и, как видишь, мера оказалась нелишней… Я тебя освобожу от веревок, как только ты пообещаешь никому не причинять вреда.

— Без выкупа?!

— Без выкупа. Ну так что, клянешься?

А куда деваться? В одиночку бродить по Проклятым землям — чистое самоубийство.

— Ч-черт! — воскликнул человек, прижав руку к груди.

— Что такое?! — всполошилась орчанка.

Да и остальные проявили озабоченность, кроме мага.

— Да что-то твой амулет сдох раньше времени… хоть и мифриловый.

— Странно, он еще как минимум неделю должен был работать…

Я взглянула истинным зрением и чуть не ослепла, инстинктивно дернувшись назад.

Рассар!!! Этот человек — рассар!

Мой рывок не остался без внимания, и все посмотрели на меня. И мелькнуло в этих взглядах нечто, заставившее меня вздрогнуть и сжаться. Так обычно смотрят, когда решают: жить кому-то или умереть. Похоже, я стала свидетельницей тому, чему быть свидетелем не стоит. Ну а что принято делать с лишними свидетелями?..

— Я, Тарсарана из клана Гарсарин, — поспешно начала я давать клятву, пока они не пришли к логичному решению в отношении меня, — клянусь, что не причиню никому из присутствующих вреда… Также клянусь вернуть долг жизни моему спасителю.

На лицах женщин промелькнуло нечто вроде разочарования… Пожилой маг только хмыкнул, а рассар слегка поморщился.

Орчанка, порывшись в своем мешке, достала мифриловый амулет, что и надел рассар, тут же скрыв свою ауру.

Эта команда еще более необычна, чем можно было подумать. Да, собственно, одно наличие рассара делает ее уникальной!

— Так-то лучше, — сказала вампиресса.

Наклонившись еще раз, человек развязал мои руки.

— Ну вот и все, Тарсарана… Раз уж назвалась, то и мы представимся. Я — Кирилл, барон Гаремский, это Олграна, Лития, Ссашшиллесса и архир Тарногар. Насчет клятвы жизни это было лишним… Сама идти можешь? Нам нужно как можно быстрее убраться из города.

— Наверное…

Человек протянул руку, желая помочь мне встать, но я не обратила на нее внимания. Я не настолько слаба! Ну, может, и слаба, но надо только сделать пару глотков эликсира — и приду в норму и не буду позорить народ дроу своей слабостью.

Мои вещи оказались неподалеку, и что самое интересное — их не осматривали. Странное поведение для поисковиков. Уж вещи и добыча спасенного по праву считаются достоянием спасителей. Но нет, не взяли. Даже все мое оружие при мне! Не говоря уже о хлысте!!!

Что это, безалаберность или полная уверенность в своих силах? Хм-м, если подумать, как они расправлялись с теми тварями, то, наверное, правильно последнее.

Встав, я подошла к своему мешку и достала эликсир. Пара глотков — и меня наполняет силой.

И только теперь я заметила, какое именно вооружение имеет эта группа! О богиня! Они все буквально обвешаны сырым и преобразованным мифрилом!!! Что при таком богатстве они вообще забыли в Проклятых землях?!

— Ну чего застыла, как та статуя? — грубо произнесла орчанка. — Пришла в норму — тогда двигай ногами, или тут решила остаться?

Она первой, что-то недовольно бурча под нос на орочьем, пошла в проход. За ней, посмеиваясь, двинулся человек-маг. Подхватив свой мешок и оружие, следом двинулась я. Потом некромантка с вампирессой и этот рассар.

Шаманка проложила ход наверх, через толщу земли, причем со ступеньками, и мы без проблем выбрались на свет.

Вампиресса тут же прикрыла глаза странной штукой с темными стеклами.

Мне бы тоже не помешала такая… Солнце ярко слепило, а мне, как представительнице подземного народа, это не слишком приятно. Впрочем, немного магии — и глаза защищены.

Мою просьбу сходить на место сражения они уважили, но, конечно же, ничего от моей группы не осталось, как и от самих тварей. Их сожрали. На месте лишь кучи помета. Тут и там валялось оружие. Все мешки оказались разорваны, а также их содержимое. Целым остались лишь артефакты, что мы успели добыть в этом городе. Немного, очень немного.

Оружие я быстро собрала и спрятала в одном из зданий. Позже заберет очередная группа, если я смогу передать им данные о тайнике. Что касается артефактов, то они заинтересовали всех, кроме рассара.

Но, вопреки моему ожиданию, они не стали забирать артефакты себе. Хотя могли бы. И потом, мне лишняя тяжесть… но это тяжесть приятная. Среди них есть несколько сильных боевых артефактов.

Закончив со всеми делами, мы вновь двинулись в путь.

— Могу я поинтересоваться у господина, куда мы держим путь?

— Мы идем домой, в мои владения. И не называй меня «господином», можно просто по имени.

— Хорошо, Кирнрел.

Двигаясь по городу, мы вышли на центральную площадь. Здесь деревья практически не росли, что заинтересовало эту странную группу, и, убедившись, что никаких опасностей нет, они подошли к выпирающему из земли большому круглому камню десяти шагов в диаметре — портальной площадке.

— Это то, что я думаю? — спросил рассар, как-то странно глянув на мага.

Его спутницы вдруг все напряглись, бросая озабоченные взгляды то на человека, то друг на друга.

Чего это они?

— Да. С помощью этих портальных камней раньше путешествовали между мирами.

Кирилл. Он же Кирнрел

Странное ощущение… Вроде вот он, путь домой, найден без особых проблем, и, как я знаю, архимаг сможет его активировать и простым перебором найти путь ко мне домой, все дело лишь во времени.

Но… как-то уже не тянуло. Совсем. Хотя, конечно, волна ностальгии время от времени накатывает — по зомбоящику, интернету и прочим благам развитой цивилизации, кои здесь если и появятся, то очень и очень не скоро.

Опять же мы в ответе за тех, кого приручили. Хотя насчет того, кто кого приручил, это, конечно, вопрос по меньшей мере спорный.

Но дети… не бросать же их на произвол судьбы, в самом-то деле!

Да и с камнем этим мороки… Здесь с ним работать будет просто невозможно. Для этого придется вычистить весь город от тварей, что в Проклятых землях дело бесперспективное. Легче, наверное, вычерпать озеро чайной ложкой.

Переть его к себе в замок? На данном этапе это технически невозможно. Разве что сделать большой дирижабль. А его еще построить надо, что тоже работы на пару-тройку лет. В общем, мороки много, а результат вроде как и не шибко нужен. Вот если можно было бы прогуляться по собственному миру, а потом вернуться… Но вряд ли это так просто, если вообще возможно. Для надежной связи нужен такой же портал с той стороны. А так это будет ход в один конец.

Я тяжело вздохнул — и тут увидел устремленные на меня настороженные взгляды и почувствовал себя мелким гадом.

— Расслабьтесь, девочки, — улыбнулся я. — Никуда я от вас не уйду.

Они хоть и попытались дружно сделать вид, что, собственно, они и не напрягались, но меня им не обмануть. Не только они научились меня читать, но и я их. А значит, и вправду к чертям собачьим это портальный камень с возможностью вернуться домой. Там меня ничто не ждет. Только одни проблемы, даже если загружусь золотом и драгоценными камнями. При попытке все это реализовать меня, скорее всего, тупо грохнут…

Тарсарана, спасенная дроу

— Идемте, не будем задерживаться, — весело сказал человек, как оказывается, не только рассар, но еще и иномирец, и зашагал так легко, словно сбросив с себя тяжелую ношу, что придавила его при виде этого камня.

Так мы и двигались по Проклятым землям строго на юг, хотя человечьи земли за болотом на западе. Они нигде не задерживались и не занимались поисками артефактов, значит, уже нашли что искали. Интересно, что же они такое нашли… ну не тот портальный камень, в самом-то деле?

Рассар…

Похоже, это моя самая ценная находка в Проклятых землях. Да и не только моя, а вообще для народа дроу. И похоже, это хорошо, что я дала клятву жизни, — это даст мне возможность находиться с ним подольше и склонить его на нашу сторону.

А рассар нам не помешает. Ой, как не помешает! Возможно, он станет тем фактором, что даст нам преимущество в войне с эльфами. А то в последнее время они что-то слишком сильно активизировались. Того и гляди вновь попробуют нас прикончить, а вместо этого сами подохнут!

Так что надо с ним быть поласковее… хоть он и человек. Но о его расе лучше сразу забыть. Главное — кто он по своей сущности!

На краю Проклятых земель меня ждал сюрприз, что чуть не заставил схватиться за хлыст и попрощаться с жизнью: рядом с нами приземлилась костяная драконша. Оказалось, что это не тварь Проклятых земель, а питомица некромантки, вечно жмущейся к рассару.

Вот только ее убийство ничего не даст… она не одна к нему жмется, но и орчанка, и даже вампиресса! Слишком много трупов… рассар сразу прочухает, чьих это рук дело, да и не могу я их убивать, клятву ведь дала. Более того, судя по разговорам, они не единственные, и там, куда мы идем, его ждут еще… подруги.

Вот же… Становиться одной из них? Что ж, можно и наступить на горло гордости ради всего народа дроу.

Полет запомнился плохо, просто в какой-то момент мы очутились на крыше. И тут я увидела всех подруг Рассара. На шею ему тут же прыгнула «тяжелая» гоблинка. Смущенная гнома. Оборотница. И даже дриада вылезла из дерева!

М-да… Если считать и меня, то не хватает как раз светлой эльфийки — и будет полный комплект! Ну разве что без огры и тролли. Но это уже явно перебор с такими монстрами водиться…

Кирилл. Вроде как девятиженец… хотя богиня ведь в гарем не вошла, так что пока восьмиженец

Ну, вот мы и в замке. На шею мне сразу после посадки Волги с радостным писком кинулась Зеленоглазка и ко мне практически никогда не подпускала до самой купальни. Ну а в купальне…

Ну и, как положено по возвращении, устроили своеобразный пир.

— Как у вас вообще дела? — спросил я после утоления первого голода.

— Хорошо, — ответила Зеленоглазка и, мотнув головой в сторону дроу, которую я представил остальным еще на крыше, спросила: — А она здесь останется?

— Вряд ли, — ответил я под смешки присутствующих. — Думаю…

— Вы хотите меня прогнать? — изумилась Тарсарана.

— Э-э… не понял? — уставился я на эту серолицую блондинку. — Разве ты не хочешь вернуться домой? Мы могли бы тебя доставить с ветерком на Черной Молнии в любое место, куда покажешь.

— Но как же я тогда смогу исполнить свою клятву, если вернусь в пещеры?

— Я освобождаю тебя от клятвы…

— Это невозможно.

— Ну и фиг с ней… забудь о ней и живи дальше.

— Это тоже невозможно. Если я окажусь в местах, где не смогу вас защищать, это будет воспринято заклятием клятвы как нарушение, и она начнет меня постепенно убивать.

— Вот же… засада, — приуныл я.

Можно, конечно, попробовать включить свою рассарскую магию и изменить принесенную клятву, как договор суккуба… Но что там можно изменить, собственно? Клятва она и есть клятва.

Совсем убрать? Мне опыта с Тамгарией за глаза хватило, еле откачали. Так что черт с ней, пусть получит возможность исполнить клятву и спасти меня. Мне же лучше, от такой телогре… то есть телохранительницы, грех отказываться.

— Что ж, раз такие дела, придется тебе оставаться при мне. Правда, в замке мы надолго не задержимся и вновь двинемся в Проклятые земли.

Дроу резко поскучнела.

Чего это она? Там ведь шанс спасти меня гораздо выше, чем в замке.

Или просто ей напомнил, что она там потеряла товарищей?

«Или то, что в походе перепихнуться с тобой возможности не будет!» — вылезло мое второе «я».

Хм-м… думаешь, из-за этого?

«Да сто процентов!»

А чего так? Не сказать, чтобы она на меня запала.

«Конечно, нет! Не льсти себе! — засмеялся мой внутренний голос. — Люди для них в лучшем случае рабы!»

То есть и меня…

«А ты надеялся на что-то иное?! Ты — рассар! А рассар в хозяйстве никогда лишним не будет! Тебя даже сами люди на цепь посадят! Но рабом ты будешь не простым, а золотым! Она ведь и клятву дала только после того, как узнала, кто ты есть на самом деле. Не забыл? И ты слишком ценен, настолько, что тебя захотят заполучить, даже через соблазнение. А уж если учитывать, что они с эльфами на ножах, и несмотря на то что находятся в пещерах, захватить которые задача не из легких, все равно потихоньку терпят поражение, и выходит, что ты ей и ее народу очень нужен!»

Хм-м… а ведь действительно может быть правдой.

«Но это ведь не значит, что ты будешь закрываться на засов и бегать от нее?! Попробуешь наконец, что такое садо-мазо!»

Ну, возможность добраться до меня у нее еще не скоро появится!

«Это да!»

Мрингара. Гремлинка-квартеронка, служанка, дочь Пармера, управляющего замком Гарем

Слава богам, хозяин вернулся из похода целым и невредимым. Надеюсь, ему и дальше будет сопутствовать удача, и он не оставит нас… Потому как если он пропадет… даже думать не хочу, что случится. Нам хватило прежнего владельца замка, проклятого некроманта, убивающего не то что за косой взгляд (мы даже на это неспособны были), а просто от неудачи в своих мерзких экспериментах, срывая на нас злость.

Но хозяин, как всегда, остался верен себе и привез из похода еще одну девушку, что уже стало притчей во языцех, на этот раз дроу. Так он скоро всех соберет, хи-хи…

А дроу красивая… Да и остальные его спутницы тоже весьма красивы. Особенно госпожа Галлогала преобразилась. Эх-х… мне бы их красоту. Хотя бы десятую часть от любой из них. А то, глядя на них, даже в зеркало смотреться не хочется… Эти зеркала хочется разбить.

И жаль, что он не может меня, да и остальных поправить, хоть и исправляет врожденные патологии оборотней. Но у них ошибка, а у нас все естественно… так что ему вроде как не к чему прикладывать усилия для исправления. Я специально узнавала у одного из учеников госпожи Олграны, а он в свою очередь у нее. Хотя ученику этому я приглянулась…

Но ведь госпожа Галлогала изменилась! Я ведь помню, какой она была… то, что было, и то, что есть, — большая разница!

Но он с ней спал… а со мной вряд ли станет… слишком уж я неказистая… да что там, откровенно страшная. Он меня просто не захочет… не сможет.

Эх-х…

А если все же как-то сможет, то это ведь не сразу проявится, не за одни раз. Со мной придется долго работать… Я бы и рада работать над внешностью с хозяином, хи-хи… Но боюсь, мне исправленную таким «трудом» внешность сделают еще хуже, чем есть, кто-нибудь из них… либо госпожа Галлогала, либо госпожа Олграна… остальные просто могут убить. И смерть при этом будет еще наилучшим выходом. А то госпожа Ссашшиллесса может высушить, госпожа Лития — превратить в зомби. Бр-р…

«Хочешь стать красивой?» — раздался у меня в голове женский голос.

Я чуть не вскрикнула. Хорошо, что моей дрожи никто не заметил, а то я аж подпрыгнула. Разве что отец приметил, вон как глянул обеспокоенно, так что надо себя держать в руках. Я дала знак, что все в порядке. Но кто бы знал, как нелегко далось мне это спокойствие…

К-кто эт-то?

«Арсилена — богиня красоты».

Правда?

Я засомневалась. Никогда не слышала о такой.

«Правда. И не сомневайся… Так что, ты хочешь стать красивой?»

Конечно!

Я выбросила все сомнения из головы. Это точно не демоны и не духи. Я это как-то почувствовала. А значит, со мной и впрямь разговаривает богиня.

«Но ты понимаешь, что ничто не дается просто так?»

Н-но у меня почти ничего нет…

«Можно отплатить действием».

И что я должна сделать?!

«А как далеко ты готова зайти?»

Я сделаю все, что ты скажешь!

«А если я скажу убить господина?»

Э-э… нет, я не пойду на это… лучше я останусь уродиной, чем…

«Молодец! Мне и не нужна его смерть, скорее наоборот… А тебе в обмен на мой дар придется стать моей первожрицей. Ты согласна?»

Конечно! Это великая честь для меня!

«Да будет так…»

Меня окутал разноцветный искрящийся туман, что быстро закружил вокруг, а когда он пропал, все открыв рты и широко распахнув глаза с изумлением смотрели на меня. Оно и понятно, ведь только что пароизошло чудо… должно было произойти… Надо как можно скорее добраться до этих ненавистных зеркал и увидеть, что получилось!

Но бежать пока нельзя… Надо хотя бы отца успокоить, а то его вот-вот удар хватит!

Но то, что сказал хозяин, глянув куда-то в потолок, удивило не только меня, но и всех прочих, наверное, даже еще больше, чем происшедшее со мной:

— Вот же, блин… да помню я, помню… сегодня же распоряжусь насчет храма… дай хоть доесть спокойно.

Кирилл. Объект охоты со стороны дроу

Я прикусил язык и стал надеяться, что сказанного мною никто не услышал.

Увы, надеждам было не суждено сбыться. Все с изумлением повернулись ко мне, в том числе изрядно похорошевшая виновница происшествия. Похорошевшая — это еще мягко сказано. Страшненькая девочка превратилась в ослепительную красотку.

Я, естественно, сразу понял, чьих это шаловливых ручек дело. Конечно же Арсилены — богини красоты. А теперь вот выпутывайся как хочешь.

Ну вот что ей мешало преобразить кого-то вне замка? А если и в замке, то не в нашем присутствии? Но вот подгадила мне…

— Ты ничего не хочешь нам сказать? — поинтересовалась Олграна, первой отошедшая от потрясения.

Тяжело вздохнув и мысленно сплюнув, я, осознав, что лапшу им на уши вешать бессмысленно, они меня быстро раскусят, стал каяться:

— Помните статую там, в городе?

Олграна, Ссашшиллесса и Лития согласно кивнули.

— Мы там статую одной забытой богини нашли, — пояснил я остальным. — Ну и…

Я замолчал, пожав плечами и разведя руками.

— Она почуяла тебя, вселилась в статую и жестоко тебя изнасиловала! — хохотнула вампиресса.

— Ну, не то чтобы изнасиловала… но… В общем… верно.

— В общем, голова у тебя отключилась, та, что за думалку отвечает, — закончила за меня Лития.

— Ну да… богиня, как-никак… да еще красоты.

— А то можно подумать, ты стал бы сопротивляться? — усмехнулась Олграна.

Я смолчал. В общем-то, особой вины за собой я не чувствовал. Я ведь до сих пор ее пленник, если уж на то пошло. Да и остальные со мной связались не от великой любви ко мне… они продолжают что-то получать от меня: кровь, энергию, ощущение жизни… так что требовать от меня верности с их стороны как минимум глупо.

И они это поняли, потому прессовать дальше не стали.

Если и было перед кем неудобно, так это перед Зеленоглазкой, да еще Тамгарией. Но и от нее обиды не чувствуется. Она знала, что не будет единственной, так что появление еще одной, к тому же богини, ее не расстроило.

Мягкая Лапа тоже ничего не получает от связи со мной, но наши отношения — это скрепление договора с оборотнями о дружбе и согласии.

— И что она потребовала взамен? Построить храм? — спросила Мягкая Лапа.

— Да… вот и камень-якорь для алтаря дала, — показал я алмаз.

Я решил переключить внимание на девушку, спросив:

— Она тебе что-то сказала?

— Да господин, она хочет, чтобы я стала ее первожрицей…

— Хорошо. Тамгария… позови главного архитектора. Согласуем с ним как место для будущего храма, так и его вид.

Гнома согласно кивнула.

— Скульптор еще нужен, — пробормотал я.

Впрочем, статую я сам попробую сделать. Как сказал один скульптор, для создания скульптуры надо взять камень и отбить все лишнее. Я и отобью. Камень я чувствую… Есть такое чувство, что получится. Наверняка это закладка богини. Подсуетилась…

— Кстати, у нас гости, — вдруг сказала дриада.

— Кто?!

Дрианда отчего-то усмехнулась и посмотрела на дроу, все это время просидевшую с открытым ртом и изумленным взглядом…

Глава 17

Ладоллиэль, светлый эльф. Великий князь Рассветного леса

Эх-х… старость не радость… Третье тысячелетие разменял… Вроде бы не так уж и много для эльфа, обладающего достаточно сильным Даром, но не в моем случае. Если бы не рана, полученная от этих мерзких приспешников тьмы, что не поддается излечению даже самыми лучшими магами жизни, я вполне смог бы протянуть всю десятку. А так… локализация хаоса в ауре отнимает слишком много сил, а значит, и на порядок сокращает жизнь, ускоряя старение.

Я сел в мягкое кресло в своем рабочем кабинете.

Пора, пора передавать дела сыну… он уже готов, давно готов. Но сначала надо отомстить! Собственно, только из-за жажды мести я все еще на троне, только она мне дает силы жить. Дроу заплатят мне за все, и пещеры не спасут их от моего гнева! Тем более что я сам поведу армию.

— Альмитиэль! — позвал я.

Секретарь тут же вошел в кабинет с папкой в руках и церемониально поклонился.

— Ваше величество…

— Что слышно от гномов? — спросил я, замерев в ожидании.

Без солдат-гномов в пещерах дроу нашим воинам нечего делать. Положат всех. Только гномы смогут хоть как-то прикрыть эльфийских воинов, а их маги земли — не дать дроу обвалить на наши головы потолки пещер.

— О, ваше величество! Хорошие новости! — воскликнул Альмитиэль, даже не глянув в документы, но оно и понятно, он и так все знает, что в них написано. — Сразу десять кланов готовы дать вам своих солдат!

— Действительно… И много дают?

— До пяти сотен воинов каждый! Плюс по два десятка магов земли.

— Вот уж и вправду прекрасная новость. Только с чего такая щедрость?

— Ну, по поводу щедрости это спорный вопрос, ваше величество…

— Я не о деньгах, — отмахнулся я. — Понятно, что они затребуют тройную цену… Я о самой возможности дать солдат. Раньше они не горели желанием соваться к дроу ни за какие деньги.

Вот уже почти семь сотен лет я не мог уломать гномов выделить хоть сколько-нибудь серьезную армию для проникновения в пещеры дроу. В лучшем случае удавалось собрать пару сотен совсем безбашенных гномов из тех, кому, похоже, жить надоело, за столь же бешеные деньги. Но и с ними ничего серьезного провернуть не удавалось. В лучшем случае провести небольшую вылазку да разгромить пару-тройку селений этих мерзких хаоситов. А все из-за прошлого неудачного похода, когда они выставили две тысячи воинов и половина из них полегла.

Сейчас же они мне официально предлагают почти пять тысяч своих солдат, точнее, столько, на сколько хватит моих финансовых возможностей. Но это как раз не проблема. За семь сотен лет я собрал достаточно золота и драгоценностей, чтобы оплатить наем серьезной армии, как эта. А также магов и рабочих.

Я невольно усмехнулся. Ведь золото гномское. Им они расплачивались за дары нашей Пущи, за растения, соки, плоды и корешки, все то целебное и магическое, что там росло.

— Помните, ваше величество, я докладывал о новом владетеле, что захватил замок, принадлежавший прежде некроманту…

— Помню, конечно. Он еще создает государство из полукровок… и хорошенько навалял оркам.

— Да, ваше величество…

— И при чем тут он?

— Он успел навалять не только оркам, но и людям, а потом и гномам, когда они к нему полезли.

— Зачем? — удивился я. — Ну ладно люди, они без войны просто жить не могут, все бы им друг дружку резать, благо плодятся как кролики, а учитывая их нелюбовь к полукровкам, желание разорить зарождающееся государство понятно, ибо в будущем имеет все шансы стать весьма сильным. А гномы-то чего к нему полезли?

— Темная история, ваше величество… гномы не самые болтливые разумные. Но по непроверенным данным, этот человек вроде как похитил дочь главы Серебряной горы, пожелав сделать ее своей наложницей, а тот собрал своих союзников и пошел на этого человека войной.

— Большие потери понесли гномы?

— Всех железных големов потеряли да несколько десятков магов. Воины, как ни странно, почти не пострадали. Их даже меньше чем магов погибло.

— Вот как?! — удивился я, хотя, кажется, меня уже мало что могло удивить на этом свете. — Чего это он? Орков вывел вчистую… Да и людей побил так, что мало кто ноги унес, а гномов почти не тронул.

— Неизвестно…

— Да и как он вообще мог противостоять армии гномов?! Тем более железным големам! Если уж даже в свое время темные гномы пали, а они были не из слабых ребят! Даром что такие же хаоситы, как и дроу… Он что, настолько великий маг?!

— Это тоже не совсем ясно. Мы пытаемся выяснить, но мало того что гномы не из болтливых: о своем позоре они вообще ничего говорить не хотят. Но выкуп он с них взял большой, и из-за этого гномы теперь нанимаются к нам, чтобы хоть как-то возместить понесенные финансовые потери.

Я невольно засмеялся. Человек ударил гномов по самому больному месту — по их сокровищницам — и, похоже, выгреб их очень основательно!

Интересный человек… он сам того не зная, оказал мне большую услугу, сделав гномов более сговорчивыми. Надо к нему присмотреться более внимательным образом. Да, надо присмотреться. Даже не столько из-за того, что в будущем он сможет создать довольно сильное государство и стать значимым игроком в политической жизни Даронара, а именно из-за того, что он смог остановить не только людей и орков, но и гномов. Он может стать полезным союзником в борьбе с дроу!

— Кстати, ваше величество, сборная армия людей, теперь уже профессиональная, сразу от нескольких королевств, приходила к нему еще раз и с тем же печальным для себя результатом. Как ему это удалось, тоже не совсем ясно, вроде как применил какое-то ужасающее по своей разрушительной мощи заклинание, и человека в землях людей уже прозвали исчадием тьмы — Темным Властелином.

— А он действительно темный?

— Хаоса в нем нет, ваше величество. Как и тьмы.

— Похоже, мы этого человека, мягко говоря, недооценили…

Впрочем, мы вообще мало кого из людей принимали во внимание. Разве что только сильных магов. А он, судя по всему, именно из таких. Хотя, будь он действительно сильным магом, как он ускользнул от нашего внимания?

— Надо немедленно узнать о нем как можно больше. Если уж он остановил армию гномов, людей и орков, то, может, стоит привлечь к войне с дроу его одного?! Так что позови ко мне главу разведчиков Винтилиэля.

— Конечно, ваше величество.

— Что-то еще?

— К вам на аудиенцию просится… Кайлентоэль.

— Звездочет? Что ему нужно? Он еще не отправился по лунной тропе?

— Он самый, ваше величество. И нет, ваше величество, он живее всех живых, — позволил себе легко хохотнуть секретарь.

— Хм-м…

Полусумасшедший старик… Чего он такого увидел в небесах, что требует аудиенции со мной — великим князем?! Не то чтобы я его терпеть не мог, но… я все-таки решаю дела государственной важности. Даже интересно… Тем более что настроение после известий от гномов изрядно улучшилось, так что можно и с этим чудиком пообщаться.

— Зови. Послушаем, чего он там увидел этакого, что даже мне хочет показать.

— Одну минуту, ваше величество…

Секретарь скрылся за дверью, а через минуту в нее именно проскользнул, а не вошел звездочет — сухой, сгорбленный эльф, которому перевалило уже за пять тысяч лет, что удивительно при его слабом даре, четыре тысячи из которых он каждую ночь всматривается в небо. Ну разве не псих?! У него даже одежда вся преимущественно темно-синяя и мерцающими звездочками украшена! Одно хорошо — что псих он тихий и безобидный и никому особо не докучает, по крайней мере последнюю тысячу лет, потому многие и решили, что он отправился в путь по лунной тропе.

— В-ваше величество, мое почтение, — поклонился звездочет, не зная куда девать руки.

— Приветствую, Кайлентоэль. Что привело тебя ко мне?

Я указал посетителю на кресло, предлагая садиться, но он, похоже, даже не заметил этого.

— Прошу меня простить, что отрываю от дел государственных, но и мои наблюдения не могут больше оставаться без внимания.

— Я слушаю. О каких наблюдениях вы говорите?

— Звезды сошли с ума! — вскричал звездочет, хватаясь за голову, и затрясся.

Это ты окончательно сбрендил, подумал я, сохраняя невозмутимый вид. Но звать стражу пока не стал. Попробуем вернуть его в хоть сколько-то вменяемое состояние.

— Успокойтесь, Кайлентоэль. Что именно не так со звездами? Они вечны и не могут сходить с ума, ибо они вообще неразумны.

— Но это так! С недавних пор вокруг нашего мира звезды начали водить хоровод!

Точно двинулся…

— И я не свихнулся, как вы могли подумать, ваше величество! Чтобы увидеть этот хоровод, достаточно просто взглянуть на небо! Я даже удивлен, что никто, кроме меня, этого еще не увидел! Разве что дети, но что они понимают!

— Оно и не удивительно, на то вы звездочет, — улыбнулся я, одновременно невольно пытаясь вспомнить, когда я сам в последний раз вглядывался в звездное небо, — в конце концов, мы же звездорожденные… а про звезды забыли, кроме вот этого чудика. — А если кто и увидел, то просто не придал значения. Мало ли что…

— Зато я придал этому крайне необычному феномену значение, ваше величество, и постарался его изучить. И чем больше наблюдал, тем больше приходил в недоумение! Мало того, что они водят хоровод, так еще и общаются как между собой, так и с нашим миром!

— Как это общаются?

То, что говорил этот старик, действительно настораживало.

— Так же, как мы общаемся, через амулеты связи!

— Вот оно что… А район поверхности, с которым общаются звезды, вы не определили случайно?

— Случайно не определил… я его определил нарочно!

Вот же вредный старикан!

— И где же находится этот район?

— На северо-западе, рядом с юго-западным краем Проклятых земель!

Я вспомнил карту и замер. Именно там находится замок, что захватил тот странный человек.

— А подслушать, о чем говорят звезды, вам не удалось?

— Как, ваше величество?! Это же звезды!

— Звезды ли?.. — пробормотал я.

Если сложить вместе некоторые факты, будет неудивительно, если звездный хоровод — дело рук этого человека. Но это надо уточнить.

— А что же еще?!

— Ну мало ли… В общем, дорогой Кайлентоэль, я вас услышал и обещаю принять все меры, чтобы разобраться в этой ситуации и выяснить, кто же конкретно водит хоровод над нашим миром. А вы пока постарайтесь подслушать… разговор звезд. Я вам даже в помощь несколько способных магов пришлю.

— Благодарю, ваше величество, я постараюсь сделать все возможное… — поклонился звездочет и так же выскользнул из кабинета.

Разведчиков надо посылать к человеку незамедлительно, подумал я. А еще лучше — сразу попробовать наладить с ним контакт и склонить к сотрудничеству. А то мало ли… не только мы можем за небом следить и заметить этот хоровод звезд. Лишь бы дроу его не перехватили! Они, конечно, сидят в своих пещерах и лишний раз носа из них не кажут, но кто знает?!

Но как склонить его на нашу сторону? Чем мы можем его заинтересовать? Ведь силы он немалой, раз смог одолеть таких противников, да еще в таком количестве! Хоровод опять же этот… Так что вряд ли он пойдет у нас на поводу, как обычный человек, только потому что мы светлые эльфы. А мы по большому счету ему вряд ли чего-то можем предложить такого, из-за чего он начнет конфликт с дроу. Я уже молчу о деньгах!

В общем, в любом случае нужно установить контакт, а уже в процессе общения выясним, в чем он нуждается больше всего. И если он впрямь коллекционирует женщин разных рас, то… можно даже кого-нибудь ему подсунуть.

— Ваше величество…

— Что?

— К вам просится Алисилиель.

— Конечно, — кивнул я.

Любимую внучку я всегда приму без очереди и задержек, какими бы делами ни был занят.

Алисилиель буквально ворвалась в мой кабинет. Впрочем, как всегда.

— Я хочу отправиться в разведку, — с ходу сказала она.

— Так я разве что-то запрещал? Ты же ведь до сих пор состоишь в Лесной страже…

— Я не про обычный обход территории Леса…

— А куда?

— Куда угодно! Куда ты собираешься послать Винтилиэля.

— С чего ты вообще решила, что я собираюсь его куда-то посылать?

— К нему пришел вызов от тебя, по крайней мере курьер заходил с посланием. А раз так, то ты хочешь послать одну из групп разведчиков куда-то за границы Рассветного леса, и я хочу пойти с ними.

— Хм-м… допустим. А вот как ты вообще узнала про вызов?

— Случайно…

— Алисилиель!

— Ну правда случайно. Просто заметила, как к нему прибыл курьер из дворца. Я как раз изучала график дежурств по патрулированию Леса. Ну а поскольку просто так курьеры из дворца к начальнику группы внешней разведки бегать не будут, то я решила, что наклевывается что-то интересное…

— Ясно.

— Так ты позволишь мне войти в состав этой группы?

Хм-м… А почему бы, собственно, и нет? Девочке пора расти дальше, а для этого нужны задания, которые она могла бы решать самостоятельно. Провалить его сложно, всего-то и надо, что выйти на контакт. Более того, она даже станет дополнительным фактором для его успешного завершения. Все-таки внучка у меня красавица, каких мало, а это немаловажно при общении с мужчинами, тем более людьми, они же просто теряют голову от эльфиек и пойдут и сделают все, что они скажут, только за один благодарный взгляд! Он просто не сможет ей отказать!

Подождав еще немного, заставив чуток поволноваться Алисилиель, я улыбнулся и кивнул:

— Хорошо.

Внучка тут же расцвела.

— Более того, я назначаю тебя командиром группы разведки.

— Благодарю, деда!

Она кинулась мне на шею.

— Иди уж, завтра выступаете.

— Спасибо! Я не подведу!

Алисилиель. Светлая эльфийка. Командир специальной разведгруппы

Обрадованная, я выскочила из кабинета деда — великого князя Леса. Вообще-то то, что я заметила курьера из дворца, вошедшего к Винтилиэлю, было не совсем случайно. Мне уже давно хотелось вырваться из Леса и хоть немного посмотреть мир, а сделать это не так-то просто… вот и вела слежку, в том числе с помощью следящих амулетов. И сегодня мне повезло, и ничто не помешало, как случалось ранее, я оказалась в нужное время в нужном месте, а не демоны знает где. Более того, получила даже больше, чем рассчитывала. Я, оказывается, не просто пойду, как рядовой разведчик, а командиром! Хотя, конечно, меня вряд ли оставят без пригляда и в группе наверняка окажутся настоящие зубры, что меня подстрахуют. Ну и ладно… иначе в моем положении и быть не может.

Я оказалась права, Винтилиэль, проинструктированный дедом, подобрал группу из самых профессиональных разведчиков, а потом довел до меня задание. Оказывается, я не только и не столько должна провести разведку, сколько установить контакт с человеком, который, как выяснилось, создает за степью в горах государство полукровок, и попытаться склонить его к сотрудничеству с Лесом.

Зачем это нужно, я не знаю, ну да мне и не столь важно. Впрочем, я получила еще и пакет от деда, где он изложил мне, для чего все это нужно, и все сведения о человеке. С этими данными я должна ознакомиться в пути во время остановок на ночлег.

Трое суток потребовалось только для того, чтобы добраться до границы Леса и выйти в степь. За это время я ознакомилась с данными о человеке от деда и поняла, что мне поручили настоящее и весьма ответственное задание, что действительно важно для Леса, а не просто отправили на прогулку, уступив моим просьбам, как я поначалу подумала.

Почему пошли тайно, раз уж все равно требовалось выйти на контакт? Так лучше некоторые моменты вызнать самостоятельно. В том числе проверить кое-какие слухи, ибо некоторые были довольно любопытными и пикантными, а о таких вещах говорить не принято.

Степь преодолели очень быстро, всего за пять дней, и без происшествий — сами не нарывались, а нас заметить под пологом непросто. Впрочем, в степи оказалось на удивление пустынно, видели всего один орочий род, хотя их здесь должно кочевать по меньшей мере с полдюжины. Ну да, этот человек хорошо потрепал орков. Десять родов практически исчезли.

Только у гор встретили довольно многочисленные стада, но то оказался скот полукровок, что пошли под руку человека. Время от времени пастухи прикладывали к глазам какие-то длинные штуки — наверняка зрительные амулеты, только очень уж массивные, — и вглядывались в степь. Но нас все равно не заметили.

Какие странные головные уборы у этих всадников, подумала я, увидев пограничный разъезд полукровок. Какие-то высокие, с локоть длиной цилиндрические шапки со свисающими сверху зелеными колпаками, похожие на те, в каких спят сколько-нибудь зажиточные люди.

Отряд из дюжины орочьих полукровок на быках, также ничего не заметив, хоть тоже вглядывались в зрительные амулеты, проехал по своему маршруту, и мы к вечеру втянулись в лесистые горы.

Среди деревьев я почувствовала облегчение. Надо же, оказывается, все это время я находилась в очень напряженном состоянии. Но оно и понятно: я покинула Лес, а степь слишком хорошо просматривается, и случись беда, даже укрыться негде. Ну не в этих же жалких рощицах, в которых мы останавливались на ночевку!

Первое селение меня несколько удивило. По описаниям я знала, что люди, а также полукровки живут в очень маленьких хижинах. Зачастую в глинобитных мазанках с соломенными крышами, с окнами, затянутыми в лучшем случае бычьим пузырем. Совсем уж богатые позволяли себе слюду. А дома в этой деревне оказались мало того что большими по площади, так еще и двух-, а то и трехэтажными. Правда, третий этаж — это больше чердак, но все равно разительное отличие от ожидаемого. Сама деревня обнесена высоким частоколом, да еще на валу высотой с лошадь.

В горах паслись отары овец, в других горных долинах занимались земледелием. Ручьи перегораживали, создавая запруды, а срывающаяся с высоты вода вращала деревянные колеса. С одной стороны стояла мельница — пустые мешки, обсыпанные мукой, висящие на заборе, говорили сами за себя, — а с другой, если судить по лежащим бревнам и доскам, — лесопилка.

Перебраться через реку оказалось неожиданно трудно, так как на ней тут и там рыбачили рыбаки. Рыбу ловили сетями и странными приспособлениями, отдаленно напоминавшими корзины. Дети тоже как-то ловили рыбу с помощью палки и свисающей с нее нити…

Впрочем, дождавшись темноты, мы воспользовались вытащенной на берег лодкой, благо нас всего пошло пятеро, включая меня, и худо-бедно, но мы в ней расположились, хотя выбрали самую большую, правда, и при этом она едва не тонула. Однако рисковать и делать две ходки не хотелось, как и брать сразу две лодки. Будь вместо нас полукровки, такого испытания лодка точно бы не выдержала, но мы не столь тяжелы…

Все остальные селения, встреченные нами, были похожи друг на друга. Все большие и с большими домами. Разница только в степени готовности этих домов. Многие только-только строились.

В паре деревень играли свадьбы… причем довольно широко, всей деревней.

В общем и целом складывалось впечатление, что полукровкам под властью человека живется весьма и весьма неплохо. Но это неудивительно, просто хотя бы потому что он их защитил от гонений. Было бы еще неплохо узнать размер собираемого налога, но для этого пришлось бы брать местного, а это ненужный риск — в крайнем случае чуть позже все можно узнать официально. Но если судить по косвенным признакам, он проявлял невиданную щедрость… причем еще задолго до того, как обобрал гномов, хи-хи…

Понаблюдали за тренировками в военном лагере на тысячу солдат. Здесь тоже оказалось все не как у людей… Здесь солдаты не просто учились владеть оружием, ходить строем и выполнять команды на перестроения, но и развивались физически, для чего на площадке были установлены различные тренажеры. Солдаты отжимались, подтягивались, тягали различные тяжелые предметы и бегали вокруг лагеря с песком в мешке. А после тренировок, чего точно не было у людей, все мылись под искусственным дождем в месте, что я сначала приняла за странные стойла. Воду брали из ближайшего ручья.

Кроме того, солдат учили читать и писать.

Долго задерживаться возле военного лагеря не стали, так как его тщательно охраняли неполноценные оборотни, и они могли нас почуять, случайно наткнувшись на нашу лежку. Впрочем, мы увидели достаточно.

Подходя к замку, мы все замерли в недоумении, наткнувшись на странный лес. В небольшой долине росли чудные деревья в равном удалении друг от друга — ясно, что выращены искусственно. Высотой они варьировались от роста гнома до роста орка. Выше уже не увидели. И форма у них была странная. Но еще больше меня поразили несколько больших деревьев, на которых росли не менее странные ветки всего с руку длиной, чем-то похожие на груши, и их действительно можно было бы принять за плоды, но это оказались именно ветки…

Чудно…

Еще больше удивил второй лес. Но то, что там росло, удалось опознать без проблем. Человек как-то выращивал готовых деревянных големов! Но как?! Только эльфам подвластна магия жизни, да еще в таких масштабах и сложности! Ну, еще дриадам… но они даже с эльфами — детьми леса — стараются лишний раз не контактировать, что уж говорить об остальных разумных!!!

А еще здесь ударными темпами строился гномами город. И гномов были тысячи! К месту строительства сплошным потоком тянулись строительные материалы, уже возводились фундаменты. Так что, зная их строительные таланты, можно предположить, что по прошествии года здесь действительно возникнет город, судя по всему, тысяч на пять-семь жителей.

Ну да, за деньги гномов человек может себе нанять этих же гномов, ха-ха!

Все, осталось осмотреть замок, выяснить кое-какие подробности — и можно выходить на контакт с этим человеком.

Но это оказалось непросто. Ой, как непросто!

Во-первых, пространство вокруг замка оказалось напичкано различными сторожевыми плетениями как шаманского, так и классического магического исполнения. Во-вторых, пространство оказалось наводнено патрулями, и какими! Неполноценные оборотни, скелетоны, деревянные големы, а ночью еще и обращенные вампиры!!!

Пришлось изрядно постараться, чтобы нас никто из них не заметил. О каком наблюдении вообще может идти речь в подобных условиях, когда все внимание уходит лишь на то, чтобы не заметили тебя самого?!

В небе что-то мелькнуло. Да это же костяной дракон! Он сел на крышу замка, высадив пассажиров, сделал круг над лесом и улетел. Мы же попытались продвинуться дальше.

Когда мимо проходил очередной патруль големов, мы слились с деревьями… а отлипнуть уже не смогли.

Кто-то заблокировал нашу лесную магию! Но кто это мог сделать?!

— Дриада… — прошептал Гилиантиэль.

Точно… только дриада сильнее эльфов в магии леса. Но почему она это сделала?!

Все попытки освободиться окончились ничем. Оставалось только ждать… неизвестно чего.

Впрочем, ждали мы недолго. Сработал портал, и рядом оказалась целая толпа разумных. Три человека, в том числе одна женщина, и она, судя по посоху, и есть тот некромант, гоблинка, орчанка, вампиресса, гнома, оборотниха… дриада, запершая нас в деревьях. Дроу!!!

— Так-так-так, кто это у нас тут? — пробормотал один из людей, что помоложе.

— Эльфы… — буквально прошипела хаоситка, потянувшись к хлысту.

— Держи себя в руках, Тарсарана…

Дроу чуть склонила голову и отступила на шаг! Мы опоздали! Человек заключил союз с дроу!!!

— Дрианда, давно они тут гуляют?

— Сутки…

— А чего сразу не сказала о гостях?

— Проверяла охранную систему. Никакая, кроме моей, на них не среагировала.

— М-да, это не есть хорошо, но хорошо то, что твоя все же среагировала и даже задержала.

Дриада польщенно улыбнулась человеку. Удивительно и невероятно, ведь эти существа одиночки и в крайней степени необщительны! Кто же этот человек, раз ему удалось заключить союз с дриадой, когда даже нам, эльфам — детям леса, — не удавалось это сделать?!

— Что вы тут забыли? — с подозрением спросил человек.

— Мы пришли установить контакт с вами…

— Вот так вот пробравшись тишком через все мое… владение, подойдя вплотную к моему замку? Это больше похоже на действия диверсантов…

— Кирнрел, отдай их мне, и через час они скажут, зачем на самом деле прибыли сюда, — попросила дроу, плотоядно улыбнувшись, ее аж истома прихватила от предвкушения получения извращенного удовольствия от пыток.

Меня всю передернуло. Уж что-что, а «спрашивать» они умеют!

— Пока не нужно, — усмехнулся человек, — поговорим так, без крайностей. Итак, почему вы не заявили о себе на границе и не прошли открыто, как нормальное посольство?

— О вас ходит слишком много противоречивых слухов… Нам требовалось сначала осмотреться, чтобы не рисковать…

— Хм-м… логично. Дрианда, освободи их.

— Ты уверен?

— Да. Она не лжет. И без глупостей, — добавил человек, пристально посмотрев то на меня, то на дроу.

Деревья больше не держали нас, и мы смогли освободиться.

Глава 18

Кирилл. Попаданец между двух огней

Гостями оказались эльфы. Архир Тарногар любезно согласился нас телепортировать к месту задержания, чтобы не терять времени зря. А командирша эльфов та еще куколка. Если бы я не был несколько пресыщен окружающими меня красотками, то наверняка потерял бы от нее голову, влюбившись с первого взгляда. А так только проснулась желание продолжения рода, хы-хы…

На полголовы ниже меня, стройная, даже какая-то хрупкая, так и тянет ее защитить. Размер бюста как у дроу, то есть где-то полуторный, что хорошо просматривалось под облегающим камуфляжным одеянием. Только здесь камуфла не крашеная, а расшитая разноцветными нитками. С головы, как только она сняла головной убор, рассыпались ярко-рыжие волосы, что отлично сочетались с ее светло-зелеными глазами.

«Еще одна зеленоглазка», — усмехнулось мое второе «я».

— Кирилл, э-э… герцог Гаремский, — представился я, решив немного поднять свой статус.

Чего уж теперь мелочиться? Город скоро гномы-гастарбайтеры построят, а для графского звания мои владения слишком крупны. Королем же буду зваться, когда появится хотя бы десяток городов. Ну а пока герцог. В конце концов, я манией величия не страдаю, а то императорскую корону себе нацепил бы. Но кто знает? Может, еще надену… вот прихватим степи клок, болота оприходуем, Проклятые земли почистим… но это еще не очень скоро.

Дальше представил всех своих подруг, а также дроу и архимага.

— Алисилиель… из Дома Желтой розы.

— Оу! — воскликнула дроу. — Правящий дом Рассветного леса! А кем тебе приходится великий князь?

— Дедом… — хмуро ответила эльфа.

Я невольно хмыкнул. Ну, не то чтобы принцесса, но близко. Или ее тоже можно принцессой назвать? Я в этом ни бум-бум.

Эльфа представила свою команду, но их имена у меня тут же вылетели из головы. Тут бы эту эльфийку Алисой не назвать — обидится ведь смертельно. У них с этим строго.

— Ну что же, раз знакомство закончено, добро пожаловать в замок Гарем.

Все мои подруги, кроме дроу, едва слышно прыснули от смеха.

Ну да, как-то двусмысленно прозвучало, по крайней мере для тех, кто знает, что означает название замка, а они знают. Это дроу с эльфой пока не знают.

«Пока?!» — с провокационным вопросом тут же вылезло мое второе «я».

Не придирайся к словам!

В замок вернулись на своих двоих, так как архир несколько потратился, чтобы перебросить к месту задержания такую толпу, а он еще после битвы с демонами не до конца оправился.

Эльфов поселили в гостевых покоях. Туда же хотели дроу пристроить, но она запротестовала.

— Я не буду жить с ними на одном этаже!

— А мы — с ней! — заявила Алисилиель.

— Вот же…

— Я лучше в подвалы переберусь! — добавила Тарсарана.

— Тоже вариант, — хмыкнула вампиресса. — Я там знаю одну камеру, сама больше двадцати лет там провела…

— Лучше уж тогда в мою бывшую комнату, — сказала Лития. — Я там немного побольше прожила, она куда как комфортабельнее.

— Ха! Вот это действительно вариант, — засмеялся я. Ведь Лития жила в тайной комнате, пока мы с Гонглиром ее не отыскали. Так до сих пор, наверное, и сидела бы там взаперти, если бы я не взялся за поиски потайного хода на случай бегства из замка.

— Что? — забеспокоилась платиновая блондинка, почувствовав какой-то подвох.

— Тебе понравится, — сказала шаманка, широко улыбаясь. — Наверное, даже как дома себя почувствуешь… лишь бы действительно не стала считать эту комнату своим домом, — добавила она, многозначительно стрельнув в мою сторону глазами.

Я только тяжело вздохнул. Не понять мне ее. Или это у нее игра такая?

Остальные только повеселились.

В общем, расселили мы этих эльфов, и темных, и светлых, все остались довольны.

Позвал их на поздний ужин, но перед этим переговорил с главным архитектором и определили место под храм богини красоты. Я решил построить храм в древнегреческом стиле: колонны, портики и все такое… светлое и классическое. Архитектору задумка понравилась, и он пообещал над ней хорошо подумать. Осталось только статую сварганить. Но это уже после возвращения из похода в Проклятые земли, с последующим умерщвлением Неназываемого. Или ту статую прихвачу…

«Интересно, она от тебя родит?» — подало голос мое второе «я».

Да кто ж ее знает?! А если родит, так назову Гераклом.

«А если девочка будет?»

Гераклиной… Отвали, у меня гости.

В зал действительно сначала вошла эльфа со своей охраной, а потом дроу. Сели они друг напротив друга. Ну а как еще? Не рядышком же…

Вот только не хватало мне здесь их разборок.

После того как немного потратили время на еду, никто собственно есть не хотел, но ритуал обязывает, я спросил:

— Итак, какого рода контакт со мной вы хотели установить?

«Хочешь скажу?! — похабно засмеялось мое второе «я». — От такого контакта обычно кровати скрипят!»

Заткнись!

— Я не буду говорить об этом при ней!

Эльфа с вызовом уставилась на дроу, а та в свою очередь усмехнулась и сказала:

— Да я и так знаю, зачем тебя сюда послали, тоже мне великий секрет! Наверняка захотели рассара на свою сторону перетянуть, воспользовавшись твоей смазливой рожицей, а может, и еще чем… чтобы потом натравить его на нас!

— Рассара?! — ахнула Алисилиель, пропустив мимо своих заостренных ушек откровенное оскорбление.

Я только тяжко вздохнул.

Дроу тоже поморщилась, осознав, что сболтнула лишнего и теперь эльфы действительно приложат все возможные усилия, чтобы заполучить меня в свое распоряжение. И кто знает, какими средствами. Хорошо если только «смазливой рожицей, а может и еще чем…», а то ведь и на более радикальные шаги могут решиться. И кто знает, каким арсеналом «убеждения» они обладают, — все же самая древняя раса, ну или развитая точно.

Хлоп! Сработал портал, и из сферы появилась демонесса.

— О! У нас пополнение! — дурашливо воскликнула она.

Дроу и эльфа застыли в ужасе. Охрана девушки даже потянулась за оружием и не дергалась, наверное, только потому, что все остальные вели себя как обычно.

— Это еще не пополнение, да и будет ли таковым, неизвестно, — усмехнулась орчанка. — Но без пополнения действительно не обошлось.

— Да?! И где же эта счастливица? — осмотрелась суккуб.

— О! Для нее будут строить отдельный дом, который еще называют храмом, — вставила вампиресса.

— Да ты что?! Наш муженек целую богиню оприходовал?!

— Ну, кто кого оприходовал, это еще неизвестно, — добавила Лития.

— Ну ты даешь! — воскликнула Хайллейса, садясь за стол. — А кто кого — это не суть важно, главное сам факт! И кто она такая?

— Богиня красоты, — ответила орчанка. — Кэррэл ее случайно разбудил в заброшенном храме, что в Проклятых землях…

— А эти милашки у тебя чего забыли?

— Та, что справа, — показал я на дроу, — спасенная из Проклятых земель.

— И чего домой не чешет?

— Дала клятву жизни и теперь не отойдет от меня ни на шаг, пока не вернет долг, в свою очередь спасая меня.

— Неплохо. Ты, наверное, этому только рад!

Я поморщился. Какая она все же бесцеремонная.

«Ну дык суккуб же!» — воскликнула моя шиза.

Ну да…

— А та, что слева? Сама в гости на огонек заглянула…

— Что-то типа того — посольство пополам с разведкой.

— Ага… Ну ты как, Кийррейл, долго тут еще будешь политесы разводить? А то я ведь не просто так зашла. Надолго домен оставлять без присмотра нельзя, не всем нравится, что над ними суккуб, того и гляди учудят что в мое отсутствие.

Я тяжело вздохнул. Пора выпадать на сутки… но договор есть договор.

Тарсарана. Дроу в раскаянии

Какая же я дура! Взяла и проболталась про рассарство Кирнрела! Светлые об этом явно не знали! А теперь знают — и ни за что не отстанут, пока не перетянут его на свою сторону в борьбе против нас!

Надо действовать быстро. А то вон как его повело от одного только вида этой светлой дряни! А если уж пальчиком поманит — и вовсе все пропало. Хотя надо признать, он еще хорошо держится… но вряд ли это надолго.

Но что я могу предпринять? Убить светлых я не могу… нет, могу, конечно, но Кирнрел мне это вряд ли простит. Это покажет наше «звериное нутро» и лишь подтолкнет его к эльфам.

Я же хочу, чтобы он помог нам, а не эльфам. В крайнем случае, сохранил нейтралитет.

Жаль только, суккуб сломала мне все планы… Впрочем, не она, так другая… их у него вон сколько. Что ж, придется влиться в их дружную компанию. Для эльфы это будет ниже ее достоинства, так что у нее нет ни единого шанса…

Да и комнатка мне нравится…

Хотя кто их, светлых, знает? Будь это обычный человек — она бы в его сторону даже не посмотрела, но он рассар, а это многое меняет. Поменяло же для меня…

Но раз уж его сама богиня приласкала, пусть и забытая, то чего нам носы воротить?! Тем более что он очень сильно отличается от прежде виденных людей. Хотя бы тем, что не воняет…

А ведь теми же доводами может руководствоваться и светлая и в постель к рассару прыгнуть, переборов свою гордость только ради того, чтобы он не достался мне! Значит, нужно ее опередить и заполучить, пожалуй, самый ценный артефакт за всю историю поисков в Проклятых землях! В конце концов, я встретилась с ним именно там. А что касается того, что он живой, так что ж, какими только артефакты не бывают…

Вот только как, как обойти светлую?!

Думала над проблемой целую ночь, но так ничего и не придумала. Переворошила свой мешок в надежде, что там завалялся какой-нибудь артефакт, что можно пристроить к делу, но нет, ничего такого не нашлось.

Разве что зелья как-то использовать?.. Но в пищу их, тем более светлым, не подкинешь, сразу почувствуют. Пустить дым в вентиляцию? Без цвета и запаха… нет, не пойдет. Может, никто и не почувствует, но орчанка-шаманка напичкала замок духами, а они как раз поднимут тревогу. Незаметно уколоть? Тоже не вариант… я до эльфы просто не дотянусь, ее ведь хорошо охраняют. Разве что с остальными пройдет без проблем.

Еще раз порывшись в мешке, достала необходимые ингредиенты и, потратив час на работу, получила необходимый состав. После чего обмазала составом шип в перстне. Кое в чем эльфы в отношении нас все же правы, в ядах мы разбираемся как никто другой. Правда, это не яд, а всего лишь подавитель желания…

Осталась эльфа. Ее тоже не мешает вывести из игры, хотя бы просто на всякий случай. М-да… что ж, оставим решение этой проблемы до лучших времен, когда голова прояснится, а то уже не соображаю, подумала я, обращая на себя один из амулетов, дарующих бодрость телу. Пока надо подружиться с остальными обитательницами замка.

А как это сделать? Не подойдешь же и не скажешь: давай дружить! От дроу благодаря нашей репутации это будет звучать несколько… странно. Мягко говоря.

Я вышла из подземной комнаты, когда мимо меня вихрями пронеслись два ребенка — гоблинские квартероны. Мальчик убегал, девочка соответственно догоняла и бросалась в своего брата слабыми плетениями, создавая то воздушные кулаки, то осветительные файерболы и вариацию ледового копья, правда, очень рыхлого, его скорее можно назвать снежным копьем или даже снежком.

— Стой, поганец! Стой, а то хуже будет!

Мальчик легко держал удары своим магическим щитом и смеялся.

— Ничего себе у них игры… — немного ошалела я, хотя понимала, что это не всерьез, а шутливая потасовка.

Но сила детей все равно впечатляла.

Хм-м, вот через детей и можно установить хорошие долгосрочные отношения со всеми обитателями замка. Надо научить их каким-нибудь простеньким плетениям, раз они такие сильные и способные ребята.

Завтрак прошел за ничего не значащими разговорами вроде того, как спалось и так далее. Сказала, что хорошо, хотя совсем не спала, и, как видно, эльфа от меня не отставала, вся измаялась, наверняка всю ночь думала, как меня от рассара отвадить! Ха-ха-ха! Вон даже круги под глазами появились, несмотря на всю их магию жизни. У меня наверняка тоже, но меня спасала моя темная кожа, на ней признаки усталости не так заметны.

После завтрака вся женская часть, в том числе демоница, судя по оговоркам, отправилась к детям.

— Можно и мне с вами? — попросилась я, нацепив на себя самый скромный образ.

Женщины Керела несколько удивились, даже переглянулись между собой, но возражать не стали.

— Идем, — кивнула гоблинка с легкой усмешкой.

Чего это она?

Гоблинка здесь не то чтобы главная, но, похоже, первая среди равных. Неожиданно.

— А можно и мне? — решила не отставать от меня светлая.

Неприятно, но не смертельно.

О богиня! Знала бы, на что я подписываюсь, ни за что не пошла бы сюда! Это же кошмар!!!

Столько детей в одном месте мне еще никогда видеть не доводилось. И все куда-то ползут, пищат, на руки просятся…

Ужас, одним словом! Я бы, наверное, сбежала с позором в первую же минуту, но бежать перед лицом светлой эльфийки не позволила гордость. К тому же наблюдать за ее ошарашенным лицом было сущее удовольствие!

Кроме того, надо сделать дело. Впрочем, переколоть всех перстнем не составило труда. Перемещаясь по комнате как бы по необходимости что-то взять, посмотреть или спросить, я подходила то к одной мамочке, то к другой, не забыла и гному с дриадой — и все прошло без проблем, никто ничего даже не почувствовал. Во-первых, все были настолько увлечены общением с детьми, что и более грубого вмешательства не заметили бы, во-вторых, состав обезболивал место укола, а в-третьих, иголка такая тонкая, что укола не заметили бы даже без обезболивания. Не стала подходить только к суккубу. Демоны — это отдельная песня, могла и проколоться. К тому же она свое от рассара уже получила…

А что касается возни с детьми, то ничего так, втянулась. Что-то рисовали, играли в кубики, колечки, еще какие-то фигурки собирали в одно целое.

Да и эльфа тоже… наверняка подключила магию жизни, в результате чего дети с ней вели себя гораздо более спокойно.

Даже не заметила, как пролетело время и уже пора идти на обед. Собственно, поняла это, только когда принесли еду, а после стали укладывать вымотавшихся детей спать.

Уф-ф…

Кстати, придумала, как отшить от рассара эльфу!

— Риточка… — позвала я гоблинскую квартеронку, выловив ее в коридоре, пока рядом с ней не было брата.

Куда он запропастился, ведь они вроде как не разлей вода? Вот и Рита брата вроде как ищет… вон какая хмурая.

— Что, тетя Тарсарана?

— Не могла бы ты мне оказать одну маленькую услугу?

— Какую?

— Подари тете эльфе, вот это, — протянула я Рите бумажный цветок, похожий на розу.

Это изделие я стянула у будущей первожрицы. Когда шла на завтрак, видела, как она забавлялась их изготовлением, а придумав способ — украла, что не составило никакого труда: дверей в замке не запирали. У нее их уже много, пропажу одного точно не заметит.

— Ой, как красиво!

— Я тебе такой же… сделаю.

— Правда?!

— Правда… а еще заклятию одному полезному научу. Хочешь?

— Конечно! А какому?!

— Парализация. Оно несложное и сил много не требует. Брат от тебя точно не убежит после него.

— Спасибо! — радостно захлопала в ладоши Рита.

Видно, очень ей хотелось уделать брата. И тут такая возможность, что даже не стала задавать очевидных вопросов вроде того, почему я сама не могу преподнести подарок эльфе.

— Бери и беги!

— Я мигом!

— Угу… буду ждать у себя.

Алисилиель. Эльфа в смятении

Эта пещерная тварь определенно что-то задумала! А что может задумать темная, тут и гадать нечего — наверняка какую-нибудь пакость! Так что надо быть настороже.

И надо как можно скорее отвадить дроу от рассара. Не зря ведь она пытается втереться в доверие через детей к остальным рассарским женщинам. Сначала к ним. Потом к нему. А зная дроу, нетрудно угадать, какой способ она изберет, — правильно, самый простой и действенный. Одно хорошо, что в ближайшее время она ничего сделать не сможет из-за суккуба.

Только как отвадить дроу? Вряд ли я смогу его очаровать лишь одним своим видом… Я, конечно, ему понравилась, и сильно, но не настолько, чтобы только за один поцелуй сделал все, что попрошу. Я не склонна преуменьшать свою красоту, но и рассар непрост. Чего только стоит его связь с богиней красоты!!!

Остается лишь одно…

От этой мысли даже дыхание перехватило, и кожа запылала. Ни за что и никогда бы не пошла на это, но ради Леса… ради того, чтобы рассар не достался дроу, я готова и не на такое!

Нужно только опередить хаоситку! Благо она еще не имела связи с человеком. Это я доподлинно узнала у его подруг, пока общалась с детьми, но она явно нацелена на него!

Но как это сделать? Заблокировать ее в комнате, где она сейчас обитает? Нет, нереально… вынесет двери или просто шум поднимет.

Надо действовать тоньше…

Я быстро перебрала все доступные для меня способы. Магию можно отметать сразу. Она слишком заметна. Остаются только немагические способы… то есть алхимические. Что выбрать из этого арсенала?

Хм-м… сонное зелье — самое то. Только как его применить. Ни в еду, ни в питье незаметно не добавишь…

Раздался стук в дверь.

— Что?

Дверь открылась, и в комнату заглянул стоящий на страже Налитираэль.

— К вам…

— Это я, тетя Алисилиель! — заглянула девочка гоблинка-квартеронка.

— Пропусти…

Дочь гоблинки и человека юркнула ко мне в комнату.

— Чем могу быть полезна?

— Вот… — протянула она мне бумажный цветок. — Это вам…

— Спасибо… это очень мило.

Я жестом остановила Налитираэля, хотевшего взять цветок.

— Вплети мне его в волосы…

Рита с удовольствием выполнила пожелание.

— А это тебе, — я сняла с одежды одну из жемчужных бусинок.

Немного магии — и деревянная застежка немного видоизменилась, став колечком. Эту бусинку я нацепила квартеронке на верхний хрящ правого уха. Получилась сережка.

— Ой, как красиво! — обрадовалась девочка.

— Беги…

Рита не стала задерживаться и помчалась по своим делам.

— Сними его с меня…

— Конечно, госпожа…

Налитираэль аккуратно вынул цветок из моих волос и положил на поднос.

— Вот, значит, как… — пробормотала я, внимательно разглядывая подарок.

На цветке явно имелись следы какого-то состава, явно не яд — дроу не стала бы так рисковать дочерью рассара, — а что конкретно — не узнать.

— Что ж, не я первая начала…

Пошарив в мешке, нашла необходимую склянку с сонным зельем отсроченного действия. Только использовать детей не будем…

— Налитираэль… приведи ко мне какого-нибудь гремлина.

Налитираэль отсутствовал недолго и вскоре появился с одним из гремлинов-слуг.

— Хочешь заработать золотой? — спросила я, достав монетку.

— На что он мне?..

— Купишь что-нибудь…

— У меня все есть.

— Э-э…

Отсутствие у прислуги желания заработать оказалось для меня неожиданностью. Но выручил Налитираэль. Он достал плитку лакомства из сладкой патоки с орехами, что обычно едят рейнджеры во время многодневного марш-броска, так как это очень хорошо восстанавливает силы, и протянул ее гремлину.

— Попробуй…

Гремлин не заставил себя долго упрашивать, глубоко вдохнув, улавливая аппетитный запах, и быстро съел предложенное лакомство. Взгляд его был очень красноречивым.

— Хочешь еще?

— Да!

— Получишь, если выполнишь поручение госпожи.

— Что нужно сделать?

— Возьми вот эту склянку и смажь ручку на двери, ведущей в покои дроу.

Налитираэль достал еще одну порцию. Гремлин, схватив склянку и патоку, выскочил из комнаты.

— Отлично…

Достав амулет из янтаря, я приложила его к уху и буквально сразу же услышала:

— Я отдала подарок, тетя Тарсарана…

— Отлично. А это что у тебя на ухе?

— Тетя Алисилиель отдарилась сережкой! Правда красиво?!

— Правда. Ну что, давай я тебя, как и обещала, обучу заклинанию парализации…

Пещерная тварь! Но у тебя ничего не выйдет! Мы еще посмотрим, кто кого!

Тарсарана. Дроу на пути к цели

Вообще я думала, что человека будить придется, так как знала уже, что после суккуба Кирнрел выпадает из реальности на сутки, даже составы нужные приготовила, но он проснулся сам ближе к ужину. Это даже лучше…

Рита все же вручила цветок этой древолюбице, за что получила от нее сережку, а я, как и обещала, научила ее заклинанию малой парализации. На удивление способная девочка выучила его всего за полчаса и тут же опробовала на заранее пойманной мною крысе.

За ужином немного поиграла в гляделки с эльфой, аж руки зачесались от желания ее придушить, и стала готовиться к свиданию с Кирнрелом. Для надежности надо увеличивающим влечение эликсиром намазаться. А то все-таки после суккуба он вряд ли будет хотеть близости так сильно… да и мне не помешает. Человек все-таки, не дроу… хотя, если уж на то пошло, неизвестно, что лучше.

Ну вот, час пробил, пора идти.

На двери висит охранное плетение. Войти без срабатывания сигнализации может только заранее определенный круг лиц, имеющий в своей ауре ключ. Но для меня такая простая сигналка сущий пустяк. В Проклятых землях случалось взламывать и посложнее, гораздо сложнее, причем с нуля. А здесь и вовсе никаких проблем, потому как во время обучения Риты плетению парализации скопировала с нее ключ.

Я осторожно открыла дверь, все тихо.

— Кирнрел…

Человек резко развернулся на кровати лицом к двери. Но ничего больше делать не стал, хотя мог бы запулить чем-нибудь из кольца-амулета боевого назначения.

— Зачем ты здесь?

— А разве не ясно?! — притворно удивилась я и, покачивая бедрами, медленно пошла вперед, одновременно распахивая халат.

— Ясно…

— И ты против?

— Хм-м… да нет, другое дело, что я, мягко говоря, не в кондиции.

— Я это предвидела и кое-что приготовила… ты не пожалеешь!

Я, окончательно скинув халат, забралась на его кровать с ногами.

Ну наконец-то «поплыл»… удовлетворенно подумала я, наблюдая за его выражением лица: люди в этом плане очень легко читаемы.

— Вопрос в том — зачем это тебе?

…Хотя и недостаточно сильно.

Я не то чтобы запаниковала, ведь обычно обнаженная девушка действует на мужчин более впечатляюще, так что они почти перестают соображать, но я, похоже, не учла, что суккуб его вымотала и в то же время насытила настолько, что он все же оказался способен думать, и снадобье почти не помогает.

Разговаривать надо «после», когда он будет податлив, как глина, а не «до».

Я, не отвечая, приникла к нему — и все, он мой!

Хм-м… не ожидала такого от человека, он оказался очень изобретателен. Обычно они в этом деле весьма и весьма примитивны… Но, может, тут свою роль сыграла суккуб? Собственно, какая разница!

Но что это?! Что со мной?!!

Глаза стали слипаться, веки быстро наливались тяжестью. Я засыпаю! Нет, не сейчас… я ведь еще ничего не добилась от человека! Почему?.. Проклятая древолюбица, это ее работа… Где мой состав для пробуждения…

Алисилиель. Светлая эльфа также на пути к цели

Мелкая дрожь то и дело сотрясала мое тело. Щеки пылали так сильно, что казалось, поднеси к ним засохшую травинку — и она вспыхнет огнем!

Но надо, надо! Если я этого не сделаю, то дроу натравит его против нас!

Проклятье, но почему у меня ничего не получается?! Вот дроу уже давно прыгнула бы к нему в постель! Впрочем, на то они и темные, развратные гадины!

Хорошо, что я ее усыпила… у нее даже рука во время ужина чесалась. Хотя этого вообще-то не должно было быть. Наверное, что-то вроде аллергии на какой-то ингредиент эликсира… хорошо, что реакция несильная получилась, а то…

Проклятье, о чем я думаю?! К черту эту дроу, — даже если бы она опухла вся и ее рожу перекосило, так еще лучше было бы!

Время идет! Надо что-то делать!

Я обругала себя последними словами. Ну что мне мешает принять успокоительное?! А то уже столько времени мучаюсь!

Вывалив все из мешка, так как найти на ощупь нужный флакончик мне не хватало выдержки, я нашла необходимую склянку и тут же приняла ее содержимое.

О боги, сколько же времени я потратила впустую из-за этих переживаний!

Но хоть эмоционально я и пришла в относительный порядок, но завоевывать человека таким способом все равно не хотелось. Однако другого столь же быстрого и надежного все равно нет. От меня слишком многое зависит, и я обязана это сделать для всего Леса!

Я вскочила с кровати и брызнула на себя несколько капель эликсира для возбуждения, а то человек после суккуба может и не среагировать…

Несмотря на принятый эликсир успокоения, сердце вновь забилось так, что того и гляди выскочит из груди, ноги стали подкашиваться, ну и другие признаки слабости проявились.

Но все же я толкнула дверь в спальню рассара, предварительно отключив примитивное охранное плетение.

Все, обратной дороги нет!

Скинув халат, я приблизилась к его кровати, и… Все, что произошло дальше, было как во сне.

Кирилл. Яблоко раздора

Проснулся я после «общения» с Хайллейсой ближе к ужину на следующий день, что странно — ведь вообще-то должен был его весь проспать. Не иначе иммунитет своеобразный на суккуба вырабатывается… хотя и не совсем, если судить по очередному кошмару.

Мне приснилось, что от всех моих гражданских жен приехали мамы… Вот где дикий ужас!!!

Что касается суккуба, то она, как водится, получив свое, тут же умотала к себе, только на этот раз прихватив с собой детей. Но этого следовало ожидать — она ведь уже довольно сильно укрепилась в замке. Но все же несколько поторопилась. Его ведь еще на зуб будут пробовать, а ракетное оружие для защиты не поставлено, оно только-только доспевает. Впрочем, если что-то пойдет не так, она всегда сможет вернуть детей обратно…

Во время ужина темная и светлая эльфийки то и дело перебрасывались ненавидящими взглядами, едва держа себя в руках. М-да… со светлой надо еще утрясти все дела. Но не сейчас, а то я, откровенно говоря, никакой, чтобы решать политические вопросы, накосячу по полной.

Просмотрел и заслушал отчеты подруг, в первую очередь Зеленоглазки по замковому хозяйству, Тамгарии — по строительству города, Мягкой Лапы — по полевой разведке и сообщениям от оборотней, Ссашшиллессы — по внешней разведке, Дрианды — по степени готовности выращенных ракет и големов, Олграны — по делам на магическом фронте, но здесь без особых перемен. А Хайллейса вчера в процессе «общения» отчиталась о делах в своем домене.

Ну вот, и вновь пора спать.

Но не прошло и получаса, как скрипнула дверь и в мою спальню проникла гостья.

Кого там принесло? Ведь всем же ясно, что после суккуба я никакой…

Хотя ей простительно, она этого не знает, подумал я с усмешкой, «включив» вампирское ночное зрение и разглядев дроу во всей красе.

— Кирнрел…

— Зачем ты здесь?

— А разве не ясно?! — притворно удивилась темная эльфа.

— Ясно…

— И ты против?

— Хм-м… да нет, другое дело, что я не в кондиции.

— Я это предвидела и кое-что приготовила…

Дроу, скинув халат, забралась на мою кровать.

Думаю, тут и без ее приготовлений можно обойтись. Сам себе удивился. Ведь дохлый был — ан нет, силы откуда-то взялись…

— Вопрос в том — зачем это тебе?

Но отвечать Тарсарана не стала, приникнув ко мне и подарив жаркий поцелуй.

Да чего я, собственно, кочевряжусь?! Дают, хе-хе — бери! И я ответил со всем пылом…

Ну что же, хочешь использовать меня — давай сыграем в твою игру… не я ее начал, так что по результатам не обижайтесь.

Впрочем, и после процесса, продлившегося, вопреки ожиданию, не так уж и много, всего-то с пару часов, дроу от меня отпала и, приняв позу эмбриона, заснула.

А как же вербовка?!

Я прямо-таки почувствовал себя обманутым.

Хм-м, вообще-то это нетипичное поведение для женщины, и то, что она другой расы, ничего не меняет, в этом они все одинаковые. Они после этого дела, как правило, весьма активны, и их на разговоры тянет, это мужики сразу вырубаются.

Я ее укрыл одеялом и тоже уже хотел наконец заснуть — не тащить же ее в комнату, где она проживала, — как дверь вновь скрипнула.

Твою ж… Кто бы мог подумать!

В спальню проскользнула светлая эльфа.

Неожиданно. Вот кого-кого, а ее я увидеть у себя точно не ожидал. Только она не так раскованна, скорее даже зажата, как перед прыжком в прорубь с ледяной водой.

Бросив взгляд на правую половину кровати, дальнюю от двери, я увидел, что дроу укрылась одеялом с головой, так что ее и незаметно стало, тем более в темноте.

Что ж, игра становится все интереснее! Аж скулы свело от желания выматериться. Только потом не обижайтесь на результаты, игривые вы мои… Меня накрыло какое-то злое веселье, мне вообще-то не свойственное. Никогда никого не подставлял и старался обломать тех, кто кого-то хотел подставить, предупреждая жертву злого розыгрыша о готовящейся ловушке.

Но сейчас меня реально допекли. Ладно, одно дело, когда от тебя хотят чего-то для себя: силы там, как орчанка или суккуб, ощущения жизни, крови… это еще куда ни шло. Но вот когда хотят втянуть в совершенно ненужную мне войну — это уже перебор. Я не собираюсь ни для кого таскать каштаны из огня — ни дроу, ни эльфам. Обломитесь.

Наверное, лучше сразу было бы об этом ей сказать, но меня захватила злость, и я решил ее наказать.

— Кирилель…

Ну, иди же ко мне, девочка… Что ты там замялась в дверях?!

Алисилиель приблизилась ко мне и скинула халат… Дальше все прошло по накатанной колее. Впочем, светлая эльфийка тоже долго не продержалась, быстро достигла пика и вырубилась, но это из-за того что в первый раз.

Чтой-то будет поутру!

Глава 19

Кирилл. Он же Кирилель

Утром я раскаялся в содеянном. Нехорошо получилось, очень нехорошо. Не захотел ввязываться в войну между дроу и эльфами? Так есть возможность получить войну с дроу и эльфами на два фронта. Особенно с эльфами… Алиса-то того самого, в отличие от Тарсараны, нетронутой оказалась. Да уж, накосячил по полной. Прям бес попутал…

А может, и впрямь демоническое влияние? Я ведь еще не «отошел» от демонессы, а тут они на меня полезли…

«Да какая теперь разница!» — вставило мое второе «я».

Верно, разницы нет, никому ничего не объяснить, да и слушать эти нелепые отговорки не станут. Поступок-то все равно мой, и мне отвечать за содеянное. Хех…

Я покосился на эльфиек. М-да… все еще хуже, чем я думал. Дело в том, что как-то так получилось, что девушки оказались на одной стороне кровати и теперь лежат вместе… в обнимку.

Пипец… мне.

Я с некоторым интересом, но все же больше с тревогой ожидал момента их пробуждения. Торопить события меня как-то не тянуло.

Но как ни оттягивай момент, а неизбежное все равно произойдет. Вот и эльфийки проснулись практически одновременно. Несколько мгновений они лежали, не в силах сообразить, а точнее, поверить в случившееся, с недоумением разглядывая друг друга и то, как они сплелись между собой руками и ногами.

Я испугался, что они сейчас как шандарахнут друг по дружке магией, но нет, на лицах наконец появилось осмысленное выражение, поняли, что произошло, и так же одновременно, с криком и шипением, вскочили с кровати как кошки. Окутались магическими щитами и подготовили боевые плетения, но, к счастью, до драки дело не дошло, а то разнесли бы тут все к чертовой бабушке.

Эльфийки, побуравив друг друга яростными взглядами, одновременно посмотрели на меня… не менее злобными взорами. Прямо скажу, чувство крайне неуютное, остро захотелось провалиться сквозь землю. В их взглядах читалось желание порвать меня на мелкие лоскутки, и в принципе их желание понятно и даже отчасти справедливо.

Но я оставался лежать в постели с невозмутимым видом, разве что руки на груди скрестил, поглядывая то на светлую, то на темную.

— Что все это значит?! — взвизгнула Алисилиель, оскорбленная в лучших чувствах, если они, конечно, присутствовали.

— Ну-у… как честный человек, после происшедшего я готов на вас жениться, — ляпнул я первое, что пришло в голову.

Просить прощения я не собирался, а то могут счесть слабаком и сесть на шею, начав выдвигать всяческие требования.

Такой ответ их немного сбил с толку — и то хлеб.

— Я требую ответа!

— Ну что же, мой ответ таков: не играйте со мной, результат получится сродни этому.

— Да ты… да я…

Светлую эльфийку душила злоба.

— Да мы с тобой, — кивнул я.

Эльфийка вспыхнула еще сильнее.

Дроу молчала, более того — она, кажется, даже немного успокоилась, и более того, на губах промелькнула усмешка. Но оно и понятно, Тарсарана поняла, что эльфы меня использовать против дроу не смогут, а значит, план-минимум выполнен.

— Как ты вообще можешь якшаться с этими отродьями тьмы?!

— А что в них не так? — удивился я. — Две ноги, две руки, голова… все как у всех. По мне, так они ничем не хуже и не лучше вас.

— Они — хаоситы!

— Ну, у всех свои особенности.

— Ты не понимаешь! Они последователи тьмы! Этих недобитков надо уничтожить!

— За что?

— За то, что выступили на стороне Темных сил во время Войны!

— А что нам оставалось делать, если нас стали притеснять?! — не выдержала дроу и вступила в полемику.

— А не надо было жертвоприношения богине-паучихе устраивать и темной магией баловаться!

— Мы вынуждены были просить защиты у богов, чтобы не исчезнуть, как исчезаем сейчас, и только она ответила на наши мольбы! А то, что пришлось приносить жертвы, — такова плата за ее заступничество! Так что вы сами в этом виноваты! Не стали бы нас загонять в угол — не пришлось бы нам пользоваться темной магией!

— Пользоваться темной магией вы начали раньше, чем вас начали притеснять!

— Стоп! Стоп!! Стоп!!! — вмешался я в спор. — Еще раз повторяю, мне плевать, что было тысячелетия назад, и я не собираюсь в это вникать. В конце концов, дети за родителей не в ответе…

— Может, и не в ответе, но в ответе за свои действия, — буркнула Алисилиель. — А они продолжают пользоваться темной магией на основе хаоса!

— Мы защищаемся как умеем…

— Замолчите, — взмолился я на их крики. — Насколько я помню, богиня-паучиха была изгнана из мира Даронар во время Войны. Так?

Эльфийки кивнули.

— Отлично. Что касается темной магии на основе сил Хаоса… мне, в общем-то, плевать. У меня лично других забот полон рот. Неназываемый этот…

— Но они могут вновь призвать паучиху!

— Ну вот когда призовут…

— Надо действовать на опережение, а не ждать, когда они ее призовут! — не сдавалась Алисилиель. — И уничтожить их до того, как они получат ее божественную помощь! Иначе потом будет поздно! Сейчас наш мир еще надежно прикрыт от ее вторжения, но со временем щиты ослабнут, или они пробьют в нем брешь, и…

— А вы никогда не пробовали договориться, а? — поинтересовался я. — Вы не лезете к дроу и даете им жить, как они хотят, а они от безысходности, стоя на грани уничтожения, не призывают паучиху…

Судя по виду светлой эльфы, такая кощунственная мысль в принципе не могла прийти им в голову. Как это так, договариваться с извечным врагом, вместо того чтобы его уничтожить?!

— А ты что скажешь? — повернулся я к дроу, невольно отметив, что они, сначала ошарашенные происшедшим, а потом разгоряченные противостоянием, до сих пор не оделись, хи-хи.

— А что тут сказать? — пожала плечами Тарсарана. — Я не принцесса и в принципе не решаю таких вопросов…

— Ясно. Но думаю, вы поняли основную мою мысль: я не собираюсь вмешиваться в вашу войну ни на одной из сторон. Но в принципе мог бы выступить посредником в урегулировании конфликта.

Алисилиель вдруг вспомнила, что она не одета, — наверное, мой взгляд оказался все же излишне внимательным к некоторым частям ее тела, и она это заметила и быстро подхватила свой халат, прикрывшись им, при этом так густо покраснев, что казалось, кончики ее ушей сейчас вспыхнут.

Дроу, глядя на это, наоборот, шаловливо усмехнувшись, приняла еще более соблазнительную позу. Так что мне пришлось быстро от нее отворачиваться, а то…

— Кирнрел, а ты серьезно говорил насчет того, что, как честный человек, готов на нас жениться? — глянув на светлую эльфу, с самым невинным голосом спросила дроу.

Алисилиель, наконец накинув на себя халат, буквально с рычанием выскочила из моей спальни.

— Тебе ответ еще нужен? — поинтересовался я с усмешкой, понимая, что вопрос был задан, чтобы еще больше вывести из себя светлую.

— Да.

— Хм-м… почему бы и нет?

Ну не отказывать же, в самом деле! Кто же от такого в здравом уме откажется, когда вот оно, в руках, причем само в эти руки идет?!

Дроу только кивнула, сверкнув глазами.

— Но помощи дроу в войне с эльфами все равно не окажу… — поспешно напомнил я, не понимая мотивации темной.

Она ведь, похоже, реально решила остаться в замке. Почему?!

Но и прогнать тоже вот так я действительно не мог. Так что в причинах придется разбираться, чтобы не погореть. Все-таки не стоит забывать, что дроу, впрочем, как и эльфы, те еще интриганы.

— И не надо! — улыбнулась Тарсарана, подхватила свой халат и шмыгнула из моей спальни вслед за светлой эльфой.

М-да… Одно хорошо — что буря прошла мимо.

«Поздравляю! — хохотнуло мое второе «я». — Осталось для полного комплекта светленькую захомутать!»

Тут скорее сочувствовать надо… отмахнулся я от внутреннего голоса. А что касается светленькой, то как бы проблем не огрести, да таких, что Неназываемый покажется невинным шаловливым ребенком.

Тарсарана. Дроу

Забавно, однако, получилось… Да и человек тот еще жук оказался! Это ж надо как светлую на место поставил! Меня, впрочем, тоже…

Хорошая шутка. Достойная… даже не знаю кого. Не сравнивать же его с матроной? Или с первожрицей… А среди мужчин у дроу с ним никто не сравнится. Измельчало у нас мужское население… либо лизоблюды, либо какие-то слизняки. Причем измельчало не только в переносном смысле, что превратилось в лизоблюдов либо в каких-то забитых слизняков, но и в прямом — стали какими-то мелкими, в среднем на полголовы ниже женщины. От одного их вида так и хочется стегнуть хлыстом поперек спины!

Что ж, тут мы сами виноваты. Перегнули палку во времена, когда поклонялись Ллос, вытравливая из мужчин все мужское, вот и стали они какими-то женоподобными… осеменителями. Никакого удовольствия от связи с ними, многие с этими, с позволения сказать, мужчинами спят только из необходимости продолжения рода. А те мужчины, что еще более-менее что-то собой представляют, погибают на войне с эльфами или в Проклятых землях, в итоге жить и продолжать род остаются те, кто остается… Неудивительно, что большинство из нас давно предпочитает получать удовольствие с… хм-м, после ночи с рассаром даже как-то неудобно стало думать об этом.

Так что нет ничего странного в том, что наша численность быстро сокращается. Еще немного — и мы просто исчезнем без каких бы то ни было внешних воздействий вроде атак со стороны эльфов. Так что надо возрождать мужскую породу, чтобы мужчины соответствовали своей сущности. А то что это такое, когда из десятка всего одного худо-бедно можно поставить в строй?!

Нет, Ллос нам не нужна…

А вот Керел как мужчина — он оказался хоть куда! Жалко только, что эта светлая меня все же обыграла и сонным зельем как-то травануть сумела, потому я и не познала всей полноты ощущений с ним в первый раз. Но ничего, я остаюсь с ним, а значит, все впереди!

Алисилиель. Светлая эльфа

Позор! Какой позор! Сдыдоба!

Мало того что с человеком сошлась, так при этом не заметила, что у него в постели уже эта пещерная гадина лежит!

Ужас! Как же теперь быть?..

Сходила, называется, на разведку. Наладила контакт… с дроу!

О светлые боги, за что мне это?! Чем я провинилась перед вами?!

Как же я теперь в глаза родителям и деду посмотрю! Я же сгорю со стыда!

Так… не время раскисать, сказала я себе, чувствуя, что сейчас изойду горючими слезами. Все-таки поставленную задачу я выполнила. Разведала, что и как, и даже более того… убедилась, что рассар не будет помогать дроу в нашем с ними конфликте. Впрочем, как и нам… по крайней мере, все остается как есть. И даже имеется возможность установить долгосрочное перемирие… хотя дед на него вряд ли пойдет.

Осталось только решить — рассказывать деду о том, что произошло, или нет. Он ведь может и войной пойти… и то, что человек с легкостью победил гномов, его не остановит. Нет, придется все держать втайне… Все-таки он рассар. Он достиг серьезной силы, могущества и власти, чтобы столкнуться с ним в прямом конфликте…

Да только как долго продержится все втайне? Ведь результат такого… контакта может через заданное количество времени появиться на свет!

И что тогда?!

Нет, этому не бывать… Нужные ингредиенты есть, сейчас зелье сделаю и решу вопрос.

Кирилл. Гражданский девятиженец!

Две эльфийки вымотали меня до предела, это еще учитывая, что мне, по-хорошему, следовало бы взять паузу после суккуба, но работа не ждет, она ведь, как известно, не волк и в лес не убежит… так что надо подниматься.

На завтраке Алисилиель не присутствовала. Как доложил Пармер, она быстро собрала манатки и по-английски свалила из замка. Зато дроу довольно улыбалась — избавилась от конкурентки и вообще идеологического противника.

Гражданские жены на меня искоса поглядывали, но я сделал морду кирпичом: знать ничего не знаю, ведать ничего не ведаю, и вообще я — не я, и лошадь не моя.

О том, что Тарсарана останется в замке на правах гражданской жены, я пока решил промолчать. После похода в Проклятые земли в гости к Неназываемому узнают. Или не узнают, мало ли что произойти может.

«Не парься, они уже знают, — сказал мой внутренний голос. — Их в этом деле не обманешь».

Ну да…

После завтрака обошел замок и поговорил с Гонглиром. Его бригада строила мне Тирана-2, но до полного завершения ШаРа было еще далековато. Кроме того, еще требовалось установить необходимое вооружение, амулеты и так далее, и тому подобное, не говоря уже о подселении души — ИИ.

Так долго я ждать не мог, хотя в гости к Неназываемому хотелось сходить именно в надежной защите. Хотя бы до места проживания главгада, если уж сразиться с ним в боевом роботе не судьба. Уж очень много гадости живет в Проклятых землях…

Впрочем, по размышлении стало ясно, что в Тиране-2 в Проклятые земли лучше не соваться. Слишком приметно, причем не только физически из-за размеров, но и магически.

В общем, началась подготовка к путешествию.

В том, что Тарсарану мои гражданские жены приняли в свои дружные ряды, я окончательно убедился, когда Олграна провела над ней обряд познания и передала ей русский язык. Как результат дроу получила возможность приобщиться к музыке и фильмам. И хоть остальные не раз и не два, и даже не десять раз, посмотрели фильмы, все равно присоединялись к киносеансам. Правда, они давно смотрели кино не с экрана ноутбука, а переводили изображение посредством хитрых амулетов, что изготовил архимаг Тарногар, на стену, завешенную белой тканью.

— Меня вызывают на собрание архимагов, — сказал архимаг, заходя в зал, где мы обычно принимали пищу. Вот и сейчас обед на столе расставляли.

— Зачем?

— Кто знает! — пожал он плечами. — В приглашении тема не объявлена.

— Это из-за твоего долгого отсутствия?

— Вряд ли, — хохотнул архир. — Причина слишком незначительна, чтобы из-за моего отсутствия созывать десятки архимагов нескольких королевств и еще пару сотен сильнейших магистров. Маги время от времени пропадают, это нормально. Обычно это связано с тем, что они или решили отдохнуть от суеты жизни, либо, наоборот, включились в работу так, что им не до внешнего мира. Все считают, что я сейчас напряженно работаю… что, кстати, верно.

— Понятно. Ты можешь отказаться?

— Могу, конечно, но не думаю, что это следует делать.

— Почему?

— А вдруг причина созыва в Неназываемом?

— Думаешь, его еще кто-то мог засечь?

— Все возможно.

— Хорошо бы… а то мне, откровенно говоря, не хочется с ним сталкиваться, — признался я. — Лучше бы его архимаги всем скопом задавили…

— У меня тоже желания нет, — согласился Тарногар.

— А может, ты на этом совете сольешь инфу по этому гаду?!

— А как мне объяснить, откуда я о нем узнал? Как вычислил его местонахождение? Без этого его ведь вовек не найдут. Придется рассказывать о тебе, как ты его заставил проявиться…

— А без этого никак нельзя?

— Сомнительно. Все, что я скажу, будет очень тщательно проверяться: уж больно серьезна информация, так что на тебя выйдут и так или иначе узнают о том, кто ты есть.

— Проклятье, тогда они для начала решат разобраться со мной, а не с Неназываемым, — в раздражении ударил я кулаком по столу.

Архимаг только кивнул.

— Ладно, придется нам самим с этим гадом разбираться. Кстати, когда сбор? Это нам не помешает? А то мы ведь вот-вот хотели выступать…

— Через два дня.

— Долго этот сбор будет длиться?

— День-два, максимум три.

— Нормально, — кивнул я, проведя нехитрый подсчет расхода времени на дорогу. — И что насчет твоей работы? Каковы результаты?

— Практически все готово. Остались сущие мелочи, так что причин для волнений нет. Созыв мне не помешает закончить.

— Хорошо. Когда отправляешься?

— Да вот сейчас пообедаю да в дорогу.

— Может, тогда на Вол… на Черной Молнии стоит доставить? Далеко все-таки.

— Было бы неплохо, — кивнул архир.

Архимаг улетел, а я остался заниматься делами.

Архир Тарногар явился через семь дней, и выглядел он не слишком довольным.

— Что случилось? О чем говорили на совете, если не секрет?

— Не секрет… собственно, о тебе и говорили.

— Вот как?! — насторожился я и нервно поерзал в кресле. — А если конкретнее?

— Если конкретнее, то тебя из-за уничтожения сводной армии объявили Темным и постановили уничтожить общими усилиями.

— Вот как!!!

Так и знал, что выйдет мне боком тот «ядерный взрыв»!

— И когда ждать гостей по мою душу?

— Где-то через пару месяцев.

— А чего так долго?

— Нормально… всем нужно подготовиться. Артефакты зарядить и все такое…

— Понятно…

Я впал в легкую задумчивость. Что, собственно, делать? Угроза выявлена, и это хорошо, более того — архир Тарногар, а значит, и я, знаем, кто конкретно явится по мою шкурку, известно, где они обитают, а значит, можно нанести упреждающий удар.

— Много ко мне придет архимагов?

— Двенадцать, включая меня. У каждого будет свита от десяти до двадцати сильных магов.

— Проклятье… многовато.

Я барабанил пальцами по столу, не зная что предпринять. Дело не только в архимагах, но еще и в Неназываемом. Рассарский эффект провидца настойчиво говорил мне, что медлить с ним нельзя.

Молот и наковальня. Отвлечешься на одного врага — ударит второй, отвлечешься на второго — ударит первый. А на двух сразу напасть невозможно, получишь от обоих.

— Что будем делать? — спросила вампиресса.

— Без понятия…

— Может, атакуем архимагов?

— Слишком опасно и слишком долго. Завалим одного-двух — остальные либо усилят до максимума защиту, либо скроются. Тут надо атаковать одновременно, но это невозможно. С ними придется играть от обороны. Прихлопнем их скопом у себя под стенами… Кто предупрежден, тот вооружен. Вот если бы они появились внезапно — тогда да, была бы нам крышка. А так подготовим им встречу по полной программе! Ну а пока есть немного времени разделаться с настоящим Темным…

И с Неназываемым следовало поспешать. Один я с ним не справлюсь, даже в паре с архиром Тарногаром, нужны еще помощники, а точнее — помощницы в виде моих гражданских жен. И если не задействовать их сейчас, дальше станет поздно просто в силу их непраздности. Беременные ведь все!

Тут тоже ситуация непростая. Я бы и рад им запретить участвовать в походе из-за их положения, но так они ведь сами откажутся. Рвутся в бой. А с другой стороны, во время беременности они ведь сильны, как никогда!

Так что главное — не перетянуть и сделать все дела, пока их животы еще не слишком сильно обозначились и не лишили их подвижности.

— К тебе старая знакомая, — вдруг сказала дриада.

— Какая?

— Эльфа.

Дроу поморщилась. Действительно, удивился я с нею вместе, чего это она тут забыла, после всего происшедшего?

— Что ты там говорил насчет того, что ты поступишь как честный человек?.. — спросила Алисилиель, когда появилась в замке.

На мне скрестились взгляды всех присутствующих гражданских жен.

— Кирриэл, больше не надо никого заводить, а то сервиза на всех не хватит, — с усмешкой, под смех остальных, сказала Зеленоглазка.

Я только закатил глаза к небу.

— Я не отказываюсь от своих слов, но все же почему?

— Потому… Зелье, что должно было уберечь меня от беременности, не сработало!

— Это мне знакомо, — хмыкнула Олграна.

— А раз так, после связи с человеком я стала в Лесу никем, и оставаться я там больше не могла… Ну и меня отправили назад, вроде как послом…

— Понятно. Что ж, добро пожаловать в замок Гарем.

Глава 20

Кирилл. Десятиженец

Дураков в моей команде не имелось, разве что я, так что никто не рассчитывал добраться до Неназываемого на Волге по воздуху в комфортных условиях за кратчайший срок и упасть ему как снег на голову. Нет, в теории это, конечно, возможно, даже если забыть про магические ловушки, коими нашпигованы Проклятые земли и воздух над ними, но вот на практике… На практике к Неназываемому лучше подобраться как можно более незаметно, чтобы не слинял, гад такой, едва завидев нас. Так что топать придется ножками… подбираясь тихой сапой.

А на Волге мы, то есть я, Лития, Олграна, Ссашшиллесса, Тарсарана и архир Тарногар, добрались лишь до места битвы с демонами, где подчиненные Хайллейсы тогда собирали весь хабар со своих убитых сослуживцев. Ей еще собственную армию собрать предстоит для защиты обретенного домена, так что оружие ей необходимо до зарезу. Я ей ради того, чтобы она прикрывала меня на своем плане, чтобы больше никто не смог атаковать нас из нижних демонских миров, даже три крупнокалиберных пулемета презентовал и три десятка «катюш» с боекомплектом обещал отдать в самом ближайшем будущем, как только ракеты созреют… С этим следовало поторопиться, так как соседи непременно в самое ближайшее время попробуют новичка, что называется, на зуб.

Путешествие по Проклятым землям при походе к Неназываемому ничем не отличалось от прошлого нашего выхода из них со стороны прорыва инферно. Шли, стараясь не отсвечивать, десятой дорогой обходя все подозрительные места, не вступая в контакт с местной чудовищно видоизменившейся флорой и фауной, а также нежитью.

Но однажды я все же встал перед выбором: остаться, как и раньше, незамеченным или же вмешаться и практически стопроцентно раскрыться. Дело в том, что мы совершенно случайно наткнулись на один из караванов, доставляющих пленников для жертвоприношения. В караване насчитывалось около ста разумных — как полукровок, так и людей.

— Что будем делать? — спросил я.

— Идти дальше своей дорогой, — пожала плечами вампиресса.

— Олграна?

— Согласна, — кивнула шаманка.

Дроу только кивнула. Для нее это вообще не проблема: сами развлекаются жертвоприношениями.

— Архир?

— Согласен. Мы не должны себя обнаружить, что сделаем, если нападем на караван, который ведут слуги Неназываемого. А мы еще и половины пути не прошли.

Я только недовольно поджал губы. Все, что было сказано, — истинно, но вот вылезла опять из меня моя человечность, свойственная цивилизованному человеку, что призывает освободить попавших в беду, особенно если тебе это под силу, а мне под силу.

Или, что вернее, я это чувство человечности в себе раздувал — как огонь из еще тлеющей искры. А то, признаться, тоже отнесся к каравану пленников… совсем никак не отнесся. Дескать, идут и идут, много их тут до меня ходило, и одним больше, одним меньше — какая разница? Опять же люди совершенно чужие, я ведь в другом мире и все такое… какое мне до них дело?

Да почувствовал, что если сейчас не дать таким мыслям укорот, то неизвестно, что из меня в будущем получится… как бы не такой же Неназываемый. Бр-р…

— В конце концов, мы ничем не сможем им помочь, — сказала орчанка, видимо уловив мои душевные метания. И неудивительно: ведь она знает меня чуть ли не лучше всех, ведь с рассаром надо, как с ядовитыми химикатами, обращаться осторожно. — Ну освободим мы их сейчас — и что дальше? Из Проклятых земель никто из них просто не выберется, либо сожрет живность или нежить, либо попадут в магические ловушки, и они пополнят армию той же самой измененной живности или нежити.

— Олграна дело говорит, — подключилась Ссашшиллесса к моему уламыванию. — Мы же ведь не можем отвлечься и стать их проводниками…

Я вынужденно кивнул, с облегчением чувствуя, как под доводами логики слабеет внутреннее эмоциональное напряжение.

— Ну вот… — подхватил эстафету архир Тарногар. — И если уж на то пошло, у нас больше шансов их спасти, добравшись до Неназываемого раньше каравана. Прибьем его — и жертвы можно будет спокойно отвести назад.

Я вновь кивнул, окончательно дав себя уговорить и усыпить в себе так не вовремя проснувшуюся совесть. Баю-баюшки-баю…

— Этот караван нам даже поможет, — сказала Олграна.

— Как?

— Пойдем по его следу — и он приведет нас к Неназываемому кратчайшим путем. Нам не придется рисковать самим, пробираясь нехожеными тропами, рискуя что-то пропустить и нарваться. Они тут явно не первый раз ходят и, как ты говоришь, Кэррэл, собаку съели на этом деле, став идеальными проводниками.

Эту мысль шаманки все признали здравой и приняли к исполнению. Отпустив караван на сутки, мы двинулись следом, не забывая, конечно же, страховаться и зондировать местность.

Скорость движения после того, как мы сели каравану на хвост, и вправду значительно выросла, раза так в полтора-два, это учитывая, что там шел большой караван с небольшим обозом с едой для жертв, а такая толпа народу быстро двигаться не может по определению.

Адепты Неназываемого действительно шли кратчайшим путем, чуть ли не по прямой. Оставалось только гадать: они выбирают безопасный маршрут или как-то сами себе его расчищают? Увы, проверить это мы не могли по соображениям осторожности. А то так вполне можно было «подключиться» к спутнику и посмотреть на движение аномалий, и если они «разбегаются» с пути, то… говорить, собственно, больше не о чем. Но связь со спутником могли засечь. В Проклятых землях вообще не стоит лишний раз пользоваться магией, так как любое ее проявление — все равно что запах крови для акул, и к источнику тут же прибегут всякие твари вроде незабвенных гончих или еще чего похуже.

Идти за караваном по «чистой» тропе, при этом сохраняя его скорость, не догоняя, оказалось довольно непросто, даже утомительно. Приходилось время от времени давать им фору. Но оно и к лучшему — это дарило нам возможность путешествовать с некоторым комфортом, что ли.

Таким вот прогулочным шагом они плелись по Проклятой земле целый месяц, пока наконец не оказались перед зоной засветки — вспышки магической энергии в момент ранения Неназываемого через убийство его адепта. Дальше сидеть на хвосте у каравана с жертвенными рабами стало слишком опасно. В небе плотно кружили грифоны, по земле носились гончие, являя собой систему охраны. Так что пришлось от них отойти, чтобы выбрать собственный путь к цели, благо уже недалеко.

И начался кошмар: мы двигались медленнее черепахи. Хорошо если удавалось пройти пару километров в день! Всего два километра! Все дело в тварях, что буквально кишмя кишели на подступах к «зоне особого внимания». Нам приходилось маскироваться всеми доступными методами, начиная от камуфляжа и заканчивая маскировочной магией (она, понятное дело, не фонила).

Кроме того, периметр был просто усеян различными сигнальными и защитными плетениями, и архимагу приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы их не только засечь, но и найти безопасную тропу, потому как лишний раз вмешиваться в охранный контур не стоило.

И тем не менее, как бы мы ни были осторожны и сокрыты, нас все равно обнаружили.

— Замрите… — прошептала Олграна, и мы послушно застыли, как в одной детской считалочке, причем некоторые в очень неудобных позах.

Я скосил глаза и мысленно грязно выругался. К нам приближались, пожалуй, самые опасные твари Проклятых земель — гончие в количестве пяти штук. Мы с вампирессой и орчанкой как-то уже встречались с ними, и одна из них чуть не отгрызла мне руку. Шрам, кстати, остался. Не смогла его свести целебная магия.

Гончие находились в некотором замешательстве, замерли, осматривались во все стороны, принюхивались. Какое-то из чувств говорило им, что здесь что-то нечисто. Да, они подобрались к нам слишком близко и действительно могли что-то уловить. Раньше нам удавалось разминуться с ними на гораздо больших дистанциях. А тут вот они, буквально в двадцати метрах.

Вожак группы рыкнул на своих подчиненных, и те разбежались в стороны с шагом в десять метров. Вожак посмотрел сначала налево, потом направо, казалось, он получал данные от своих подчиненных, а потом посмотрел прямо на нас.

Он нас не видел, но понял, что нечто непонятное находится прямо по курсу, и сделал первый шаг…

Олграна подтянула к себе бубен, Лития — посох, Тарсарана — хлыст, Ссашшиллесса крепче ухватилась за мечи, ну и архимаг начал готовить убойное плетение.

— Отставить! — шепотом воскликнул я.

Все посмотрели на меня недоуменно, в том числе и гончая. Она замерла, и шерсть ее пошла дыбом, зарычала, показав саблевидные клыки, глаза налились огнем. Еще немного — и гончая бросится в атаку, а это значит, что нас обнаружат.

Я тем временем, припомнив случай с орлом, начал стремительно видоизменяться, стараясь как в прошлый раз не накосячить во внешности, чтобы все получилось идентично… меняя не только тело, спасибо способности оборотничества, полученной от Мягкой Лапы, но и подстраивая ауру гончей, той самой, что потрепала меня тогда, — я ее, оказывается, не «забыл». Ее при всем желании не забудешь…

Себя сделал в полтора раза больше, чем особь напротив нас, и ауру насытил и раздул помощнее. Вожак стаи гончих, что нас почти обнаружил, сразу же сдулся, даже башку пониже к земле опустил, и даже пару раз подобострастно вильнул хвостом. Его шавки так и вовсе легли и не отсвечивали.

Не знаю, общаются ли они хоть сколько-нибудь осмысленно, что-то похожее на это есть, потому я угрожающе рыкнул, но не просто создал набор звуков, а еще на всякий случай вложил мысленный посыл — дескать, это моя добыча, — и вожак отступил на шаг. Я сделал шаг вперед и оскалился. Вожак понял все правильно и, подозвав своих подчиненных, ретировался, скрывшись среди деревьев.

Как только они скрылись из виду, я стал возвращать себе нормальное тело. Оставалось надеяться, что я не слишком наследил. О чем и поинтересовался у спутников.

— Нет, превращение, именно оборотничество, не вызывает возмущений в астрале, — успокоил меня архир Тарногар.

— Вот и хорошо. Двигаемся дальше…

Где конкретно затаился Неназываемый, я даже спрашивать у архимага не стал — я его чувствовал чуть ли не всей своей сущностью. Точно знал, что он находится в глубине скалистой пирамидальной горы почти километровой высоты, что стояла перед нами. Хорошо еще, что он находился не на самой верхотуре, а скорее внизу, — уж больно влом лезть под облака. Грифоны опять же засекут. Они, кстати, гнездились на горе, гнезд их тьма-тьмущая… Хотя пещера, что ведет вглубь, находится на высоте двухсот-трехсот метров, так что нам все же придется извернуться и как-то пробраться ко входу незамеченными. Так наверняка еще и в самой пещере всяких тварей полно, а там нас точно распознают, начнется буча — и придется пробиваться к супостату с боем. Не самый лучший вариант… скорее, наихудший из возможных. Мы в таком случае просто не дойдем.

Впрочем, никто не обещал, что будет просто. Но не настолько же непросто! Почти невозможно.

Оставалось надеяться, что Неназываемый меня, в свою очередь, до сих пор не почувствовал и не ждет с распростертыми объятиями, с людоедской улыбкой на устах. Уж в плане зондирования Неназываемый наверняка профи. Но мы такой вариант просчитывали и хорошо потренировались с архиром Тарногаром скрывать мою сущность. До сих пор все получалось неплохо.

— Нет, нам не проскользнуть незамеченными, — прошептал архир, после того как внимательно осмотрел гору, наблюдая, как по тропе то и дело перемещаются адепты Неназываемого и слуги из видоизмененных гоблинов и гремлинов.

Ну вот, все еще хуже, чем можно было представить, подумал я.

Правило о том, что все планы рассыпаются при столкновении с реальностью, оказалось верно на все сто процентов. Но мы особо планированием не занимались, решив, что будем действовать по обстоятельствам. Однако обстоятельства таковы, что ничего другого не оставалось, кроме как выйти и крикнуть: выходи, подлый трус, на бой честный, отведай-ка силушки богатырской! В смысле, рассарской… Но это глупо, глупее не придумать.

В принципе я мог бы добраться до пещеры по воздуху… А что дальше? Мне как минимум нужен архимаг с его амулетом, что он создавал все это время, пока жил у меня в замке, с помощью которого предполагалось уничтожить Неназываемого. Даже не столько уничтожить, сколько поймать, потому как в нашем случае его, как ни странно, легче поймать, чем убить. Почему так, я не знаю и особо в эту область не лез. Остальные мои спутницы должны были держать периметр, чтобы нас не отвлекали от борьбы с главгадом. Так что поговорка, говорящая, что один в поле не воин, в данном случае тоже подтверждала свою истинность.

— Дело совсем швах?

— Да. По сути, вся гора опутана сигнальными и защитными плетениями.

— Но как-то же эти твари ходят! — не сдавался я.

— Амулеты-ключи…

— Так что нам мешает кокнуть несколько этих гадов и…

— Их смерть и мешает. И даже если живыми оставим, ничего не изменится. Неназываемый узнает об этом и будет нас ждать.

— Вот же…

Я лихорадочно пытался найти решение проблемы — ведь утверждается, что нет задач без решения, — но пока такового не находил.

Пользоваться магией и проделать с помощью элементаля земли альтернативный ход невозможно. Это все равно что начать долбить стену в банковское хранилище… мало того что бесполезно, так еще и шумно. На шум, естественно, сбегутся все кому не лень.

Тут по-любому нужно пользоваться парадным ходом. Ну или техническими. Вот только их еще надо отыскать, что непросто. Такое впечатление, что таковых вовсе нет. И не удивительно — ведь чем меньше ходов, тем безопаснее, кроме того, один парадный защищать легче в случае чего. А потом, кто сказал, что «черные» ходы безопаснее парадного?

В это время на далеком перевале появилась очередная колонна жертвенных рабов.

У меня в голове словно что-то щелкнуло.

Судя по выражениям лиц остальных, у них тоже появилась аналогичная идея.

Мы еще не знали, как это сделаем, но другой возможности просто нет и, скорее всего, не будет, потому нам придется вывернуться мехом внутрь, но попасть в число рабов, ибо только они могут беспрепятственно попасть в цитадель Неназываемого. Оставался лишь один вопрос: реально ли это в принципе. Ведь у караванов есть охрана, их ведут в том числе колдуны-жрецы, а их обмануть наверняка дело непростое…

Жаль, что я атеист… остался таковым даже после встречи с богиней красоты! Парадокс, однако. А то нам сейчас не помешало бы легкое вмешательство бога удачи.

Или не парадокс? А то эти так называемые боги, разделившие зоны отвественности, словно выбрав себе профессии, по своей сути больше похожи на паразитов вроде глистов, коим для существования требуется энергия веры. А для меня бог — творец, самодостаточная сущность, не нуждающаяся в поклонении. После спуска с горы каравану скомандовали остановку, дабы пленники справили естественные надобности. Чем не удача?! Удача, и еще какая! Правда, с приправой… видать, место это под туалет было выбрано не раз, и даже не два, — в общем, все загажено…

Пленники сошли с тропы поближе к изрядно разросшимся за счет удобрения кустам, правда, в сами кусты углубляться не стали. Пленники вообще вели себя как куклы, но это понятно, их для лучшей управляемости слегка зазомбировали, но нам так даже лучше — лишнего шума никто не поднимет.

Пленники как по команде сняли портки и присели… Близость цели сыграла с конвоем из колдунов-жрецов злую шутку: они уже чувствовали себя в безопасности, а потому особо по сторонам не смотрели, тем более не смотрели, как рабы справляют нужду. Оно и понятно, зрелище не самое эстетичное, усладить взор вряд ли может.

Измененные гоблины и гремлины тоже на пленников не пялились. По-хорошему, следовало бы провести отвлекающий маневр, чтобы конвоиров отвлечь от пленников понадежнее, но и так вышло неплохо, они сами себя отвлекли, деля пайку.

Оружие и вообще все лишнее спрятали в кустах. С собой взяли только кое-какие личные амулеты, ну и главный амулет-капкан для Неназываемого. Он изначально разделен на части, потому как стоит соединить его части вместе, он начинает сильно фонить в магическом плане. А уже если его еще и активировать!..

И вот пока все занялись своими делами — и конвоиры, и рабы, — мы подкрались в самый центр колонны и выдернули прямо через кусты сидящих в позе орла подходящих субъектов. Осталось только порадоваться, что они не связаны между собой. А зачем, если их зазомбировали? Быстро оглушили счастливчиков (это если их не сожрут гончие и прочие твари, патрулирующие округу), раздели и напялили на себя их вонючие и вконец изодранные шмотки. Для надежности не помешало бы нацепить на себя личины тех, кого мы собой заменили, но скажите пожалуйста, кто-нибудь вообще запоминает лица жертв, коих скоро положат на алтарь? То-то и оно… Рутина. Сколько десятков караванов они уже провели? Пленники неволей сливаются в однородную безликую массу. Опять же вечерело, так что в сумерках особо уже различий не заметить. Ну и мы, как могли, все же замаскировались, измазавшись грязью. Противно, а что делать?!

Успели. Раздалась команда встать в строй — и мы, заняв свои места, потопали дальше.

Ну что же, первая часть плана прошла как по маслу. Осталось надеяться, что не вступит в действие закон подлости, когда если что-то начинается хорошо, то в конце все станет очень плохо.

Конвоиры не заметили подмены, и мы приблизились к пирамидальной горе — обиталищу Неназываемого. Не задерживая, нас сразу повели внутрь горы.

Вот и вторая часть плана, что казалась невыполнимой, прошла без проблем. Пещеры освещались светящимся мхом — не ярко, но хватало, чтобы различать предметы и не шарить руками, дабы не уткнуться в стену и не расквасить нос.

Нас завели в загон, где уже томился десяток пленных с безучастными лицами. Наверное, от прошлой партии остались, своей очереди на забой дожидаются. А это уже нехорошо, так нас могут разделить.

— Садимся поближе к выходу, — прошептал я.

Сели и стали ждать. Ждать, к счастью, из-за всяких ползающих в загоне тварюшек отвратного вида, я уже молчу про вшей, пришлось недолго. Стоило только снаружи опуститься тьме, как за жертвами пришли конвоиры.

Пришли жрецы, и измененные гоблины стали выдергивать людей из загона, порыкивая, пинаясь и потыкивая в спины дротиками, для большей подвижности. Отобрав нужное количество, то есть почти всех, нас повели вниз.

Шли долго, спустились, наверное, на несколько сотен метров. Что вполне объяснимо: толща породы, да еще такой непростой пирамидальной формы, наверняка должна если не усиливать энергетическую составляющую жертвоприношений, то как минимум маскировать, чтобы ни одна единица маны не вырвалась наружу.

И вот мы наконец оказались в святая святых логова Неназываемого — жертвенной зале. Огромная полость внутри горы, метров пятьдесят высотой и тоже пирамидальной формы. А вот духан здесь стоял невыносимый гнилостный, приторно сладкий, с сильной примесью миазмов испражнений, так что хотелось невольно проблеваться. Не знаю, кто как это выдержал, а я заблокировал обоняние к чертям, иначе бы точно проблевался.

В центре залы стоял жертвенный алтарь, от которого шли желоба-стоки для крови. Пол также был исписан и исчерчен всякими знаками и рунами.

Но где Неназываемый? Печально, если он не присутствует на жертвоприношениях, а получает ману в другом месте, скажем, в помещении, расположенном чуть выше, прямо в вершине пирамиды. Это будет полная… филейная часть.

Даже не знаю, что в этом случае делать будем. Только прорываться с боем.

Но вот, кажется, начинается самое интересное.

Лития, стоявшая позади меня, коснулась моей спины, и я как можно незаметнее передал ей свою часть амулета. Архир Тарногар начал складывать «капкан».

Я едва сдерживал пробивающую меня мелкую дрожь. Сейчас все решится…

В зале тем временем шло представление, и мы продвигались по коридору по мере того, как впередистоящих уводили к алтарю и раскладывали на нем, после чего приносили в жертву ударом черного кинжала. Жертва при этом орала так, что уши закладывало.

Еще парочка человек — и наступит моя очередь возлечь на алтарь…

Ощущение присутствия Неназываемого буквально плющило меня. Но где он, черти его раздери?! Явно не тот чувак, что работает забойщиком: слишком грязная работа. Да и энергия смерти впитывается не им, она идет мимо него, куда-то… я глянул вверх.

Так вот ты какой… олень северный.

Под потолком клубилась тьма. Создавалось впечатление, что там, в клубке, извиваются сотни толстых ртутных змей, с каждой новой жертвой все ускоряясь и ускоряясь. Значит, Неназываемый существует в энергетической форме… впрочем, нам без разницы, в какой форме его мочить.

— Начали!

В жрецов полетели метательные ножи из преобразованного мифрила с орнаментом из мифрила сырого, зачарованного на дополнительное пробитие любых щитов. Особенно в этом искусстве отличилась дроу. Вампиресса тоже могла бы составить ей конкуренцию, но она работала кинжалами, вырезая охрану из преобразованных гремлинов и гоблинов, на которых тратить метательные ножи слишком жирно.

Архир Тарногар в момент выкрика активировал амулет-капкан и зашвырнул его в центр залы, так что он лишь чуть-чуть не долетел до алтаря. После чего создал сферу, что была призвана не дать Неназываемому удрать.

Лития, жаль, что посох ей пришлось оставить, но она здесь хорошо напиталась эманациями смерти, так что общий ее магический КПД был примерно сопоставим, жахнула по Неназываемому чем-то из своего арсенала, да так, что клубящееся облако в вершине пирамиды застыло и посерело. А следом уже вдарил я, буквально пробивая бреши в сгустке тьмы, выбивая целые клоки, но дыры быстро стягивались, а оторванные куски прилипали обратно.

Убить его таким образом было проблематично, и, как я уже говорил, на убийство мы и не рассчитывали. Своими ударами я скорее не давал ему сконцентрироваться и ударить в ответ. Хотя надолго меня в таком режиме не хватит. Впрочем, надолго и не надо…

Подключилась Олграна. С моей первой встречи с ней шаманка очень сильно выросла в магическом плане, не без моей помощи, хи-хи, и сейчас ей предстояло показать все, на что она способна. И она показала… Залу наполнил вибрирующий гул бубна, и Неназываемого, опутанного светящимися и разноцветно-искрящимися линиями, поволокло вниз, прямо к амулету, созданному архимагом, все ниже, ниже и ниже…

Еще немного — и амулет всосет его в себя.

Это действо чем-то напоминало кадры из фильма «Охотники за привидениями».

Бой бубна нарастал, напряжение усиливалось… Неназываемый извивался и метался в сети, словно дикий зверь, того и гляди порвет ее на куски. Но его продолжало притягивать к амулету. Еще немного, еще чуть-чуть — и начнется всасывание…

Неназываемый. Бывший рассар, желающий стать богом

Ну ничто этого рассара не берет! Лучше бы я тех жертв, потраченных на призыв лорда с его демонической армией, обратил на себя, а то ведь жить не просто впроголодь пришлось, наступил настоящий голод! Ведь все оказалось зря! Мало того что рассар победил демона, так еще и усилился, загребя его домен!

Кроме того, рассар как-то прознал про Армирана, моего сильнейшего адепта, и не просто уничтожил его, но еще и меня ранил во второй раз! И рана оказалась весьма чувствительной, да еще на фоне недостаточности маны. Если бы он сумел нанести мне сразу третье ранение, то я мог бы вполне вырубиться и залечь в спячку, точно медведь, после чего бери меня голыми руками. Но, к счастью для меня, нанести мне дважды урон через воплощение в адептах нельзя.

Как же много хлопот от этого рассара! Но все-таки я рад, что лорд его не заполучил. Есть возможность вновь попытаться поглотить его сущность. И на этот раз нужно нанести удар лично, когда он этого не ожидает. Правда, для этого придется покинуть убежище, оторваться от места силы, чего очень не хочется делать, ибо слишком опасно. Но и оставлять рассара разгуливать тоже опасно, в конце концов он, как и я, может слить информацию обо мне если не демонам, то магам, и тогда…

Но что это?!

А-а-а! Ритуал жертвоприношения прерван!

Рассар!!!

Попытка сбежать оказалась безуспешной. Проклятый маг блокировал меня! Удар некромантки оказался чудовищен по своей силе настолько, что потеряна практически вся только что полученная от жертв мана. А теперь еще и рассар атакует! Его удары рвут мою энергетическую сущность на куски. Все мои попытки сконцентрироваться тщетны… Но он не может атаковать с такой силой слишком долго, значит, мне надо продержаться еще совсем немного, совсем чуть-чуть…

Шаманка! Проклятье! Они решили пленить мою сущность?!

Рассар ослабил меня достаточно сильно, чтобы шаманка смогла накинуть сеть и я не смог ее сбросить. Шаманка потянула меня к мифриловому артефакту, и чем ближе к нему, тем сильнее меня в него тянуло.

Нет! Не-эт!!!

Откуда-то из глубины сознания всплыла картинка бесконечно далекого детства… Да, когда-то я тоже был простым человеком и как все дети ходил гулять на речку, и однажды во время купания водяной дух решил не то просто поиграть со мной, не то утопить. И сейчас состояние, что я тону, было похоже на то, когда я тонул в воде, и возникло чудовищное желание жизни, что дало мне сил…

Вот и сейчас, утопая в амулет, я рванул, приложив к этому все свои силы, всю свою сущность я вложил в одно желание — вырваться.

Рывок, еще рывок! Ну-у!!! Энергетические нити впиваются в мою сущность. О боги, как больно, кажется, что тебя режут на ломтики раскаленной пилой!

А меня все тянет и тянет вниз, в эту мифириловую ловушку!

Еще рывок! Напряжение достигает пика, и вот когда уже кажется, что все бесполезно, раздается звонкий лопающийся звук.

Бамс! «Паутина» шаманки рвется с яркой вспышкой, и я оказываюсь на свободе!

Свобода!!! И вы заплатите мне за это чувство безысходности! Дорого заплатите!

А рассар-то выдохся, ха-ха-ха!

Удар — и его относит далеко в сторону, прикладывая к стене.

Архимаг быстро развеивает купол, удержавший меня от бегства, понимая, что теперь я никуда не убегу, и более того, сам не отпущу никого их незваных, но столь желанных гостей!

Архимаг подготовил какое-то из плетений и даже швырнул в меня, но тщетно… Хоть меня и отбросило под самую вершину, в самый угол, но щит выдержал, несмотря на мое истощение. В конце концов архимаг тоже изрядно потратился, держа купол, и его атака оказалась не столь мощной, как могла бы быть!

Удар силой в ответ, его щит тоже выдержал, но на ногах он не устоял, и его, как рассара, отшвыривает в сторону. Наношу еще один оглушающий удар.

Еще один удар некромантки, щиты спадают, но урон не слишком велик. Мой ответный удар силой буквально вышибает из нее дух, делая ее тем, кем она и должна быть: личем — ходячим трупом. И еще один удар. Теперь она мне не помеха.

Шаманка? Она выдохлась до крайности, вон аж как на колени упала… ее можно взять голыми руками. Легкие удары по вампирессе и дроу, чтобы не путались под ногами.

Ну вот, теперь без проблем можно разобраться с архимагом. Что я и делаю, заключив его в центр своей энергетической сущности.

Мана! И жизненная сила! О, как много и как насыщенно, давно я не пробовал ничего подобного. Очень давно. Ты один возместишь мне все понесенные сегодня потери!

Несколько мгновений — и от мага остается сухая мумия. Вся его мана и жизненная энергия стала моей.

Отлично…

Шум в углу… Что тут у нас? Рассар! Очнулся уже. Но это тебе не поможет!

Быстро смещаюсь к своему визави и так же, как и архимага, заключаю внутрь своей энергетической сущности, начиная тянуть из него ману и жизненную энергию.

Проклятье! Слишком больно… и опасно. Как бы он меня не разорвал изнутри. Для его поглощения я недостаточно силен, еще неизвестно, кто кого поглотит!

Я быстро выбросил тело рассара из себя, как какую-то противную на вкус гадость. Хотя на вкус он скорее наоборот — очень и очень вкусный!

Но что же делать?!

Алтарь не поможет… скорее я потеряю его сущность. Вырвется… и алтарь разрушит. Слишком он силен.

Артефакт!

Подобрал мифриловую поделку архимага. Ба! Да это то, что мне нужно! Как говорится, не рой яму другому — сам в нее попадешь! Ну вот ты и попался в собственную яму, дружок!

Положил артефакт на жертвенный алтарь, а сверху — рассара.

Что ж, если я не могу воспользоваться твоей сущностью напрямую, буду цедить потихоньку. Так оно даже приятнее будет! А то ведь верно говорят, что слишком много хорошо — тоже нехорошо…

Удар жертвенным ножом в грудь — и сущность рассара потекла в артефакт. Само тело скукожилось, но не так сильно, как у архимага, тот вообще мумией стал. Но это все из-за возраста. Больше трехсот лет все-таки. Те, кому под тысячу, после смерти сразу в прах рассыпаются…

Артефакт под завязку наполнен рассарской сущностью.

Проклятье! Душа все же смогла вырваться… тоже не захотела тонуть, ха-ха… Ну да и демоны с ней! Прощай, рассар! Твоя сущность ускорит мое становление на порядок, сократив срок всего до нескольких лет от тех столетий, что мне еще требовались! Спасибо, ха-ха-ха!!!

Интересно, а что они хотели сделать со мной, если бы поймали в этот артефакт?

Впрочем, это можно узнать у шаманки…

Я сместился к приходящей в себя орчанке и также заключил ее в себя. Впрочем, мне тут же стало все равно, что они хотели сделать со мной… главное, что уже не сделают. Хотел начать поглощать ее ману и жизненную силу, но остановился.

Интересно, очень интересно…

Шаманка оказалась беременной, даже гадать не приходится, от кого именно, хе-хе… Что ж, резать курицу, несущую, хи-хи, золотые яйца, не просто глупо, а очень глупо! Потомство от рассара будет очень сильным, а значит, я получу с них просто огромное количество маны!

Интересно, а что с остальными?!

Быстрая проверка показала, что и остальные непраздны! Даже в дроу уже теплится новая жизнь!!!

Превосходно! Просто превосходно! А ведь в замке есть еще его любовницы: гоблинка, гнома, оборотниха, эльфа, дриада… и все они тоже наверняка вынашивают потомство рассара… и уже родившиеся дети!!!

О!!! Да его замок просто какой-то сундук с сокровищами! Нельзя терять ни минуты! А то вдруг что-то почувствуют и разбегутся, как тараканы! Ищи их потом, свищи!

Покидать место силы вдруг оказалось несколько страшновато… слишком я привык к нему, слишком долго оно было моим убежищем, комфортным и безопасным…

А ведь когда-то я был Героем! Ольер Светозарный!! Рассар!!! Бросался во время Войны на врагов Света в первых рядах. И вот добросался. В решающей битве чуть не погиб и… сам стал Темным.

Но надо выбираться, рано или поздно это все равно пришлось бы сделать, так почему не сейчас? А то того и гляди, если еще немного задержусь, так и не выберусь уже никогда…

Спеленав пленниц, что в свое время принесут мне вкусные плоды, а потом и сами станут пищей, я рванул в сторону рассарского замка. Что касается пленниц, то их доставят несколько позже мои жрецы и рабы…

Кирилл. Попаданец, поверженный в бою

Когда показалось, что вот-вот сейчас все закончится, действительно все закончилось. Да только не так, как мы того хотели. Неназываемый вырвался из пут — и тут к нам всем пришел маленький беленький северный пушной зверек…

Меня приложило очень неслабо. Я едва мог шевелиться, а видел, что происходило дальше, словно через белесую пленку.

Видел, как Неназываемый осушил архимага, а потом приблизился ко мне.

«Вставай!» — истошно орало мое второе я.

И я пытался, но не мог…

Тем временем Неназываемый заключил меня в свою энергосущность, и меня подняло над полом.

— Ну вот и все, рассар… Хотя надо признать, ты меня удивил, и подготовься чуть лучше, приведи архимагов чуть больше — и у тебя вполне могло получиться.

Я в отчаянной попытке потянул сущность Неназываемого в себя, как однажды поступил с одним из его жрецов, и попытался одолеть архимага, когда попался к нему, но начал быстро захлебываться. Слишком велик объем энергии. Тогда попробовал выплеснуть все наружу и разорвать его. Но не удалось, добился только того, что Неназываемый не удержал меня и уронил на пол. Впрочем, дернуться и сделать что-то еще я не успел. Неназываемый вновь поднял меня и припечатал на алтарь, предварительно подложив под меня амулет архира Тарногара.

— Проклятье… — прохрипел я, увидев, как надо мной в темном облаке завис кинжал.

Мгновение — и он устремился вниз, впившись мне в грудь.

— А-а-а!!! — заорал я.

«А-а-а!!!» — завопила моя шиза.

А потом наши крики стали стихать. Меня потянуло куда-то вниз, но как до этого Неназываемый из последних сил, я рвался вверх.

«Прощай… — послышался мне голос шизы. — С тобой было… прикольно».

— Кто ты?! — спросил я, на мгновение отстранившись от того, что сам сейчас умру.

Но ответа не дождался. А в следующий момент у меня возникло ощущение, что сила засасывания ослабла, и я вырвался, а потом меня поглотила тьма…

Тамгария. Гнома

Я обняла Галлогалу за плечи. Гоблинка вздрогнула, посмотрела на меня, благодарно кивнула и вновь уставилась в «экран», что показывал картинку со спутника-разведчика.

Как только Киэррэл и остальные вошли в пещеру — логово Неназываемого, — Галлогала стала сама не своя, ни на что не реагировала. Она вообще большую часть времени проводила в этой зале, даже спать сюда перебралась.

А уж что с ней творилось, когда изображение пропадало из-за того, что один спутник уже ушел за горизонт, а второй еще не вышел…

Ела, не обращая внимания на то, что ест, и вообще ела, только когда мы ее заставляли, а то совсем о питании забыла.

Спать мы ее тоже заставляли силой, точнее, подмешивая в еду сонные порошки.

В каком-то смысле я ей завидую…

Но с каждой минутой меня и Дрианду с Мягкой Лапой, и даже эльфу накрывал страх, хоть мы и понимали, что Киэрриэлу требуется достаточно много времени, чтобы подобраться незамеченным к Неназываемому и нанести смертельный удар.

— Как думаете, Киэрриэл приведет из этого похода еще кого-нибудь? — спросила я.

Мягкая Лапа после короткой паузы осознания того, что именно я сказала, и для чего — расшевелить гоблинку, — фыркнула.

— Кхеррэлл уже всех собрал, если мне не изменяет память.

— Уверена? — включилась в игру дриада.

— А кто еще отсутствует среди нас, за исключением огров и троллей, ну и гремлинов?

— Ну, мало ли кого он найдет в Проклятых землях! Насколько я помню, на Даронаре еще существовали дракониды и сирены.

— До Войны…

— Угу… Вдруг кто-то сохранился в Проклятых землях, — сказала я. — В какой-нибудь области, из которой они не могут выйти из-за аномалий, ловушек и тварей…

— Такие малые группы за столько лет давно бы выродились… — сказала оборотниха.

— Ну, дракониды, эти яйцекладущие, могли бы и выжить, — подключилась к обсуждению Алисилиель. — Особенно если кто-то из них применил магию безвременья на кладку в каком-нибудь особо защищенном месте. Магия рассеялась, и кто-то мог вылупиться…

— Если только так… — кивнула оборотниха. — Но к демонам их… особенно сирен! А то как заорут — и головы полопаются.

Мы немного посмеялись, но увы, гоблинка не то что не присоединилась к провокационному разговору, но, кажется, и вовсе не обратила на него внимания.

— Знаете, что-то у меня нехорошее предчувствие… — вдруг сказала Мягкая Лапа спустя час, как Киэррэл пропал из «зеркала».

Мы все, кроме Галлогалы, переглянулись. Так или иначе, все чувствовали что-то похожее, но списывали на нервозность.

— Думаешь, надо уходить? — спросила я, и мы посмотрели на Дрианду.

Да, дриада буквально прикована к замку деревом, что растет на крыше. Долго вне своего дерева она не протянет. Вопрос только в том, на сколь долгий срок придется покинуть замок.

— Да и куда мы пойдем? — спросила дриада.

— Можно ко мне… — сказала я.

— Думаешь, твой отец тебя примет? — с сомнением спросила эльфа.

Мы с ней особенно сильно сдружились на почве изгнания. Да и вообще стали лучшими подругами, даже странно, учитывая, что нам приходится делить одного мужчину. Тут разве что эльфа с дроу как кошка с собакой, но и времени прошло всего ничего, сдружатся еще, тем более что причина вражды — наш… гражданский муж, хи-хи.

— Я своим побегом, конечно, опозорила свой род, но укрыть нас, думаю, он все же не откажется. В конце концов, дети в чем виноваты?

— Дети рассара… даже не твои, — скептически хмыкнула Мягкая Лапа.

— Не-эт! — пронзительно вскрикнула гоблинка, схватившись руками за грудь, и стала заваливаться, падая на пол без чувств.

Мы едва успели ее подхватить в четыре руки. Не только из-за неожиданности, но и нас самих хорошо в этот момент прихватило, внутри словно что-то оборвалось…

Не может быть! Только не это!

— Кажется, как говорит Кхеррэлл, поздно пить баржоми, — глухо сказала оборотниха.

Мы посмотрели на «зеркало». Спутник как раз проходил над логовом Неназываемого, но ничего необычного видно не было.

Внезапно над горой возникла тень и устремилась на юг.

К нам…

Мы даже не знали, что делать, а если бы и знали, то все равно не успели бы ничего предпринять. Прошли буквально считанные мгновения, как снаружи сверкнула ярчайшая вспышка, это оказался пробит защитный купол, установленный архимагом при участии Литии и Олграны, и зал заполнила тьма. Вспыхнули и погасли личные защитные амулеты, и нас словно сжало в тисках.

— Замечательно! Просто замечательно! Какой приятный сюрприз! — раздался удовлетворенно-издевательский голос в моей голове, и судя по ошарашенному виду Дрианды, Алисилиели и Мягкой Лапы, у них тоже. — Представляться мне, думаю, нет нужды, а также пояснять, что случилось с вашим… избранником, раз уж я нахожусь здесь?! Я так и думал.

Неназываемый счастливо засмеялся.

Нас немного отпустило, и в голове стола на кресле стала формироваться фигура, примерно через минуту принявшая законченный вид высокого человека с длинными черными волосами и плещущейся тьмой в глазах.

В залу вошло шесть деревянных солдат. Они выполняли команды захватчика — видимо, он как-то перехватил управление над ними. Впрочем, удивляться тут нечему: если вспомнить Киэрриэла, он тоже подобное мог провернуть.

— Бояться вам не надо… пока! — тем временем продолжил изгаляться Неназываемый. — Увести!

Деревянные солдаты подхватили нас под руки и повели вниз. Гадать о том, куда нас ведут, долго не пришлось — в казематы, где нас и разбросали по камерам.

А вскоре стали появляться новые жильцы. Деревянные солдаты приводили все новых и новых пленников из числа обслуги замка, а также старших детей.

— Мама! Мама! — кричали они заплаканно.

Посмотрев в окошко, я увидела, что они скованы антимагическими цепями. Жаль, они уже кое-что могли, но Неназываемый это учел и подстраховался.

— Рома! Рита! — наконец окончательно пришла в себя от криков собственных детей Галлогала. — Как вы?!

— Что происходит?! Почему големы так себя ведут?!

— Их подчинил себе Неназываемый… Он захватил наш замок…

— Значит, папа… — пискнула Рита и замолчала, не в силах продолжить фразу, и разревелась.

— Мама, что с отцом?! — потребовал ответа Рома. — Он… он умер?

— Д-да… — признала Галлогала. — Скорее всего, иначе Неназываемый тут не появился бы…

— Нет! Я не верю в это!!! Этого не может быть!

— Рома…

— Нет, мама, и еще раз нет! Я не верю, что он мог погибнуть, и вы не должны верить! Слышите?!

— Но я…

— Малец прав, — вдруг раздался голос Гонглира. — Будь господин обычным человеком — тогда да… все было бы яснее ясного, раз это отродье тьмы здесь — значит… Но господин — рассар, и значит, его убить не так-то просто. Просто вспомните, сколько раз он выходил из безнадежных ситуаций, когда казалось, что поражение неизбежно. Но нет… он приходил с победой. Верьте…

А ведь действительно, подумала я, этот квартерон прав. Киэрриэла не так-то просто одолеть… а если и впрямь учитывать, что он рассар, так, может, и правда стоит верить в то, что он победит даже вопреки собственной смерти?!

— Я верю… — прозвучал тихий голос Пармера, но его все услышали.

— И я… Я тоже… — зазвучали голоса со всех сторон.

Глава 21

Кирилл. Непонятно кто и что

Странное состояние… ощущение невесомости… даже небытия, хотя как таковых привычных ощущений вроде осязания, обоняния, зрения и слуха нет… ничего нет… ни чувств, ни эмоций, ни желаний…

Нирвана. Абсолютный покой и безмятежность.

Лишь на краю сознания мелькают какие-то тусклые вспышки-образы. Какие-то картинки, но вникать в них нет никакого желания, ибо это может нарушить равновесие…

Нормально ли это?

Но и искать ответ на этот вопрос тоже нет никакого желания. Мелькают какие-то образы, ну и пусть мелькают… они не мешают. Покой…

Не мешают чему?

Опять вопросы? К черту их… Безмятежность. Нужно в ней окончательно раствориться, чтобы ничто не мешало… но почему-то не получается… что-то сдерживает, словно клетка какая-то.

Сознание прошибла яркая вспышка. Одна, вторая, третья, они прошибали, точно легкие разряды электричества.

Что это такое?!

Удары-импульсы прекратились, и теперь шел пронизывающий все существо «постоянный ток», таким тоненьким-тоненьким ручейком. Несмотря на слабость «постоянного тока», с течением времени что-то менялось. Уходила какая-то муть, словно ручей вымывал грязь, очищая русло, сознание становилось яснее… появились чувства.

Кто я?

Кирриэл…

Кэррэл…

Киррил…

Киэрриэл…

Ксиррел…

Кхеррэлл…

Кирнрел…

Кирдрилд…

Кирилэль…

Керел…

Хм-м… как много имен, но, может, все-таки правильнее будет Кирилл?

Да, точно… именно так меня и зовут.

Где я?

Мое сознание накрыла волна паники. Я не ощущаю себя! Совсем! Пытаюсь пошевелиться, но не выходит! Хотя… какое-то движение все же есть… Ничего не понимаю!

Надо осмотреться! Но опять фиаско. Я ничего не вижу!!! Зато… ощущаю?

Действительно, появилось странное ощущение объема пространства вокруг меня. Никогда не ощущал ничего подобного, а потому чувствовал себя как слепец, попавший в темную-темную комнату, что стучится о стены головой, да еще страдающий клаустрофобией, так как стены словно сжимают со всех сторон!

Вновь пришлось напрячь силу воли, чтобы не поддаться панике и не начать метаться из стороны в сторону. Это может быть вредно… особенно в свете того, что произошло.

А что, собственно, произошло?

Обратился к памяти и… чуть не утонул в потоке информации о прошлом. Невероятный объем и четкость. Это особенно впечатляло, так как воспоминания нахлынули не последовательно, а как бы все разом, что создавало ощущение прорванной плотины с выходом потока, сметающего все на своем пути.

Тише-тише! Не все сразу… оставим в покое младенчество, детство, юность, отрочество… мне нужен буквально последний час…

Вот оно…

Неназываемый… Бой с ним.

Так он что, убил меня?! Я мертв?!! Но позвольте… я мыслю, значит, существую… Но как я могу существовать после того, как меня убили?

Хм-м… чего-то не хватает. Чего? Пожалуй, не хватает ехидного голоса, что мне все объяснил бы, пусть с издевкой, но доходчиво…

Ау, шиза, ты где?! Ши-иза!

Хм-м… Похоже, у меня все же было не раздвоение личности, а… кто-то или нечто подселилось ко мне? И Неназываемый этого нечта меня лишил, вытянув в амулет.

Придется во всем разбираться самому. Впрочем, вариантов немного. Если меня замочили, то, стало быть, я бестелесная форма — душа. Отсюда все странности с памятью и ощущение пространства, ну и прочее по мелочи…

Вот только почему я не развеялся, или что со мной должно было произойти? И почему, собственно, я ощущаю стены?

Хм-м… ну да, забыл, где меня убили. Здесь же жил Неназываемый, и тоже в бестелесном состоянии. Да и логово его — пирамида, и внешне, и внутренне. Похоже, пирамида и впрямь обладает какими-то концентрирующими свойствами, особенно если вся опутана различными силовыми щитами-заклятиями. Потому и не развеялся… раз уж меня никто нигде не ждет: я ведь никому из богов не посвящен.

И что это за ручеек силы, что меня подпитывает? Он же меня и разбудил…

Проклятье! О чем я думаю?!

Неназываемый!!! Я его не ощущаю! Как и своих… гражданских жен!

Ч-черт, мне нужно нормальное зрение! Дух я или где?! Ну-у!!!

Ощущение пространства под напором моего желания трансформировалось в более привычный визуальный видеоряд. Правда, с той поправкой, что я видел все вокруг, одновременно ощущая.

Что ж, так даже лучше.

Как и ожидалось, я обнаружил себя в той самой пирамидальной зале, где состоялась битва с Неназываемым, кою мы с треском проиграли, за что и поплатились. Меня завалили… А что с Литией, Ссашшиллессой, Олграной и Тарсараной? Их тел, как, впрочем, и своего, я не обнаружил.

Вот только свое тело я все же ощутил… словно какая-то ниточка связывала мой дух и бренные останки. Мою тушку куда-то переместили.

Что ж, надо посмотреть, подумал я с большой надеждой, что своих подруг я так и не увижу. Ведь если их нет, то есть хоть какая-то вероятность, что они уцелели.

И надо поторопиться, а то вряд ли с моим телом поступят достойно и похоронят со всеми полагающимися почестями на почетном кладбище, с троекратным салютом. Наверняка бросили в общую кучу с остальными жертвами. А уж что с ними делают, я даже гадать не хочу. Но ведь как-то тела утилизируют! Иначе бы тут высилась гора трупов…

Движение, к моему облегчению, далось без проблем. Просто захотел сместиться в сторону — и сместился. Идти… лететь… перемещаться пришлось недолго и недалеко. Всего с полсотни метров по извивистому коридору, нырнул в дыру в полу небольшой комнаты — и оказался в огромной зале, заполненной телами, сотнями, тысячами тел! Хорошо, что у меня нет обоняния! Дышать здесь наверняка просто невозможно.

А самое ужасное — что тела жрали какие-то чудовища! Десятки тварей с ненасытными утробами, с явной примесью демонической составляющей. И одна такая сволочь подбиралась к моей тушке, уже готовясь отхватить ногу!

— Свали, тварь!

Инстинктивно мне удалось нанести чудовищу удар. От меня словно выстрелил длинный шип и вонзился в тело монстра.

Пища!

Я потянул энергетическую составляющую жертвы в себя и без особых проблем поглотил.

Бр-р… на вкус как… даже не знаю что. Но противно! И что-то подсказывало мне, что лучше поеданием этих тварей не увлекаться. Так и травануться можно. Это в лучшем случае, а в худшем… можно стать таким же тупым чудовищем-падальщиком.

Но ближайших тварей я все же убил, правда, без поглощения.

Вот только что теперь делать? Ну, первым делом я обследовал окружающие тела и, к счастью, не нашел среди них своей орчанки, вампирессы, лича и дроу. А вот архимага нашел. Наполовину сожранного.

М-да… не повезло.

А что дальше?

Я посмотрел на свое слегка мумифицированное тело, с коим продолжал оставаться связанным. Решение напрашивалось само собой — подселиться в собственное тело, раз уж я с ним связан. Но… я ведь вроде как умер. И точно живым не стану.

Эх-х, где ты, моя шиза? Сейчас наверняка посмеялся бы надо мной, дескать, станешь злобным зомбаком…

Я действительно ощущал некоторую потерю и сожаление из-за отсутствия шизы, кем бы и чем бы оно ни было.

Но похоже, другого варианта у меня нет. Оставаться в этой пирамидальной горе я не могу. Попробовать выбраться из нее в виде духа? А где гарантии, что меня не развеет вне стен этой пирамиды? То-то и оно… А вот некоторая уверенность, что я выживу, если вернусь в тело, присутствовала.

Что ж, придется становиться зомбаком…

Я вдруг подумал — а не является ли посмертная связь с телом бонусом от Литии? А что, вполне может быть. Ведь от других что-то ведь получал… А не будь этой связи — так и остался бы неприкаянным духом, это в лучшем случае.

В общем, набравшись решимости, я сблизился со своим телом и постарался с ним слиться.

Хм-м… странные ощущения. Что-то вроде того, как если бы надеть на себя затвердевшую одежду. Собственное тело подчинялось мне с некоторым усилием.

Разносить надо…

Правда, силенок было как-то маловато.

Хотя… я ведь зомби! Мертвец, а значит, мне нужна некромана…

Стоило об этом подумать, как меня словно накрыло. Уж чего-чего, а некроманы здесь плескалось выше крыши!

Почувствовав, что сейчас лопну от энергии смерти, так много я закачал в себя некроэманаций, зарастив при этом рану от кинжала, — решил выбираться из этой свалки полуразложившихся тел. Вот только как?

Дырочка, в которую сваливали тела, находилась над головой в десятке метров, а вскарабкаться по стенам и тем более пройтись по потолку — это задание не для меня. Других выходов здесь нет. По крайней мере, я не вижу.

Мне не оставалось ничего другого, как заняться плетением веревки из тех ошметков одежд, что имелись на телах. Та еще работенка… Потратив кучу времени, но в принципе не чувствуя усталости, я сплел веревку необходимой длины и завязал ее на длинную кость, похоже, раньше принадлежавшую огру. Раскрутил и буквально с первой попытки забросил ее точно в дырку, где она и закрепилась в узком месте типа трещины.

Вылезти наверх не составило труда. Поднялся «уголком», как волк в мультфильме. Силы у мертвого тела оказалось на удивление много. Или это из-за большого количества некроманы, коей я пропитался насквозь? Думаю, проверять и разбрасываться силой почем зря не стоит, а значит, надо беречь энергию и не изображать из себя Геракла, сворачивая горы там, где эти горы можно обойти.

Гора оказалась просто пронизана лабиринтами ходов, но я без каких-либо блужданий выбрался наружу. Особо не заморачиваясь, хлопнул одного из младших жрецов Неназываемого по голове, лишив сознания, и, взвалив его на плечи, пошел прочь. Этот с позволения сказать пленник мне требовался, чтобы без проблем и срабатывания сигнализаций выйти за пределы охранного периметра логова Неназываемого.

Поскольку никакого переполоха не случилось, думаю, мне все удалось в лучшем виде. Сбросив груз, я добрался до захоронок. Надел свой доспех, собрал оружие.

Только что теперь? Куда идти?

Нет. Я прекрасно понимаю, что главная цель — прогнать Неназываемого из своего замка. Почему решил, что он у меня дома? Да потому что его в собственном логове нет, а идти ему больше некуда…

Тут меня хорошенько приложило. Я наконец осознал, что мои жены и дети для Неназываемого все равно что батарейки! Так что надо поторапливаться. А то чем дольше я бездействую, тем больше вероятность, что всех моих жен и… детей пустят под нож! Этого допустить никак нельзя! Никогда этого себе не прощу!

Но с другой стороны, не зря же говорят, что спешка важна лишь при охоте на блох. Поспешишь — людей насмешишь. Хотя в моем случае будет совсем не до смеха. Надо подготовиться… Вот только как? Один раз уже подготовились — и как результат: я — зомби. Во второй раз он меня убьет окончательно.

Ч-черт!!!

Вот, кстати, интересно, что ему мешало раньше атаковать меня в замке, если, как выяснилось, он намного сильнее меня? Такое впечатление, что только природная осторожность, граничащая с трусостью. Ведь он столько столетий или даже тысячелетий прятался от всех и вся, сидел тише воды ниже травы, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Думаю, не так-то просто изменить свое поведение и мотивацию даже с ростом сил. Потому и пытался разобраться со мной чужими руками.

А прямое поглощение архимага? Зачем ему ритуал жертвоприношения? Ну, допустим, что раньше он был слишком слаб для прямого поглощения и требовался костыль в виде алтаря. А потом, когда стал намного сильнее? Привычка? Вряд ли. Скорее, алтарь выполняет какую-то важную функцию вроде форматирования энергии в более удобоваримую форму, делая ее более питательной и даже «вкусной». Ритуал стал чем-то вроде готовки на огне, или варки. Мы же ведь тоже можем потреблять продукты сырыми, но предпочитаем готовить — так повышается их усваиваемость и максимально полное поглощение.

Потому и сам не охотился. Какой смысл носиться по миру, по той же Топи, если это столь энергозатратно? Жертвы будут только восполнять потери на перемещение, и нет никакого роста в плане Силы, нет накопления маны. Опять же учитывая, что в «сыром» виде жертвы не столь питательны. И не стоит забывать про маскировку, а такая его охота привлекла бы внимание всех заинтересованных лиц, и началась бы охота наоборот. Потому и жертв ловили его слуги и водили караваны…

Ладно… для начала надо выбраться из Проклятых земель и решать проблемы в порядке очереди… У меня все же еще есть некоторые резервы. Суккуб, например.

Я невольно улыбнулся, представив, что сейчас сказала бы моя шиза… Дескать, захочет ли теперь Хайллейса выполнять договор с зомбаком. Уж она-то точно не некрофилка.

А с другой стороны, чем она хуже меня… я ведь тоже, хе-хе… с Литией, хоть и не осознавал этого по пьяному делу. Потом она, правда, ожила, пусть и на время, что мне не светит по определению.

М-да… даже если я и освобожу своих жен и детей, то… Даже думать о будущем не хотелось. Я — зомби и им по сути останусь навсегда. Семья, прямо скажем, не из стандартных. Хотя и раньше она таковой не являлась, хи-хи… Но так уже точно ни в какие ворота не лезет.

— По крайней мере, Лития составит тебе пару, — пробормотал я в стиле своего второго голоса. — Выглядеть будет весьма органично…

От таких мыслей впору в петлю лезть.

— А смысл? — сказал я и засмеялся, представив себя в петле раскачивающимся на ветру.

Да уж, и смех, и грех. Я ведь не дышу, трупу это ни к чему, так что удавиться будет весьма проблематично.

Я с трудом заставил себя заткнуться. Да и разговаривать с самим собой не стоит, это уже само по себе диагноз. Нужно себя контролировать, а то недолго свихнуться.

Безрадостные мысли о будущем я постарался выбросить из головы. Это будущее нужно еще обеспечить, для чего победить Неназываемого в матче-реванше. Но только и позитивных мыслей при всем желании не сыскать. Разве что я… скажем так, существую, а значит, не все потеряно. Лития опять же экспериментировала с моей кровью и вроде как продвинулась в вопросе. Вдруг у нее все получится. В общем, надо надеяться на лучшее…

Из Проклятых земель я выбрался без особых проблем. Никто меня из местной живности и нежити особо не беспокоил, и тем более не атаковал при встрече. Так, посмотрим друг на друга и разойдемся… И неудивительно — я ведь сам нежить, то бишь свой в доску. Хех… Да и маловато что-то этих тварей, словно вымерли. Сколько вообще времени прошло с момента моей… смерти? День? Два? Неделя? Месяц? А может, год?!

Нет, вряд ли так много. Максимум неделя. Ну месяц…

Опасность в Проклятых землях представляли только различные аномалии, да и то не все. Но те, что были реально опасны даже для меня, я знал как обнаружить и обходил стороной.

Выйдя из Проклятых земель и удалившись на день пути от границы, я остановился. Дальше, еще через день пути, начинаются мои владения, и надо быть осторожнее. Меня вполне могут завалить пограничники, просто не признав.

— Если мои пограничные войска еще существуют, а не заменены на тварей Неназываемого. То-то в Проклятых землях пусто…

Еще раз проверил все оружие. Мечи и ножи в полном порядке. Ракетница — тоже. А вот с винтовкой не все ладно. Магическая составляющая оружия не отзывалась, то есть стрелять файерболами и ледяными иглами я не могу. Точнее, не рискну. Я теперь не рассар и смогу выстрелить раз пять, а потом моя аура истощится.

Так что остались только те возможности, что были заложены в конструкцию изначально. Но и с этим не все ладно. Элементаль воздуха, что должен подкачивать воздух, не отзывается: не опознал он во мне хозяина и свалил, как и было ему втолковано на тот случай, если оружие попадет в чужие руки. Видно, моя аура сильно изменилась после… смерти. Что ж, не зря я на этот случай взял насос и запасной баллон. Взял на тот случай, если в Проклятых землях элементаля что-то спугнет.

Но идти с этим убожеством на Неназываемого? Глупо. Надо с кем-то посоветоваться, и тут остается только демонесса. Может, чего умного подскажет, а то и поможет?

Печать договора с суккубом едва теплился в моей ауре. Развейся эта метка — и я до Хайллейсы не дозвался бы.

— Призываю, Хайллейса!

— Кийррейл? Это ты? — спросила демонесса, явившись на зов.

— Я это, я…

— Неважно выглядишь…

— Да уж… действительно, бывало и лучше, — невесело хмыкнул я.

— Что случилось?

Ну я и рассказал о неудачной попытке ликвидации Неназываемого.

— Понятно… Но я так понимаю, ты позвал меня не для выполнения договора? — все же позволила себе усмешку суккуб.

— А вдруг? — принял я ее шутливый тон. — Ты же и мертвого поднимешь!

— Ха-ха-ха! Ты меня уморил, Кийррейл! А если серьезно?

— Просто поговорить. Совета спросить… Я не представляю, что мне делать. Я слишком слаб и один с ним не справлюсь, если уж с командой оплошал. Вот и думаю, может, у тебя есть какие идеи и возможности?

— Увы… тут я тебе ничего посоветовать не в состоянии, — сказала демонесса после короткой паузы, что потребовалась для размышления. — А по возможностям… Все, что я могу, это призвать свой легион и повести его на штурм твоего замка.

— Плохая идея, — отрицательно мотнул я головой. — В замке остались все мои жены и дети. Они пострадают при штурме, или Неназываемый сделает их заложниками. Да и не взять его штурмом… ты потеряешь свой легион. Твое предложение можно использовать лишь как отвлекающий фактор.

— Других нет, — пожала плечами Халлейса.

Было видно, что у нее, собственно, и нет никакого интереса в спасении остальных моих жен. Впрочем, это вполне объяснимо и понятно. Она в конце концов демоница и как все демоны жесткая индивидуалистка, и этим все сказано.

Помолчали.

— Может, тогда пойдешь со мной? — спросила-предложила Хайллейса.

— Куда?

— Как куда? Домой. Ты не забыл, муж мой, что у тебя есть еще один замок?

— Ты это серьезно? — ошалел я. — Особенно про мужа?

— Естественно.

— Но я же…

— Ну, тебе это не помешало в свое время, — хохотнула демонесса.

— Я тогда был пьян, — насупился я.

Все-таки я старался не вспоминать тот случай. Благо особо и не помнил ничего…

— Не имеет значения. Ты по-прежнему мой муж, и тот замок — твой. А что касается твоего вида…

Суккуб пожала плечами.

— В конце концов, можно провести ритуал переселения души.

Интересное предложение, невольно подумал я. Действительно очень соблазнительное… Если бы я был один, то воспользовался бы не задумываясь, и гори оно там все… Но я не один, на меня надеются мои… жены, и уж конечно я не брошу детей. Никогда себе подобного не прощу. Так что для их освобождения я сделаю все возможное и невозможное.

Ритуал переселения души — тоже весьма и весьма занятная штука! Значит, в теории я могу получить себе живое тело, пусть и чужое. Не все еще потеряно! Вот только…

— Если я пойду с тобой, то обратно вернуться уже не смогу?

— Нет.

— Этот вариант тоже не подходит… — отказался я. — Разве что на крайний случай. Кстати, а ты можешь проникнуть в замок и эвакуировать…

— Нет. Неназываемый меня сразу же заметит и прибьет.

— Проклятье…

По всему выходило, что демонесса мне помочь не в силах. Только эвакуировать меня в «ад», но даже в таком моем состоянии мне как-то на нижние планы не хотелось. Не мое. Да и слаб я слишком для жизни среди демонов, в чьей среде царит культ силы, и переселение души ничем в этом плане не поможет.

Что же делать-то, а?!

— А что богиня? — спросила Хайллейса.

— А что богиня? — не понял я.

— Может, она чем помочь сможет?

— Хм-м… а она-то чем может помочь? У нее самой сил с гулькин нос. Едва поддерживает свое существование…

— Ну, по крайней мере, советом одарит. Не все же красивые девушки страдают отсутствием мозгов. Тем более богини…

— Арсилена… — тут же позвал я, попытавшись сконцентрироваться на образе богини красоты, что возник у меня перед глазами. — Арсилена, прошу, приди… Не получается.

— Не слышит, наверное. А если и слышит, то силенок маловато проявиться даже на ментальном уровне.

— И что теперь?

— В храм бы ее сходить… Не зря же их строят.

— Наш не построен, наверняка только и успели, что фундамент заложить… Придется в Проклятые земли возвращаться, — тяжко вздохнул я.

— Вот еще! У меня времени на это нет. Своих дел на плане выше крыши!

— Но…

— Представь то место, где вы обнаружили статую, — потребовала суккуб.

Зажмурившись, чтобы ничто не отвлекало, и даже не спрашивая, зачем это нужно, я в мельчайших подробностях вспомнил тот подвал, где обнаружил статую богини красоты и ее саму.

Краткий миг дезориентации, а когда открыл глаза, я обнаружил себя в том самом подвале. А вот и статуя. Да уж, сильна стала суккуб.

Я подошел к статуе и положил руку на алтарь. Крови все равно нет.

— Арсилена…

На этот раз богиня красоты отозвалась практически сразу, и даже крови не потребовалось. Статуя засветилась, замерцала, окутавшись туманом, а когда дымка спала, на постаменте оказалась богиня во плоти… в искрящейся золотистой полупрозрачной тоге.

— Кирьиил?!

— Да. Это я, прекраснейшая… Да, знаю, что выгляжу ужасно и оскорбляю твой взор своим безобразием…

Что-то меня не в ту степь понесло…

— Кирьиил, хватит нести чушь! Рассказывай, что произошло!

Я вновь поведал о битве с Неназываемым, во время которой меня и завалили.

— И вот пришел испросить совета о том, что делать и как быть…

— Хм-м… — нахмурилась богиня. — Я ничего не смогу сделать с Неназываемым. Он сейчас сильнее меня… слишком мало верующих я успела получить… Хорошо, что он не знает обо мне, а то мог бы меня атаковать через алтарь и поглотить… сразу же добившись своей цели.

— Что насчет совета? Сразу говорю, бежать я никуда не собираюсь.

— Я знаю, — улыбнулась богиня. — А что касается совета…

Арсилена вдруг пристально вгляделась в меня, вспыхнув своими золотыми глазами, словно просветила рентгеном насквозь. Через несколько мгновений на ее лице отразилось удивление и даже удовлетворение.

— Очень интересно…

— В чем дело? — забеспокоился я.

— Да так… ты ведь получал что-то от своих… гражданских жен?

— Да… вроде как рассарская способность. Весьма полезная штука, надо сказать.

— Еще бы! Вот и от меня кое-что получил…

— И что же?

— Что ж, ты хотел получить совет, и я тебе его дам, — официальным тоном сказала богиня, вернувшись на свой постамент, проигнорировав мой вопрос по поводу божественной плюшки. Чего же я от нее мог такого получить?! — Тебе нужно сделать так, чтобы твои подданные узнали, что ты жив и скоро придешь их освободить.

— А в чем смысл? Как мне это поможет одолеть Неназываемого?!

Богиня только улыбнулась, сверкнула вспышка — и на постаменте вновь стояла каменная статуя.

— Вот ведь… — в сердцах сказал я.

— Да, боги — они такие, — с усмешкой кивнула демонесса. — Никогда ничего толком не говорят, всегда мозг выворачивать надо, чтобы понять. Но думаю, мы в любом случае должны сделать так, как она сказала. Плохого она точно не посоветует.

— Ну да. Ничего другого нам все равно не остается. Вернешь меня обратно, где взяла? А то у меня нет никакого желания вновь тащиться по Проклятым землям.

— Без проблем…

Хайллейса коснулась меня, опять мгновение дезориентации — и я обнаружил себя на знакомой полянке.

— Хм, теперь надо как-то всем…

— Я все сделаю. У меня это быстрее получится.

— Спасибо…

— Не за что, мой лорд!

Махнув хвостиком, суккуб исчезла во вспышке портала. Пошла агитировать моих подданных… Что ж, с таким способом перемещения у нее это действительно получится гораздо быстрее.

А что делать мне?

Хм-м, откуда-то возникло ощущение, что мне нужно немного подождать. Что ж, подождать, так подождать… Кажется, я начинаю понимать, что именно я заполучил от богини красоты. Что ж, интересно, как это будет работать…

Глава 22

Кирилл. Живой мертвец

Прошло совсем немного времени, буквально пара часов, как я почувствовал в себе странные изменения, словно я хлебнул энергетика, появилось ощущение бодрости и чего-то еще, что трудно описать словами. Одним словом, легкость. И чем больше проходило времени, тем сильнее становилось это удивительное чувство.

Хайллейса появилась в конце третьего дня — измотанная, но довольная.

— Я все сделала, — сказала она, пристально вглядываясь в меня, наверное, истинным зрением. — Обежала все крупнейшие деревни, в мелкие поселения, думаю, информация просочится от соседей. И даже в строящийся город заскочила. Там, правда, практически одни гномы, но думаю, лишним не будет.

— Спасибо…

— Не за что. Это мой долг.

— Как обстановка? Что слышно?

— Обстановка плохая… Жрецы Неназываемого появлялись в деревнях верхом на Проклятых гончих и стращали народ. Сообщили, что теперь у них новый господин, прежний умер, и теперь они должны поставлять в замок жертв. Граница на замке, и ее патрулируют измененные твари и нежить. Тех, кто все же решился бежать, показательно, с особой жестокостью, жрецы казнили на площадях. То, что ты все же жив, принимали с великим воодушевлением! Чувствуешь хоть что-нибудь?

— Ага… я сейчас что твой Илья Муромец! Готов хоть горы свернуть! Только он просидел тридцать три года на печи, а мне, похоже, и трех дней хватит за глаза!

Демонесса удовлетворенно кивнула.

— Не знаю, кто этот Илиа Мхуромиец, и он точно не мой, но и тебе тогда нет смысла терять время и запал!

— Тут ты права. Высиживать здесь мне нечего, кроме своих… ну да не будем о грустном.

Мое тело ведь усохло… в том числе и там.

Я поднялся с земли, подхватив оружие, и направился на юг, в сторону своего замка. Не знаю, насколько растянется этот странный и удивительный эффект, но время действительно терять не стоит.

— Я к себе… устала как собака, — сказала суккуб и после моего кивка исчезла.

Могла бы, конечно, перебросить через границу, ну да ладно. Излишне спешить тоже не нужно… я не блох ловлю. А иду за одной большой, жирной, энергетической… пиявкой.

Не прошел и десятка километров, начало уже хорошо темнеть, как впереди послышался шум ломающихся веток и тяжелого дыхания. Вскоре увидел ломящуюся не разбирая дороги группу из зверолюдей. А еще дальше, скорее не глазами, а каким-то иным органом чувств, засек погоню из десятка хорошо знакомых мне тварей — паукоскорпионов.

Похоже, кто-то все же рискнул сбежать от Неназываемого, да только далеко уйти не получилось.

Зверолюди тоже почувствовали погоню, остановились и попытались дать бой. Но ничего не вышло. Простым оружием этих хитиновых монстров не одолеть. А я как ни спешил, не успел к началу схватки, и как результат — погоня быстро повалила беглецов и… спеленала паутиной. Твари никого не убили. Это только лишний раз подтверждало, что они находятся на службе у Неназываемого. Твари, завалив опутанных пленников себе на спины, потопали обратно, выстроившись в вереницу.

Похоже, мой выход… Изготовившись, я начал отстрел с последнего монстра. Быстрая и точная стрельба сделала свое дело, и шесть хитиновых тварей рухнули как подкошенные с разорванными головами. Оставшиеся четыре, сбросив груз, устремились ко мне. Перезарядиться я не успевал, а потому, отложив винтовку, выхватил меч и сам бросился на противника. Две секунды — и все было кончено. Четыре туши остались лежать без голов.

Подошел к пленникам и срезал путы.

— Господин? — прорычал старший группы.

Вряд ли он знал меня в лицо, но уж о необычном оружии слышали все, оно и послужило главной опознавательной приметой.

— Да, это я.

— Радость-то какая, господин!

Эти, стало быть, еще не в курсе.

— Да, я тоже рад, — хмыкнул, освобождая остальных.

А паутинка у тварей прочная, даже мифриловый нож берет ее с трудом. Надо будет с десяток из них отловить да заставить паутину вырабатывать. Отличная по прочности одежда получится! Бронежилеты не хуже, а то и получше кевларовых выйдут! А уж веревки!

Хотя о чем я сейчас вообще думаю?!

— Бегите дальше…

— Э-э… благодарю, господин, но раз вы все-таки живы, мы готовы сражаться.

— В этом нет смысла, вы, как только что сами поняли, ничего не можете противопоставить этим тварям.

— Неужели мы совсем ничего не можем сделать, господин?!

— Хм-м… пробегитесь по ближайшим деревням и сообщите остальным, чтобы не глупили и не гибли зазря, пытаясь сбежать. Я вернулся…

Зверолюди кивнули и, радостно порыкивая, ломанулись обратно.

Возвращение джедая, блин… Но мне нужно это нечто, что я получаю от разумных, узнавших, что я жив, и теперь веривших в меня, в то, что я приду и освобожу их от тирана, который вознамерился пустить всех под нож. И одно дело, если кто-то пришел с вестью о моем возвращении, и совсем другое — реальные участники, первые спасенные мною.

Я иду.

Неназываемый. В предвкушении божественного могущества

Превосходно! Просто превосходно! Вместо еще сотен лет прозябания я могу добиться своей цели буквально за считанные годы! Для этого у меня есть все необходимое, начиная от простого жертвенного мяса, почти миллион разумных, дети рассара — эти настоящие лакомства в энергетическом плане — и заканчивая сущностью самого рассара!

Можно начинать подготовку к инициации, а не просто поддержание жизни с попыткой накопить хоть немного Силы. О, это будет настоящий праздник, великое пиршество! Тысяча жертв в день!!!

Осталось только подготовить алтарь. Но и с этим все превосходно. Концентратор — метеорит из Чаши, что украл рассар у меня из-под самого носа, — на крыше, а портальный камень легко переделать непосредственно в алтарь, чем, собственно, и занимаются жрецы.

Так, а это что за возмущение?

Кажется, у меня гости… Как не вовремя!

Архимаг Манкарион. Командир специальной магической группы ликвидаторов

Вот этот замок… Здесь живет исчадие тьмы — Темный Властелин. Удивительно, как его раньше никто не засек?! Он же практически не скрывается! Тут же просто не протолкнуться от тварей Проклятых земель! Поняли, кто тут обитает, только после того, как Темный сильно прокололся, применив чудовищную по своей силе разрушительную силу, одним ударом уничтожив больше половины сводной армии четырех королевств и примкнувших к ним союзников!

И пусть несколько запоздало, но мы его все же обнаружили и пришли по его душу, пока не стало слишком поздно. Это радует.

О боги, как же тут, несмотря на экранировку, буквально смердит тьмой! Но ничего, мы сотрем эту мерзость с лика Даронара! Двенадцать сильнейших архимагов плюс сотня сильных магов — более чем серьезная сила. Ну и самые убойные боевые артефакты времен Войны, вызволенные по такому случаю из секретных запасников.

Жаль только, что архира Тарногара нет, у него есть отличные боевые амулеты… В оговоренный срок он так и не явился на сбор и не откликается на вызовы. Интересно, что с ним случилось? Вряд ли он забыл и тем более наплевал на наш поход, ведь сам же за него агитировал. Значит, с ним что-то случилось. Пришлось искать замену… нашли, конечно: архира Ваканра, — однако равноценной ее не назовешь, особенно по артефактам…

Но пора начинать.

По моей команде все архимаги и их свиты, воспользовавшись телепортами, занимают позиции вокруг замка, но не абы как, лишь бы окружить и замкнуть периметр, чтобы из него никто не выскочил, а встают на ключевые места, по сути своей образовав одну большую фигуры Силы, в которой архимаги с помощниками-заместителями встали на вершины, а маги заполнили линии между ними. Тем самым образовали магическую структуру, что надежно не просто отрезала замок от внешнего мира, но и усиливала магов.

— Бей!

Мы атаковали замок, взламывая магическую защиту. Защитный магический купол под нашим напором стал дрожать, сжиматься и скукоживаться…

А затем последовала яростная контратака. С вершины замка ударило нечто, отчетливо несущее в себе эманации смерти и тьмы. Удар оказался очень силен. Если бы он не распределился по всей системе, то архимага Ваканра (вот же, ударил по самому слабому звену!) сейчас просто размело бы в прах. Двое магов из его свиты все же погибли…

Началась активная магическая перестрелка. На стенах замка оказалось довольно много средних по силе магов. Вот только непонятно с источником их маны… При такой интенсивности магической стрельбы они давно уже должны были опустошить себя, но этого не происходило. Пользуются камнями силы или боевыми амулетами? А не многовато ли их?!

Проклятье, из-за столь интенсивной магической активности ничего не разобрать!

Что это красное течет по стене? Кровь! Проклятье, жертвоприношение!!!

— Приготовить артефакты!

— Монстры! — вскрикнул мой помощник.

Я обернулся назад и обмер. На нас медленно накатывала волна тварей, которых мы не раз встречали на подходе к замку. Сразу видно, что дневной свет им неприятен, но, повинуясь команде своего повелителя, они действуют, отринув инстинкты.

— Усилить щит!

Твари, уткнувшись в щит, сильно замедлились но не остановились! Они начали продавливаться в щит, словно сопротивляясь ураганному ветру, но шли вперед.

— Проклятье! Бей тварей!

Но слабые заклятия практически не наносили этим монстрам Проклятых земель никакого вреда. Вместо того чтобы подыхать десятками, погибало две-три твари, а остальные на некоторое время замирали. Но потом их неумолимое движение продолжалось.

— Огненная стена!

По внешнему периметру вспыхнуло ярчайшее магическое пламя, в котором можно расплавить даже преобразованный мифрил, и это дало результат. Твари, попавшие в зону действия огня, загорелись, точно облитые маслом, и, проскочив мимо, стали носиться без толку, уже не подчиняясь приказам Темного, а потом, когда их лапы перегорели, рухнули на землю и стали отвратительно вонять.

— Отлично! Помощникам поддерживать горение пламени!

Поддержка горения требовала немалого расхода маны, но ничего другого не оставалось. Хорошо бы расширить периметр и сжечь всех, но на это точно уйдет большая часть запасов. А так они не суются — и ладно… надо еще Темного уничтожить.

— В небе!!!

— Ах, ты ж!

Отовсюду к замку, буквально закрыв небо своими телами, стягивались летающие твари, числом в десятки тысяч. Придется все же воспользоваться некоторыми амулетами не по назначению. Хорошо, что брали с запасом. Пожалуй, амулет цепной молнии против тучи этих тварей — будет самое то…

Но прежде кто-то воспользовался артефактом огненного дождя. Над тучей тварей пролился дождь из плазмы, накрыв в том числе замок. С неба с пронзительным криком, оставляя дымные следы, стали падать черные твари. От той тучи, что собралась, осталось едва ли половина, да и те по большей части повреждены.

Отлично! Теперь моя очередь!

Разряд!

Огромная молния, непредсказуемо меняя направление и разделяясь на десятки и сотни веток, точно чудовищное дерево, рванула в сторону поредевшей тучи летающих тварей. Ветки молний впивались в туши гадов, выскакивали из них и впивались в ближайшую тварь, и так далее до десяти-пятнадцати раз — на то она и цепная. В итоге каждая тварь получила не менее чем по полдюжины электрических ударов, которые выжгли их как снаружи, так и изнутри, и оставшиеся после применения огненного дождя рухнули на землю кусками хорошо прожаренного мяса.

Ну и вонь!

Ну вот, вроде у Темного закончились особые сюрпризы, и можно наконец сосредоточиться на его уничтожении.

Неназываемый, ошибочно принятый за Темного Властелина, хотя, по сути, так оно и есть на самом деле, так что все верно…

Проклятье! Почему эти маги пришли по мою душу?! Ведь я же нигде не наследил! А если и наследил, то они среагировали слишком быстро! Вот во что я ни на миг не поверю — так это в оперативность архимагов. В замке я без малого месяц. Если это только не ошибка рассара… и пришли как раз по его душу! Ах, ты ж, ну конечно! Вот же, отомстил даже после смерти.

Мои зверушки оказались бессильны против такого количества архимагов и магов, артефакты опять же еще времен Войны. А тогда делать умели! Не то что сейчас — хорошо, если имеют одну десятую мощности тех, что делали раньше. Измельчал народ… впрочем, мне их может хватить за глаза. Все же многовато врагов, и это начинает сказываться… Защитный купол продолжает сжиматься, того и гляди сорвет.

— Еще жертв!

Впрочем, здесь все идет как надо. Жертв пластают на алтаре с максимально возможной скоростью, кровь течет ручьями, так что водосток не справляется и часть крови течет по стене. Алтарь едва успевает поглотить и преобразовать сливаемую жизненную энергию жертв.

И она практически вся тут же уходит на поддержание защиты и подпитку моих жрецов. Надо переходить на более энергетически емкие жертвы. В обороне долго не просидеть, нужно атаковать.

— Тащите учеников шаманов!

Увы, их надолго не хватит, и придется нести на заклание либо детей рассара, либо кого-то из его жен. Но как же не хочется разбазаривать такой ценный ресурс! Они мне потребуются для инициации, но, похоже, другого пути для спасения нет.

Одного за другим на алтарь затащили учеников орчанки-шаманки, и это дало-таки настоящий прирост силы.

Удар!

Темная капля ударила в одного из архимагов, стоящего в оцеплении. Вспыхнул весь периметр, пытаясь распределить силу удара по всему общему щиту, но на этот раз получилась не так хорошо, как во время первой попытки. Пробой. Заклубилась тьма, а когда она рассеялась, на том пятачке, где стоял архимаг, остался лишь пепел.

Ну вот, другое дело!

Правда, радоваться было рано. Обозленные архимаги навалились с утроенной энергией, применяя артефакты.

От мощи буйствующих магических сил затряслась земля, а вместе с ней и замок.

Надо выдержать этот натиск… но проклятье, как же он силен!

— Тащите гоблинку и гному… остальных тоже подтягивайте!

Ну а пока тащили жен рассара, принялись резать тех, кого удалось натаскать в казематы. В основном гномов. Эти коротышки не оставляли попыток сбежать от меня, и очень мало кому это удавалось.

Перестрелка тем временем продолжалась, и я терял своих адептов. Впрочем, маги также не обходились без потерь.

Удар!

И еще один архимаг со свитой рассыпались прахом.

А теперь сюрприз!

Подчиненный мною Костяной дракон обрушился с небес на атакующих, выдав длинный факел пламени, сжигая сразу еще двух архимагов со свитами. Полдюжины оказались сильно ослаблены, вбухав максимум сил в щиты. Троим это не помогло, так как я тоже на пределе сил ударил кулаками тьмы.

Пришлось рискнуть. Но риск того стоил. Как результат — от двенадцати архимагов осталось всего семеро, а их силы не безграничны. По сути, они теперь и могут лишь пользоваться артефактами. Да и те сейчас тратят на убийство Костяного дракона, заходящего на второй круг.

Я же свои силы сейчас наращу достаточно быстро за счет жен рассара.

Дракона все же завалили, обрушив на него десятки артефакторных заклинаний… Вон как от него посыпались косточки. Но еще одного архимага он все же спалил.

Шестеро. Шесть архимагов и несколько десятков простых магов.

Что это они задумали, паразиты? Хотят сформировать Круг Силы и активировать артефакт Копье Света? Собираются все поставить на один удар, после которого сами на несколько десятилетий станут калеками в магическом отношении? Серьезно…

А вот и жены рассара. Не получится у вас меня свалить!

Но что это?

Почему архимаги падают один за другим?!

Тут из-за деревьев вылетел яркий файербол, в котором не чувствовалось ни капли магии, и впился в одну из раненых фигур.

А вот это мне знакомо! Рассар!!! Но как, демоны тебя подери, ты выжил?!!

Раненый архимаг, получивший немагический файербол — я невольно содрогнулся от фантомной боли: сам получил дважды такой подарок, пусть и через адептов, — полыхнул радужным огнем и взорвался, что контузило окружавших его магов, не успевших отбежать досточно далеко. Да и некуда им было бежать… Щиты после такого всплеска неконтролируемой магической силы тут же спали, и на контуженых магов набросились мои зверушки, разрывая их на мелкие клочки…

Кирилл. Бывший рассар, а сейчас не совсем понятно кто…

Я спешил к своему замку, остро чувствуя, что времени у меня в обрез. Интересно, как это я чувствовал, если вещая способность — это привилегия рассарской сущности, которой я лишился? Или все же что-то осталось, как отпечаток? А может, это просто нервы?

Как бы то ни было, я нигде не задерживался, двигаясь днем и ночью, зачастую бегом, благо в отдыхе не нуждался. Оставалось только следить за телом, чтобы оно тупо не перегревалось, особенно коленные суставы, для чего приходилось окунаться во все встреченные на пути ручьи.

К замку я прибыл в самый разгар битвы, шум которой услышал еще задолго до того, как увидел свое жилище, ныне занятое Неназываемым. И его активно выбивали маги. Те самые, что вообще-то собирались укокошить меня любимого, за тот мегавзрыв, что почти полностью уничтожил сводное войско нескольких королевств.

Да, это где-то даже забавно. И я бы посмеялся, если бы не опасность для моих детей и жен, оставшихся в замке. Причем опасность исходит со всех сторон — как от Неназываемого, что может воспользоваться ими как ресурсом для получения маны, так и от магов, коим вообще плевать на тех, кто внутри, ибо по определению считают всех его жителей пособниками Темного, так что ни с кем миндальничать не собираются.

А посему для меня врагами стали все. И в первую очередь как раз маги, что уже завершали какое-то действо вокруг артефакта. Я прекрасно видел движение силы и чувствовал, что оно сейчас начнет работать и станет слишком поздно.

Как чувствовал и то, что над моими женами также нависла непосредственная смертельная опасность, кажется, прежде всего над Зеленоглазкой, и этого я допустить никак не мог.

Выхватив винтовку, я быстро разрядил барабан в ярче всего выглядящих в аурном плане магов. Мифриловые пули пробили щит и достигли цели, тем более что расстояние плевое. А потом засадил туда из ракетницы, попав в главного, по крайней мере в самого сильного. Результат вышел закономерным.

Взрыв — и все в глубокой отключке. Потом их всех сожрали твари Проклятых земель, но мне это уже было фиолетово. Неназываемый не стал останавливать свой конвейер смерти, и к груди Зеленоглазки устремился черный нож. Я словно воочию видел это.

Да, собственно, я как раз и видел все глазами Зеленоглазки, ибо между нами установилась прямая связь. Ведь сейчас она взывала ко мне всеми силами своей души.

Не знаю, что произошло в следующий момент, помню только, что я захотел оказаться на крыше своего замка и защитить ее.

Прошла какая-то судорога, миг дезориентации — и я, превратившись в нечто (не вырвался духом, тело исчезло), стрелой лечу к крыше своего замка, вышвыривая с нее жреца, что уже почти пронзил сердце моей Зеленоглазки, и тот летит, дико крича и барахтая руками и ногами, но научиться летать и выжить ему явно не судьба…

— Рассар…

— Неназываемый…

— Не могу сказать, что рад тебя видеть, хотя ты, скорее всего, спас меня…

— Чтобы убить самому.

— А силенок-то хватит?

— А это мы сейчас проверим!

Зеленоглазка. Гоблинка, первая жена Кирилла, для нее Кирриэла

— Кирриэл! — воскликнула я, когда меня возложили на алтарь, на крыше нашего же замка, и в этом возгласе отразились все мои чувства и вся надежда.

И он пришел! Пусть в виде какого-то молочно-белого сияния, но это был он, я чувствовала это. Так мне стало приятно и хорошо, когда он меня заключил в себе…

Жрец, который чуть не вскрыл меня, улетел так далеко, точно его смахнула невидимая рука великана. А остальные приспешники Неназываемого просто осели где стояли.

Неназываемый же за миг до явления Кирриэла превратился в темное облако, и они застыли друг против друга. А буквально всего через пару секунд бросились навстречу друг другу и смешались.

Началась смертельная схватка, и внешне она напоминала клубок змей, часть которых — черные, а другая — белые, и они копошатся в этом клубке, только скорость их перемещений была невероятно быстрой. Иногда белые «змеи» становились черными, а черные — белыми.

С каждой секундой схватки они поднимались все выше и выше над замком. То и дело от клубка отлетали то белые, то темные клочья, которые потом медленно истаивали. И судя по всему, их силы оказались примерно равны…

Тем временем остальные поднялись на крышу и, вскинув головы и открыв рты, завороженно смотрели на схватку в небе между нашим мужем и Неназываемым.

— Сделайте кто-нибудь хоть что-нибудь! — вскрикнула я. — Кирриэлу нужна наша помощь!

— А что мы можем здесь сделать?! — прошептала Тарсарана. — Только надеяться и верить…

— Так верьте же!!! Ну же, Кирриэл! Ты сможешь, я знаю и верю в тебя! — воскликнула я, почувствовав, как меня словно переполняет странная сила, зарождающаяся где-то в груди, и я постаралась передать ее мужу.

Лица остальных как-то неуловимо изменились, став более сосредоточенными и одновременно одухотворенными.

Я посмотрела вверх… и успела заметить, как клубок черно-белых «змей» сначала посерел, а потом сверкнул яркой вспышкой, так что ослепил всех.

Кирилл. Энергосущность

Схватка с Неназываемым, казалось, длилась целую вечность. Мы рвали друг друга как два бешеных пса, и от нас действительно летели не фигуральные, а реальные клочья. И никто из нас не мог взять верх, силы оказались примерно равны. Мы взаимно уничтожались, как материя и антиматерия: аннигилировали.

Что ж, пусть так, решил я.

Неназываемый, кажется, тоже осознал, что итог нашей битвы — взаимное уничтожение, а подыхать он не хотел. Я вообще-то тоже суицидными наклонностями не страдаю и ни разу не камикадзе, но был готов умереть, лишь бы не осталась жить эта тварь.

— Давай договоримся! — в отчаянии воскликнул Неназываемый, осознавший, что наша ничья — это проигрыш обоих.

Но я даже не стал его слушать, продолжая рвать и пытаясь поглотить его отдельные части. О чем вообще с этой тварью можно договариваться?! А слушать знакомые речи о разделе мира или вовсе о правлении вдвоем… Он бы еще сказал: «Люк, я твой отец!»

Все это знакомо и не стоит энергии на произнесение слов, а точнее — передачу мыслей. Лучше потратить эту силу, чтобы оторвать еще один кусок от его энергетической плоти, от души.

И вдруг меня накрыло! Точно кто-то всадил мне лошадиную дозу энергетика.

— Не-э-эт!!! — дико заорал Неназываемый, почувствовав резкое изменение баланса сил.

В общем, я его порвал как тузик грелку… Вспышка — и нет больше Неназываемого.

Несколько мгновений я приходил в себя, а потом опустился на крышу замка в окружение жен. Вот только облаком быть не слишком удобно…

Захотел стать человеком и… я стал им. Причем не зомбаком, коим пребывал последнее время, а вполне себе нормальным, живым, из плоти и крови, со струящейся кровью в жилах.

— Кирриэл!!! — как всегда, первой бросилась мне на шею Зеленоглазка.

Подошли остальные. Немного постояли все, обнявшись.

Я испытывал некоторый избыток сил, несмотря на то что Неназываемый меня хорошо отмутузил, но часть его чистой маны я все же поглотил. А поскольку удержать ее я не мог и она впустую рассеивалась, решил все же потратить ее на доброе дело, тем более что чувствовал и знал, как надо поступить. Наверное, это эхо знаний моего врага…

Прикоснувшись к Литии, я передал ей весь излишек маны. Лития, опять пребывающая в состоянии ни живой, ни мертвой, преобразилась и глубоко вдохнула.

— Это навсегда. Ну, по крайней мере, до очередной насильственной смерти, — улыбнулся я.

— Спасибо!

Эпилог

Кирилл. Одиннадцатиженец!

Что касается результатов пребывания Неназываемого в замке, то он много чего наворотил, кучу народу пустил под нож. Правда, большей частью гномов-гастарбайтеров, что пытались слинять, когда узнали, что хозяин сменился, а прежнего заказчика вроде как укокошили.

Так что мне повезло в том плане, что моих подданных пострадало не шибко много. По крайней мере, Пармер, дворецкий, гремлин— полукровка выжил, как выжил с семейством кузнец гном-квартерон Гонглир. Повезло…

Плохо только, что из-за смерти всех архимагов и магов в ближайшем будущем вновь начнутся терки с магическим сообществом. Даже не знаю, что делать. Хоть и впрямь пользуйся тем найденным в Проклятых землях межмировым порталом. Ну это так, на крайний случай, путь отхода. Все же постараюсь как-нибудь наладить с ними отношения.

Ну а если нет, то бодаться с ними особо не стану — воевать у меня желания нет. Миров много, Хайллейса, может, что порекомендует, она много где побывала, подыщем себе мирок потише… Заберу с собой всех, кто захочет со мной пойти, и вся недолга.

А портальный камень зарядим, так как я вновь стал рассаром, вернув в себя отнятую на алтаре Неназываемым сущность, и с выработкой энергии у меня нет никаких проблем. Сущностью же оказался дух феникса, что обитают после смерти в Эфире. Они считаются полуразумными, но, подселившись к разумному, быстро в этом плане совершенствуются, так что в чем-то становятся даже умнее, чем сами носители. Я это на себе хорошо понял. Ну и ладно, по крайней мере вреда от подселенца точно нет, одна польза. Рано или поздно дух феникса возродится в самостоятельное существо, а вот как и во что — я не знаю. Раньше этого не случалось, так как всех рассаров выкачивали словно батарейки, с фатальным исходом. Но со мной у духа есть все шансы дожить до возрождения.

Кем я стал после всего того, что со мной произошло? Ведь как ни крути, а со мной много чего произошло… Если верить Арсилене, а ей, богине, куда виднее, чем мне, то — полубогом. Или, еще вернее — зародышем бога.

Да-да, такой вот я обыкновенный попаданец. Кто сказал, что необыкновенный? Пусть сам себе плюнет в глаз! Я самый что ни на есть обыкновенный! Сколько литературных попаданцев стало богами?! Вот то-то и оно! Так что не надо гнать волну.

Но вот стану или нет — тут все зависит от меня. Захочу развивать этот вектор — стану богом, лет так через тысяч… сто. Не захочу — не стану. А вот захочу я или нет — не знаю. Хотя с этой божественностью тоже не все просто. Мана от веры постепенно снизилась до крайне незначительного уровня: я ведь вроде как спас всех от Неназываемого — так зачем в меня и дальше верить? Тем более что вот он я, живой и здоровый, приди да попроси, что нужно, пожалуйся, а не где-то там нечто, на кого уповают в безысходной ситуации. В общем, жизнь план покажет…

— А-а-а!!! — раздался крик за дверью.

Да уж, в который раз рожают, а я как в первый раз нервничаю.

— А-а-а!!! — раздался второй крик, за другой дверью.

Да-да, они опять как-то так подгадали, что роды проходят в один день!

— А-а-а!!!

Я даже боюсь считать, сколько их сейчас родится от десяти жен, и сколько будет в совокупности! Свихнуться можно!!!

Ну да ладно… Дети — цветы жизни. Главное — с деньгами проблем нет содержать эту клумбу…

— А-а-а!!!

А что касается того, кем они станут… точно не буду их делать всякими там баронами, графами и герцогами. Пусть кем хотят, теми и становятся: музыкантами, художниками, поэтами, солдатами, изобретателями, мастерами и так далее, и тому подобное… Мне не нужна братоубийственная война, особенно когда уже их детишки подрастут и начнут спорить за границы владений. Я умру нескоро, очень нескоро, если не убьют, конечно, а сделать это — ой, как непросто, даже без учета возможного развития божественного потенциала, на одной плюшке от эльфиек протяну несколько тысяч лет.

Ну, вроде отстрелялись…

— А-а-а!!! — раздалось над самым ухом, так что я подскочил, как подорванный.

Рядом стояла Арсилена с ребенком на руках. Ну да, ее статую я все же приволок в замок. Как достроят храм — так поставлю туда, а то самому влом как-то делать.

— И ты тоже?! — тоном умирающего Цезаря спросил я.

— А чем я хуже?..

1. "ТТХ" - Тактико-технические характеристики.

2. "НЗ" - Неприкосновенный запас.

3. "С пятеркой" - (рука — пять пальцев).

4. Из песни В. Петлюры.

5. Слова из песни В. Петлюры.

6. "ГГ" - Главных героев.